Мои рассказы про эксгибиционизм

Не только об одном онанизме же читать всю жизнь ;-)

Модератор: 0льгерт Палтус

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2728
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои рассказы про эксгибиционизм. Новое знакомство

Сообщение 16 мар 2016 07:54

Мои рассказы про эксгибиционизм. Новое знакомство.
Часть 2
Я долго не мог уснуть после первой встречи с Виктором. Возможно это после избытка чувств и новых ощущений, а может от того, что предстоит ещё и что мне хочется всё рассказать ему о себе.
Рано утром я отправился на работу, но в голове постоянно была одна мысль, о предстоящей встрече. Мне хотелось как то удивить Виктора, хотя я вроде бы уже и так ввёл его в шок от того что сделал.
Прошёл день, второй и вот наступила среда. День когда мы договорились встретиться. Я с работы не просто шёл, а что-то меня несло, такое невидимое и лёгкое. Дома я быстро перекусил и скинув с себя всё, оставшись только в кроссовках, посмотрел, не забыл ли чего и вышел во двор. На скамейке возле входной двери уже лежал моток шнурков разной длины. Закрыв дверь и взяв моток в руки, я отправился через огород на берег озера. Было ещё шесть часов и у меня в запасе было два часа до встречи. Выбрался я без особых проблем и меня никто не видел, да и видеть то не кому было. В трёх домах жили старики, а за ними уже шла степь и там лес. Из за засухи грибов почти не было и поэтому в лесу тоже мне никто не встретился. Я даже с дороги не разу не свернул. Вот и та деревня и озеро и наша скамейка. Только почему то доска валялась в стороне. Неужели тут кто-то был другой кроме нас — подумал я и осторожно осмотрелся по сторонам. Кругом было тихо. Я спрятался и стал всматриваться в дорогу. Вскоре показался Виктор. Он шёл и несколько раз оглянулся назад. Я насторожился, но это было простой предосторожностью. За ним никого не было и я, облегчённо вздохнул. Когда он подошёл к небольшой песчаной отмели, где мы договорились о встрече, я уже сидел на скамейке и поджидал его.
— Привет — сказал он подходя ко мне и протягивая руку для приветствия.
— Привет — ответил я и протянул свою руку.
Мы обменялись рукопожатием и он сел рядом.
— Давно сидишь? — спросил он.
— Так, минут двадцать — ответил я.
— А где одежда, снова сеть поставил? — поинтересовался Виктор.
— Одежда дома, а сеть что то я не захотел тащить в этот раз. — ответил я.
— Ты что так и пришёл??? — удивился он.
— Да, а что. Я часто так иногда хожу и не только до вашей деревни, но и до других и назвал пару деревень, до которых было 9 км. до одной и 14км. до другой.
Это вызвало, по настоящему удивление у Виктора, но на словах он ни как это не прокомментировал. Мой член стал медленно подниматься и Виктор взглянул на него и на два синяка оставшиеся после первой встречи. Потом он перевёл свой взгляд на комок шнурков и спросил.
— Не боишься, что так часто перетягиваешь?
— Нет, дома я по несколько раз в день это делаю — ответил я.
Я окинул его взглядом и тоже увидел, как ниже пупа на его штанах образовался большой бугор.
— С чего начнём, с перетяжки или обоюдно всё делать будем — спросил я.
— Лучше сначала перетянуть, если тебе не больно и этого хочется — сказал он.
— Хорошо — сказал я и тут же лёг на песок.
Виктор взял один шнурок и стал возле меня на колени. Он взял мой член и оттянув его и мошонку в сторону стал обматывать у самого основания. Сделав несколько витков, он стал затягивать узел.
— Серёга, мне так не с руки, ничего что я так сяду — сказал он и перешагнув через меня одной ногой и развернувшись ко мне спиной он сел на мой живот лицом к моему члену.
— Нет, делай как удобно — ответил я.
Я понимал что Виктору как то не удобно что я смотрю на него и слежу за его действиями и я был не против такой перемены, хотя что он там делал я уже видеть не мог, а только лишь чувствовал как он обматывает то член, то мошонку. Как затягивается один узел за другим и он это делает очень сильно и меня это возбуждает и я даже не чувствую боль от затягивания шнурка. Вскоре комок из шнурков исчез со скамейки и был полностью затянут на моих гениталиях. Я встал после того как Виктор слез с моего живота и сел на скамейку. Член казался большим и тяжёлым и я потряс им и он несколько раз ударился о низ живота и о бёдра издавая шлёпающиеся звуки.
— Ничего, тяжёленький — сказал я.
— Не больно затянул — спросил Виктор.
— Нормально — ответил я и глянул на его штаны, которые кажется ещё больше оттопырились.
Я присел возле скамейки н а против Виктора и задел его член через ткань трико. Мой член в это время качнулся и задел его ноги. Я встал на колени поудобнее и стал стягивать с него его штаны, из которых тут же выскочил член Виктора. Мне показалось что он стал ещё больше чем в прошлый раз. Виктор стал оглядываться по сторонам, а я не мог уже ждать и не сняв его штаны до самого конца стал играть с его членом. Хватило меня не надолго. И после нескольких прикосновений я уже держал его у себя во рту. В том положении, как Виктор сидел на скамейке, я не мог полностью взять его член в рот, но мне хватило и этого, да к тому же он ещё положил свои руки мне на затылок и медленно прижимал к себе. Игра продолжалась не так долго как я почувствовал как его член стал пульсировать и сперма полилась мне в рот. Я с трудом проглотил её и даже поперхнулся, кашлянув один раз, но этим самым позволил Виктору член затолкнуть мне в самую глотку что он снова перекрыл мне дыхание. Это длилось недолго, так как он уже испускал последние капли и член медленно терял твёрдость. А когда он стал наполовину мягким и легко мог гнуться, я ещё несколько минут играл им и посасывал его. Мой член тоже потерял немного твёрдость у самого основания и так как сам он был перетянут и твёрд, то у основания легко согнулся под собственным весом и лежал полностью на песке. Открытая головка вся была покрыта песчинками, так как постоянно от моих движений, когда я сосал член Виктора, тыкалась в песок. Виктор тоже освободился от своих штанов, я даже не заметил этого и иногда свои ноги ставил на мой член и я этого почти не чувствовал и заметил только тогда, как его член выпал из моего рта.
Я сел на песок напротив Виктора, чтоб мне удобнее было его видеть и понять что он думает и какая его реакция и спросил.
— Если я тебе расскажу кое что, ты не расскажешь об этом никому?
— Я что идиот, чтоб потом обо мне разные слухи ходили. Конечно нет — ответил он.
Убедительный аргумент, и он прав — подумал я и снова спросил.
— А если ты некоторые странности узнаешь обо мне, у тебя это не вызовет некоторое отвращение?
— Нет конечно, ведь это с тобой происходит, а не со мной — ответил он вполне спокойно.
Узнав его мнение я сел поудобнее и распрямив ноги на песке стал рассказывать о себе, что я люблю делать и как провожу свободное время. Он слушал спокойно и изредка удивлялся моим рассказам, а когда я закончил, Виктор спросил.
— Ты это серьёзно всё проделал со своим членом?
— Да — ответил я и увидел его удивление.
После небольшой паузы я попросил Виктора рассказать о себе и он тоже стал рассказывать. Я глядел то на него, то на его снова поднимающийся член, хотя как мой уже изрядно посиневший по прежнему валялся на песке между моими ногами и Виктор от волнения толи иногда двигал ногами и наступал на него или сдвигал его то в одну сторону, то в другую. Одним словом елозил моим членом по песку. Мне это нравилось, и я незаметно даже немного приблизился к скамейке, чтоб он легче мог до него доставать.
Рассказ Виктора был очень интересен и то как он развёлся с женой и как у него ничего не вышло ещё с двумя женщинами, что и привело его к депрессии. О том, что он тоже дома дрочил свой член, он тоже рассказал и даже о том, что у него была один раз мысль обратиться к доктору чтоб тот немного укоротил его, но тут же прогнал эту мысль и больше не вспоминал.
Одним словом мы рассказали каждый о себе и я снова, после того как мы убрали перетяжку с моего синего члена и яиц, которые уже сильно ломило, стал играть с членом Виктора и сосать его. В этот раз я растянул для себя удовольствие на минут двадцать, пока он не кончил. Потом мы посидели и я стал собираться домой. Перед уходом Виктор сам предложил мне перетянуть член и яйца и я сказал ему.
— Делай как тебе хочется и снова лёг на песок.
Копался в этот раз он не так долго и даже использовал всего три шнурка, зато перетянул очень сильно и мы пожав друг другу руки на прощанье, договорились, что в следующий раз он сам придёт ко мне, как у него будет время. Потом я огляделся по сторонам и отправился домой сверкая голой попой и помахивая возбуждённым и перетянутым членом. Виктор стоял возле скамейки и смотрел в мою сторону, пока я не исчез за деревьями.
Домой я вернулся уже за темно и освободившись от пут на члене, лёг на кровать. Я долго думал о случившемся и не знал — правильно ли я поступил или нет. Но знал одно, что у меня было отличное настроение и я уснул так и забыв закрыть входную дверь. Да и кто мог ночью ко мне придти, а рано утром меня разбудил будильник. Снова работа.

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2728
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои рассказы про эксгибиционизм

Сообщение 17 мар 2016 08:08

Мои рассказы про эксгибиционизм. Новое знакомство.
Часть 3
.

Вечер четверга, предвещал мне новое испытание, и что оно мне сулило, я не знал. Пётр, так звали второго парня или мужчину 32 лет, вторым откликнулся на моё письмо, и наша встреча по его просьбе была перенесена на четверг. Место встречи он не изменил, значит, оно его вполне устраивало. Я вырос в той деревне, где сейчас жил Пётр, но когда я уезжал, то он, наверное, ещё учился в школе и думаю, вряд ли помнил меня и знал, хотя мог видеть много раз, когда я приезжал к родителям. Лично я его не помнил вообще и познакомился тоже при обмере его земельного участка и передачи ему документов. Так что, как и с Виктором, так и с Петром мы виделись всего дважды. После работы время у меня было ограничено и я не заходя домой, сразу отправился к месту встречи. Три километра это не такое уж и большое расстояние и я прошёл его минут за сорок и выйдя на опушку леса, огляделся по сторонам. До встречи ещё оставалось больше часа, и я принялся осматривать лес и все кустарники в округе, под видом, что собираю грибы и правда, мне попалось несколько белых грибов и я был рад, что они могут мне послужить хорошей отмазкой, если вдруг Пётр придёт не один. Время пролетело незаметно и убедившись что опасаться мне было нечего, я присел возле берёзы, откуда был прекрасный вид и на деревню и на дорогу ведущую из неё.
На часах было уже 19-00, но со стороны деревни так никого и не было. Я подумал, что он просто решил меня разыграть и посмеяться надо мной и собрался уже уходить, как вдруг сзади за спиной услышал голос.
— Опоздал немного — не сердись — сказал он.
Я обернулся и увидел его. Он сразу понял, что это я и то, что кругом больше не было ни души.
— Зачем писал и что это за хрень — сказал он показывая мне моё письмо.
По его речи я сразу понял, что он не такой как Виктор и скорее его полная противоположность.
— Ну мы знакомы, как ты видишь, а звал я тебя просто потому что ты живёшь один и мне нужно для соц. опроса твои ответы на вопросы которые я задал тебе в письме.
— Какого соц. опроса — спросил он в недоумении.
— Ну ты что не знаешь, что такое соц. опрос. Его проводят для изучения и изменения взглядов людей и он бывает на разные темы. Меня попросили провести среди одиноких мужчин по трём вопросам — сказал я.
— А что подробно это описать в письме нельзя было, спросил он.
— Конечно можно, но многие начинают вместо ответов сами задавать вопросы и я решил спросить при встрече. Обещаю что данные твои как и других опрашиваемых ни где не будут указаны — просто количество и какие были ответы.
— Понятно — ответил Пётр.
— Ну тогда можешь мне прямо сейчас и сказать, чтоб тебе больше не писать ни куда — сказал я и снова сел на берёзовый пень.
Пётр сел на поваленную ветром берёзу и стал читать первый вопрос.
— Что за хрень и кому только это нужно — ворчал он.
— Возможно таким же как ты и я и многие другие, кто не знает как себя найти в этой или той ситуации — сказал я.
— Ну по первому я так скажу — пусть сосёт, если ему нравится, а сжать ему яйца это уж не так и противно. Свои то каждый день тискаю — и он рассмеялся.
По второму вопросу он не думал долго и ответил почти так же как и Виктор.
А на третий вопрос он думал несколько минут, а потом и сказал.
— Бывает, срываюсь, если выпью лишнего.
Я даже не знал что сказать ему. А тем более что он всё что я затеял назвал хренью и это говорило само за себя. Пётр тоже сидел и смотрел то на меня, то на листок и не собирался уходить и я тогда решил это сделать первым и забыть об этом. Я встал и тут только понял, что член у меня торчит как никогда. Я был в брюках и рубашке и скрыть это было невозможно. Конечно Пётр зразу это заметил и усмехнулся.
— Что стояк замучил? — сказал он.
— У каждого бывает, да и у тебя наверное тоже не спокойно, раз не собираешься уходить — сообразив ответил я.
Пётр молчал и тут я решился на откровенный вопрос.
— А если я тебя сейчас ещё попрошу ответить, то ты ответишь честно — спросил я его.
— Валяй, за одно, уж — сказал он.
Манера разговора была немного резковатая и соответствовала вполне уверенного молодого мужчины. Вроде в нём было всё как и сотен других, но почему он был один. Меня это заинтересовало и не терпелось узнать.
— А почему ты один живёшь? — спросил я.
— Верка забрала ребёнка и уехала в город — подумав сказал он.
— А ты чего не поехал с ней.
— А чё я в этом городе забыл — сказал он.
— Я вот тоже не смог в городе прижиться — ответил я.
— А она, почему не захотела жить в деревне?
— Работы сказала что нет, а до этого много раз в город ездила, там искала работу — ответил он.
— Так вы развелись с ней — спросил я
— А мы и не женились, яж не дурак. Так жили гражданкой — сказал Пётр.
Хоть и было в доме у него всё в порядке и чисто, но я понял, что его Вера с ним намаялась и сбежала от него, а может и нашла кого, кто взял её в жёны. Но это было моё мнение, и я его не стал озвучивать. Немного подумав, я решился на откровенный вопрос.
— Пётр, если между нами, то я ещё хочу тебя спросить кое-что.
— Давай валяй — сказал он.
— Если бы ты встретил в лесу человека и он предложил тебе что в первом вопросе, ты как бы отреагировал. — спросил я.
— Это, смотря что, бы он попросил — ответил он.
— А по конкретнее — не стал я открывать ему своё желание.
— Ну если бы он сам попросил пососать, то я дал бы ему за щеку, а если бы мне предложил, то послал бы его куда подальше — ответил он.
— А другие варианты ты не рассматриваешь. Ведь не только можно сосать. Я вот живу один и снимаю стресс и возбуждение совсем по другому — ответил я.
— Дрочишь чтоль? — спросил он.
— И не только. Так же наверное и ты дрочишь и многие о ком ты даже и подумать не можешь этого. — сказал я.
— Да я знаю что все дрочат, но это же не выход — сказал он уже без резкости и более спокойно.
— Ну вот видишь. Вот наверное и нужны эти вопросы тем, кто не знает как себя ведут другие и находится в трудной жизненной ситуации в смысле отсутствия секса и женщины рядом — сказал я.
Я встал и прошёлся вдоль берёз. Мой член по прежнему торчал и выпирал большой бугор в штанах. Пётр видел это, но ничего не сказал, а сам приподнял левую ногу и поджал ею свой подбородок.
Значит всё ещё возбуждён — сообразил я и повернувшись к нему боком, как бы на ходу, чтоб не видеть его глаз и своё смущение ему тоже не выказывать, спросил.
— А если бы я сейчас попросил тебя об этом, что бы ты ответил — спросил я.
Пётр резко поднял голову и взглянул на меня.
— Хочешь дать мне за щеку — спросил он.
— Нет, наоборот — ответил я.
— Соси если тебе хочется — и он встал и стал спускать штаны.
Я сам растерялся, хоть я и сказал это, но был ещё не готов к этому. С Виктором мы тогда больше часа болтали, а тут и десяти минут не прошло. Но рассуждать было поздно, нужно было или извиняться и уходить, или соглашаться, за чем я и пришёл сюда. Пётр в это время уже снял штаны и повесил на берёзу, а из его трусов выпирал большой бугор. Он глянул на меня и быстро стянул трусы, положив их рядом с брюками. Мой член ещё сильнее напрягся и ещё больше стал выпирать в брюках. У Перта же член был меньше моего, но по толщине даже член Виктора не мог с ним сравниться, сантиметров около пяти, по сравнению с моими тремя с маленьким хвостиком.
— Ну что, не передумал — спросил он и слез с дерева, на котором сидел уже голой попой.
— Если это останется между нами, то нет — сказал я.
— Я не идиот, чтоб всем рассказывать об этом, какая потом в деревне за меня замуж пойдёт — сказал он.
— Тогда я тоже разденусь — сказал я и стал снимать рубашку и брюки. Трусы я принципиально не носил и поэтому скоро остался совсем голый. А когда повернулся к Петру лицом, то увидел на его глазах нескрываемое удивление. Он смотрел на мой кривой и длинный член торчащий в левую сторону и весь синий после двух встреч с Виктором.
— Что это — спросил он.
— Ни чего страшного, синяки — ответил я.
— Откуда — поинтересовался Петр.
— Снимал стресс и расслаблялся — ответил я.
— А если серьёзно — не унимался он.
— Ну если серьёзно, то ты можешь мне помочь чтоб он стал ещё чуточку синее и выровнял свою окраску — с юморил я.
— Как это, — не понял он
— Баш на баш. Я тебе помогаю снять напряжение, а ты мне перетягиваешь его — объяснил я.
— Так это у тебя от того, что ты его перетянул — понял наконец то Пётр.
— А ты что подумал, в автобусе прижал в дверях — ответил я.
— Нет, думал, что тебе кто-то врезал по нему и очень хорошо — сказал он уже без напряжения.
Я отошёл от своей одежды и стал приближаться к нему. Там была небольшая низинка и кустарник, и было более безопасно. Пётр стоял и покачивал своим толстым и шестнадцати сантиметровым членом. Мой член, тоже качался из стороны в сторону при каждом шаге и шлёпал меня по низу живота.
— А зачем тебе это надо — спросил он.
— Что именно — спросил я.
— Ну перетяжки эти и что ты сейчас хочешь сосать мой х... — пояснил он.
— Не знаю, может, разнообразия хочу — ответил я многозначительно.
— Может тогда тебе перетянуть его сначала — предложил вдруг сам Пётр.
— Я тоже это хотел предложить — ответил я.
— Объясняй тогда — спросил он и взял из моей руки комок со шнурками и положил на берёзу. Я быстро рассказал, как я это делаю и лёг на траву неподалеку от поваленного дерева. Пётр не стал церемониться и взяв мой член и яйца в одну руку, оттянул вверх и стал обматывать, а потом завязал первый узел и стал затягивать его. Мне не хотелось комментировать, а наоборот узнать, как он сам по своему усмотрению сделает это и потом сравнить с Виктором.
— Хватит или ещё тянуть — спросил Пётр.
— Как считаешь, так и делай — сказал я и стал смотреть на кроны деревьев, иногда косясь и поглядывая на действия Петра. Он быстро и умело мотал и затягивал и делал это как то ловко и уверено, как будь то, всё время этим занимался.
— У тебя быстро получается — сказал я.
— На рыбалке соплями швыркать некогда — ответил он.
— Ты рыбак — спросил я.
— Было дело, а что?
— Да я тоже люблю рыбу ловить. Может как нибудь сходим вместе — предложил я.
— Давай, только на той неделе, а то я эту всю занят буду.
— Ладно, я тоже не свободен, друг приедет и картошку копать будем — сказал я.
Вскоре все четыре шнурка были намотаны и затянуты узлами на моём члене и яйцах. Я даже не предполагал что Пётр разместит их по всей части и перетянет не только член и яйца у основания. Но яйца сами по себе, а член в трёх местах. К тому же он это сделал так быстро и затянул довольно умело и туго, не то что Виктор. Когда я увидел свой перетянутый член, то подумал а не передавил ли он его совсем, уж больно тонкий он был в тех местах, где была сделана перетяжка. Пётр мне не дал долго размышлять про себя и как только освободился, сразу встал и сказал.
— Теперь твоя очередь.
Я сел на траву, а потом встал на колени и взял в руки его член, который уже торчал и его вены просто выпирали из под кожи по всей его поверхности. Пётр молчал и я открыв рот стал играть с оголённой головкой языком, а потом медленно стал его толстый член пропускать между губ себе в полость рта. Член продвигался легко, но мне пришлось открывать рот сколько я мог. Член был такой толстый как мне показалось тогда и мне трудно было делать какие то там не было манипуляции с ним внутри. Пётр это понял и положив руки мне на голову сам стал прижимать меня и регулировать свои действия, а вскоре они превратились в однообразные и монотонные движения. Он просто трахал меня делая короткие поступательные движения туда сюда. Продолжалось это не долго и вскоре он затих на мгновение и стал сильнее прижимать мою голову к низу живота. Его член стал проникать всё глубже и глубже и вскоре перекрыл мне горло, что я стал судорожно пытаться глотнуть воздуха, а вместо этого стал глотать извергающуюся сперму из Петиного члена. Несколько секунд и член стал более мягким и это облегчило мне горло и я смог вздохнуть и тем самым позволил члену проникнуть ещё чуток внутрь, а вскоре я смог с ним уже совершать некоторые манипуляции, не вынимая изо рта и Пётр не спешил освободить его, а продолжал придерживать меня за голову. Как только его член стал совсем мягким, он убрал руки и вытащил его. Что я тогда чувствовал, мне трудно описать, но я был доволен и счастлив. Что Виктор, что Пётр каждый были по своему интересны, и у каждого были свои недостатки и достоинства.
Пётр стал одеваться.
— Ты что уже уходишь — спросил я.
— Да, мне пора, а то нас точно тут застукают — ответил он.
— Я тогда тоже пойду — сказал я и стал одеваться.
— Как только я одел брюки и мой перетянутый член и яйца образовали огромный бугор впереди, он спросил у меня.
— Ты что так пойдёшь?
— Да, развяжу дома, а то вдруг точно тут кто-нибудь заметит вдруг — ответил я.
— А это ничего что член будет перетянут — спросил Пётр.
— Нет конечно, я часто так гуляю по лесу — ответил я.
— Ну тебе виднее — сказал он и пошёл в сторону деревни.
— До встрече на рыбалке как договорились — сказал он обернувшись в мою сторону и скрылся за кустарником.
Я тут же вытащил член и стал распутывать все шнурки. Было хоть и терпимо, но немного саднило и я побоялся что не смогу дотянуть до дома, а тем более что уже начало смеркаться и через полчаса вообще было бы ничего не видно.
Дома я ещё долго осмысливал всё произошедшее и сравнивал Виктора и Петра и так и уснул на найдя, с кем из них мне больше интереснее и необычнее. Впереди через два дня предстояла новая встреча с Виктором и во вторник рыбалка с Петром. Что они мне сулят, я не знаю, но это меня и заводит идти на них.

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2728
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои рассказы про эксгибиционизм. История одного путешествия

Сообщение 18 мар 2016 06:19

Мои рассказы про эксгибиционизм. История одного путешествия.
Часть 1
.

Лето подходило к концу, а я так и не сумел отдохнуть и заняться своим любимым делом и вот мне разрешили и подписали заявление на отпуск. Я так обрадовался, что пока не передумали, решил в срочном порядке исчезнуть из дома. Пригласил соседку, пенсионерку и попросил её присмотреть за моим домом и кормить домашнюю живность. А потом сказал, что молоко и яйцо она может забирать себе. Для пенсионера это хорошее подспорье. Она очень обрадовалась и сказала, что я могу быть спокоен и отдыхать и не волноваться. Она всё сделает.
Я конечно знал что на неё можно положиться, уже не первый раз она меня выручала. Собрал немного еды, чтоб не испортилась, всё взял такое долгохранящееся. Сложил всё в рюкзак сшитый из старых брюк, взял мазь от комаров и лёг спать. Но мне не спалось и уснул только после полуночи. Проснулся как обычно и перекусив, одел носки и кроссовки, это всё что я решил на себя одеть, взял рюкзачок и через огород вышел на озеро, так как и спал — голяком, пока ещё все только что просыпались, я уже был в лесу и не торопясь пошёл вдоль по лесной дороге с каждым шагом всё дальше и дальше удаляясь от дома.
Лес просыпался и пели птицы, было так тихо и хорошо, что я просто радовался что наконец то я отдохну так, как этого хочется мне. Я уже много раз собирался в такой необычный поход на недельку, но дела и заботы всё не давали этого сделать.
Закончился один лес и перейдя небольшое поле я уже шёл по сосновому бору средь вековых сосен и густой поросли кустарников бузины и осинника вперемешку с молодыми берёзками. Ориентироваться в лесу и вообще на местности я умел очень хорошо и поэтому даже не думал оглядываться по сторонам и примечать хоть какие-то ориентиры.
Впереди показалась соседняя деревня, и я обошёл её стороной, как можно дальше. Уже слышен был шум машин и где то надрываясь заводили с пускача, трактор.
Ближе к обеду, когда солнце уже было в самой верхней его точке, я нашёл укромное место и устроил привал, немного перекусил и отдохнул. Ноги чуток гудели, я ведь не мало, а км пятнадцать то уж точно отмахал — подсчитал я про себя и прилёг под кустом и задремал. Когда я проснулся, то прошло не более двух часов и я собрался и повернув немного в сторону, чтоб лесом обойти следующую деревню, которая должна мне была попасть на моём пути, пошёл по еле заметной лесной дорожке. К вечеру я уже был на приличном расстоянии от своего дома и стал искать себе ночлег. Взобравшись на сучковатую берёзу на опушке, я осмотрелся по сторонам и увидел вдалеке еле заметное и удалённое от всех дорог уютное местечко в виде молодых сосновых посадок. Я тут же направился туда и зайдя в самую гущу, устроил себе лежбище.
Последующие четыре дня прошли так же, без особых приключений и событий, на чём можно было бы заострить внимание. Я обходил стороной деревни и сёла. Мне не хотелось, чтоб меня видели люди, а хотелось побыть одному как первобытный человек. Когда я в очередной раз присел отдохнуть и немного перекусить — так как я экономил продукты и по пути следования ещё ел ягоды и съедобные грибы, то мой запас рассчитанный на неделю, убывал не очень быстро и я решил что где семь дней в лесу, то там и все десять. Осмотрев рюкзак, я понял что у меня осталось как раз половина всего съестного запаса. Пора было поворачивать назад. Где я находился и как далеко от дома, я не знал. Для этого мне нужно было подойти по ближе к любой деревне и прочитать на знаке её название, чтоб сориентироваться. Что то мне подсказывало что я могу ещё отсрочить возвращение на один день и внутренний голос уговаривал меня, воспользоваться этим удобным случаем и пройтись ещё немного. Так и решил.
Весь следующий день я снова уходил всё дальше и дальше. По дороге заметил небольшое село и удобный подход к знаку с названием. Я осмотрелся и подошёл поближе. Прочитав название, я ничего не понял. Эту деревню я слышал впервые и не мог понять. Ведь перед своим походом я просмотрел по карте все деревни на сотню километров вперёд. Это я так примерно прикидывал до каких мест смогу дойти. Наверное слишком много уклонился в сторону, подумал я и решил немного повернуть в противоположную сторону и отправился дальше. Ближе к вечеру я снова увидел деревню и довольно большую. Знак с названием стоял на открытом месте и пришлось ждать ночи, чтоб подойти и прочесть. К моему удивлению я тоже такую деревню не слышал и не читал на карте, даже что-то похожее мне не попадалось.
— Куда же я забрёл, уже стал волноваться я.
Вспоминая карту и свой проложенный в голове путь странствий, я стал вспоминать, что мне должно было трижды попасть на пути большая дорога. Прокрутив в голове все пересечения, я насчитал их четыре. Толи я одну и у же дорогу пересёк дважды или зашёл слишком далеко и перемахнул аж четвёртую. Эти мысли мне не давали покоя.
Утром я проснулся рано и осмотревшись пошёл дальше на поиски того, чего не знал даже сам. Мне хотелось найти хоть что то, что я видел кратко или даже очень хорошо на той карте. В течении дня я обошёл ещё три населённых пункта и одно название мне показалось знакомым. Я стал вспоминать где я его читал и решил что как раз не так далеко, до каких мест я хотел пропутешествовать голышом с рюкзачком за спиной. В котором кстати продукты уже начинали медленно уменьшаться. Дождавшись обеда и встав спиной к солнцу, а лицом к деревне со знакомым названием, я решил что мне нужно идти в направлении соснового бора видневшимся на другой стороне огромного поля. Я так и сделал. Один день следования в обратном направлении мне ничего не дал и я потратил ещё два дня, прежде чем снова подойти к деревне и прочитать как она называется. По моим расчётам это должно быть уже на полпути к дому, к моему ужасу я снова увидел незнакомое название и растерялся — вернее всего испугался. Идти к людям в таком виде было не в моих планах. Я был голый и беззащитный, да и при виде меня все кто встретился бы мне, поспешили бы уйти в безопасное место — мало ли кто там да ещё голый бродит по лесу.
Я потратил ещё два дня и за два дня трижды пересёк оживлённые трассы. Мне казалось что я всё же иду в правильном направлении, но снова ошибся. Расстроившись я устроил себе очередной привал и доел последние крошки из своего рюкзака. Больше он мне был не нужен и я его повесил на дерево, взяв только пустую бутылку для воды и в носки засунул мазь от комаров. Утром я отправился на поиски. В течении всего дня я питался только тем, что находил в лесу и росло на полях, кукуруза и пшеница. Воду набирал из родников, которые мне попадались, возле них же и устраивал себе привалы.
Три дня я без еды бродил по лесу и полям вокруг сёл и деревень и пытался найти что то родное и знакомое, но всё было напрасно. Устав и измучившись, я рухнул в лесу и уснул. Проснулся уже ближе к обеду, когда солнце было высоко и пробиваясь сквозь ветки и кроны деревьев, светило прямо в глаза. Я встал и покрутившись по сторонам, всё кругом мне показалось одинаково и я уже не знал, откуда я пришёл и куда мне идти и я пошёл по еле заметной дорожке. Я знал ещё со школы, что любая маленькая дорога, приведёт к большой, а любая большая, приведёт к людям. Я ещё не решил, как я буду расспрашивать и показываться перед людьми, но понимал, что без чьей-то помощи, мне дорогу обратно будет не найти.
Шум машин и просвет среди деревьев показался часа через три. Когда я вышел на опушку, я увидел дорогу и по ней не так много, но шли легковые и грузовые машины. Вот так сразу взять и выйти, я не мог и решил ждать, когда движения совсем не будет. Ждать пришлось около полутора часов. Вскоре ни стой, ни с другой стороны не было видно ни единой машины и я стал ждать.
— Первая же машина будет моей — решил я.
Как только вдалеке показалась легковушка, я с трудом пересилив себя, вышел на обочину дороги. К моему удивлению или счастью машина сбавила ход и остановилась.
— Ты откуда такой взялся — спросил водитель, мужчина лет сорока с небольшим, среднего роста и плотного телосложения, не то что я — дунь ветер посильнее и меня унесло бы.
— Я спрашиваю. Ты откуда тут в таком виде — повторил он снова оглядывая меня и улыбаясь.
— Отдыхал в лесу, ночью все вещи украли и я три дня блужу уже, не могу выйти — соврал я.
— А куда тебе нужно то — спросил водитель.
Я назвал свою деревню.
— Я не слышал про такую — ответил он.
— А где это — тут же добавил он следом.
Я назвал область — Челябинская.
— У, дат ты мил друг находишься в Свердловской, но можно сказать немного не дотянул до Тюменской. Ещё бы десятка два километров и ты был бы там — усмехнулся он.
— Садись, я как раз по пути мимо проезжать буду, могу немного свернуть, если покажешь.
— Но я не знаю где мы и как и что показать- ответил я.
— Ну вот приедем в твою область, там и покажешь, куда тебе — сказал он.
— Но мне нечем с вами рассчитаться — сказал я.
— Ладно, садись. Там разберёмся, а то вон уже машины подъезжают. Я не хочу чтоб тебя в таком виде со мной видели,- объяснил водитель и открыл дверку.
Я сел на заднее сиденье и немного успокоился. Машина тронулась и мы поехали. Мимо проносились деревья и рекламные щиты. Водитель, его звали Николай, изредка в зеркало посматривал на меня и вдруг спросил.
— А у тебя неплохой агрегат, комары накусали или такой и был?
— Какой агрегат — не понял я да и соображал очень туго.
— Какой какой — х.. твой, да и яйца огромные — рассмеялся он.
Немного проехав мы увидели впереди придорожную харчевню.
— Голоден — спросил Николай.
— Три дня толком ничего не ел — одни ягоды — ответил я.
— Ты сиди, а я сейчас — сказал он и притормозил, не доехав метров двадцать до крайней машины, остановился.
— Спрячься, если кто подойдёт — добавил он на ходу.
Я укрылся за спинкой сиденья и смотрел по сторонам. Хорошо, что боковые окна были тонированы и меня вряд ли кто с улицы мог увидеть, если бы не заглянули через лобовое стекло. Вскоре пришёл Николай и подал мне пакет.
— Ешь — сказал он. Только понемногу, а то живот заболит.
Я попил сок и стал есть бутерброд и что то на разовой тарелке. Было вкусно, но я не спешил. Николай отъехал немного и притормозил, чтоб дать мне возможность спокойно доесть. Пока я жевал, он спрашивал меня, и я что мог, отвечал ему в перерывах между тем, как очередную порцию жратвы отправлю в рот.
Поблагодарив его, я сложил всё в пакет и мы поехали.
— Если хочешь, перебирайся ко мне на переднее. Ехать ещё долго. К вечеру бы добраться хоть. — сказал он.
Я подумал и отогув спинку перешагнул и сел рядом с ним, даже не стесняясь, что я голый. Прикрыв свой член и яйца руками, я сидел, пристегнувшись ремнём. Ехали мы не сказать, чтобы быстро. Николай объяснил мне, что гонит машину своему другу в Башкирию. Немного освоившись и привыкнув к обществу Николая, я нет, да руками тихонько поцарапаю, то межу ног, то член, а то и яйца. Всё равно укусы давали о себе знать, и когда я мог, то терпел, а когда уж было невтерпёж, то раз другой скоблил по зудячему месту ногтями.
— Что накусали комарики — спросил он.
— Есть маленько. Зудит. — ответил я.
— Если хочешь, я могу помочь — сказал Николай.
— Если можно конечно — двусмысленно ответил я.
— Уколов боишься — спросил он.
— Да нет — ответил я.
Николай остановил машину и достал аптечку. Вынув шприц и ампулу, он объяснил, что много раз его спасало от зуда. Что мол когда едешь по дороге и зудит, а руки заняты, так и хочется чтоб третья рука появилась — объяснил он и рассмеялся.
Набрав бесцветную жидкость, он выдавил воздух и смочив ватку и бутыльке с какой то жидкостью, сказал.
— Давай, подставляй.
Я отстегнул ремень и стал поворачиваться к нему попой. Он рассмеялся.
— У тебя, что задница зудится, так там этот укол не поможет, там другой нужен и расхохотался ещё громче.
— А куда ставить — спросил я.
— Куда, где зудит там и ставить — ответил он. Прямо в член.
Я растерялся и не знал что делать. Сначала согласился, а сейчас в кусты. Было как то неудобно. Он ко мне с помощью, а я ломаться как красна девица.
— Да не бойся ты — будет не больно — сказал он поняв мои сомнения.
Я снова сел и повернулся к нему в полоборота. Он протёр ваткой у самого основания слева и справа от члена и тут же вколол и выдавил половину жидкости, что была в шприце. Затем остальное вколол и выдавил с другой стороны от члена.
— Ну вот, немного потерпишь, и там зуд как рукой снимет — сказал он.
— Спасибо — ответил я.
— Спасибо в карман не положишь — ответил Николай следом.
Но у меня нет ничего с собой. Я потом дома с вами рассчитаюсь — объяснил я.
— Что богатый что ли — спросил Николай.
— Нет, откуда у нас в деревне работа то — ответил я.
— Ну а о расчёте говоришь. Я ведь за всё немало с тебя сдеру — сказал он и улыбнулся.
Я не знал что сказать и замолчал.
— Да я так, пошутил, просто у меня юмор такой — ответил он увидев моё замешательство.
— Ну я всё равно вам отдам деньги — сказал я.
— Ага, отдашь. Забудь, я же не на свои тебя кормлю и пою — это мне друг оплачивает всё — у него денег куры не клюют.
Посмотрев на меня и на то что я перестал скоблить свой член и яйца, он спросил.
— Ну что, перестало зудеть?
— Вроде да — ответил я.
Николай протянул руку, сбавив скорость и положив мне на член и яйца, сдавил их. Я хотел было отстраниться и вздрогнуть от боли при сдавливании, но ничего не почувствовал, да и отстраняться спинка сиденья мешала.
— Больно — спросил он.
— Нет — ответил я смутившись.
— Ты не против, если я ещё разок давну — спросил он.
— Нет, дави, мне не больно — ответил я.
Николай положил руку и совсем поехал медленно. Глядя на дорогу, он на ощупь ухватил мои яйца и стал их сдавливать. Я думал, он их точно расплющит, но мне было не больно, и я только наблюдал за ним. У меня даже член от возбуждения и необычности момента встал и торчал колом. Бросив косой взгляд на меня, он увидел торчащий член и остановился совсем.
— А у тебя огромный агрегат — сказал он удивлённым голосом.
— Обычный — ответил я.
— И сколько этот обычный? — спросил Николай.
— Последний раз измерял, был двадцать один с половиной сантиметров — ответил я.
— Ты не будешь против, если я гляну — спросил он.
Мне было и неудобно, как то себя чувствовать, что другой мужик давит мои яйца и разглядывает мой член. Да и отказать тоже не мог, чтоб не обидеть. Ведь он остановился и помог мне.
— Смотри — ответил я, а у самого уши просто горели и наверное были красными от щекотливой ситуации.
— Если хочешь, то можешь и мой посмотреть, и Николай не дожидаясь, когда я отвечу, тут же привстал и спустил с себя спортивные штаны, под которыми были обыкновенные семейные трусы. Он зацепил их вместе с трико и опустил к самым ногам. Я увидел его полувозбуждённый член и яйца. Он был толще моего, но несколько короче, но смотрелся очень даже ничего, не то что мой изогнутый и кривой. И тут Николай взял в руку мой член и стал по нему двигать, делая поступательные движения рукой вверх, вниз. Я вообще был ошарашен и округлил глаза и пока я соображал, что происходит, Николай взял мою левую руку и положил на свой уже возбуждённый член.
— Ну как тебе мой — спросил он.
— Нормальный — ответил я.
Тогда Николай раздвинул мои пальцы и помогая мне обхватить его член, сделал пару движений и я приходя в себя понял, что он тоже хочет, чтоб я ему подрочил. Делать было нечего и я стал делать одно движение за другим. Он тоже возобновил движения своей рукой, и мы уже оба дрочили друг другу.
— Может, соревнования устроим. Кто быстрее кончит — спросил он.
Я пожал плечами и он сказал.
— Ну тогда поехали и ускорил движения своей рукой.
Я тоже начал двигать своей рукой по его члену немного смелее и уже начал принимать это как некий вид расчёта за еду и помощь. Мне не хотелось снова оказаться на обочине голым и голодным и неизвестно куда идти. Ведь мы отъехали от того места, где меня подобрал Николай, не больше сотни километров. Мы продолжали дёргать друг у друга писюны и тут Николай спросил.
— А какой приз победителю будет?
— Не знаю — ответил я.
— Если ты не против, то проигравший сосёт у победителя — сказал он.
Я давно думал об этом, но как это сделать в деревне, где все друг друга знают. Это был шанс попробовать, о чём я часто вечерами лёжа в кровати размышлял и даже представлял себе.
— Молчишь, значит согласен — сказал Николай и стал ещё более ритмично дрочить мой член, что яйца стали подпрыгивать и ударяться о сиденье. Но им было не больно, и Николай с удвоенной силой стал двигать рукой. Я думал что он сейчас сдерёт кожу с моего члена или раздолбит в лепёшку мои яйца, которые после укола ничего не чувствовали и вот оно. У меня начал пульсировать член и внизу живота появилась сладкая истома. Николай понял это, и стал ещё энергичнее двигать рукой, и белая струйка спермы вылетела вверх и упала мне на ногу, потом другая и третья. Ощущение было довольно необычное и что-то напоминало детство и друга Димку, с которым мы часто дрочили вот так же друг другу.
— Ты проиграл — сказал он убирая руку с моего члена.
Я пожал плечами и представив себе что сейчас буду сосать незнакомому мужику член, даже замер и перестал двигать своей рукой. Я даже убрал её в сторону и посмотрел на Николая.
— Прямо тут на дороге — спросил я.
— Ну можем и съехать — ответил он и завёл мотор и мы тронулись. Метров через двести был небольшой свёрток в лес и мы свернули.
— Ну что, тут нормально — спросил он отъехав от дороги пару десятков метров.
Я кивнул головой и стал наклоняться к его паху. Он немного повернулся ко мне и раздвинул ноги. Я впервые ощутил губами крайнюю плоть и гладкую головку члена и стал облизывать его, а потом осмелели и уже его головка оказалась у меня в рту. С каждой минутой я чувствовал себя более уверенно и мне это стало даже нравиться. Я попытался сесть поудобнее, но было мало места и как то не получалось. Николай заметил это и сказал.
— Мы можем выйти из машины.
— Давай — сказал я.
Расположившись на поляне возле кустарника, я склонился и стал сосать член и яйца, я тискал их руками и перекатывал между пальцами. А член Николая всё глубже и глубже проникал внутрь и вот Николай обхватил мою голову и плотно прижал к себе. Его член полностью поместился у меня во рту, а головка проникла глубже в область гортани. Я стал задыхаться и появилось чувство, что меня вот-вот вырвет и в это время, во время этих моих спазм напоминающих глотание, член стал выплёскивать сперму, и она сразу проникала в мой пищевод. Несколько секунд и Николай ослабил давление и я проглотив тяжело вздохнул.
— А у тебя неплохо получилось для первого раза — сказал он.
Я не знал, что сказать и молчал. Уши и лицо горело от стыда. Но делать было нечего, и я смирился, да и если честно сказать, то мне даже понравилось.
— Давай передохнём, а тоя уже полдня в дороге. Устал — сказал Николай.
Мы сидели радом, в метре друг от друга. Я голый совершенно, он только в одной футболке. Мой и его член болтались между ног и касались травы.
— Ты что вот так голый и бродил по лесу — вдруг спросил Николай.
— Да, а что оставалось делать, всё утащили — ответил я.
— И ты даже не проснулся — спросил он.
— Устал и спал как убитый — ответил я.
— А ты что на голой земле и голый спал? — поинтересовался Николай.
Я понимал, что попался. Никто спать голым в лесу не будет, когда есть вещи и можно укрыться и от насекомых и от холода и я промолчал.
— А может ты вообще без одежды путешествовал. Я уже таких встречал на дорогах. — сказал Николай.
Ничего не оставалось, и я всё рассказал. Николай конечно был в шоке и очень удивлён, что я так далеко забрёл и заблудился. Потом он рассказал много своих дорожных историй и приключений. Так мы просидели больше часа и ту Николай подсел поближе и протянув руку, ухватил мои яйца. Он слегка сдавил их и я ойкнул.
— Что больно? — спросил он.
— Есть немного — ответил я.
— Если хочешь, то я ещё тебе укол сделаю — спросил Николай.
Мне понравилось как он тискает и сдавливает мои яйца и немного подумав я согласился. Николай пошёл к машине и принёс аптечку. Быстро всё приготовив, он снова воткнул мне укол.
— А я сразу понял, когда тебя увидел голого на дороге. Что ты не просто так там оказался и никто тебя не обкрадывал — сказал он.
Я ничего не сказал и опустил голову вниз. Через полчаса мы уже ехали по трассе и я сидел на переднем сидении голый, а Николай правой рукой то переключал скорости, то тискал мои яйца, не стесняясь того как он это делал. Ехали мы не очень быстро, наверное потому, что ему хотелось вдоволь наиграться моими яйками. А мне это очень нравилось.
По дороге мы заехали в один городок и он перед ним меня всадил, а сам уехал и его не было часа два, а когда вернулся, то сказал что узнал дорогу в объезд и мы тронулись. Уже вечерело и начинало темняться.
— Я ночью вообще не могу ехать. Засыпаю — сказал он.
— Может, переночуем где-нибудь — спросил он у меня.
— Давай, а то не хочется в канаве оказаться, да ещё в таком виде — ответил я.
Мы съехали с трассы и завернули в лес на небольшую поляну. Дальше дорога спускалась вниз к реке и мы даже обрадовались этому.
— Можно и помыться — сказал я.
Николай тут же разделся и мы оба голыми спустились вниз и залезли в воду. Было немного прохладно, проточная вода и недостаток солнца охлаждали воду и не давали ей согреться. Но после долгих странствий мне было очень хорошо. После укусов ещё появлялся зуд и Николай снова поставил мне укол. Потом мы поели и он подсев рядом, снова стал тискать мои яйца, сдавливая их в своей сильной и крепкой руке. Мне было не больно, и я просто наблюдал за ним. Член медленно вставал, и он заметил это.
— Что снова восстал — спросил он с усмешкой.
— И усталость его не берёт — ответил я.
— Хочешь, я его успокою — спросил Николай.
Я пожал плечами и ничего не ответил. Он велел мне лечь на спину, а сам сел мне на живот спиной ко мне и стал что то делать с членом, двигать крайнюю плоть и вдруг я почувствовал укол. Я вздрогнул, но сил поднять его сидящего на животе у меня не было.
— Я член обезболить хочу — сказал Николай.
— Зачем — спросил я.
— Скоро увидишь — ответил он.
Николай сел мне на ноги и повернулся ко мне. Он взял в руки мои яйца и стал тискать их, а другой рукой стал играть с членом. Как только после укола мой член снова напрягся, Николай достал шнурок и обмотнул его вокруг члена у самого основания.
— Зачем это — спросил я.
— Я увидел следы, когда дрочил тебе член и понял что тебе нравится его перетягивать. Я сам этим люблю заниматься, вот и решил тебе помочь. — сказал он.
Мне давно кроме меня никто не перетягивал член, и я с радостью принял его игру. Обмотнув шнур раза три, Николай завязал узел и туго его затянул. Шнурок глубоко врезался в тело члена, и его почти не стало видно. Николай завязал ещё узел и обрезал концы, чтоб не мешали.
— Ну что, ты не против, если я поиграю с ним — улыбнувшись, сказал он.
— Нет — ответил я и подложив руки под голову, стал наблюдать за его действиями.
Николай достал из аптечки какую то баночку и открыв её, достал небольшую иглу. Ничего не говоря, он поднёс её к головке и стал втыкать на моих глазах. Я ойкнул и сжался весь, даже ноги согнул.
— Что больно — спросил он.
— Нет, не больно — ответил я.
— А чего тогда весь напрягся — спросил Николай.
— Боязно, я ведь этого не пробовал, хотя много видел фото — ответил я.
Но Николай ничего не сказал и надавив посильнее воткнул иглу полностью, что она проткнув головку члена, вышла с другой стороны. Потом было ещё и ещё и когда она закончил, то я насчитал около десятка игл проткнувших мой член на сквозь. Пока было светло и всё видно, Николай забавлялся с моим бесчувственным членом, а потом развязал перетяжку и стал дрочить его, подставив мне свой. Мы оба почти одновременно и кончили. Николай прижёг места проколов и предложил просто прогуляться. Мы шли по лесу и я снова ему рассказывал о себе, а он о себе, а когда вернулись, то легли спать, валетом, как предложил он. Я согласился и как только мы легли, то Николай взял мой член и яйца и стал сосать их, я тоже подтянулся к нему, и так насасывая друг другу опавшие члены и яйца, мы уснули.
Проснулись около девяти утра. Мы лежали поодаль друг от друга. Возможно ночью откатились или ещё что. Николай спросил.
— Ну что, не болит писька?
— Нет, усмехнулся я.
— А яйки твои как? — снова спросил он.
— Да нормально — ответил я.
Мы спустились вниз к реке и умывшись сели завтракать. Потом Николай окинув меня взглядом, спросил.
— Как поедем, тихо или быстро? Тебе укол поставить или не хочешь уже?
— Как тебе удобнее, что я могу предложить — ответил я.
Он поставил мне укол и мы выехали на трассу. Ехали тихо и никуда не спешили, зато рука Николая постоянно тискала и давила мои яйца, перекатывая их между пальцев и сдавливая вместе.
— Плох о что ты в стороне сидишь, тянуться приходится — сказал он.
Я повернулся к нему и придвинулся к самому его сиденью, заведя левую ногу за его спинку, а правую просунув вниз под его ноги. Было конечно не очень удобно, но он даже обрадовался и ухватив мои яйца, стал тискать ещё сильнее.
— Может и член тоже обезболить — спросил он.
— Как хочешь, мне и так и так хорошо — ответил я.
Мне действительно было хорошо, когда он играл моими яйцами и перекатывал их пальцами. А если бы он ещё и членом стал играть — думаю об этом, мог я только мечтать. Николай остановил машину и велел мне сесть поудобнее. Мы сдвинули пассажирское сиденье назад и теперь моя левая нога чувствовала сидя вполне уютно за спинкой водительского сиденья, да и правая тоже не задевала рычаг переключения передач и опустилась немного ниже, хотя ступнёй упиралась в дверку. Николай поставил укол и стал возбуждать член и как только он напрягся, он его тут же перетянул как прошлый раз.
— Ну вот и всё, можно ехать — сказал он и сел на своё место.
Машина тронулась, а его правая рука опустилась на мои член и яйца. Я поначалу наблюдал за его действиями, а потом полностью доверился ему и опустив голову закрыл глаза. Я отвечал на его вопросы и чувствовал как он крутит и вертит мой член и сдавливает яйца. Потом машину немного стало качать и я приподнял голову. Мы снова въезжали в лес.
— Что-то случилось — спросил я.
— Ага, случилось. Член у меня стоит и ломит его — ответил он.
Мы больше часа отдыхали и снимали напряжение друг другу, а потом тронулись в путь. Часа через три я уже стал узнавать местность и вскоре увидел знакомую дорогу и знакомое название соседней деревни. Оставалось только свернуть и проехать ещё около семи километров. Николай остановил машину и спросил.
— Ну что, думаю, дальше сам доберёшься? А то я уже опаздываю.
— Спасибо тебе, конечно доберусь. Только как мне с тобой рассчитаться то — спросил я.
— Ты уже рассчитался, но если ещё хочешь, то я не против, — сказал он и усмехнулся.
Я подумал и спросил.
— В смысле как и где?
— Я буду снова перегонять машину и через несколько дней, как эту сдам, буду возвращаться обратно по этой же дороге. Если надумаешь, то ждать буду не больше часа- сказал он.
— Хорошо, я подумаю — ответил я и дождавшись как на дороге будет тихо, вылез из машины и сбежав в кювет, скрылся в лесу.
Николай уехал, а я вернулся домой и был очень доволен своим путешествием и рад что всё так случилось.
На встречу я конечно пришёл через три дня и сам ждал Николая и его другую уже машину больше трёх часов, но это хоть и продолжение моего нового знакомства, но другая история и вскоре я вам о ней тоже расскажу.
Продолжение дальше...

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2728
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои рассказы про эксгибиционизм. История одного путешествия

Сообщение 21 мар 2016 06:12

Мои рассказы про эксгибиционизм. История одного путешествия.
Часть 2
Все три дня время тянулось мучительно долго. Мне снова хотелось встретиться с Николаем и ощутить его руку на своём члене и как он сдавливает мне яйца. Предупредив кого мог и соседку и на работе, я утром отправился к перекрёстку, через который должен был проехать мой новый знакомый. Я долго думал, как и в чём мне идти или совсем голым и решил что лучше одетым, но во что-нибудь такое, что не жалко потом выкинуть. Дорога заняла около двух часов и вот я уже сижу на опушке и жду, посматривая, на проезжающие мимо машины. Ждал часа три, и вдруг напротив меня остановилась белая иномарка. В ней сидело двое мужиков, и в одном я признал Николая. Он махнул мне рукой, и я так неуверенно пошёл к ним. О том, что он будет не один, я не знал и это меня насторожило.
— Это мой напарник Сергей — представил он меня.
У меня отлегло и я сел на заднее сиденье. К вечеру мы уже были в небольшом городе и там вышли из машины. Высадив попутчика и купив немного продуктов, дальше добирались одни ещё полтора дня. В общей сложности я оказался от дома в двух тысячах километров — почти на самом севере Тюменской области. Как только мы выехали на трассу, я сразу же снял с себя свою старую одежду и выбросил в окно. Она разлетелась по дороге и сразу попала под колёса идущего за нами грузовика. Водитель сразу посигналил нам и мы с Николаем переглянувшись, рассмеялись и он добавил газ. По пути мы несколько раз сворачивали с трассы и отдыхали как в прямом, так и в переносном смысле.
Перед городом, куда мы ехали, Николай высадил меня в лесу и уехал на встречу. Вернулся он только на следующий день в районе обеда на чёрном внедорожнике.
— Ну что, покатаемся — сказал он.
— Поехали — ответил я, и сел в машину прячась от назойливых комаров.
— Ну что, сильно накусали. Может укольчик поставить — спросил он.
— Ага, накусали. Даже мазь не помогала — ответил я.
Николай воткнул мне укол в область паха и гениталий и мы перекусив, выехали на трассу. Ехали не очень быстро, и Коля постоянно клал руку на мой член и тискал его, особенно доставалось яйцам. Потом открыв бардачок, он достал плоский экран — как выяснилось, что это была фоторамка, и на ней было много разных фоток, и картинок и спросил.
— Хочешь посмотреть?
— Да — ответил я и взяв её, стал разглядывать. Через некоторое время я уже сильно возбудился, и мой член просто торчал как никогда.
— Действует — спросил он.
— Что действует — не понял я.
— Ну картинки на твой член действуют — пояснил Коля.
— А, даже очень — ответил я и продолжил рассматривать нудистов и эксгибиционистов. Потом пошли картинки с голыми девушками в необычных местах и я уже не мог терпеть.
— Ну что, уже не в терпёж — спросил Николай.
— Вроде да — ответил я.
Мы свернули с дороги и остановились.
— Ты не против — спросил Коля и стал склоняться к моему члену.
Я просто опешил и не смог ничего ответить. Он взял головку зубами и слегка сдавив её стал медленно погружать себе в рот. Он стал играть ею и слегка посасывать, и я уже не мог терпеть. Я только сказал, что сейчас кончу, как он сдавил мой член зубами и замер. Сперма вырвалась под большим напором, и он стал глотать её, продолжая держать мой член зубами и плотно обжимая губами. Мой член пульсировал и выплёскивал порцию за порцией и когда источник иссяк и стал затихать, Коля ещё сильнее сжал губы и сдавил мой уже начинающий обмякать член. А минут через пять, облизав его, он выпустил его изо рта со следами от зубов и спросил.
— Ну как? Не больно было?
— Нет, даже очень приятно. Такого я никогда ещё не испытывал — ответил я.
— А мой не хочешь попробовать? — спросил Коля.
— Если не против, то с радостью — ответил я и стал склоняться к его брюкам, в которых уже выпирал приличный бугорок. Приспустив ему брюки, я взял его член руками и немного подрочив, оголил головку и лизнул. Как это было необычно и я так долго ждал и хотел этого, что тут же как и прошлый раз стал сосать его член заглатывая всё глубже и глубже и вот он почти у меня в горле и я задыхаюсь и меня тошнит, но Николай сам уже стал толкать член ещё дальше и вот взрыв и сперма брызнула внутрь, орошая стенки гортани. Я замер и не дышал — так как дышать было нечем и экономить приходилось каждую каплю воздуха. Ослабив давление, Коля высвободил немного член и дал мне возможность глотнуть воздуха и снова стал толкать член как мог глубоко мне в пищевод. Но член хоть и пульсировал и ещё выплёскивал слабые капли спермы, начинал уже опадать и был мягким, хотя ещё большим и толстеньким. Я ещё немного поиграл уже с обмякшим членом Николая, потискал его и пососал, а потом мы снова сели в машину и поехали дальше.
В течении четырёх дней мы с ним колесили по дорогам и устраивали привалы, на которых снимал стресс и напряжение. Я уже освоился и перестал стесняться Николая и сам доставал его член во время движения и сосал его положив свою голову ему между ног. Он тоже давал волю своим рукам и тискал мой член и особенно яйца. Ближе к концу нашего путешествия он решился и измерил глубину моего анального отверстия своим членом, хоть он был и короче моего, но немного толще и ощущения были необычные и даже чувствовалась лёгкая боль переходящая в приятную истому.
Николай прекрасно знал все дороги, так как по ним уже много раз ездил и перегонял машины. За километр до поста он всегда высаживал меня и проехав его ждал меня, пока я по обочинам и лесу обогну опасный участок — я всегда был голышом и мне это нравилось. Когда мы подъезжали к городу, то иногда поступали так же, но бывало и так, что мне приходилось залезать и прятаться в багажнике под кучей разного мусора и тряпок — которые мы брали специально чтоб в лесу спать на них и укрываться от комаров по ночам.
В течении всего лета я ещё много раз и на двое суток и на целую неделю уезжал с Николаем и он всегда придумывал новые развлечения по пути следования. Я уже привык и не опасался его. Мне даже нравилось как он относится к моим половым органам, и вроде не жалеет их и как то бережно и осторожно. А иногда даже спрашивает, хочу ли я попробовать то или другое, как и случилось в одной из наших обычных поездок.
После очередной остановки, Николай перетянул мне член и яйца и я сидя с ним рядом рассматривал картинки, а он медленно вёл машину тиская и сдавливая мои яйца. И тут мне попали на глаза необычные картинки. Среди них были и рисованные и похожие на настоящие фото, на которых было изображено, как иглы прокалывают член. Он увидел мой удивлённый взгляд и прижавшись к обочине остановился.
— Что это ты так удивляешься — спросил Коля.
— Да вот вроде на монтаж похоже — сказал я и показал ему, как много игл пронзили головку и сам член.
— Разве это монтаж. Я сам так много раз делал — сказал Коля.
— Ну и как — спросил я с интересом.
— Как видишь, жив и здоров и перед тобой сижу — ответил он.
— А не больно прокалывать член — спросил я.
— Пчела и то во много раз больнее жалит — ответил Коля.
После короткой паузы, видя что я с интересом рассматриваю фото и картинки, он спросил.
— Если хочешь, можем попробовать.
— Я даже не знаю — ответил я.
— Ну как знаешь — сказал он.
— Ну если ты уверен и тебе хочется это сделать, тогда я согласен.
Николай не скрывая радости, тут же завёл машину, и мы свернули с трассы. На небольшой полянке я лёг на траву, а он, достав всё необходимое, поставил укол и занялся возбуждением моего члена. Я продолжал смотреть фото и картинки искоса следил за действиями Николая. Вот он взял иглу и приставив к головке члена, стал давить ею. Я даже как то сжался от испуга, но тут игла провалилась, проткнув кожу, и вышла с другой стороны.
— Ну как, не больно — спросил он.
— Вроде бы нет — ответил я неоднозначно.
Он взял вторую иглу и снова проколол мне головку. Я снова вздрогнул и уже не так испуганно смотрел на его руки и следил за его действиями. После второй иглы была третья и пятая и десятая. Он проколол мне и член в разных местах, и мне даже было интересно, как он это делает, хотя я чувствовал немного неприятное ощущение, когда игла прокалывала кожу и продвигалась внутри члена. Но можно было вполне терпеть, и я снова уставился в фото рамку, даже не стал обращать, что делает Николай. Когда он воткнул около двух десятков иголок, я посмотрел на его и увидел в глазах нескрываемую радость. Ему было приятно и интересно всё это проделывать с моим членом.
— А это ты тоже пробовал — показав ему фото с проткнутыми яйцами — спросил я.
— Да, хочешь и тебе сделаю — сказал Коля.
— Ну если хочешь — то валяй — ответил я и сам уставился на свои яйца.
Николай вынул из члена одну иглу, и тут же наставив её на яйца, стал протыкать его. Я почувствовал лёгкую ноющую ломоту и тут же увидел, как она проткнув яйцо, вышла с другой стороны. Николай взял вторую иглу и проколол второе яйцо.
— Ну как — спросил он.
— Немного больнее — ответил я.
Мы ещё немного посидели и он убрав всё и протерев мой член и мошонку в местах проколов спиртовым раствором, стал играть с моими яйцами, а потом подставил свой возбуждённый член и я с жадностью стал сосать его. Через час мы уже были на перекрёстке и я вышел из машины и попрощавшись с Николаем, сказал ему, что буду через две недели ждать его на этом же месте.
Ожидание оказалось муторным и долгим. Мы снова встретились и снова вместе колесили дороги западной Сибири. Я голый на пассажирском сиденье, а он за баранкой с вытащенным членом, который я часто сосал когда он вставал и задевал баранку. Это было последнее наше путешествие в этом году, и на последок, Коля мне снова проколол и член и яйца. Я даже с воткнутыми иголками ехал сидя в машине несколько километров, а мимо проносились другие машины и ничего не подозревали, а лишь сигналили и возмущались, что мы еле тащимся и мешаем движению.
Зима прошла мучительно долго. Голым ездить было не по сезону, а копаться в одежде и доставать член под полами шубы или куртки было очень неудобно и мы решили снова встретиться весной. Николай дал о себе знать где то в конце мая и я взял отпуск без содержания, так как хозяин, для кого Николай гнал машины оплачивал всю дорогу и расходы по питанию и нам этого хватало вполне. Мы снова с ним вспомнили всё, что проделывали прошлым летом и я чтоб как то сократить расстояние или дистанцыю в нашем общении и не задавать лишний раз ненужные вопросы, скала ему, когда он в очередной раз спросил у меня разрешения поиграть с моей попой и поковыряться в ней своим членом.
— Слушай Коль, у меня есть к тебе одно небольшое предложение.
— Какое — спросил он.
— Чтоб ты не спрашивал меня постоянно, я хочу чтоб с того дня, как только я сажусь с тобой в машину, мои яйца и член, ну и попа конечно, были в полном твоём распоряжении. И чтоб ты не спрашивал меня, можно или нет, а делал сам что захочешь — сказал я и уставился на него.
— Ты это серьёзно — спросил Коля.
— Да, я всю зиму об этом думал и решил, что так будет лучше.
— А не боишься, вдруг я что то сделаю не так — с ехидцей спросил он.
— Я привык тебе за два лета доверять и думаю что буду доверять и дальше. Ну а если будешь сомневаться или вдруг я чего-то захочу — то ты спроси или я сам скажу.
— Ты что на самом деле хочешь, чтоб так было.
— Да, если не хотел бы, то и не поехал с тобой — ответил я.
Коля задумался и тиская мои яйца посмотрев на меня, сказал.
— Если ты так хочешь, то я согласен, но и ты тоже можешь меня не спрашивать — сказал он ответно.
— Хорошо, я согласен, только чур я колоть тебе член и яйца иглами не буду.
— Договорились.
Я ещё не знал и даже не мог предположить, чем это всё потом обернётся для меня, мной двигал интерес и желание чтоб Николай в любое время, не спрашивая меня, мог брать мои яйца и член и играть ими, да и мне тоже хотелось чаще сосать его член и яйца и играть ими. После этой договорённости в наших отношения убралась в сторону, какая-то преграда и мы оба это почувствовали. Мы постоянно как нам хотелось, съезжали с дороги в лес и мучили то мои яйца и член, то его. А то изучали попы друг друга, толкая в них свои члены. Часто я сидя на пассажирском сиденье ехал с засунутым в попу или огромным огурцом или ещё чем-то таким, что позволяло растягивать её. Иногда это было больно, но потом я привыкал к этому, а иногда приятно и даже очень, что член мой вставал и Коля прямо на ходу втыкал в головку иголки или давил в кулаке мои яйца. А однажды на очередном привале он прощупав рукой мою попу, сначала ввёл в неё два пальца, потом все четыре, а потом немного сдавив свою руку и сжав вместе все пять пальцев, протолкал всю кисть и стал медленно вертеть ею. Я был в шоке от этого и сильно возбудился, а когда он попросил меня сесть поудобнее и нащупав рукой какие то точки в области внутренней части моих гениталий и стал массировать их изнутри, а второй рукой стал дрочить мой член, я тут же кончил и так сильно, как никогда не кончал и тут же чуть не упал без сознания. Такое ощущение описать трудно и тем более передать словами.
Потом мы долго отдыхали и он ещё какое то время играл с моим членом и яйцами, а потом принёс мне новые фотки рисунки и стал показывать, перелистывая одну за другой. Я лежал и вообще не мог придти в себя после случившегося и только смотрел и моргал.
Первым из этого оцепенения после получасового просмотра пришёл в себя мой член. Я увидел на фото парня, у которого из мошонки были вытащены яйца. Мой член сразу стал вздрагивать и пытаться встать. Коля заметил это и спросил.
— Что понравились.
— Кто — спросил я.
— Фото твоему члену — усмехнулся он.
— А. Это что на самом деле такое делалось — спросил я.
— Да, я тоже свои яйца видел — сказал Коля и подняв свои яйца вверх, показал мне два небольших ровных шва снизу по два сантиметра.
Ты что серьёзно — спросил я.
— Да, как видишь. — ответил он.
До следующей поездки я долго думал, и у меня никак не выходило из головы то фото и два рисунка с вытащенными из мошонки яйцами. Да и просунутая в мою попу рука Николая тоже напоминала о недавнем её присутствии. Мне тоже хотелось посмотреть свои яйца, и я не мог насмелиться предложить это Николаю.
Вскоре мы снова встретились и снова продолжили свои странные и для нас интересные развлечения. Мы снова проехали больше двух тысяч километров и снова в моём перетянутом члене побывало несколько десятков иголок да и в яйцах тоже. Не осталась без внимания и попа, которую с удовольствием исследовал член Николая, а потом и его рука. Я тоже не остался в долгу и вытянул из него все соки в виде спермы, как только его член начинал вставать, да и глубину его прямой кишки тоже изучил своим кривым двадцати двух сантиметровым членом. В общем мы были довольны очередной поездкой и перед расставанием, а вернее за полдня до него, Коля спросил меня.
— Ты что на самом деле хочешь посмотреть на свои яйца?
— Я даже обрадовался, и сразу не думая сказал — Да!
Мы нашли укромное место и после некоторых приготовлений и обезболивания, Коля взял в руку мою мошонку и проткнув её маленькими с острыми кончиками ножничками, стал расстригать. Как только разрез стал около двух сантиметров, он положил ножницы и взяв яйца, стал надавливать на него и оно прямо на моих глазах выскользнуло из разреза и повисло на канатике свисая от мошонки на расстоянии двух сантиметров. Коля взял пальцами одной руки яйца, а другой мошонку и стал тянуть. Яйцо на канатике вытянулось ещё на несколько сантиметров и висело даже ниже головки члена. Оно было такое смешное и необычное, серо-голубого цвета.
— Ну как? — спросил он.
— Какое оно маленькое и смешное — ответил я.
— А можно его потрогать — спросил я следом.
— Только руки вымой — сказал Коля.
Я встал и Коля поливая мне воду стал помогать. Когда я вымыл руки, то нащупав болтающееся яйцо между ног, подтянул его и стал разглядывать. Оно было действительно очень необычное и такое хрупкое.
— А второе можешь вытащить? — спросил я.
— Как скажешь — ответил Коля и уже через пять минут я держал в руках оба свих голых яйца, сдвинув мошонку немного в сторону, я держал их в руке и покачивал или из стороны в сторону.
— Ладно, хватит, а то грязь попадёт, потом проблемы будут — сказал Коля.
Я согласился с ним и он на моих глазах снова вдавил яйца в мошонку и сделав по несколько швов на каждом разрезе, наложил салфетку и заклеил пластырем.
— Ну вот и всё, — сказал он.
Потом он объяснил мне, что и как я должен буду сделать дома, и я внимательно слушая, только поддакивал ему. На последок, как мы подъехали к перекрёстку и я стал прощаться с Колей, я взял его член и в течении десятка минут сосал его и погладывал на Николая. Как только он кончил, я выждал момент, и когда дорога опустела, сбежал в кювет и скрылся в лесу.
Это была последняя в этом году наша с ним поездка, и я всю зиму вспоминал о наших приключениях и естественно играя своим членом и тряся яйцами, представлял себе как я дрочу свой член, а мои вытащенные яйца болтаются во все стороны на длинных канатиках. От этих мыслей я моментально кончал, заливая себе ноги и живот спермой, после чего успокаивался и засыпал.
Продолжение дальше...

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2728
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои рассказы про эксгибиционизм. История одного путешествия

Сообщение 22 мар 2016 06:52

Мои рассказы про эксгибиционизм. История одного путешествия.
Часть 3
.

Зима тянулась очень долго. Я снова ждал лето и снова весточку от Николая. Заканчивался уже май, но от него ничего не было. Я много раз ходил так просто на перекрёсток и сидя на пеньке на опушке леса, смотрел и провожал взглядом проезжающие мимо машины и снова представлял себя сидящего на пассажирском сиденье, обнажённого, с торчащим членом и как рука Николая тискает и сдавливает мои яйца. Возбудившись, я дрочил глядя на водителей в открытые окна проносившихся машин и кончив, на свежую, пробивающуюся после зимы траву, вставал и уходил домой. Но однажды я забыл про осторожность и не успев отойти и сотни метров, как чуть ли не перед самым носом меня кто то окликнул. Я даже вздрогнул и чуть не сел на месте от испуга. Подняв голову, я увидел впереди себя метрах в семи — десяти мужичка в комуфлажной форме с зелёными петличками на отворотах. Так одевались лесники, я много раз к ним обращался чтоб выписать деляну и напилить дров на зиму.
— Что, заблудился — спросил он поглядывая на меня с ухмылкой.
— Да нет, просто купался и у меня спёрли шмотки — сказал я уже выученную фразу на всякий случай.
— И куда ты в таком виде направляешься — спросил лесник.
— До дому конечно — ответил я. — Не искать же мне этих, кто одёжку мою украл.
— Ну ну, заливай кому угодно, только не мне — сказал он и подойдя ко мне, ухватил меня за мой мягкий и недавно измученный член и опустошённые яйца.
— Оно и видно, я не слепой, вон спущёнка на ногах блестит — сказал он и с силой сжал мне мои гениталии.
Я ойкнул и сжался в комок чтоб как то оттеснить его руку от себя и попробовать укрыть свои яйца, которые уже ломило от боли что есть сил.
— Больно же — возмущённым и сиповатым голосом произнёс я.
А лесник в это время потянул яйца вниз и я присел следуя за его рукой. Он взял мою руку и завернул за спину, а потом тоже самое сделал и со второй рукой. Связав их вместе, он велел мне идти и показал рукой направление. Это было совсем в другую сторону от дома. Шли мы недолго, он каждый раз подталкивал меня лёгким пинком под зад и я поспешал, чтоб не получить более сильного поджопника. Впереди я увидел небольшую лачугу, в которой летом можно было укрыться от дождя и переночевать. Печи не было а значит зимой тут никто не появлялся. Привязав меня к дереву, он куда то исчез. Я попытался отвязаться, но у меня ничего не вышло. Вернулся он минут через двадцать, неся в обеих руках по хорошему венику из крапивы.
— Сейчас мы из тебя всю дурь то выбьем — сказал он и слегка хлестнул меня веником прямо по члену и яйцам. Я ужался, но не тут то было. Он мне тут же велел развести ноги пошире и сказал.
— Если будешь мне перечить, то всего так на жварю крапивой, что не только сидеть, а и лежать не сможешь.
Я понял, что шутить с ним не стоит и стал медленно разводить ноги в разные стороны. Я расставил их сантиметров на 50-60, чтоб не так досталось остальным частям тела, и тут же получил парочку хороших шлепков крапивным веником прямо снизу по члену и яйцам. Я с трудом сдерживал себя и стал взвывать от резких ожогов, но он продолжал медленно и степенно охаживать мои яйца и член. Доставалось и попе и ягодицам тоже, да и внутренняя сторона бёдер тоже каждый раз получала ожоги.
Лесник никуда не спешил и исхлестав один веник, он взял второй. С каждым разом ожоги становились всё слабее и слабее и вот я их почти не чувствовал. Я только ощущал как ветки стеблей плотно прилегали по ногам, члену и яйцам и от прямых попаданий возникала ломота и боль, которая была уже не такой сильной и вполне терпимой. А ещё через полчаса я вообще уже не чувствовал ожоги крапивы. Кожа вся онемела и ничего не ощущала. Я просто стоял и делал вид, что мне больно. Корчил рожицы и делал разные болезненные гримасы.
— Ну вот, а теперь можешь идти куда шёл. Думаю больше тут не появишься — сказал он и развязав мне руки отпустил. Я медленно шёл в сторону дома и ступал как можно осторожнее. Ноги старался ставить шире друг от друга, чтоб не прикасались опухлости и не натереть мозоль. Так я и добрался к вечеру, еле держась на ногах, и рухнул на кровать. Как только я лёг, то сразу испугался. Мне показалось, что я всё ещё лечу и ещё не коснулся поверхности постели. Я положил рядом руки и округлил глаза. Я лежал на своей постели но не чувствовал её своей попой и верхней частью ног. Что это? Я был немного озадачен и понимал что от ожогов кожа моя онемела, но не так же сильно, чтоб не чувствовать вообще ничего.
Два дня я ничего не ощущал, но потом чувствительность стала медленно появляться, и я обрадовался, что всё нормально. Но к моему удивлению мой член и яйца ещё ничего не чувствовали и даже когда появилось некоторое ощущение, то всё равно мой член не возбуждался в течении месяца. В течении месяца я даже не ходил в лес голышом и просто не было никакого желания это делать. Больше всего я боялся, что вдруг позвонит Николай, а я не смогу придти к нему. Но Николай тоже молчал, и я прилагал все усилия, чтоб к моему члену и яйцам вернулось прежнее свойство — возбуждаться и извергать сперму.
Примерно в середине июля мой член стал нормально функционировать, каждое утро он торчал, и его трудно было согнуть, как и раньше. А в начале августа появился Николай и спросил по телефону, если у меня желание покататься. Я с радостью согласился и уже через несколько дней ждал его как и раньше голый на опушке леса и совсем забыл про тот случай про лесника. А ещё через час мы уже неслись в машине по хорошо известной не только Николаю, но и мне, дороге.
Всё шло как и прежде, по первости остановки были чаще, но наши силы были не безграничны и уже на другой день мы стали реже останавливаться, чтоб снять напряжение и разрядиться. Но кое-что изменилось в поведении Коли, и он почти не выпускал мои яйца из правой руки и постоянно их тискал и давил, периодически обезболивая их и мой член.
— Коль, ты узнал, что я просил тебя — спросил я.
— О чём, напомни — ответил он.
— Ну помнишь я тебя спрашивал про перелом члена. А то ты так его сжимаешь и сгибаешь и я подумал... — но не успев договорить, Коля ответил.
— Конечно узнал, так что не бойся. Ничего страшного. Ну поболит немного, опухнет. Потом всё пройдёт, но может стоять будет не так как раньше — объяснил он.
— Ну если так, то тогда действительно не так страшно — ответил я и подсел к нему поближе.
Мы как раз ехали по пустынной дороге, и нам никто не мог помешать. Наклонившись, я взял в руки уже давно вытащенный член Николая и поиграв им, отправил его себе в рот и стал сосать и причмокивать, чем немного рассмешил его.
— Ты смотри, не откуси мне его — сказал Коля.
— Как везти будешь. Если не тряхнёт на ямах, то не собираюсь его тебе откусывать — сказал я.
Мы ещё долго ехали и остановились возле небольшого города. Я перебрался в багажник, и мы поехали дальше. Особых приключений в первую дорогу не происходило за исключением небольших мелочей. Перед конечным пунктом Николай меня высадил и я почти весь день бродил недалеко от города по лесу и ждал его. Когда он вернулся, мы перекусили и поехали искать ночлег, а наутро я спросил его.
— Слушай Коль, а ты мог бы мне снова яйца вытащить.
— Ну если хочешь, то могу — ответил он и уже через полчаса я ходил по поляне и мои голые яйца на канатиках болтались между ног чуть ниже головки и ударялись о неё постоянно.
— А что если я так поеду — спросил я Николая.
— Дело конечно твоё, но ты можешь потерять их и обратно уже их будет не вернуть — сказал он.
Я ходил по поляне и думал, то поглядывая на Николая, то на небо как будь то бы там был написан ответ и я его читал и решив что мне этого очень хочется, я сказал ему.
— Коль, я решил. Дальше я поеду с вытащенными яйцами.
— Ну тогда нужно хоть разрезы зашить, чтоб грязь не попала и он тут е обработав ранки стал как и тогда небольшими стежками заштопывать мне мошонку, сдвинув в сторону тонкие канатики. Наложив салфетки, он прикрепил их пластырем и сказал.
— Ну вот и всё — теперь думаю что твои яйца уже в этот уютный домик не вернутся.
— Это почему — спросил я.
— Сам потрогай — сказал Коля.
Я взял свои голые яички и положив их на ладошку стал тискать и катать.
— Вроде ничего странного я не вижу — ответил я.
— Ты что не чувствуешь, что плёнка, которой покрыты яички уже подсохла и больше не станет такой эластичной, а вскоре и вообще будет шуршать как бумага или сухая огрубевшая кожа, потом потрескается и лопнет — объяснил он.
— Ну и что — сказал я отнесясь к этому равнодушно.
— Смотри, дело твоё. Ладно, поехали — сказал он и мы стали собираться.
Я сел в машину и как только коснулся сиденья, мои яички тут же свисли и стали тереться о габиленовое покрытие.
— Вот, так и изотрёшь их, и совсем ничего не останется — пошутил Коля.
Мы ехали по оживлённой дороге и Коля попросил меня не мешать ему и дал мне снова свою фото рамку и я стал увлечённо рассматривать картинки и разные фото. Много было фотомонтажа обработанного в фотошопе, но они так меня возбуждали и заводили, что член мой просто изнемогал и торчал как башня. Вскоре мне попало несколько картинок, где у парней вообще не было мошонки, и торчал только огромный и гладкий без волосков член.
— Слушай, Коль, а что если мошонку вообще убрать — спросил я его.
— Ты что, лучше уж мозги себе убери, толку от них всё равно нет. — сказал он возмущённо.
— Да я серьёзно, ведь ты сказал, что яички уже в мошонку всё равно не спрятать — объяснил я ему.
— Ну, сказал, теперь жалею об этом — ответил он.
— Ну если так, то давай уберём её. Всё равно она некрасиво смотрится и мешает только — настаивал я.
Через час я всё же достал его, и мы свернули с дороги. На скрытой от глаз поляне он обработал мне всё, и аккуратно ножничками проткнув мошонку, обстриг её вокруг канатиков, а потом края аккуратно соединил и наложил до десятка небольших шовчиков.
— Ну что, доволен — спросил он.
Я встал и посмотрел на свой новый облик. Яйца свисали ещё ниже, так как Николай вытянул их сколько смог и потом зашил края отрезанной мошонки. Между канатиками только сверкал небольшой кусочек пластыря, и виднелись края салфетки закрывающей ранку.
— Да, теперь мне нравится и не видать этого сморщенного куска кожи — ответил я.
— Но теперь и яйца твои некуда будет прятать, их можно будет только вот так отчикать, и всё — сказал Коля, и у самого пластыря сжал канатики двумя пальцами, эмитируя ножницы.
— Ну и пусть болтаются — мне так даже больше нравится — ответил я и встав попробовал попрыгать и побегать по поляне. Конечно, это выглядело очень смешно, так как яйца раскачивались и отлетали в разные стороны, ударяясь то о живот, то о ноги. Они так смешно болтались и беспорядочно качались в разном направлении, что Николай не выдержал и рассмеялся.
— Да, ну и видок у тебя.
Когда мы сели есть, и я сел голой попой на траву, то сразу ощутил прикосновение её к своим голым яйцам и тут же подложил под них газетку.
— Вот тебе и первое неудобство — усмехнулся Николай.
— А ерунда. Привыкну — ответил я.
Вскоре появилось и второе. Когда мы поехали, то на ямах машину трясло, и яйца мои подпрыгивали и ударялись о кромку сиденья и качались из стороны в сторону. Чтоб не так было первое время больно, Коля поставил мне укольчик, и мы поехали дальше. От возбуждения мой член снова встал, несмотря на то, что мы по взаимному согласию удовлетворили друг друга на поляне час назад.
— Что снова стоит — спросил Коля.
— Ага, замучил уже — ответил я.
Коля взял его в руку и стал подрачивать и тискать. Его рука так сильно сдавливала его, что вместо того, чтоб возбуждение начало спадать, оно наоборот стало усиливаться— головка так напрягалась и синела от его крепкого сжатия руки.
— Ты мне так раздавишь его — сказал я.
— Ну ведь ты сам спрашивал как сломать член — ответил он.
— А ты что сможешь — спросил я.
— Ну если захочешь, то мне не жалко ничуть — член то ведь твой, хотя ты на время поездки вроде как бы его мне подарил — напомнил он и усмехнулся.
— Ах да, совсем забыл. Ну, тогда сам решай — ответил я.
— Ну, так как ты хочешь — спросил Коля.
— Если тебе хочется, то я за. Мне тоже хочется — ответил я. И только я это проговорил, машина свернула на обочину и затормозила. Мои яйца качнулись и ударившись друг о друга снова болтались свисая через край сиденья. Да я сам ещё не то что сидел, а полулежал, чтоб меня было как можно меньше видно водителям встречных машин. Рука Коли резко сдавила мой член у самого основания, а второй он взял член в области головки и не спрашивая меня больше, хочу я или нет, резко согнул его и мы оба услышали какой то слабый а может от того что шумела машина и нам так показалось, хруст. Мой член согнулся пополам и был похож на букву Г.
— Ну как, больно — спросил он.
— Нет, но что-то вроде хрустнула — сказал я.
Коля мне как мог объяснил в трёх словах что это был за звук и я сказал.
— Давай ещё попробуем.
— Мне не жалко и он снова согнул мой член, но в другую сторону, потом ещё и ещё и так разошёлся, что сгибал и складывал его пополам, пока не прекратилось похрустывание и член не обмяк, а потом свернув его пополам сжал со всей силы, перегнул в противоположную сторону и снова согнул. Каждый раз мы слышали лёгкое похрустывание, а вскоре член стал синеть и опухать.
Ну вот тебе и результат — сказал он. Нужно приложить что-то холодное, и перебинтовать — добавил он следом.
Мы смочили тряпку и обмотав ею член, закрепили её у самого основания. Дальше я так и ехал, периодически получая обезболивающие уколы. Больше я не мог развлекаться и что-то делать с ним и тем более с яйцами, которые болтались, свисая с сиденья как два маятника у часов, и ударялись друг о друга. Но Колю это не расстроило, и его член очень успешно орудовал в моей попе на каждой нашей остановке. Иногда он брал мои яйца совсем голые и тискал их. Тонкая белая плёнка высохла, и стал трескаться и постепенно Коля оторвал её совсем. За три дня пути мои яйца стали темнеть и было решено чтоб не было осложнения, после очередной остановки Коля наигравшись с ними и чуть не раздавив их, уговорил меня совсем удалить их. Так как они уже начали портиться на открытом воздухе без защитного слоя кожи мошонки. Я согласился, и Коля довольно быстро это сделал. А сами отрезанные яйца положил на ладонь и с силой сжал их. Они конечно не выдержали и лопнули у него в руке. Выбросив их в сторону, он помыл руки и сказал.
— Вот и всё, капец твоим яйцам. Полный.
На его лице появилась улыбка и я поддержав её тоже улыбнулся и ответил.
— Ну и что. Мне ни капельки их не жалко.
Через день мы подъехали, и мне пора было выходить и прощаться. Николай размотал мой опухший член, и мы увидели его безобразную форму. Он был весь сине чёрный и очень опухший, а в добавок ко всему, ещё сильно искривился.
— Ну что, береги хоть его — сказал он мне на последок и порекомендовал, как и с чем перебинтовывать.
Как только он уехал, я отправился домой и в течении двух месяцев делал всё как было велено. Шов у мошонки зарос, и была видна тонкая розовая полоска свежей кожицы. Синяки на члене тоже стали проходить и опухоль опадать, а вот кривизна ещё больше увеличилась и в месте перелома образовались какие-то наросты или хрящики. Но они мне ничуть не мешали. А через ещё два месяца мой член был почти в норме, хотя кривой и немного увеличенный в некоторых местах.
Николай больше не давал о себе знать, да и смысла то в этом не было уже. Наступила зима, и стояли сильные морозы. С каждым днём мои желания развлечься и побаловаться со своим оставшимся членом, угасали и оставались только воспоминания о тех необычных поездках. Изогнутый член бессмысленно болтался между ног в разные стороны и я по привычке иногда брал его в руки и всяко по разному изгибал, вспоминая как это делал Николай — так я немного успокаивал и себя и нервишки. Прогулки голышом хоть и стали для меня не такими интересными, но я по прежнему каждое лето их собираюсь продолжать — только бы дождаться поскорее лета.
Я не стану вас разубеждать, что во всех трёх рассказах описана моя фантазия, оно и так понятно, но и то, что в них есть доля правды, тоже не буду отрицать. Фантазия и вымысел, это всего лишь последствия моих прогулок голышом на свежем воздухе, которые уже в который раз оберегают меня от необдуманных и рискованных поступков. Что касается самой поездки, то тоже отрицать не буду, и она была на самом деле однажды, когда я заблудился и зашёл слишком далеко и мне действительно помог в трудной ситуации незнакомый водитель. Ну как я его отблагодарил понятно и без слов.

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2728
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои рассказы про эксгибиционизм

Сообщение 28 фев 2017 07:50

Мои рассказы про эксгибиционизм. Голышом по пустыне.
.

Наступило лето и нам всем, кому подходила очередь, идти в отпуска — предложили это сделать. Работы почти не было и в цехе вполне мог справится один контролёр. Я ещё не знала, чем буду заниматься весь этот месяц. Жара в июне стояла как в тропиках и хотелось только валяться где-нибудь в тени рядом с водоёмом. Марина собралась к своим друзьям на Азовское море и предложила мне поехать с ней. Я с радостью восприняла её предложение и начала собираться. Перебрав кучу тряпок, я не могла выбрать, что с собой взять и два дня ломала над этим голову. Сегодня вечером отъезжаем, а я ещё не собрана — упрекала я себя. Вдруг раздался стук в дверь. Я побежала открывать. В коридоре стояла Марина. Она была одета довольно легко и по погоде, а на плече у неё висела сумочка, которая выглядела вполне обычно.
— Чем занимаешься? — спросила она через порог.
— Тряпки перебираю, не знаю чего с собой взять — ответила я.
— А я уже готова и пришла к тебе, а то одной скучно сидеть.
— А где твои вещи — ещё раз окинув её взглядом, спросила я.
— Все вещи на мне и в сумочке — ответила Марина.
Я была удивлена и не знала, чего ответить и как на это реагировать. Шутка это, или очередной её розыгрыш.
— Ты удивлена — переспросила она, видя моё замешательство.
— Да. — кивнула я головой.
— Я всегда так езжу на легке. Зачем нудисту одежда — ответила она на мой ещё не заданный вопрос.
Мне всегда хотелось подражать Марине. Её непринуждённой манере вести себя и при этом одеваться свободно и даже можно сказать очень вызывающе. И тут я подумала и решила, что надо же когда то пересилить себя и если я не могу этого сделать вблизи от дома, то там меня никто не знает и кому какое дело, как я буду одеваться. Взвесив всё, я тоже собрала всё своё шмутьё и затолкала в шкаф и положив в сумочку всё самое необходимое, я радостно улыбнулась и ответила:
— Тогда я тоже готова.
— Вот это по нашему — улыбнувшись, ответила Марина.
— Присядем на дорожку — сказала я и мы сели на край дивана. Я всегда так делаю. Для меня ещё с детства это было каким то ритуалом перед дальней дорогой.
Осмотревшись по сторонам, не забыла ли я чего, я заметила на тумбочке сотовый и уже хотела встать, чтоб взять его, но Марина поняла мои намеренья и остановила меня за руку.
— Сотовый забыла — сказала я.
— А зачем он тебе, ведь мы едем отдыхать и кому ты там будешь звонить? — объяснила мне Марина.
Я с непривычки остаться без телефона была в замешательстве и тогда Марина открыла свою сумочку и показала мне, что она взяла с собой в дорогу. Там был купальник в целлофановом кулёчке и кошелёк и ещё несколько предметов косметики и всё.
— И это всё — удивлённо спросила я.
— Я не люблю с собой таскать тяжёлые сумки и чемоданы. Поесть мы купим, а на нашу одежду и никто даже смотреть не будет. Это же море, а не подиум. — как могла, так и объяснила мне Марина в трёх словах.
После этого я успокоилась и кое что ненужное тоже выложила из своей сумочки и она стала вполовину легче прежней.
— Ну что! Поехали! — радостно сказала я и мы вышли из комнаты и отправились на вокзал.
Двое суток в поезде пролетели незаметно. С нами в купе ехала одна мамаша с дочкой 14 лет до Адлера и мы всю дорогу, до нашего выхода болтали и разговаривали о всяких пустяках. Они так расположили к себе доверием, что мы чуть не рассказали всё о себе. Девочка Вика постоянно пялилась на наши короткие юбочки и футболки похожие на маечки. Нижнего белья, кроме купальников в сумочках, на нас конечно не было и она это заметила и была очень удивлена. Её мать к нашему виду отнеслась вполне равнодушно и даже не заострила на этом внимания. На вокзале нас встретили Маринины друзья на машине и тоже не удивились нашему виду. Попрощавшись с нашими попутчицами, мы прыгнули на заднее сиденье Форда и поехали в деревню, на берег Азова. Погода стояла просто прелесть и было так жарко и душно, что нам хотелось побыстрее окунуться в море.
Дом, куда мы приехали, стоял в сотне метров от побережья и стоило нам пересечь небольшие заросли кустарника, как мы уже оказались на пляже покрытом галькой и овальными камнями. Песка было мало и поэтому отдыхающие загорали на дальнем пляже в полутора км. от нас. Здесь же были отдельные купающиеся одинокие люди или пары — возможно и даже местные жители.
Маринка даже не стала одевать купальник и просто скинув на ходу свою маечку и юбку, забежала в спасительную от жары воду. Я переодевшись в кустах — последовала за ней. У меня просто не хватило смелости — взять вот так просто, выбежать голышом на глазах отдалённых купающихся людей. Вскоре пришли и её друзья, Сергей и Нина. Они тоже купались голышом и после этого, я уже никого не стеснялась. Так пролетело две недели и пора было уезжать, да и денег осталось только на обратную дорогу. И вот тут случилось то, чего мы даже и не могли предположить. На вокзале, у самой кассы, когда мы стали доставать деньги из сумочки, мы обнаружили, что их просто нет. Сумочки были раскрыты, а кошельки куда то испарились и Сергей с Ниной уехали. Что делать? Мы вышли на площадь перед вокзалом и сели на скамейку. Сколько мы так сидели — сказать трудно. Но бывают же чудеса и тут к нам подбежала Вика — наша попутчица.
В разговоре выяснилось, что они тоже едут домой и на обратном пути решили заехать к своим родственникам и наняли местного жителя, чтоб их отвёз. Узнав про нашу беду, они предложили нам ехать с ними и мы согласились. Всё равно без денег нам ни куда не выбраться от сюда, а так всё же хоть на несколько сотен км. ближе к дому. По дороге мы много разговаривали, кто как отдохнул и о планах на следующее лето. Когда высадили Вику с её мамой, то Михаил, так звали водителя, предложил нам помощь. Ему было по пути и он нас подвёз до трассы на Астрахань. Так мы решили добираться автостопом. За два дня мы сменили около пяти машин и уже перебрались на другую сторону Волги.
Стоя возле придорожного кафе, где нас дружелюбно угостил хозяин бутербродами и горячим чаем, правда без сахара, но мы и за это были благодарны, к нам подошла женщина и что то спросила по своему. Мы ничего не поняли и она позвала нас за собой к машине, где сидел её муж.
— Это вас что ли обокрали и вы добираетесь до дому — спросил он с небольшим акцентом.
— Да — почти в голос ответили мы.
— Мы до Оренбурга. Можем подбросить вас, если вам там будет ближе — предложил он.
— Спасибо огромное. Нам там уже не так далеко — и мы с радостью согласились.
Сев в машину, мы тронулись в путь. Водитель и его жена были не так разговорчивы и мы запрокинув голову на спинку, задремали. Машину качало на неровном дорожном покрытии и от этого глаза ещё быстрее закрылись. Сколько мы проспали, сказать трудно, но нас разбудили, когда машина притормозила у придорожного кафе. Водитель, он же хозяин машины, подал нам по стакану напитка и бутерброд с булочкой.
— На те, подкрепитесь. Скоро будем на месте — ломая слова произнёс он.
— Спасибо — наперебой ответили мы и с нескрываемой жадностью принялись всё это уничтожать. Мы почти с утра ничего не ели, а шёл уже седьмой час вечера.
Вскоре мы снова тронулись и нас опять стало укачивать и мы снова уснули, а когда проснулись, то были в шоке и сильно испугались и даже не сразу поняли, что случилось. Кругом было темно и нас уже не качало на дорожных кочках, но это всё было бы ерундой по сравнению с тем, что на нас не было вообще ни какой одежды и где она была в темноте вообще не представляло возможности рассмотреть. Осторожно, на ощупь, мы стали шарить по сторонам и наткнулись на песчаный пол, покрытый соломой и деревянные стены, сделанные из круглых жердей. Точно так же у нас дома был сделан сарай для кур, когда я с родителями жила в деревне.
— Где мы? — спросила испуганным голосом я у Маринки.
— Откуда я знаю — ответила она.
Ночь была тёмная и мы стали ждать рассвета и присев на пол мы поняли, что на нас совсем нет одежды. Ощупав себя и свои ноги, на которых были одеты полуспортивные туфли-кросовки.
— Наверное оставили, чтоб ходить было не больно — пробурчала под нос Маринка.
Примерно через час забрезжил рассвет. Мы оглядели всё по сторонам и были удивлены. Сарай был огромный, но очень ветхий и при желании можно толкнуть стену и она вывалится, а к тому же ещё и дверь была приоткрыта — иди куда хочешь. Мы переглянулись и ничего не поняли. Где мы? Почему нас оставили здесь, если похитили? Почему не связали? Вопросов сами себе задавали массу и не могли найти на них ответа.
Когда совсем рассвело и за горизонтом появилось солнце, нам стало понятно. Рядом с сараем стояло две юрты и кругом была сплошная степь — даже не было видно ни одного деревца. Спрятаться и убежать было не возможно. Нас бы увидели за несколько километров.
— Что будем делать? — спросила я.
— Надо подумать — спокойно ответила Марина и вышла из сарая.
На скрип дверцы вышла женщина лет сорока и что то сказала, но мы ничего не поняли. Она вошла в юрту и через несколько минут вышла с какой то корзиной, так сказать. Она подошла к нам и протянула её Марине, приподняв тряпицу и что то снова сказала. Заглянув в корзинку мы увидели еду и обрадовавшись поблагодарили её кивнув головами. Она улыбнулась, окинув нас взглядом и ушла. Мы пили вкусный напиток и ели лепёшки. Тогда они нам показались такими вкусными, как пироженное. Через полчаса мы уже насытившись сидели в сарае и вытирали крошки с губ и стряхивали с ног. Вдруг дверца скрипнула и вошла другая девушка лет 25 — наша сверстница.
— Ну что, покушали — сказала она с акцентом, не выговаривая некоторые буквы.
— Спасибо.
— Спасибо. — ответили мы друг за дружкой.
— Если хотите пить, то вода вон там — и она показала на стоящий между юртами бак, закрытый деревянной крышкой и с торчащим краном.
— А где наша одежда — спросила я.
— Её хозяин забрал и увёз с собой — ответила девушка.
— Меня Зульфия зовут — представилась она.
Мы тоже представились по очереди и спросили:
— Как нам домой попасть?
— Не знаю — пожав плечами, сказала Зульфия
Окинув наши обнажённые хрупкие фигурки, запылённые и местами запачканные, она сказала нам, что мы можем ходить и гулять где хотим, но не должны уходить далеко. Дальше мы узнали, что кроме её и старшей жены в соседней юрте спят четверо детей, а её муж и ещё двое пастухов сейчас на пасбище и что муж должен вернуться на новой луне.
— Какое то средневековье — сказала на ухо Марина.
Мы рассмеялись и поняли, что до нас нет никому дела и что с нами будет, мы могли только догадываться.
— Надо как то выбираться отсюда — сказала я.
— Вначале надо узнать, где мы и в какую сторону нам идти — ответила Марина и мы задумались.
Вскоре из юрты выбежали ребятишки и с любопытством стали нас разглядывать, но после того, как им что то сказала старшая жена, так её будем называть, они разбежались и больше на нас не пялились. Они играли и занимались своими делами, как будь то мы для них вообще не существовали и нас тут не было. Женщины тоже делали свои дела и на нас никакого внимания и только в обед снова дали нам поесть. Мы обошли обе юрты и немного расширили зону, удаляясь на несколько сотен метров, но к огорчению кругом была сплошная степь со скудной растительностью. При слабом ветре поднималась позёмка из песка и пыли и нам приходилось закрывать лицо руками, чтоб не наглотаться. Солнце очень сильно пекло и мы снова скрылись в сарае. Положение было безвыходным и тут Марина соскочила с места и вскрикнула. Я даже испугалась, но когда она мне рассказала свой план, то была удивлена её сообразительности.
Увидев, что к нам снова идет Зульфия, мы как бы не замечая её стали вслух обсуждать его. План был прост и нам стоило лишь убедить в нём жён хозяина. Марина настаивала на том, что будет старшей женой после того, как хозяин отвезёт своих жён в другой аул, я спорила и настаивала, что я буду старшей. Мы так вошли в роль, что на мгновение забыли про Зульфию и что она стояла и слушала наши бредни. Когда она вошла, мы вздрогнули и опустили глаза вниз — делая невинное лицо. Зульфия сама начала разговор.
— Я вам помогу сбежать, только об этом никто не должен знать.
— Если мы выберемся отсюда, то тогда уж точно никто об этом не узнает — ответили мы.
После этого она стала нам приносить вдвое больше хлеба и воды и дала что то подобии авоськи, только с лямками для ношения на плече. Мы стали туда складывать съэкономленную пищу и воду и за три дня у нас накопилось неплохой запас — можно было бежать. Вопрос — куда.
— Если солнце всходит там, значит север в той стороне, а на севере пустынь и степей нет — сказаля я.
— Откуда такие познания географии — удивилась Марина.
— Просто так подумала я — сделав обиженную физиономию, отвернулась в сторону.
— Ладно, брось дуться — сказала Маринка.
— Возможно ты права, делать нечего, ночью бежим.
— Я согласна — кивнула я в ответ.
Зульфия вечером ещё принесла воды и хлеба и дала два небольших платка, чтоб закрывать голову и лицо от пыли. Мы её поблагодарили и легли отдыхать. Как только стемнело, мы вышли на улицу и побежали в выбранном ещё с вечера, направлении. Идти было легкотак как было ночью прохладно и что согреться мы иногда бежали. Почва под ногами была твёрдая и ровная и уже ближе к утру мы почувствовали, что наши ноги слегка проваливаются. Мы присели немного отдохнуть и глотнуть воды и когда наши обнажённые попки коснулись земли, стало понятно, что это был песок.
— Мы наверное по пляжу идём — обрадовалась я
— Какой пляж, неужели ты не слышишь, что рядом нет шума волн — ответила Марина.
— И точно — удручённо сказала я.
— Тогда где же мы — спросила я у подруги.
— Утром увидим, а пока нужно убежать как можно дальше — сказала Маринка и мы снова отправились в путь.
Идти было труднее и вскоре с наступлением рассвета мы увидели, что нас кругом окружают пески.
— Мы в пустыни — испуганно сказала я.
— Это же хорошо, никто нас тут искать не будет — ответила Маринка.
Усталость и бессонная ночь сказывались. Идти было труднее и труднее. Солнце уже понялось и стало жарко. Всё тело покрылось потом и дышать было просто невыносимо Марина предложила устроить привал, пока не скроется солнце. Мы вырыли яму в песке и переглянулись.
— А как же и показывая рукой на свою промежность — спросила я у Маринки.
— Да не расстраивайся ты, всё равно туда весь песок в пустыне не влезет — ответила она и рассмеялась, а потом захватив руками с боков песок, стала засыпать им ноги и всё остальное. Я смотрела и наблюдала, как медленно песок заполняет пространство между бёдер и вот уже не видно половых губ и вскоре весь лобок скрылись в под ним.
— Ну как? — спросила я.
— Просто здорово. Давно мечтала об этом — сказала Марина.
Я тоже стала загребать песок на себя и вскоре зарывшись по пояс, сверху накрылись платками. Ещё не раз мы потом вспоминали Зульфию добрым словом и благодарили её мысленно за хлеб и воду и эти платки, которые нас укрывали от палящего солнца. Сидеть в песке было не так жарко и мы даже стали по очереди спать. Ночью прикладывали все усилия, чтоб пройти как можно больше. Шли не разбирая дороги и постоянно падали. Наши тела были потными и песок налипал на них. Солнце так парило, что мы просто покрывались потом и песчаные позёмки покрывали наше тело тонким слоем прилипшего песка. Песок был везде и по всему телу и мы уже не обращали на него внимание. Даже при слабом ветре мы старались закрыть глаза и лицо, чтоб не наглотаться его и песок не попал в глаза. Вода была на вес золота и промывать просто было бы нечем. Проводя рукой по телу ощущалась его шаршавость и это раздражало кожу и вызывало зуд возникающий от солёного пота и песка. Даже неосторожное резкое движение рукой в области половых органов могло привести к повреждению нежной кожы и нам приходилось терпеть и мы справились с этим.
Вскоре мы очень даже прилично изменили свой окрас и наше тело превратилось из слегка загоревшего в каштановый. Мы шли уже пятые сутки. Вода кончалась и хлеб тоже. Каждое утро мы проверяли, в какой стороне восходит солнце и не сбились ли мы с пути. Пока всё было в порядке.
На седьмой день на рассвете мы вдалеке заметили некую растительность и не поверили — подумали что мираж, но всё же добавили шаг и не ошиблись. Песок снова постепенно переходил в степь и идти было легче. Мы решили не отдыхать и добраться до первого водоёма, чтоб отмыться и напиться. Тело всё зудело и шелушилось на плечах и спине кожа. Во второй половине дня мы увидели что что-то блеснуло и не ошиблись. Узкая полоска разрезала степь извилистой лентой. Это была речка больше похожая на маленький ручеёк. Мы от радости даже побежали, но сил не было и наш бег был больше всего похож на пародию бегущего человека. Подбежав к ручью мы принялись жадно пить воду, а потом просто легли в неё, раскинув руки и ноги в разные стороны. Сколько мы так пролежали, сказать трудно. Мы даже не чувствовали прохладу воды. Нам тогда она казалась такой горячей, хоть и мокрой и даже ни капельки не освежала наши перегревшиеся на солнцепёке, тела.
Отлежавшись и отдохнув мы побрели вдоль ручья по его течению и вскоре увидели скудные заросли кустарника. Мы выбрали самые густые и устроили себе отдых и тут же уснули. Проснулись уже на другой день, когда солнце уже было высоко.
Сильно хотелось есть. К вечеру на набрели на небольшой аул и увидели те же самые юрты, только их было около пяти шт. Мы долго не могли решиться, но голод не тётка и урчание в желудке толкало нас вперёд. Забыв про то, что мы без одежды, мы подошли к крайней юрте и постучались. Вышла женщина лет тридцати и увидев нас ойкнула.
— У нас украли одежду и мы идём домой — сказала Марина.
— Дайте пожалуйста поесть — жалобно простонала я.
Женщина засуетилась и вскоре мы уже сидели возле её юрты и ели сладкие лепёшки с молоком. В разговоре мы узнали наше место нахождения и нам посоветовали как лучше идти. В дорогу дали ещё немного хлеба и воды. Мы поблагодарили и так же без шумно удалились.
Ещё почти две недели, петляя вдоль реки и обходя населённые пункты, мы добирались домой. Прятаться в лесу и кустах было гораздо проще и кое что из даров леса нам удавалось использовать, чтоб удалить голод. В течении всего пути мы вспоминали пустыню или её окраину, которую нам пришлось пройти, этот песок, который лез в каждую дырочку и кое как мы его потом вымыли в ручье и ещё множество больших и маленьких происшествий, которые с нами случались не по разу на дню. Хоть мы и опоздали из отпуска на три с лишним недели, но это приключение оставило в мой памяти незабываемые ощущения и будет ли ещё что то подобное, я сказать не могу, но так бы хотелось снова где нибудь заблудиться голышом на недельку, другую. Как это здорово — почувствовать себя свободным и как наши предки, независимым не от кого.

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2728
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои рассказы про эксгибиционизм. Спасибо гололёду

Сообщение 01 мар 2017 12:27

Мои рассказы про эксгибиционизм. Спасибо гололёду.
.

Хочется рассказать один очень забавный случай, который произошёл со мной буквально на днях. Многие мои читатели знают, что я помешана на нудизме и не люблю носить много одежды, так и в этот раз я возвращалась с работы в своих сапожках и одной шубке на голое тело. Я так уже вторую зиму хожу, и мне это очень нравится. Со стороны не видно, а ощущения незабываемые и легко. Всё тело дышит и закаливание полезно для здоровья.
Я после работы зашла в магазин и купила кое что на ужин. Всё это несла в небольшом пакете, а в другой руке у меня было две книги. Я взяла их почитать, а ложить на продукты мне не хотелось. Первый снег и осадки вызвали гололёд и идти было очень трудно и я передвигалась семенильными шагами. Где на обочине ещё не было притоптано, то там идти было легко и не так скользко. Впереди я заметила как две девушки вцепились в парня и так все трое полуплелись, полускользили. Ещё впереди шли две женщины средних лет и бабулька. А замыкал всю эту колонну пешеходов дедок в валенках. Ему всех легче было идти и постукивая тросточкой, он шёл всех быстрее. Двигаясь по обочине я решила всех обогнать. У меня появилась дурная идея и мне хотелось немного развлечься перед сном и повеселить себя и прохожих. Место незнакомое и меня никто не знал.
Через пару минут я уже шла впереди, держа в одной руке книги, а в другой пакет. Посмотрев по сторонам и убедившись, что новых пешеходов не добавилось, я как бы случайно поскользнулась, сделав прекрасное па, и почти упала, присев на обнажившееся бедро на тонкий слой снега. Я это па тренировалась делать дома и оно, как элемент фигурного катания, у меня получался исключительно. Шубка задралась и открыла мою голенькую попку. Я наклонилась ещё ниже и потянулась за книгами, которые разлетелись и лежали возле меня в полуметре, и притянув их к себе, стала подниматься. Искоса я поглядывала на идущих за мной пешеходов, которых я только что обогнала. Парень и девчонки были в шоке — это было написано на их взглядах с полуоткрытым ртом. Женщины тоже были удивлены не меньше и замедлили шаг, чтоб тоже не упасть рядом со мной, а обгоняющий нас дедок спросил меня:
— Не ушиблась, дочка?
— Нет. Спасибо, — ответила я и поднявшись пошла дальше.
Это происшествие меня очень возбудило и мне хотелось продолжить его, но пока я не знала как. Не падать же мне через каждые десять метров, обгоняя прохожих или не ждать новых и проделывать тоже самое перед ними.
Впереди, буквально в паре кварталов, я увидела возле магазина скамейку засыпанную тонким слоем снега и у меня появилась новая идея. Прижимаясь к обочине, я снова стала всех обгонять и вскоре уже стояла возле той самой скамейки. Откинув в стороны подол у шубки, я села голой попкой прямо на снег и поставив рядом пакет с продуктами. Открыла свою сумочку и стала доставать свободный пакет. Развернула его и положила книги. Проходящие мимо девчонки и парень смотрели на меня, как на что-то неестественное. У них не укладывалось в голове, что я сижу голой попой на снегу и даже не подаю вида, что мне дискомфортно. Подошедшие женщины окинули меня и мой вид оценивающим взглядом, сказали:
— Смотри не приморозь, а то оставишь свою маньку на скамейке — и весело расхохотались.
Эти слова так врезались мне в голову, что я начала возбуждаться и мне хотелось их ещё чем-нибудь удивить, но что то придумать в такой ситуации было уже не в моих силах и я просто решила идти следом за ними и не обгонять их.
Через пару кварталов они свернули во двор и я последовала за ними. Они оглянулись и увидев, что я иду следом, приостановились. Мне ничего не оставалось, как обойти их стороной.
— Кого то ищешь красавица? — спросила одна из женщин.
Мне ничего не оставалось, как назвать любую попавшуюся на ум цифру.
— Не подскажите 76 квартиру в каком подъезде искать — спросила я.
— Вон та синяя дверь, — показала вторая женщина, потом добавила.
— Я там живу на пятом, а это на седьмом будет.
Не дожидаясь новых вопросов, я поблагодарила их и направилась к заветной двери. Женщины ещё стояли и о чём-то разговаривали. До них было чуть больше пятидесяти метров. Во дворе было пусто, и лишь один парень возился со своей машиной в противоположном углу. Решение созрело моментально и поставив пакеты на скамейку, я сняла с себя шубку и оставшись голышом в одних сапогах, стала её хлопать, ведь я же падала и она могла быть в снегу или мусоре. Увидев это, женщины уставились на меня и молча рассматривали. Я накинула шубку и вошла в подъезд и стала подниматься наверх. Остановившись на шестом этаже, я перевела дыхание и стала ждать. Минут через пять, скрипнула входная дверь и кто то вошёл. Выглянув в окно на лестничной площадке, я посмотрела в сторону, где стояли только что две женщины. Их там не было и я поняла, что та, которая живёт на пятом, сейчас поднимается вверх. Скинув шубку и перекинув её через локоть, я взяла пакеты в другую руку и стала спускаться вниз. На третьем этаже я увидела поднимающуюся вверх женщину, а она увидела меня совсем голую и держащую свою шубку в руке, спускающуюся вниз и отстукивающую каблучками каждую ступеньку.
— Что дома нет никого, или выгнали? — спросила она.
— Нет, сама ушла, — ответила я на ходу и стрелой полетела вниз.
Я не хотела, чтоб нас услышали или ещё кто-нибудь застукал меня в таком виде. Вступать в разговор, и отвечать на следующие вопросы, у меня просто не было сил. Я была на грани сумасшедшего оргазма. Такого я ещё никогда не испытывала и одев шубку внизу, я поспешила домой, чтоб закончить начатое. Отца ещё дома не было, а мама на мой растрёпанный вид просто решила не отвечать. Они знали о моих причудах, и для них это было не ново.

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2728
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои рассказы про эксгибиционизм. Моё разоблачение

Сообщение 03 мар 2017 07:28

Мои рассказы про эксгибиционизм. Моё разоблачение.
.

Мне тогда было почти четырнадцать. Я жила в деревне с бабушкой и заканчивала девятый класс. Родители два года уже жили в пригороде Челябинска и работали в городе. Я готовилась к переезду и не могла дождаться того дня, когда это произойдёт. В городе жила моя сродная сестра Светка и мы с ней часто при встречах болтали о всякой ерунде, и у нас было много своих тайн. Мне так хотелось с ней встретиться. Она была младше меня на два года, но с ней было так интересно. Её отец, дядя Юра — был моим родным дядей и братом моего отца, а тётя Люда — её мама — была просто очень доброй, и с ней всегда было о чём поговорить. Мне так хотелось с ними быстрее встретиться и особенно со Светкой.
Мои родители не смогли тогда найти достаточно средств и купить что-нибудь подходящее в самом городе и решили взять небольшой домик в пригороде. Отец был строителем и постепенно обустраивал его и даже сделал ещё две комнаты, в одну из которых и должна была я переехать, чтоб уже продолжить учёбу в 10-11 классах в городе. В соседнем селе было всего только девять, и обычно после девятого вся молодёжь разъезжалась кто куда.
Вот и настало моё время отъезда, сданы все экзамены и собраны все мои вещи, которые уже лежали в багажнике дяди Юриной машины. Я помахала бабушке рукой и мы тронулись. Уже через час я осваивалась на новом месте — обустраивала свою комнату и раскладывала вещи по своим местам. Конец июня был очень жарким, и мне хотелось быстрее искупаться на реке. Наш дом стоял последний в ряду домов на нашей улице, а его огород выходил прямо к реке. Берег был обрывистый и заросший кустарником. Отец сделал в земле несколько ступенек, чтоб легче было спускаться и мы часто брали воду для полевки, а позже купили насос и качали прямо в огород. Закончив все свои дела в доме, потная и уставшая, я побежала на реку. Так было здорово окунуться в прохладную и освежающую воду. Я немного поплавала и повалялась на песке, а потом обкупнувшись — вернулась домой. Всё шло просто прекрасно. В отсутствие родителей я часто дома бегала голышом и загорала во дворе, а чуть позже я даже стала и выходить в огород и чтоб меня не видели соседи, я приседала и пряталась за кустами малины и смородины.
На кануне дня рождения мамы, они уехали в город по магазинам и я тоже решилась исполнить задуманное. У меня это не выходило из головы и просто была какая то навязчивая идея — мне хотелось прямо из дома идти купаться на реку голышом. Я медленно подходила к этому и уже больше не было сил терпеть и такой шанс я просто не хотела упускать. Я знала, что родители долго будут шататься по магазинам и как только они вышли из дома и сели в маршрутку, я закрылась и забежав в свою комнату быстро, почти на ходу, разделась. По всему телу пробежал холодок возбуждения и кожа покрылась от волнения мурашками. Я от испуга того, что сейчас собиралась сделать немного испугалась, но желание было превыше всего. Выбежав во двор, я открыла калитку огорода и прячась за кустами стала пробираться вглубь участка, на задах которого была небольшая калитка. Вот уже и кустарник и ещё пара минут и я голышом залетаю в реку. Так здорово и прекрасно чувствовать себя полностью свободной. Я слала плавать и купаться, делая разные кульбиты в воде и моя голая попка то оказывалась над водой, а то бороздила песчаное дно реки. Нарезвившись, я поплыла на свой островок. Я там часто отдыхала и позволяла себе позагорать голышом. Местные ребятишки на этот удалённый островок не заплывали и я чувствовала себя в полной безопасности. От всего этого, я просто потеряла счёт времени и даже не думала о том, что должны вернуться родители. Я наслаждалась свободой от одежды и лёжа на песке играла со своей киской. Я гладила её рукой и пощипывала пальчиками. Ласкала сама себя и возбуждалась с каждым движением своей руки и вот волна наслаждения накрыла меня с головой. Я испытала сильнейший оргазм и мне показалось, что я куда то на мгновение провалилась. Так было хорошо и приятно. Такого я очень давно не испытывала — наверное несколько лет и всему виной было моё рискованное путешествие голышом из дома на реку средь бела дня.
Я решила, что пора возвращаться и поплыла обратно. Поднявшись по обрывистому берегу наверх и преодолев метров десять по густому кустарнику, я открыла калитку и вошла в огород. Всё было тихо и волноваться не было причины. Прячась за кустами смородины и малины, я почти добралась до бани, как из за угла выбежала мне навстречу Светка и бросилась ко мне навстречу и тут же опешила, встала как вкопанная. От увиденного глаза её округлились и она открыла рот, пытаясь что то сказать. Я тоже этого не ожидала и смотрела какое то мгновение на её молча, но это мгновение оказалось роковым. Вслед за Светкой из за угла бани вышли отец, дядя Юра и тётя Люда.
— Ты где бе.... — спросил меня отец, оборвав свой вопрос на полуслове.
Наступила пауза и чем дольше она тянулась, тем сложнее мне было себя чувствовать.
— Я купалась и не хотела мочить купальник — выпалила я скороговоркой на ходу и не дав им ответить и опомниться, прикрыв рукой свой чисто выбритый лобок и свои грудки, обогнула всю толпу своих родственников, стоявших с открытыми ртами и продолжающими глазеть на моё обнажённое тело.
Во дворе, на крыльце дома, я столкнулась с матерью. Она издали уже успела заметить мой бесстыдный вид и подготовилась, чтоб выдать мне всё, что успела придумать
— Ты что это бесстыдница голышом по огороду бегаешь? Не стыдно тебе перед гостями? А если тебя соседи увидят, стыда не обобраться будет. — хоть и не громко, но вполне можно было услышать её слова и мне и родственникам.
Я проскользнула мимо и прямо в свою комнату. Схватив купальник, я стала одеваться, а в голове стоял один вопрос — как же быть дальше, что делать и как теперь смотреть в глаза всем и особенно отцу и дяде Юре. Женская половина родственников меня не раз видела голышом, когда мы вместе мылись в бане, а вот мужская, это был вопрос???
Одевшись, я сидела на своей кровати и боялась выйти из комнаты. Минут через десять зашла Светка
— Ну ты даёшь сестрёнка!? — одновременно удивляясь и спрашивая сказала она.
— Пойдём за стол. Там всё уже готово и ждут только тебя. — сказала Светка.
— Как то не удобно и стыдно — ответила я.
— Чё всю жизнь теперь сидеть здесь будешь? — попыталась как то поддержать меня.
Я пожала плечами и медленно встала. Ноги были как не мои и не хотели передвигаться. Сделав через силу несколько шагов, я открыла дверь и вышла в зал. За столом сидели мои родители и дядя с тётей.
— Ну что племянница, без одежды ты была совсем другая, а сейчас стоишь и скромничаешь. Не годится, когда тебя все ждут, проходи, садись — и он отодвинул стул, предлагая мне сесть.
— Давай садись поскорее, а то мы уже проголодались — добавил мой отец и я уже немного осмелев подошла к столу и села на стул. Мне не удобно было смотреть всем в глаза и я уткнувшись в свою тарелку, стала работать вилкой, поглощая всё, что было положено.
— Смотрите на неё, проголодалась — добавила мама.
— Ну подумаешь девчонка искупалась голышом и никто её не видел. Что тут такого? — уже встав на мою сторону заступился дядя Юра.
— А вспомни себя в молодости — сказала тётя Люда.
Отец взглянул на меня и потом перевёл взгляд на маму и все расхохотались. После этого про меня забыли и больше не вспоминали и уже когда все хорошо подвыпили, а отмечали мы мамин день рождения, то мама и тётя Люда подошли к нам со Светкой и сказали:
— Чё вы сидите нас слушаете, шли бы на речку, искупались, а то вон как дома душно
— Голышом, как Марина — съязвила Светка.
— Да как хотите — раздался протяжный голос дяди Юры и уже совсем неразборчивый голос моего отца.
— Чё правда можно? — спросила Светка.
— Ну вам же уже сказали, только будьте осторожны и далеко не заплывайте.
Мы обрадовались, а Светка даже завизжала от восторга. Мы с ней часто на эту тему разговаривали в деревне, но сделать не решались. Я боялась ей раскрыть свои тайны, потому что она из за своей наивности могла всё рассказать своим родителям. Мне было уже четырнадцать, а ей всего доходило двенадцать.
Мы забежали в баню и раздевшись до гола, выбежали в огород и побежали купаться. Земля была горячая от палящего солнца и мы очень часто семенили и пытались вставать на траву, чтоб не так обжигало ноги. Возле калитки, перед тем как покинуть огород, мы обернулись и увидели, что мама и т. Люда стоят на крыльце и о чём то разговаривают и смотрят в нашу сторону. На душе сразу стало как то легче и спокойнее. Я поняла, что мои родители меня поняли и родственники тоже.
Обратно мы уже возвращались спокойно и уверенно и даже не испугались дядю Юру и моего отца, которые сидели возле бани на скамейке и курили, держа в руках по бокалу пива.
— Ну что, накупались, а теперь быстро есть и помогите убрать со стола. Дядя и тётя у нас останутся на ночь. Куда они поедут в таком состоянии.
— Ура!!!-закричали мы в голос со Светкой и забыв, что голышом, побежали мимо бани в дом.
— Вы хоть оденьтесь для приличия, за стол ведь садитесь — сказала т. Люда
Мы оглядели себя сверху вниз и я даже покраснела. Я совсем забыла, что на мне нет ничего. Мы одели халаты и поужинав ушли ко мне в комнату. Мы ещё долго со Светкой болтали о разном и за ночь пару раз вдвоём выходили во двор по нужде. Если спросите в каком виде, ну конечно же голышом
Что было дальше, это уже совсем другие мои истории и приключения, но главное мне было позволено ходить голышом и даже вместе с моей сестрёнкой.

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2728
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои рассказы про эксгибиционизм. Горящая путёвка

Сообщение 06 мар 2017 08:48

Мои рассказы про эксгибиционизм. Горящая путёвка.
.

До конца марта оставалось десять дней. Двадцать первое число, понедельник. Погода стоит мерзопакостная. Утром минус восемнадцать, зато днём плюс и на дорогах появляются лужи. Машины мчатся, не обращая внимания на прохожих, и постоянно приходится уворачиваться, чтоб тебя не обрызгали. Не зря говорят, понедельник день тяжёлый. Желания идти на работу не было, как я встала с постели, но пересилив себя, я прошлёпала на кухню голышом и налила ещё горячего кипятка. Родители только что ушли на работу. Чаю не оказалось и мне пришлось выпить кофе. Накинув пальто на голое тело, как я делаю это обычно, я отправилась на работу. Всё было как обычно. Ничего не предвещало каких-то изменений, и я первая открыв читальный зал библиотеки, вошла и переоделась до прихода своей сослуживцы — Иринки, которая недавно вышла с декретного и приходила в самый последний момент.
Мы сидели и занимались своими делами в ожидании первых читателей. Протёрли пыль на столах и расставили стулья. Вдруг вошла наша начальница, Татьяна Ивановна.
— Ну что девчонки, кто поедет в санаторий на десять дней по горящей путёвке?
Мы переглянулись и уставились на Татьяну Ивановну.
— Ну что непонятного, десять дней по бесплатной путёвке отдохнуть никто из вас не желает — повторила она.
— Я нет, у меня ребёнок маленький — ответила Иринка.
— Ну а ты что молчишь, у тебя тоже семеро по лавкам? — спросила она у меня.
— Нет — ответила я.
— Ну так что, едешь? — спросила Татьяна Ивановна.
— Мне нужно родителей предупредить, а когда ехать-то нужно — уточнила я.
— Завтра утром, я оформляю на тебя? — переспросила начальница.
— Давай езжай, отдохнёшь — подталкивала меня Иринка.
— Я согласна — ответила я.
Татьяна Ивановна убежала и через час уже принесла мне оформленную путёвку на моё имя.
— Всё, иди домой и собирайся — сказала она.
Потом она мне объяснила, как туда добраться и я одевшись, отправилась домой. В голове вертелось куча нерешённых вопросов, и с кем посоветоваться я даже не знала. Я ещё ни разу не отдыхала в санатории и как там вообще всё устроено. Вечером собрала сумку и рассказала всё родителям. Они конечно обрадовались, что я еду отдыхать и рано утром я уже была на вокзале. Я купила билет, и дождавшись автобуса, заняла своё место возле окна и отправилась в непредвиденный отдых — первый в своей жизни.
Санаторий находился на западе Челябинской области, практически на границе с Башкирией. Конечно, это был не пятизвёздочный отель, а бывший пионерский лагерь после реконструкции. Кругом был лес и очень красивая природа и необыкновенный ландшафт. Когда автобус остановился, то вместе со мной вышла пожилая женщина. Она тоже оказалось ехала куда и я и уже раньше была здесь не один раз. До санатория можно было доехать на местной маршрутке, но мы не знали, когда она придёт и, и отправились по дороге в сторону санатория. Идти было легко, но мы не торопились, так как путь был не близкий. Санаторий находился в километре от трассы, в глубине леса на взгорье возле небольшой реки. Отдых обходился не так дорого и там часто отдыхали пенсионеры, но иногда и приезжала молодёжь. Так мне описала моя спутница. Я подумала, что начальница всучила мне свою путёвку, чтоб не ехать в этот стардом для пенсионеров. Я уже расстроилась и решила — будь что будет.
Вот и первые здания показались, сторожка и широко открытые ворота как приглашали нас войти. Мы сразу направились к административному корпусу. В течении часа мы уже всё оформили и разошлись по своим номерам. Все номера были двухместные и мне достался на первом этаже с молодой женщиной лет тридцати с небольшим. Она уже жила здесь несколько дней. Её звали Елена. Мы познакомились, так как нам некоторое время придётся проживать вместе и даже подружились. Вместе ходили на обед и ужин, а потом гуляли по территории санатория. Лена рассказала мне, что два дня назад съехала команда лыжников. Они отдыхали и тренировались по лесной дороге. Это было интересно и я позавидовала им и сразу вспомнила учёбу в школе и институте, свои тренировки и выступления на областных соревнованиях. Это было весёлое время, полное энергии и коротких встреч и знакомств. Свежий лесной воздух просто пьянил, а зимняя свежесть взбадривала меня.
Когда наступил вечер и по распорядку дня мы должны были находиться в своих корпусах, чтоб не мешать отдыхающим и не шуметь, а спать так не хотелось, мы с Леной сидели на кроватях в своей комнате и болтали о своей жизни, о работе и других не маловажных вещах.
— Может в постель ляжем, и потом продолжим болтать — предложила Лена.
— Давай, я что-то подустала сегодня — согласилась я. И тут меня охватил какой-то страх. Как же я разденусь при Лене. Я же не взяла ничего из нижнего белья и даже сорочку. Приехала в чём мать родила, хотя на мне и были брюки с блузкой и сменных два комплекта лежало ещё и в сумке. Делать было нечего и я скорчив невинную мину, посмотрела на Лену и спросила.
— Я тебя не буду смущать, а то я вроде всё нижнее и сорочку дома забыла.
— Да спи как хочешь, мне без разницы — ответила она.
Я стала не спеша раздеваться и изредка поглядывать на Лену.
— Если стесняешься, то я могу отвернуться — спросила она.
— Нет, просто боюсь что меня в окно могут увидеть. — ответила я.
— Ну выключи свет и всё — посоветовала она.
Я выключила свет и сняв блузку, а потом джинсы, осталась в одних носках и совсем голая. Лена окинув меня взглядом, сказала
— А у тебя хорошая фигурка, можно и так ходить, не то что у меня.
— У тебя тоже неплохая — ответила я комплиментом на комплимент.
Мы ещё перекинулись несколькими в адрес друг друга, и только потом я улеглась под одеяло. Мы ещё долго болтали, и я даже не заметила, как уснула.
Рано утром меня разбудила Лена.
— Вставай, а то завтрак проспишь — сказала она.
Я забыв что спала голышом, откинула одеяло и соскочила и только тут опомнилась, что стою перед Леной в неглеже. Я покраснела и Лена это заметила.
— Ладно, брось стесняться, давай побыстрее — сказала она.
Я быстро оделась, запрыгнув в джинсы. и натянув футболку мы отправились в столовку. Она находилась в нашем корпусе, в другом крыле и нам не нужно было одеваться в верхнюю одежду, как остальным отдыхающим.
Дальше были обед и ужин и между ними прогулки по лесу и сплошная болтовня. Что мне, то и Лене, хотелось выговориться, и я её прекрасно понимала, что мы можем высказать друг другу все свои наболевшие проблемы, и от этого станет на душе легче, а потом разъедемся и может больше даже, и не увидимся. Хотя кто его знает, как судьба сведёт. На всякий случай я ей написала на бумажке свой почтовый ящик marinakcnh@rambler. ru и в замен получила её.
— Может когда черкнёшь пару строк — сказала я.
— И ты не забывай — ответила Лена.
С наступлением вечера мы снова закрылись в номере и не переставали болтать, а между разговорами расправили постель и стали укладываться спать. Подходил к концу второй день моего непредвиденного отдыха. Было так хорошо и легко. Я снова скинула с себя надоевшие за день джинсы и блузку и выключив свет, подошла к окну. Лена уже лежала в постели. Навалившись на подоконник, я стала смотреть на освещённую уличными фонарями территорию санатория и как медленно падали редкие снежинки.
— Я тебя не смущаю — спросила я у Лены.
— Ни сколько — ответила она, а потом продолжила.
— Я тоже дома иногда, когда дети у бабушки, а муж на работе, то хожу голышом по квартире. Хочется иногда, чтоб кожа отдохнула от резинок, которые так стягивают и раздражают.
Потом она замолчала и вдруг спрашивает меня.
— А у тебя я вижу даже следов от резинок нет, ты что совсем не носишь плавки?
Я поняла, что нужно рассказать всё до конца и призналась, что вообще не ношу нижнее бельё и люблю ходить в минимум одежды.
— Как это минимум — удивилась Лена.
— А вот — и я подошла к шкафу и открыв его, достала своё пальто и одела на голое тело.
— Вот так я и стараюсь всегда ходить — объяснила я.
— Но ведь тебя могут увидеть — удивилась она.
— Подруги знают и не осуждают. Родители тоже, а при остальных я просто не раздеваюсь — ответила я и дальше рассказала ей все свои тайны. О прогулках без одежды и потом так разошлась, что поделилась своей мечтой — совершить прогулку голышом в гости к своей подруге, которая живёт за сотню км от меня и о желании прогуляться голышом во время снегопада. Лена лежала и слушала, раскрыв рот. Это был для неё просто шок. Она даже боялась об этом подумать, а уж гулять голышом в лесу и одна — это не укладывалось в её голове. Лена призналась, что вообще боится ходить в лес. Мы ещё какое то время болтали и не заметили, как уснули. Только кто первый, а кто второй — кто его знает.
С утра снова начался наш обыкновенный день. Лена всё ещё была удивлена тем, что я ей рассказала и улучшив момент, предложила мне прогуляться, чтоб нас случайно никто не услышал. У неё много было вопросов и ей не терпелось их задать.
Мы проходили мимо лесной дороги, по которой катались лыжники. Она была очень хорошо утрамбована, и мы даже не проваливались.
— Пойдём по ней — предложила я.
— Пошли — согласилась Лена.
Мы удалялись всё дальше и дальше. Было слышно пение птиц почуявших приближение весны, хотя снегу было в лесу очень много, и он пока не собирался таять. Лена спрашивала, а я отвечала. Она снова спрашивала, и я снова отвечала. Потом она мне рассказала о своей семье и о своих детях, сыне Данилке и дочке Настёне. Они ещё не ходили в школу, но слушать про них было интересно, и я даже в какой-то мере ей стала завидовать. Мы шли всё дальше и дальше, если можно назвать что шли — просто еле передвигали ноги. Солнце скрылось, и стало пасмурно, и стал пролетать снежок. Нам вначале показалось, что это слетает поднятый порывом ветра, с вершин деревьев. Когда вышли на открытое пространство, небольшую полянку, то увидели что мелкие снежинки медленно, совершая круговые движения, падают из глубины серо-голубого неба.
— Вот тебе и снег — сказала Лена.
— Это не снег, а насмешка над зимой — ответила я.
— А тебе какой нужен — спросила Лена.
— Что в нескольких метрах не было видно ничего — ответила я.
Лена удивилась, но ничего не сказала. Мне показалось, что она что-то хотела спросить у меня, но не могла насмелиться. Мне тоже не хотелось её расспрашивать, и мы так шли, какое-то время молча. Я не выдержала первой.
— Ты что-то хочешь спросить — спросила я.
— Да нет, хотя — и она снова замолчала.
— Ну так спрашивай, чего стесняться. Я вроде о себе уже всё рассказала, да и ты тоже — попросила я.
Лена посмотрела на меня и окинув взглядом, даже чуточку покраснев или это был румянец от прогулки, вдруг сказала.
— Если тебе хочется, то можешь и сейчас прогуляться под таким снегопадом — и опустила глаза вниз.
Я поняла, что её тревожило, и чего она хотела от меня и была просто рада её предложению. Сама бы я спросить разрешения у неё прогуляться голышом по зимнему лесу не смогла. Смелости просто не хватило бы.
— А тебя это не смутит — спросила я.
— Нет, я уже привыкла, что ты в номере голышом ходишь — ответила Лена.
Я задумалась и не знала с чего начать. Обременять Лену мне не хотелось, чтоб она таскалась с моей одеждой, а спрятать было некуда. Кругом стоял редкий и высокий лес, а за кустарником даже мышь не спрячется.
— Ты что-то потеряла — спросила Лена.
— Нет, думаю, куда свои шмотки положить — ответила я.
— Давай я их понесу — предложила Лена.
— Ага, ещё ты с ними будешь таскаться — возразила я.
— Положи их тут, кто их возьмёт — сказала Лена.
— Конечно никому они не нужны, но вдруг кто то пойдёт тоже в лес прогуляться — объяснила я.
Лена задумалась, а потом и говорит.
— Вон там, смотри. Маленькие сосёнки. Подойдут?
— Это то что нужно, радостно воскликнула я и утопая в снегу сантиметров на двадцать, двадцать пять, я стала пробираться до них и вскоре скинув всё, я аккуратно уложила под сосновые ветки и вышла на дорогу, где ждала меня Лена.
— Тебе не холодно — спросила она.
— Нет, даже тепло — в этот день была плюсовая температура и ветра почти совсем не было. Жаль только что снег был такой мелкий и едва сыпал.
Лена стояла и смотрела на меня с полуоткрытым ртом. Она была в шоке и не могла найти этому объяснение — как вот так можно ходить и тем более что как такое может нравиться. Мы шли дальше по лесной дороге укатанной лыжниками и всё дальше удалялись от санатория. Сколько времени прошло, я сказать не могу. Часов я не носила, а сотовый оставила в номере. Так мы шли всё дальше и дальше Снег то усиливался, то совсем пропадал и лишь отдельные снежинки зацепившиеся за ветки высоких сосен, сваливались от лёгкого дуновения ветерка и кружась, падали вниз. Впереди показался просвет и мы вышли на опушку леса. Дорога уходила вниз к замёршей реке и шла вдоль берега. Место было открытое, хотя кругом не было видно ни одной живой души.
— Ну что, пойдём обратно — спросила Лена.
— Пошли — ответила я.
— А тебе не холодно — вновь поинтересовалась Лена уже наверное в десятый раз.
— Нет, мне так нравится — ответила я с улыбкой на лице.
Обратную дорогу мы болтали не умолкая и я часто, забыв о своей наготе, забегала вперёд и раскинув руки, кружилась и прыгала от восторга. Мы так заболтались, что даже мимо прошли того места, где была спрятана моя одежда и мне пришлось вернуться. Хорошо, что прошли не так много — всего десятка три метров. Одевшись, мы вернулись в санаторий и как раз к обеду. Потом мы увалились на кровати и отдыхали несколько часов. После прогулки по лесу потянуло в сон. Это было просто чудесно. Я была просто счастлива.
После ужина мы не рискнули уходить далеко, а просто прогулялись по территории и вернулись в номер и включили телик. Хотелось что-нибудь посмотреть, но нас ничего не заинтересовало. Мы снова болтали и так уснули.
Следующий день тоже прошёл без изменений и ничего нового не случилось. К вечеру стало пасмурно, и подул тёплый южный ветер. Как я уснула, даже не могу вспомнить, но вот проснулась, словно что-то случилось. Лена стояла возле кровати и трясла меня за плечо.
— Что стряслось — спросила я испуганным голосом.
— Посмотри в окно — ответила Лена.
Я соскочила с постели и раздёрнула шторы. За окном не было видно ничего — сплошная белая пелена в свете уличных фонарей. Даже соседний корпус, расположенный от нашего в сорока метрах куда-то исчез. Шёл сильный снегопад и снежинки валились крупными хлопьями, кружась подхваченные потоками воздуха. Лёгкий ветер закручивал их и кидал то в одну сторону, то в другую. Я не могла оторваться — проковыряв пальцами заспанные глаза. Лена стояла рядом и тоже смотрела в окно.
— Как ты думаешь, завтра он будет идти — спросила я у Лены.
— Не знаю — ответила она.
— Как жаль, такой снегопад и опять не вовремя — ответила я сама себе.
После одиннадцати ночи корпуса закрывались и вахтёры, которые дежурили у выхода, ложились отдыхать. Выйти было невозможно. Лена увидела мой разочарованный взгляд и спросила.
— Прогуляться не желаешь?
— Ты смеёшься над тем, что невозможно сделать — ответила я.
— Ну почему же. У нас первый этаж — сказала она и повернув ручку евроокна, открыла створку.
Я была поражена и стояла как вкопанная. Такой великий соблазн и моя нерешительность. Долго конечно думать не пришлось. С улицы шёл свежий и зовущий к себе аромат леса и свежее дыхание уходящей зимы. Я не выдержала и прошлёпала босиком к двери, чтоб одеть свои сапоги.
— Я же пошутила — сказала Лена.
-Ты что серьёзно хочешь прогуляться голой — задала она мне вопрос.
— Да — уже уверенно сказала я не так ей, как себе.
Я подошла к окну и залезла на подоконник.
— Ты потом откроешь, когда я вернусь — попросила я Лену.
— А ты надолго?
— Не знаю, хочется пройтись — ответила я и уже повернула ручку.
— Стой, я с тобой. Только сейчас оденусь — вдруг сказала Лена.
Для меня это был шок и в тоже время большая радость. Вдвоём всегда веселее. Лена быстро оделась и взяла моё пальто и шапочку.
— А это зачем — спросила я.
— А вдруг снег перестанет или ты замёрзнешь — ответила она.
— Я! Замёрзну! — рассмеялась я и ответила.
— Это моя самая любимая погода.
Посмотрев на Лену, я всё же взяла шапочку и натянула на распушенные волосы.
— Так пойдёт — спросила я.
— Самый раз — уже улыбаясь, ответила Лена.
Мы вылезли в окно и слегка прикрыли его, чтоб снег не залетал в комнату и положили в притворе какой то коробок, чтоб окно случайно не захлопнулось. Погода была просто прелесть. Я немного пригнулась и пошла вдоль корпуса, чтоб не сверкать своими голыми частями тела перед окнами. Вдруг тоже кто то не спит и смотрит на снегопад. На углу здания, где было уже безопасно, мы пересекли дорогу и вышли к забору, окружавшему всю территорию санатория. Дыр было полно, а вокруг территории вдоль забора была хорошо натоптана тропинка. Вот по этой тропинке мы отправились друг за дружкой по направлению к дороге. Идти по лесу и заблудиться ночью что то не хотелось. Вот если бы летом, то я с радостью рискнула бы. Обойдя вокруг, мы вышли к въездным воротам. В сторожке было темно и мы беспрепятственно вышли на дорогу и сделав всего несколько шагов, обернулись. Сзади была сплошная снежная пелена и не видно даже сторожки, которая была всего в десятке метров.
— Ну что, обратно — спросила Лена.
— Давай по дороге прогуляемся — попросила я.
Мы удалялись всё дальше и дальше от санатория. Я шла голышом и на радости размахивала руками и вертелась как юла. Это было необъяснимое чувство. Лена шла закутавшись в воротник и с удивлением рассматривала меня и то, как я себя веду. Всё это её удивляло и не просто удивляло, а шокировало. Во время всей прогулки в основном болтала я. Лена только слушала и шла рядом, иногда задавая вопросы и с интересом, ждала от меня ответа. Вдруг впереди мы услышали шум машины и насторожились. Слабый свет фар приближался, и мы на мгновение растерялись. К нашему счастью машина прошла мимо и нас конечно не заметила. Мы стояли в нескольких метрах от трассы, и рядом была остановка, где вылезла из автобуса всего несколько дней назад. Лена посмотрела на меня, и я увидела в её глазах испуг.
— Что с тобой — спросила я.
— Мы так далеко ушли, а наверное скоро рассвет — ответила она.
— А ты помнишь, сколько время было, когда ты меня разбудила?
— Нет — ответила лена.
— Ну тогда пошли назад — сказала я даже не расстроившись.
На обратном пути мы уже старались поторапливаться, и разговаривать было некогда Лена уже запыхалась и ещё у неё были неудобные сапоги, чтоб ходить по такой погоде, когда ничего не видно и она часто оступалась. Я шла впереди, постоянно поторапливая её. Из-за плотного снегопада, мы чуть не натолкнулись на сторожку, там включили свет, и нам пришлось резко отвернуть в сторону, чтоб нас случайно не заметили. Под ногами было сплошное белое полотно и трудно было разобрать, где тропинка, а где её нет и я чуточку промазала и шагнула мимо и сразу свалилась в сугроб. Вся в снегу, я выкарабкалась и тут подоспела Лена. Она протянула мне руку и помогла подняться. Дальше мы шли более осторожно и вскоре заметили знакомую дырку в заборе. Пролезая через неё, я огляделась по сторонам. Нас окружала белая пелена из падающих снежинок. Видимости можно сказать не было никакой. Перебежав через засыпанную снегом дорогу, которую уже трудно было отличить, мы подбежали к углу нашего корпуса и пробравшись вдоль стены, остановились возле окна. Высота была небольшая и мы легко дотянулись и открыли уже приоткрытую створку. Лена подсадила меня и я залезла в комнату и помогла ей. Мы были все в снегу и стали отряхиваться. Ковровые дорожки под ногами моментально покрылись слоем снега, который медленно начинал таять. Я стояла вся раскрасневшаяся, и меня охватил озноб. По телу текли полоски воды от растаявшего снега. Лена стояла возле двери и отряхивала снег с одежды. Потом мы всё подтёрли и легли спать Время было начало шестого и можно было вздремнуть пару часиков. Я залезла под одеяло и свернувшись калачиком, быстро уснула. Разбудил звонок будильника.
Мы с трудом встали после ночного приключения. Ноги болели от усталости и от того, что ходить по такой погоде на каблуках было очень неудобно. Я посмотрела на Лену и видела её часто моргающие глаза и заспанный вид. Что то обсуждать не хотелось и вернувшись после завтрака, мы снова увалились спать.
Проснулась я уже ближе к одиннадцати. До обеда оставалось ещё часа полтора. Я встала с кровати и одевшись, подошла к окну. Снег ещё шёл, но не так плотно. Лена ещё спала. Услышав мои шабарканья, она открыла глаза и спросила.
— Ты что снова собралась вылазить. А который час?
— Скоро обед — ответила я.
Она села на кровать и посмотрела в мою сторону.
— Что всё ещё валит? — спросила она.
— Не так сильно — ответила я.
— Да, вчера валил так валил. Я такого снегопада уже давно не видела — ответила удивлённым голосом Лена.
— Я тоже — коротко ответила я.
— Ну что, собираться на обед будем. Нужно сил набраться — уже бодрым голосом сказала Лена и встав с кровати, пошла умываться.
Хорошо, в номере был и душ и туалет и телевизор — можно было целыми днями не выходить, если бы не хотелось есть. Мы сходили на обед и вернулись в комнату. Я подошла к окну и продолжала смотреть на падающий снег, навалившись на подоконник и подперев руками подбородок. Было так тихо и хорошо. Жаль только, что был день и я не могла повторить свою прогулку голышом. Воспоминания о ночной прогулке полностью поглотили мои мысли и разум, и я даже не слышала, что мне говорила Лена. Не докричавшись до меня, она встала с кровати и подошла ко мне.
— Ты что спишь?
— Нет, ответила я.
— А чего тогда не отвечаешь?
— Просто задумалась.
Потом я поблагодарила Лену, что она составила мне компанию и не удержавшись, спросила её.
— Лен, а зачем ты вчера со мной ходила?
— Ну так — ответила она.
— А если честно, зачем тебе это нужно было? — продолжала я настаивать.
— Просто я слышала о таких как ты и думала, что это всё болтовня и мне хотелось увидеть своими глазами — ответила Лена.
— Ну и что, убедилась, что такие есть — спросила я.
— Теперь верю — ответила она и подошла к окну.
Мы стояли и смотрели на падающие снежинки, и вдруг Лена говорит мне.
— Пойдём, погуляем.
— Так просто, что-то не хочется — ответила я.
— А как можно гулять по другому — спросила Лена.
— Ну как вчера например — ответила я и посмотрев на Лену, рассмеялась.
— Да, ночью было необычно, но только идти было неудобно в сапогах — сказала Лена.
— А ты что раньше никогда ночью не гуляла — спросила я.
— Почему, много раз, но это в городе и улицы освещены — ответила она.
— А, ну понятно — отозвалась я протяжным голосом.
Мы снова стояли, и смотрели на улицу, и вдруг Лена оттолкнулась от подоконника и быстро выбежала в коридор. Куда это она — подумала я. Её не было минут тридцать. Вдруг открывается дверь и заглядывает Лена. Вначале появляется её голова и нескрываемой улыбкой, а потом и она держа в руках две пары валенок.
— Ты где их взяла — спросила я.
— А вот — ответила она.
— Меряй.
Я надела одни валенки и прошлась. Просто здорово сказала я, хотя и чуточку великоваты. Достав сумку, я вытащила вязанные носки и одев их снова примерила.
— Вот теперь самый раз.
— Ну так где ты их раздобыла. Признавайся. Домой бегала? — пристала я к ней.
— Да нет. До дома далеко. Помнишь, я тебе про лыжников говорила. Так вот, когда они уехали, то я видела коменданта, как она несла несколько пар валенок. Может и те оставили, а может и она им давала. Вот я у неё и попросила. А она ничего, дала сразу.
— Это просто здорово. Тогда идём — радостная и удивлённая такой заботой обо мне, я подскочила к Лене и чмокнула её в щёчку.
— Ты настоящая подруга — добавила я следом.
— Ну тогда собираемся — спросила Лена.
— Ага — ответила я.
От волнения я металась по комнате, не зная что одеть и в чём идти. Конечно, как ночью нам не выйти на улицу, да и днём было опасно. Можно было случайно оказаться кем-нибудь замеченной. Я не стала снимать джинсы, а носки и валенки были уже на мне. В руках я держала футболку и водолазку. Посмотрев на одну, я переводила взгляд на другую, решая что одеть.
— Ну ты что их рассматриваешь, как в магазине. Будь-то, покупать собралась. Одевай и пошли — сказала Лена.
— А какую? — ответила я.
— Да любую — добавила Лена, а сама уже стояла возле двери и застёгивала свою лёгкую искусственную шубку с капюшоном.
Я не выбрав ничего, просто сунула их обратно в сумку и надела пальто на голое тело, а сверху свою шапочку, которая лежала на батарее и уже высохла.
— Ты что так пойдёшь? — спросила Лена.
— А что, плохо? Ночью на мне вроде и того меньше было — ответила я.
Мы обе рассмеялись и вышли в коридор. Лена закрыла дверь, и мы вышли на улицу. Снег продолжал валить, хоть и не так сильно. Было тепло и тихо. Отдыхающих, решивших погулять в такую погоду можно было пересчитать на пальцах — совсем мало. Мы прошлись по свежему снегу и вышли за ворота. Пройдя немного по дороге и повернув за поворот, Лена сказала.
— Вот от сюда лыжники всегда убегали в лес по лыжне — и показала в сторону рукой. Узкая просека действительно выделялась, и видно было, что снег по ней чуть ниже, чем в лесу.
— Ты предлагаешь по ней пройтись — спросила я.
— Как хочешь, мне сейчас очень удобно, а тебе как? — ответила Лена.
— Да, и мне удобно но мы не знаем, куда она идёт — спросила я.
— Я тоже не знаю, если что, вернёмся, след то останется — сказала Лена.
— А ты права — согласилась я и свернула с дороги, которую уже успели до обеда прочистить, но снег её снова припорошил.
Пройдя метров сто или чуть больше, я посмотрела на Лену и спросила.
— Ты не будешь против, если я кое что сниму, а то тяжело идти?
— Нет, снимай что хочешь — ответила она и стала следить за моими действиями.
Я отошла немного в сторону и возле молодых сосёнок сняла пальто, а потом и джинсы и снова одела валенки. Свернув и положив это между сосёнками, я припорошила снегом и загребая за собой следы, вышла обратно.
— Так пойдёт — спросила я у Лены, глядя в её глаза.
— Как ночью — ответила она.
— Ага, а ты не желаешь ко мне присоединиться — спросила я у неё.
— Нет, я боюсь простыть — ответила Лена.
Мы шли по бывшей лыжне, проваливаясь в свежий снег. Его за ночь и за половину дня навалило сантиметров двадцать, а то и больше. Из за крон деревьев в лесу его было чуть меньше и мы довольно легко удалялись всё дальше и дальше. Я была счастлива и уверенная в том, что кроме нас в лесу нет никого, разговаривала вполне громки и даже смеялась не скрывая своих эмоций. Лена тоже была очень возбуждена всем происходящим и поддерживала разговор, что бы только я не спросила. Иногда я оглядывалась назад и видела два следа. Один шёл почти прямо, а другой, мой, постоянно петлял с одной стороны к другой. Мне было легко и даже ни чуточки не холодно. Я сама задавала себе часто вопрос, почему мне во время таких прогулок иногда становится даже жарко, а когда я прихожу домой и оказываюсь в помещении или просто одеваю одежду, то сразу начинаю дрожать и мёрзнуть. Но я не находила этому объяснения и часто сама себе говорила — «Если мёрзнешь в одежде — ходи голышом» а потом над собой смеялась.
Просека, по которой шла лыжня, постоянно петляла и извивалась вокруг деревьев. Иногда она спускалась вниз, а потом поднималась вверх. Мы уже довольно долго продолжали свой путь, и при этом Лена ещё ни разу не спросила меня, холодно мне или нет. Возможно она всё видела по моему настроению и самочувствию и решила, что такая юла, как я не может замёрзнуть. Я действительно не просто шла, я крутилась и ловила снежинки, прыгая на ходу. Иногда открывала рот и пыталась проглотить как можно больше, но это с трудом получалось. Лена стала ещё более откровенной и поделилась со мной своими стеснениями и желаниями и я прекрасно понимала её, но сама не стала ей больше ничего предлагать. Мы были знакомы всего несколько дней и я не хотела потом себя винить в том, что она могла бы простыть.
Наша прогулка продолжалась и уходила всё дальше по бывшей лыжной трасе. Снег то усиливался, то стихал и поэтому мы не заметили, как вышли на опушку леса. Так как видимость была не очень большая, но нам показалось, что это место уже знакомо и мы решили спуститься и пройтись по берегу замёршей и засыпанной снегом, реки. На открытом месте снега выпало гораздо больше и проваливаясь и черпая валенками снег через край, мы продвигались очень медленно. Постоянно отряхая снег, чтоб ногам было не так холодно, мы наконец-то подошли к подъёму и стали карабкаться вверх. Снег был рыхлый, и ноги скользили по старому накату. Я не удержалась и свалилась прямо на бок, а Лена дважды упала на коленки. Выкатавшись в снегу, мне всё же удалось подняться без последующих падений, и Лена помогла отряхнуться. Действительно, мы стояли на верху того спуска, где гуляли два дня назад и ещё сомневались, спуститься нам вниз или нет. Теперь мы знали, что до санатория осталось меньше километра. Мы ускорили шаг, так как я стала чувствовать прохладу после купания в снегу и немного замёрзла.
— А как же мы до моей одежды доберёмся — спросила я у Лены.
— Пойдём по территории санатория — сказала она.
Я думала, она говорит правду и возмутилась, ведь меня в таком виде могли увидеть, хотя снег всё ещё не прекращался. Увидев улыбку на лице у Лены, я поняла, что она пошутила, и слегка толкнула её. Она не удержалась и рухнула в снег. Мне пришлось помочь ей подняться и тут же броситься наутёк. Я не хотела ещё раз оказаться в сугробе. Я так увлеклась, что чуть не выбежала голышом на территорию санатория. Если бы не снегопад, то меня точно все бы давно уже увидели. Я стояла возле забора в нерешительности, куда идти дальше. Тут подбежала запыхавшаяся Лена.
— Ну я с тобой сейчас разделаюсь и схватила меня за руку, чтоб повалить в снег.
— Тише, а то нас услышат — сказала я и показала на забор.
Лена тяжело дыша так непринуждённо, и как то даже играючи прикрыла рот рукой, а потом прыснула от смеха.
— Ну что будем делать — спросила она.
— Давай обойдём кругом — предложила я.
Лена согласилась и мы осторожно, прикрываясь за стеной снегопада, стали пробираться вдоль забора по знакомой уже нам тропинке. Вот и сторожка. Обходить её пришлось по колено в снегу. Лена конечно шла легко и довольно уверенно, бояться ей было нечего. Её ноги защищали брюки натянутые поверх валенок. Мне пришлось идти по её следам, постоянно теряя равновесие и с трудом удерживаясь на ногах, чтоб не упасть. Я отстала и с трудом различала впереди её спину. Лена остановилась возле дороги и ждала меня. Когда я подошла, она сказала.
— Вот ты и попалась — но увидев меня уставшую и запорошенную снегом, сказала.
— Пошли, пока нет никого.
Мы перебежали через дорогу и метров сто прошли вдоль её до свёртка. Наши следы почти уже замело и мы с трудом их разглядели. Свернув с дороги, мы стали снова прокладывать по снежной целине себе дорогу. Валенки проваливались в снег и почти каждый раз зачерпывали немного внутрь. Я наклонялась и вытряхивала, но не надолго.
Лена конечно видела что я уже стала мёрзнуть и прогулка для меня уже не стала приключением, но не подавала виду, а старалась идти быстрее. Я уже с трудом поспевала за ней. Вот и сосна, возле которой мы воткнули палку, чтоб легче было найти маленькие сосёнки. Свернув за ней, мы снова стали проваливаться ещё глубже. До одежды оставалось всего несколько метров, и я бросилась бежать, чтоб скорее одеться. Потеряв всякую бдительность и осторожность, я запнулась за придавленную и скрытую снегом поваленную сосёнку и со всего размаху рухнула в снег.
— Ты чего — спросила Лена. Она шла рядом.
— Чего, чего. Запнулась — ответила я дрожащими губами. Зубы уже начали отбивать чечётку.
Лена помогла мне откопать пальто и встряхнув его от снега, помогла мне одеться. Оно было холодное и никакого толку от него не было. Я стала прыгать и вертеть руками в разные стороны, эмитируя зарядку, а Лена держала мои джинсы и смотрела, когда же я успокоюсь, чтоб передать мне их. Немного утоптав вокруг себя снег, я чуточку согрелась и протянула руку, чтоб взять джинсы. Одевшись, мы поспешили в корпус.
Два с лишним часа я отогревалась сидя возле горячей батареи, подложив под свою попку мягкую подушку. Моя одежда висела на крючках и оттаивала. С неё медленно капали капли прямо на пол и издавали такой нудный и приглушённый звук. Отогревшись и переодевшись, я ещё долго сидела на кровати, закутавшись в ватное одеяло, пока Лена не позвала на ужин.
Сколько мы проходили, я даже не знаю. Может даже и около двух часов, хотя я в этом не уверена. Мне кажется за два часа я вообще бы задрыгла от холода и Лене пришлось бы меня тащить волоком. Вечером мы обсуждали наше приключение и громко смеялись. На утро снег вообще перестал идти и выглянуло солнце. С крыш побежала капель, а свежий снег к вечеру вообще превратился в непроходимую слякоть. Несколько дней мы просидели в номере, а когда утрами стало примораживать, то прогуливались по территории санатория. Больше я не рисковала раздеться и идти голышом. Снег подтаял и замёрз, и был не такой пушистый, и вполне им можно было пораниться.
Спустя ещё два дня наступила пора прощаться. Срок моей путёвки истёк, и мне нужно было возвращаться домой, а Лена осталась ещё на четыре дня.
Вот так я отдохнула в санатории по горящей путёвке.

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2728
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои рассказы про эксгибиционизм. Как мы потерялись

Сообщение 11 апр 2017 07:21

Мои рассказы про эксгибиционизм. Как мы потерялись.
.

Я пришла на работу и не успев даже переодеться, меня вызвала к себе моя начальница. Я развернулась и пошла к ней в кабинет. Тогда я даже представить себе не могла, чего мне будет стоить этот вызов. Я ломала пока шла по коридору, себе голову. В чём это я провинилась и к чему такая спешка. Я постучала в дверь и спросила.
— Вызывали?
— Да, заходи Мариночка — сказала добродушно Татьяна Ивановна.
Я прошла и села на один из стульев, стоявших вдоль стены.
— Знаешь, зачем я тебя вызвала? — спросила она.
— Нет — коротко ответила я.
Ты в нашем коллективе работаешь не так давно, но это не столь важно. Просто у нас все уже семейные и у всех есть дети.
Я вся напряглась. Наверное, кто-то донёс, что я люблю ходить голой, и я получается, в таком коллективе считаюсь, аморальным работником — думала я, но Татьяна Ивановна продолжила меня ознакамливать с коллективом.
— Я к чему это всё рассказала — вдруг произнесла она.
— К чему — в недоумении спросила я.
— Нам каждый год дают одну семейную путёвку, и кто-то всей семьёй едут отдыхать. В этом гуду нам дали только одно место и никто и работников не хочет ехать один.
— А я тут при чём? — спросила я.
— Ты погоди и не перебивай — сказала Татьяна Ивановна.
Я замолчала и стала слушать, что она говорит.
— Ты у нас одна не замужем и кому как не тебе ехать. А то если мы откажемся — нам потом вообще могут не дать путёвок — закончила свою речь начальница.
— Нет, я не могу — ответила я.
— Почему — спросила Татьяна Ивановна.
— Просто у меня нет таких денег и отпуск мой в этом году осенью. — объяснила я.
— В этом то, как раз и нет проблем. Путёвка как раз на осень, просто сейчас нужно заявление от тебя и процедура оформления и тем более тебе нужен будет ещё загранпаспорт получить — объяснила Татьяна Ивановна.
— Как загранпаспорт — удивилась я.
— Путёвка то на юг, по островам Австралии — объяснила она.
Я от удивления не могла закрыть свой рот — так и сидела с полуоткрытым.
— Я наверное не смогу — я уже испугалась этой поездки и стала отказываться.
— Что касается денег, то тут мы тебе поможем и профком тоже. Тебе только нужно заплатить двадцать процентов. — объяснила мне Татьяна Ивановна.
— А это сколько? — спросила я тихим голосом.
— Ну это в пределах шести — восьми тысяч — ответила она.
— Я могу дома посоветоваться — спросила я.
— Да, конечно, ладом всё обдумай и с родителями поговори — но к концу недели ты должна мне дать ответ — сказала мне начальница.
— Хорошо — ответила я и побежала к себе в читалку.
Я не знала, волноваться мне или расстраиваться. Рассказав об этом Иринке, я получила от неё одобрительный ответ. Она советовала мне соглашаться и ехать. Говорила, что другого шанса может и не быть. Что, мол, если я сейчас подведу и откажусь — то мне больше никогда не дадут путёвок. Дома я рассказала всё родителям, и они вначале тоже растерялись, но потом тоже мне посоветовали соглашаться. Чтоб окончательно быть уверенной, я позвонила своей сестре Светке и рассказала ей обо всё. Она тоже мне посоветовала соглашаться, а под конец ещё и пошутила.
— Там полно туземцев и ты с ними можешь голышом бегать, и тебе никто даже слова не скажет — сказала она.
— Да ну тебя, я и так боюсь — ответила я.
— Приходи ко мне, и мы посмотрим, куда там тебя отправляют — предложила сестра.
На другой день после работы я прямиком поехала к сестре и мы с ней читали и смотрели карту самой Австралии и всё что её окружает. Места были просто изумительно красивые. Такие леса и горы и красивые песчаные пляжи. Глядя на всё это я уже была согласна и на другой день подошла к Татьяне Ивановне и написала заявление. Она обрадовалась и мне дала инструкции, что я должна сделать и какие документы подготовить. Времени было ещё достаточно, но я решила не откладывать всё в долгий ящик и уже на другой неделе начала всё собирать. Приходилось отпрашиваться, так как загранпаспорт пришлось оформлять в рабочее время, но мне шли на уступки и уже через две недели весь пакет документов был собран. Вопреки моим принципам мне пришлось купить себе хороший купальник и сменное нижнее бельё и пару удобных для отдыха вещей. Кое-что у меня уже было. Ну, в общем, за оставшийся месяц я подсобрала свой чемодан и была практически готова, но волнение не давало мне покоя. Так далеко я ещё никогда не ездила, а тем более не летала на самолёте вообще.
Вот и наступил день отлёта. Всех собрали в аэропорту и мы, пройдя регистрацию, уже поднимались по трапу, и согласно билетов, занимали свои места. Со мной сидели одна женщина, хотя по ней этого не скажешь. Выглядела она довольно молодо и полна энергии. А у самого края сидел мужчина преклонного возраста. Мы пристегнулись, как нам сказала стюардесса, и самолёт стал выруливать на взлётную полосу. Я тряслась ужасно и соседка это заметила.
— Первый раз на самолёте летишь — спросила она.
— Ага — ответила я.
— По путёвке — спросила она.
— Да — ответила я.
— Я тоже по путёвке. Меня Лена зовут — представилась соседка.
— Очень приятно, Марина — ответила я.
Пока мы знакомились, я даже не заметила, как самолёт набрал скорость и стал отрываться от земли. Я видела, как моментально на моих глазах всё проносилось так молниеносно и становилось всё меньше и меньше. Мне было и страшно и интересно, и я стала вглядываться в иллюминатор, одновременно рассматривая свою спутницу и соседку. Вскоре мы поднялись над облаками, и землю уже не было видно, но я увидела то, что не видела никогда в своей жизни — огромное белоснежное море. Это было так красиво, что я не могла оторвать глаз.
— Садись на моё место — предложила Лена.
— Спасибо — я с радостью согласилась, и мы быстро поменялись с ней местами.
Теперь я могла видеть не только белизну облаков, но и голубое чистое небо, которое видно с земли в безоблачную погоду. Это было неописуемо красиво. Я точно не помню, сколько я любовалась такой красотой, пока меня не окликнула Лена. Рядом стояла стюардесса и спрашивала меня.
— Вам чай или кофе?
— А сколько это стоит — спросила я.
Стюардесса, а вместе с ней и Лена, улыбнулись и объяснили мне, что это всё включено в стоимость билетов и бесплатно. Я так смутилась, что немного покраснела, но от чаю не отказалась. Лена потом мне ещё кое-что объяснила, и мы с ней разговорились. Оказалось что она тоже летит по путёвке и в той же группе. В которой, и я. Она была из Днепропетровска. Потом она мне рассказала, как она в первый раз летела на самолёте, и нам стало даже весело. Всё время полёта мы с ней разговаривали о своей жизни и даже договорились что всё время, пока мы будем отдыхать и ездить на экскурсии, быть вместе. Я была рада, что Лена согласилась меня просветить во многом, что я не знала. Мне показалось, что она очень хороший и добрый человек и в последствии, убедилась в этом не единожды.
К концу полёта я уже много чего знала о Лене, и что у неё есть сын и что она давно мечтала отдохнуть от городской суеты. Я ей тоже рассказала о себе, и у нас оказалось даже кое-что общего.
По прибытию на место, нас разместили в небольшой и очень уютной гостинице на берегу океана. Вид из окна номера был просто прекрасный. Океан, горизонт и голубое небо, а на воде много кораблей и прогулочных яхт, с красочными парусами. Экскурсия была назначена на завтра, и вечер был свободным.
— Пойдём, прогуляемся по берегу — предложила Лена.
— Пошли — согласилась я.
Мы шли и я всё вертела головой во все стороны. Всё кругом было так необычно и красиво. Другие совсем деревья, загорелые и тёмнокожие люди. Множество машин и необычных мотоциклов-такси. Мы решили прокатиться на одном из таких и к нашему удивлению водитель хоть и с трудом, говорил на русском. Попять его конечно можно было. А вот нас он как понимал — мы понимали с трудом. Лена объяснила ему куда и как нам хотелось бы проехать и он радостный кивнул головой и мы поехали. Из открытого трёхколёсного мотоцикла было хорошо всё кругом видно. Ехали не очень быстро, и мне удавалось хоть не так тщательно, но всё рассмотреть. Я восторгалась красотой и пейзажами пролетающими мимо нас. Выехав за пределы города, мы свернули с дороги и вскоре оказались на возвышенности, с которой открывался прекрасный вид на город и на океан. Это было ещё красивее, чем вид из окна отеля. Полюбовавшись красотой, сколько могли охватить мои глаза, мы поехали обратно. Рассчитавшись с такси возле отеля, он предложил нам прогулку на завтра, но мы его огорчили, так как у нас была плановая экскурсия на катере на соседние острова.
После ужина мы с Леной сходили на пляж и искупались в тёплом океане, повалялись на песке и вернулись в номер. Номера были двухместные и по нашей просьбе нас поселили вместе. Так что нам было легко и весело и есть о чём было поговорить и поделиться впечатлениями о первых часах пребывания в стране и совершенно в другом полушарии нашей земли, где было тепло или даже жарко, а у нас на Урале в это время наверное шли осенние дожди.
Как и во сколько мы с Леной уснули, я не помню, потому что была очень сильно возбуждена от впечатлений увиденного. Утром после завтрака нас распределили по несколько человек в группы, и мы поехали на причал, где нас уже ждали наши катера. Семейные пары и группы занимали катера большего размера. Нам же с Леной, и с ними было ещё три человека, достался катер не очень большой, и вся группа на четырёх катерах поплыла в сторону еле видневшегося над горизонтом острову. Было очень тихо и лёгкое покачивание меня слегка укачало, что села и навалилась на спинку сиденья, чтоб немного отвлечь свой взгляд от быстро проносившейся мимо нас воды — не просто воды, а огромной толщи воды, что меня и пугало сильно. А ещё я боялась, чтоб с нами ничего не случилось и не попасть в пасть акуле, которых мы иногда видели на приличном расстоянии.
На острове нас ждала нетронутая природа и небольшие домики на его побережье. Что рассказывал гид, мы не слышали, так как было трудно и слушать и любоваться красотами природы этих нетронутых цивилизацией островов. Совершив прогулку по этому острову, мы отправились на другой. Теперь на нашем катере нас было только трое, Я и Лена и наш штурман или кто он там. Те трое оказались жителями первого острова и на нём и остались. Два других острова оказались ещё красивее, чем предыдущие. Труднопроходимые леса, горы и возвышенности и много красивых птиц, которые пугали нас перелетая с дерева на дерево и пугая нас своими криками. Так разговаривая с Леной и шарахаясь от неожиданного крика птиц, мы немного отстали и сами не заметили, как свернули не на ту тропинку, по которой ушла вся группа. Не подозревая ничего мы ускорили шаг и продолжали смеяться и веселиться и одновременно спешили догнать своих. Сколько мы не спешили — но нашей группы всё не было. Мы начали волноваться и даже пробовали кричать — но в ответ ничего, что бы нас успокоило, не услышали. Поняв, что мы сбились с дороги, мы решили вернуться. По дороге нас охватил страх и мы сбившись с ритма ходьбы по непроходимому лесу. Падали то одна, то другая. Помогая то Лена мне, то я ей вскоре вышли обратно к морю и не нашли на берегу, где не так давно мы высадились, ни одного катера. Мы жутко испугались и не знали что делать. Посмотрев друг на друга мы сначала рассмеялись, а потом нас охватил какой то страх. Что на мне, так и на Лене наши блузки были порваны в нескольких местах, а у меня так вообще юбка держалась на честном слове и при каждом шаге моя правая нога оголялась до самой талии.
— Что делать будем — спросила я, а у самой голос дрожал.
— Я не знаю — ответила Лена.
— Я думаю, что нам стоит ждать здесь — предложила я.
— Давай подождём, вдруг вернутся за нами — согласилась Лена.
Когда вся группа высадилась на берег и пошла по тропинке через остров, катера все отошли от берега и обогнув его, причалили с другой стороны. Наш же катер попросил чтоб один из катеров забрал нас, а сам вернулся на первый остров. Всего этого мы не знали и даже не подозревали, что группа будет пересекать остров пешком и продолжили ждать. А на другом краю острова все расселись по своим катерам и когда кто то спросил — все ли собрались. Не подозревающие о том, что мы должны тоже быть на одном из этих катеров, все дружно ответили, что собрались все, и группа спокойно вернулась — но уже без нас.
Мы уже проголодались и стали ходить по берегу и находя что то съедобное, пробовать на вкус. Я тут впервые вспомнила хорошим словом свою сестру, что перед поездкой мы много читали об этих островах в интернете, и я кое-что знала. Немного утолив голод, мы решили, что ждать уже нет смысла и стали искать, где бы нам переночевать. Небольшая выемка между скалами покрытая сочной зеленью как раз подходила нам. Места было не так много, но было очень хорошо с этой возвышенности открытое море. Обсудив с Леной мой вариант, мы приняли его единогласно и стали подниматься вверх на скалу. Тропа была хоть и не такая нахоженная, но и не так опасна для подъёма. Хотя мы уже вымотались и выбились из сил и падали то Я, то Лена. Так пока мы поднялись наверх, а это чуть выше трёхэтажного дома, то обрямкались окончательно. От моей юбки уже осталось одно название, и я несла её в руках. На ногах было несколько синяков — так не очень больших. Но это было не так важно. Если нас завтра найдут, то нам не в чём было бы выйти и показаться людям. Чтоб совсем не изорвать то, что осталось, Лена внесла своё предложение.
— Давай одежду сложим вот здесь, чтоб не изорвать её совсем — предложила она.
— А вдруг нас кто увидит — спросила я.
— На этом острове вроде бы нет никого — сказала Лена и я согласилась с ней.
Мы сняли всё, что на нас было, а так как мы уже спали в отеле в сорочках и переодевались, не стесняясь друг друга, то это для нас не составило большого труда. Вскоре начало темнеть, и мы легли на мягкую траву и вскоре заснули. Нам повезло, что мы потерялись на этом острове, а не на предыдущем, где нас вели по широкой и очищенной от всего тропе. На этом острове кроме птиц не было других животных и тем более змей. Но мы тогда даже не думали об этом и крепко спали.
Проснулись рано утром от крика птиц и встав стали осматривать с высока песчаный берег и ровную гладь моря или океана. Нам это было как то без разницы. Нам снова хотелось есть, и мы, взяв свою рваную одежду, отправились голышом вдоль берега на поиски съедобных фруктов. Найти их не составило труда и мне, так как я была моложе и немного подвижнее, пришлось лезть и доставать их. У нас получилось и уже через полчаса мы сидели возле воды и отмывались от песка и земли или глины. Море было чистое, и лишь вдалеке проплыл, какой-то большой корабль. Мы даже подать ему сигнал не могли — просто было нечем, да и так далеко он всё равно бы ничего не заметил. Немного побродив по кромке берега, мы вновь поднялись на скалу, где провели первую ночь и пожив всё что у нас было и немного фруктов, легли и стали думать, как нам выбираться отсюда. Страх и испуг был, но как то думать о нём не приходилось. В течении дня мы совсем не одевались и даже перестали таскать с собой остатки от одежды. Пообедав и поужинав фруктами, мы снова легли спать. Одежду положили чуть поодаль чтоб не порвать окончательно и так уснули.
Проснулись от лёгкого ветерка и шума моря. Уже начинало светать. Взглянув с высоты, мы увидели, что из-за ветра на море поднялись волны и окончательно расстроились. В такую погоду за нами катер точно не поплывёт. В животе всё урчало от голода, и мы не дожидаясь, когда станет светло, отправились на поиски провизии. Вернулись часа через два с охапкой еды сорванной на деревьях и уложенных в кульки скрученные из огромных листьев. Ветер усилился и трепал на ветру волосы. Положив кульки на траву, мы присели за скалу, чтоб на нас не так дуло и вспомнили про свою одежду. Взглянув под куст мы не нашли там ничего. Ветки кустарника так и гнулись от порыва ветра и если бы не каменная защита, то кустарник бы прижало к земле.
— А где одежда — спросила Лена.
— Ветром сдуло — наверное — ответила я растерянным голосом.
— И что теперь делать — снова спросила Лена.
— Я не знаю — всё так же испуганно отвечала я как запрограммированный робот.
Мы не знали, что нам делать и расстроились капитально. Хотя это можно сказать, мягко сказано. Оказаться в чужой стране на необитаемом острове и ещё одежду ветер унёс — это была катастрофа. Ни есть, ни пить нам не хотелось, хотя простая вода была не так далеко, в нескольких десятках шагов бежал ручей, и в нём была пресная и вкусная вода и мы часто туда ходили на водопой. А ветер всё усиливался и вскоре разыгрался шторм. По местным меркам это не редкость и все кроме нас были предупреждены. А нам кто мог сказать об этом.
Я и Лена забрались под ветки большого дерева и укрывшись под ними и обняв друг друга, стали пережидать. Ветер не утихал и мы долго сидеть тоже устали и тут Лена говорит мне.
— Может прогуляемся, глядишь ещё что-нибудь съестного найдём.
— Пошли, всё равно в такую погоду нас искать не будут. — ответила я.
Носить с собой, и беречь нам уже было нечего. Одна обувь на ногах и та стала расползаться. Мы побрели по той тропинке, на которой сбились с пути и нашли тот поворот, увидев его по множеству оставленных следов. Мы свернули и вскоре оказались на вершине высокой горы. Кругом были не очень большие деревья, в основном всё густые кустарники и мы нашли небольшой просвет и взглянули на море. Оно всё было покрыто высокими волнами. Зрелище для человека, не видевшего моря конечно ужасное. Но делать было нечего. Мы решили немного отдохнуть и перекусить тем, что нашли. Укрывшись среди кустарника, который постоянно нас хлестал от порыва ветра то по спине, то по лицу, передохнули и пошли спускаться с горы. Тут мы вспомнили фильм про Робинзона Крузо и сравнив себя с ним тут же рассмеялись и стали звать пятницу. Конечно, мы просто дурачились, чтоб хоть как-то успокоить и утешить друг друга. Даже в шутку я стала называть Лену Робинзоном, а она меня пятницей. Мы прекрасно знали, что никакого пятницы тут нет, и не должно было быть.
Вот и тихая бухта и небольшой причал, связанный из стволов деревьев и покрытый досками. Рядом стояла тростниковая хижина, но кругом не было ни души.
— Вот и нам дом кто-то построил — сказала Лена.
Боясь, что вдруг там всё же кто-то есть, мы несколько времени сидели и выжидали, но никто из него не выходил и насмелившись пошли к нему сами. Только потом поняли, что это было, скорее всего, что-то другое. Нам хоть и так и в таком виде всё равно рано или поздно придётся выходить и нас всё равно могут увидеть или один или несколько десятков человек. Но когда это случится, мы тогда даже не могли предположить и ждали этого каждую минуту. Подобравшись к тростниковому домику, мы осторожно заглянули в него, но там было пусто. На земле, валялся какой-то матрац, сшитый неизвестно из чего и неизвестно чем набитый. А больше и ничего не было. Даже вместо простой тростниковой дверки был лишь только проём для входа. Мы вошли и осмотрелись. Тут было гораздо тише, и совсем не чувствовался ветер. С моря доносился шум волн и порывы ветра.
— А тут гораздо лучше, чем там, на скале — сказала Лена.
— Хоть от ветра можно укрыться — добавила я.
Мы присели на матрац и тут же завалились и легли поперёк на спину.
— Я уж тут посплю — чем там, на твёрдой скале — сказала Лена.
— Мне тоже нравится. Давай тут останемся — согласилась я.
Мы немного посидели и вышли снова на берег. Брызги морской воды разносимые ветром нас так и окатывали и мы с визгом отскочили в сторону.
— Может, фруктов поищем — предложила я.
— Побежали — согласилась Лена.
Мы бросились кто быстрее вдоль берега до ближайших деревьев. Ноги проваливались и немного буксовали в песке. Я дважды пала и так как была мокрая от брызг, быстро покрылась тонким слоем крупных и мелких песчинок. Лена смеялась надо мной, и сама не заметив сзади выброшенную на берег корягу, запнулась за неё и полетела на мокрый песок. Теперь мы обе смеялись и уже никуда не бежали, а просто шли и отряхивались от песка и помогали стряхнуть его друг другу. Мне было приятно ощущать, как рука Лены легко скользит по моей спине и по ягодицам и я даже замерла на мгновение. А когда я стала помогать Лене, то она даже перестала шевелиться и замерла на несколько секунд. Стерев друг с друга песок, мы подошли к зарослям диких фруктовых деревьев и кустарником и свернув снова кульки из огромных листьев, набрали себе немного и скрылись в хижине. Лёжа на матраце, мы обсуждали наше положение и мечтали, как окажемся у себя дома и будем это рассказывать. Так незаметно пролетело время и нам захотелось спать. Мы наломав веток и сделав небольшой веничек, смели с матраца пыль и улеглись на него. От моря дуло лёгкой прохладой и чтоб нам было теплее, мы прижались друг к другу. Лена обняла меня, а я её. Мои груди слегка коснулись её чуточку запылённых в песке сосков и она аж вздрогнула, а потом сильнее обняв меня прижалась ко мне. Нам стало так тепло и хорошо, что мы быстро заснули под шум прибоя и шелест листвы. Утром меня разбудил крик какой то птицы. Я открыла глаза и ничего не поняла. Было ещё темно и стало даже немного прохладнее. У нас тоже дома утрами всегда прохладно и я не придала этому значения. Меня насторожило другое. Лена продолжала сладко посапывать, а её рука крепко сжав мою левую грудь, так как я под утро оказалась на спине, и еле заметно сжимала её и сдавливала. Мне не хотелось её будить и я тоже закрыла глаза и стала наслаждаться этими приятными прикосновениями. Я даже возбудилась впервые за три дня моего туристического приключения. Я стала думать и анализировать то что с нами случилось, пока спала Лена и поняла. Что мои желания попасть на необитаемый остров исполнились. Ведь я там дома так об этом мечтала — а сейчас чуть ли не плачу от того что потерялась. Тем более что я была не одна, а со своей новой подругой Леной. Я ещё долго рассуждала мысленно и пришла к такому выводу. Сколько не думай и не плач, а пока шторм не закончится и нас в отеле не потеряют, нас вряд ли кто будет искать. Остаётся надеяться на случай или на погоду и то что сюда может приплыть другая группа туристов. Ну а если так — то нам ничего не остаётся — как принять этот дар судьбы и наслаждаться дикой природой и быть ей под стать.
— Ой, прости — вдруг я услышала голос Лены и открыла глаза.
— Что случилось — спросила я.
— Я вроде тебя за грудь держала — сказала Лена.
— Ничего страшного. Мне даже приятно было — ответила я.
— Что будем дальше делать — спросила Лена.
— Ждать пока нас найдут и наслаждаться дикой природой — ответила я и соскочила с матраца.
Лена тоже поднялась, и мы пошли к роднику умываться и напиться. У нас не было даже никакого сосуда, чтоб набрать воду и когда мы в ней нуждались, нам приходилось проделывать небольшой путь по тропе примерно метров сто среди деревьев.
Умывшись и испив воды, мы съели по паре фруктин и побежали к морю. Я уже успокоилась, и Лена глядя на меня, тоже приободрилась. А когда я ей рассказала о своей мечте про необитаемый остров, то она сказала, что тоже об этом мечтала ещё с детства, когда её обижали братья.
— Ну вот и сбылась наша мечта двух сумазбродок — выдала я.
— Да, как здесь хорошо — крикнула Лена и подняв руки вверх, побежала по песчаному берегу.
Первая же волна обкатила её с ног до головы и зацепив меня и окатив по пояс, медленно отползла в море. Мы взвизгнули и как ошпаренные отскочили в сторону. Обнявшись, и взяв друг друга за руку, мы закружились в танце и Лена не удержавшись, чмокнула меня в щёчку.
— Хорошо, что мы вдвоём потерялись. Я одна уже вся уревелась бы — сказала она.
— Да, я бы тоже не радовалась — ответила я и повиснув на шее у Лены, чмокнула её в щёчку в ответ её поцелую.
Потом мы ещё долго бродили и бегали по берегу и обследовали одну гору вблизи хижины, а потом и рядом прилегающее небольшое ущелье. Нашли много вкусных фруктов и ягод, и радостные и измазанные сами не зная в чём и где, вернулись на берег. Положив всё, что нашли на матрац, мы стали отмываться. Теперь мы уже не стеснялись, и я с радостью обтирала и отмывала Лену и мои руки скользили по её спине и попке, а так же касались её возбуждённых сосков и красивой груди третьего размера. Лена тоже не осталась в долгу и своими нежными руками отмывала мою попку и тёрла мне грудь, которая была чуточку меньше, чем у неё. От её прикосновений я просто замирала и когда уже не могла терпеть, я обхватила её за шею и повиснув на ней, впилась своими губами в её губы и стала целовать, как никогда в жизни никого не целовала. Лена тоже прижала меня к себе и ответила взаимностью. От возбуждения и слабости в ногах мы обе рухнули на песок и стали кататься и целовать друг дружку, пока очередная волна не накрыла нас с головой. Тяжело дыша, мы соскочили и отбежали от берега. Взглянув друг на друга, и тяжело дыша, мы не сказав ни слова как по команде побежали в хижину и рухнув с разбегу на матрац, отдались наслаждению. Я жадно целовала Лену и в губы и в щёчку и возле мочек ушей, а она вслед отвечала взаимностью. Так постепенно мы приближались к заветной цели. Вернее я приближалась, и вскоре один из сосков Лены был у меня во рту. Я чмокала его и нежно посасывала. Лена лежала, раскинув руки, и тяжело дышала, и лишь слегка я слышала её слабые стоны. Поиграв с одним соском её левой груди, я переместилась на правый, а потом медленно спустилась ниже к её небольшому треугольничку из волос в области лобка. Поцеловав вокруг, я стала спускаться ниже и Лена сразу раздвинула свои ещё не успевшие загореть пухленькие и красивые бёдра. Шаг за шагом я опускалась всё ниже и ниже и вот та заветная точка, небольшой бугорок скрытый двумя гладкими и вкусными складками. Я чмокнула его и втянула в себя и тут Лена издала громкий стон и прижав меня к себе задрожала. Я не могла оторваться и втягивала её клитор в себя. Мне казалось, что ещё момент, и он совсем оторвётся, и я его просто проглочу, но Лена не реагировала на это, а прижав мою голову к себе, с ещё большей силой стала давить на неё. Я чувствовала, как мой носик углубился между двух её мокрых складок и стал проникать куда-то вглубь. Как вскоре капли жидкости проникли в обе ноздри, и стало так щёкотно, что я не выдержала и чихнула как нашкодивший котёнок. Следом за моим чихом Лена ещё раз вздрогнула и простонала. Её руки стали ослабевать и вскоре упали на матрац. Я приподняла голову. Моё лицо было всё мокрое от сладостных и обильных соков моей новой подруги. Тяжело дыша и хватая свежий воздух широко открытым ртом, я посмотрела на Лену и улыбнулась. Лена тоже улыбнулась в ответ и сказала.
— Такого со мной ещё никогда не было. Прости, если сделала тебе больно.
— Ты что, мне было приятно, и я сама об этом давно мечтала. Хотелось самой узнать что это такое — секс между женщинами.
— Узнала? — спросила Лена.
— Да, это просто восхитительно — ответила я.
Мы ещё некоторое время лежали и перекидывались словами и фразами и глядели в тростниковую крышу нашего временного жилища. Как только я отдышалась и переварила в голове случившееся, я снова стала возбуждаться и посмотрев на Лену, как это делают в фильмах про индейцев, гикнула пару раз и подпрыгнув с места подскочила к Лене и свалив её сидевшую на непонятно из чего сделанном матраце, стал приставать к ней.
— Ты чего делаешь, перестань — возмущалась Лена не ожидая от меня такой дикой выходки.
— Мы же с тобой теперь дикарки и я играю такую дикарку — ответила я и стал хватать Лену то за грудь, то за бок, а потом обеими руками ухватила её за ягодицы и прижавшись к её животу стала эмитировать что как бы пытаюсь её съесть.
— Я сейчас съем тебя, я голодная — кричала я.
— Мне щекотно — уворачивалась Лена, но игру предложенную мной она приняла и стала подыгрывать мне.
Вскоре после небольшой кутерьмы и барахтанья, я смогла раздвинуть её ножки и уткнувшись в её уже мокрую киску, которая просто истекала соками и желаниями, я стала со всей силы дуть на неё и воздух вырывающийся из меня, проникал внутрь влагалища и создавал необычный звук. Нам стало смешно, но я не отступила и следом втянула в себя половые губки Лениной киски и стала посасывать их и втягивать в себя стараясь втянуть их как можно больше и глубже. В результате чего я оставила на них очень хороший засос. Лена испугалась — что когда нас найдут, то могут увидеть его и понять чем мы занимались тут. Но я её сразу же успокоила и переключилась на её клитор, которому тоже досталось от моего дурачества. Так постепенно лаская язычком и втягивая в себя то половые губки, то клитор Леной киски, я довела её до оргазма, в результате чего она так сильно обхватила меня за голову и прижала к себе, что мой острый носик полностью погрузился в его открытое влагалище а ртом я с трудом успевала дышать через раз, пока Лена содрогалась в конвульсиях от оргазма. Ослабив своё давление руками на мою голову, она дала мне возможность высвободиться и я выпрямившись села перед ней на поджатые под себя ноги и тяжело дыша, произнесла.
— Чуть не задохнулась.
— Я нечаянно — ответила Лена и взглянув на меня чуточку смутилась. Я тоже чувствовала себя немного не в своей тарелке и чтоб как то избежать необычной ситуации, я предложила.
— Может, по острову прогуляемся?
— Пойдём на то место, где нас высадили — предложила Лена.
— Пошли — согласилась я.
Мы вышли из хижины и стали подниматься по узкой тропе между деревьями. Узкая и довольно хорошо натоптанная тропа извивалась и медленно поднималась на гору. Через час мы уже были на самом верху. Было так необычно и легко. Кругом море, высокие волны и ветер. Незнакомый лес и мы вдвоём совершенно голые и нам не было так страшно, а наоборот мы чувствовали себя счастливыми и нам даже не думалось в тот момент что нас потеряли и ищут. Может в душе мы тогда даже думали чтоб нас не нашли как можно дольше, но об этом ни я ни Лена даже не промолвили ни слова.
На острове было много разных тропических фруктов и хотя многие ещё были не очень то спелыми — мы с удовольствием пробовали всё, что находили.
Передохнув, мы стали спускаться вниз, и вскоре уже были на песчаной отмели, где уже не было видно ни единого нашего следа. Огромные волны набегали на берег и доставали до стволов деревьев и кустарника. Мы с визгом отскакивали, и прятались от прохладной морской воды, и чтоб нас не окатила очередная волна, отправились вдоль берега по зарослям кустарника и огибая огромные камни, попадающиеся нам на пути. Несколько часов мы брели по непролазным джунглям и вскоре вышли на открытое место. Пологая долина и очень зелёная растительность нас просто повергла в восторг. Мы как две оголодавшие козочки бросились туда и стали бегать и прыгать и веселиться, и нам было совсем не нужно одеваться, и мы не думали об этом.
Может бы я очень испугалась там у себя на Урале, если бы попала на такой остров с нашей растительностью и скудным провиантом, которым можно было бы питаться. Но здесь на тропическом острове я ничего не боялась, и мне было не страшно остаться голодной или замёрзнуть. Я много читала об этом и знала, что когда одни фрукты созреют и их период пройдёт, следом за ним можно будет найти что-то другое и вот за этим чем-то мы и отправились в поиски по острову. Одновременно с поисками мы просто осматривали местную красоту и любовались экзотической природой. Устав и обессилев от длительного перехода, мы нашли чем перекусить и выбрав удобное место для ночлега. Стали обустраиваться. Первой заснула я — так мне потом сказала Лена. Она ещё долго обдумывала случившееся и поглядывала на меня, лежащую голышом на зелёной траве под ветками раскидистых кустарников.
Утром я проснулась от крика птиц и мне показалось, что кто то или что то ползёт по моим ногам. Я открыла глаза и увидела Лену. Она сидела рядом, а её рука легко так и непринуждённо гладила меня по лобку и опускалась тонкими пальчиками к моим половым губкам. Было так хорошо и приятно, что я решила не просыпаться и притворившись что крепко сплю, перестала реагировать на всё. Возможно это успокоило и расслабило Лену, что она от лёгких прикосновений перешла к более решительным и стала раздвигать мои половые губки и проникать между ними вначале поверхностно по всей их длине своими пальчиками, а потом и слегка изгибая указательный палец, стала запускать его мне во влагалище. Я даже не могу себе представить, сколько мне потребовалось тогда сил, чтоб сдерживать себя. Мне просто хотелось испытать это случайное вмешательство Лены и насладиться им. Но я была не всесильна и если я смогла не подавать вида и не реагировать никак, когда Лена засовывала в моё влагалище свой палец, то когда она ухватила меня за клитор и стала его слегка щекотать, я вздрогнула и застонав испытала сильный оргазм. Это что-то было нереальное и очень приятное. И хоть я попыталась как-то себя реабилитировать в глазах Лены, сказав ей.
— Мне сейчас такой сон приснился!!!! Жаль, что ты разбудила меня, хотя мне это тоже было приятно и даже очень.
— Прости, я нечаянно — оправдалась Лена.
Но я поняла, что она не поверила мне и убедилась, поймав в её взгляде хитрую улыбку.
— Ну держись хитрая лиса — сказала я ей и навалилась на неё.
Лена стала от меня отбрыкиваться, но недолго. Справиться с моим напором она просто не захотела, и упав на траву, откинула в стороны руки и закрыв глаза, развела как можно широко ноги.
— Всё, всё, я сдаюсь — сказала она.
Я тут же припала к её животу и поцеловав её несколько раз быстро спустилась вниз между ног. Я снова впилась в её половые губки и теперь как клещ пила её соки и наслаждалась её вкусной и сладкой киской. Лена не сопротивлялась, и даже подсказывала мне, и корректировала мои действия своими руками. Я понимала её с полуслова, и вскоре впившись и вкусив в себя её возбуждённый клитор, заставила её содрогнуться и забиться в конвульсиях. Лена просто кричала от возбуждения и не стеснялась этого. Нас всё равно никто не смог бы услышать на необитаемом острове, да и шум бушующего моря она всё равно не смогла бы перекричать. Потом мы ещё повалялись с полчасика, и встав, оглядели друг друга и рассмеялись. Мы обе были так взлохмачены, ведь и у меня и у Лены были длинные волосы, и были похожи на настоящих дикарок и аборигенок. Только я чёрненькая, а Лена беленькая аборигенка. Встряхнувшись как птички и расправив свои волосы, мы побрели дальше обследовать наш остров. Наше самочувствие было как ни когда в жизни. Мы упивались свободой и от городского шума и суеты. От жаркого знойного лета без дождей и полной свободой от одежды.
Мы уходили всё дальше и дальше, придерживаясь побережья, что если нам не удастся найти свою хижину, то хоть обратно мы вернёмся тем же путём. К нашему счастью или сожалению — я не берусь судить, остров оказался не таким и большим. Впереди нам попалась на пути очень зелёная гора, на вершине которой просматривались голые скалы. Мы петляя и пробираясь между ветвей деревьев, медленно, но уверенно поднимались всё выше и выше и как только оказались на самой вершине, нам открылся такой красивейший вид на остров, что открыв рот и не смотря на немного утихший шторм и ветер, мы долго стояли молча открыв рты и осматривали остров. Он был не очень большой и с этой вершины, наверное самой высокой на этом острове, нам были видны все четыре его окраины. Так как я хорошо знала географию, то быстро сообразила и прикинула в уме его длину и ширину, которая составила не более трёх километров в ширину и протяжённостью раза в два больше. Остров был очень насыщен зеленью, и трудно проходим и нам с трудом удалось после ночёвки у подножья этой скалы к вечеру следующего дня добраться до нашей хижины. По пути мы нашли много вкусных фруктов и уже не боялись умереть с голоду. Наша кожа обдуваемая ветрами целыми сутками постепенно привыкала к местному климату и не доставляла никаких неудобств. Нам как мне и Лене нравилось валяться и спать на траве или на старом матраце, брошенном прямо на земле внутри хижины.
Мы уже трое суток провели на этом острове и подходили к концу четвёртые. Шторм то затихал, то усиливался снова. К берегу было подходить опасно, чтоб холодная морская волна нас не окатила с ног до головы, и мы всегда бегали к местному источнику, как за питьевой водой, так и умыться после томительных блужданий среди редких тропических деревьев и растений.
На другой день, мы не знали, куда нам ещё сходить. Остров был не большой, и так сказать мы побывали на его противоположной стороне. Мы уже стали реже говорить о нашем спасении, хотя в душе думали об этом и как это произойдёт. И я и Лена были уже готовы предстать перед нашими спасителями в своём первозданном виде, но уже почти неделю не утихал шторм, и на море не было ни одного судна — а о катерах и говорить было нечего.
Как только переставал лить дождь, мы вылезали из своего укрытия и бродили по острову. Часто мы просто глядя друг на друга смеялись и отдавались чувствам переполняющим наше сознание и наслаждались упиваясь нежностью и любовью. Мне нравилось быть с Леной, а ей возможно со мной. Я это чувствовала по её отношению ко мне и то как она ласкает меня и мою киску. Я тоже часами могла наслаждаться и не отрывать взгляда от её тела и её влагалища и вылизывать каждую складочку и каждый бугорок на её теле. Уже прошло более двух недель, и у нас за это время было несколько укромных мест для ночлега и чтоб не возвращаться в темноте в хижину — мы часто оставались на ночь в разных частях этого живописного острова.
Время нашей турпоездки уже закончилось, но нас так и ни кто не пытался искать и виной всему был шторм. Мы уже стали рассуждать и представлять себе что там происходит и как вся наша группа вернулась домой без нас и все волнуются и переживают. Но оказалось совсем всё не так. Нас вообще никто не искал. Так как экскурсионные группы формировались из разных групп и разных стран, и кто был откуда — никого это не волновало. Но мы тогда на острове об этом ничего не знали. Первым, кто вспомнил о нас — это были служащие отеля — где нас разместили по приезду. Нужно было заселять в номер других туристов и когда его открыли, обнаружили наши вещи. И только спустя три недели нас спохватились и стали искать — но это было трудно. Никто не знал куда мы пошли или поехали и с какой группой и в какой день. Про остров даже никто и подумать не мог — ведь на море было неспокойно.
А я и Лена продолжали осваиваться уже ставшим нам родным, этом необитаемом острове. Немного прибрались в хижине и даже заготовили себе фруктов на случай непогоды, чтоб хоть один день не бродить в их поиске. Примерно на двадцатый день море стало успокаиваться и выглянуло солнце. Мы впервые за столько дней повалялись на песке и искупались в морской воде. Потом что то нас подтолкнуло и мы не говоря друг другу ни слова соскочили и бросились по узкой тропинке на гору, с которой было хорошо видно ещё не совсем спокойное море и плывёт ли кто к нам со стороны города. Вдалеке были видны несколько огромных судов, но ни одного катера и даже лодки в нашу сторону не двигалось. Мы устроились на ровной площадке и переглянувшись снова отдались нахлынувшим чувствам и наслаждениям. Мы как чувствовали близость расставания и наслаждались ласками и телами друг дружки. Лена была очень хороший человек и я сожалела, что она так далеко от меня живёт, но я тогда на горе даже об этом не думала — а просто чувствовала, что как погода успокоится. Нас найдут. Мы так и уснули в объятиях друг друга на этой горе.
Рано утром нас разбудил крик птиц и открыв глаза мы увидели, что солнце уже было высоко. Море успокоилось и вдали чуть ли не на горизонте нам показалось несколько чёрных точек. Мы даже вытянулись и стоя на цыпочках, стали вглядываться в морскую синеву. Точки медленно приближались к нам. Уже через час они причалили к окраине острова, где когда то высадились и мы. С катеров вышло много людей и женщин и мужчин и даже среди всех были и дети. С горы было хорошо видно движущуюся змейку, которая постепенно скрылась в зелени острова. Меня и Лену охватило волнение и испуг. По телу пробежали мурашки, и всё покрылось маленькими пупырышками. Мы посмотрели друг на друга и в один голос спросили, я у неё, а она у меня.
— Что будем делать?
Это показалось нам смешным, и мы рассмеялись, но нужно было решать. От избытка чувств и радости, что мы скоро будем дома, мы стали прыгать и веселиться и обнявшись просто забыв про всё, кружились по небольшой площадке будь то танцуя. Нам в тот момент даже некогда было подумать, что нас могут увидеть и на нас нет ни единой ниточки. Обувь и та размокла и развалилась. Мы были настоящими аборигенками, и даже немного загорели, когда появлялось солнце среди ненастья. Остановится, нас заставил чей-то напряжённый взгляд. Мы посмотрели в сторону тропинки и увидели до десятка пар глаз, с удивлением разглядывающих нас. Мы растерялись и не знали что сказать. Первой спросили смотревшие на нас люди с катеров. Но они были иностранцами и мы ничего не поняли. Собравшись с силами, Лена спросила.
— Мы потерялись, есть среди вас кто-нибудь из России?
Из группы туристов вышла одна женщина лет сорока и с акцентом, путая слова, сказала.
— Я немного говорю на вашем языке.
Мы обрадовались и подошли поближе и как можно понятнее стали объяснять, как мы попали сюда и почему. Она тут же перевела старшему группы, организатору этой поездки и кто их понял немного стали улыбаться и отошли от шока — да от шока. Увидеть двух голых девушек на необитаемом острове, среди этой сочной зелени был для многих шок. Если бы это были местные коренные жители — то вызвало скорее бы всего интерес и удивление, а тут две европейки совсем голые пляшут на скале. Нас наш вид конечно не смутил, мы просто ещё не отошли от той радости, что наконец то мы сможем вернуться домой. Кое у кого были запасные вещи на случай непогоды и нам их дали прикрыться. Хотя ощущение чего-то прикасающегося к телу нам уже было необычно и чуждо.
Когда мы спустились вниз, то пригласили всех в хижину и стали угощать собранными фруктами. Кто-то брал с благодарностью, кто-то отказывался, но постепенно все изъявили желание посмотреть, где мы обитали двадцать два дня.
Через час два все стали рассаживаться по своим катерам и мы тоже постарались не отстать от той женщины, которая немного говорит на нашем родном языке.
До отеля мы добирались, ловя взгляды местных жителей на себе и своём странном наряде. Наверное, они думали, что иностранцы совсем другие и кто как желает — тот так и одевается и никто не мог подумать, что мы прожили на этом острове чуть ли не месяц без еды и одежды и питались только фруктами.
К нашему счастью все наши вещи нашлись в отеле у администратора, и он тоже был удивлён случившемуся. Пока решали, что с нами делать и как нас отправить домой, так как путёвки и всё уже не имело значения, так как было просрочено. Нас впервые накормили тем, что мы уже давно не ели и не пили. Потом нам предоставили возможность принять душ, и на следующий день мы уже были в аэропорту. Турфирма оказалась порядочной и не бросила нас на произвол судьбы. Мы вылетели рано утром и уже к вечеру были на родной земле. Полдня мы с Леной не расставались, каждая ожидая свой рейс. Обменялись адресами и даже всплакнули перед расставанием.
Вернувшись домой и придя на работу мне пришлось всё рассказать — конечно упуская некоторые подробности, но все слушали открыв рты и были удивлены что мы не испугались и выжили. Нас действительно уже начали искать и волновались, что мы вовремя не вернулись. Родители мои конечно всплакнули и разрыдались от радости, что я вернулась жива и здорова, ну а Лена не заставила себя долго ждать и на следующий день я уже читала её письмо — как встретили её и как тоже все радовались что всё хорошо закончилось.

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2728
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои рассказы про эксгибиционизм. Каникулы в деревне

Сообщение 28 апр 2017 07:30

Мои рассказы про эксгибиционизм. Каникулы в деревне.
.

Начались каникулы и чтобы я не влипла со своими друзьями в неприятную ситуацию, мои родители решили отправить меня в деревню к бабушке, чтобы я помогала ей по дому и на огороде. Занятие конечно не из приятных, но у бабушки мне всегда нравилось, хотя и было скучновато. Первые дни я вообще не знала, чем себя занять. Все однокласники после окончания школы уже разъехались и даже на каникулы не хотели приезжать в эту глушь. На улицах в основном были старики и подростки не старше четырнадцати лет. Я хоть и не далеко ушла от них, но считала себя уже взрослой. А было то мне всего 21 год.
С утра немного поработав на огороде и прополов пару грядок, я решила пойти искупаться на озеро. На том месте, где я обычно купалась в детстве, и там всегда был песчаный берег, сейчас ни кого не было. Пророс камыш и я с трудом выбрала место, чтобы спокойно разлечься и позагорать. День был очень жарким и солнце так и пекло голову.
Осмотревшись по сторонам, я разделась и решила снять купальник тоже, чтобы не замочить и не ходить потом в мокром. Голышом купаться я всегда любила и охая зашла в воду и окунулась. Сначала вода показалась немного прохладной, но потом мне не хотелось из неё вылезать. Я плавала и загорала на берегу, подставляя лучам солнца, то попку и спину, тогрудь и свой чисто выбритый лобок. Он ещё был немного светлее, чем всё моё тело.
Сколько прошло времени, я затрудняюсь сказать, но наверное много. Я захотела обедать и решила идти домой. Выбравшись из воды на небольшой песчаный пятачёк, я хотела одеть купальник, но его нигде не было. Моё платье лежало в стороне и было на месте, а купальник с песка как сквозь землю провалился. Не найдя его, я подумала, что ветерком удуло в воду и он утонул и одев платье на голое тело, пошла домой. Ветерок слегка поддувал снизу и задирал платье, как бы подглядывая что находится под ним. Кругом никого не было и я не обращала на это внимания. На подходе к деревне, мне пришлось придерживать платье руками. Дома я всё рассказала бабушке и пожаловалась, что мне нечего одеть. Она успокоила меня и говорит:
— Мы в молодости вообще не носили ретузы, это могли позволить себе только богатые. И так что можешь ходить так. Кто тебя дома то видит, разве только что я — старая, так мне всё равно.
— А как же я купаться буду ходить? — переспросила я
— Ну ты ведь купалась. Так и будешь купаться, пока автолавка не приедет и мы не купим тебе что нибудь.
— Спасибо что успокоила.-буркнула я в ответ, а сама не знала, куда деться от радости. Я теперь могу ходить в одном платье на голое тело и не стесняться бабушки, а когда буду переодеваться, то мне не нужно будет даже прятаться от неё.
Дождавшись вечера, пока жара немного спала, я снова пошла в огород и начала допалывать оставшиеся грядки. Я присела на корточки и медленно рвала траву, постоянно заглядывая себе под подол. Мне не приходилось даже наклонять голову, платье было коротким и моя киска и лобок были хорошо видны. Немного прополов, я почувствовала усталось в ногах и мне пришлось сесть на землю. Чтобы не замарать платье, я его немного приподняла и моя попка опустилась на тёплый песок. Не обращая внимания на то, что на мне нет плавок, я переползала по рядку между грядками и вскоре моя попка и вся киска были в пыли и земле. Я встала и зделала несколько шагов. Были какие то непонятные ощущения и мне стало очень приятно. Я пошла на озеро, на своё место, а по ногам стекали капельки влаги, выделяющейся из моей киски от новых приятных ощущений. Я просто потекла от обыкновенной земли и полученных от трения ощущений.
На озере, раздевшись до нага, я прикрыла своё платье и скользнула в воду. Я стала медленно отмывать грязные места и тем самым маструбировать свою киску. Я легла в воде на отмель и закрыв глаза, утонула в волнах наслаждения. Я не заметила, как тихо из камыша ко мне подошли две девчёнки лет по тринадцать-четырнадцать. Они молча наблюдали за мной и тихо хихикали. Кончив и испытав приятное ощущение от полученного оргазма, я открыла глаза и увидела над собой четыре округлённых зрачка. Я испугалась и не могла ничего сказать. Они смотрели на меня, а я на них. Обстановку разрядила набежавшая волна с озера и окатила меня почти до груди. Девчёнки засмеялись и я вскочив на ноги стала на них огрызаться короткими фразами. В конце концов выяснилось, что они тоже тут кпаются голышом и у меня появились две союзницы. Мне стало как то спокойнее. Но меня больше удивило то, что из пакета они достали мой купальник и протянули его мне:
— Не сердись на нас. Мы просто хотели, чтобы ты испугалась и не приходила сюда больше.-сказала одна из них. Её звали Лена. А вторую звали как и меня, Марина.
Немного расчистив место от камыша, мы устроили ебе места на троих и девчёнки разделись и обкупнувшись в озере, легли рядом со мной. Дружеский разговор из распросов и ответов постепенно перешёл в разговор о сексе и о том, кому что нравится. Я от всего была уже сильно возбуждена и мне не терпелось запустить свои пальчики во внутрь своей киски.
Девчёнки было видно, что расли с родителями и под присмотром, поэтому все волосики на лобке были на месте и сверкали своими чёрными треугольничками. Фигурки у них были стройные и даже ростом они были почти одинаковы. Одно различие было у моей тёски-Марины. У неё грудь была даже немного больше моей и красиво смотрелась на фоне зелёного камыша. У Лены грудь была не больше ыторого номера, но её заострённые сосочки выбили меня окончательно из равновесия. Я опустила руку на свою киску и начала медленно играть с клитором. Девчёнки это тоже заметили, но не подали виду и я совсем осмелела. Я стала энергично елозить рукой между половых губ и проникать в глубину киски. Видя моё состояние, первой подошла ко мне Лена и положив свою руку мне на выбритый лобок, стала опускать свою руку вниз. Я поддалась её напору и уступила место. Тут к ней присоединилась Марина и они вдвоём начали ласкать моё влагалище. Вскоре я почувствовала, как чья то рука сжав все пальцы вместе, стала проникать вглубь влагалища и я раздвинула ноги на сколько смогла. Рука быстро по влажному отверстию влагалища проникла во внутрь моей киски и тут её пальчики разжались и сжались в кулачёк. Стенки моего влагалища раздвинулись и Лена стала двигать своей рукой, как поршнем, внутри меня. Я стала извиваться и стонать. Марина встав на колени над моим лицом, прижала мои руки к земле, чтобы я не могла сопротивляться и тут Лена стала второй рукой играть с моим анусом и смазывая его моим соком, она стала толкать в него сжатые вместе пальчики. Мне стало больно и я попросила их остановиться, но в ответ Марина пригрозила мне и присела слегка надавив своей попой на моё лицо. Я поняла, что они затеяли со мной сделать и сопротивляться было бесполезно, Чтобы не рассердить их и найти в них своих союзников, я поддалась на все их развлечения и перестала сопротивляться. Мне было больно, но Лена добилась своего и вскоре её рука уже погрузилась в мою прямую кишку и я чувствовала, как её обе руки орудуют внутри меня. Мне было до изнеможения приятно и одновременно немного больно. Я ещё никогда так сильно не растягивала свой анус.
Маринин зад был постоянно передо мной и из него иногда выходили газы, отчего я не выдержала и чихнула. Это марину разозлило, что её дух стал мне неприятен и вызвал у меня раздражения и она не предупредив меня, стала писать на моё лицо и мою грудь. Моча рстекалась по животу и попадала прямо в растянутую киску. Это придало ещё больше влаги и Лена начала двигать своей рукой вперёд и обратно, тем самым создавая иллюзию полового контакта. Я совсем поплыла и закрыла глаза. Что творилось с моей нижней частью моего туловища, это нужно было видеть. Руки девчёнок елозили меня из стороны в сторону и я испытала подряд, один за другим, два оргазма и потеряла сознание.
Когда я пришла всебя, то кругом уже никого не было. Всё внизу живота болело и я еле поднялась на коленки. Отмывшись в озере. Я немного посидела и даже не взяв с собой отданный купальник, надела платье и пошла домой. По дороге я привела свои мысли и голову в порядок и уже на пороге, как ни в чём не бывало, сказала бабушке:
— Извини, что задержалась. Далеко заплыла и сильно устала. Пойду отдохну маленько, потом сделаю всё остальное.
— Да никуда твоя работа не денется. Лето длинное. Иди поспи, а то перегрелась на солнышке, — сказала бабушка и ушла в свою комнату.
Я только легла на кровать, сразу же уснула и только проснулась на утро от крика петухов. Дальше всё пошло как обычно. Я стала с опаской ходить на озеро, но не переставала думать о случившемся. Однажды я увидела около автолавки этих девчёнок и Марина показала мне кулак, чтобы я молчала, а вечером они снова меня подкараулили на том самом месте. Теперь я не сопротивлялась и сама предложила им поразвлекаться со мной, если они этого так хотят. Остаток лета прошёл насыщенно и с множеством разных приключений. Мы часто встречались и уходили далеко в поле, где нас никто не мог найти и занимались тем, чем хотели. Марина и Лена не позволяли делать с собой ничего, за исключением моих ласк языком, а я можно сказать отдала им своё тело на реализацию сех их извращённых фантазий

Аватара пользователя

FEDOT FFF

студент
студент
Сообщения: 533
Поблагодарили: 73 раза

Мои рассказы про эксгибиционизм.

Сообщение 21 июн 2017 01:19

что в последнем сильный перебор
голышом намного интересней)))

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2728
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои рассказы про эксгибиционизм

Сообщение 21 июн 2017 13:29

FEDOT FFF писал(а): что в последнем сильный перебор
Когда такое возбуждение , в голове творится невесть что - вот и писал что взбредёт отступив от реальности полностью - но кое что сохранил из реального

Аватара пользователя

FEDOT FFF

студент
студент
Сообщения: 533
Поблагодарили: 73 раза

Мои рассказы про эксгибиционизм

Сообщение 22 июн 2017 22:36

sergei0083 писал(а): Когда такое возбуждение , в голове творится невесть что - вот и писал что взбредёт отступив от реальности полностью - но кое что сохранил из реального
понятно, скащуха
голышом намного интересней)))

Аватара пользователя

:jgf

профессор АО
профессор АО
Сообщения: 59171
Благодарил (а): 455 раз
Поблагодарили: 3125 раз

Мои рассказы про эксгибиционизм

Сообщение 02 июл 2017 08:31

Правильнее было назвать назвать тему «Рассказы о моих сексуальных фантазиях»

Эксгибиционзма там почти что нет
Окажите посильную помощь в сборе средств. Вот форма перевода

Аватара пользователя

lexa123

студент
студент
Сообщения: 182
Благодарил (а): 4 раза
Поблагодарили: 6 раз

Мои рассказы про эксгибиционизм

Сообщение 05 июл 2017 20:06

Кто-нибудь читал? Это реальные рассказы, или скопированы с интернета?

Аватара пользователя

:jgf

профессор АО
профессор АО
Сообщения: 59171
Благодарил (а): 455 раз
Поблагодарили: 3125 раз

Мои рассказы про эксгибиционизм

Сообщение 07 июл 2017 19:51

lexa123, что значит «реальные»? Авторские выдуманные истории.
sergei0083 писал(а):
Nadiushechka писал(а):Хорошо пишешь!
Ты еще не член Лондонского пэн-клуба?
Ещё нет, а что разве такой есть? Я простой деревенский житель, самый обычный ;)
Окажите посильную помощь в сборе средств. Вот форма перевода

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2728
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои рассказы про эксгибиционизм

Сообщение 10 июл 2017 06:01

:jgf писал(а): lexa123, что значит «реальные»? Авторские выдуманные истории.
"Реальные" - это значит что в большем смысле слова они были проделаны мной лично. Ну без преукрас конечно не обошлось. Будет конкретный вопрос - отвечу честно, а так отвечать по всем рассказам я не смогу

Аватара пользователя

:jgf

профессор АО
профессор АО
Сообщения: 59171
Благодарил (а): 455 раз
Поблагодарили: 3125 раз

Мои рассказы про эксгибиционизм

Сообщение 27 июн 2019 09:02


Рассказы темы добавлены в Алфавитный указатель тем «Литература».
Окажите посильную помощь в сборе средств. Вот форма перевода

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2728
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои рассказы про эксгибиционизм. Зимние приключения в городе

Сообщение 01 июл 2019 11:56

Мои рассказы про эксгибиционизм. Зимние приключения в городе.
.

Осенью и зимой я продолжала тренировать свой организм и постоянно ходила голышом. Бывало, что по два или три дня, если не нужно было иди куда-нибудь, я на себя не надевала ни единой одёжки. Я уже спокойно могла умываться снегом, а в тёплые дни даже валялась на снежной перине, когда выпадал свежий снег. Родители наблюдали за мной, но не запрещали и не пытались отговаривать. Отец даже придумал мне новые прозвища. Зимой он звал меня снежный человек, а летом — русалкой, если мы ездили купаться или первобытным человечком, если я гуляла по лесу.

Шёл декабрь, и мы усердно готовились к встрече нового года. Нас уже отпустили на каникулы, и я два дня сверкала своей задницей то дома, помогая маме с уборкой, то во дворе-барахтаясь в снегу и расчищая дорожки. Отец топил баню-по традиции, только тридцатого декабря, и на меня не обращал никакого внимания. А чистила дорожки. Ночью выпал свежий снег и когда отец или мама проходили мимо, чтобы уступить им дорожку я прыгала с снег или вообще падала в него погрузившись словно в перину мягкого и чистого пуха. Было вообще здорово и весело. Чтобы как-то прекратить моё купание в сугробах, мама сказала мне:
— Собирайся в баню, а то нам пока не когда и прогрейся ладом.
Поставив лопату в сугроб, я понеслась через весь двор и ещё пару раз кувыркнулась в сугробе, прыгнув в него со всего маха. После этого уже не отряхивая снег, я открыла дверь и зашла в баню. Там было жарко и по моему телу сразу потекли ручейки таявшего снега превращаясь в потоки и под ногами вскоре образовалась небольшая лужица.
В это время, пока я мылась, приехали Светка с родителями, чтобы отметить новый год. Родители так обрадовались, ведь не виделись почти два года, и пока они обнимались и раздевали гостей-провожая их в зал, на пороге появилась я. Это был полный шок. Дядя Юра и тётя Люда открыв рот, смотрели на меня и не могли сказать ни слова. Светка вообще села на диван. Наступила полная тишина и было слышно, как тикают часы. Одно дело, когда мы отдыхали на берегу озера или загорали на песочке со Светкой голышом, это считалось нормой и на нас тогда никто не обращал внимания. А тут зима, небольшой мороз на улице, и я в дверях вся раскрасневшаяся и голышом. Я тоже не знала, куда мне идти: вперёд или обратно в баню. После короткой, но продолжительной паузы, первым заговорил мой отец. Подав мне банное полотенце, сказал:
— Иди в свою комнату и приведи себя в порядок. У нас долгожданные гости.
Поздоровайся. Чё молчишь, как рыба?
Пробормотав невнятно что-то типа здравствуйте, я накинула на себя полотенце и пройдя мимо гостей, зашла в свою комнату. Ещё несколько секунд стояла тишина, а уж потом, постепенно, все начали что-то бубнить себе под нос. Вскоре ко мне в комнату зашла Светка и глядя на меня ещё не одетую сказала:
— Ну ты даёшь сестрёнка. Мои родители всё ещё в шоке.
— А что тут такого, они не раз нас видели голышом и что? — ответила я взяв себя в руки и тоже немного успокоившись. Ведь это было впервые, когда родители Светки увидели меня голышом в доме, да ещё среди зимы.
Мы обнялись, и я стала пытаться что-то объяснить Светке, но не находила слов. У меня с родителями было всё просто и понятно, а тут надо выкручиваться, придумывать что-то или врать, что, я не знала сама, да и не хотела этого делать.
— Давай попозже поговорим. Я перегрелась в бане, голова трещит. — ответила я и легла на кровать, накинув на себя мокрое полотенце.
В это время на кухне слышны были разговоры-говорили про меня. Иногда раздавался смех. Я стала вслушиваться, чтобы по интонации смеха и голоса понять кто и что говорит. Моя комната была дальняя и слова плохо было разобрать, но по интонации я поняла, что вроде бы все успокоились. Теперь возникла вторая проблема, как мне быть, одеваться или нет, и я попросила Светку позвать мою маму. Светка быстро сбегала, и они вместе вошли в комнату.
— Вы что не могли меня предупредить, что гости приехали? — не давая ничего сказать матери спросила я.
— Мы на радости даже не вспомнили про тебя, а ты тут как тут. -ответила мама и сев рядом со мной, добавила:
— Успокойся, всё нормально. Мы с папой всё объяснили дяде Юре и тёте Люде. Они даже рассмеялись.
— А мне теперь как быть. -продолжала я решать своё положение.
В это время на пороге показались уже немного подвыпившие отец, и Светкины родители.
— Ну что, вставай снежный человек, здороваться будем. Большая уже встала. Совсем невеста. — сказал дядя Юра и шагнул к моей кровати.
Я встала, пытаясь закрыться полотенцем, и дядя Юра обнял меня. Затем подошла тётя Люда и тоже обняла меня. Я, опустив края полотенца и повисла на её шее, поцеловав в щёчку. Тут дядя Юра сказал:
— Ну ладно, пойдёмте, не будем смущать их, пусть поболтают. Давно не виделись. — и закрывая дверь добавил:
— Мою Светку возьми на своё воспитание, чтобы меньше чахла, а то у неё на уме мальчики да мотоциклы одни. За зиму по несколько раз простывает.
О ставив нас наедине, все ушли дальше праздновать встречу. Светка постоянно пялилась на мой необычный вид и поняв, что тайну из этого уже не сделаешь, я решила ей всё рассказать. От того, что было со мной за эти два года, пока мы не виделись, у Светки горели глаза и она слушала меня с полуоткрытым ртом.
Постепенно мне стало самой приятно и даже интересно всё рассказывать, я даже возбудилась, и поэтому мой язык немного стал заикаться.
Вскоре нас позвали на ужин, было уже поздно. Я никак не могла решиться выйти на кухню голышом и продолжала сидеть. Не дождавшись нас, тётя Люда и мама взяли нас за руки и как маленьких детей, отвели на кухню. В дополнение дали нам задание — вымыть за собой посуду. Дядя Юра вдогонку пошутил:
— Морской закон, кто последний, тот и моет за всеми.
Понурив голову, мы стали есть. Мне было не удобно и одеваться я не хотела. По разговорам родителей было понятно, что им всё равно, как мы одеты, но всё равно я должна сказать спасибо Светке. Она выручила меня и очень здорово. Это был самый подходящий момент, и она спросила:
— Я могу составить компанию Маринке, а то ей не удобно одной так ходить.
Все четверо родителей, мои и Светкины, почти в один голос, перебивая друг друга громким хохотом, сказали:
— Давно пора. — и снова начали болтать о своём, не обращая на нас внимания.
Светка зашла в комнату и через минуту уже была на кухне совершенно голая. Она была ещё по-детски, худенькая и её лобок был совершенно чист от волосиков. Вместо грудок были видны небольшие припухлости, которые чуть-чуть оттопыривали остренькие сосочки. В общей куче это создание было болезненным ребёнком в стадии формирования, хотя ей было уже семнадцать, и не вызывало ни у кого любопытства. Я была старше её всего на год и десять месяцев, но уже вполне сформировалась. Видно сказалось моё увлечение спортом. Минут через десять, вошла Светкина мама и сказала ей:
— Не ходи босиком по полу, одень носки. — и подала пару вязанных носков в виде тапочек.
Светку тут же их одела, и мы с ней быстро домыв посуду, убежали в свою комнату.
Мы ещё долго болтали и не могли наговориться. Родители уже давно легли, и кто-то из них смачно похрапывал.
Рано утром я соскочила как обычно и не одеваясь вылетела на улицу. Было довольно тепло, по моим меркам, и пролетал пушистый снег. За ночь немного присыпало дорожки и сбегав в туалет, я взяла лопату и начала разгребать. Вскоре вышли отец и дядя Юра и с небольшого похмелья, проходя мимо меня что-то пробурчали в мой адрес. Не поняв я переспросила, но им было не до меня. Закончив со снегом, я пошла в дом. Светка ещё спала. Мама и тётя Люда копошились на кухне. Пили чай и тоже о чём-то разговаривали. Увидев меня, немного заснеженную и раскрасневшуюся, тётя Люда спросила:
— И не холодно тебе так бегать, ведь зима на улице, а вдруг простынешь.
— Я закалённая. — ответила я и налив себе чай, села с ними за стол.
Вскоре на кухне стало не протолкнуться, пришли накурившись дядя Юра и папа и я ушла в свою комнату. Я уже чувствовала себя уверенно и перестала стесняться.
После обеда началась подготовка к праздничному новогоднему столу. Нам с о Светкой было поручено нарезка салатов и другая мелкая работа, и мы дружно, но с неохотой взялись за дело. Мы, как и взрослые суетились и бегали из кухни в зал и обратно иногда натыкаясь на родителей, которым было тяжеловато после вчерашнего.
Когда всё было готово, наши родители отправились в магазин, а мы остались на домах. Нужно было кое-что прибрать. До нового года оставалось меньше десяти часов.
За час до Нового Года мы со Светкой одели свои новые платья,
— «Говорят, как встретишь Новый Год, так и проведёшь», — чтобы не нарушать примету, все сели за стол. Над нами конечно немного пошутили, но потом все занялись поеданием салатов и опустошением напитков. Через час, отметив Новый год, мы все вышли на улицу, смотреть салют. Было весело, слышна была музыка и пение довольно подвыпивших прохожих. Наши родители на нас не обращали никакого внимания, и мы со Светкой зашли в комнату и скинули свою чешую. Так мы в шутку стали называть всю одежду, которую мы иногда надевали. Сразу стало как-то свободно, даже дышать легче. Родители потом ушли прогуляться по улице, и мы стали дурачиться. Несколько раз выбегали во двор голышом и каждый раз я провоцировала Светку, что бы она толкнула меня в сугроб. Она делала это с удовольствием и когда я начинала бегать за ней, чтобы искупать её в снегу, она визжала и забегала в дом. Уснули только под утро.
Оставшиеся четыре дня до отъезда Светки мы не переставали дурачиться, и я всегда позволяла ей толкать меня в снег. Дядя Юра и тётя Люда смотрели на нас и удивлялись, как мне не холодно, а мне было наоборот жарко от азартной игры со Светкой. Домой мы заходили раскрасневшиеся и с меня капали капли растаявшего снега. Мне не хотелось расставаться, но им пора было уезжать и перед рождеством наши гости уехали и сразу стало как-то тихо и скучно.
Ко мне подошли отец с матерью, и мама обняла меня и сказала:
— Не расстраивайся, скоро увидитесь. Тебя пригласили летом в гости, и мы не будем против. Мы же видим, как вам вместе весело и хорошо, вы же сёстры. Дружите и помогайте друг другу.
Я закрыла ворота, прячась за створки, так как была голышом и не могла выйти на улицу. Помахала вслед удаляющейся машине, которая уносила Светку в город, я закинула засов и пошла в дом. Брякнула калитка и следом за мной шли родители.
Немного передохнув и отойдя от того, что Светка уехала, я пошла на кухню помогать маме убирать со стола и мыть посуду. Началась обычная, как и раньше, жизнь.
Половина учебного года пролетела незаметно. Мы были полностью погружены в зубрёжку, чтобы хорошо подготовиться к экзаменам. Иной раз так забывались, что Светка чуть пару раз голая не вышла на лестничную площадку за почтой, да и я не далеко от неё ушла со своими привычками. Как была голышом с книгой в руке, так и взяв пакет и деньги пошла в магазин. Хорошо мама на пороге остановила, а то точно бы на улицу средь бела дня вылетела бы. Вот конфуз то получился бы. Так с небольшими приключениями прошло всё лето и наступила зима. В этот раз я сама не знала, чего от неё ждала, ведь за окном было теплее градусов на пять, а то и десять, по сравнению с прошлым годом, да и снег подваливал не раз в неделю, а каждые два три дня.
В новогодние каникулы к нам снова приехали дядя Юра и тётя Люда со Светкой. Мы решили немного расслабиться и передохнуть от зубрёжки. Я училась в институте на втором курсе, а Светка заканчивала одиннадцатый класс. Надев сапоги и шубки на голое тело и натянув на голову вязаные шапочки, мы решили побродить по городу. На улице минус три градуса и тёплый по сезону зимний ветерок залетая под подол, освежал бёдра, живот и добирался до груди. Было так здорово и меня всё это сильно возбуждало. Всего лишь небольшой участок выше колена привлекал внимание встречных прохожих. Они не знали, что под шубкой скрывается нечто более интересное их взору и нас это ещё больше заводило. Света боялась отходить от дома далеко в таком виде, и мы бродили по окраинам нашего посёлка, расположенного в пригороде.
Оказавшись на пустынной улице, я прошла пару кварталов вперёд и повернула обратно. Кругом ни души. Светка стояла и смотрела на меня, держа наготове камеру, которую ей подарили ещё летом. Расстегнув пуговицы и опустив руки вниз, я пошла ей навстречу. Полы шубки при каждом шаге разлетались в разные стороны и моё тело оголялось, представ перед камерой в очень интересном ракурсе. По внутренней стороне бёдер уже текли тонкие струйки от сильного перевозбуждения. С каждым шагом наступал пик, и я сильно сильно напряглась и простонала. Такого оргазма я давно не испытывала. Мне было всё равно, заметят меня или нет. Всё было как в тумане. И зрителем всего происходящего была моя сестра, которая видела меня в такой момент впервые и была в шоке от происходящего.
— Ну ты и даёшь. Ничего себе кадры получились. -сказала Светка при моём приближении.
— Теперь я также попробую. -продолжила она.
Я, по-прежнему, ещё не отошла от оргазма, накрывшего меня, молчала. Немного погодя, я пришла в себя, и кивнула в знак согласия, и мы перешли на другую улицу, в целях безопасности. Вдруг нас мог кто-нибудь из окна видеть.
Светка проделала то же самое и со стороны на это смотреть было ещё прекраснее. Её стройная, хрупкая фигурка обнажалась при каждом шаге. Чисто выбритый низ живота и маленькие грудочки сверкали в лучах заката Её выражение лица менялось, и я поняла, что ей тоже хорошо. Я готова была снова кончить, но сдержалась. Боялась выронить камеру из рук.
Пока не стало смеркаться, мы бродили по улочкам, бороздя окраины города и пустынные улочки и переулки посёлка, где мы жили. Мы снимали друг дружку и на одной из улочек, когда Светка снимала меня, из-за угла дома вышла молодая женщина с ребёнком на санках. Увидев меня и моё полуобнажённое тело, она немного опешила, но, когда заметила Светку, на другой стороне улицы с камерой в руке, улыбнулась и пошла по своим делам. Иногда она оглядывалась то на меня, то на Светку и на её лице по-прежнему светилась улыбка, или усмешка. Это было нечто. Я не смогла сдержаться и от наступившей истомы и новой волны, накрывшей меня, чуть не рухнула в снег.
Мы изменили свою тактику и стали выискивать случайных прохожих и как бы случайно, демонстрировать своё обнажённое тело. Я снимала Светку, а она меня. Мы не заметили, как стало темно и сев в автобус, поехали домой. Уставшие и голодные, мы ввалились в коридор и скинув шубки, рухнули на скамейку, которая стояла у дверей. Наше тело раскраснелось от мороза, хоть и небольшого. Родители уже начинали беспокоиться, но увидев нас облегчённо вздохнули.
Стол уже был накрыт, и все ждали наступления Нового года. Сев за стол, мы проводили старый и с боем курантов встретили новый год. Чуть позже решили просмотреть, что мы за день успели отснять. Мы были в шоке. Когда ты это делаешь сама, то всегда испытываешь яркие и необычные ощущения, но когда видишь то что ты только что делала со стороны то это совсем были другие ощущения, и они были более яркими и непонятными пока ни мне ни Светке.
До конца зимы моя сестра ни разу не простывала и не болела и это обрадовало не только меня, но прежде всего её родителей и они, поняв нас и наше увлечение, больше не подшучивали над нами и даже не говорили нам слов против. Просто всегда предупреждали быть осторожнее и прежде всего думать головой, а не одним местом...

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2728
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои рассказы про эксгибиционизм. Ночная смена

Сообщение 01 июл 2019 11:56

В предыдущем рассказе я уже рассказывал о своих приключениях перед работой, если моя смена была в ночь и как-то перечитывая свой рассказ вспоминал разные короткие эпизоды тех приключений, но описать их чтобы было интересно, у меня не хватило мысли и я тут вспомнил ещё один случай, который произошёл со мной не в этот год, а уже на следующий, весной в марте месяце, так же по пути на работу в ночную смену.


Мои рассказы про эксгибиционизм. Ночная смена.
Часть 2
.

Зима выдалась снежная и кругом лежали сугробы. Дорожники не успевали убирать снег и просто расталкивали его в разные закоулки и выступы на дорогах. Возле завода где я работал был небольшой пустырь и летом там была болотина. Одна сторона улицы к болотине была свободна и там всегда наталкивали горы снега и за ними вполне можно было спрятаться. Днём с них ребятня каталась на санках и кругом было полно натоптанных тропинок.
В сторону от улицы шло ответвление и по краям его тоже были кучи снега. Это ответвление вело к двум небольшим предприятиям, граничащим с нашим заводом. Там не работали в ночные смены и на ночь оставалась только охрана. По этой дороге можно было дойти до второй дыры в заботе и коротким путём попасть на его территорию.
Середина марта, днём всё начинало таять и капель с крыш сообщала всем что весна не за горами. Ночами чуть подмерзало и по краям крыш свисали сосульки разной длинны и толщины, а снег покрывался корочкой льда, которая похрустывала под ногами. Я собирался на работу в ночную смену и увидев, что за окном снова пошёл снег, решил перед работой немного развлечься. Квартальный и месячный план мы выполнили досрочно и особой нагрузки на работе у нас не было так что спешить выполнять нормы мне было особо и не нужно. А потом в смене нас вместо семь человек работало всего четверо. Кто был в отпуске, а двое на больничном. Я уже проделывал такое много раз и в этот раз тоже решился, да и погода сама говорила мне
— «Сделай это. Сделай»
И я потдавшись соблазну и в предвкушении чего-то необычного как в прошлые разы, решился и оставив дома всю свою одежду, надел под пуховик в стиле курточки Аляски с капюшоном, только обрезанные от брюк штанины, которые держались на ногах за счёт резинок, словно женские чулки. Со стороны я ничем не отличался от всех прохожих, но раздеваться и переодеваться при ком-то было для меня разоблачением и чем-то неизведанным. Узнав об этой моей странности от меня могли многие отвернуться, и я в том числе мог и потерять работу. Но зная об этом, я всё же решился, и на легке, отправился на работу в ночную смену, неся с собой только сетку с обедом.
Идти было не так далеко, около полутора километров или на автобусе всего четыре остановки. В таком виде я всегда предпочитал прогулки и это меня жутко возбуждало. Хоть и тёплый по-весеннему. Но прохладный ветерок пролетая под подолом курточки, залетал под низ и освежал моё тело незащищённое одеждой. Которая спокойно лежала дома в шкафу. С каждым шагом, я уходил всё дальше и дальше от дома и вот же в свете фар проезжающих машин я увидел те самые горы снега и бетонный забор родного завода. Снег продолжал идти, а небольшой ветерок совсем перестал дуть. Было так тихо и тепло что даже капель с крыш продолжалась и слышно было звук каждой упавшей капли.
Обходить кучи снега и идти на проходную мне не хотелось, и я свернул в прочищенный отворот чтобы сократить путь и пролезть тем самым через дыру в заборе, оказаться раньше обычного на заводе. До смены оставалось ещё три часа, и я хотел оставить сумку в своём шкафу и прогуляться как любил это делать — голышом под снегопадом. Я готов был хоть сейчас раздеться и бегать, прячась за кучами снега, голышом. Отойдя всего десятка два метров от основной улицы, я вдруг увидел, как меня со спины осветили фары машины. Я отошёл в сторону чтобы пропустить её и испугался, открыв рот и не зная, что делать. Застыл словно вкопанный. Подъехав ко мне, машина остановилась. Это была машина ППС и в ней сидели два полицейских.
— Куда идём? — спросил один из них, водитель.
— На работу в ночную смену. — собравшись с мыслями ответил я чуть дрожащим голосом.
— А что в сетке? — спросил второй из-за спины водителя.
— Обед, столовая то ночью у нас не работает — сообразив пояснил я и раскрыв сетку показал в целлофане завёрнутый обед.
— А где ты работаешь? — снова спросил второй полицейский.
— На заводе — ответил я.
— Но проходная же находится там. — и он показал в ту сторону где на самом деле находилась наша проходная.
— Я туда и иду. Тропинка вдоль забора, а по дороге идти неудобно, машины гоняют, того и гляди собьют — уже собравшись и более уверенно пояснил я.
— Хорошо, идите — сказал второй полицейский и они, проехав мимо меня в сторону тех двух небольших предприятий. А я поспешил свернуть на тропинку чтобы не попадаться им больше на глаза. И только оказавшись на безопасном расстоянии от дороги меня охватил страх и испуг.
— Что было бы если бы они попросили меня расстегнуть курточку и проверить что вдруг я что-то несу под ней. От этих мыслей я покрылся и потом и озноб одновременно пробежал по всему телу и только отойдя ещё десятка два метров я стал успокаиваться. Вскоре машина проехала обратно и скрылась за кучами снега.
— Пронесло — вырвалось у меня и уже успокоившись я пошёл к проходной и тут словно меня кто-то кольнул.
— А что, если на проходной попросят меня расстегнуть курточку. Я в таком виде там ни разу не проходил, но знаю, что иногда проверяют чтобы на завод никто не проносил спиртное, особенно в ночные смены. Я встал как вкопанный и стал думать. Куда мне идти. Вернуться обратно где вдруг снова появятся полицейские и в этот раз мне может не повезти и тут я решил. Дорогу и забор разделяют кучи снега. Он хоть и лежит толстым слоем, но за кучами по этому снегу можно пройти до дыры в заборе незамеченным.
Я развернулся и пошёл вдоль забора до угла и там свернув с тропинки шагнул на нетронутый снег и сразу провалился чуть ли не по колено.
— По такому снегу мне долго топать придётся — подумал я, но ничего не оставалось, и я пошёл по коридору между забором и кучами снега. Сделав ещё несколько шагов я за углом забора сразу провалился выше колен, а следующим шагом чуть ли не по пояс что мои яйца и член сразу оказались в снегу. Этого я не ожидал, но жутко возбудился. Сделав ещё десятка два или три шагов, то проваливаясь по колено то глубже, я вымотался, а мои яйца и член немного стали замерзать и мне пришлось с обратной стороны от дороги забраться на противоположную сторону от дороги, куч снега. Снег на склоне был плотно утрамбован и не проваливался. Но идти в полный рост я уже не мог и мне пришлось идти в присядку, постоянно оглядываясь назад. Так я прошёл ещё часть пути и мои ноги затекли от напряжения, и чтобы их немного размять я снова пошёл по снежной целине вдоль забора проваливаясь в разных местах по-разному. Так с переменным успехом я добрался до дыры в заборе и вскоре оказался на территории завода.
Добравшись до своего цеха без приключений, я поднялся в душевую и открыв шкаф, положил в него сетку с обедом. Закрыв шкаф, я спустился в цех и кроме тех, кто работал во вторую смену, я из своей смены никого не увидел и решил уже со свободными руками вернуться снова за территорию завода. Снег немного усилился и видимость стала ещё меньше. Было тепло и тихо и снег не просто валил, а тихо-тихо падал, словно это происходило в замедленной съёмке. Проходя мимо каких-то нагромождений, я увидел небольшое углубление и у меня созрела необычная идея. Я быстро осмотрелся и снял с себя сначала обе штанины, а потом и курточку.
Оставшись только в обуви и спортивной шапочке, я огляделся и поспешил к дыре в заборе. Кругом было тихо и до конца смены оставалось больше двух часов. Значит у меня было времени чтобы вернуться и ни с кем не столкнуться возле дыры, чуть меньше этих двух часов. Хоть и от снега было светло, но на ручных часах время разглядеть уже было невозможно. За забором фонари не горели и я, прячась за кучами снега стал в присядку пробираться до угла забора, где мог уйти направо вдоль забора ближе к месту проходной или прямо в сторону улицы, где было небольшое движение, но машины довольно часто проезжали мимо отворота. Я боялся, что вдруг кто-то свернёт в мою сторону. Свернув за угол, я уже спокойно и уверенно прошёлся вдоль забора по знакомой мне тропинке до другого угла. Выглянув я увидел пустой тротуар и ни единого прохожего. Только мимо пронеслась такси и вскоре, маршрутный автобус, на котором я иногда езжу на работу 307 маршрут.
Стоять было прохладно так как сне продолжал падать и тая на моё теле скатывался камельками воды. Мне было ничуть не холодно так как на улице было как минимум градусов пять-семь тепла и мне хотелось бродить ещё, и я развернувшись побрёл назад. Дойдя до того места где меня час назад расспрашивали полицейские, я подумал и повернул в сторону улицы где продолжали ездить машины, спеша домой или в автопарк. На углу я осмотрелся. До дороги было метров десять, а справа, вдоль неё до самого перекрёстка были навалены кучи снега и вдали метров за триста-четыреста от меня мигал жёлтым глазом светофор предупреждая запоздалых водителей об осторожности. Слева от меня в пятидесяти метрах стояли многоэтажные дома. Идея появилась сама собой и я, недолго думая, прячась за кучами снега, где пригнувшись, а где даже не четвереньках сверкая сзади перед звёздами голым задом, направился в сторону перекрёстка. Когда приближалась очередная машина я замирал на время, а после того как она промчалась дальше мимо, двигался дальше забыв совсем про время и то что мне ещё и на работу нужно.
Между сплошной стеной куч из снега кое где было небольшое пространство и место открывалось да обзора проезжающим мимо водителям и мне приходилось перебегать, улучшив момент проваливаясь в снег где как придётся, и пару раз даже за что-то запнулся и хоть не пал, но присев в снег погрузился почти до пупка окунув в сугроб всё что ниже. И попу и свои гениталии и полностью ноги. Вылезая и отряхиваясь, я шёл дальше, удаляясь от заветной дыры в заборе и не зная, что меня ждёт впереди. Была только одна цель, пройти до перекрёстка и после вернуться обратно.
Вот и он, по нему снуют то пешеходы, то машины и я удивился, откуда они взялись и выбрав удобный момент при свете фар машины которая поворачивала и осветила верхушки куч снега, за которыми я прятался, разглядеть на часах время. Было половина двенадцатого. Я ойкнул и сам того не ожидал что сказал это вслух. Нужно было возвращаться и как можно скорее и я, иногда пренебрегая осторожностью побежал, а где просто пошёл назад.
Добравшись до забора и увидев дыру, я обрадовался, что моё путешествие голым по сугробам закончилось, но увы, я услышал скрип и вскоре увидел, как из дыры вылезли двое. Я подумал, что они отработали и пошли по домам, но ошибся. В чём они были одеты разобрать в темноте было невозможно, и я стал ждать, когда они уйдут. Но эти двое походив возле дыры снова залезли внутрь и вскоре я услышал, что кто-то там за забором чем-то стучит. Это продолжалось с полчаса. Я уже опоздал на смену и спешить не имело смысла. Я сидел за кучей и ждал, когда всё стихнет. Первое что пришло мне в голову. Это то что те двое хотели что-то утащить и гремели там непонятно чем. Когда всё стихло, я подошёл к дыре и ахнул. Проход был закрыт со стороны завода деревянным щитом и пролезь через дыру было невозможно.
— Вот попал так попал. — подумал я.
— Как теперь на завод попадать буду, ведь одежда вся там — метались мысли в голове.
Забор высотой метра три и через него мне просто не перелезь, даже подставить нет ничего чтобы залезть, а уж спрыгнуть вниз как ни будь смог бы.
Тут я вспомнил про вторую дыру и побрёл к ней снова прячась за кучи снега, а потом вышел на дорогу так как сообразил, коль дыру закрыли то сзади точно никого не будет, и я шёл и смотрел только на улицу где изредка проезжали машины, а из-за снега людей вообще не было видно. Повернув в сторону перекрёстка, я снова пошёл вдоль забора где был в самом начале своего приключения и вдруг увидел, что в мою сторону то загорится, то погаснет движется кто-то и я понял, что тот, кто идёт, просто курит и от этого огонёк от сигареты то ярко вспыхивает, то гаснет. Я быстро огляделся, и увидев вблизи заросли камышей, пробежал проваливаясь в снегу по колено и спрятался за ними. Через пару минут мимо прошёл парень, а следом за ним женщина или девушка. Они прошли и свернув возле угла пошли туда к дыре, откуда я только что сбежал.
— Ну-ну, идите, вас ждёт сюрприз — съехидничал я им вслед и не подумал о другой стороне.
Как только они исчезли из поля зрения, я осмотрелся и вышел на тропинку и побрёл в сторону второй дыры, не подумав, что если бы она была, то эти двое сто процентов в неё бы пролезли. Дыра была в нескольких метрах от угла и подойдя к ней я увидел точно такую же картину. Деревянный щит плотно закрывал её и не поддавался толчкам и давлению моих рук. Пинать его ногами я не стал чтобы не создавать шум, ведь я не знал кто и что происходит в это время по другую сторону забора.
Я стоял и думал, что делать и как перебраться через этот высоченный забор и совсем забыл про тех двоих которые пять минут назад чуть меня не застукали голым.
И тут я вспомнил как однажды эти дыры уже закрывали и под одной из плит в заборе была щель, промытая потоками от дождей и в сухую погоду под плитой, можно было легко проползти. Но это было летом и было тепло и сухо, а сейчас зима и там полно снега. Найти эту плиту будет сложно и тут я вспомнил что на ней кто-то мелом написал три русских буквы, и я развернувшись пошёл, не просто пошёл, а побежал туда, забыв об осторожности и почти нос к носу столкнулся с тем парнем и девушкой которые шли назад. Пауза и минута молчания.
— Вот попал так попал — пронеслось у меня в голове.
— Ты откуда такой? — спросил парень.
— На спор в арты продул, а вот вернуться назад не могу, дыры кто-то закрыл — сказал я.
— А бежишь то куда — спросила девушка, разглядывая меня.
— На завод, — коротко пояснил я.
— Мы тоже пытаемся туда попасть — ответил парень.
— Пропуск дома забыли, а живём в пригороде — пояснила девушка.
— Обе дыры запечатали, мы только что оттуда — сказал парень.
— Знаю, я уже там был — ответил я.
— Ну и как ты будешь на завод попадать — спросила девушка.
— Пока не знаю, но надо как-то всё равно, а то светать начнёт и меня увидят — ответил я.
— Высокий забор, через него не перелезешь — сказал парень.
— Было бы лето, можно под ним пролезть, а сейчас всё снегом замело — ответил я.
— А что есть где — обрадовалась девушка.
— Там — показал я в ту сторону откуда они только что пришли.
— Показывай — обрадовался парень и пропустив меня вперёд, забыв, что я голый, они пошли за мной следом.
Вот и та плита с нехорошим словом, и я сказал:
— Вот тут есть просвет под плитой, но надо его отрыть.
Мы все втроём стали меняя друг друга, так как руки мёрзли и нужно было время их погреть, разрывать снег и вскоре показалась дыра, а вернее просвет. Он оказался достаточно высоким после осенних дождей, но лезть через него было как в русскую рулетку. С этой то стороны мы откопали его, а с другой мы не знали сколько там снега и есть ли кто, из охраны.
— Может я первый попробую. Я всё же в одежде — предложил парень и мы согласились.
Он лёг на снег и стал разрывать уже за плитой сугроб и выгребать всё к нам наружу. Мы только успевали откидывать снег в сторону. Два раза он вылезал из-под плиты и грел руки, да и мы тоже. На третий раз он подлез под плиту и вскоре исчез, а через несколько секунд он нам тихо сказал.
— Можете пролезать, всё тихо.
Мы переглянулись, и девушка спросила меня.
— А ты как полезешь? И замялась, не зная, что сказать.
— Не сидеть же тут до лета голым, проигрался — значит надо выкручиваться как-то
— ответил я и присев сначала. А потом лёг животом вниз, вжав яйца и член в снег и стал протискиваться под плитой. Было жутко холодно ползать голым по снегу, но грела надежда что скоро я оденусь и придя в цех согреюсь. Два раза оттолкнувшись ногами, я вскоре выползая под плитой и бороздя яйцами и членом снег, оказался на территории завода. Девушка была ниже нас ростиком и худее, и она мигом, следом за мной, пролезла и стояла рядом с нами. Окинув меня взглядом, девушка спросила.
— Не отморозил хоть?
— Нет, сейчас в цехе отогреюсь — ответил я
— Спасибо тебе за помощь — сказали они.
— Это вам спасибо, а то мне не отрыть одному было бы этот проход — ответил я и добавил.
— Только обо мне не говорите никому?
— Договорились ответили они и ушли, в сторону своего цеха, а я отправился к тем ящикам где были спрятаны мои вещи — две штанины и курточка.
Спокойно одевшись, я пришёл в цех и без особого труда, так как в душе никого не было, переоделся и вышел на рабочее место. Работы не было и те, кто со мной работал ночью занимались, кто чем и на моё опоздание никто не обратил внимание.
Утром я задержался чтобы первая смена и моя успели переодеться и уйти и тоже натянув брючины и куртку на голое тело, уже через проходную налегке так как сетка была пуста, прошёл через проходную и вышел на остановку и сев в автобус доехал до своего дома — общаги и завалился спать, вспоминая ночное приключение.
Последний раз редактировалось sergei0083 01 июл 2019 14:38, всего редактировалось 1 раз.

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2728
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои рассказы про эксгибиционизм. Ольга

Сообщение 01 июл 2019 11:57

Эта история со мной произошла этим летом, я даже сам не мог себе предположить, что так может случиться, но видно; чему быть — того не миновать.
В свободное от работы время и по выходным я отдыхал и занимался своим любимым хобби, нудил понемногу, загорал голышом в укромных местах, где меня никто не мог увидеть. Посёлок у нас небольшой и многих я знаю и меня тоже и если бы кто увидел, то слух разлетелся бы моментально. Поэтому я соблюдал все меры предосторожности и не бросал своё увлечение погулять в поле или в лесу голышом.

Мои рассказы про эксгибиционизм. Ольга.
.

Середина мая, тепло. Домой я ходил всегда по одной и той же улице и наслаждался долгожданной весной и теплом и строил планы на выходной. Самая любимая пора для меня, когда в лесу нет ни ягодников, ни грибников. Можно расслабиться и особо не осторожничать, и гулять без одежды сколько угодно.

Был вторник, я немного задержался из-за очереди в магазине и шёл по улице чуть позже обычного. Впереди, метрах в тридцати, шла девушка в оранжевой ветровке. На первый взгляд самая обычная девушка, как многие другие, но сам не знаю почему, я шёл следом и разглядывал её со спины, её походку, фигуру, пытаясь как бы загипнотизировать её, и чтобы она повернулась и разглядеть её лицо. Но она шла спокойно и неторопливо и не собиралась поворачиваться назад.

— Видно плохой из меня гипнотизёр, — подумал я.

Я уже знал, как она поднимет и переставит ногу, как шагнёт и как следом за правой ногой тоже самое проделает и левая нога. Её фигура средней полноты с накаченными ногами как у спортсменки была просто неотразима и всё это сочеталось с её небольшим, но высоким для девушки ростом, примерно 170-175см. Возможно мне так казалось из-за её туфелек на небольшом каблучке, а может я и ошибался. Но чем больше времени я за ней шёл, тем больше она мне нравилась, и я хотел за ней идти дальше. Впереди был небольшой пустырь и грязь по той стороне, по которой мы шли и тут девушка остановилась. Повернулась в мою сторону, окинула взглядом дорогу и перешла на другую сторону улицы где было суше, и дорога была ровнее. Я чуть не встал как вкопанный. Короткая стрижка, завивка и свисающие по бокам локоны чёрных волос в дополнение к огромным чёрным глазам меня заворожили, и я словно окаменел на миг, но собравшись с духом и силами переборол себя и чуть замедлив после всего этого тоже перешёл следом за ней и уже чуть отстав, продолжил наблюдать и изучать её.

— Почему я не видел её раньше — подумал я.

Так следуя за незнакомкой, мы прошли ещё с полкилометра, и она свернула в проулок. Когда я поравнялся с этим поворотом то взглянул ей вслед. Она была уже далеко, метрах в ста-ста пятидесяти и я, проводив её взглядом пошёл прямо к своему дому.

Позднее мне удалось случайно узнать где она живёт, а также, где работает. Я работал практически рядом и придумав что я мог бы спросить у неё, зашёл в это здание и подождав в коридоре увидел её. Она шла и на груди примерно четвёртого размера, у неё висел бейджик с её именем — Ольга. Я что-то спросил, и она вежливо приятным голосом мне объяснила и я, поблагодарив её, ушёл. После этой встречи я вообще потерял голову и постоянно думал о ней. Я знал, что она замужем и всё равно не мог не думать.

Как-то в июне я снова шёл домой, и она снова шла впереди меня. Я снова как заворожённый не отрывал от её походки глаз и следил за каждым её движением. Снова тот пустырь и я снова вижу, как она перешла на противоположную сторону и пройдя небольшое расстояние свернула в сторону дома.

Просто так познакомиться с симпатичной и замужней девушкой не представлялось возможным. Нужно было придумать что-то оригинальное и необычное, чтобы удивить её, и она сама захотела бы узнать, кто я такой и познакомиться со мной. Идея пришла неожиданной в один прекрасный день, когда я возвращался домой. Я посмотрел на тот самый пустырь мимо которого проходила Ольга и был удивлён. Как я его не замечал раньше.
За следующие несколько дней я облазил его вдоль и поперёк изучив каждый куст, каждую ямку и корягу, которая валялась на месте высохшего когда-то болота. И вот снова понедельник и снова началась рабочая неделя. Шёл июнь, и погода стоял преотличнейшая. Я ушёл с работы минут на десять раньше обычного и остановившись возле дерева рядом с тем пустырём стал всматриваться в даль проходящей улицы. Я ждал, когда на горизонте покажется фигура Ольги, но мои ожидания оказались напрасными и спустя полчаса я ушёл домой. Свою попытку я повторил не другой день, и удача улыбнулась мне. Ольга шла своим размеренным шагом, который я мог узнать из сотен. Хоть она и не была такой стройняшкой но её фигура и походка завораживала и её можно было узнать издалека.
Я быстро забежал на пустырь и стянул с себя штаны и футболку и положив это всё под корягу, в одних кроссовках чтобы не наколоть ноги, встал голышом на подготовленном заранее пятачке среди зарослей, который хорошо просматривался с той дороги по которой вот-вот должна была пройти Ольга. Приходилось приседать и прятаться в те секунды, когда мимо проезжала какая-нибудь машина. Ведь до улицы было всего 10-15 метров и меня даже водитель, следивший за ямами на дороге, слегка повернув голову мог заметить.
Вскоре из-за палисадника крайнего дома показался знакомый силуэт Ольги в лёгком летнем платьице. Она шла, ничего не подозревая, поглядывая как обычно по сторонам и на дорогу. Меня охватила дрожь и волнение, и я не мог бы даже слова сказать если бы меня в тот момент кто-то о чём-то спросил. Возбуждение просто зашкаливало. Я неотрывно сквозь солнечные очки смотрел в её сторону и следил за её реакцией. После нескольких шагов, как она бросила взгляд в сторону пустыря, она замедлила шаги и обернулась назад. Дальше она шла медленно и постоянно бросая взгляд в мою сторону. Меня всего трясло словно это было не лето и плюс тридцать жары, а зима и минус тридцать. Вскоре я услышал шум машины и присел и как машина проехала мимо я снова встал. Ольга шла медленно, и по-прежнему глядела в мою сторону. Я не видел её выражения и мимики на лице, но то что она неотрывно следила за мной и пыталась разглядеть меня, это я заметил сразу.
Вот Ольга поравнялась с тем пятачком на котором я стоял голышом и наблюдал за ней боясь лишний раз пошевелиться чтобы она не подумала там чего-то и не испугалась. Она же, изучая меня следила за мной и окидывая взглядом с ног до головы продолжала медленно идти по улице. Миновав меня, она пошла дальше ещё пару раз обернувшись и посмотрев в мою сторону. Больше там находиться я не рискнул и быстро одевшись незаметно для всех других появившихся пешеходов, вышел на улицу и побрёл в сторону дома. Ольги уже нигде не было видно.
Я долго вспоминал каждую мелочь этого приключения и не знал, что делать дальше. Повторить это я боялся та как не мог знать, рассказала она обо мне ещё кому-то или нет. А раздеться и стоять голым в неизвестности — поймают или нет меня было не по мне. Что делать дальше подсказал случай. Как-то катаясь на велосипеде по той улице где жила Ольга, я заметил её и ещё двух девушек в спортивных костюмах. Они свернули в сторону аллеи и лёгкой трусцой побежали по дорожке.
— Так она ещё и спортсменка — подумал я и тоже поехал в том направлении. Аллею я хорошо знал и не раз там раздевался и эксгибиционировал перед прохожими. В этот раз мне нужно было что-то придумать необычное и я придумал. В одном месте аллея прерывалась и метров пятьдесят было открытое пространство. Там как раз проходила высоковольтная линия и деревья постоянно вырубали, но под линией росла молодая поросль сосёнок и они были не больше роста человека. Там я и решил в очередной раз удивить Ольгу.
Я знал с какой стороны они прибегают к аллее чтобы совершать пробежки и стал каждый вечер после работы наведываться туда. Ждать пришлось не так долго. Через два дня Оля и её подруга, вдвоём не спеша приближались к началу аллеи и я, быстро раздевшись и спрятав одежду и велосипед, вышел на опушку сосёнок и меня было хорошо видно. Ждать пришлось не больше двух-трёх минут и вот из-за высоких клёнов выбежали Ольга и её спутница. Они эмитировали бег, а на самом деле вроде как бы шли, но больше то было похоже на что-то среднее между бегом и ходьбой. Ольгина подруга первой меня заметила, повернув в мою сторону голову. Следом повернулась и Ольга. Они что-то друг другу сказали и засмеялись, поглядывая в мою сторону.
Я стоял весь возбуждённый в напряжении и смотрел на них и вертел головой по сторонам как бы кто-то не появился с другой стороны аллеи или с поля. Оля и подруга шли и поглядывали в мою сторону, и я видел, как они улыбались и слышал их смех. Расстояние до них было метров двадцать и потом на мне были всё те же очки чтобы скрыть лицо. Для чего я это делал не знаю сам, наверное, из-за предосторожности так как не знал, как на всё это отреагирует Ольга, а тут она была ещё и не одна, а с подругой.
Пробежав или прошагав через просвет Ольга с подругой снова скрылись в тени аллеи и убежали из виду. Я не знал, что делать, ждать их или одеваться и быстрее сматываться с этого места. Ощущения, полученные от того, что Оля смотрела на меня, перевесили мои страхи и я оглядевшись пробежал эти двадцать метров и выглянул на аллею. В одну сторону не было никого, а в другую я видел только спины убегающих подруг. Я ждал и оглядывался куда они свернут как закончится аллея и был безумно обрадован. В конце развернувшись они так же не спеша побежали в мою сторону, и я снова вернулся на своё место и стал их ждать. Вскоре так же неожиданно они показались из-за деревьев и обе как по команде повернулись в мою сторону и рассмеялись. Тут подруга крикнула мне.
— Что стоишь как статуя. Комары не заели ещё? — и они обе рассмеялись.
— Нет — коротко и сдавленным от смущения голосом ответил я.
— Ну стой, стой. — крикнула уже Ольга и они убежали.
Ждать что они снова вернутся и посмотрят на меня уже не имело смысла, и я тоже уехал домой. Так я узнал ещё одно место где Ольга иногда бывает и теперь стал изредка появляться там и веселить Ольгу и её подругу и то только когда они были вдвоём. Для своей же безопасности. Теперь мне было ясно что Оля рассказала не только этой подруге, но и той третьей, которую я старался игнорировать.
Один раз в начале июля я ехал на велосипеде из леса. Ездил за грибами в сторону соседней с нами деревни и вдруг вижу, навстречу мне на велосипедах едут две девушки. Когда они приблизились то я был шокирован. Одна из них была Ольга, а вторая та третья подруга, которой я пока так и не показался, но был уверен, что она обо мне всё знала по рассказам своих подружек. Единственное что успокаивало, это то что я при них был в очках, и они не могли полностью разглядеть моё лицо и поэтому даже не обратили на меня внимания проехав мимо. Сделав вид что я их вижу в первый раз, я проехал мимо, но отъехав дальше оглянулся назад и увидел только их удаляющиеся спины.
— Это что получается, они ещё и на велосипедах по выходным катаются?
После этой встречи я каждый выходной стал кататься по той дороге примерно в то же самое время. Мне повезло, но не сразу и я не стал медлить. Недалеко от дороги был небольшой лес метров двадцать в диаметре, а через поле был уже более обширный массив смешанного леса и березняк и сосна, и осина. В нём в самой гуще я и спрятал велосипед и одежду и перебежав голым через поле стал возле дороги ждать, когда к этому лесочку подъедут Ольга с подругой. Они ехали и о чём-то разговаривали так как крутили педали вяло и с неохотой. Словно их кто-то заставил ехать на эту прогулку. Опушку и дорогу по которой они ехали разделяла всего небольшая придорожная канава шириной метров шесть-восемь. Машин на моё счастье не было, и я стоял и ждал, когда они подъедут, не прячась за деревья и вот они уже рядом и заметили меня. Остановившись они стояли на дороге и смеялись, поглядывая в мою сторону, а я стоял на опушке леса и перевозбуждённый поглядывал на них. Им было хорошо видно меня в очках, а мне их и даже иногда долетали ничего не значащие для меня их слова. Первой обратилась ко мне Ольга.
— Тебе не надоело голым везде бегать? — спросила она.
— Нет — ответил коротко я, чтобы они не могли в последствии узнать меня по голосу так как с Ольгой я работал рядом, а их подруг вообще не знал.
— Не боишься, что тебя поймать могут? — спросила подруга.
— нет, если вы не захотите — ответил я, чуть изменив голос.
— Да сдался ты нам — возмущённо ответила подруга Ольги и они обе рассмеялись. Поболтав ещё немного они сели и уехали.
За это время, сколько Ольга меня раз видела голым, я стал ей доверять. За мной никто не гонялся и меня никто во время их прогулок не караулил и не ловил. Показавшись им ещё несколько раз во время ихних прогулок по аллее и катаний на велосипеде, я снова вспомнил про пустырь и выждав удобный момент снова ожидал там Ольгу, когда она будет одна без подруг. Мне было интересно заговорит она со мной или нет. Ольга подходила всё ближе и ближе и выглянув из-за палисадника крайнего дома увидела меня. Подойдя поближе она замедлила шаги и сказала.
— Лучше ты там в лесу бегай если тебе нравится, а тут точно поймают.
— Хорошо — ответил я.
Ольга окинула меня взглядом, улыбнулась глядя на моё возбуждение и ушла. Теперь я понял, что, встретив меня в лесу, а я их, я могу чувствовать себя в безопасности и стал готовиться к следующей встрече. Наступил выходной и я, снова спрятав велосипед в густом кустарнике подальше от дороги. Одежду взял с собой так на всякий случай, что вдруг придётся убегать и на ходу одеваться. Ждать пришлось недолго. Вдали показалась на велосипеде девушка и она ехала одна. Я уже было расстроился так как подумал, что это кто-то посторонняя и едет в свою деревню и хотел было уже уйти так как торчал больше часа и никак не мог дождаться Ольгу и её подругу. Сделав несколько шагов, я обернулся. Что внутренне потянуло меня это сделать и был в шоке. На велосипеде поглядывая в мою сторону ехала Ольга, одна. Я конечно удивился, но не придал этому значения. Ольга подъехала напротив лесочка и остановилась. Я стоял напротив и смотрел на неё. Она, держа свой велосипед, с минуту стояла на обочине дороги и рассматривала меня.
— Может снимешь свои очки, они тебе не идут — вдруг сказала она.
Я растерялся, но тут же выполнил просьбу Оли.
— Привет — сказала она.
— Вот теперь видно кто ты, а то словно со статуей всегда приходилось разговаривать — добавила она следом и улыбнулась.
— Привет — ответил я.
После минуты общения она спросила меня.
— Я тебя где-то видела, но не могу вспомнить?
— Был случай, я заходил к вам в офис и искал где можно получить консультацию по интересующему меня вопросу, и ты мне объяснила — сказал я.
— Точно — обрадовалась Ольга.
Поболтав немного она спросила меня.
— Ничего если я с дороги ближе к тебе съеду, а то стою тут и маячу у всех на виду.
— Да-да, кончено — ответил я заикаясь.
Ольга развернула велосипед и проехав в обратном направлении сотню метров, съехала по полевой дороге и по полю поехала в мою сторону. Я весь дрожал от волнения или сам не зная, чего испугался, что меня пробил озноб и холодный пот. Ведь это было впервые что я вот так запросто согласился сблизиться с той девушкой перед которой не раз сверкал голым и всегда убегал если чувствовал какую-то опасность.
Ольга подъехала к опушке и остановившись слезла с велосипеда прислонив его к ближайшей берёзе. Я стоял возле соседней берёзы всего в трёх пяти метрах. Оля окинула меня взглядом задержав на мгновение взгляд в низу живота и спросила.
— А где твоя одежда?
— В лесу спрятал — ответил я, не моргнув хотя она лежала за кустами всего в десяти шагах от меня.
— Ты как сюда добираешься — спросила Оля продолжая разглядывать меня.
— На велосипеде — ответил я.
— А он где, тоже в лесу спрятал — поинтересовалась она.
— Да — коротко ответил я.
— Так чтобы до леса добежать, надо через поле перебежать — уточнила Оля.
— Я так и делаю всегда — пояснил я.
— И не боишься, что тебя голого с дороги кто-то увидит — спросив удивилась она.
— Нет. Я же ложусь в траву если кто-то на дороге появляется — разъяснил я такую ситуацию.
— Теперь поняла, ползаешь значит. Не боишься в поле кое-что потерять? — со смешинкой спросила Ольга.
— Нет, приловчился — ответил я.
Мы ещё постояли с минуту и ни я ни Ольга не знали, что сказать и о чём дальше говорить и она первая спросила.
— А при мне мог бы поле перебежать?
Я растерялся так как одежда была бы, в не поля зрения, но делать ничего не оставалось, и я согласился.
— Да смогу конечно — ответил я.
— Вон туда смог бы добежать? — показала Ольга на опушку леса на другой стороне поля.
— Да — сказал я и направился на край поля.
Обернувшись и посмотрев на Ольгу, я следом окинул взглядом её с ног до головы, а затем пустынную дорогу и бросился бежать, сказав на ходу.
— Я скоро.
Дважды я оборачивался и смотрел на опушку леса где стояла Ольга и смотрела мне вслед. К моему счастью машин не было и мне не пришлось падать в поле и пережидать. Метров триста я преодолел за несколько минут и оказавшись на противоположной стороне встал на поваленную берёзу и помахал Ольге рукой. Она тоже мне помахала и сев на велосипед выехала на дорогу. Я расстроился, что она вот так уезжает, но что я мог сделать, не бежать же за не следом. А так как спешить было уже некуда я побрёл по опушке и два часа бродил по лесу, пока не проголодался и не захотел идти домой.
Вернувшись в тот лесок где лежала моя одежда, я стал её искать, но на том, месте где я её спрятал, её не было.
— Вот попал так попал — испугался я.
— Наверное кто-то забрёл сюда и нашёл её и забрал с собой — подумал я, но то что её могла забрать Ольга мне даже в голову не могло прийти. Она была замужем и ей она была совсем ни к чему.
Ничего не оставалось как ждать ночи, и я отправился в лес к велосипеду. Ночью я осторожно по лесной дороге добрался до дома и лёг спать, не переставая думать о той встрече с Ольгой в лесу. Подходил к концу август и завтра снова на работу. В следующие выходные мои ожидания в лесу были напрасными. Ольга не приехала, как и дальше в последующие выходные и вообще я не видел её больше месяца и только потом понял, что все убирали урожай и было не до прогулок. Это мне нечего было делать. Очистил всё в огороде за два дня и свободен. В конце сентября я видел её со спины пару раз, когда она, на много впереди шла домой, и догонять её не решился и на том пустыре тоже не решался раздеваться как меня предупреждала Оля, боялся, что из огородов могут увидеть и поймать.
Наступили новые выходные, и я снова решил испытать удачу. Это было первое воскресенье октября, и удача улыбнулась мне. Ольга со своей подругой снова не спеша крутили педали по знакомой мне дороге и я, увидев их обрадовался и вышел на опушку леса. Они конечно же меня заметили и подъехав остановились.
— Всё нудишь — спросила Ольга.
— Ага — ответил я, выглядывая из-за очков.
— Что в очках то, солнышка вроде нет уже — спросила подруга.
— Для маскировки — ответил я.
— Ну-ну, маскируйся да получше, а мы поехали — с усмешкой сказала Оля и они уехали, а я так и остался стоять в растерянности. Ведь мы с ней в прошлый раз так хорошо беседовали, а тут она меня словно и не знает и только потом до меня дошло что при подруге она не захотела выставлять наше так сказать случайное знакомство на показ.
Весь октябрь я ещё не раз встречал Ольгу и её подругу как они катаются на велосипедах, но так и не удалось поговорить с ней наедине, а вскоре начались дожди и похолодания с заморозками и в последний раз, когда я видел Ольгу и подругу на прогулке, то они уже катались в курточках и были в шоке увидев меня голым на опушке того самого леса. Они проехали мимо так как следом за ними шло несколько машин, а на обратном пути меня уже там не было. В поле выехал трактор пахать под снег, и я смотался оттуда.
Последняя встреча с Ольгой произошла на том пустыре где она увидела меня в первый раз в начале ноября. Снег лежал уже тонким слоем и лужи все подморозило. Я заметил во сколько Оля ходит домой и снова раздевшись, и спрятав одежду рядом под корягу стал ждать её. Она появилась как всегда, но была в брючках и курточке вишнёвого цвета. В этом её фигурка была ещё пышнее и привлекательнее, и я не мог оторвать глаз как она подошла напротив и вывела меня из оцепенения своим вопросом.
— не отморозил ещё?
— Нет — ответил я.
— Нашёл свою потерю? — спросила Оля.
— Какую — не понял я.
— Ну тогда в лесу, одежду — пояснила Оля.
— Нет, а ты как узнала — недоумевал я.
— Ладно, завтра на этом же месте. Можешь не раздеваться — сказала она и присев что-то положила на землю.
— Прочитай, — сказала она и ушла.
Я быстро оделся и вышел на дорогу. Под камнем лежал кусок бумаги и я, подняв его прочитал.
— «Твоя одежда у меня, верну завтра.»
Я был в растерянности и ждал завтрашнего дня с нетерпением. Рабочий день тянулся как никогда очень долго и вот конец, и я спешу домой к тому пустырю. Ждать пришлось не так долго. Оля шла как обычно и несла в руке небольшой пакет. Подойдя ко мне, она сказала.
— Привет.
— Привет, — ответил я.
— Держи и не оставляй без присмотра, или прячь лучше, чтобы никто не нашёл.
— Спасибо, — и я, протянув руку взял из её руки пакет и слегка коснулся её руки.
— Спасибо, — ещё раз поблагодарил я и мы пошли в сторону дома.
— Ты что и зимой бегаешь, — поинтересовалась Ольга.
— Да бывает, когда погода позволяет — ответил я.
— А я не люблю зимой бегать, но иногда на лыжах катаюсь на лыжной базе — сказала Оля как бы сделав мне намёк для размышления.
— Ну пока ещё снега совсем нет. Не по траве же кататься — сказал я.
— Да снег не спешит нынче выпадать, — сказала Оля.
Вскоре мы дошли до проулка, и она свернула в сторону дома, а я окрылённый общением и разговором с Ольгой не шёл, а летел домой. А в голове звучало — лыжная база, лыжная база.
Надо будет сходить туда и осмотреться, — подумал я.
С этими словами, которые я произносил как заклинание я и уснул.
Что будет дальше и будет ли это дальше пока не известно — зима так и не наступает и снег всё не идёт.
Словно природа сговорилась и таким образом меня отговаривает от безрассудных поступков…

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2728
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои рассказы про эксгибиционизм. Два озера

Сообщение 01 июл 2019 11:57

Мои рассказы про эксгибиционизм. Два озера.
.

Я живу в небольшом посёлке, и дорога от дома до работы у меня занимает минут двадцать, двадцать пять. На работу я иду пешком, но это я обычно делаю зимой или поздней осенью и ранней весной, во время распутицы и бездорожья, пока не просохнет дорога. Улица, пролегает между двух небольших озёр и раскисает, и я не могу по ней передвигаться на велосипеде. Это мой повседневный транспорт у нас в посёлке, хотя большинство по накупили машины и иногда движение в час пик словно в небольшом городке. Ехать в объезд дорога раза в два, а то и в три длиннее и по грейдированной и замёрзшей улице в зимнее время совсем рядом, и этот маршрут словно оживает утрами и в час пик.
Зимой эти озёра замерзают и на них образуется толстый лёд. Иногда там сидят рыбаки и удят рыбу. Глубина большого озера около двух метров, а небольшого и метра не будет. По периметру большого и маленького озера растёт камыш, а по берегам кустарник. Зимой конечно он без листьев, но из-за плотности зарослей сквозь него всегда сложно просматривается зеркало льда, на котором кто-то рыбку ловит или катаются на коньках. И только в просвет где редкий кустарник можно всё разглядеть. В тёмное время суток там конечно никого нет и ранним утром идя на работу меня посетила одна идея. Она словно молния ударила меня в голову и никак не отступала, и я подумал. Как только будет тёплая погода то попробую реализовать её чтобы выбросить из головы и забыть, как пройдённый этап моей жизни.
Каждый день идя на работу и возвращаясь домой я присматривался к каждому кусту, протоптанной тропинке сквозь заросли камыша и решил, что тянуть нет смысла. Погода немного наладилась и на градуснике ночами было минус три-пять градусов, а днём около нуля и пролетал снег. К концу подходил ноябрь.
Утром я проснулся раньше на целый час и собрался на работу позавтракав на ходу. Надев только брюки и свитер под курточку, я взял пакет с обедом так как на обед иногда не хожу и обедаю там в офисе и потопал по тёмной улице. Пройдя по улице с полкилометра, я стал присматриваться. Было ещё темно и видимость была небольшая, всего метров пять- десять. Да и светать начинало уже после восьми часов так что с конца ноября и почти до конца января, на работу всегда приходилось ходить в кромешной темноте если не светила луна, а так как немного сыпал снег, то облака плотно закрывали её и было ничего не видно и даже несколько уличных фонарей, висевших н столбах друг от друга в нескольких сотнях метров, не освещали ровным счётом ничего кроме небольшого участка вокруг столба.
Вскоре я увидел эти озерки и осмотрелся по сторонам. На часах было пять минут восьмого. Ни впереди, ни сзади за мной никто не шёл и не было пока движения машин, и я свернул по тропинке в камыш и оказался на озере. Оно было не большое, всего сотни две метров в диаметре. Заранее в присмотренном месте на противоположной его стороне, я быстро разделся и сложив брюки и свитер внутрь курточки, завернул её и затолкал в заросли, прикрыв нарванным заранее камышом. Вроде всё получилось и ничего не было видно. Я стоял голый в одних ботинках и спортивной шапочке и мне было не холодно. Видимость была минимальная и что было за пределами озерка разглядеть было невозможно.
Пробежав по краю зарослей, я вышел на ту тропинку, по которой и вошёл на лёд озера и выглянул на улицу. Было тихо и ни в одной и ни в другой стороне улицы, не было слышно шагов. Собравшись с силами, я выбежал на неё и перебежав дорогу шириной семь — девять метров, оказался на противоположной стороне на тропинке среди зарослей кустарника и пройдя несколько метров вышел на лёд второго озера. Преграда, которой я считал улицу, по которой утром идут люди на работу и ездят много машин, была преодолена. Но это было только начало и теперь мне нужно было решить, когда возвращаться чтобы и на работу успеть и на глаза не попасть. Решение пришло как-то, само собой.
На противоположной стороне озера, в домах, стоявших по берегу, загорелся свет, и я решил. Пересеку озеро, а потом вернусь обратно. Я уже был сильно возбуждён и сам того не понимая, как рисковал. Ведь только с улицы мне казалось, что это близко и мне хватит всего 10-15 минут чтобы сбегать голым по льду туда и обратно. Но лёд скользкий и мои сапожки хоть и не скользили никогда по дороге. На льду я чуть несколько раз не упал. Времени было совсем мало и меня это пугало и настораживало, но я уже был на другом краю и сильно возбуждён и как-то тогда боялся совсем не за это, не зная сам чего. Летом проще, можно часами прятаться и пережидать если что, а зимой можно и замёрзнуть. Долго не посидишь голым в кустах. Но я тогда об этом даже и не подумал, а шёл, полностью подавшись своим желаниям, а не разуму, крадучись и осматриваясь по сторонам, я по краю второго озера, которое было раза в два больше первого, около пулу километра. Так я прошёл, прячась за зарослями камыша, до того дома где горел свет и тут загорелся сразу ещё в нескольких домах, и я вздрогнул, хотя бояться мне было совершенно нечего. Меня то всё равно никто не мог видеть. Я постоял пару минут и услышал далеко голоса, и кто-то грел машину после ночи чтобы ехать на работу.
Было темно и сколько времени я не мог посмотреть на своих ручных часах, а телефон был выключен и лежал там с одеждой, чтобы в случае чего его звонок не привлёк внимание. Я развернулся и пошёл назад, и увидел, как по улице в это время проехала машина, освещая дорогу своими фарами. Следом за ней вторая.
— Вот и движение началось — подумал я и уже более осторожно, чтобы не поскользнуться на льду и не упасть, стал перебегать, чуть приседая и прислушиваясь, к тому месту, где некоторое время назад, голым пересёк улицу.
Снега было не так много, но под ногами он всё равно издавал необычный скрипучий звук и это стало меня настораживать, хотя в самом начале я на это просто не обратил никакого внимания. Обратный путь, занял гораздо больше времени, но я добрался до тропинки, которая выходила на улицу. Машины проезжали по ней с некоторой периодичностью то одна, то две, то сразу три или четыре. Присев на краю среди кустарника, я стал прислушиваться. С той стороны откуда я пришёл по направлению к центру посёлка слышались голоса, и я понял, что люди уже идут, как и я, пешком на работу. Видно их не было, но появившаяся машина осветила несколько человек, и я снова вжался чтобы не попасть в поле зрения. Следом прошли ещё две машины и вот группа людей поравнялась со мной и прошла как ни в чём не бывало даже не догадываясь и не подозревая что в нескольких метрах от них в кустах уже минут пять или десять сижу я голый и жду возможности перебежать на противоположную сторону. Вскоре снова появилась машина и навстречу ей уже возвращалась другая. А ещё чуть позже я снова услышал кашель и голоса. Прошли два парня, а чуть отстав ещё парень и девушка которые шли словно прогуливаясь, не спеша и весело болтая. С каждой минутой мне казалось, что видимость становится всю больше и больше и я уже вместо 5-7 метров мог видеть порядка 30 метров если не больше.
— Промедление смерти подобно — подумал я и надо было что-то решать. Переждав пока мимо пройдут ещё две группы по несколько человек и проедет машина, я, не дожидаясь, когда идущие вдалеке люди и разговаривающие между собой тоже пройдут мимо, выскочил из-за кустарника и пулей перебежал десяток метров через дорогу словно напуганный зверёк и присев в камыше прислушался. Та группа прошла мимо, и кто-то сказал
— Мне показалось что собака вроде как бешеная через дорогу пробежала.
— Всё возможно, бродячих псов полно, может пугнул кто — ответил второй голос, и они пройдя дальше вскоре удалились. Я тоже встал и побрёл, прикрываясь зарослях камыша к своей одежде. Из головы не выходили те слова про бродячую собаку. Это значит меня голого бегущего через дорогу пригнувшись сравнили с бродячим псом. Мне даже стало немного смешно.
Спокойно одевшись я вышел на улицу, словно завернул в камыш справить нужду и как ни в чём не бывало, побрёл на работу. Опоздав минут на десять, я приступил к работе. Но этого никто и не заметил. Зато у меня из головы не выходила эта прогулка в черте посёлка голым в зимнее время, где я так рисковал и ведь могло случиться так что я бы вовремя не смог вернуться обратно через дорогу и меня могли бы увидеть не пешеходы или водители машин, а рыбаки пришедшие на озеро порыбачить.
Позже я совершил ещё несколько таких прогулок между этими озёрами и каждый раз одна другой были продолжительнее и опаснее, а последняя вообще застала меня так что пришлось пережидать даже когда уже рассветало, и вся улица была как на ладони, хотя и шёл снег. Только пришлось мне тогда прятаться не на тропинке, а среди густых зарослей камыша и ждать. Благодаря снегу, наверное, мне и удалось, выждав момент, когда никого не будет и удачно перебежать через улицу голым и вернуться к одежде, хотя я и опоздал тогда почти на целый час. Меня предупредили, но не наказали, и я больше не стал рисковать. А вскоре нашёл другое, более романтичное и такое же рискованное место на пути к новостройкам.

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2728
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои рассказы про эксгибиционизм. Случай в продуктовом магазине

Сообщение 01 июл 2019 12:03

Хочу рассказать один случай. Рассказом его конечно назвать трудно.
Это всего лишь короткий эпизод из моей жизни.


Мои рассказы про эксгибиционизм. Случай в продуктовом магазине.
.

Я приехала к сестре после очередного рабочего дня и она уговорила меня остаться и помочь ей. Я с радостью согласилась, так как одной дома скучновато. Скинув шубку, я попросила у неё халат, так как под шубкой кроме меня самой, больше ничего не было. Света, сестра моя, знала, что я так почти всегда хожу, даже никак не прореагировала, а просто подала халат. Вечер прошёл нормально, мы нянчились с малышом и сидели в интернете, а потом легли спать. Утром я конечно проспала до десяти часов, так как был выходной, а сестра уже с семи часов что то делала на кухне и кормила малыша. Когда я вышла в коридор, она сказала.
— Давай поешь засоня, да пойдём, погуляем и в магазин сходим, продукты заканчиваются.
Через полчаса мы уже с коляской спускались в низ, с третьего этажа. Погода стояла тёплая и мы никуда не спешили. Медленно шли и так ни о чём разговаривали. В магазине мы наложили в корзинки всего, что было нужно и вместе с коляской. Народу в магазине почти не было, и я со своей корзинкой для продуктов первая подошла к кассе. Продавец пересчитала всё и назвала сумму, которую я должна была заплатить. Я сунула руку в наружный карман и достала пятисот рублёвую бумажку, которую я приготовила ещё дома. Мне не хватало полторы сотни рублей и распахнув полы своей шубки, я как ни в чём не бывало, полезла во внутренний карман за своим кошельком. То что произошло в следующий момент, я объяснить не могу, просто нет слов.
Кассирша на кассе, девушка лет тридцати пяти, увидела между полами шубки мою чисто выбритую киску и то что я была совершенно голышом и от удивления округлила глаза и не могла сказать ни слова. Для неё это был просто шок. Она несколько секунд или даже с минуту как заколдованная смотрела на меня с полуоткрытым ртом и ничего не говорила.
— Свет, у тебя мелочи рубля три не будет, — спросила я и повернулась к сестре.
— Сейчас посмотрю, — тоже опешив от моего поведения сказала с небольшим замедлением сестра и открыв сумочку, достала кошелёк и достав две монетки, подала их мне.
— Вот сто пятьдесят три рубля — сказала я и протянула их кассиру.
Она протянула руку и подняла голову и взглянула на меня. Взяв деньги, она снова взглядом пробежала по мне и выбив чек, подала мне сдачу несколько копеек. Я взяла их и по привычке раскинув полы шубки. Положила их во внутренний карман, тем самым ещё раз продемонстрировав что под шубкой я совсем голая.
Продавщица видно пришла в себя и чтоб как то разрядить обстановку и показать нам, что она нисколько не удивилась и не смутилась, она улыбнулась и сказала.
— И не холодно вам девушка в таком виде зимой разгуливать.
— Я просто спешила и не успела одеться — усмехнувшись ответила я и отошла в сторону чтоб сложить продукты в пакет.
Потом рассчиталась Света и мы вместе вышли из магазина под пристальным взглядом продавщицы, которая посмотрев нам в след, улыбнулась и повернувшись стала рассчитывать очередного покупателя.
Света конечно потом меня наругала и сказала что больше со мной по магазинам ходить не будет, но уже через неделю мы снова вместе гуляли и я снова была так же одета, правда я никому не демонстрировала этого.

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2728
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои рассказы про эксгибиционизм. Пагубная привычка

Сообщение 02 июл 2019 06:59

Вспоминая свои приключения с самого детства и особенно со школьного возраста, я часто игнорировал эти два года жизни, проведённые в общежитии техникума. Каждое лето первые два курса мы разъезжались по домам на летние каникулы и только после третьего курса у нас началась производственная практика и окончив учёбу, мы, а это я и Мишка, который жил со мной в одной комнате, остались проходить её. Третий парень, который жил с нами уехал к себе домой.

Мои рассказы про эксгибиционизм. Пагубная привычка.
Часть 1
.

Мишка был парнем рослым, крепкого телосложения и занимался спортом. Точно не припомню уже, столько лет прошло, но какой-то восточной борьбой. Я был хуже его и ниже ростом хотя тоже любил спорт, и занимался, по характеру своего телосложения лёгкой атлетикой. Не сказать, что серьёзно, так для пользы дела чтобы по физре всегда, был зачёт и в случае чего можно было слинять с уроков на соревнования, на которых среди техникумов мы не занимали высоких мест, но изредка бывали и вторые и третьи места.
Рано утром мы вставали нехотя, раскачивались и брели на завод, а после работы, уставшие, шли в общагу и валялись некоторое время на своих кроватях. С непривычки ничего не хотелось делать. Ведь мы ещё никогда не работали столько много и было непривычно, а потом ещё эта летняя июньская жара сводила просто с ума. После обеда на градусниках чуть ли не каждый день было выше сорока градусов.
Первый же выходной совпал с моим днём рождения, и мы с Мишкой купив кое-что закусить и выпить решили немного расслабиться и по бухать. Открыв консервы и нарыв на стол что было и что купили, мы выпили за мои двадцать лет, потом ещё и ещё и мне стало уже плохо. Кружилась голова и всё шло кругом. Я очень редко выпивал и мне видно в такую жару этого было достаточно. Ну а для Мишки это было так, словно слону дробина, но и этого видно хватило, чтобы в такую жару ему можно было захмелеть. Общага была практически пустой, и нам, некого было стесняться, тем более что мы жили на пятом этаже. Ходили что он то и я только в спортивных трусах ну и комнатных тапочках. Я сказал Мишке, когда он снова налил в стаканы остатки водки.
— Всё, мне хватит, а то я свалюсь прям тут. Помоги до кровати дойти.
Мишка подхватил меня под руки и в два шага дотащил до кровати и уложил. Я с трудом различал что за окном и закрыв глаза куда-то стал проваливаться. Всё кругом кружилось, и я словно летел. Как я отключился я не помню. Пришёл в себя спустя пару часов.
— Ну что, очухался, — спросил Мишка, сидевший на кровати, напротив.
— В туалет хочу — сказал я и качаясь встал и придерживаясь за кровать, а после за стену вышел в коридор.
Когда я шёл назад, то увидел, как Мишка стоял в коридоре возле окна и дымил сигаретой. курил он редко, но иногда потягивал в компании. Стоял он ко мне боком, и я заметил, как у него спереди оттопыривались трусы и понял, что он возбуждён. Я сделал вид что мне всё равно и зашёл в комнату и лёг на кровать и тут меня осенило, словно током ударило. Мишки ещё не было в комнате, а были слышны его шаги. Наверное, тоже пошёл в туалет подумал я и борясь сам с собой слегка поёрзал на кровати так что мои трусы немного задрались, а из одной штанины показалась оголённая головка. Притворившись, что я снова отключился, я закрыл глаза и стал ждать, когда придёт Мишка. После школы и друга Димки я стеснялся перед кем-либо показать, что у меня возбуждён член и вот я решился. Ждать пришлось не так долго. Скрипнула дверь, и я услышал голос Мишки.
— Серёга, ну как ты?
Я лежал и молчал, притворяясь спящим. Мой член не был возбуждён, а лишь всего самую малость напрягся и выглядывал из штанины трусов на пару сантиметров. Я лежал, запрокинув голову и сопел словно сплю.
— Снова что ль отрубился — сказал вслух Мишка.
Он подошёл ко мне и толкнул в плечо рукой, но я никак не прореагировал. Он попытался меня растормошить, но было бесполезно. Я усиленно притворялся. Он постоял возле меня, возможно или разглядывал ли решал, как меня разбудить, но вскоре отошёл в сторону и стал звенеть посудой и стаканом на кухонном столе. Я приоткрыл левый глаз и в зеркало, стоявшее на тумбочке, одним слегка приоткрытым глазом, увидел своего товарища по комнате. Он держал в руке журнал с девушками в купальниках, а другую руку запустил себе в трусы и тискал ею свой возбуждённый член.
Я понял, что он и боится и ему хочется подрочить его, никого не стесняясь. Вскоре Мишка снова подошёл ко мне и снова попытался меня разбудить, но было бесполезно. Я так вошёл в роль что притворялся мертвецки спящим и только мычал в ответ на его толчки и больше ничего. Мишка снова отошёл вглубь комнаты и уже осмелев вынул свой член поверх трусов и стал дрочить, разглядывая картинки в журнале. Вскоре он замер и из его члена брызнула густая струя спермы и отлетев в сторону на метр плюхнулась на пол. За ней вторая, третья и уже более слабые ещё две небольшие струйки. Мишка затих и некоторое время машинально двигая по своему члену рукой, запрокинув голову назад ловил кайф. Я наблюдал за ним и мой член тоже стал возбуждаться, но не так сильно.
Мне тоже хотелось подрочить но я сдержался и не зря. Вскоре Мишка, вытерев головку своего члена, спрятал его в трусы и взяв половую тряпку затёр следы своего так сказать извращения. Потом он сходил в коридор и его долгое время не было, а когда вернулся то подошёл ко мне и снова попытался меня разбудить, но я спал словно убитый. Я не видел его взгляд, но понял, что он разглядывал мой член, который был полувозбуждён и торчал из штанины трусов уже на половину. Я только изредка мычал на его толчки в плечо или бок.
Отойдя в сторону Мишка вскоре снова подошёл ко мне, и я почувствовал, как его рука коснулась моего выглядывающего члена. Он вроде попытался сначала его затолкать в штанину, но потом видно передумал и оголил головку. Сделав несколько поступательных движений туда — сюда, он стал поглядывать на моё спящее лицо и подрачивать мой член который уже уверенно стал возбуждаться. Мишку это видно завело и не просто завело, а сильно что он высвободил мой член полностью и уже держа его в кулаке смело дрочил. Мои яйца то падали ударяясь о ногу то подлетали вслед за рукой вверх и снова падали.
Я уже чувствовал, что скоро кончу и собрав себя в кулак что стоило мне не мало усилий продолжил притворяться беспробудно спящим. Первая струя спермы вскоре вылетела вверх и плюхнулась на кровать. Следующие просто вылетали вдоль моего тела сами по себе куда попало так как Мишка сразу отпустил мой член и убрал руку и быстро отошёл в сторону, боясь, что вдруг я могу проснуться. Он некоторое время наблюдал за мной со стороны, а потом вышел из комнаты. Вернулся он скоро и сразу сел на свою кровать, напротив. Я как лежал, не подавая никаких признаков, а спустя с полчаса или что-то в этом роде я с трудом сместил ногу в сторону и слегка повернулся на бок и снова продолжил как бы спать, рас стерев по кровати свою сперму своими же ногами. Так я провалялся пока Мишка не лёг спать и только после этого, как услышал, что он заснул, встал с кровати и замыв пятна на постели смыл всё с себя и попив воды тоже лёг спать.
Утром проснулся делая вид что ничего не случилось, да и Мишка своим поведением делал всё чтобы у меня не появилось к нему вопросов. На утро началась новая неделя, а я уже стал подумывать чтобы снова придумать к следующим выходным, какой найти повод для застолья чтобы немного выпить и снова отключиться.

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2728
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои рассказы про эксгибиционизм. Пагубная привычка

Сообщение 02 июл 2019 07:00

Мои рассказы про эксгибиционизм. Пагубная привычка.
Часть 2
.

Желание найти повод и побухать стало появляться всё чаще и чаще. Причину, я всегда высасывал то из пальца, то с потолка и мои поводы всегда проскакивали. Я и Мишка почти каждые выходные устраивали небольшую пьянку и как всегда я после третьей или четвёртой стопки срубался и валился со стула на пол. Мишка перетаскивал меня на кровать и укладывал, а я уж старался лечь так чтобы из свободных спортивных трусов мой член и яйца вываливались наружу, и Мишка мог их видеть. Когда Мишка выходил в коридор, я поворачивался удобнее и ещё больше сам своими руками вытаскивал наружу скрывшийся под тонкой тканью трусов член и яйца. В итоге всё заканчивалось, как и в первый раз. Дальше я притворялся что в отключке, а Мишка, толкал меня то в плечо пытаясь разбудить, и убедившись, что я ни на что не реагирую дрочил и тискал мой член поливая меня же моей спермой, а в последствии стал дрочить стоя возле меня и выбрызгивал и свою сперму на меня.
Прошёл месяц и вот однажды устроив с Мишкой очередное застолье с водкой и пивом, я в одних трусах отправился в туалет. Хорошо, что общага была пуста и только в трёх или четырёх комнатах жили такие же студенты, которые отрабатывали практику. Но они жили на втором и третьем этажах, а наш пятый этаж полностью пустовал и бояться, что кто-то увидит было нечего. Здание было длинным около сотни метров и коридор от комнаты до туалета казался нескончаемым. Сходив в туалет я со спущенными трусами вышел в коридор и пройдя несколько метров сделал вид что упал и отключился. Мишка долго ждал меня, а потом выглянул в коридор и увидел такую картину.
Я лежал со спущенными трусами посреди коридора практически голый. Взяв меня под руки, он волоком дотащил до кровати и положил на неё, а мои трусы, спавшие с меня по коридору, ногой запнул в комнату иоставил возле порога. Я так и лежал голый перед глазами Мишки. Всё повторилось так же, как и прошлые разы и я ждал обрызганный весь спермой словно я во сне сам на себя кончил и когда Мишка заснул я ночью встал и всё убрал за собой. Утром конечно пришлось немного оправдываться перед товарищем.
— Миш, ты извини что так вчера вышло, просто срубило, когда вышел в коридор и даже трусы не смог натянуть.
— Ничего, бывает — сухо ответил он.
— Ты только не говори об этом никому — попросил я его.
— Да кому я скажу, засмеют если узнают, что я тебя голого по этажу пьяного таскал — ответил он.
Впереди была суббота и воскресенье, и мы не стали брать водку, а набрали пивка чтобы опохмелиться и таким образом закрепит наш устный договор. Немного посидев я пошёл в туалет пока ещё вполне нормально чувствуя себя, и Мишка вслед мне сказал.
— Смотри трусы не потеряй, а то снова мне собирать придётся и их и тебя — и усмехнулся.
— Я могу их сразу снять чтобы ты не пачкал о них руки если что и тоже улыбнулся.
Мишка промолчал и ничего не ответил, и я понял всё зависит от меня. Решусь я или сейчас, или никогда, тем более что приближалась середина лета и через месяц в общаге могли уже появиться другие студенты. А когда человек немного выпьет, сразу становится смелее и решительнее. Надо было что-то решать и я, глянув на Мишку, стянул трусы и бросил в шкаф и сказал.
— Надеюсь ты об этом не расскажешь никому. Жарко уж сильно.
— Ладно вали давай, а то ещё бокал пивка дерябнешь и стриптиз начнёшь танцевать — сказал он.
Я голым вышел в коридор. Было страшно, но хмель давал в голову и придавал решительности. Тогда мне этот путь показался самым трудным и самым длинным, но я спокойно сходил в туалет, а когда возвращался назад то увидел Мишку сидевшим на окне в коридоре и дымившим сигаретой. Он во все глаза разглядывал меня. Я подошёл к нему и попросил закурить. Он протянул мне пачку и я, взяв сигарету, прикурил и сделал затяжку как Мишка спросил меня.
— Что так и будешь ходить?
— Если ты против, то да, но я могу одеться, если тебе не приятно это, хотя жара такая что хоть сейчас бы в воду окунуться.
— Да нет, мне всё равно, если хочешь то ходи так — ответил он.
Я был шокирован таким ответом и не знал, как мне поступить. Когда мы вошли в комнату, я достал из своей тумбочки другие более свободные трусы и надел на себя. Мы сидели, пили пиво и смотрели фильм, закаченный на ноутбуке. Интернета в общаге не было, и мы часто закидывали то с дисков то так у кого-то с ноутбука несколько фильмов, которые нам нравились и смотрели, когда было время и нечего было делать. А когда он закончился то я снова, шатаясь из стороны в сторону, вышел в коридор так как нужно было в туалет и естественно снова оставил трусы в комнате. назад я уже не вернулся, притворившись что отключился и так и лёг голым в коридоре. В таком виде меня снова занёс в комнату Мишка и я после этого стал ему полностью доверять.
Утром, когда я проснулся и всё убрал, как и прошлые разы я сходил умылся, а когда вернулся, как спал и был голым, в комнату, Мишка уже проснулся и удивился что я снова разгуливаю без трусов. Риск был что кто-то случайно забредёт на этаж и заметит, но он был минимальный. Мишка не хотел, чтобы меня застукали и приплели к этому ещё и его и сказал мне.
— Ты Серёга будь осторожнее, а то вдруг кто увидит.
— Этаж пустой, и кто сюда в такую жару полезет — ответил я, а потом меня словно иголками кто-то ткнул, и я рассказал, что у меня это желание голым ходить ещё со школы, когда мы с другом дрочить бегали на кукурузное поле и тут же спросил Мишку.
— А ты в школе часто дрочил?
Мишка не ожидал такого поворота в разговоре и откровенного вопроса и смутился, но потом ответил.
— Да было, как и у всех.
За время завтрака я ещё кое в чём признался Мишке и после этого он уже не спрашивал меня в трусах я пойду в коридор или нет. В течении всего воскресенья мы нет-нет, да и возвращались к разговорам о школе, и кто что делал в те годы. Я признался о том, что с другом часто бегали голыми и дрочили, а Мишка рассказал, как он первый раз попробовал это и ему понравилось.
А в понедельник, когда мы пришли с практики, случилось то о чём мы даже и не могли мечтать, живя в общаге...

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2728
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои рассказы про эксгибиционизм. Пагубная привычка

Сообщение 02 июл 2019 07:01

Мои рассказы про эксгибиционизм. Пагубная привычка.
Часть 3
.

Мы переоделись и ходили в одних шортах как в комнату постучали. Мишка был ближе к двери и открыл её. В коридоре стояли двое ребят нашего возраста в униформе.
— Мы настраиваем интернет, у вас ноутбук есть? — спросили они.
— Да, есть — ответил Мишка и достал из тумбочки свой ноутбук.
Ребята вошли в комнату и написали нам пароль для входа в инет через вай-фай. Потом настроили наш ноутбук и ушли и уже через полчаса мы сидели с Мишкой за ноутом и шарились в интернете сначала по эротическим сайтам и разглядывали разные картинки не спеша потягивая пивко, а когда хорошо захмелели то я набрал один сайт и перед нами открылись странные для Мишкиного понимания картинки на которых было изображено как девушки развлекаются с мужскими гениталиями. Мишка был в шоке, но по его шортам было видно, как его член возбудился, да и мой уже давно стоял колом, и я был уверен, что Мишка видел это, но мы были так увлечены разглядыванием картинок и просто не обращал на это внимание. Хмель дал о себе знать, когда на одной из фоток стоял парень с перетянутым членом и яйцами, а на него смотрели две девушки и улыбались.
— Мне мой друг часто так делал — вылетело из меня.
— Не больно было — машинально спросил Мишка и тут же ойкнул.
Я тоже врубился что сказал и увидел на себе пристальный взгляд Мишки. Он был в шоке и мне ничего не оставалось чтобы снять пелену с его глаз и развеять все сомнения, и я рассказал, как мне Димка, мой друг, перетягивал и член, и яйца, и как мы потом дрочили, бегая по полю голыми.
— Не боялись, что вас кто-то увидит — спросил Мишка.
— Боялись конечно, поэтому и убегали подальше от села и дома — ответил я.
— А одежду что с собой носили — спросил он, уводя разговор в сторону на другую тему.
— Нет, прятали или зарывали в песке на опушке леса — ответил я и понял, что надо начинать притворяться и я, встав из-за стола, оставив на экране картинку крупным планом на которой был изображён перетянутый член и яйца и вышел в туалет, оставив Мишку одного чтобы он собрался с мыслями. Назад я снова не вернулся как бы отключившись и упав в коридоре на пол со спущенными шортами.
Дальше, всё было, как и раньше. Мишка затащил меня в комнату и уложил голым на кровать так как мои шорты сползли с меня по дороге в коридоре. Я делал все усилия чтобы он подумал, что я ничего не соображаю и вскоре почувствовал на своём члене его руку. Мишка тискал мой член, дёргал его всяко разно, а минут через пять куда-то ушёл. Я продолжал лежать, затаив дыхание и лишь иногда тяжело вздыхал. Мишка чем-то шумел и гремел возле двери. Вскоре он снова подошёл к моей кровати и стал звать меня и толкать в плечо, но я продолжал притворяться бесчувственным. Мишка снова стал тискать мой член, который вскоре стал возбуждаться и тут я почувствовал, как что-то мягкое легло мне на бедро. Открыть глаза я не мог чтобы посмотреть, но вскоре понял. Это была мягкая верёвочка, которая в последствии оказалась шнурками от ботинок или кроссовок.
Видеть картинку на экране одно, а увидеть то что я ему показал в живую, совсем другое. Может Мишка и не решился бы на это будь он трезвым, но хоть он и был трезвее меня, а хмель сыграл своё и насмелившись, Мишка стал обматывать мой возбуждённый член шнурком у самого основания, делая один оборот за другим, а затем сделал узел и стал затягивать его. Тянул он осторожно боясь причинить боль и делая небольшие паузы. Вскоре он снова стал обматывать и снова стал затягивать очередной узел. Когда шнурок закончился, он взял мой член и стал дрочить его тиская второй рукой то свой член, то мои яйца, а спустя минут десять он стал наматывать так же второй шнурок уже на мои яйца оттесняя их от основания с каждым витком всё дальше и дальше. Я чувствовал, как мошонка растягивается, а ломота в яйцах становится чуть сильнее, но терпел и не подавал вида и это успокоило Мишку давая ему возможность поступать так как ему было удобно. Когда был завязан последний узелок, а концы шнурков запрятаны чтобы не болтались под рукой, Мишка взял мой член и снова стал дрочить его делая резкие движение своей рукой вдоль него. Мои яйца просто болтались словно маятник то в одну сторону то в другую ударяя меня то по одной ноге то по другой.
Вдруг Мишка отпустил мой член, и я почувствовал, как что-то тёплое стал падать или капать на мой живот, и я понял, что он кончил на меня. Вскоре он встал и ушёл. Я слышал, как скрипнула дверь и защёлкнулась на щеколду.
— Наверное он пошёл покурить — подумал я и открыл осторожно один глаз и в зеркало, стоявшее на моей тумбочке осторожно оглядел пустую комнату. Потом я приподнял голову и стал разглядывать то, что натворил Мишка. Было необычно и интересно и пока ничего страшного в этом я не разглядел. Хоть яйца и ломило немного, но они даже синеть не начали, и я снова притворился и стал ждать прихода Мишки. Когда пришёл Мишка, он снова стал расталкивать меня, но убедившись, что я не подаю никаких признаков снова стал дрочить мой член, который продолжал торчать и синеть. Вскоре член стал дёргаться как бы кончая, но сперма из него не выбрызгивалась, и Мишка испугался. Член продолжал вздрагивать, а Мишка спешил скорее развязать шнурки что намотал и затянул на узлы на мои яйца, а потом не дождавшись что сперма вытечет мне на живот стал разматывать и сам член. В итоге выбежала всего одна или две небольших капли и всё. Мишка испугался думая, что он что-то нарушил внутри меня и отошёл в сторону и лёг на свою кровать. Когда он уснул я среди ночи проснулся и голым пошёл в туалет скрипнув дверьми, таким образом разбудил своего друга. Он встал и осторожно выглянул в коридор заметив лишь вдалеке мою голую задницу. Я, сделав все дела не спеша шёл назад, дымя сигаретой и возле нашей комнаты сел на окно и докурив вернулся назад.
— Ты где был — спросил Мишка.
— В туалет ходил и покурил, — ответил я.
— А почему голый — спросил Мишка.
— В общаге все спят, кто в ней есть и такая тишина, кого бояться то — ответил я.
— Так ты вообще тогда не одевайся если бояться некого — сказал Мишка.
— А что, это даже будет интересно попробовать — сказал я и снова вышел голым в коридор.
Пройдя по всему коридору до лестницы, я спустился на четвёртый этаж и заглянул туда. Там было тихо. Я прислушался и стал спускаться на третий этаж и там тоже было тихо. А когда я спустился на второй этаж и прислушался то услышал наверху шаги и перепугался. Выглянув через перила вверх, я увидел, как на верху мелькнула голова Мишки и понял, что это он потерял меня и пошёл искать. Я не спеша стал подниматься вверх. Мишка заметил меня и показал мне кулак, а когда я пришёл в комнату он стал ворчать на меня.
— Ты зачем голый вниз спустился, а если бы кто увидел, чтобы они подумали про нас? — вопил он.
— Кто бы увидел, все дрыхнут — ответил я и позвал его в коридор.
— Зачем — спросил он.
— Сейчас увидишь — сказал я и завёл Мишку в пустую комнату на противоположной стороне и велел высунуться в окно.
— Смотри ты хоть одно окно видишь, чтобы в нём горел свет — спросил я.
— Нет — ответил Мишка.
— Пошли на нашу сторону — позвал я и когда Мишка убедился, что свет ни где не горит немного успокоился и сказал.
— Всё равно так не надо делать.
— Я это сделал, чтобы тебе доказать, что не врал и что в школе с другом чудили ой ё ёй как.
— Надеюсь больше ты так делать не будешь — спросил Мишка.
— Нет, разве что на спор с тобой только. — ответил я и рассмеялся.
Спать уже не хотелось и мы, включив ноут, залезли в интернет и долго разглядывали разные фотки. Мишка иногда спрашивал кое-что у меня, а я если знал, то отвечал сидя рядом с ним голый и уже не стеснялся этого.

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2728
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои рассказы про эксгибиционизм. Пагубная привычка

Сообщение 02 июл 2019 07:07

Мои рассказы про эксгибиционизм. Пагубная привычка.
Часть 4
.

После этого мои ночные похождения стали частыми и даже на трезвую голову, мог легко ночью встать и голым выйти в коридор и сходить в туалет и посидев на подоконнике в коридоре покурить и вернуться обратно. Мишка поначалу возмущался, но вскоре перестал. Я уже не стал искать повода чтобы замутить с ним посиделки с выпивкой, и он стал искать повод сам, и когда он его находил я всегда подыгрывал ему притворившись в стельку пьяным я падал на пол то прямо в комнате то в коридоре, и он меня голого тащил в кровать и убедившись, что я ничего не чувствую игрался с моим членом и яйцами надрачивая его перетягивая до посинения или сам мог запросто обмочить меня сказав потом что это якобы я сделал во сне. Ему нравилось таким образом унижать меня, когда я этого как ему казалось не вижу и не чувствую. А мне в свою очередь нравилось таким образом подставлять своё голое тело под его прихоти и желания.
Как-то после работы мы с Мишкой зашли в магазин купить гвоздей и ещё кое-что чтобы отремонтировать шкаф. И тут я заметил на витрине маленький замочек и на ухо Мишке шепнул.
— Помнишь я тебе про Димку рассказывал, он как раз вот таким замочком меня пристёгивал.
Мишка удивился, но ничего не сказал, а на другой день я увидел дома на столе два таких замочка.
— Хочешь попробовать? — спросил я у него.
Мишка замялся и переведя разговор на другую тему, ушёл от прямого ответа. Уставшие после работы мы вечера просиживали за ноутбуком разглядывая разные эротические картинки. Иногда смотрели разные ролики, и Мишка часто удивлялся тем или другим проделкам героев тех роликов. Я продолжал навязывать Мишке своим примером образ свободного человека и после работы в жару в комнате чуть ли не всегда ходил голым. То находил повод трусы постирал и сушил, то штаны порвал якобы и сидел зашивал. То в туалет приспичит, и я срывался с кровати голым и бежал по коридору через весь этаж.
Первый раз это случилось в июле в очередной выходной. Была суббота, время после обеда. Я сорвался и голым убежал в туалет. Мишка ждал-ждал меня и взяв пакет закрыл комнату и ушёл в магазин. Когда я вернулся и толкнул дверь в свою комнату, она была закрыта. Я несколько раз постучался тихонько, чтобы не шуметь как никак стоял посреди коридора голым. Но мне никто не открывал. Пришлось прятаться в пустой комнате и ждать, а ждать пришлось около часа пока я не услышал шаги на этаже. Когда услышал знакомый скрип двери я понял, что это пришёл Мишка и выглянул. Сколько было радости тогда что это был он. Мишка конечно стал оправдываться что совсем забыл про меня и машинально закрыл комнату, но я ему тогда не поверил, и не стал сердиться на него.
В другой раз я сам сказал Мишке уходя голым в туалет.
— Если вдруг захочешь в магазин сходить, то закрывай комнату, я тебя на этаже подожду, а то открытой оставлять не надо, вдруг кто заглянет, а там нет никого. Утащат ещё что-нибудь.
Так и случилось во второй и в третий раз и много раз в последующие разы. Мишка, как только я выбегал голым в туалет, или коридор. Сразу срывался и закрыв комнату уходил из общаги то на час, то на два, а бывало и до самого вечера и мне приходилось голым мотаться по этажам и прятаться от каждого шороха и шага. Но это мне нравилось, и я изучил все углы и укромные места, где я мог голым прятаться и пережидать, когда минует опасность и находящиеся рядом парни или девушки уйдут в свои комнаты.
Так продолжалось все летние каникулы пока не начали приезжать студенты и мы всё прекратили, но иногда оставаясь в комнате на выходной одни, закрывали двери на ключ словно нас нет, и я голым, а Мишка в одних шортах как обычно, смотрели то фильм в интернете, то просто разглядывали разные картинки. Я уже не стал притворяться и если Мишка хотел, то я позволял ему защёлкивать на мой член купленные им маленькие замочки, от чего мой член зачастую напрягался и вздувались вены, и он медленно синел. Эта процедура завораживала Мишку, и он часто бросал на меня косые взгляды.
Так прошёл учебный год и снова начались каникулы, последние в нашей учёбе. А дальше выпускной и кто его знает куда нас раскидает судьба. Мы решили провести его очень необычно, и я уже не стеснялся Мишки, а он меня и мог запросто подойти и сказать мне.
— Давай тебе член передавим или яйца.
Я конечно соглашался и наблюдал как он это делал и всегда вспоминал своего школьного друга Димку. Когда в общаге почти никого не осталось Мишка предложил мне игру, и я согласился. Он брал замочек и застёгивал его у основания моего члена и уходил с ключиком, а я уходил в туалет, когда я возвращался то комната была закрыта, а под дверью записка.
«Ключ лежит за газовой плитой на одном из этажей. Я в магазине»
Оставшись с передавленным членом, я не мог попасть в комнату и мне приходилось ходить по общаге голым и искать где ключ, на каком из четырёх этажей, где в кухне стояло по четыре газовых плиты. На каждом этаже мог жить один или два человека, или в двух-трёх комнатах такие же студенты кто оставался на лето чтобы подработать. Приходилось очень быть осторожным, и я часто не мог проверить все кухни так как иногда меня чуть не обнаруживали и приходилось, прячась в пустой комнате, терпеть, когда придёт Мишка с магазина и сам меня найдёт. Было рискованно оставаться долгое время с передавленным членом или мошонкой, но меня это возбуждало и мне самому этого хотелось, а Мишка от этого что он сделал со мной просто тащился. Сам он только этим последним летом и то по ночам мог сходить в туалет голым и то боялся, но всё же пересиливал себя и бежал по всему этажу туда и обратно. Так шаг за шагом Мишка привыкал к нудизму, а я привыкал к ему и к его необычным желаниям, которые мне нравились.
После защиты диплома нас с Мишкой распределили на наш завод, и мы обрадовались, что снова будем вместе. Получив документы, мы съездили каждый к себе домой в деревню и через две недели, как и договорились, встретились возле завода. Пройдя собеседование и сдав документы, мы стали устраиваться. Жилья свободного конечно не было и нам одна женщина предложила посмотреть объявления, которые оставляют жители в желании сдать свою квартиру или комнату. Пересмотрев с десяток объявления, мы остановились на двух, подходивших нам по цене.
— А это далеко от завода,- спросили мы у работника который принимал наши документы.
— Да, почти через весь город ехать нужно — ответила она.
— А вот этот адрес? — спросили мы, протянув второе объявление.
— Минут десять пешком, возле железной дороги — ответила женщина.
Это нам подходило и мы, взяв объявление попросились позвонить. Договорившись о встрече на квартире через два часа с будущей хозяйкой, мы оформились и пошли погулять. У нас было два дня на обустройство, а с понедельника уже нужно было выходить на работу.
Гуляя по улице, мы незаметно дошли до нашего предполагаемого жилья и стали ждать хозяйку сев на скамейку возле подъезда. Вскоре подъехала машина Лада с удлинённым багажником и из неё вышла женщина средних лет. Возраст был как у наших с Мишкой родителей, примерно.
— Это вы мне звонили — спросила она, подойдя к нам.
— Да, — ответили мы хором.
Она улыбнулась и пригласила нас в квартиру. Мы вошли в подъезд трёхэтажного дома постройки пятидесятых. Обычно их называли хрущёвками. Квартира была на первом этаже справа сразу по ходу лестницы. Хозяйка нас пригласила войти, и мы войдя стали осматриваться. Квартирка была не очень большой. Две комнаты не очень большие, и кухня тоже два на два метра. Была ванна и санузел совмещённые. Одна комната выходила на сторону где была улица и вход в дом. Вторая выходила на противоположную сторону. Мы, осмотревшись оба повернулись к хозяйке.
— Нас устраивает — сказал Миша.
— Да — ответил я согласившись с ним.
— Ну тогда давайте знакомиться. Меня зовут Маргарита Ивановна, а Вас — сказала хозяйка.
— Я Миша — ответил друг.
— Я Сергей — сказал я.
— Ну вот и хорошо, познакомились. А теперь поговорим об оплате — сказала Маргарита Ивановна.
— Мы хотели бы заплатить как получим первую зарплату — сказал Миша.
— Молодые специалисты значит — сказала Маргарита.
— Да — ответили мы в голос.
— Хорошо, я могу вам пойти на уступки, но должна забрать у вас паспорта.
— А вдруг нам они ещё понадобятся — спросил Мишка.
— Хорошо, тогда, я запишу ваши данные, а за паспортами приеду через две недели — сказала она и мы согласились.
Оплата нас устраивала и условия тоже, да и до работы совсем рядом. Десять минут пешком не спеша, а если бежать, то пять минут и там.
Так началась наша новая жизнь и новая работа.

Ответить