Мои фантазии

Не только об одном онанизме же читать всю жизнь ;-)

Модератор: 0льгерт Палтус

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2729
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои фантазии. Двоюродная сестра

Сообщение 07 ноя 2018 10:37

Мои фантазии. Двоюродная сестра.
Часть 2. Лыжная прогулка

Прошла зима и наступила весна, морозы ослабевали, а днём иногда была слышна капель с крыш, а на открытых местах даже образовывались небольшие лужи. Вот и мартовские праздники прошли, а на календаре было двенадцатое марта, пятница, как я вдруг услышал, скрипнула калитка. Я выглянул в окно, и просто обалдел. Во двор входила Таня, держа в одной руке сумку, а в другой лыжи. Я выбежал на крылечко и встретил её, конечно сильно обрадовавшись, забыв, что я голый, как и ходил дома, так и выскочил. Таня окинула меня взглядом и улыбнувшись, подала мне сумку, а лыжи поставила к стене веранды и сказала.
— Я сейчас — и направилась в сторону домика неизвестного архитектора.
Я занёс сумку в дом и натянул штаны, отвык за зиму от присутствия рядом Тани. Вскоре пришла сестра и спросила. В то время как я уже накрывал на стол что было.
— Ну что в прогулке на лыжах не откажешь мне. — спросила она.
— Нет, конечно, только завтра после обеда, сегодня уже поздно — ответил я.
— Здорово — ответила Таня.
— А что так поздно то надумала покататься, зима то уж е прошла почти, тает кругом — сказал я.
— К дочери переезжала и домик продала чтобы дочери помочь вступить в ипотеку, а то с двумя детьми ютятся в двушке малогабаритной — пояснила Таня.
— А ты сейчас, где будешь жить, если свой домик продала — спросил я.
— У мужа есть квартира однушка, пока там будем с ним. Он часто по командировкам, так что нам много не нужно — пояснила сестра.
— А в ипотеку то, какую хотите брать. — поинтересовался я.
— Хотят трёхкомнатную, улучшенной планировки — рассказала Таня.
За столом Таня мне поведала вкратце о причинах другого плана, почему она не смогла приехать ни разу, за всю зиму и я понял, что у меня много проблем дома и на работе, а у неё в городе ещё больше, хотя кажется что там, печи не топить, воду не носить. Отработал и отдыхай. Это просто со стороны кажется, что там всё хорошо и благоустройство и удобства все, а взаимоотношения то между людьми, что у нас то и у них в городе одни и те же. Просто мы в деревне больше загружены домашними делами и на многое не обращаем внимание. А там, в городе, это проявляется сильнее.
Дальше вечер прошёл в спокойной так сказать семейной обстановке. Мы разговаривали словно давно не виделись, а рано утром, я забыв про Таню, встал как обычно голышом и вышел во двор. Затопил баньку, принёс дров в дом и затопил обе печки, а потом взял вёдра и пошёл на колодец в огород за водой, а когда вернулся, то Таня уже проснулась и снова так удивлённо смотрела на мой вид. Пришлось кое-что накинуть на себя, чтобы не смущать сильно сестру.
— Извини, забыл, что я не один — снова стал оправдываться я.
Позавтракав и управившись со всеми делами, мы стали собираться на лыжную прогулку. Порошил немного снег, но было тепло и даже капало с крыш на южной стороне дома. Таня переоделась и вышла во двор. У меня тоже всё было готово к прогулке, и мои лыжи стояли рядом с лыжами сестры.
— Я готов — отозвался я.
— А где твой спортивный костюм для лыж — спросила сестра.
— А у меня его никогда и не было. Я всегда так катаюсь или без всего — ответил я.
— Голый, что ли? — спросила Таня.
— Ага — ответил я.
— Не боишься что отморозишь и потеряешь — хихикнула сестра и взяв свои лыжи вышла на улицу. Я проследовал за ней. Идти далеко не пришлось, так как лыжня шла практически сразу за крайними домами, и мы став на лыжи стали скользить по слегка обледеневшей лыжне чуть-чуть припорошенной свежим снегом. Иногда перекидывались короткими фразами. Деревня уже скрылась за деревьями и остановившись Таня окинула меня взглядом и сказала.
— Серёж, купи себе костюм, чтобы на лыжах кататься. Неужели тебе удобно в курточке и таких брюках кататься?
— Я могу снять, если тебе кажется что мне так неудобно — ответил я.
— Мне всё равно, но ты ведь сам замёрзнешь, да и как будешь и одежду держать и палками отталкиваться — ответила в недоумении сестра.
Я остановился, и быстро сняв курточку и лёгкий свитер, что был надет под ней. Потом стянул брюки и свернув всё это замотал в курточку и подошёл к сосёнке. Затолкав под нижние ветки свою одежду, сверху забросал снегом.
— Думаю, так не будет ничего мешать. — ответил я, догоняя Таню, которая в это время уже убежала вперёд.
Услышав скрип лыж и моё тяжёлое дыхание сзади, она обернулась и ойкнула.
— Ты что, простыть хочешь? И потом увидеть могут — возмутилась она.
Снег в это время немного усилился и снежинки медленно падали на обнажённое тело и сразу таяли. Было тепло и тихо, и даже вершины вековых сосен не качались от лёгкого дуновения ветра. Это была самая любимая моя погода для прогулок голышом, но сестра не знала об этом, и мне пришлось ей это рассказать.
— Да кто в такую погоду в лес то пойдёт, тем более на лыжах у нас в селе никто не катается кроме меня. Даже охотников нет — пояснил я.
— Дело хозяйское, не оборачиваясь и скользя дальше, ответила Таня и даже немного ускорилась.
Так мы катились друг за другом, она впереди а я следом за ней. Её попка обтянутая спортивными штанами виляла перед моими глазами, и я иногда, то возбуждался, то мой член от весенней прохлады опадал и болтался между ног. Яички вжались в моё тело, а под членом был виден только комок сморщенной мошонки от холода, что даже и подумать нельзя было, есть у меня яйца или просто пустая мошонка. Так мы удалялись всё дальше и дальше по лыжне. Таня, конечно, не могла знать всю её длину, но я точно знал, и не хотел останавливать сестру. Выкатившись на карьер из леса она впервые обернулась после того как я разделся и усмехнувшись сказала.
— Не отморозил ещё?
— Нет, даже не мечтай — парировал я, подкатываясь к ней ближе.
Таня снова окинула меня взглядом и сказала.
— Даже так ты смотришься интересней, чем в той рваной курточке и растянутых штанах.
— Извини, я не знал, что для тебя важна одежда во время лыжных прогулок. Обычно я катаюсь без неё и для собственного удовольствия. Я же не в соревнованиях участвую.— ответил я.
Не буду тогда противоречить и мешать — сказала сестра и оттолкнувшись скатилась по лыжне вниз карьера. Я покатился за ней следом, и мы встретились на дне карьера. Так мы поднимались и скатывали несколько раз, а потом снова пошли дальше по лыжне. А когда на опушке показалась деревня, Таня сказала.
— Ну вот, вроде и домой пришли.
Я подкатился поближе и поспешил разочаровать её, сказав.
— Это не наше село, а соседнее.
— Как?! — удивилась Таня.
— Я лыжню каждый раз прокладываю через карьер до этого села. В нём брат старший живёт и родители, и я часто к ним зимой на лыжах приезжаю, навестить. Летом то на велосипеде или на мотоцикле если он исправен. — пояснил я.
— В таком виде — сестра окинула меня взглядом и рассмеялась.
— Нет, конечно, когда я к ним собираюсь я всегда нормально одеваюсь — ответил я, даже немного обидевшись.
— Ладно, я пошутила — всё ещё смеясь, ответила Таня.
— Надо бы как то их тоже навестить. А то узнают, что к тебе приезжала, а к ним нет, могут обидеться. — сказала Таня следом.
— Хорошо, как-нибудь сходим — согласился я.
Мы развернулись и не спеша поехали назад в сторону дома. Снег ещё сильнее повалил, и видимость стала не более сотни метров. В этот раз мы не стали кататься в карьере, так как можно было налететь то на пень, то на поваленное дерево из-за плохой видимости. Когда приехали на опушку леса и увидели, словно в тумане, наше село я сказал.
— А это вот наше село и шагнул на открытое пространство, и только на подходе к селу Таня догнала меня и спросила.
— Ты что забыл про одежду?
Я точно забыл, ведь я обычно всегда если шёл кататься то оставлял одежду дома и никогда не зарывал в снег. Ничего не оставалось, как свернуть с лыжни на берег озера и за огородами вернуться в свой двор, как я делал это обычно. Объяснив это сестре, мы вскоре добрались до калитки, а там, пробежав через огород, вошли во двор, где уже прилично навалило снега.
— А ты что так и бросишь свою одежду в лесу? — спросила сестра.
— Нет, конечно, сейчас погреемся, чаю попьём, я баню протоплю пожарче и схожу.
Таня ничего не ответила, а ближе к вечеру, как баня была готова и Таня ушла греться я вышел на берег озера через огород и сходил в лес за своими вещами, на что ушло у меня не больше получаса так как спрятаны они были в первом лесу в трёхстах метрах от села. Когда я возвращался назад, неся одежду в руке, а Таня в это время выходила из бани в тёплом халате и с полотенцем на голове, то увидев меня, она удивилась и спросила.
— А что ты её там не надел?
Я подал ей брюки и свитер и спросил.
— А ты бы такое надела на себя?
Потрогав руками ледяной свитер и брюки, она замотала головой, и это было понятно, что нет. Таня ушла в дом, а я вошёл в баню и долго парился, а потом, выйдя голым на огород, снова обливался холодной водой, видел, как Таня наблюдает за мной в окно.
Весь вечер мы беседовали, а рано утром как обычно, сестра ещё спала, а я голышом вышел во двор и стал убирать снег. За ночь навалило очень много и мне пришлось потрудиться что я даже не заметил как проснулась сестра и не найдя меня сама вышла посмотреть во дворе. Я даже не слышал, как скрипнула дверь. Увидев меня и усмехнувшись про себя она не стала меня окликать и вернулась в дом а я, наверное, ещё с полчаса разгребал снег и дорожки, а когда вошёл в дом то стол уже был накрыт и Таня позвала меня завтракать даже не обращая внимания на мой вид. Впереди были выходные, и после завтрака сестра снова позвала меня на прогулку, и я согласился. В этот раз мне не пришлось одевать ничего, так как сестра, подшучивая надо мной, свела весь разговор к тому, чтобы я шёл кататься на лыжах сразу из дома голышом, и я согласился. Мы вышли через огород на озеро и вдоль берега, прячась за камышом, быстро оказались на опушке леса. В этот раз первым пришлось идти мне, так как лыжню всю замело, и по целине сестре на своих спортивных лыжах было идти трудно. Всю дорогу я чувствовал на себе её взгляд, но не подавал вида. Мы болтали обо всём. Часто останавливались и отдыхали и снова шли дальше. Прокатившись дважды в карьере, я проторил хорошую лыжню, и мы долго катались, а потом вернулись домой. Так прошли выходные, и мне снова пришлось идти на работу, а сестра осталась на домах.
Так день за днём прошла неделя. Таня привыкла к моему виду, так как я часто сверкал перед ней голышом, и просто не обращала на меня внимания. Я в свою очередь, когда вспоминал что я не один дома, то накидывал на себя что-то из одежды, а иногда, как и спал голым, мог уйти то во двор, то за водой на озеро. Таня собиралась уезжать, и мы ждали выходных, чтобы последний раз в этом году покататься на лыжах. Прогулка прошла как обычно, а в понедельник Таня уехала в город и я снова затосковал.
В этот раз сестра ещё больше узнала обо мне и как не старалась она скрыть своё удивление, я всё равно это заметил и был просто счастлив, что она не обиделась на меня и приняла мои увлечения такими, какими они были. Мы часто созванивались, и она всегда в конце нашего разговора обещала снова приехать ко мне в гости, и я всегда ждал, когда снова скрипнет калитка и в неё войдёт моя старшая двоюродная сестра.
Продолжение следует...

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2729
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои фантазии. Двоюродная сестра

Сообщение 07 ноя 2018 10:37

Мои фантазии. Двоюродная сестра.
Часть 3. Как мне удалось шокировать сестру

Это случилось в конце августа. Таня снова приехала ко мне неожиданно, когда я даже не ждал её. Мы общались вечерами, когда уже были переделаны все дела, и я приходил с работы. Сестра мне помогала сделать заготовки на зиму, прибрать там огурчики, помидорчики и прочее что у меня наросло в огороде. Как то за разговором я спросил у Тани.
— Я не сильно тебя шокирую своим видом, когда появляюсь перед тобой неожиданно голышом?
— Нет, ты меня не шокируешь, я уже привыкла и мне всё равно, в чём ты одет и как привык ходить дома — ответила сестра.
Дальше мы снова лежали в своих кроватях пытаясь заснуть, а на улице даже вечером стояла духота, и я предложил Тане, сходить искупаться. К моему удивлению сестра согласилась и мы, встав каждый со своей кровати, отправились на озере по тропинке. Луна была не полной, но света хватало, и было видно, где и что посажено, где калитка и откуда начинается озеро. То есть кромку воды. Вода была тёплой словно парное молоко, и мы забрели в воду и плюхнулись, зайдя по пояс. Даже вода была не способна охладить жар в теле и снять усталость. Ополоснувшись и на кувыркавшись в воде, мы всё же чуток освежились, и пошли домой. Во дворе сестра попросила меня задержаться, так как ей нужно было переодеться, и я присел голой попой на скамейку и закурил. Через пять минут я вошёл в дом. Таня уже лежала в своей кровати и я пройдя мимо её, лёг на свою и накинул на себя простынь, как и сестра. Тут вдруг Таня спросила меня.
— Серёж, а что у тебя за шрам? Я видела его прошлый раз, когда ты наклонялся и заглядывал под кровать.
— Так ерунда, поцарапался — соврал я.
Таня не стала выпытывать, так как знала, что часто в лесу бегаю голышом и это могло быть вполне правдоподобно. Зато меня это выбило из колеи, и я постоянно думал, зачем я соврал, ведь мог бы сказать правду и посмотреть на реакцию сестры. Этот вопрос меня долго мучил и как то вечером я не выдержал и сам завёл разговор про этот небольшой шрам.
— Таня, извини, я тогда про шрам соврал тебе. Просто растерялся и придумал, что первое пришло в голову. Это зашитый разрез — ответил я.
— В каком смысле разрез? — Не поняла и сильно возмутилась сестра.
— Ну как тебе об этом сказать — начал было я подбирать выражение, и сестра тут же сказала.
— Говори как есть.
— Ладно. Мы с другом вынимали мои яйца и разглядывали их — набравшись сил, выдал я залпом.
Минута молчания и Таня смотрит на меня, открыв рот, и не знает что сказать. Чтобы разрядить ситуацию я снова ляпнул, не подумав.
— Если хочешь, я и тебе могу их показать — произнёс я.
— Ты что. Совсем с ума сошёл, можно ведь грязь занести и их тебе тогда совсем отрежут. Короче ты что, хочешь, чтобы тебя кастрировали? — выдала она.
— У меня друг врач ветеринар и он это умеет делать очень хорошо и умело — пояснил я.
— Я поняла, что ветеринары быстро могут отрезать тебе всё, и потом будет уже поздно сожалеть об этом. — сказала она возмущённым голосом.
— Я же не про то что они могут их отрезать, а про то что он мой друг может осторожно и аккуратно вынуть их и показать а потом назад всё убрать и зашить — пояснил я.
— И давно ты это делал — спросила сестра.
— Два года назад — ответил я.
Некоторое время мы лежали молча. На улице стало уже совсем темно, но ни мне, ни сестре, спать не хотелось. Я даже не знал, про что поговорить с Таней, так как боялся, что она может обидеться на меня и завтра же собраться и уехать.
— Ладно, давай спать и извини за то, что рассказал — произнёс я.
— Не стоит извиняться, это же твоя жизнь и тебе потом хлебать проблемы, которые появятся в последствии или станут следствием того что ты делаешь.— ответила сестра.
— Нам просто захотелось посмотреть на них из любопытства, а потом Семён, так зовут моего друга, всё тщательно обработал, и было всё чисто — пояснил я.
— А что же он тогда не вынул свои. — спросила Таня.
— Самому себе всегда трудно что-то делать, особенно если это касается даже такого небольшого разреза — пояснил я.
Снова пауза и тишина, и вдруг Таня спросила.
— А какие хоть они на вид?
Я даже растерялся, но тут же сообразил, про что речь и как мог, объяснил сестре, как выглядят мужские яички без мошонки. Она молчала и ничего не говорила и тут же за одно, раз разговор пошёл об этом взял да и выдал, что потом сам удивился этому.
— А хочешь Таня, я попрошу Семёна, и он снова вытащит мои яйца, и я покажу их тебе?
Наступила тишина, и я не знал, расслышала сестра мои слова или нет. А вдруг она уже спала и я так впустую их произнёс. Думал я. А если она не спит, то почему ничего не отвечает. Я сам себе задавал вопросы и сам даже в мыслях не мог найти на них ответ. Интересно, что она думает сейчас обо мне, наверное, считает меня полным идиотом, или ещё хуже.
Я лежал и думал о своём, а сестра лежала напротив в своей кровати и возможно тоже в кромешной темноте, думала о своём, и я не мог видеть её лица и знать, какая у неё реакция на моё очень странное и необычное предложение. Как я уснул, я уже не помню, а проснувшись утром, я даже не мог смотреть в глаза сестре. Да и она тоже отводила взгляд, когда обращалась ко мне с какой то просьбой. Так продолжалось до обеда и только сидя за столом, я снова извинился.
— Таня, извини за тот бред, что я вчера нёс — сказал я.
— Если тебе этого хочется, то я не могу тебе запретить, твоя жизнь. Хочешь, вытаскивай их, пока не отвалятся. Только давай об этом больше не будем говорить. Не хочу это слушать — сказала сестра.
— Ладно, Таня, я не буду больше — сказал я и снова извинился.
После обеда я пошёл носить воду с озера, чтобы вечером поливать бахчи. Таня тоже без дела не сидела и что-то готовила на ужин. Два дня мне не давали покоя её слова, да и мне самому хотелось, таким образом, снова удивить сестру, и если получится то шокировать. Это незабываемое выражение лица, когда она сильно удивляется и это мне не давало покоя. Я рассуждал так, что если бы Таня была против, и ей на это не хотелось бы смотреть, то она сразу сказала бы не вздумай, а тут она ответила так, что она как бы не при чём а если что случится, то виноват буду только я и она меня об этом косвенно предупреждала. Разложив по полочкам произнесённые ею фразы и слова, я не удержался и позвонил своему другу и ветврачу Семёну.
— Слушай Семён, ты мог бы снова вынуть мне яйца из мошонки — спросил я его по телефону.
— Могу, конечно, а тебе зачем, видел ведь их уже — поинтересовался он.
— Да хочу сестре показать — не стал я лукавить и признался.
— Хорошо, я в пятницу к тебе подъеду — ответил Семён и положил трубку.
Остаток недели, прошёл без каких либо приключений, всё ё как обычно. Мой вид не смущал Таню, да и она тоже, маялась от жары, и часто в дневное время ходила по дому в купальнике.
В пятницу Семён не стал подъезжать к моему дому, а встретил меня прямо возле работы. Мы отъехали в тихое место, где нам никто не мог помешать. Я снял штаны и он обработал мне мошонку каким то раствором. Потом смазал в том месте, где я его попросил, и вколол в мошонку обезболивающее. Как только укол начал действовать, Семён стал делать надрез с внутренней стороны мошонки, начиная от самого основания между яичек. Я не смотрел за ним, а отвернулся в сторону. Я подумал, что он сделает разрез, как и прошлый раз и выдавит яички. Но Семён, разделив мошонку пополам, сделав разрез около пяти сантиметров. Обработал края разреза, чтобы не выступала кровь, чем то прижёг. Потом достал яички и обработал их и наказал мне, чтобы я как можно чаще промывал яйца в этом растворе и подал мне литровую банку желтоватой жидкости. После всего этого он снова затолкал мои яйца в мошонку и сказал
— Как надо будет зашить, звони — и мы разошлись. Он уехал домой, а я пошёл к себе.
Если стоять голым как обычно, то было незаметно ничего. Чтобы разглядеть разрез, нужно было мне наклониться, а тот, кто хотел бы это увидеть должен был разглядывать мои яйца между моих ног, если они конечно стояли на ширине плеч. Теперь возникла проблема, как этот сюрприз преподнести для сестры. Я долго думал, и ближе к вечеру, идея сама нашла меня. Комнатные тапочки как-то случайно затолкнул далеко под кровать, и чтобы достать их, мне нужно было встать возле кровати на коленки и затолкать под неё руку и взять их. Я, помыв руки, выдавил из мошонки яйца, хотя это не стоило никаких усилий. Разрез был большой и они почти сами выскользнули. Таня сидела на кровати и смотрела телик. Я вошёл в комнату и спросил.
— Таня, ты мои тапочки не видела?
— А из под кровати не твои виднеются — ответила сестра.
Я глянул под кровать и подойдя к ней встал на коленки повернув попу в сторону сестры. Просунув руку под кровать, я наклонил голову ниже, чтобы между ног случайно как бы посмотреть, что получилось из моей затеи, и увидел испуганный и удивлённый взгляд сестры. Она смотрела в мою сторону, открыв рот, словно застыла, пытаясь что-то мне сказать. Сюрприз удался, подумал я и был горд за свою сообразительность. Достав тапочки, я сел на край кровати, повернувшись лицом к сестре, и стал их надевать, вернее, толкать в них ноги.
— Не могу ходить босиком, когда ноги вымыл уже — сказал я как ни в чём не бывало.
Потом встал и проследовал мимо сестры на кухню.
— Таня, ты чай пить будешь? Ставить чайник — спросил я из кухни.
— Да, да буду — заикаясь от волнения, ответила сестра.
Разрядив таким образом обстановку я наладил чай и принёс ей и себе в комнату где она продолжала сидеть словно заколдованная.
— К чаю что-нибудь нужно — спросил я.
— А булочки ещё остались, — спросила сестра.
— Да ответил я и взяв тарелку с булочками поставил возле неё. Взяв одну себе, я сел на свою кровать и как бы ничего не случилось, стал пить чай и есть булочку. Потом ещё несколько раз прошёлся мимо сестры, убирая бокалы и всё, что принёс из кухни, и только после Таня спросила меня.
— Зачем ты это сделал, не боишься, что грязь попадёт? — спросила Таня.
— Нет, Семён мне дал, чем промывать — ответил я.
— Дело конечно твоё — сказала сестра.
Я понял, что шок немного прошёл и ей всё равно. Я то заходил и садился на кровать, то выходил на улицу покурить, и всегда проходя мимо сестры, чувствовал, что она провожает меня взглядом. Оборачиваться я не стал, а делал вид, что не замечаю этого ничего. На ночь я заправил яички в мошонку промыв их и лёг спать, а утром, как только проснулся, а сестра ещё спала, снова выдавил их и они, свисая чуть ниже мошонки, болтались между ног. Конечно, я всё делал осторожно, но и не упускал момента, чтобы не повернуться или удачно не присесть и не наклониться пониже, перед тем как слышал голос Тани, и она всегда бросала на меня непонятный взгляд. Возможно, в нём была и жалость ко мне, а может и интерес к тому, что она видела. Интереса приблизиться и рассмотреть поближе вытащенные яйца она не проявляла, и я решил, что пока она гостит, прятать и зашивать мошонку не стану и когда позвонил Семён, я ему об этом сообщил. Дав мне несколько советов, он попросил меня, чтобы я сам ему позвонил и положил трубку.
Остаток первого дня с вытащенными наружу яйцами прошёл без особых эксцессов. Я постоянно чувствовал пристальный взгляд на себе когда отворачивался спиной к сестре. Вечером, когда я пошёл носить воду и поливаться в огороде, мои яйца так и болтались на канатиках, отвиснув чуть ниже мошонки, почти наравне с головкой. Это мне не мешало, ходит на озеро за водой, но Таня боялась, что кто-то увидит, и посоветовала мне одеться. Я пренебрёг её советом и не стал одеваться. Конечно, меня никто не увидел, а вот неприятность, которая случилась, заставила меня испугаться и не только меня, но и сестру тоже. Я нёс два ведра воды, чтобы полить помидоры. На тропинке была разлита вода и образовалась грязь и я поскользнулся и расплёскивая воду с трудом кое как наполовину опустошённые вёдра поставил на землю а сам упал в грязь. Когда я поднимался, встав сначала на четвереньки, то Таня увидела мою грязную попу и конечно болтающиеся яйца, которые были все в земле.
— Серёж, я же говорила, что надо быть осторожнее.
Я наклонил голову и взглянул на яйца и мошонку. Всё было в грязи. Я быстро наладил тёплой воды и стал промывать, а потом опустил яйца и мошонку в раствор, который дал мне Семён. Испуг не отпускал меня и я после того как полчаса полоскал яички в этом растворе вынул их, позвонил Семёну и рассказал всё. Он, немного помолчав, посоветовал раскрыть мошонку, вывернув её и посмотреть, нет ли там грязи. Я так и сделал. К удивлению там было всё чисто.
— Тогда возьми пластырь медицинский и залепи разрез — посоветовал мне Семён и положил трубку. Я так и сделал и уже на другой день не боялся, что могу случайно запачкаться в грязи. Таня, поглядывая на меня, больше мне не давала советов.
В течении дня я не боялся что запачкаю чем то свои яйца но старался этого не делать. Таня изредка спрашивала у меня, то одно то другое, что её интересовало, но ни разу не задала вопросов, чтобы касались моих яиц и члена, а вечером позвала меня.
— Серёж, может, за грибами сходим, я хоть пирог испеку — сказала она.
— Хорошо — согласился я.
Таня даже не стала меня отговаривать, когда увидела, что я одел кроссовки и голышом вышел во двор. Она понимала, что отговаривать бесполезно и мы, выйдя через огород, вскоре были уже в лесу. Грибы попадались очень редко, но нам удалось насобирать нужное количество. Было видно, что кто-то до нас тоже собирал грибы, и нам остались те, которые были не замечены.
— Видишь тут до нас кто то ходил. А если тебя увидят — сказала сестра.
— У нас обычно по грибы до обеда ходят чтобы к вечеру успеть прибрать их — пояснил я.
— Тебе виднее — сказала Таня.
Мы не спеша шли домой, как вдалеке я услышал шум мотоцикла. Я сразу узнал кто это, и зайдя за деревья присел за кустами. Таня тоже последовала за мной, так как одной стоять на виду ей не хотелось.
— Ну вот видишь, а ты говорил что в лесу никого не может быть. А если бы он заметил нас? — возмутилась сестра.
— Он в соседнее село на дискотеку в клуб покатил — ответил я.
— Это не важно — сказала Таня, идя за мной сзади.
Так мы дошли до зарослей камыша, а там присев пару раз и переждав случайных прохожих встречающих своих коровок с пастбища, забежали в огород со стороны озера и были в безопасности.
— Ты снова всё в чём-то вывозил. — сказала сестра, имея ввиду мои яйца. Она не разу за всё время не назвала их, так как прописано в анатомии человека, и каждый раз придумывала слова, чтобы я понял, что она имела ввиду.
Во дворе мы сели на скамейку и почистили грибы, потом сестра их помыла и пошла готовить тесто чтобы запечь пирог. Я пошёл отмывать свои яйца и мошонку и снова опустил их в тот раствор для дезинфекции, а потом затолкал в мошонку. Близился вечер.
После того как пирог выпекся, мы накрыли стол и поужинали обсудив прогулку в лес и ту случайную встречу. Таня снова читала мне мораль, чтобы я был осторожен, раз не могу совладать со своими желаниями бегать голым. Я соглашался с ней во всём, а сам думал совсем про другое. Как бы ещё удивить свою сестру. Утром ушёл на работу, а вечером Таня мне сообщила, что ей нужно ехать, позвонили из города её дети, там кто-то заболел, и нужна её помощь, сидеть с внуками. Мы распрощались, и утром, я ушёл на работу, а Таня, собрав свои вещи и гостинцы, уехала домой. Вечером она позвонила и сказала, что доехала и всё нормально, сидит с внуками.
Я заскучал и позвонил Семёну. Он приехал и обработал мне яйца и зашил мошонку. Всё было нормально, и я снова считал каждый день в ожидании, что вот-вот калитка откроется и во двор войдёт Таня, моя сестра, которая знала обо мне столько...
Продолжение дальше...

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2729
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои фантазии. Двоюродная сестра

Сообщение 07 ноя 2018 10:38

Мои фантазии. Двоюродная сестра.
Часть 4. Тёплая осень

Прошла неделя, другая. Пролетел сентябрь и уже к концу подходил октябрь. Мы иногда созванивались с Таней, но она по-прежнему, откладывала свой приезд. Моя мошонка давно уже зажила и я не чувствовал никаких последствий и часто подумывал чтобы снова её вскрыть и вынуть яички в следующий приезд сестры.
Таня позвонила среди рабочей недели и попросила её встретить. Я обрадовался и тут же отпросился на часок. Автобус пришёл вовремя. Вытолкнув сначала большую сумку, следом за ней вышла моя сродная или двоюродная сестра. Я был рад и подхватив сумку и взяв её за руку чтобы было удобнее спускаться с высоких ступенек автобуса.
— А что в сумке такое громоздкое? — поинтересовался я.
— Обещали заморозки и похолодание. Взяла тёплую одежду, — ответила Таня.
Так мы дошли до дома и я оставив её побежал на работу. Сестра знала, где что, и могла спокойно обходиться без меня, пока я был на работе. Я не мог дождаться, когда закончится рабочий день чтобы скорее прийти домой и пообщаться с сестрой. По дороге домой я вспомнил о своём желании, которое долго вынашивал в голове и позвонил Семёну. Он удивился, но не отказал и назначил встречу на завтра.
Вечер дома прошёл в спокойной обстановке и я не решился сразу с порога снова раздеться перед сестрой. Для меня это всегда было таким испытанием, и наступала такая нерешительность, словно я делал это в первый раз.
Вечером, когда ложились спать, и сестра уже лежала на своей кровати под одеялом, я снова как бы само собой получилось, стянул с себя штаны и оказался голым.
— Извини, — только и сказал я.
Мы какое то время смотрели телик и во время рекламы перекидывались короткими фразами. Как я уснул, я не помню, так как утром рано вставать и мне надо было на работу. Проснувшись, я наносил дров, чтобы сестра утром протопила печи, и тихо ушёл на работу. Таня ещё спала, а может просто делала вид, что спит. Не хотела ставить меня снова в неудобное положение и заставлять меня лишний раз извиняться за мой вид. Ведь я всегда спросонья делал всё голышом не взирая на погоду и то что рядом на соседней кровати спала она.
На работе, ближе к обеду позвонил Семён и я отпросившись не надолго вышел к нему. Мы отъехали на машине за деревню, и я объяснил ему, что я хотел бы. Выслушав меня, он снова обработал мошонку, на втыкал уколов, чтобы обезболить и выждав небольшую паузу, разрезал мошонку снизу вверх до самого основания члена. Одним словом, разделил её надвое. Затем подрезав мошонку снизу по краям, вокруг обеих яичек оставив всего пару сантиметров на которых висела половинка мошонки. Так же он проделал и со второй половинкой мошонки, что вместе с яичками висели и болтались два лоскута сморщенной кожи. Затем он обработал так, чтобы не проступала кровь и сказал.
— В паху есть подкожные карманы, если что куски мошонки чтобы не болтались, можешь спрятать в них и он, взяв одну половинку мошонки, затолкал её внутрь, а потом проделал то же самое, со вторым куском мошонки, и под моим членом стали болтаться только одни яички на коротких канатиках.
— Семён, а вытянуть их можно побольше. — спросил я.
— На сколько, больше. — поинтересовался он.
— Я не знаю, как можешь — ответил я невнятно.
Семён взял в руки одно яйцо и стал тянуть его, и оно стало свисать всё ниже и ниже и опустилось сантиметров на десять ниже первого, что даже член и головка не прикрывали его. То же самое, он проделал и со вторым яичком.
— Ну что, так пойдёт — спросил он.
— Здорово — воскликнул я.
— Если ускочат снова, то сам можешь осторожно их вытянуть. Только не оторви их — посоветовал он.
— А зашить эту дырку нельзя, чтобы грязь туда не попала — спросил я.
— Можно конечно, только тогда мошонку надо будет совсем отрезать, а иначе не срастётся — пояснил Семён.
После небольшой паузы он добавил.
— Могу часть зашить, а остальное медицинским пластырем залепить для безопасности.
— Давай — согласился я.
Семён попросил придержать канатики и развёл их в разные стороны. Сделав несколько швов, начиная с самого низу, он отстриг болтающиеся нитки и залепил шов пластырем. Затем отрезал полоску пластыря телесного цвета и аккуратно залепил разрез в том месте где ещё не было зашито а видны были края мошонки заворачивающиеся во внутрь. Получилось аккуратно и ровно, и даже после пары шагов пластырь держался, словно это часть мошонки и было его почти незаметно. Только болтающиеся на канатиках яйца и свисающие чуть ниже головки члена придавали моему паху необычный вид. Я поблагодарил друга и он сказал.
— Соблюдай рекомендации и постоянно промывай яйца, чтобы не засохли, а остальное ты знаешь.
— Обязательно — ответил я.
— Позвонишь если что — спросил Семён.
— Да, конечно — ответил я.
День тянулся очень медленно. Мне не терпелось снова поразить своим видом сестру, и в тоже время я боялся. Как она снова воспримет мой необычный вид. А вдруг она возьмёт и обидится и уедет или вообще устроит скандал.
Я иду домой и в мыслях всякая всячина. Я сам возбуждён от своего вида но не знаю как это воспримет Таня. Придя домой я решил не шокировать её сразу, а пусть снова как бы случайно увидит когда я буду ложиться спать и переодевшись, я дома ходил в спортивных штанах. Управившись с делами, мы сидели дома, так как за окном пошёл снег, первый снег в этом году. На улице было тепло и тихо и так спокойно, но не у меня на душе. Меня всего от волнения просто колотило и лихорадило.
Вдруг погас свет, и Таня спросила меня.
— Что это? Часто у вас такое бывает?
— Не так часто, но бывает — ответил я.
Мы сидели в комнате чуточку освещённой белизной падающего снега, и разговаривали, и Таня вдруг спросила меня.
— Серёжа, а ты часто голышом, вот так бегаешь?
Я удивился, ведь до этого, она ни разу про мои прогулки не спрашивала так открыто, просто принимала меня таким, каким я себя перед ней демонстрировал, немного ругала, но относилась вполне спокойно, как будь то, её это не касалось.
— Да, часто, если не занят и есть свободное время — ответил я.
— А можешь мне рассказать, куда ты ходил нагишом — спросила Таня.
— Часто гулял по лесу, мог и до соседних сёл прогуляться. Ходил по улице и по трассе который ты приехала ко мне — ответил я.
— Тебя могли многие видеть — взволнованным голосом спросила она.
— Да могли, но я успевал прятаться — ответил я.
— Я могу понять, что в лесу ты мог спрятаться, а на улице, кругом дома и люди а по дороге машины ездят — интересовалась Таня.
— Я же по улице ночью ходил когда не мог заснуть а все уже спали и по трассе тоже — пояснил я поняв почему она волнуется так.
— Тогда понятно — уже более спокойно ответила сестра.
Рассказав пару случаев, как я прогуливался по улице, а потом по трассе я взглянул на часы, подсветив их фонариком.
— Похоже, что сегодня не включат, кто в темноте полезет искать, что случилось. — сказал я.
— А у тебя хоть свечки то, есть? — спросила Таня.
— Где то были, сейчас поищу и я взяв спички чиркнул и стал рыться в ящике и вскоре откопал небольшую порядка десяти сантиметров свечку.
— Вот — и протянул её сестре.
— Да, запас невелик — сказала она и поставив её на блюдце зажгла фитиль.
В комнате сразу стало светло, и можно было разглядеть, что и где. Таня встала и вышла во двор, а я поставил чайник на газ. Вернувшись, минут через пять, Таня сказала.
— На улице то как хорошо!
— Да, погода просто чудесная — согласился я.
— Серёж, а в такую погоду ты тоже гулял голым? — спросила сестра.
— Да и много раз, но не всегда так получается, чтобы было тепло, и валил снег, и не было ветра — ответил я.
Свечка медленно таяла у нас на глазах и мы, попив чаю, молча смотрели, как она угасает. Снег ещё больше усилился, и когда свечка совсем погасла, я сказал.
— Больше зажигать нечего, разве что фонарик, если вдруг нужно будет — и положил его из тумбочки на стол ближе к сестре.
Мы разделись в полной темноте и легли по кроватям, но спать не хотелось. Мы перекидывались фразами, и спустя может час, или больше Таня предложила.
— Серёжа, что то бессонница мучает, может, погулять сходим?
— Это к перемене погоды, но я, не против, перед сном прогуляться — ответил я.
Первой встала с кровати Таня и стала одеваться. Я долго думал, сидя на краю своей кровати, свесив вытащенные яйца и решил, что это шанс проявить себя перед сестрой в новом виде. Когда сестра оделась. Я встал и натянув кроссовки а на голову нащупав надел шапочку и взяв в руки фонарик вышел за ней следом. Увидев меня в таком виде при слабом свете снежной белизны, она спросила.
— Ты что так хочешь идти?
— Да, рассказать то рассказал, теперь подтвердить надо — с юмором в голосе ответил я.
— Не боишься, что увидят. Время то не такое уж и позднее — спросила сестра.
— Нет, у нас на улице после девяти вечера редко кого встретишь, а сейчас уже одиннадцатый идёт — ответил я.
— Не отморозишь — с намёком и усмешкой в голосе поинтересовалась Таня.
— Нет, привычные — ответил я понимая что в такой темноте при снегопаде она не могла ничего разглядеть и мы направились к калитке.
Я вышел на улицу и оглядевшись по сторонам нет ли кого то тоже смело направился вдоль по дороге. Таня шла за мной следом, но потом догнала меня, и мы шли рядом. Чтобы не создавать лишнего шума разговаривали в полголоса и то не постоянно. Снег продолжал идти и Таня спросила меня.
— Не могу понять как это тебе не холодно. Снег идёт и на градуснике минус один.
— Я привык всегда дома и во дворе ходить так, а потом систематически обливаюсь холодной водой и в снегу купаюсь. Закаливание и мне иной раз в такую погоду даже жарко становится.
— Понятно — ответила Таня
Мы шли дальше, и вот уже миновала середина села. Поворот улицы вокруг озера и развилка на остановку в сторону трассы.
— Куда дальше пойдём — спросила сестра.
— Мне всё равно, куда скажешь — ответил я.
После этих слов Таня пошла прямо вдоль по улице. Она всё ещё не могла поверить что ночью идёт по пустынной улице а рядом с ней её брат голышом. Я тоже в это не верил но это случилось и мы шли когда рядом друг с другом когда я забегал вперёд а когда услышав шум прятался Таня уходила вперёд и убедившись что меня никто не увидит, вылезал из укрытия и догонял её. Вскоре мы оказались на краю села. Снег ещё больше усилился, и видимость была не более сорока-пятидесяти метров, а там за снежной пеленой могло быть, что угодно и мы повернули обратно. Идти пришлось медленнее и постоянно прислушиваться. Вот и мой дом. Таня вошла в калитку, а я проследовал за ней следом. Я даже на время забыл про то, что у меня не болтается больше мошонка и войдя в дом щёлкнул выключатель. Но свет не загорелся и тут мы оба вспомнили, что он погас несколько часов назад.
Поставив воду на газ и чайник тоже, мы стали готовиться ко сну. При слабом свете фонарика, батарейки которого уже садились мы попили чай и я сев в тёплую воду прогрел свои яйца и попу, а потом, обработав их раствором который дал мне Семён, лёг в свою кровать. Таня уже была в своей постели и похоже заснула. Я тоже лёг и вскоре заснул. Я знал что на работу можно не спешить так как всё равно делать будет нечего из-за отсутствия света, но сестра это не знала. Я не вставал и спал дольше обычного. Таня проснулась и глянув на часы увидела что я сплю и встав с кровати и накинув халат хотела было подойти ко мне и разбудить меня но увидев болтающиеся меду ног мои яйца без мошонки резко остановилась. Я хоть и не спал, но делал вид что сплю. Таня немного постояла видно разглядывала меня и подняв свалившуюся с меня простынь укрыла меня ею, а потом ушла на кухню. Поставила на газ чайник, так как свет ещё не включили и чем-то, брякнув, произнесла.
— За соня вставай, на работу проспал.
Я потянулся и издав самому непонятный звук, сел на кровать свесив ноги и спросил.
— А сколько время?
— Половина девятого уже — сказала Таня.
— А свет включили уже — снова спросил я.
— Ещё нет — ответила сестра.
— Ну тогда можно ещё поваляться — ответил я и рухнул на кровать.
Спали мы не больше четырёх часов и само собой не выспались. Таня спросила про работу, и я ей всё объяснил.
— А что я тогда зря чайник кипятила — таким удручающим голосом произнесла она.
— Хорошо, уже встаю — ответил я, и с заспанными глазами, не выспавшись, так и выкатил голышом на кухню, чтобы умыться.
Таня, проходя мимо, кидала на меня любопытствующие взгляды, но ничего не говорила. Умывшись, я сразу стал одеваться на работу, а после завтрака ушёл. Мне не хотелось самому об этом заводить разговор и навязывать его сестре, но и сестра не хотела на этих моих чудачествах заострять внимание и пропускала это, словно её не касалось. Но иногда любопытство брало верх, и она поглядывала в мою сторону.
Свет включили около десяти часов и я ушёл на работу. Вернувшись вечером я уже не стесняясь разделся и пока сестра накрывала ужин на стол я накинув на себя старую телогрейку принёс домой дров и затопил обе печки, а когда взял ведро и хотел идти за водой, Таня окликнула меня.
— Я подметала, а ты снова намусорил.
— Извини, сказал я — и взяв веник немного наклонившись стал подметать сам не понимая откуда он взялся, ведь я разулся и по дому ходил только в носках и тут я что то глянул себе между ног и увидел что все мои яйца в земле и прилипшем к ним мусором.
Тут я понял, когда приседая, я почувствовал какой то непонятный холодок. Оказалось, что накладывая снизу поленницы дрова себе на руку, я так низко присел, что мои яйца просто легли на землю, и к ним прилипло полно всякого мусора.
— Не боишься, что когда-нибудь забудешь и приморозишь, а вставать станешь и оторвёшь всё — хихикнув, произнесла Таня.
Я подмёл весь мусор у обеих печей и вышел на улицу. Следом принёс воду два ведра на завтра. На этом мои уличные дела закончились. Хотя с улицы уходить мне не хотелось, было так тепло и немного подтаявший снег прилипал к ногам. На градуснике было около нуля.
Мы легли рано и решили отоспаться, а утром я ушёл на работу пока сестра спала. Так прошло два дня и вот вечером идя домой, я попал снова под снег. Домой пришёл словно снеговик.
— Ну и погода — сказал я с порога.
— Что снова метёт — спросила Таня.
— Да снег пошёл не шуточный, если так будет сыпать, утром по колено навалит — ответил я.
Управившись с делами и снова повеселив сестру своими грязными яйцами, когда носил дрова в дом, подмёл пол, постоянно поворачиваясь к сестре задом, чтобы она могла видеть мои болтающиеся на канатиках шарики.
— Может, прогуляемся, а то спать не хочется — сказала сестра, когда время подходило к девяти вечера.
— Я не против — бодро ответил я и встав с кровати как был голышом побрёл в коридор.
— Ты что так пойдёшь — спросила сестра.
— Да, а что — ответил я коротко.
— Тебе виднее — сказала сестра, не объясняя мне ничего, так как знала что это бесполезно.
Видимость была раза в два меньше чем в прошлый раз. Мы шли осторожно и иногда еле разглядывали в сплошной стене падающего снега соседние дома, если в них не горел свет. Приходилось прислушиваться и я часто отставал от сестры. На развилке снова Таня спросила меня
— Может, сегодня не пойдём по улице?
— А куда тогда — спросил я.
— Ну хотя бы до остановки — предложила она.
— Я не против, тем более что там домов почти нет — согласился я.
Мы шли уже рядом, и я не прятался, так как слева и справа от дороги был пустырь. На трассе даже не было видно огней проезжающих машин, а может, они вообще не проезжали. Мы подошли к остановке и посмотрев по сторонам удивились.
— Вот это снегопад, никогда такого не видела — сказала Таня.
— Да, у нас давно так снег не валил — согласился я.
Не было видно даже домов нашей деревни из-за плотного снегопада. Хорошо хоть ветра не было, а то точно замело бы всё.
— НЕ замёрз — поинтересовалась сестра.
— Нет конечно, даже немного жарко — ответил я.
— Может, тогда по дороге до леса прогуляемся. — предложила она и я согласился.
Мы вышли с остановки и посмотрев в одну и другую стороны пошли по трассе убедившись что нет машин. Так за разговором мы отошли довольно далеко, и Таня спросила меня.
— Серёга, тебе точно не холодно?
— Нет, я же сказал что это моя любимая погода.
— Тогда, может, ещё погуляем, и мы пошли дальше пока сквозь снег не заметили тусклый свет.
— машина — сказала взволнованным голосом Таня.
— Вижу, — ответил я и быстро сбежал с грейдера в кювет, спрятавшись за сосёнкой. Снега было уже много порядка пятнадцати-двадцати сантиметров и мне пришлось взять в руку болтающиеся яйца, чтобы они не опустились в снег. Заодно и согрел их, а когда машина еле-еле проползла мимо, то мы вылезли и пошли дальше. Часов у нас не было и мы даже не знали сколько времени. Даже прилегающие к трассе небольшие леса, было еле заметно, и Таня спросила.
— А мы не заблудимся?
— Нет, конечно, если с дороги не свернём — ответил я.
Так мы дошли до развилки и прочитав название села которое находилось от трассы в семи километрах, по просьбе сестры повернули назад. Таня испугалась и за меня и то, что мы ушли от дома слишком далеко. Свёрток от нашего села находился в одиннадцати километрах. Теперь нам нужно было это пройти обратно. Шли молча, и я видел, что Таня устала, и как то пытался заговорить с ней, но не всегда мог услышать от неё ответ, и тогда задав каверзный вопрос, я услышал её возмущённый ответ.
— Таня, больше не уговаривай меня на такие длинные прогулки — сказал я.
— Нет-нет, я не устала, просто захотелось помолчать и подумать, погода располагает — ответила она.
Мы шли некоторое время молча, как вдруг снова увидели впереди свет. Мы снова спрятались и переждали, пока мимо пройдёт большой грузовик. Дальше снова шли и снова прятались, так как снег стал реже вылить, и видимость стала больше. Мы не успели пройти и половины пути как снег совсем перестал. Таня взглянула на меня и спросила.
— Что будем делать, как ты дальше то пойдёшь?
— Пойдём, пока никого нет, а там посмотрим — ответил я.
Так мы прошли ещё два-три километра, и вот уже вдали показалось знакомое поле, и остановка, которую было видно издалека из-за яркой окраски.
— Вроде добрались — сказал я, как Таня вдруг меня одёрнула, и показала рукой в сторону трассы сзади.
Я оглянулся и увидел, как дорогу чистит грейдер, и мы быстро забежали в лес. Пережидать пришлось с полчаса, пока трактор прошёл мимо и исчез за поворотом. Дальше мы шли уже довольно легко так как ноги не проваливались в снегу и пересидев пару раз проезжающие мимо машины добрались до остановки. Переведя дыхание и осмотревшись вокруг, мы решили добираться до дома, пока совсем не стало светать. Таня ушла вперёд, чтобы взять дома одежду и принести мне, а я пошёл за ней следом. Местами снега выпало более тридцати сантиметров, словно его какая то сила закручивала в это место. Вскоре сестра скрылась из вида а я продолжая прятаться шаг за шагом только добирался до средины села как вдруг услышал шум трактора и понял что у нас в селе тоже стали чистить улицу. Нужно было, куда-то срочно прятаться и я забежал в заброшенный дом. А когда увидел как Таня с пакетом идёт по улице окрикнул её и одевшись мы удачно добрались до дома. Там отдышавшись, Таня отругала меня, а я, быстро собравшись, поторопился, чтобы не опоздать на работу. Ближе к обеду мне позвонила Таня и сообщила неприятную новость.
— Серёж, я после обеда уезжаю домой, извини, что не дождалась тебя с работы. Дела срочные.
Остаток дня я думал и ругал себя, что это из-за меня Таня срочно уехала и обиделась на меня. Какие только мысли мне не приходили в голову. Даже забыл позвонить Семёну, чтобы он мне заштопал назад мошонку и вспомнил об этом только ближе к выходным. Дважды пытался позвонить сестре но телефон был в не зоны доступа и я вообще расстроился и в тоже время испугался когда мой телефон зазвонил спустя три дня. Я сидя на работе за столом даже подпрыгнул от испуга, а когда увидел что звонит Таня быстро выбежал на улицу чтобы наш разговор никто не слышал и мы долго с ней болтали и я понял что я тут совсем не при чём. Её действительно вызвала срочно дочь. Таня пообещала, что приедет обязательно, и мы продолжим наши прогулки. Это было такое счастье, что я был сам не свой весь вечер и долго не мог уснуть.
Продолжение дальше...

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2729
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои фантазии. Двоюродная сестра

Сообщение 07 ноя 2018 10:39

Мои фантазии. Двоюродная сестра.
Часть 5. Ранняя весна

Каждый день я ждал или звонка от сестры или когда она приедет и снова думал, зачем я снова заштопал свою мошонку, придётся опять обращаться к Семёну и одновременно ругал себя. Как то от нечего делать Семён сам позвонил мне и спросил, как у меня всё заживает и я признался, что заживает то хорошо, но как бы не пришлось всё по новой распарывать. Семён испугался и спросил меня.
— Что то случилось? Нагноения или боль?
— Нет, просто сестра позвонила и обещала снова приехать — ответил я.
— Ну, это не страшно, надо зашьём, а надо распорем — ответил он и добавил.
— Мошонка то не моя, так что мне всё равно, что ты будешь с ней делать. Звони, как понадоблюсь — сказал он и положил трубку.
Ожидания приезда сестры тянулись мучительно долго. Прошла зима и наступила весна. Шёл март месяц, как вдруг раздался поздно вечером звонок.
— Серёж это я. Я приеду через пару дней, не прогонишь — узнал я голос сестры.
— Да конечно приезжай — обрадовался я.
Утром я позвонил Семёну и договорился с ним о встрече, а вечером был уже дома в том виде, в котором последний раз видела меня Таня, с вытащенными из мошонки яйцами, свисающими на канатиках ниже головки члена и спрятанной в пах мошонки, лоскуты которой не было видно.
Наступил день приезда, и я ждал звонка, чтобы встретить сестру. Она позвонила уже после работы и попросила меня встретить её. Я с радостью в голосе сказал, что встречу обязательно. Таня сказала, что приедет на последнем автобусе, который мимо нашего села проходил около 21-00 и действительно, это было поздно и сестра, возможно, боялась одна.
— Таня приезжай я буду ждать тебя на остановке — радостным голосом произнёс я.
— Серёж, а ты мог бы меня встретить в том, в чём ты был одет, когда мы последний раз гуляли во время снегопада — вдруг притихшим голосом спросила Таня видно она была не одна или боялась что кто-то мог бы услышать, если бы она сказала прямо.
— Да, конечно — ответил я, немного удивившись.
Шла вторая декада марта, но погода стояла тёплой, и иногда порошил снежок, а днём капало с крыш и даже кое-где образовывались лужи. Взглянув на часы, я стал думать, как мне добраться голышом до остановки. В запасе было ещё три часа свободного времени. По улице пройти было невозможно, и я решил обойти село по полю и выйти к остановке из леса. Прикинув сколько мне для этого понадобится времени я протопил печи и надев обувь и спортивную шапочку чтобы не продуло голову, (хотя уверен что кто читает этот рассказ подумают что продувать нечего, и так сплошной сквозняк в голове). Ближе к приходу автобуса я обойдя село стороной был уже на остановке и спрятавшись за сосёнки так как там ещё были женщина и мужчина, стал ждать приезда сестры.
Вот и показался долгожданный автобус. Остановившись открылась дверь и вышла Таня вертя головой и оглядываясь по сторонам, она искала меня. Женщина и мужчина зашли в автобус, и он тронулся. Как только он отъехал метров тридцать или чуть больше я вышел из-за сосёнок и помахал Тане рукой и понял, что она меня в темноте не заметила даже. Тогда я негромко окрикнул её.
— Таня, я тут.
Она быстро повернула голову в мою сторону и заметила меня и была в шоке, что я выполнил её просьбу, сказанную в шутку зная о моём увлечении. Просто у сестры было отличное настроение, и она так пошутила, а я не понял и принял шутку всерьёз.
— Ну и как мы домой пойдём, смотри, сколько огней в деревне. Как только ты сюда дошёл то. — сказала сестра.
— А я вокруг села по полю пришёл — ответил я.
— Ну, я не смогу на каблуках по полю идти с тобой — ответила Таня и окинула меня взглядом.
— Серёж, неужели ты не понял, что я пошутила — уже более мирно с усмешкой произнесла она.
— Даже в голову не пришло такое — ответил я.
Постояв немного спрятавшись за остановкой и переждав, когда мимо пройдут несколько машин, мы перешли дорогу и пошли в сторону деревни. Снег под ногами поскрипывал, и приходилось часто останавливаться и прислушиваться. Так медленно черепашьими шагами мы дошли до поворота в улицу. Я нёс сумку, а Таня налегке прошла вперёд и осмотрелась по сторонам и махнула мне. Я быстро подошёл и казал ей.
— Ты иди по улице, а я берегом за огородами.
— Ну что же, охота пуще неволи — ответила сестра и взяв у меня одну небольшую сумку, пошла по улице, а я перебежав улицу по проулку спустился к озеру проваливаясь в снег где по колено а где всего на несколько сантиметров. Снег уже подтаял, и не везде ещё оставались большие сугробы. Когда я вошёл в дом, то Таня уже переоделась и разбирала свои вещи. Поставив её сумку на табурет, выдохнув, я произнёс.
— А вот и я.
Таня, увидев меня запыхавшегося в снегу рассмеялась, что и мне тоже стало смешно над собой. Мы пили горячий чай и разговаривали и Таня, впервые бросив на меня взгляд, сверху вниз, произнесла.
— А я, было уж, подумала, что ты за зиму или отморозил свои бубенцы или они у тебя отвалились сами. А, вижу, что нет, болтаются ещё и она снова рассмеялась. Я не узнавал её. Она шутила, смеялась и бросала шутки чего раньше за ней не наблюдалось. Понял, почему она была такая весёлая я только на другой день, когда она мне призналась что была на дне рождения и прямо оттуда поехала ко мне.
— Серёжа, извини, если я что-то вчера, ляпнула обидное — сказала она утром.
— Всё нормально. Мне даже понравились твои шутки — ответил я.
После этого вечера я уже не стеснялся сестры ничуть и всегда как приходил с работы ходил дома и во дворе голышом соблюдая все рекомендации Семёна я так и болтал своими яйцами висевшими на канатиках в разные стороны. Когда погода позволяла мы совершали с сестрой лыжные прогулки по лесу, катались с горок на карьере, а когда погода была не ахти, то сидели дома и общались. Когда Таня смотрела интересный для неё фильм, я занимался домашними делами, носил дрова, воду. Топил печи и чистил снег во дворе, если он был.
Ближе к концу марта, когда снега почти растаял, и только в тени лежали небольшие оазисы и сугробы, мы с сестрой гуляли по лесу пешком, снова вышли к той деревне, в которой жили мои родители и старший брат.
— Я так и не навестила твоих. — снова сказала Таня.
— Давай выберем день и сходим — предложил я.
— Если бы ты мне показал, где они живут, то я могла бы и сейчас сходить. Тебя не зову — сказала Таня и окинув меня взглядом улыбнулась.
— А то перепугаешь их всех своим видом — смеясь, добавила она следом.
Я был голышом и не собирался идти в село, а потом даже если бы и были при нас мои вещи чтобы надеть, всё равно бы не смог. Мои ноги и попа так как много раз приходилось приседать и прятаться, чтобы не увидели ну и конечно мои бубенчики что ложились в грязь во время приседания было всё грязным и было бы неприятно ходить так в одежде. Она сразу бы промокла и сияла бы мокрыми пятнами.
— Хорошо, пообещал я.
— Ну, тогда говори, куда мне идти — спросила Таня.
— Надо обойти село — сказал я, и мы по опушке леса двинулись в путь.
Сделав небольшой крюк вокруг села мы оказались на противоположной его стороне за огородами на небольшом пригорке.
— Вон видишь зелёные ворота и большую иву рядом — сказал я показывая в ту сторону рукой.
— Да вижу — ответила Таня.
— Вот там и живут мои родители — сказал я.
— Ну тогда я пойду — сказала сестра.
— Стой, а где мне тебя ждать — спросил я.
— Тут и жди — ответила сестра.
— Ты не знаешь моих родителей. Они обязательно пойдут тебя провожать и ещё гостинцев наложат. Ты что их прямо ко мне и приведёшь. — спросил я.
— Я об этом не подумала — сказала сестра.
— А ты где предлагаешь — спросила она.
— Думаю на остановке. Они тебя всё равно туда проводят а когда уйдут то я буду рядом в лесу. Он на пригорке и ты меня сразу увидишь. Ну а если что то не так будет там по обстановке сама смотри. Только обо мне не говори ничего — объяснил я.
— Я поняла — сказала сестра и ушла.
Я обогнув село и перебежав через дорогу оказался в лесу за остановкой. Дорога, ведущая к селу, и вся улица, были, как на ладони, так что я был уверен, что увижу всё ещё заранее, как они будут подходить к остановке. Ждал долго и уже проголодался, но еды мы с собой не взяли и я не знал, что бы перекусить. С северной стороны кое-где ещё лежал снег, и были проталины и лужи, но пить из них воду я не решался. Самое большее, что я мог себе позволить это, утолить жажду, пососав снег и растопив его во рту. Я так и делал время от времени и это помогало. Иногда проезжающие машины могли заметить меня так как лес был так же как и я голый, без листвы и скрыться в нём было сложно и лишь редкие сосёнки помогали мне это сделать но всё равно иногда мне приходилось при виде машин приседать и прятаться за ствол берёз. Так само собой и нашёл себе новое развлечение в период ожидания. Когда я приседал мои яйца, болтаясь на канатиках, опускались и ложились то на землю, то на мокрую листву, то прямо в грязь. В итоге они стали чёрными и ничем не отличались от комков земли. Только спустя несколько часов, как мы расстались с сестрой за огородами, я вновь увидел её в сопровождении трёх человек и сразу понял, что это были мои родители и жена брата. Его, наверное, снова не было дома.
Они подошли к остановке и стали ждать. О чём-то разговаривали и смеялись. Таня стояла и весело смеялась иногда покручиваясь на каблуках и оглядываясь по сторонам. Я присел за сосёнками чуть ли не попой прямо в грязь и наблюдал за ними. Вот мимо проехала одна машина, другая и вдруг останавливается фургон. Что за ним происходило, я не видел, но когда он отъехал, то я увидел как родители и жена брата удалялись в сторону своего дома, а Тани нигде не было. Они поймали попутку и отправили её. Я сильно расстроился и выйдя из-за укрытия побрёл по опушке в сторону своего дома. Путь был не близкий, больше двенадцати километров. А вдалеке виднелась задняя часть фургона, и тут я увидел, как фургон остановился и из него кто-то вышел и он поехал дальше. А силуэт направился в мою сторону и я понял, что Таня что-то придумала и вылезла, и я бросился бежать к ней навстречу по опушке леса и когда только поравнялся с ней, то вышел так чтобы она меня заметила. Таня свернула с дороги и подошла ко мне. Увидев меня в такой грязи, она спросила.
— Ты это где лазил — и рассмеялась.
Она снова была весела, разговорчива, и шутила, как в первый день приезда, и я понял, что родители угостили её своей домашней наливкой.
Я наплёл кучу всякого как пробирался к остановке и прятался чтобы меня не заметили и спросил её.
— А поесть у тебя есть что-нибудь.
— Да вот держи, я подумала что мы с вечера ничего не ели и прихватила для тебя как бы в гостинец и Таня раскрыла пакет и я увидел там домашние сметанные шанежки которые я любил и когда я приходил к родителям мать всегда их стряпала. Я сел прямо на траву и под ней было сыро и грязно но мне было всё равно и взяв шанежку стал всухомятку уничтожать её. Когда я её съел, то выдохнул и произнёс.
— Вот сейчас можно и до дома топать.
На обратном пути Таня часто поглядывала на меня и смеялась, когда я прятался и садился или приседал в грязь, и она смеялась, и я старался это делать чаще, чтобы повеселить её. Иногда она бросала в мой адрес каверзы типа.
— Ты там в луже ничего не оставил? — и смеялась.
Когда пролезали через кустарник, то Таня, смеясь, говорила.
— Смотри не зацепись, а то украсишь кусты своими игрушками.
Так незаметно мы вскоре добрались до нашей деревни и обойдя её стороной с огорода попали во двор. Таня, пошла, готовить поздний обед или ранний ужин, нам тогда было без разницы, так как мы сильно хотели есть. А я протопил баньку и пошёл отмываться. Весь вечер Таня рассказывала мне про встречу с моими родителями, а я про то, как прячась, ждал её. А потом мы крепко заснули. А утром нас ждал новый сюрприз.
Продолжение дальше...

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2729
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои фантазии. Двоюродная сестра

Сообщение 07 ноя 2018 10:39

Мои фантазии. Двоюродная сестра
Часть 6. Друг Димка и его жена Лена

Таня проснулась раньше меня и выйдя на кухню стала готовить завтрак как вдруг увидела что к дому подъехала машина. Она растерялась и забежав в комнату разбудила меня. Я выглянул и успокоил её.
— Это мой друг с женой приехали, помнишь, я тебе про них рассказывал?
— А, да, помню — ответила Таня и глянув на меня чуть ли не крикнула.
— Иди быстрее одевайся.
Объяснять, не было времени, и мне пришлось одеться. Дима открыл калитку, и они вошли в дом. Мы поздоровались, и я представил свою сестру своим друзьям.
— А мы знакомы? — сказала Лена.
Мы с Димой в недоумении переглянулись.
— Как это? — спросил я.
— Я и Лена, одним словом мы учились в школе вместе — пояснила Таня.
— Вот ничего себе сюрприз — ответил Дима.
— А мы и не знали даже — сказал я.
— А иначе как бы я узнала, где ты живёшь и твой номер телефона, — сказала сестра, и тут я только подумал, а действительно как.
Мы тут же стали копошиться накрывать на стол и устроили настоящий праздник. Дима загнал машину во двор, и мы с ним хорошо приложились к пивку, которого у него в машине было предостаточно. Он купил его, так как знали, что Таня у меня в гостях и хотели просто приятно провести время. Когда подвыпили все, и было весело, я набрался смелости и спросил у Тани.
— А что тебе про меня Лена рассказала?
— Серёжа не переживай, я сказала что ты неисправимый зануда, вернее нудист — тут же ответила за сестру оказавшаяся поблизости Лена.
— Серёжа, она сказала правду, увидела гораздо больше, чем узнала от неё — ответила Таня.
— И что ты увидела — зацепилась за это Лена.
Увидев мой насупившийся взгляд, Таня сказала.
— Серёжа не переживай, от меня они не узнают ничего — и тут же налили с Леной по стопочке ликёра и выпили.
К вечеру уже всем было всё равно, кто про кого что говорил. Как ложились спать, я не помню. Только когда проснулись утром с Димкой на одной кровати. Вернее Димка ещё спал, а проснулся я, то увидел возле нас, стояла Лена, с широко открытым ртом и округлившимися глазами и что-то пыталась сказать Тане.
— Лен, извини, я раз брыкался и тут же стал натягивать на себя, сползшее на пол покрывало. Дома было тепло или даже немного жарко, но я спал голым и как я лёг, и как разделся, я не помню. Не знаю почему мне вдруг было неудобно при Лене лежать голым хотя она даже при Димке видела меня не раз и в более неприглядном виде и тут я вспомнил что у меня нет мошонки и она увидела то чего не знала ни она ни Димка. Я быстро накрылся, как тут пришла сестра, и Лена её спрашивает.
— Таня, это, правда, или мне показалось?
— Что показалось — переспросила Таня.
— То что у него яйца без скорлупы — хихикнув, ответила Лена.
— Ну, да — смущаясь и сдерживая улыбку, как бы подтвердила сестра, хотя и обещала вчера ничего не говорить. Виноват был я, и не надо было в этом кого-то винить. Напился как свинья и показал всё в полном объёме и развёрнутом виде, а теперь виню кого то.
— Он ещё в том году скорлупу выбросил куда-то, и тут Таня не сдержалась и громко рассмеялась. Её смех передался Лене и они, согнувшись и держась за животы громко смеялись. Не просто смеялись, а ржали до слёз. Я только и слышал, как запинаясь, и заикаясь, от смеха, повторяла сестра.
— Ну и придумала же ты, скорлупа и они снова громко смеялись, что разбудили Димку.
-Дайте поспать. — возмутился он.
Лена и Таня вышли на кухню и ещё долго шушукались и смеялись. До меня долетали только отдельные слова, но связать их воедино и понять о чём они говорят, я не мог. Голова просто раскалывалась и я натянув штаны вышел на улицу. Закурив и сделав пару затяжек мне стало легче. Таня вынесла мне что то попить и сделав пару глотков мне совсем стало хорошо. Вскоре с таким же напитком вышел, и Димка и попросил у меня закурить. Мы сидели с ним и дымили как паровоз. Ещё через полчаса нас позвали на завтрак. Таня, откопав у меня в холодильнике рыбу, сварила уху или суп, и мы с удовольствием его похлебали, и сразу захотелось жить.
К вечеру Дима и Лена собирались уезжать, и я помог им нагрузиться картошкой и кое-какими солениями. У нас все заготовки были давно общими, но хранились у меня в погребе. В квартире хранить было негде, и они часто приезжали, чтобы пополнить свои запасы ну и конечно весной и осенью, не говоря уже и про лето, они всегда помогали мне с моим огромным огородом. Вот и в этот раз, когда мы загрузились, Лена спросила меня.
— Серёж, когда тебе рассаду привезти? — и окинув меня взглядом рассмеялась. Её смех снова подхватила сестра, и они убежали в дом.
— Серёга, чего они всё утро ржут как лошади — спросил Димка.
— Кто их знает. Давно не виделись, и может, что-то вспомнили — притворился я, что будь то, не знаю.
Шли последние числа марта, и Лена перед отъездом сказала.
— В следующие выходные мы привезём рассаду, приготовь место.
— Хорошо — ответил я, и они уехали, а Таня в течение двух дней, ещё смеялась, когда видела мои болтающиеся на канатиках яйца. Видно слово скорлупа в применении к моим яичкам и мошонке казалось очень смешным.
В свободное время мы часто с сестрой гуляли в лесу, общались и разговаривали, и Таня рассказала мне, как она однажды встретилась с Леной и они сидели в кафе и за разговором, Таня узнала, что её муж Дима мой друг и попросила адрес и телефон. Таким образом, и состоялась наша первая встреча, которая для меня была чистым сюрпризом, но Таня уже много чего про меня тогда знала, но делала вид, что её это не интересует и что она относится к моим увлечениям и странностям ровно и спокойно.
Ближе к выходным я стал потихоньку подчищать в огороде, собирать прошлогоднюю траву и листву и готовить огород к вспашке. Таня попросила накопать земли, чтобы посадить семена для рассады. Ей очень хотелось развести цветник, и я показал, где у меня пустует много места. Она очень обрадовалась, что может реализовать своё желание вырастить много разных цветов и с энтузиазмом занялась грядками и клумбами, и я ей в этом помогал, рыхлил землю и обустраивал клумбы. В итоге к вечеру я зачастую был грязным с ног до пояса и естественно не раз приседая, поскальзывался, и садился попой на землю. И вот как то вечером Таня спросила меня.
— Серёж. А ты не боишься, что можешь грязь занести в рану — и глазами показала на область паха.
— Нет. Семён зашил и залепил там так, что не боюсь, даже могу грязевые ванны принимать — сказал я.
— Могу себе представить, что из этого получилось бы — сказала сестра.
И тут у меня появилась ещё одна идея как удивить сестру, но я пока не знал, как её осуществить. Вечером в пятницу приехали Дима и Лена и привезли несколько ящиков с разного рода рассадой. Мы, стаскали всё в дом, и расставили что на столе, а кое-что, на подоконники. Я так и бегал с ящиками голышом, болтая своими яйцами перед всеми. Стесняться было некого, да и нечего, и так все знали про это из присутствующих. Просто я чувствовал как Диме и Лене неудобно перед Таней, а ей перед ними за меня. Только после того как мы всё разместили и вышли с Димой покурить он мне сказал.
— Серёга, может, оденешься, а то при твоей сестре как то неудобно и Ленка смущается.
— Ладно, только докурю — ответил я и затушив окурок натянул на себя штаны и футболку.
Когда мы вошли в дом, то Лена и Таня удивились, видя меня в столь необычном наряде, и Таня спросила.
— Что у нас ещё кто то придёт?
— Нет — ответил я.
— Странно как-то, никого не ожидаем а ты вдруг оделся — сказала она и глянув на Лену обе закатились громким смехом.
Все выходные пока Дима и Лена гостили у меня, Таня и Лена смеялись, шутили. А перед отъездом Таня сказала.
— Серёжа, я с ребятами в городе еду.
Я расстроился но сдержав себя в руках с трудом собравшись спросил.
— Когда снова приедешь в гости?
— Созвонимся, думаю скоро, ведь надо будет садить рассаду — сказала она и улыбнувшись села в машину.
Проводив их, я закрыл калитку и снова разделся и бродил по дому голышом в удручённом состоянии. Мне снова стало одиноко и я часто лёжа на кровати и тиская в руках свои шарики вспоминал наши с сестрой прогулки как пешком, так и на лыжах.
Продолжение дальше...

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2729
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои фантазии. Двоюродная сестра

Сообщение 07 ноя 2018 10:40

Мои фантазии. Двоюродная сестра
Часть 7. Огородные работы

В течение всего месяца вплоть до середины мая я готовил огород к посадке, вспахал, разборонил и надела грядок для овощей. Вставил над ними дуги и приготовил материал, чтобы укрывать на случай поздних заморозков. У нас это иногда случалось даже в период цветения. Как всё было готово, я позвонил Диме и сообщил, что можно сажать бахчи и картошку и он пообещал, что в выходной приедут и Таню тоже с собой захватят. Я очень обрадовался и стал готовиться к их приезду. Ночами было уже тепло, и я себе постелил и заправил кровать на террасе, чтобы не мешать гостям. Для себя решил, что даже под покрывалом я не замёрзну. В пятницу вечером я снова встречал своих друзей и сестру и безумно был рад, что они приехали все вместе. Оставшись на минуту с Таней, я спросил.
— Надеюсь, что ты не уедешь с ними обратно?
— Нет, я остаюсь, не прогонишь? — ответила сестра улыбаясь.
— Нет, конечно, даже буду очень рад — ответил я.
За выходные мы рассадили всю картошку, и кое-что Лена и Таня, успели посеять. В этот раз мне никто не делал замечаний и я всё время провёл голышом и только ловил на себе усмешки Лены и Тани, особенно когда случайно оступался или падал, садясь на попу, в результате чего к вечеру наполовину стал грязным. Когда нужно было носить воду чтобы приполевать грядки, я бегал голым прямо на озеро, и Таня всегда волновалась, что меня могут заметить соседи, но я знал что могу пройти незамеченным и не боялся этого.
Два дня пролетели незаметно и Дима с Леной уехали. Мы с Таней остались вдвоём и я не удержавшись как-то вечером стал расспрашивать её почему они смеялись когда мы сажали картошку и Таня сказала.
— Ленка говорит, что интересно вырастет, если Серёгины яйца в ямку отвалятся, и их засыпать? Я и сказала дерево с яйцами, но без скорлупы — вот над этим мы и смеялись.
— Понятно. — коротко ответил я.
— Ты что обиделся — спросила Таня.
— Нет, просто я думал, что я их в земле вывозил, и вы над этим смеялись — пояснил я.
— И над этим тоже. Сам подумай ведь смешно, два чёрных комочка болтаются — и сестра снова хихикнула.
На неделе, когда я уходил на работу, Таня рассаживала цветочки и поливала что было уже рассажено. Вечером я снова натаскивал ей воды в бак и подскребал остатний мусор в кучу возле дома, чтобы потом вывезти и тут у меня появилась идея, которая до конца недели мне не давала покоя. Я захотел Тане устроить сюрприз. Ночи были уже тёплые, и я постоянно ходил голым, даже ничуть не чувствуя холода. Выкопав небольшую яму глубиной сантиметров двадцать, а длинной метра полтора и разрыхлив в ней землю, я налил туда воды и перемешал всё. Получилась хорошая густая грязь, словно сметана. Под кучей мусора и ботвы прошлогодней я выскреб небольшое углубление, чтобы можно было спрятаться и наблюдать за сестрой.
Протопив вечером баню, я отпросился на работе, и раной утром выйдя на улицу, лёг голым в эту грязь, измазавшись весь. Чистыми остались только шея и лицо, которое я затолкал в нишу мусорной кучи, и немного замаскировавшись, спрятал и руки в той грязи. Мой член и яйца, вывоженные в грязи, лежали на её поверхности, и только если пристально разглядывать их, можно было понять что это.
Проснувшись чуть позже обычного и не обнаружив меня, сестра стала заниматься своими делами, пробежав мимо меня в туалет и обратно, она даже не обратила на приготовленную мной накануне грязь. В течении всего дня, она много раз ходила мимо и ни разу не бросила в мою сторону даже взгляд. Больше всего меня напугала соседка, которая пришла зачем-то к Тане и они несколько минут стояли почти рядом возле грядок, и обсуждали, что и как сеять, и рассаживать. Я боялся, что соседка меня заметит, но она много раз бросала на грязь косые взгляды, но так ничего и не поняла. Только спросила у Тани.
— А это зачем и показала рукой на грязь.
Таня не поняла и подумала про кучу мусора и ответила.
— Да Сергей мусор в кучу собирает, чтобы вывезти потом.
— Я про грязь спросила — уточнила соседка.
— Я не спрашивала, для чего он её развёл. — ответила сестра, и соседка ещё раз посмотрев на яму с грязью ушла.
Таня потом ещё много раз ходила мимо и даже ничего не подумала, и я решил, что пора вылезать и тут подумал, а что если Таня перепугается. Когда Таня в очередной раз вышла во двор, я позвал её. Она вздрогнула и стала оглядываться по сторонам. Я снова позвал сестру и она уже целенаправленно, смотрела в мою сторону, но не могла понять, откуда мой голос. Она сделала несколько шагов и окликнула меня.
— Серёжа, ты где?
— Под кучей мусора — ответил я.
— Как ты туда забрался? Зачем? — не понимала сестра, подходя поближе.
— Помоги выбраться, объясню — ответил я.
— Что надо сделать — Таня подошла поближе и встала возле кучи.
Я шевельнулся и Таня, увидев мои ноги и то, что до этого момента лежало на поверхности, ойкнула и резко отскочила в сторону.
— Дурак!? — сказала она и убежала в дом.
Я лежал и ждал когда она снова выйдет. Грязными руками убирать мусор с лица и головы было не с руки. Таня ждала когда я сам вылезу но не дождавшись вышла во двор и спросила.
— Серёж, ты ещё тут?
— Тут конечно, как я выберусь то — ответил я.
— А как залез? — спросила сестра.
— Ну тогда руки были чистыми, а сейчас как я грязными руками глаза и лицо очищу от мусора — пояснил я.
Таня подошла поближе и убрав руками сухую траву и листья с моей головы придержала их и я вытащил голову из небольшого укрытия и сел в вырытую яму. А когда встал во весь рост, Таня рассмеялась, и спросила.
— Зачем ты это сделал?
— Сюрприз тебе хотел сделать — ответил я.
— Ну и где он? Сюрприз твой — спросила она.
— Ты весь день мимо ходила и даже меня не заметила — ответил я.
— Но ты же не предупредил меня — возразила сестра.
— А если бы предупредил, то это не было бы для тебя неожиданностью — ответил я на её возражение.
— Ну и что в этом такого, я смысла не вижу. И потом тебя мола твоя соседка заметить она как раз заходила — сказала Таня.
— Но ведь не заметила! — парировал я.
— С тобой как со стеной разговаривать, тебе одно, а ты своё — уже возмущённым голосом ответила сестра.
Закончив с посадками в начале июня, Таня уехала в город, я снова остался один. Она за лето приезжала много раз, так как её желание вырастить много разных цветов было для неё реалистично, и она пропалывала свои клумбы, поливала их, и мне помогала с прополкой. Эти приезды были довольно частыми, но не долгими и особо ничем не отличались друг от друга. Уезжая в город, она всегда забирала собой красивый букет из выращенных цветов и добавленных в него полевых, которые я ей часто приносил из леса. В лес на прогулку сестру вытянуть было невозможно, так как там было полно комарья, и паутов, и только в конце августа, когда началась уборка урожая в огороде, и в лесу стало тише. Кусачих насекомых было мало и можно было снова гулять.
Во время уборки я часто, и как бы случайно, измазывался в грязи и земле, и как то Таня взглянув на мой стрёмный вид, хихикнула и улыбнувшись, намекнула мне.
— Что снова хочешь сюрприз мне устроить?
— Пока не до этого, надо урожай убирать — ответил я.
— Ты что снова хочешь залезть в эту грязь — удивившись моим ответом, сказала сестра.
— А что, прикольно получилось тогда — ответил я.
— Ну, ну. — сказала сестра и ушла в дом.
Больше к этому вопросу Таня не возвращалась пока не приехали помогать копать картошку Дима и Лена. Погода стояла просто как по заказу, тепло, светило солнышко и мы выкопанную картошку рассыпали сразу во дворе, чтобы быстрее её просушить. Два дня работали в поте лица, и под конец осталось совсем чуть-чуть, и мы оставили это на следующий день. Вечером после баньки мы с Димкой курили на улице как к нам вышли Лена и Таня. Они посмотрели на нас раскрасневшихся. Я был голышом как всегда, а Димка в трусах. Никак он не хотел составить мне компанию.
— Долго ещё дымить будете, а то мы уже на стол накрыли и вас ждём — сказала Лена.
— Сейчас покурим и придём — ответил Дима.
Лена сделала пару шагов в сторону чтобы не дышать дымом и оступившись чуть не соскользнула в ту канаву в которой я лежал в грязи.
— Ой, чуть не упала — сказала она и посмотрев на меня спросила.
— Серёж, ты в этой канаве, что ли лежал в грязи?
Я глянул на Таню и ответил.
— А что я не могу принять грязевую ванну, ведь на курорты мне не съездить. — и все засмеялись услышав мой шутливый ответ.
Я понял, что сестра уже поделилась этой новостью со своей подругой, и мне оставалось только подыгрывать им, чтобы не оказаться в неприятной ситуации. Когда сели за стол и немного выпили с устатку, то Лена спросила меня.
— Серёж, а ты мог бы снова принять ванну. Уж очень интересно посмотреть, как это выглядит. Таня так рассказывала, что не поверить просто было невозможно.
— Надо картошку сначала прибрать, а то вдруг дожди грянут, а потом уже и ванну принимать можно — ответил я.
— А мы завтра без тебя всю картошку выкопаем, и перебирать будем, а ты можешь хоть весь день ванну принимать, правда Дима — сказала Лена, обратившись к мужу.
Я задумался и не знал, что ответить, как в разговор вступила Таня.
— Ладно, Серёж, считай, что мы пошутили.
— И будете считать меня трусом, если я не соглашусь. Я согласен — ответил я, и все переглянулись.
Ещё с вечера размешав грязь и добавив в неё воду, чтобы была не очень густой, мы легли спать, а рано утром я занял свою ванну на весь день, погрузившись в грязь и затолкав голову под кучу мусора. Все ещё спали, и я хотел их удивить, когда утром они меня не увидят ни в доме, ни во дворе. Сюрприз удался и когда начали просыпаться и один за другим ходить в туалет, то проходили мимо и даже не обращали на меня внимания, думали, наверное, что я ещё сплю на террасе. Когда завтрак был готов и стол накрыт, Лена окрикнула меня, но не услышав ответа вышла на террасу и тут же спросила у Тани и Димы.
— Вы Серёгу не видели? Куда он ушёл?
— Нет, с самого утра его не было — ответила Таня.
— Спит, наверное ещё. — сказал Димка и тоже заглянул на террасу.
Меня нигде не было и тут до них дошло. Они все вышли из дома во двор, и подошли к канаве и разглядели, как на её поверхности плавает мой член и яйца, разложенные в разные стороны. Ни ног, ни рук и ничего другого, не было видно.
— Он уже ванну принимает — съязвила Лена, и все рассмеялись, а дальше произошло то, чего я даже не ожидал.
Позавтракав, все снова вышли во двор, и кинули в мою сторону улыбчивые взгляды. О чём они говорили за столом, я не знаю, могу только догадываться. Но тут я услышал то от чего даже дрожь по телу пробежала.
— Дима, выгони машину на улицу, а то картошку рассыпать некуда — сказала Лена.
— Сейчас — ответил Дима и открыв большие ворота он выехал на улицу и свернул чуть в сторону в результате чего был полный обзор того что происходило во дворе. Дима хотел было снова закрыть створки ворот, но Таня его остановила и сказала.
— Пусть открытыми будут, на сквозняке картошку к вечеру просушит.
Дима вошёл во двор и они, взяв вёдра и лопату, пошли в конец огорода докапывать остальную картошку, а я остался лежать в канаве в грязи на виду всей улицы. Машина стояла сбоку от ворот, и был виден только передний бампер. Я видел, как редко, но всё же мимо проходили то соседки то сосед или кто-то проезжал, и было видно, что у соседки, напротив, в окнах, сидел её муж инвалид, который передвигался только по дому и то с помощью, а в основном сидел у окна и поглядывал на улицу. Теперь он, пялился в мой двор, и то, как Дима Лена и Таня копают картошку. То Таня, то Лена с полным ведром картошки проходили мимо и рассыпали её во дворе, бросая на меня взгляды. А тут вышла соседка и прямо во двор и пройдя мимо меня пошла в огород. Назад она уже вернулась с Таней и я услышал как она спрашивала у неё, где мол Серёга, и что он то не копает а гостей заставил. Таня, медленно идя рядом с ней, остановилась почти у самой канавы, в которой я лежал, и стала говорить.
— Он вчера спину надорвал и долго не мог уснуть. Поставили ему укол Лена, и он спит, а мы решили не ждать его и докопать. Там немного осталось.
Тут подошла Лена, и Таня сказала ей, что соседка Серёгу спрашивала и в трёх словах подмигнула ей что и рассказала соседке. Лена подошла к ним и они уже втроём стояли и болтали Я наверное даже не дышал чтобы грязь не шевелилась. Димка, видя, что женщины сцепились языками, сел на пень в конце огорода и закурил. Когда соседка ушла, я выдохнул, а Таня и Лена ушли к Димке и ещё два часа до обеда копали не спеша. Соседка ещё дважды заходила, но так и не признала в грязи ничего, хотя каждый раз бросала на кучу мусора или грязь свой взгляд.
Как вся картошка была выкопана, все поочерёдно пошли мыться в баню, а потом ушли в дом обедать и даже не прикрыли ворота. Я так и продолжал лежать на обозрение всем, кто проходил мимо. После обеда немного отдохнув, Дима и Лена стали собираться в город, и взяв с собой немного овощей, загрузили в багажник, и вскоре уехали, предварительно подойдя к куче мусора, то есть ко мне и попрощались. Таня продолжала ходить мимо меня, поглядывая в мою сторону, но ничего мне не говорила. Так я и пролежал на виду у всех, при открытых воротах, пока не стало смеркаться. Когда я вылез, стряхнул всю грязь и отмылся, стало уже совсем темно.
— А я уж подумала, что ты на ночь остался — сказала Таня, когда я пришёл из бани.
— Пришлось бы, если бы ты ворота не закрыла. Дед, так и пялился, в наш двор, весь день. — ответил я.
На другой день мы с сестрой прибирали подсохшую картошку в погреб. Таня насыпала в вёдра, а я относил и рассыпал в яме. Через два дня Таня тоже уехала в город, сказав, что скоро приедет. Ей кто-то позвонил, и она быстро собралась, и я снова остался один.
Таня и Дима с Леной ещё дважды приезжали ко мне в сентябре, чтобы сделать заготовки овощей, мариновали и солили, а мы с Димкой вывозили и чистили огород, чтобы на следующий год было меньше возни.
Продолжение дальше...

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2729
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои фантазии. Двоюродная сестра

Сообщение 07 ноя 2018 10:40

Мои фантазии. Двоюродная сестра.
Часть 8. Осенний экстрим
.

Это произошло, когда в огороде всё было убрано, и мы собрались чтобы справить борозду. Вечер прошёл весело. После застолья мы пошли прогуляться перед сном по улице. Если спросите, как я был одет, то нормально, как и мои друзья. Было ещё светло, и люди были на улице, и другая бы форма одежды, вызвала нездоровое мнение обо мне.
Проходя мимо заброшенного дома, возле которого улица немного делала поворот, мы увидели большую лужу, и грязь у самого палисадника ветки сирени растущей в котором прямо свисали над ней и касались воды. Мы прошли правее, где было сухо, и где все ходили и ездили, и пошли дальше, как вдруг Дима пошутил.
— Серёга, хорошее место для приёма ва_а_а_нн — произнёс он с усмешкой и протяжно.
Таня и Лена обернулись назад и посмотрев на лужу возле развалин тоже хихикнули и сказали.
— Да, и самому грязь разводить не нужно. Тут её больше, чем где либо.
Меня эти усмешки и подначки зацепили за живое и в течении всей прогулки по селу я не переставал думать об этой луже. А когда возвращались обратно, я внимательно разглядывал её, но моим спутникам было не до неё, и они даже не вспомнили про ту шутку и прошли мимо Димка дымил как паровоз, а Таня и Лена о чём-то разговаривали и смеялись. Уже начинало смеркаться, и мы разошлись по кроватям. Я как обычно лёг на террасе, а Димка на мою кровать в доме с Леной, а Таня, на своей. Я долго думал о том, что сказал Димка и как над этим посмеялись Лена и Таня. Спать совсем не хотелось. Я вышел в огород и развёл грязь, измазавшись ею, я по берегу добрался до разваленного дома, и стал ощупывать лужу. Выбросив из неё пару кирпичей. Пустую бутылку и ещё что-то я стал обустраиваться. Ветки сирени плотно смыкались над грязью и я затолкав под них голову устроился поудобнее. Потом подложил под ягодицы какую-то старую тряпку так чтобы мой член и яйца были видны на поверхности лужи и лежали на этом зеркале грязи, словно выброшенные ветки и камушки. Сбоку от веток сирени, я положил два грязных пенька, которые тоже вытащил из лужи. Это нужно было для того чтобы возле этих пней никто не ходил и не обнаружил меня. Получилось довольно красиво и при первых лучах солнца, пока ещё все спали, я осмотрел грязь и понял, что замаскировался здорово. Теперь нужно было лежать так, чтобы грязь не шевелилась, и я стал ждать первых прохожих, а самого всего колотил озноб от волнения и испуга, ведь я не знал, как это всё смотрится со стороны дороги и боялся, что могут узнать и разоблачить меня.
Когда мои друзья и сестра проснулись, они не сразу обратили внимание, что меня нет и только когда стали садиться завтракать Таня позвала меня.
— Серёж, вставай, а то завтрак остынет.
А в ответ полная тишина и тогда Димка вышел на террасу и заглянул. Кровать, на которой я спал, была пуста.
— А его там нет, сказал он, входя в дом.
— Опять со своими завихами — сказала Таня.
— Ладно, давайте завтракать, а то остынет. Семеро одного не ждут — сказала Лена.
Во время завтрака вдруг кто-то вспомнил про вчерашнюю прогулку и предположил.
— А что если он к тому разрушенному дому ушёл?
— Что гадать то, набегается, придёт — ответил Димка и сказав спасибо лёг на кровать чтобы отдохнуть.
— Ты как хочешь, а мы с Таней прогуляемся до магазина и посмотрим — сказала Лена.
— Ну и идите — ответил Дима.
Выйдя во двор и осмотревшись, Таня и Лена не найдя взглядом ни где Сергея, вышли на улицу. Они шли не спеша, внимательно посматривая по сторонам, и потом до открытия магазина, было, ещё минут пятнадцать, и спешить было некуда. Подходя ближе к разрушенному дому, Таня и Лена уставились в грязь, и стали присматриваться и тут Таня ойкнула.
— Что случилось? — спросила Лена.
— Он тут, видишь на поверхности грязный член и яйца его по разные стороны лежал — пояснила сестра.
Лена присмотрелась и говорит.
— Нет это не похоже на его член, вроде как какая то палка валяется и комки грязи. — сказала она.
— Но вчера не было тех пней я точно помню — сказала Таня.
— Ты права, я их тоже не помню. Если бы они лежали давно, то были бы сухими, а они словно недавно вывернуты из лужи — сказала Лена.
— Ладно, пошли, а то скоро на нас будут больше обращать внимание, чем на эту лужу — сказала сестра, и они прошли мимо.
Купив хлеба, Таня и Лена на обратном пути снова пристально поглядывали на необычные выпуклости, на поверхности лужи. Когда они рассказали о своём предположении Димке, то он не поверил поначалу и решил сам убедиться и пошёл за сигаретами в магазин, хотя у него в машине было ещё две пачки. Когда он вернулся, то тоже сказал, что ему странно изменённой показалась лужа. В течении всего дня они так и не нашли меня и несколько раз ходили по улице поглядывая на ту грязь и лужу. Наблюдали за проходившими мимо жителями деревни и сделали своё заключение.
— Похоже, всем без разницы, что валяется в этой грязи. Все проходят мимо, и никто даже не смотрит, — сказала Лена.
— А ты что хочешь чтобы разглядывали как мы и гадали, что они там увидели — возразила Таня.
— Да, могу себе представить собралось всё село, и гадают, Серёгин там член лежит или нет, — рассмеялся Димка.
Вечер подходил к концу, но так никто из проходивших мимо сельчан не заметил ничего подозрительного. Я вылез, как стемнело, и за огородами направился к озеру, где смыл основную грязь. А потом ещё долго отмывался в бане. Когда я вошёл в дом, то все уже давно поужинали и кто смотрел телик, а Таня и Лена разговаривали сидя на кровати.
— Во, и потеря нашлась, — с юмором сказал Димка. Он первый меня заметил.
— И где это ты столько времени пропадал — с язвительностью в голосе спросила Лена.
— Как будь то, не знаете, дайте что-нибудь поесть, а то я голодный — сказал я.
Таня налила мне суп, который она часто готовила и он мне нравился и я, стал есть, а они все наперебой кто что хотел, расспрашивали меня и я то мычанием, то успевая пару слов сказать между ложками отвечал на их вопросы.
— Серёж, а тебе понравилось там лежать или нет — спросила Таня, и все трое уставившись на меня, ждали моего ответа.
Я, подумав, сказал, как было.
— Я ждал от этого большего, ведь был, по сути, весь день на глазах у людей, но всё же чего-то не хватало.
— Ты хотел чтобы тебя увидели и стояли напротив и обсуждали — спросил Дима.
— Нет, конечно, но что-то на грани этого хотел бы испытать — ответил я.
Все задумались и обещали мне подумать. А утром Дима и Лена уехали, и я снова остался с сестрой вдвоём. Шла осень и иногда пролетал снег. Мы с Таней часто гуляли и мой вид у неё уже не вызывал никаких эмоций. Она даже не спрашивала меня, как и в чём я пойду на прогулку. Чтобы мне легче было перепады температур я постоянно закаливался и умывался и обливался холодной водой на улице, а когда выпал первый снег и его намело очень много я развёл в огороде грязь и зарывшись в ней ждал когда Таня пойдёт в огород. Пролежав минут двадцать, я увидел как сестра, выйдя во двор и оглядевшись по сторонам, пошла в сторону бани. Увидев грязь и узнав на её поверхности мой член и яйца и мой живот, чуть торчащий поверх грязи, сказала.
— Не боишься простыть?
— Нет, я же закалённый, — ответил я.
— Ну тогда ещё давай закаливайся — и она взяла возле бани лопату и стала снегом закидывать грязь и меня и накидала большую кучу, а я лежал и наблюдал за ней. Вдруг открылась калитка и во двор вошла соседка. Я забыл закрыть её когда ходил на улицу отскребал снег. Соседка, увидев Таню, направилась прямо к ней и сестра в мгновение смогла подхватить валявшийся грязный мешок и бросит мне на лицо, чтобы соседка не могла меня увидеть. А после пока соседка шла до бани бросила ещё несколько лопат прямо на то место, где было моё грязное тело.
— А где Сергей то, что он тебя снег то чистить заставил — спросила она.
— Ушёл куда-то, а мне в баню надо — ответила Таня.
— Понимаю. Я вот чего зашла то — сказала она и стала расспрашивать сестру как готовить одно блюдо, которым Таня как-то на днях угощала её. Таня стала рассказывать всё по порядку что и как а соседка если что не понимала то переспрашивала. Так они простояли некоторое время, и сестра, поняв, что соседа может всё перепутать позвала её в дом.
— Давай я тебе лучше запишу, — и они ушли.
Я лежал в грязи под слоем первого снега, и боялся пошевелиться, ведь соседка могла в любой момент выйти. Было тепло и мне даже было ничуть не холодно. Когда Таня проводила соседку и закрыв калитку подошла ко мне и убрав старый мешок отругала меня, сказав, что я дурак, и то что если мне наплевать на себя, то подумал бы о ней, что сказала бы соседка если бы заметила тебя. После этих слов она ушла в дом. Я стал выбираться из под снега и грязи, и потом долго отмывался в бане. Когда я пришёл в дом, то гнев сестры немного утих, и я извинился перед ней. На что она мне ответила.
— Если хочешь в грязи валяться, то валяйся, когда меня не будет, или вон на улице — и она махнула рукой в ту сторону, где я пару недель назад весь день пролежал голышом в луже.
Я ничего не ответил, а через несколько дней, когда стало тепло, и весь снег растаял, и на улице была непролазная грязь, я задумался о предложении сестры, но одному было трудно, как то спрятаться. Было не лето и погрузившись голым в лужу мне было бы не пролежать. К моему счастью приехали Димка и Лена и я после того как сестра рассказала о моей выходке предложил Димке помочь мне и он на удивление всем согласился.
Не сказав ничего Лене и Тане, мы пошли с ним пройтись по улице и присмотреть место моего пребывания. Он пытался меня отговорить, но я стоял на своём. Подойдя к магазину, и купив сигарет, мы вышли и пока прикуривали, мне на глаза попалась куча забрызганных грязью срезанных с деревьев веток и сучков. Димка поймал мой взгляд и с ехидством сказал.
— Что новое место присматриваешь?
— Да, а чем тебе это не подходит — добавил он следом.
— Место то интересное, но боязно, магазин рядом и грязи нет, одни ветки — ответил я.
— А мы тебя под гнилую корягу замаскируем — сказал Димка и засмеялся.
Проходя мимо, я заметил, что под кучей веток есть небольшая канава и ответил.
— А что, я согласен, если рядом ещё пару кривых сучков положить, то будет непонятно, что там снизу валяется.
— ты что серьёзно, — спросил Дима.
— Да, а что. Поможешь мне замаскироваться ночью — спросил я Димку.
— Дело твоё, помогу, коль охота есть — ответил он и мы, пройдя мимо, отправились к дому.
Ближе к вечеру я снова в огороде намесил грязь и как стемнело уже ближе к утру разбудил Димку и измазавшись с головы до ног отправились к тому месту. Сдвинув в сторону старые ветки, я устроился удобнее, а Димка, изваляв в грязи пару веток от клёна, положил их вдоль меня и частично на меня. Затем попросил изогнуть руки и ноги, словно они не мои части тела, а ветки гнилого дерева забрызганного грязью. Поверх набросал тонких веток, и в довесок придавил ещё парой грязных корявых сучков, от засохшей яблони предварительно вывозив их тоже в грязи. Как маскировка была готова и Димка, при слабом свете луны осмотрел всё, он просунул руку между веток к моему члену и приподняв его перевесил через ветку, тоже самое он проделал и с яйцами перевесив одно через одну ветку а второе через другую.
— Вроде всё — сказал он и отошёл в сторону.
— Меня, то, хоть не видно — спросил я.
— Да совсем забыл, — сказал Димка и принялся срывать траву и маскировать моё лицо и голову и как только он это сделал, то сказал.
— Вот теперь всё.

Рано утром я увидел спешивших на работу несколько человек, и они даже не обратили внимания на кучу веток. А позже мимо проехала одна, а затем вторая машина и забрызгала грязью меня и всю кучу и следы что натоптали ночью мы с Димоном. Позже мимо проходило много людей и возле магазина стояли и разговаривали, поглядывая то в мою сторону, то мимо в улицу. А ещё позже пришли Таня и Лена, а следом за ними и Дима. Он стоял возле магазина и поглядывал на своё творение, а я сквозь сухую траву поглядывал на него и на тех, кто проходил мимо. Свисающие на ветках яйца и член были на самом видном месте, но никто даже подумать на них не мог что это именно они. Со стороны казалось, что просто ветки и сучки все в грязи и сброшены в кучу. Когда Таня и Лена прошли мимо меня и пристально разглядывали кучу, то Димка им что-то сказал, и они громко рассмеялись и ушли домой.

Позже они ещё дважды проходили мимо и поглядывали в мою сторону и смеялись. Несколько раз проезжали мимо машины и обрызгивали кучу грязью. Иногда совсем рядом кто-то останавливался и разговаривали, даже не подозревая, что в метровой доступности развешано на ветках. Так я пролежал в том месте весь день, и только как стало темно, я сам осторожно выбрался и берегом добрался до дома. Позже мы часто обсуждали это моё приключение и всегда смеялись, и я и Лена с Таней и Димка.

Когда Димка и Лена уехали в город, Таня прогостила у меня ещё две недели, и мы часто с ней гуляли под снегопадом и разговаривали. С наступлением морозов она уехала, и я снова остался один. Чего-то необычного и интересного о чём я мог бы ещё рассказать больше, не происходило, а только повторялось, и нет смысла мне это ещё неоднократно повторять.

Буду рад, если кто оставит отзыв о моей фантазии
и реальном приключении с сестрой, объединив
которые, я написал такой рассказ.

Аватара пользователя

fg51

лиценциат
лиценциат
Сообщения: 1424
Благодарил (а): 57 раз
Поблагодарили: 256 раз

Мои фантазии.

Сообщение 08 ноя 2018 14:51

sergei0083 писал(а):
07 ноя 2018 10:40
Буду рад, если кто оставит отзыв о моей фантазии и реальном приключении
Слог повествования прекрасный, а всё остальное в личку
Держите руки не над одеялом, а на пульсе своих желаний

Аватара пользователя

:jgf

профессор АО
профессор АО
Сообщения: 59215
Благодарил (а): 458 раз
Поблагодарили: 3158 раз

Мои фантазии

Сообщение 27 июн 2019 14:15


Рассказы темы добавлены в Алфавитный указатель тем «Литература».
Окажите посильную помощь в сборе средств. Вот форма перевода

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2729
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои фантазии. Мои любимые глисты

Сообщение 01 июл 2019 11:51

Мои фантазии. Мои любимые глисты.
Часть 1
.

После окончания школы, я поступила в институт на ветврача и закончив его стала, работать на животноводческом комплексе. Ветврачей у нас не хватало и часть учёбы мне оплатили, так что с работой был полный порядок. Деревня была по средним меркам не очень большая, около трёх тысяч жителей, я имею в том смысле, что было много парней, и вскоре я вышла замуж. Сначала всё было вроде бы и ничего, но через два года, выяснилось, что я не могу иметь детей и мой муж начал задерживаться с работы, а потом и вовсе загулял. Я не стала это терпеть, и мы развелись.

Родители жили в соседней деревне, и я осталась одна. Настроение было такое, хоть на стенку лезь. Делать ничего не хотелось. Испытав счастье семейной жизни, я хотела близких отношений, но пьяные мужики и парни вызывали у меня отвращение. Прошёл год, но оставалось всё по прежнему. Иногда я гладила себя пальцами и щекотала клитор, тем самым вызывая в себе оргазм. Это было не то, и я уже готова была броситься под первого встречного алкаша, как у нас случилось ЧП.

Несколько голов, крупнорогатого скота, заболели и вскоре умерли, а с ними и наш конь Яшка, хоть он и был старый, но на лошадей ещё скакал. Исследовав, я обнаружила отравление и закупорку кишечника. Когда я проверяла Яшку, мне пришла в голову дурная идея, и я крадучись вырезала его член и принесла домой. Тогда даже понятия такого как сексшоп не было. Обработав его и удалив всё ненужное, я накачала его всякой ерундой, и он стал как настоящий, только мне показалось, очень огромный. Я уже была сильно возбуждена и поспешила его ввести себе во влагалище. Мне это удалось со второй попытки, и я начала двигать им. Эту процедуру я освоила довольно быстро. И вскоре чучело конского члена ходило во мне довольно легко. Я стонала и извивалась от наслаждения, а моя истосковавшаяся киска просто истекала своим соком. Это чувствовалось по сильному хлюпанью внутри влагалища. Кончив раза три подряд, я не вытаскивая член, пала на кровать и раскинув руки, тяжело дышала. Весь вечер и всю ночь я гоняла конский член туда, сюда, и под утро выбилась из сил. На работу не шла, а еле передвигала ноги. Все мышцы и стенки входного отверстия болели от сильного растяжения. Проведя беглый осмотр и записав всё в журнал я предупредила начальника фермы, сославшись на вчерашнее переутомление при вскрытии павших животных, ушла домой. Засунув член во влагалище, я легла на кровать и уснула. Проснулась под вечер от страшного сна,
«Мне приснилось, что моё влагалище разрывается от того, что в него заталкивают мощный член.»
Оглядев всё по сторонам, я не нашла чучело конского члена. Его нигде не было, и когда я села на край кровати я поняла, что оставшиеся несколько сантиметров, которые перед сном торчали из моей киски, каким-то образом полностью утонули в моём влагалище. Тут я вспомнила, как во сне вставала попить воды, от того что пересохло в горле и садилась на край кровати. Получается, я сама загнала его туда.
Встав с постели, я немного прошлась по комнате, и мне стало сразу очень хорошо. Я решила его не вынимать, насколько это будет возможно. За вечер я кончила пару раз, и на ночь его оставила внутри себя.
Утром я чуть не проспала на работу, и быстро одевшись, я бегом побежала на ферму. На полпути вспомнила о том, что конский член лежит в моей киске уже сутки и что я опять забыла его вытащить. Не останавливаться же посреди улицы, и я решила так отработать весь день. Иногда я просто забывала о нём, а когда садилась, то он сам напоминал о себе. За весь день я несколько раз кончила, и мне было невтерпёж, всё вылить и вымыть свою истекающую плоть.
Ко- как дождавшись вечера, я засунула руку во влагалище и кое как нащупав и удобно ухватив конский член я извлекла его наружу. Внутри стало так пусто, и было такое ощущение, что чего-то не хватает.
Положив член в целлофановый кулёк, я убрала его в холодильник, тем самым решив отдохнуть день, другой. Два дня я чувствовала, что у меня что-то отобрали и придя с работы я достала член из холодильника и положила его отогревать. Через час, когда он был уже тёплый, я снова засунула его туда, где он и должен находиться, себе во влагалище. Во время передвижения по дому и на работе он вызывал сильное возбуждение, и я несколько раз на день кончала, что сопровождалось сильными оргазмами.
Проходив так несколько дней, я решила снова его вытащить, но в этот раз мне не удалось. Под воздействием температуры моего тела он начал разлагаться и я его по частям выскребала из влагалища. Под ногами бегала кошка и от этого запаха она убежала на улицу. Весь вечер я копалась у себя внутри, выскребая рукой, останки конского члена. Даже собака, его не стала есть, и я выбросила всё в яму. Прополоскав и обработав дезинфицирующими растворами своё влагалище, я успокоилась. Вроде всё было нормально.
Через пару недель был опять вынужденный забой, и я принесла домой несколько трофеев вместе с яйцами. Прямо с порога я не дав себе раздеться, скинула трусы и немытые яйца засунула во влагалище. Вошло три бычьих яйца. Все руки были измазаны, и я принялась приводить себя в порядок. При ходьбе чувствовалось, как яйца перекатываются друг о друга и при приседании давят на внутренние стенки влагалища. Остальные трофеи я убрала в холодильник. По несколько дней и порой даже доходило до недели, я не вынимала яйца и члены животных из своего влагалища. При этом я получала массу удовольствия, и сильные оргазмы кружили мне голову. Часто приходилось уже пахнущие части вынимать руками из своей киски. Несколько раз замечала червячков (опарышей) которые уже успевали завестись в разлагающихся половых органах животных, находящихся внутри меня. Так прошёл год, а за ним ещё несколько таких же лет. Каждый раз я приносила всё новые половые органы забитых животных и заталкивала их теперь уже не только во влагалище, но и в задний проход. Обе дырки были так мной растянуты, что туда помещалось по несколько бычьих членов и уже до пяти яиц.
Моя жизнь изменилась, и я была очень довольна. Я не получала столько оргазмов от занятия сексом с мужем за весь год, сколько получаю за неделю от отрезанных половых органов у животных.
Я выполняла свою работу очень добросовестно и однажды меня отправили в санаторий на недельку. Мне пришлось лишить себя всего, что я имела каждый день, но я решила немного отдохнуть и подумать. В санатории мне пришли в голову очень дурные идеи, и по приезду я ринулась их исполнять.
Первое, что я сделала, это проверила всех животных на наличие глистов. Отобрав неблагонадёжную группу из восьми свиней и трёх коров, я стала давать им препараты и получила быстро результат. Плоские белые ленточные глисты стали вместе с какашками вылезать наружу. Под видом исследования, я собирала их и промыв в воде запускала их в свой задний проход. Когда там оказалось уже больше двух десятков, остальных я высыпала из колбочки себе во влагалище. Было очень щекотно, и я не переставала кончать раз за разом. Глисты быстро расползлись по кишечнику и моему влагалищу. Лёжа на кровати, я чувствовала их шевеления во всех уголках своего живота. Глисты у животных были гораздо больше человеческих и некоторые, достигали длинны, двадцати сантиметров. Весь живот, как говорится, у меня ходил ходуном. Я продолжала наблюдать за животными, и каждый день добавляла по несколько глистов себе в задний проход и влагалище. Через неделю все животные были отпущены на свободу в табун, а мой живот ходил ходуном, как у беременной. Я очень много ела и постоянно чувствовала голод. Глисты сосали из меня всё, что могли и я стала немного худеть Живот мой по прежнему шевелился, и это было сильно заметно. Я решила выводить своих глистов. Из влагалища я выскребла их руками, хоть и было их там не много, но они иссосали всё что могли, и мне было больно засовывать туда руку. Если бы я подождала ещё пару недель, то они пролезли бы через стенки влагалища и устремились внутрь моего живота. Я это знала с института. Количество выпавших глистов я пересчитала и сверила с тем, сколько я туда высыпала. Всё было в норме. Труднее обстояло дело с кишечником. Я активно принимала лекарство и часто ставила себе клизмы. За четыре дня я вывела по счёту всех. Многие даже сильно подросли и достигли почти полуметровой длинны. Я кайфовала, когда такие выпадали из заднего прохода. От этого экстрима я получила такой кайф, что не могу передать его на бумаге. После выхода последнего глиста я ещё две недели лечила свой кишечник, и всё обошлось.
После этого случая я стала каждый год, как подрастут поросята, проводить осмотр и выявлять неблагонадёжных особей. Это мне позволило каждое лето всех ленточных глистов и других тоже пропускать через своё влагалище и задний проход. Мне нравилось медленно опускать этого червя и смотреть, как он постепенно исчезает у меня в анусе или во влагалище. Я от этого испытывала массу наслаждения.
В один год было сильно много больных свиней, заражённых ленточным глистом и мне, много пришлось потрудиться. За полторы недели я вывела больше двух десятков и не одного не оставила безучастным в моей судьбе. Они все оказались внутри меня, и я наслаждалась этим до потери сознания. Моя киска истекала от вожделения от присутствия этих скользких червей, а в кишечнике творилось непонятно что. Я просто хотела не есть, а жрать, и сметала всё съедобное. В животе всё шевелилось и урчало. По большому в туалет, я не ходила уже несколько дней, и меня это насторожило. Через двое суток, когда были отпущены последние животные с карантина, а в мой анус последний ленточный червь, я взяла два отгула и лёжа на кровати наслаждалась этими ощущениями. От частых оргазмов я выбилась из сил и чтобы не потерять над собой полный контроль, решила закончить с этим. Превознемогая боль я вытащила всех глистов из влагалища и принялась лечить свой кишечник. На этот раз у меня ушло гораздо больше времени, и после ещё долго болела вся область живота. Но всё обошлось после усиленного лечения, и я решила больше не играть с огнём.
После этого случая я уже два года балуюсь только с трофеями после забоя животных. Часто вспоминаю глистов, но не могу решиться на это. Иногда даже воспоминания заставляют мою плоть трепетать, и я проваливаюсь в сильном оргазме от этого.

Продолжение дальше...

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2729
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои фантазии. Мои любимые глисты

Сообщение 01 июл 2019 11:51

Мои фантазии. Мои любимые глисты.
Часть 2

После того, как я вам рассказала и поведала свою тайну — прошло почти два года. Я по прежнему работаю на животноводческой ферме ветеринарным врачом. За это время построили новую ферму и производство увеличилось. Я не стала справляться одна и после разговора с управляющим к нам приехала молодая девушка ветврач, ко мне в помощь. Конечно, наше село не было предметом её мечтаний, но приличная зарплата и обещания соблазнили её. Девушку звали Лена, ей было 23 года, худенькая, невысокого роста, даже чем-то напомнила меня после окончания института. Я сразу вспомнила себя, когда здесь появилась впервые и на душе что-то защемило. Годы летят и остаются только воспоминания.
Жить Лене было негде, и я предложила ей пока пожить у меня. Дом большой, а одной в нём бывает так скучно и тоскливо в дождливые и холодные вечера. Вот я и подумала, вдвоём будет веселее. Подумать то подумала, но уже поздно, что либо, вернуть назад. Спустя два дня я уже опомнилась. Теперь в присутствии постоялицы, я не смогу, вести себя так свободно и раскованно, как вела себя до этого. Только бы не забыться и не проколоться случайно — вот позорище-то тогда будет. От этих мыслей меня аж дрожь по всему телу охватила. Стало как то неуютно и обидно за свой язык и поспешность. Но делать было нечего, и я немного смирилась со сложившейся ситуацией.
Та прошла первая неделя, вторая и вот первый забой свиней для мясокомбината и нам предстояло много работы. Оформить все документы и анализы на мясо. Ну, в общем, всё как положено. Мы стали брать пробы и делать анализ в лаборатории. Со свинками проблем не было. Ничего выявлено не было, но за полдня мы уже не могли стоять на ногах. Мотались туда, сюда, и лишь во время обеда смогли немного передохнуть.
После обеда случилось то, что я даже не предполагала, что смогу это сделать. Оставалось последняя партия и это были семь кабанчиков. Когда мы стали брать у каждого кусочки для анализов, я невольно обратила внимание, как Лена смотрит на яйца кабанчиков и его отделённый, но ещё окончательно не отрезанный кнутик, так мы называли половой орган животных мужской особи.
— Что, не видела никогда — спросила я.
— Видела в институте — смутившись, ответила Лена и тут же залилась в румянце.
— Ладно, не смущайся, это наша работа, если хочешь, то можешь рассмотреть по внимательнее — посоветовала я ей.
Лена ещё сильнее покраснела и огляделась по сторонам. В стороне сидели мужики и курили, о чём-то бурно и громко споря.
— Ну ладно, я тебе помогу — сказала я и подошла к Лене.
— Дома рассмотришь, там никто не засмеёт — добавила следом.
Я взяла лежащий на столе нож и раздвинув в стороны внутренние складки, привычно и аккуратно вырезала половые органы кабанчика и положила в пакет. Раньше я это делала постоянно, и никто уже не обращал на мои действия внимание. Закончив брать пробы, мы пошли в лабораторию. Лена от такого конфуза вся залилась румянцем и не знала, куда деть глаза. Ей было неудобно, и ответить ничего она не могла. Много практических занятий она пропускала специально, потому что стеснялась своих однокурсников, их усмешек и разговоров за спиной. Проходя мимо мужиков, сидевших у входа и куривших, кто-то из них спросил:
— Ну что, опять своему Мухтару гостинец понесла?
— Да, могу и твои прихватить — не поворачивая головы в их сторону, ответила я.
Раздался смех, и кто-то из них сказал тому, кто спрашивал:
— Смотри, по осторожнее, а то она круто отстригнёт у тебя твоё хозяйство, за ней не задержится.
Снова раздался громкий смех, но расспросов больше не последовало.
— А ты что и вправду бы смогла, ну это — немного замявшись, спросила Лена.
— Что это, ты же ветврач и говори прямо — ответила я
— Ну это, отрезать у него — снова невнятно пробормотала Лена.
— Кастрировать что ли? — спросила я.
— Да — облегчённо подтвердила Лена.
— Ни какой разницы, я уже столько кабанчиков и бычков кастрировала, что любому кобелю, кто болтать лишнее будет запросто отчикрыжу всё его хозяйство — ответила я.
Посмотрев на Лену, я улыбнулась и ответила — да не бойся, нам с тобой терять нечего, да и болтать никто ничего не будет, они уже меня изучили и зря языком не метут, как бабы на скамейке от нечего делать.
День прошёл, и мы вернулись домой, уставшие и измученные. Поужинав, мы сели отдохнуть и немного расслабиться. Ноги просто гудели от усталости. Через час Лена спросила:
— А это куда девать — и показала на пакет.
— Как куда, сейчас изучать будешь — весело и вполне серьёзно ответила я.
— Как изучать? — переспросила Лена.
— Ну как, как. Бери и разрезай и смотри где что находится и из чего что состоит, раз во время учёбы не выучила — пояснила я.
Лена взяла пакет и вывалила всё содержимое на стол. Длинный кнутик(член кабанчика) и два яйца разъехались в разные стороны. Они были скользкие, и Лена едва удерживала их в руке. Другой рукой она держала небольшой ножичек, пытаясь сделать разрез по вдоль яйца. Это ей удавалось, но с большим трудом. Всё её лицо было покрыто румянцем от смущения.
— Только поосторожнее, пальцы не порежь, да и руки потом хорошенько отмой, а то вдруг забеременеешь от кабанчика, т. е его яйца — пошутила я.
Лена поняла мою шутку взаправду, и тут же положила нож. Рядом лежало наполовину разрезанное яйцо.
— Ты чего? — спросила я.
— А что правда я могу забеременеть — спросила встревожено Лена.
Я поняла, что она поверила в мою шутку и решила разыграть её.
— Да, вон после мужчин в бане мылись женщины и одна сидела на скамейке, где мылся мужик и кончил и залетела от него, а самые близкие по строению к человеку, это свиньи, так что вполне возможно. — это была конечно чья то байка, но Лена поверила и ни в какую не хотела больше исследовать яйца кабанчика.
Напугала видно её, моя шутка, и нужно было как-то исправлять положение, а то она каждый раз потом будет бояться на работе, когда кабанчиков забивать для мясокомбината будут. Я посмотрела на её испуганное лицо и то, как она смотрит на лежащие, на столе гениталии кабанчика, и решила пожалеть её, и тут в голове созрел оригинальный план.
— Ладно, я пошутила — сказала я.
— А вдруг это правда — ответила встревожено Лена.
— Да чушь полная, просто я посмотрела на тебя и решила разыграть.
— Я не верю, ты сейчас шутишь или тогда — настороженно ответила Лена.
— Ты всегда такая мнительная и во всём сомневаешься. Ну как тебе доказать. — спросила я
— Не знаю — пожала плечами Лена.
— Если ты ни кому не разболтаешь и пообещаешь мне, что это останется между нами, я тогда смогу тебе доказать.
— А как? — спросила Лена.
— Ты поклянись вначале — настаивала я.
— Клянусь, что об этом никто не узнает — пробубнила Лена.
Я подошла к столу и разрезала до конца яйцо кабанчика, показав Лене его внутреннее строение.
— Вот видишь?
— Да — ответила она.
— А теперь помоги мне — и я положив яйцо на стол, стала стягивать с себя плавки.
— А это зачем — спросила Лена.
— Ну должна же я тебе доказать, что от этого нельзя забеременеть — ответила я.
— А как? — снова задала наивный вопрос Лена.
— Как, как. Бери половинку и помогай, толкай её туда — уже немного сердито сказала я.
— А куда? — Спросила Лена.
— Ты что с мужиком не спала — спросила я.
— Нет.- покраснев ответила Лена.
— Ой, мамочки, она ещё и притворяется — уже возмутившись, я стала ворчать на неё.
— Это правда — опустив глаза вниз, еле слышно проговорила Лена.
— Ну, тогда смотри и слушай — теперь уже я начала краснеть, но не останавливаться же на полпути, да и я уже изрядно возбудилась от всего происходящего. Я впервые это делала перед зрителем, в качестве которого была моя помощница Лена. Это было вдвойне возбуждающе. Только одно то, что Лена ещё не испытывала секса и не знает что и как, хотя ей уже было 22. В её возрасте уже по несколько раз рожают, а она. Собрав все силы и успокоившись, я раздвинула руками половые губы и скомандовала Лене — толкай яйцо вот сюда.
Лена взяла его дрожащими руками, и присев передо мной ещё сильнее покраснела.
— Ну, толкай же — уже истекая из последних сил, скомандовала я.
Лена прикоснувшись яйцом к входу во влагалище, стала осторожно надавливать, но это было так осторожно, что я не вытерпела. Я взяла её за локоть и подтолкнула вперёд. Половинка яйца раздвинула входное отверстие влагалища и углубилась на половину.
— Толкай дальше — уже спокойно и дрожащим голосом попросила я.
Лена осторожничала и не спешила. Тогда я снова надавила на её руку, и яйцо проскользнуло внутрь. Выскользнув из пальцев Лениной руки, оно проскользнуло и исчезло в недрах моего влагалища.
— Я его, я его, я его — заикаясь, пыталась что-то сказать Лена.
— Что ты его — спросила я.
— Я его упустила — наконец то, выдавила она из себя дрожащим голосом.
— У, нашла из-за чего расстраиваться, потом достанешь — уже веселее и спокойнее ответила я.
Внутри у меня всё кипело и бушевало, я уже испытала один оргазм, и близился второй, не хватало лишь самую малость. Я встала и сделав пару шагов, сказала:
— Главное чтоб не выпало.
— Что не выпало — спросила Лена.
— Что, что, яйцо из пи... — сругнулась я.
Посмотрев на Лену и её непонятный взгляд, я снова села на стул и спросила.
— Ты ведь никому не разболтаешь, как я тебе доказывала, что от яйца кабанчика невозможно забеременеть, а то нас обоих просмеют и нам придётся искать новую работу.
— Да вы как могли подумать об этом, я же обещала — ответила всё ещё смущённая Лена.
— Ну, раз так, то тогда толкай и вторую половинку — уже спокойно и с улыбкой попросила я.
Лена немного пришла в себя от увиденного и более осмелев, взяла вторую половинку яйца и уже без моей помощи, сама втолкнула ей мне во влагалище. Как только яйцо исчезло, я испытала второй сильнейший оргазм, и как мне показалось, даже застонала.
— Тебе больно — спросила Лена.
— Нет — еле слышно ответила я.
Минут через пять, когда я пришла в себя, я надела плавки, и мы пошли ужинать. Потом долго болтали и разошлись по комнатам, чтоб выспаться перед работой. Ещё два дня до конца недели и предстояло много работы. Утром мы чуть не проспали и в спешке, даже не успев позавтракать, собрали с собой немного перекусить и побежали на ферму. Только по дороге Лена спросила:
— А ты убрала?
— Что? — переспросила я.
— Ну это.
— Что это. — ещё ничего не понимая спросонья спросила я.
Лена снова покраснела и кивнула на низ живота. Я тогда догадалась, что она имеет в виду, и рассмеялась.
— Пусть там пока хранятся, надо же время, чтоб забеременеть и чтоб наверняка.
Лена поняла мою шутку и тоже рассмеялась.
— Да ну тебя и твои шуточки — ответила она.
Я посмотрела на неё и поняла, что она начала немного понимать меня, где я говорю серьёзно, а где в шутку. Это было хорошо. Я поняла, что мы с ней будем подругами и больше того, я могу теперь её не стесняться и как и раньше играть и забавляться с трофеями после очередного забоя.
С каждым днём Лена всё больше узнавала обо мне и привыкала к моим чудачествам и наверное по своему понимала меня. В некоторых случаях она помогала мне, как и в том, что через два дня я попросила её помочь достать из влагалища обе половинки яиц. Рука у неё была маленькая и легко проникала внутрь. После первого случая был второй и третий и другие. Я уже толкала, как и раньше, не половинки, а целые яйца и не по одному, а по два и более. Иногда мы оставляли во влагалище вместо яиц член кабанчика или бычка, и я с ним ходила несколько дней, пока не случился казус. Вытаскивая на четвёртый день очередной трофей из моего влагалища, Лена заметила на нём маленьких червячков и сильно перепугалась.
— Что теперь делать? — спросила она.
Я её успокоила и всё объяснила. Мы проспринцевали(промыли) всё дезинфицирующим раствором и я сказала:
— Придётся немного повременить, пока заживёт.
Лена согласилась. Я посмотрела на неё и увидев в её лице что-то непонятное, что я и по сей день не могу объяснить. Толи взгляд у неё такой, толи она свои чувства так выражает, но я решилась и предложила.
— Если ты желаешь, то мы можем продолжить и не ждать, пока всё заживёт.
— Я так не могу, это опасно. А как же ты? — спросила Лена.
— А тебя и никто не заставляет. Если хочешь, то можем пока прятать трофеи и в другое место — пояснила я.
Лена посмотрела на меня и окинув взглядом с ног до головы остановилась на моих ягодицах.
— Да, ты правильно догадалась — весело ответила я.
Я долго не решалась сказать и предложить ей это и вот это случилось.
— Но ведь они большие, а.... — начала объяснять она.
Я не дав ей досказать мысль, перебила её:
— Ничего страшного, ты у меня с опытом и у нас всё получится. — рассмеявшись ответила я
Лена засмущалась и отвернулась в сторону. Лицо её снова порозовело.
— Ладно, не буду тебя в краску вгонять. Скажи, согласна или нет?
После небольшого молчания, Лена еле слышно ответила — Да. Потом ещё немного помолчав, Лена спросила:
— А тебе действительно не будет больно?
— Обо мне не переживай — улыбнулась я в ответ и подойдя к ней, крепко обняла.
Все карты были открыты. Теперь я могла уже ничего не стесняться и знала, что если что случится, Лена придёт мне на помощь и если что, то даже подменит меня на работе. Мне снова вспомнились мои приключения восьмилетней давности и мне стало так хорошо, что я закрыв глаза, разлеглась на диване и не помню как уснула. Вечером на другой день мы принесли новые трофеи и заполнили ими мою попку. Сначала с трудом втолкали член кабанчика, а потом для комплекта пару яиц. Проходила я так несколько дней, после чего тщательно промыв и поставив себе клизму, я приготовила попку для следующих трофеев. Моя киска уже была в полном порядке и вечером мы заполнили обе образовавшиеся пустоты в моём организме. Я так проходила два дня и Лена не спрашивала, когда мы будем убирать. Мне тоже было интересно, как она себя поведёт и я заводила разговоры только на тему работы и любую другую, но не о моих трофеях находящихся во мне. Прошло ещё три дня, и Лена не выдержала — спросила первая. Вечером мы провели полный осмотр и снова там и там обнаружили маленьких червячков. Лена очень испугалась, и решили не рисковать. Она стала читать, как что делать и лечить меня. Я внимательно за ней наблюдала и если что не так, подсказывала ей во всём. Для меня это было сущим пустяком, а она впервые относилась к моему здоровью ответственно и мне это в ней нравилось.
Дней через десять, обходя одну ферму, а потом другую, мы обнаружили в одном из загоном ленточных червей. Объявив карантин, мы приступили к обработке. Свиней в загоне было не очень много и это радовало. Подлив им в корм лекарство, мы устроили дежурство и как только с калом стали выходить длинные плоские ленточные глисты, мы тут же их собирали и складывали в стеклянную банку. К концу дня их на собиралось, около одной третьей литра. Некоторые были около двадцати сантиметров и чуточку больше.
— Не очень большие, не так давно началось — сказала я
— А куда их теперь девать — спросила Лена.
— Возьмём домой, а там зароем — ответила я.
Дома мы поставили банку на полку в сенях, и пошли ужинать. Сильно хотелось есть. Потом мы вымылись, чтоб сбить запах — целый день в свинарнике, вся одежда провоняла. Когда привели себя в порядок и упав от усталости на диван, я включила телевизор. Лена, сидевшая в кресле вдруг спросила:
— А куда банку девать, ведь ты говорила, что зароем, совсем про них забыли. Что делать то?
Лена так тараторила, что я не успевала даже подумать о том, что она говорит, а уж тем более ответит на все её вопросы.
— Неси сюда — сказала я.
Пока Лена бегала в сени, я подумала, может попробовать — ведь я теперь не одна. Я так размечталась и задумалась, что вопрос Лену, куда их девать, застал меня врасплох.
— Куда, куда. Раскудахталась — встревоженным голосом ответила я.
— Ты что серьёзно это сказала — переспросила Лена.
Я поняла, что как то проболталась или выдала свои мысли. А может Лена уже так хорошо меня изучила, что стала понимать с полуслова. На лице появилась улыбка и повернувшись к ней, я сказала:
— А ты как хочешь?
Лена пожала плечами.
— Давай так, как ты решишь, пусть так и будет — сказала я, тем самым дав ей понять, что она имеет право действовать по своему усмотрению.
— Но ведь это..... — замялась она с вопросом.
— Но ведь и мы тоже умеем их лечить, или нет — возразила я.
После небольшой паузы Лена сказала — я согласна, а как это... и замялась
— Ну, это не яйца и толкать их трудно, нужна воронка. Я встала с кровати и открыв шкафчик, подала ей пластиковую воронку.
— Думаю, это подойдёт.
Я не стала объяснять, что как делать, мне уже самой не терпелось снова испытать те чувства и ощущения, что были много лет назад. Прополоскав глистов в воде, я легла на диван и помогла Лене вставить воронку в прямую кишку, а затем объяснила, как нужно действовать дальше. Лена стала опускать одного за другим, а я только успевала считать.
— Вот и всё — сказала Лена
Потом она вздрогнула и ойкнула — Ой.
— Что случилось — спросила я.
Лена покраснела и ответила:
— Я увлеклась и всех спустила в воронку.
— Фу ты ну ты — облегчённо вздохнула я.
— А я то, уж подумала, невесть что. Ты хоть посчитала их — спросила я
— Да. 38 шт — с радостью в голосе ответила она.
— Ну, хоть это сделала, а то как их потом пасти будем без счёт то — уже смеясь и шутя, ответила я.
Убрав всё, мы отмылись и легли спать. Впереди было ещё несколько напряжённых дней. Такой карантин обычно длился около недели, и нужно было следить и проверять. За оставшиеся дни мы ещё насобирали почти 20 шт и Лена всех отправила вслед за первыми. Через несколько дней, я стала ощущать чувство голода, и мне хотелось есть. Я стала брать с собой на работу больше еды и много пила. Вскоре в соседнем загоне, где было восемь свинок, мы тоже обнаружили вышедших с калом ленточных червей — они были около 25см и собрав за несколько дней около десятка, Лена отправила их в мой кишечник через воронку. Её это очень забавляло, как беленькие тоненькие червячки исчезают в отверстии воронки и проваливаются в мой живот. Для профилактики, мы стали поить всех свинок и вскоре ещё выявились случаи. Пока я думала и решала, как с этим справиться, Лена без согласования со мной, просто просила меня лечь и отправляла очередную партию в мой живот. Я не сопротивлялась и во всём ей потакала, и она это быстро поняла. Две недели мы проверяли все свинарники, и каждый день Лена просила меня лечь на живот и приподнять попку, за тем вставляла воронку, и опускала в ней новых жильцов. Я уже ела на ходу, и дома приходилось вставать ночью, чтоб проглотить пару бутербродов, и уталить голод и жажду, выпив стакан холодного молока. Лена интересовалась постоянно, как я себя чувствую, на что я отвечала одно и тоже — хочу есть, хочу пить. Когда на ферме была полностью проведена профилактика и больные глистами свинки прошли необходимое лечение, мы больше не стали оставаться после смены, так как более ничего не находили. Теперь вопрос стал насчёт меня. Откинув все другие дела в сторону, я спросила у Лены:
— Ну и как ты по своевольничала? — спросила я.
— Хорошо — с улыбкой на лице ответила Лена.
После небольшой паузы, Лена поняла, что я имела ввиду, пояснила
— Я только дочитаю ещё немного и потом буду тебя лечить, ладно?
Я посмотрела на неё и её невинное выражение лица уткнувшегося в книгу, как её глаза бегали по строчкам взад-вперёд, и решила с ней согласиться. Столько времени терпела, и день другой ничего не случится. Встав с кровати, я пошла на кухню и пропустила парочку порций супа. Так хотелось есть, а эти глисты всё сосали мои соки и сосали. Потом я ещё немного понаблюдала за Леной и уснула.
День прошёл как обычно и вернувшись домой мы увидели возле нашего дома мужчину и женщину. Они стояли возле калитки и оглядывались по сторонам. Лена вдруг рванула вперёд и повешалась на шею мужчине.
— Познакомься Марина, это мои родители — сказала она.
Поочерёдно представив их, мы вошли в дом. Выгрузив гостинцы, они начали расспрашивать Лену, что и как. Я копошилась на кухне, и лишь некоторые фразы долетали до моих ушей. Так прошло несколько дней, и они уехали. Шёл уже сентябрь, и пообещали дожди в ближайшее время. Нужно было копать картошку. Забыв про глистов и мой неуёмный аппетит, мы тоже каждый вечер рылись в огороде, копая ведро за ведром. Так пролетело ещё десять дней, пока мы всё убрали, а лишнюю картошку сдали на ферму. Получился приличный доход к нашему бюджету. Вскоре начались дожди, и мы вечерами сидели дома и тут Лена и говорит:
— Ну, вроде я уже всё изучила, давай и тобой займёмся.
— А я думала, что уже и не дождусь — съязвила я.
Лена посмотрела на меня, а я на неё и мы расхохотались. Неделю я пила лекарство и мои уже довольно подросшие питомцы стали выходить один за другим. Так за несколько дней по подсчётам Лены вроде бы вышли все. Сложив их в банку, куда они с трудом вошли, мы зарыли их за огородом, и я воткнула рядом ветку ивы.
— А это зачем — спросила Лена.
— Чтоб в следующий раз не рыть тут и не разбить банку — пояснила я и тут же ойкнула.
Лена осмотрела место вдоль забора и спросила:
— А эти ивы тоже ты сажала.
— Да — смутившись, ответила я.
— Семь шт, не считая сегодняшней — пробормотала Лена.
Пришлось объяснять и весь вечер рассказывать о том, как почти восемь лет назад я приехала сюда и нашла себе развлечение от скуки. Лена сидела, и её глаза от удивления всё больше и больше округлялись. Для неё был шок, что я много раз пробовала запускать в себя глистов и потом сама себя лечила. Ей же казалось, что мы это делаем впервые. Высказав всё и очистившись от мыслей и воспоминаний, Я сразу почувствовала облегчение, но привычка сметать всё со стола ещё осталась. Я постепенно стала себя ограничивать и после повторного курса вошла в норму. Вроде бы всё хорошо, но чего-то не хватало. Наступила пустота, и я постоянно чего-то хотела. Время от времени мы развлекались трофеями, и я с ними по несколько дней ходила на работу. Лене нравилось заталкивать в моё влагалище свиные или бычьи яйца, а ещё ей больше нравилось толкать в мою попку их кнутики(члены). Когда нам удавалось их раздобыть — я ходила с ними по неделе, а иногда и чуть больше.
Шла уже зима и в начале декабря мы стали к новогодним праздникам готовить партию мяса на комбинат для переработки. Проверяя одного бычка, т. е. его содержимое, я обнаружила что то подозрительное. Это были обыкновенные экземпляры ленточных глистов. Длинна одного была около полутора метров, а второй был чуть поменьше. Мясо забраковали и по бросовой цене продали своим рабочим. Дома Лена спросила меня:
— А это куда девать это — и она показала на банку.
— Ты же теперь главный специалист по глистам, книгу почти на изусь выучила, сама решай — ответила я.
— А ты что скажешь — спросила Лена.
— Я что, я никто, а только сосуд для выращивания — пошутила я
— Как скажешь, так и будет — добавила следом.
Другого ожидать и не пришлось. Лене так понравилось наблюдать за мной и развлекаться с трофеями и кишечными шнурками — просто говоря глистами и теперь всё что мы находили — всё посылалось через воронку в мою попку, а там уж они сами расползались кто куда, я имею ввиду плоских червей. Бычьи и свиные члены и яйца ползать по кишечнику не могли — они просто заполняли мои пустоты внутри моего живота. Когда кончик второго глиста провалился в отверстии воронки, Лена сказала:
— Это мой новогодний подарок тебе — и посмотрев на меня, улыбнулась.
Я тоже в ответ улыбнулась и ответила:
— Вот спасибо за ценный подарок, буду носить его и беречь.
От моей интонации и слов нам обеим стало смешно, и мы расхохотались.
Так прошли дни и Новый год. Подарок меня сильно не беспокоил, и я уже привыкла к нему. Два червячка не сотня — думаю, пусть пока поживут. Лена тоже не вспоминала про них и ещё вдобавок, в январе, уехала в город — её мама заболела и она взяла в счёт отпуска. Целый месяц с небольшим, я жила одна. Дом работа и совсем стала забывать про Ленин подарок. Вернувшись к концу февраля, она сама своим появлением напомнила мне про него. Глисты уже жили во мне почти три месяца. Я научилась равномерно питаться и не голодала так сильно. Может потому что эти глисты были изъяты из бычка. Я не знаю. В течении марта Лена постоянно звонила домой и узнавала про здоровье родителей. Она была задумчивая и не очень разговорчивая. Я понимала, что она расстраивается, и пыталась поддержать её. Иногда мы болтали на отвлечённые темы, но к нашим развлечениям не подходили даже близко. Хорошая весть пришла в конце марта и от восторга Лена повешалась мне на шею и завизжала от радости, что мама выздоровела, и её выписали домой. А через два дня у нас началось. Нам нужно было в кратчайшие сроки проверить и обработать два табуна крупнорогатого скота перед выгоном на летние пастбища. Мы работали в поте лица, с утра и до позднего вечера. Удалось выявить несколько голов, с теми же глистами, и тут Лена вспомнила про меня.
— А твои где?
— Как где, да всё там же, куда ты их и посадила, — ответила я.
От удивления у Лены округлились глаза, и она взволнованным голосом пробормотала.
— А я хотела тебе этих посадить.
В банке лежало около десятка ленточных глистов от полуметра до полутора метров. Они действительно выглядели как куча шнурков от ботинок и я окинув их взглядом, сказала:
— Ты же главная по лечению глистов, тебе и решать.
— Ну, тогда у нас будет пополнение — весело отшутилась Лена и вечером уже дома они оказались в моём кишечнике.
Нахлебников добавилось, и аппетит у меня конечно тоже увеличился. Прошёл апрель, а за ним и майские праздники. Мы закончили посадку и огородные работы, а потом Лена съездила попроведала родителей. Потом были ещё какие-то неотложные дела и уже ближе к июню, когда Лена заметила, как я всё подъедаю со стола, спросила меня:
— Тебя ничего не беспокоит?
— Да нет, только есть постоянно хочется и все уже купаются, а я боюсь — ответила я и подняв полы халата, показала Лене, как иногда шевелится мой живот. Лена удивилась и мы решили, что пора приступить к лечению. За неделю мы вывели на свет всех иждивенцев и сами были от увиденного в шоке. Самый длинный был почти два с половиной метра. Такого я даже сама не видела, но Лена пояснила, что такие особи иногда достигают и более пяти метров, если живут в организме по несколько лет. На этом мы пока прекратили экстремальные развлечения с глистами — лето и хочется позагорать и искупаться, а вот трофеи яйца и хвостики (пиписьки) бычков и кабанчиков часто посещают меня и даже вместе со мной купаются в озере. Лето в этом году намечается жарким и что будет дальше, мы пока с Леной ещё не решили. Но я точно знаю, что такой длинный перерыв в своих тайных развлечениях я больше делать не собираюсь.

Продолжение дальше...

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2729
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои фантазии. Мои любимые глисты

Сообщение 01 июл 2019 11:52

Мои фантазии. Мои любимые глисты.
Часть 3
.

В самом начале лета работы у нас было мало, и мы часто просто отдыхали, иногда проверяя поросят или помогая тем, кто к нам обращался за ветеринарной помощью. Телята и коровы были на летних пастбищах, и нам выезжать туда приходилось редко.
Лена отпросилась у меня съездить в город, и я её отпустила. Вернулась она через несколько дней радостная и весёлая.
— Что случилось — поинтересовалась я.
— В автобусе с парнем познакомилась, всю дорогу болтали — ответила она.
— Ну и кто он, где вы расстались — не терпелось мне узнать.
Лена рассказала всё и я даже немного позавидовала ей. Через две недели она снова отпросилась и на выходные уехала в город. Вернулась поздно вечером в воскресенье, радостная и счастливая.
— Ну что, вижу, что встретила своего принца — спросила я.
— Да, мы с ним провели все выходные — ответила она смущаясь.
— Что?! Ты у него была? И вы что вместе спали — удивившись, спросила я.
— Да — кратко и краснея, ответила Лена.
Мы валялись на постели, и Лена мне всё рассказала про своего парня. Она действительно была счастлива и уже не смущалась того что испытала по настоящему женское счастье любви и секса.
Потом Лена в течении лета ещё много раз на выходные уезжала в город и вот однажды, это было в конце августа, она вернулась со слезами на глазах.
— Что случилось — спросила я.
Она заплакала и рассказала, что когда парень узнал про то, что Лена не просто врач, а ветврач, изменился в лице, но промолчал, а когда она приехала к нему в последний раз, то его не было дома, и он не отвечал на звонки, а поздно вечером вернулся домой с другой девушкой.
Мне было жалко Лену, и я попыталась утешить её как могла. Дни летели, и она стала забывать случившееся. Немного повеселела, да и я ей больше не напоминала об этом.
Мы жили в большом домике, и всё по дому нам приходилось делать самим. Как-то я пошла, выкопать небольшую ямку, чтоб в неё можно было выливать все помои и грязную воду. Лена тоже копалась в огороде. Копнув лопатой пару раз, я выкопала с десяток дождевых червей.
— Лен, может нам на рыбалку сходить, я видела там, в сарайке, что-то похожее на удочки. Смотри сколько червячков — сказала я.
— Там комаров много и я не люблю рыбу — ответила она.
— Жаль, а то смотри, сколько их развелось — сказала я.
Лена привстала и посмотрела на извивающихся, на земле червяков, и улыбнулась.
— Ты чего — спросила я.
— Они мне кого-то напоминают, только маленькие. — сказала она.
Я взглянула на червей и на хитрый взгляд Лены и поняла её сравнение. Что-то внутри защемило, и даже пробежала волна по всему телу. Хоть я и обещала себе, что не буду больше делать больших перерывов, но ввиду отсутствия нужных и уже до боли известных нам глистов и прочих мне приходилось ждать осени и очередного забоя.
— Ты это к чему — притворившись непонимающей, спросила я.
— Да так, просто вспомнила последних, которых мы вытягивали из тебя — сказала Лена.
— А что, вполне даже можно и попробовать — уже улыбаясь, ответила я.
А ты как. Согласна? — спросила я Лену.
— Ну, если тебе хочется, то я рада помочь — ответила Лена и подойдя, подняла одного червячка и стала рассматривать.
— А он довольно агрессивен по сравнению с глистами — вывела она заключение.
— Ну, если ты согласна, то тогда тебе и копать — сказала я.
— Это почему ж — возмутилась Лена.
— Да у меня просто рука раскистилась, больно лопату выворачивать — пояснила я.
— Ой извини, я забыла — сказала Лена и тут же взяла лопату.
Лена стала копать, а я взяв банку стала выбирать червячков и складывать в банку. Лена продолжала копать и копать и у нас уже вскоре банка была почти полная и некоторые червячки уже легко пытались из ней выползти.
— Ты что, заодно и на обед решила заготовить — усмехнулась я.
— Бр р р. Противно как. — ответила Лена, приставив лопату к стене и выпустив её из рук.
— Просто я хотела, чтоб с запасом, а то вдруг мало будет — пояснила она.
— А?!, А я было подумала что ты решила и на свой пай тоже накопать — ответила я с небольшой подначкой.
Лена посмотрела на меня, смутившись, но ничего не сказала, а просто промолчала. Я больше не стала, напоминать ей об этом, но поняла, что она ещё не решилась на всё то, что легко и спокойно делю сама. Черви извивались в банке и были все грязные в и земле.
— Надо бы их помыть наверное — спросила Лена.
— Сейчас воды нальём и будем в ней ополаскивать — сказала я.
Войдя в дом, мы быстро всё приготовили. Меня уже начинал колотить озноб в предвкушении новых и ещё неизвестных мне ощущений. Лена заметила это и помогала мне как могла. Налив воды из чайника в небольшой тазик, мы поставили его возле кровати и я раздевшись легла. Лена присела рядом и взяв одного червячка из банки, прополоскала его в воде как маленькую тряпочку и положила мне между половых губ. Он был чуть тёплый, так как вода ещё не остыла совсем. Червяк начал извиваться и пытаться уползти. Лена его несколько раз возвращала на место, а потом, раздвинув половые губы и вход во влагалище руками, подтолкнула его, и он пополз, медленно заползая внутрь. Было так щекотно и приятно и я вцепившись руками в спинку кровати просто наслаждалась всем этим. Лена тем временем промыв ещё одного положила рядом и он тоже следуя примеру своего собрата стал искать место для спасения и тоже стал заползать в приоткрытое влагалище в то время как первый уже показал свой хвостик и скрылся внутри. Дальше Лена уже стала брать по два червячка, и они так же следуя друг за другом а то и оба в раз заползали и постепенно скрывались внутри влагалища. Я уже наблюдала за этим сквозь пелену в глазах. Было так хорошо, и я не могла сдерживать себя. Я вертела головой и постанывала, в то время как Лена запускала внутрь очередную тройку дождевых червячков. Внутри всё шевелилось и двигалось. Такого приятного ощущения я не испытывал ни от чего ещё и даже от мужского члена. Червячки щекотали и заползали в каждый уголок внутри моей киски и раздражая слизистую возбуждали её и меня до изнеможения.
Лена запустив мне во влагалище до десятка дождевых червей, переключилась на мою попу и вскоре я уже чувствовала, как один заползал в моё анальное отверстие, разрушая сопротивление мышц. Лена помогала ему и что-то наговаривала, но я была во власти наступающего оргазма и ничего не понимала. Лена продолжала суетиться от банки с червями и к моей попе. Она ложила между ягодиц одного за другим и раздвигая попку, позволяла им сами заползти во внутрь. Оргазм наступил неожиданно и я стиснув руками спинку кровати, изогнулась в конвульсиях и затихла после продолжительной дрожи. Что делала Лена, в это время, я не знаю, да и мне было всё равно. А она тем временем немного опешила и испугалась, что со мной такое происходит, а потом продолжила выпускать червячков из банки прямо в попу. Когда я пришла в себя, то увидела, что банка была пуста на три четверти и только на дне копошилась небольшая часть дождевых червей. Лена сидела рядом.
— С тобой всё в порядке — спросила она.
— Даже больше чем в порядке — ответила я и взглянула на банку.
— А это что для себя оставила?
Лена покраснела, но ничего не ответила.
— Ну если хочешь попробовать, то давай помогу — предложила я.
Лена улыбнулась и тут же стала стягивать с себя халат. Следом положила на кровать и бюз и плавки, которые уже были промокшими и с них чуть ли не капало.
— Да ты почти готова подруга — улыбнулась я и взяв первого червячка, ополоснула его в воде и положила между половых губок. Они были небольшие и аккуратные, и Лена их ещё год назад побрила, увидев, что я это делаю постоянно, и теперь следила за этим регулярно.
Дождевой червячок, извиваясь, тут же нашёл путь к спасению и устремившись во входное отверстие влагалища. Я тут же положила второго и стала наблюдать, как один за другим заползают внутрь. Меня снова начало трясти от возбуждения и я одного за другим запустила в Ленину киску кроме первого ещё четырёх червячков и заметила что она уже получала то неповторимое наслаждение, которое только что испытала я. Больше я не стала ничего делать и этого посчитала что хватит для первого раза, но Лена сама взяла мою руку и молча, придвинула к попке. Я всё поняла и следующие червячки, промытые в водичке, один за другим заползли в прямую кишку к Лене и скрылись там навсегда.
— Ну, вот и всё, больше нет — сказала я и в это время после произнесённых мной слов, Лена вся задрожала и застонала, выкрикивая непонятные фразы. Длилось это несколько минут, а потом она затихла, и некоторое время лежала, даже не дыша, или мне так показалось. Потом она открыла глаза и улыбнулась.
— Они больше не шевелятся — сказала она.
— Да и у меня тоже. Утонули в наших с тобой соках — ответила я.
Через полчаса, согрев воду и остудив её до нужной температуры, мы с помощью груши промыли наши влагалища, и вымыли оттуда всех червячков. Они все были на месте, и никто не куда внутри не уполз.
— Ну а остальные сами выйдут, естественным путём — сказала я, и мы рассмеялись.
На другой день, а это был понедельник, нас вызвал к себе начальник фермы и сообщил.
— На днях привезут новых свиноматок и породистого хряка, нужно будет их проверить. А сейчас на бойне уже освобождают место для новеньких и вы должны проверить старых свиноматок и выписать справку на сдачу мяса.
— Хорошо, — ответили мы и направились на ферму.
Забойщики уже работали во всю и мы тоже не стали сидеть, сложа руки. Я давно говорила, что две свиноматки стали худеть, но из-за маленьких поросят их не давали трогать. Проверив кишечник, я сразу нашла то, что и думала. Было несколько особей круглых червей и ленточных. В связи с возрастом свиноматки они было неимоверных размеров, самый длинный из которых достигал более четырёх метров и толщиной с шариковую ручку. Я просто светилась вся от находки, и тут же собрав всё это и закупорив в банку, сообщила начальнику, что мясо нужно подвергать термообработке. Дальше нас уже ничего не волновало. Разделанные туши ушли на мясокомбинат четвёртым сортом — самым низким качеством.
Глистов мы притащили домой и стали рассматривать. Я не удержалась и приготовилась тут же самого толстого и длинного запустить себе в попку. Лена согласилась и стала мне помогать, а потом нашла второй конец четырёхметрового змея и направив его себе в анальное отверстие стала тоже помогать ему. Как это происходило, сказать невозможно, но глист извивался и пытался заползти то в мою попку то в попку Лены. Мы ждали куда же он решится и чью попку выберет для себя, но великому нашему удивлению он заползая в мою попку на несколько сантиметров, останавливался и потом начинал заползать в попку к Лене. Так он одновременно и поочерёдно заползал в нас обеих, и когда его осталось совсем чуть-чуть, мы легли на кровать напротив друг друга и стали наблюдать, всё же чью попку он выберет. Но наши ожидания не оправдались. Были необычные ощущения, как что-то, то тянуло внутри в животе, то шевелилось что то, а когда червь натянулся между нами, то он см стал себя перетягивать и рассоединился и часть осталась в попке у Лены, а часть у меня. Лена вроде поначалу напугалась, но я успокоила её, и тут же взяв другого не менее крупного, направила следом за первым. Лена тоже последовала моему примеру и мы уже вдвоём помогая руками запускали в наши попки по очередному круглому червяку диной более двух метров.
— А во влагалище ты не будешь — спросила меня Лена.
— А ты хочешь этого — спросила я её.
Лена пожала плечами и я тогда не спрашивая её, взяла очередного червя, и раздвинув её половые губки стала его туда подталкивать и помогать ему проникнуть внутрь. Лена вся дрожала и наблюдала за мной и моими руками. Вскоре червяк был весь внутри, а так же очередной был у неё и у меня в попке. В банке ещё было больше половины, и я решила не давать больше Лене и немного подыграв, сказала ей.
— Давай остальных мне через воронку.
Лена ещё дрожала от возбуждения но встав с кровати тут же взяла воронку и вставив её мне в попку, вывалила в неё остальных червей, которые провалившись исчезли у меня внутри. Лену снова охватила дрожь, и она испытала очередной оргазм сопровождающийся стонами и негромкими непонятными звуками. Я тоже была на грани, и мне хотелось ещё самую малость, чего-то, чего я не знала сама.
Когда Лена пришла в себя и успокоилась, я сказала ей об этом и она тут же выдала.
— А давай дождевичков накопаем.
— Давай — согласилась я.
Мы быстро накопали ещё с полбанки дождевых червей и я не дожидаясь когда Лена будет, готовит воду и промывать каждого, сказала ей.
— Толкай прямо таких.
Лена округлила глаза, но ничего не ответила и как только я легла, она вставила мне в попу воронку и высыпала в неё всех червей и они стали заползать внутрь прямой кишки. Лене показалось этого мало, и она стала копать ещё и прямо подобранных, бросать в воронку. Я содрогалась вся, но не останавливала её, и тут произошло чудо.
Лена взяла очередного грязного червяка и положив его мне между половых губок растянула их и он стал проваливаться во влагалище и заползать внутрь. Потом пошёл второй третий десятый, и я уже не могла сосчитать, сколько их было, единственное, что я понимала, что у меня всё внутри шевелится и щекотится. Мне было так хорошо, что я закрыла глаза и испытала сильнейший оргазм, после которого просто отключилась на некоторое время. Когда я пришла в себя, то Лена уже прибрала всё и отмыв всю грязь прикрыла меня и сама оделась. Несколько дней мы ходили ничего не предпринимая, а потом как узнали что будет забой бычков, в тот же вечер промыли у себя влагалище и сделали клизму нашим попкам, а потом выпив необходимые лекарства стали ждать выхода уже дохлых глистов которые нам в течении недели не давали покоя и постоянно внутри шевелились и нам хотелось есть и есть.
Лене всё больше нравилось делать то что делала и я. Она ждала когда начнётся осенний карантин перед забоем и вот тот день наступил. Проверив всех животных, мы отбраковали несколько кабанчиков и свинок, а так же и среди молодняка шесть или семь годовалых бычков. Каждая тёлочка была в будущем коровой, и мы их сразу поместили в карантин и принялись лечить. После забоя отбракованных животных, Лена уже без усмешек и боязни сама без моей помощи ходила и брала нужные образцы и приносила в лабораторию. Попадались и огромные длинные особи из рода глистов, и мы вечерами их с ней делили. Потом сидя напротив друг друга запускали их то во влагалище то в попку нередко помогая друг другу. При виде извлечённых яичек у кабанчиков и бычков Лену даже начинало трясти от возбуждения и она не удержалась и взяв одно яйца стала вдавливать его в истекающее влагалище и оно тут же провалилось и исчезло внутри. Следом за ним она затолкала и второе яйцо и встав пошатываясь прошлась по комнате с полузакрытыми глазами. Зрачки были, как будь-то покрыты пеленой и она чуть не наткнулась на угол двери. Придя в себя от новых ощущений она тут же попросила меня помочь ей справиться с членом одного самого крупного бычка, который она сама выбрала и я находясь тоже в сильном возбуждении с радостью согласилась. Раздвинув ягодицы и расширив анус, я стала медленно вводить кончик члена, и вот он уже проник на несколько сантиметров, а дальше было уже проще, покручивая его по часовой стрелке, я стала надавливать, и как бы ввинчивать его в прямую кишку Лены, и вскоре он был уже внутри её. Только несколько см свисали между ягодиц, и она сама своей рукой додавила его и полностью втолкала внутрь себя.
На полу ещё валялось несколько членов от кабанчиков и бычков, и я спросила её.
— Что с этими будем делать?
— Давай в морозилку, потом решим — ответила Лена.
Она встала с кровати и пошатываясь вышла прямо голышом во двор. Я поспешила за ней, тоже не одеваясь, да и времени для этого не было. Я ведь не знала, куда она в таком виде пошла. Хотя бояться то было нечего. На дворе было темно, и стояла глубокая ночь.
— Ты куда собралась в таком виде — спросила я увидев Лену открывающей калитку чтоб пройти в огород.
— Хочу прогуляться на озеро — ответила она.
— В неглиже — спросила я.
-Да кто меня видит то — еле слышно ответила она.
Хотя я и не делала никогда этого, но отпускать её одну мне не хотелось, и потом пока бы я одевалась, то потом где бы её искать стала. Я тут же поспешила за ней и догнав её, сказала.
— А что и верно, можно и прогуляться и мы вдвоём отправились на озеро.
Мы долго шли по берегу и молчали и только спустя два часа примерно, когда мы отошли довольно далеко от дома, Лена спросила.
— А куда мы идём?
— Просто гуляем, ты же сама этого хотела — ответила я.
— Тогда пойдём, посидим где-нибудь — сказала она.
Мы свернули в сторону и дойдя до молодых сосёнок, присели на траву. Лена тут же легла на спину и что-то еле слышно пробормотала. Я только поняла, что она что-то сказала про звёзды. Небо было действительно всё усеяно мерцающими точками и было так тихо и красиво. Я тоже выбрала траву помягче, и увалилась на спину. Внизу живота что то еле заметно двигалось и шевелилось и было такое ощущение что, в меня что то положили и забыли, хотя я и привыкла уже к этому. Интересно, что чувствовала Лена, ведь она затолкала себе во влагалище несколько глистов и два бычьих яйца, а в попу — прямую кишку — я даже и не могу сказать сколько чего. Знаю только что дома у нас не осталось ни одного круглого и плоского червя, которых было почти литровая банка, а потом ещё и два члена исчезли в недрах её попки.
Сколько было времени и сколько мы провалялись на траве, я точно сказать не могу. Мы молчали и только единичными фразами, чтоб не уснуть, иногда перекидывались между собой.
— Может, вернёмся домой — спросила я.
— Нет, тут так здорово и тихо, давай ещё полежим немного — отвечала Лена, которую я никак не узнавала в той скромной и стеснительной выпускнице ветеринарного техникума.
Иногда, закрывая глаза, а иногда, лёжа с открытыми, мы ещё провалялись некоторое время. Потом Лена сказала.
— Хорошо, что хоть завтра не на работу. Выходной.
— Да, а то с какими бы головами мы с тобой пришли обе не выспавшись — усмехнулась я.
— И что могли бы про нас с тобой сказать — и мы обе рассмеялись.
Я перевернулась на живот и приблизилась к Лене совсем рядом.
— Что ты чувствуешь? — спросила я.
— Что-то внутри шевелится и давит на стенки влагалища и так приятно по всему телу — ответила она.
— Мне тоже приятно, что ты рядом и мы вместе.
Повалявшись ещё немного, Лена легла на бок и уже более спокойно и с какой-то загадочностью в голосе спросила.
— Марина, ты не будешь на меня сердиться?
Я не видела её глаз и поэтому не понимала, что она имеет ввиду, и тут же сказала.
— А за что?
— Я немного припрятала червей, когда ты меня на бойню посылала и прямо там, в туалете запустила их в себя — выдала она залпом.
Наступила пауза и я не знала что ответить, и собравшись с мыслями сказала.
— Обижаться я на тебя не буду — просто не за что, но больше так не делай.
— Почему — не понимала Лена.
— Просто ты не соблюла даже самую минимальную чистоту и кроме лечения тебя и от глистов, кабы нам не пришлось ещё лечить от чего то.
— Прости Марина, я не подумала об этом, но вроде я была осторожна — пояснила Лена.
— Длинные хоть были то — поинтересовалась я.
— Не очень, до полуметра — ответила Лена.
— И сколько же ты их тогда запустила? — мне было очень интересно.
— Чуть больше чем мы с тобой вместе — совсем тихо ответила Лена.
Я была в шоке и е знала что ответить. Это было действительно много, почти около двух литров и потом ещё два члена исчезли в прямой кишке у Лены. Мы ещё немного полежали и Лена сама спросила.
— А что делать теперь то?
— Домой вернёмся, тогда и решим — сказала я и оторвавшись от силуэта Лены, которая лежала передо мной в полуметре я взглянула на озеро и ойкнула.
— Ой.
— Что случилось — спросила, испугавшись Лена.
— Смотри — и я показала, куда-то далеко вдаль.
— Я ничего не вижу — ответила Лена.
— На озеро смотри, и я показала на еле заметное сверкающее водой пятно.
— Ну вижу и что — снова не поняла Лена.
— А теперь на нас посмотри и сказав это я встала.
— Ой, мамочки — пискнула Лена и машинально прикрыла руками грудь.
Начинало светать, и уже отчётливо были видны верхушки деревьев, дорога по которой мы сюда пришли, и зеркало озера виднелось довольно далеко от нас. Наступало утро и с каждой минутой становилось всё светлее и светлее.
— Как мы тут оказались? — спросила удивлённая Лена.
— Ты пошла гулять и я решила тебя одну не оставлять и мы пошли вместе — пояснила я.
— А сюда как пришли — не понимала Лена.
— Просто шли по дороге и всё. Ночь же была и я особо не смотрела куда идём, главное было смотреть под ноги, чтоб не упасть, а ты просто шла и шла и мне приходилось тебя ещё придерживать за руку — пояснила я.
— Что так прямо и шла — удивилась она.
— Да, вот так и шли обе мы с тобой — ответила я.
— И что мы будем делать — сказала Лена, и я видела в её глазах небольшой испуг.
— Придумаем что-нибудь. Но домой нам до того как выйдет солнышко нам уже не попасть, да и сейчас по дороге могут тоже увидеть. Ведь в деревне встают всегда рано.
Не успела я это проговорить, как где-то вдалеке услышали шум мотора и вскоре на горизонте со стороны деревни в нашу сторону по дороге не очень быстро, бренча прицепом, ехал мотоцикл.
— Это уже в лес с утра пораньше поехали — сказала я.
— Я ни за что по дороге не пойду домой — стала испуганным голосом твердить Лена.
— Хорошо, тогда пойдём вокруг поля по лесу, но мы тогда придём домой не раньше обеда — пояснила я.
— Я согласна — сказала Лена.
Мы встали и сверкая попками пока ещё не взошло солнышко но было уже светло и всё было видно, перебежали дорогу, по которой только что проехал мотоцикл, пошли вдоль поля по краю леса. Пока мы шли то даже ни я ни Лена не вспомнили про то чем были заполнены наши влагалища и попки. Идти было не очень сложно, но чтоб не поцарапаться, так как наше тело было совсем беззащитно, мы обходили все заросли колючих кустарников и это отнимало много времени, да и по засыхающей осенней траве тоже было идти не легко. Шёл сентябрь и погода была лучше чем летом в некоторые дни. Часа через три, а может и четыре нам удалось обойти огромное поле и приблизиться к озеру, но от зарослей камыша нас отделял небольшой участок открытой местности, залитый солнцем. Он хорошо просматривался с любой из дорог, и нужно было пробежать через него как можно быстрее. Мы с Леной собрались с мыслями и побежали, как когда то в школе на уроке физкультуры стометровку. От бега наши груди качались из стороны в сторону и то подпрыгивали вверх, то резко опускались вниз. Лена была немного полнее меня и от бега у неё ещё и сотрясались ягодицы. Я чуток приотстала и бежала следом за ней и меня эта картина сильно возбудила. Я готова была сесть прямо на поле и мастурбировать истекающую киску своими пальчиками, но тут случилось непредвиденное. У Лены что-то выпало между ног и упало на траву. Я приостановилась и увидела лежащее бычье яйцо.
— Лен, ты яйцо потеряла — крикнула я.
— Ну и х.. с ним — грубо ответила она.
Я рассмеялась и побежала её догонять. Остановились мы уже в камышах и нас никто не видел. Забравшись в глубь, мы присели и отдышались, а потом нас разобрал смех и я сказала.
— Может, пойдём ещё побегаем, так глядишь из нас всё вытрясется.
— Ага, сейчас, юбка парусом, разбежалась — ответила Лена.
— Где же ты юбку то нашла — смеясь, сказала я.
Отсидевшись и осмотревшись мы стали по зарослям камыша пробираться ближе к дому. Несколько раз я ощущала неприятные ощущения то на бёдрах то на ногах и только позже мы разглядели небольшие царапины и порезы от острых кромок листвы камышей.
— Ничего, заживёт — сказала я.
Примерно через час мы были уже на окраине деревни. Оставалось между озером и огородами преодолеть метров триста до нашего дома. Двести метров мы преодолели, прячась по камышам, а дальше нужно было пробежать по открытому песчаному пляжу метров сто, когда в огородах иногда слышался разговор. Люди копали картошку и убирали урожай. Лена услышав разговоры и голоса, наотрез отказалась бежать. Выхода не было. Сидеть тут до вечера было невыносимо. Мы с самого вечера ничего не ели и нас мучила жажда, а к тому глисты делали своё дело, и сосали нас, и сильно хотелось есть. В животах всё так и урчало от голода. Сидеть тихо с такими звуками издаваемыми животом было небезопасно, так что я решилась на отчаянный шаг. Улучшив момент, я приподнялась на обрыв и взглянула сквозь забор по близлежащим огородам. Близко к озеру никого не наблюдалось, и я со всех ног бросилась бежать к своему огороду. Минуя удачно открытое пространство, я забежала в огород и прикрыла за собой калитку. Дальше осмотревшись по сторонам и не видя рядом соседей, благополучно дошла до дома и накинув на себя халат и взяв для Лены, пока её там не увидали, вернулась на берег. Через пять минут мы были уже дома. Оголодав, мы не могли напиться, а как только утолили жажду, разогрели борщ и наелись до отвала. А потом, закрыв дверь пали на свои кровати и уснули проспав до вечера и всю ночь. Такого со мной ещё никогда не случалось.
С понедельника мы приступили к лечению и вскоре изгнали из своего организма всех глистов естественным путём. Лена привыкла и перестала стесняться, и мы ещё дважды с ней за осень, пока ночи и дни были тёплыми, совершали прогулки голышом до самого рассвета, и как начинало светать, поворачивали обратно в сторону дома с разными большими и маленькими приключениями, но они ни как нас не выдали и не разоблачили.
С наступлением холодов во время основного забоя для мясокомбината Лена превзошла даже меня. Она собирала всё что мы найдём и вечером делала берёзку у стены, стоя на голове с поднятыми вверх ногами, а я через воронку одного за другим запускала в её прямую кишку круглых и плоских глистов разной длинны. И она так ходила, от нескольких дней до нескольких месяцев, не предпринимая ничего, чтоб их вывести из организма. Постоянными нашими игрушками стали члены бычков и кабанчиков, а так же их яйца. Они прекрасно заскакивали во влагалище и по несколько дней там, выполняли роль, искусственного члена, шевелясь и покачиваясь как маятник при каждом шаге.

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2729
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои фантазии. Метро, час пик

Сообщение 01 июл 2019 12:00

Мои фантазии. Метро, час пик.
.

Я работал над одним проектом, и мне приходилось с одного края города на другой мотаться каждое утро и каждый вечер на метро. Раньше работа была не так далеко от дома, где я жил на окраине и я всегда ездил на своей машине, но тащиться на ней через весь огромный мегаполис, и стоять в пробках, было не по мне, и я решил воспользоваться скоростным общественным транспортом и мне даже понравилось. Сорок минут в пути я мог спокойно почитать что-то в электронной книге и подумать о работе, если не успевал что-то додумать в предыдущий день.
В час пик народу в вагоны набивалось как кильки в бочке, и я стал верить в эту поговорку. Стояли, кто, как мог, плотно прижимаясь, друг к другу. Кто-то тоже зависал в своём телефоне, кто читал книгу, а если у кого появлялся собеседник, они всю дорогу обсуждали разные проблемы и вопросы.
Иногда до меня доносились, и такие слухи, что в метро могут запросто облапать как мужчин, так и женщин и всё зависит от тебя, примешь ты это и получишь удовольствие или нет, и выставишь себя на всеобщее обозрение и устроишь скандал. Я уже месяц катался на метро и не встречал ничего подобного, но часто думал об этом и даже лёжа в постели перед сном эти мысли меня жутко возбуждали. Не знаю сам почему, но это было как-то необычно среди такого количества людей плотно стоявших в вагоне да ещё проделывать такое. Я даже подумать не мог, как всё это происходит, пока это не коснулось и меня. А произошло это как раз перед майскими праздниками.
Купив продуктов, я возвращался домой. В одной руке держал пакет, а другой держался за поручни, чтобы на меня случайно не надавили и я не сел на сидевшую у окна женщину. Народу было битком и всё как обычно, кто разговаривал, а кто читал что-то в своём телефоне. Рядом стояли два парня моих лет и тоже делали вид или на самом деле что-то читали и тут я чувствую, как по моей ширинке провёл кто-то рукой. Я даже вздрогнул, но собравшись, сдержался и не подал вида. Может это случайность и всё. Через минуту это повторилось снова, и чья-то рука даже задержалась в области моего члена, который начинал уже возбуждаться. Я не знал что делать, мне не было противно и в тоже время было как то страшно, что вдруг это могут заметить рядом стоявшие со мной пассажиры. Я бросил косой взгляд то на одного парня, то на второго, но так и не понял по их лицам, кто это мог делать из них и решил понаблюдать, что будет дальше.
Поезд нёс нас по тоннелям в сторону дома, а рука незнакомца продолжала гладить область моего паха и слегка сдавливать мой член. Я чувствовал, что он уже стоит и с трудом вмещается в штанах. Это и понял незнакомец и нащупав собачку на молнии тихонько стал расстёгивать ширинку. Я напрягся и был в полной растерянности. Рука незнакомца легко скользнула в открывшуюся ширинку и нащупав под плавками мой член стала его высвобождать.
— Что он делает — пронеслось у меня в голове.
Но рука незнакомца, развернув член как было удобнее, вытянула его наружу, и вот он уже стоял вверх головкой помимо брюк среди ног незнакомых мне людей, которые даже не догадывались об этом. Погладив его и оголив головку, незнакомец отодвинул член в сторону и снова запустил свою руку в мою ширинку и нащёпав там мои яйца вытащил их следом и стал массировать их сдавливая и перебирая рукой, то сжимая в ладони, то опуская и переходя на член играл с ним. Мне было и страшно и приятно, и я не знал что делать. Сколько прошло времени, я даже не мог представить, а стук колёс всё ближе и ближе нёс меня и всех кто был в этом поезде к своим домам. Потеряв счёт времени, я даже не заметил, как машинист сообщил по радио
— «Следующая останова ХХХХХХХХХХХ» и назвал мою станцию. Это была конечная, и все стали суетиться и готовиться к выходу как поезд стал притормаживать и вскоре остановился. Незнакомец, державший всё это время меня, то за член, то за яйца, быстро отпустил, и все, и он в том числе, стали выходить. Я в самый последний момент успел прикрыть вытащенный и торчавший от возбуждения свой член и яйца пакетом с продуктами и последовал на выход в общем потоке, чтоб меня не толкали и я случайно не упал и предстал перед всеми в таком непристойном облике.
Выйдя из поезда на перрон, прикрываясь пакетом с продуктами, я сразу же направился в туалет и заправив там свой торчавший член и яйца в плавки и застегнув ширинку, пошёл домой. Весь вечер мне не давал покоя этот случай, и я не мог понять, понравилось это мне или нет. Страх и боязнь быть увиденным в такой момент были на одной чаше весов, а наслаждение и необычность ситуации во время которой незнакомец массировал мой член и яйца играя с ним среди большого количества пассажиров, делая это незаметно и умело, возбуждало.
Несколько дней прошли в преддверии что это может снова повториться но ничего не происходило и я смирившись с тем что это было как бы случайностью стал забывать и вспоминать только вечерами когда ложился спать и тут словно гром с ясного неба.
Возвращаюсь я после работы домой и это всё повторилось снова. Всю дорогу до самой остановки на которой мне нужно было выходить мой член был в руках незнакомца и он играл им, поглаживал и сдвигал кажу, вдоль по нему то вверх, то вниз. Потом переносил незаметно ладонь вниз и взяв в горсть мои яйца играл ими перебирая и слегка сдавливая иногда мне было больно но я с трудом сдерживал эмоции и на лице не подавал вида. Он держал меня за яйца, пока не остановился поезд и все не ринулись к выходу. Я с трудом успел прикрыться и стал в этом потоке выходить на перрон. Хотел идти в туалет как увидел табличку
«Тех обслуживание» — искать другой было просто неудобно и я прикрывая область паха где под почти пустым пакетом висел уже опавший от испуга член и болтались яйца стал выходить на улицу. Ехать домой в автобусе две остановки было не с руки и я перейдя на другую сторону улицы пошёл по тротуару пешком в надежде найти укромное место и заправить своё хозяйство в штаны, но сделать мне этого не удалось и я так неуклюже шёл до самого дома. В этот раз, мне хватило воспоминаний о произошедшем, на месяц. Я всегда возбуждался сам по себе как вспоминал этот второй случай и не переставал думать о том незнакомце. Мне было непонятно, случайно это происходит или он заметил меня и понял, что я не буду против сам, таким странным образом разряжается, и получает некоторое удовольствие, которое мне пока было непонятно.
За лето незнакомец ещё дважды игрался моим членом и яйцами в переполненном поезде пока я ехал от работы до дома и всякий раз оставлял меня в самый последний момент и убегал, а мои яйца и член были вытащены и торчали поверх брюк и я с трудом успевал прикрываться. Возможно, он потом наблюдал за мной со стороны но я не мог его узнать и определить кто их пассажиров проделывал со мной такие манипуляции.
В сентябре иногда стало прохладно и ветрено, и я стал на работу носить лёгкую курточку-ветровку. Я специально стал надевать прямого покроя, чтоб она прикрывала брюки, и область паха так на всякий случай, вдруг снова придётся идти с расстёгнутой ширинкой. В вагоне было душно, и я расстёгивал замок на ветровке, чтоб не так было жарко, и незнакомец снова появился как всегда неожиданно.
На нашей ветке производили ремонт, и поезд пошёл по другому пути, иногда делая остановки, более продолжительное время. Я стоял и читал на планшете книгу и вдруг чувствую, как снова чья-то рука расстёгивает ширинку и вытаскивает наружу мой член и яйца. Он снова играл ими и делал разные манипуляции а по глазам парней стоявших рядом я не мог понять ни чего, они так же как и я держали в руке телефон и что то читали там. Кто этот незнакомец и почему он постоянно пристаёт ко мне — проносилось у меня в голове и вот очередная остановка, небольшая толкучка и протискивание людей которым нужно было выйти и я в этот момент даже не почувствовал что меня кто то чем то бы уколол. В остальном, всё было так же, как и раньше. Незнакомец играл то членом, то проводил ноготками пальцев по члену и останавливался на мошонке и играл с яйцами, царапал их, перекатывал в руке и сдавливал, а потом снова переходил тискать мой член. Я не нашёл в этом ничего необычного и чуть ли не закрыв глаза пытался угадать его дальнейшие действия.
Чем ближе мы приближались к конечной остановке тем он чаще и сильнее стал сдавливать мои яйца, перекатывать их в ладони и тискать что иногда то одно яйцо, то другое выскальзывало между пальцами и он снова обхватив их продолжал тискать. Отпустил он мои яйца в самый последний момент как его сосед или он а потом сосед стали продвигаться к выходу после остановки поезда. Я тоже запахнул полы курточки и в спешке застегнув замок, чтобы скрыть мой вытащенный из ширинки член и яйца более уверенно, чем раньше тоже пошёл к выходу. Выйдя из метро на улицу, я не стал ждать свой автобус, а прогулялся две остановки, это около одного километра, до дома пешком. Бояться, что кто-то что-то увидит, причин у меня не было и не важно, что мой член и яйца были вытащены из ширинки и болтались на свежем воздухе под курточкой. Было тепло, но немного ветрено и моросил дождик.
Поднявшись на свой этаж, я вошёл в квартиру и поставив пакет на скамейку в коридоре, стал разуваться и наклонив голову увидел на полу одно небольшое красное пятнышко.
— Что это — подумал я и стал искать причину его происхождения. Неужели когда я застёгивал молнию на курточке, я поцарапал член или мошонку. — крутилось у меня в голове.
Скинув свои туфли, я быстро и осторожно расстегнул курточку и откинув в сторону полы увидел и ахнул. Я как стоял, так и сел на скамейку навалившись на стену, а по телу пробежали мурашки и холодный пот. Голова сразу закружилась, и даже стало немного подташнивать. В это время на пол ещё упала одна небольшая капелька крови. Меня бросило в холодный пот и я растерявшись не знал что делать. Ниже моего члена висели мои яйца, вытащенные из мошонки свисая суть ниже её на один-два сантиметра. Мошонка была в нескольких местах разрезана ровными и прямыми линиями не более двух-трёх сантиметров. В два таких разреза незнакомец и выдавил мои яйца из мошонки, сейчас мне было ясно, что он так сильно играл ими и сдавливал и даже тогда когда они выскальзывали у него между пальцев.
Скинув курточку, я прошёл на кухню и выпил пару стаканов воды. Немного стало легче, и стал прокручивать в голове то, что знал и не знал, как мне быть в такой ситуации и тут заметил на стене телефон своего школьного друга, от которого у меня как раз никогда не было секретов. Он работал пластическим хирургом, и я был уверен, что он сможет помочь мне.
Пашка, так звали моего друга, приехал ко мне минут через сорок и сразу же стал расспрашивать, что и как произошло. Потом осмотрев мои яйца, вынес свое веское решение.
— Ничего страшного, сейчас залепим ранки и зашивать ничего не нужно, через неделю срастётся. Но нужно будет поберечься две три недели, чтоб кожа наросла, и не лопнуло снова. Обработав и промыв яйца и места разреза, он затолкал их обратно в мошонку и залепил чем-то рану.
— Ну, вот и всё, а ты боялся — сказал он избитую фразу.
Потом мы долго болтали, и он уехал домой, так как ему позвонила жена. Я успокоился и перестал волноваться. Целый месяц я осторожничал, и старался ездить так, чтобы не было давки, и ко мне никто не прилип снова и не решил поиграть с моим членом и яйцами. Но прошёл месяц и всё зажило и ничего не напоминало об этом разве что мои воспоминания и то, что я тогда испытал. Меня снова стало тянуть в вагон и метро, и чтобы снова встретился тот незнакомец и поиграл с моими гениталиями при всех пассажирах, но так чтобы никто этого не заметил. Я даже возбудился, как представил себе это и мысленно нарисовал в памяти.
Я снова стал ездить домой и на работу как обычно, в час пик и уже на третий день стоя в давке почувствовал что кто- то снова копается в области моей ширинки и расстёгивает её. На улице уже была зима и близился Новый год и я ездил на работу в пуховике но он тоже закрывал мою попу и область ширинки, а чтоб в такой давке не вспотеть я всегда спустившись в метро, расстёгивал пуховик и вот я стою а чья то рука, расстегнув мою ширинку, вытащила наружу мой член и яйца и ощупывала их. Я сразу понял, что это тот незнакомец, но передо мной совсем не те парни стояли, которые были в прошлый раз, и был в полном недоумении и удивлялся, как он это делает, что я не могу его узнать. Отбросив в сторону эти мысли, я стал напрягаться, чтобы уловить все его даже не значительные манипуляции с моим членом и яйцами.
Его игра не отличалась ничем, как и в прошлые разы. Домой я снова вернулся с вытащенным наружу членом по морозцу, так как не смог его вовремя спрятать, а незнакомец держал меня за яйца пока люди не стали выходить. Эта игра повторилась ещё несколько раз и я снова был возбуждён его смелостью и тем что я так рисковал но всё прошло как всегда и мне стало чего то не хватать. Я не знал чего и как то случайно поглаживая дома член и мошонку и подавливая яйца я вспомнил заметив еле заметные шрамики от разрезов и мой член моментально встал. Теперь мне было понятно чего мне не хватает, но как ему об этом сказать если я даже не знал его, а обратиться с таким предложением к тому кто стоит рядом можно было и по шее получить или хуже того по яйцам. Идея как дать ему сигнал пришла сама собой. Я всегда читал рассказы в планшете и решил написать пару строк с намёком. Получилось здорово.
— .....СВОИМИ ОСТРЫМИ НОГТЯМИ ОНА РАСЦАРАПАЛА ЕМУ ВСЁ, ЧЕМ ОН ТАК ДОРОЖИЛ, И ОНО ВЫВАЛИЛОСЬ И БОЛТАЛОСЬ НА ВЕТРУ......
Написав это как часть рассказа, которые я обычно читал я стал ездить и ловить момент, когда он снова появится, и будет тискать мой член. Прошло не больше недели, пятницу я возвращался с работы в туго набитом вагоне. На ветке снова что то случилось и мы ехали по другой а это больше минут на двадцать как я вновь почувствовал прикосновения и не успев опомниться как мой член и яйца снова были вытащены и рука незнакомца тискала их и оголяла головку старалась оторвать крайнюю сдвинув её вдоль члена к самому основанию. А когда он взял в руку мои яйца и стал тискать их, я сдвинул на планшете текст рассказа и показал, что я читаю, всего на несколько секунд, и как впоследствии выяснилось, этого сигнала ему вполне хватило. На очередной остановке создалась небольшая толкучка в вагоне, кто-то там выходил и в это время он снова незаметно мне уколол чем-то в область мошонки. Я этого не почувствовал а он в свою очередь продолжил играться с моим членом иногда переходя на яйца и мошонку проводя по её коже чем-то. Так прошло с полчаса, и мы приближались к конечной станции. Скоро уже надо было выходить а я так и не почувствовал ничего кроме того как он давил и тискал яйца и играл с членом чуть-чуть не доведя его до того чтобы я кончил. Как только поезд стал замедлять ход, он сжал мои яйца, и стал играть ими, не давая возможности их прикрыть, а когда поезд остановился и все ринулись на выход, незаметно исчез, что я растерялся и чуть не предстал перед пассажирами, стоявшими со мной рядом в таком неприглядном виде. Вовремя спохватившись, я запахнул пуховик и застегнул молнию перед самым выходом из вагона. Дальше было как обычно. Прогулка пешком до дома с болтающимися яйцами и членом на небольшом морозце. Новогоднее настроение и куча горожан с покупками спешащими домой. Иные шли за мной, а кто спешил, обгоняли и убегали дальше, в свои дома и квартиры.
Всю дорогу я думал, что у него моего незнакомца в этот раз ничего не вышло или он просто не смог понять мой намёк на планшете, написанный для него. Я повесил пакет на руку и затолкал их в карманы и обнаружил, что в одном что-то лежало. Достав свёрнутую во много раз бумажку, я быстро дрожащими руками развернул её и прочитал стоя под фонарём. На улице было темно, и стояла тьма, где не горели фонари.
— Извини если что не так и если ты не обиделся то я пойму по твоей расстёгнутой курточке в вагоне, когда ты поедешь на работу.
Смысл этой записки мне был не особо понятен, и я пошёл домой, так как не понимал, за что он извинялся. Пошёл снег, и я поспешил домой. Войдя в квартиру, я тут же скинул ботинки и стал расстёгивать пуховик, так как он был весь в снегу и стянув рукава я заметил на полу красное пятно, рядом второе а вот и третье капнуло и сразу бросив пуховик в сторону стал рассматривать свой член и яйца и был в шоке. Мои яйца снова болтались на канатиках вытащенные из мошонки. Я уже был готов к такому, но всё равно это меня застало неожиданно.
— Когда он только успел это сделать, — не вылетало из моей головы.
Раздевшись до гола, чтобы ничего не испачкать, я сел в комнате на стул там, где был линолеум и стал разглядывать болтающиеся яйца синевато-голубого и немного серого цвета с красноватыми жилками. Мошонка была ниже, и в этот раз на ней не было множества разрезов, а был один, по всей, и она просто была раздвоена, и как два дырявых мешочка болталась, где то там между ног. Я был в шоке и не переставал удивляться его необычной способности. Мой член стоял колом, и я решил разрядиться и пошёл в ванную. А через десять минут я снова звонил своему другу Пашке.
Пока я ждал приезда Пашки, я не переставал думать о незнакомце. Сидеть, конечно, я не мог на месте и поэтому ходил по комнате, то на кухню за чаем, то к окну чтобы увидеть приехал друг или нет а мои яйца так и продолжали болтаться вместе с членом между ног, успокоившись и получив то чего они и хотели. Пока я ходил туда-сюда, у меня появилась тоже идея удивить незнакомца, но я пока не знал как. Впереди был курс лечения, Новогодние каникулы и я решил, что как выздоровею, и всё заживёт, обязательно что-нибудь придумаю. Пашка снова был на высоте, и сшил мне мошонку, заправив в неё вытащенные яйца. А когда всё срослось, то почти ничего не было заметно.
Прошли новогодние каникулы и наступили рабочие будни. Я снова как и раньше ездил на работу и с работы на метро но перед поездкой я всегда перетягивал себе член и яйца у самого основания и прятал возбуждённый член в брюки не застёгивая при этом ширинку, а даже наоборот расстегнув крючок и пуговку на опушке заворачивал края в разные стороны, тем саамы давая больше возможности проникать в мои штаны. Это я проделывал дважды в день, перед тем как выходил из дома и ехал на работу и выходил с офиса и ехал домой. По времени я укладывался и не боялся, что жгут передавливающий член может находиться там дольше, чем положено. Сюрприз приготовленный для незнакомца не заставил долго ждать и в очередной раз возвращаясь с работы я почувствовал как кто то толкает руку в расстёгнутую ширинку. На мгновение тишина, замешательство и вот рука незнакомца уже смело лезет мне в брюки. Ухватив возбуждённый член и вытянув его наружу он ощупал его и поняв в чём причина такого возбуждения, давая таким образом знак, несколько раз сжал мой член, словно здоровался с ним и я понял что сюрприз ему понравился. Дальше всё было как обычно, игра, сдавливание яичек и освобождение меня в самый последний момент перед выходом из вагона. Я чудом успевал застегнуть пуховик и быть не замеченным, а дома я обнаружил записку в кармане.
— Ты не будешь против если я снова проветрю твои вонючие яйца?
Это меня так задело что я тут же на планшете настучал текс, короткий и понятный
— Я СОГЛАСЕН.
И уже через два дня я снова ехал домой, а незнакомец перетянул мне член как мог туго. Я понял, что он действовал теперь двумя руками, так как рядом никто не стоял, и не пялился в сотовый телефон. После того как он туго передавил член и мошонку у самого основания, он снова используя толкучку и прочие движение, поставил укол или непонятно чем обезболил мошонку. Ловкими движениями, обрезав её по кругу у самого основания, возле шнурка перетягивающего, сдёрнул с моих яичек и спрятал себе в карман, а мне подложил записку. Тогда в вагоне я этого даже не почувствовал и не знал и не беспокоясь ни о чём, бодро по небольшому морозцу топал домой. Только дома когда в коридоре стал раздеваться, я обнаружил болтающиеся яйца и полное отсутствие мошонки. Я испугался и забыл проверить карманы. Сразу позвонил Пашке и рассказал ему про это, на что он мне посоветовал не паниковать, а чтобы кожица на яйцах не стала грубеть и подсыхать, заматывай их периодически в мокрую тряпку. Я всё так и стал делать и успокоившись пошёл прибирать всё в коридоре и заталкивая перчатки в кармах обнаружил там записку. Я сразу бросил все дела и стал читать её
— Не бойся, твоя мошна у меня, отдам завтра Спасибо что согласился.
Как он успел написать это там, в вагоне или он был уверен, что я соглашусь и заготовил записку заранее и знал, что сможет забрать мою мошонку. Весь вечер разные мысли крутились в голове, но я не мог думать и рассуждать, как тот незнакомец, и поэтому у меня было много непонятного. Как уснул я тогда, не помню.
Утром всё завернув я поехал на работу и в вагоне снова почувствовал что кто то лезет мне в штаны и я не стал сопротивляться. Вскоре член и яйца болтались уже поверх штанов, и незнакомец тискал и играл ими больше времени, а членом поиграл всего пару раз. На станции где мне нужно было выходить, он так же загадочно, убрал руку в последний момент, и исчез. Я закутавшись в пуховик поднялся на свой этаж и прямо в туалет. Заправив всё как надо и смочив тряпку и обмотав ею яйца, я проверил все карманы и обнаружил в одном мошонку и записку. Повертев кусок кожи в руке, я положил мошонку в брюки, чтоб не потерять, и прочитал записку.
— Ты здорово придумал с открытой ширинкой, пусть всегда будет так пока можно.
Мне тоже что-то хотелось ему написать, но как передать я не знал. С Пашкой договорился на вечер, и он мне пришьёт всё на место. Впереди был рабочий день и обратная дорога домой, и я решил, что если незнакомец будет рядом, то он обязательно этим воспользуется. Пашка мне объяснил что и как и я не беспокоился больше что уже сутки моя мошонка болтается где то в кармане то у незнакомца то теперь у меня. Достав лист бумаги, я быстро написал ручкой, так как печатать на принтере такое было небезопасно.
-" Мне нравится, как ты всё делаешь и я рад, что это всё случилось именно со мной. Дальше ты можешь не спрашивать у меня разрешения и разрезать и отрезать мошонку можешь, когда тебе захочется, да и перетягивать у тебя лучше получается, чем у меня" — так закончив свою записку я свернул её и привязал перед уходом к основанию член и не ошибся. Перед уходом их офиса я зашёл в туалет и расстегнув ширинку и заправив её края внутрь оголив область паха, я вытащил наружу и член и яйца и застегнув пуховик пошёл на метро. На обратном пути незнакомец снова увидев мою распахнутую куртку, просунул руку и был в шоке. Член и яйца были уже вытащены, а на члене что-то висело. Он отвязал и убрал себе в карман и всю дорогу играл только моими яйцами без мошонки.
Вечером Пашка мне всё пришил и я снова был рад, что всё так обошлось, не сказав ему про переписку с незнакомцем, хотя и сам не знал, будет ли она продолжаться дальше. Ответ не заставил себя долго ждать и уже на другой день по пути на работу я нашёл у себя в кармане ответ.
— " Спасибо за доверие, постараюсь не подвести и оправдать"
Впереди была пятница, и мне не очень-то хотелось ехать на работу, но было нужно, и я поехал. Зная что после того как мне друг пришивал мошонку незнакомец не давал о себе знать две-три недели а то и месяц, но я раз так написал я решил попробовать и не застёгивая дома брюки и даже не стал надевать плавки. Завернув внутрь края опушки в области ширинки и вытащив наружу свой член и яйца, а поехал на работу и был поражён. Впервые же минуты, мне кто-то рукой залез между ног и ухватил меня за член и яйца. А дальше всё шло как обычно, и я снова в самый последний момент успел прикрыться, а в туалете на работе обнаружил, что только что вчера вечером пришитая мошонка снова отсутствовала, а внизу болтались голые яйца. Впереди было три дня выходных, и если он следил бы за мной, то всё равно на метро в эти дни народу было не так много и он не смог бы мне вернуть её назад. Я немного расстроился но зная что мне советовал Пашка решил ему не звонить пока а выполнять все его рекомендации. Рабочий день прошёл, как в тумане, а на обратном пути незнакомец снова тискал мой член и яйца, но так и не подложил ничего, а его записку я обнаружил только дома.
— «Не бойся, мошна у меня я только с ней поиграю»
— Ему игрушки, а мне беспокойства — подумал я, но тут же успокоился и махнул рукой. Зато три дня я дома гулял голый, болтая яйцами без мошонки. Было так интересно и необычно, что я каждый день кончал по два-три раза и изрядно устал к началу рабочей недели.
Дальше, пока не наступило тепло, и я всё время ходил то в пуховике то в ветровке, которые могли прикрывать мою ширинку, не проходило ни одного дня, чтобы я с работы или на работу не ехал с вытащенными наружу членом и яйцами неважно в каком виде они были. Незнакомец тоже катался со мной по два раза на дню, и всегда делал что-то, подвергающее меня случайному разоблачению и мне это, стало, даже нравится, риск выброс адреналина. В общем, всё шло как нельзя лучше. Только Пашку было жалко. За март и апрель он ко мне приезжал больше десяти раз чтобы пришить мошонку а на следующий день незнакомец уже снова в вагоне отрезал её и уносил с собой иногда на два дня а было что и на неделю и я всю неделю работал с голыми яйцами оберегая их от разного рода ушибов и прочих травм.
Мы стали обмениваться записками, он мне заталкивал незаметно в карман, а я привязывал к основанию члена и он, нащупав её, отвязывал и прятал. Так постепенно день за днём, неделя за неделей он стал мной манипулировать, и я перестал носить трусы и плавки в холодное время, а в летнее и тем более. Когда стало тепло, мне стало трудно скрывать своё новое пристрастие и наши встречи стали намного реже, иногда два раза в неделю, а иногда и раз. Да и мошонку он у меня отрезал не более чем раз в месяц, так как была жара, и можно было внести инфекцию, а когда наступила осень, и снова я стал носить ветровку, он снова внёс коррективы в мою одежду. На работу я как всегда снова стал ездить в брюках на голое тело и распахнутой ширинкой с вываленными наружу яйцами и членом, а поверх одевал рубашку свитер и длинную ветровку что прикрывала мою попу и спереди распахнутую ширинку. Но когда я возвращался домой то перед уходом заходил в туалет и снимал рубашку и свитер и на голое тело надевал курточку или ветровку. По его же просьбе я убрал с брюк кожаный ремень с пряжкой и вдёрнул вместо него ремень резинку. Я тогда не понимал, зачем ему это, но вскоре узнал и сильно испугался.
Это был обычный и ни чем не отличающийся от других день. Я возвращался домой и снова наш поезд ехал по другой ветке. Я выполнил в очередной раз все его условия и на мне были только брюки и курточка, все остальные вещи я оставил в столе на работе. Наш вагон сразу же набился битком, и я вскоре почувствовал, как рука незнакомца, которую я уже мог с закрытыми глазами отличить от сотни других рук, гладит мой живот.
— Проверяет, всё ли я сделал, что было в записке написано — подумал я.
Тут поезд дрогнул и начал набирать скорость. Возможно, тогда я чуть ощутил, что что-то укололо меня, а может мне показалось. Но не доехав даже до следующей станции как моя мошонка уже была у него в кармане. Я это понял по условному сигналу. После того, как он у меня отрезал мошонку, то всегда разводил оголённый яйца, в разные стороны. Он дёргал то одно, то другое яйцо, так чуть-чуть. Обычно он всегда это дела когда мы приближались к нашей станции, а тут в самом начале. После этого он отвязал мою записку для него с члена и перетянул мой член так сильно, что я даже сморщился немного. А дальше случилось то, что заставило меня дрожать от страха. Расстегнув молнию снизу верх на курточке до середины груди, он спустил мои штаны, растянув ремень резинку, и они пали на пол и я стоял наполовину голый. Он стал играть с моим членом и тискать яйца, иногда залезая рукой между ног. А когда на очередной станции стали кто-то выходить и в вагоне началось небольшое движение я по его просьбе в записке, развернулся на пол оборота и во время дальнейшего пути пока мы ехали, стоял так, а он мне стал гладить попу и раздвигать ягодицы.
— Неужели он решил трахнуть меня прямо тут — подумал я.
Вскоре что-то мокрое и холодное стало гладить между ягодиц, и я почувствовал давление на анус.
— Что он творит, кругом же люди — вертелось у меня в голове, но я не мог произнести ни слова и даже видом не мог подать знак, так как не знал кому. Вскоре это что-то стало проникать в мою попу, раздвигая её, и продвигалось, всё дальше и дальше. Мне было не больно, а страшно. Это что-то, оказавшееся в последствии огурцом легко скользило и проникало всё глубже и глубже и вскоре он затолкал его весь смакуя и наслаждаясь тем что он делал.
На предпоследней станции я снова согласно его записке повернулся на пол оборота обратно и он стиснув мои яйца и член стал ими играть Я пытался понять кто из двух кто со мной стоял рядом но так и не понял по их лицам — ни тени смущения и взгляд в пустоту. А когда мы стали подъезжать к моей станции, она же была и конечной, я сильно испугался, а он всё давил яйца и не поднимал мои штаны с пола, и как только поезд стал притормаживать, и толпа стала поддавливать к выходу, он в этот момент поднял мои штаны и исчез. Мне с трудом удалось прикрыться, чтобы меня не увидел никто.
Это было только начало осени и первые холодные дни. Так мы развлекались всю зиму, до первого тепла и незнакомец постоянно мне делал так, что я испытывал страх. Пашка мой друг уже стал мне выговаривать, что ему надоело мне пришивать мошонку, и я в записке об этом написал незнакомцу и попросил его подсказать человека, кто смог бы мне назад пришивать им отрезанную мошонку. Это было как раз в середине апреля. На другой день я получил ответ.
— Сегодня на работу иди в брюках и курточке, там у тебя есть что надеть.
Я не понял в чём прикол и сделал это, так как много раз так делал. Пашка был у меня два дня назад и всё пришил и сказал, что возможности моей кожи находятся на грани и скоро она не сможет срастаться, но я тогда не подумал об этом. На свой станции я вошёл в вагон и как только набилось много народу сразу почувствовал, как знакомая мне рука ухватила меня за перетянутый член а потом за мошонку. Поезд ещё стоял и все толкались, но мои штаны уже полетели на пол и я сильно испугался. К моему счастью дверь закрылась и поезд тронулся и не доезжая до следующей станции я уже был снова без мошонки так как почувствовал как он дёргает в разные стороны мои яйца. Дальше было как обычно, и в итоге чуть не засветившись, я прибыл на работу с огурцом в попе и без мошонки, без рубашки и в одной курточке и брюках из которых торчал туго перетянутый и посиневший член. Двое у нас в кабинете были в отпуске, и командировке, и я без проблем оделся, но вынуть из попы у меня не получилось, и я весь день проходил так.
Дорога домой была, как обычно, но на другой день я не встретил знакомые мне руки в вагоне и сам незаметно застегнул брюки. Так же я не встретил их и на другой и на третий день. Прошла неделя, а незнакомец всё не появлялся и я стал волноваться, ведь моя мошонка могла уже не прирасти, вспомнив слова Пашки, я позвонил ему и она сказал, что прошло много времени и я могу забыть про неё.
— А как же яйца, они же голые висят — спросил я.
Пашка приехал на другой день и осмотрев мой пах, обработал яйца которые болтались так уже две недели и заправил их в пустоту слева и справа от члена, в какие то подкожные кармашки и выше члена в области лобка у меня появилось две небольшие выпуклости. Зашив внизу дырку, после отрезанной мошонки, он сказал мне.
— Ходи небольшими шагами, чтобы шов не разошёлся, ну а через неделю всё будет нормально. Я так и сделал. Незнакомца я больше не встречал и даже стал забывать его руки. К своему новому и необычному состоянию я привык быстро и у меня ниже члена теперь ничего не болталось, словно меня кто то кастрировал, но всё было на месте и спрятано внутри. Было даже удобнее бегать и ходить, яйца случайно не прищемлял и в этом был большой плюс, да и если кто то врежет ногой между ног то это будет не больно.
Как то возвращаясь домой я заметил в вагоне девушку с необычным мешочком и в нём лежал телефон. На нём была вышита одна буква Ю. Сверху продёрнута верёвочка как у кисетов, и она легко завязывала мешочек. Девушка держала его легко, и непринуждённо, в руке держась за поручни. В некоторых местах на нём был нанесён рисунок. А когда кто-то её толкнул, и мешочек качнулся, и я увидел на другой стороне надпись СПАСИБО на английском. Она была сделала небольшими буквами, но прочитать с трёх метров её было легко да и я знал английский и я понял. Это была моя мошонка и эти лова сигнал мне от незнакомца или...........
Я по сей день нахожусь в недоумении и продолжаю жить как обычно. Больше ко мне в метро никто не пристаёт да и езжу я теперь на работу уже на своей машине, так как работаю не далеко от дома. Но я часто вспоминаю незнакомца, его руки и всегда испытываю массу приятных ощущений.

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2729
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои фантазии. Скучный день и необычное приключение

Сообщение 01 июл 2019 12:02

Мои фантазии. Скучный день и необычное приключение.
.

Моя сотрудница и подруга Иринка была уже несколько дней на больничном. На улице стояли морозы, и читателей было мало. Я сидела и общалась с подругами по почте, рассказывая, как моя подруга Ира, спрятала от меня все брючки, сказав, что раз я нудистка то они мне ни к чему. Конечно, не она сама так решила, это я её попросила спрятать мои первые брючки, так как утром когда я пришла на работу в них то было морозно, а вечером потеплело и мне не хотелось их надевать, а тем более тащить с собой. Они всё равно бы в сумочку не вошли. За несколько дней Ира спрятала все мои брючки, в которых я приходила утрами на работу. По первости я хотела спросить её, где она их прячет, но потом решила понаблюдать за тем, что она будет делать дальше. Мне иногда нравятся такие сюрпризики и было очень интересно. Но ко всему Ира вдруг ушла на больничный. У неё маленький ребёнок ходит в садик и оттуда ей позвонили. Она так быстро собралась, что я даже не успела и рта раскрыть, чтоб спросить. Чуть позже я пробовала дозвониться, но она не брала трубку, а потом и вообще отключилась.
Была среда, третье декабря. Было скучно, и я не знала чем себя занять и вдруг меня осенило.
— А что если спросить у подруги и может она как то меня развеселит чтоль.
Я быстро написала ей письмо и задала немного некорректный вопрос, который касался мороза, похода с работы домой в одной шубке на голое тело, так как мне одеть кроме рабочего халата под шубку было нечего. Моя подруга, не стану называть её имя, ответила быстро и предложила мне по дороге домой расстегнуть пару пуговиц и потом написать, что я при этом чувствовала, а следом написала другое письмо, в котором предлагала вообще расстегнуть шубку и с распахнутыми полами идти до дома.
Я возвращалась уже около шести часов, и на улице было темно, да и фонарей у нас в посёлке было раз — два и обчёлся. Идея мне понравилась и я решилась на этот немного безрассудный, но экстремальный шаг, да и подругу есть чем будет повеселить и что рассказать. Время подходило к концу, и пора было собираться домой. Всё закрыв, я пошла в коморку где всегда мы вешали свою одежду и пили чай во время обеда.
Когда я стала переодеваться, маникюрными ножничками перестригла по две ниточки на верхних трёх пуговичках, затем одела шубку на голое тело и взяв сумочку вышла на улицу осторожно спустившись вниз по лестнице чтоб надрезанные пуговички не отвалились раньше времени. Открыв входную дверь, меня сразу по ногам обдал ледяной ветер, проникнув под шубку и окутав своим холодом мои ноги и попку. Я направилась в супермаркет и уже через пять минут была внутри. Среди полок с продуктами было много народу, и я осторожно стала накладывать в корзинку то, что было в списке. Я всегда пишу список, что мне нужно купить, так как из-за обилия товара, часто забываю то, что нужно. Взяв всё что я хотела и рассчитавшись на кассе, я разложила по двум пакетам и повесив сумочку на плечо, равномерно распределив пакеты в обе руки, вышла на улицу. Снова поток холодного воздуха ударил мне в лицо и проникнув снизу под полы шубки колющим холодом пробежался по бёдрам и попе, слегка задев низ живота. Я шла по направлению к остановке и ветер, дующий со стороны спины своими резкими порывами подгонял меня. Пакеты шуршали от его дуновения, а меня пробирал мороз, начиная с коленей и до середины талии. Далее ветер не мог проникнуть, так как шубка в районе груди плотно облегала моё тело и не позволяла внутренним мехом сделать это ледяному ветру.
На остановке я встала с подветренной стороны и стала ожидать свой автобус. К моему счастью он пришёл быстро и уже через пять минут или даже и того меньше я сидела в тёплом салоне сжав ноги и прикрыв раскрывающиеся полы шубки пакетами с продуктами. Полчаса пути и вот она моя остановка. Маршрутка останавливается и я взяв пакеты выхожу следом за мужчиной и женщиной. Следом за мной вышло ещё три человека, но они сразу пошли в другую сторону. Я же пошла следом за вышедшими первыми пожилой парой. Они шли метров пять впереди меня, и я решилась на тот необдуманный шаг. Ветер и так с боку обдувал меня с ног до головы. Поставив пакеты между ног, я достала из кармана маникюрные ножнички и отстригнув ими две нижние пуговички, которые тут же упали на дорогу возле ног. Я присела на корточки, чтоб подобрать их и полы шубки разлетелись в разные стороны. Поток ледяного воздуха обдал меня сотнями, а то и тысячами ледяных колючек. Я подобрав пуговички с дороги, положила их в карман вместе с ножницами и запахнула полы шубки. Взяв пакеты снова в обе руки, я пошла за мужчиной и женщиной которые отошли от меня уже метров на пятнадцать. Они шли очень осторожно, так как дорога была скользкой, и я тоже сбавила шаги и шла за ними медленно, чтоб, когда я их стала бы обгонять, они не смогли бы ничего увидеть. Полы шубки просто разлетались под порывами ветра в разные стороны и оголяли мои ноги и немного низ живота. Моя киска, на которой не было ни единого волоска, которые могли бы в данной ситуации хоть немного защитить её от мороза, обдувалась морозным ветром, который с сильными порывами поднимал снег с обочин и крутя и вьюжа, резко бросал на прохожих и на мои незащищённые части тела. Я пыталась как-то удержать полы шубки, прижимая их пакетами, но ветер снова задувая, резко отворачивал их в разные стороны.
Во время одного из таких порывов ветра когда полу шубки распахнулись в разные стороны, надрезанная ранее пуговичка оторвалась и отлетев упала в снег. В темноте её не было видно, и я даже не стала пытаться найти. Мужчина и женщина повернули направо в проулок. Я оглянулась назад. За мной никого не было. Можно было больше не остерегаться, что меня кто-то увидит. Я наклонила голову и увидела, что предпоследняя пуговичка на уровне груди висела и готова была вот-вот отвалиться, я оторвала её и бросила в пакет, так как снова ставить пакеты и толкать её в карман, стоя на ветру мне не хотелось. Я пошла дальше. До дома оставалось метров восемьдесят. Мне нужно было миновать два соседских дома и дойти до своей калитки метров пятнадцать, двадцать. Держа пакеты чуть поодаль чтоб случайно их не зацепить ни за что и не порвать, я ускорила шаги. Рассыпать продукты на дороге и собирать их в таком виде мне уже, что-то не хотелось. Полы шубки уже разлетались в разные стороны, словно паруса. Ноги и живот оголялись полностью, и даже часть груди снизу была оголена и обдувалась ветром. Между ног ледяной ветер проносил сотни и тысячи мелких снежинок поднятых им с обочины дороги и крыш домов, что сопровождалось лёгким покалыванием моих половых органов. Вот и заветная калитка. Беру пакеты в одну руку и открываю её. Во дворе небольшое затишье и практически отсутствует ветер. Справа дом, а слева высокий сарай для дров и прочей домашней утвари. Мне показалось что я вошла в тёплое помещение и уже не спеша подошла к дому и открыв дверь ввалилась с пакетами в коридор. Мама выглянула из кухни и увидев меня в таком виде спросила.
— За тобой что гнались. Вся нараспашку прилетела.
— В автобусе давка была, кое-как выбралась на остановке, все пуговки поотрывали — ответила я.
— Такой холод, а ты всё нудишь и нудишь — не прекращала ворчать мама.
Отец был в другой комнате и растапливал печь. В доме было даже жарко по сравнению с улицей. Я занесла пакеты с продуктами на кухню и поставив на стол прошла в свою комнату. Сняв шубку и достав оторванные мной пуговицы из кармана, я положила всё на кровать. После всего я взяла махровый халат и собралась его одеть, как вошла мама.
— Держи, нашла в пакете — и она протянула пуговицу от шубки.
Я взяв её бросила на кровать и накинув халат завернулась ещё в плед и села возле печи. От неё так шло тепло, что я вскоре начала согреваться. Минут через пять мама принесла чайник с горячей водой, и я налив её в таз опустила в неё свою попу, чтоб ладом согреться и не подхватить простуду. Я часто так делала зимой, когда попадала в такие переделки по собственной дурости или ещё чего. Вскоре зашёл отец и хотел было взять шубу чтоб повесить но увидев пуговицы, он сказал.
— Хорошо, что хоть не сняли в автобусе шубу, а то как бы до дома дошла бы. — и он окинув меня взглядом улыбнулся. Понял он, что я сама отрезала пуговицы или нет, я не знаю, но уж больно ироничная была у него улыбка.
Вскоре мы все сели за стол, и я тоже пошла закутавшись в халат. Я уже согрелась, но ещё не совсем. Мы сидели и разговаривали, а потом пили горячий чай с мёдом.

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2729
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои фантазии. Затянувшийся поход

Сообщение 02 июл 2019 07:23

Мои фантазии. Затянувшийся поход.
.

Заканчивался последний год учёбы в школе, и впереди была новая, свободная жизнь. Никто тебя не будет принуждать делать уроки и готовиться к экзаменам. После вручения аттестатов о среднем образовании, нам предложили сходить в последний школьный поход. Мы уже считали себя вполне взрослыми и не послушав свою классную, поехали отдыхать на солёные озёра. Это двадцать семь километров от нашей деревни. Татьяна Ивановна обиделась и не поехала с нами.
Ребята на двух машинах уехали вперёд, чтобы приготовить место, а потом вернулись за нами, девчонками. Нас было больше и мы все не влезали, и приходилось сзади садиться по четыре человека. Я была немного полноватая и в меру упитанная и мне предложили сесть на первое сиденье, но подруга Миши обиделась на это и демонстративно заняла место рядом с ним. Я не обиделась и села сзади, хоть и было нам ехать немного тесновато. На озеро приехали, как будь-то, из бани вылезли. Все потные и немного недовольные.
После такой дороги кто-то предложил немного подкрепиться, и возражений не поступило, лишь одну злую шутку, или высказывание в свой адрес:
— «Толстую можно и не кормить, а то из-за неё места в машине не хватает.»
Я не считала себя толстой, была немного пухленькой, но при моём росте 161 и весе 72 кг. видно это было заметно, по сравнению с теми девчонками, которые считали себя стройняшками, а сами были как спички, худые. Я привыкла к этому и проглотила обиду, сев вместе со всеми за накрытую поляну. Мы выложили всё, кто что взял дома, и немного прикупили в магазине. Ребята ещё взяли пива и мы стали отмечать окончание школы.
Всё вроде бы шло хорошо и ничего не предвещало омрачить наш отдых. После застолья все пошли купаться на озеро, и я в том числе. У многих парней уже образовались пары с девчонками и только нас три девчонки, остались одни. Мой парень уже два года учился в городе в институте и последнее время не давал о себе знать. Я конечно не очень то и расстраивалась, хотя он был моим первым и единственным мужчиной, но всё равно его мне сейчас не хватало. Вода в озере была тёплая, как парное молоко и только на глубине, подальше от берега, чувствовалась прохлада. Вскоре от наших купаний и бултыханий вода перемешалась с песком и стала мутной, но нам всё равно было весело. Я немного отдалилась от всей компании всего то на каких то метра два, где вода была чуточку посветлее и решила немного поплавать, как вдруг кто то схватил меня под водой за ноги и с меня сдёрнули плавки. Я сильно перепугалась, что даже не успела вскрикнуть. Нырять я не умела, да и боялась, что все увидят мою голую попу. Я стала высматривать, кто вынырнет из воды, но так и не смогла ничего в этой бурлящей кучке одноклассников разобрать. Я уже устала плавать и подплыв поближе и нащупав ногами дно, просто встала. Я ждала, что тот, кто пошутил надо мной, всё же вернёт мои плавки от купальника, но всё было как обычно. Вскоре все стали выходить на берег и присаживаться вокруг накрытой поляны. Я осталась одна и не могла выйти из воды. Меня стали звать, а мне приходилось отнекиваться. Продолжая делать вид, что я ещё не накупалась, я посматривала в их сторону и жутко сердилась на того, кто это сделал. Было видно, как они шушукались и наверное обсуждали меня и посмеивались. Я стала замерзать в воде и вышла поближе к берегу, но всё равно не могла согреться. Моё тело было похоже на гусиную кожу и уже стали постукивать зубы, отбивая чечётку. Мне очень не хотелось оказаться на больничной койке с воспалением и я наконец то решилась выйти, а там будь что будет. Сдаваться так просто было не в моих правилах.
Прикрыв руками лобок внизу живота, я направилась прямо к месту, где кругом сидел весь мой бывший класс. На меня не сразу обратили внимание и только после того, что кто-то сказал, что Маринка наша плавки в озере посеяла, все как по команде повернулись в мою сторону. Стояла минута тишины, а потом начались насмешки. Чтобы как то остановить это, я подошла и прямо в лоб спросила,
— «Кто в воде стянул с меня плавки? Прошу вернуть.»
Все стали переглядываться и снова наступила тишина. Тогда я села на траву рядом с покрывалом и взяла бутерброд и там ещё что-то из еды. Пока я была в озере, я перемёрзла и проголодалась. Потом я налила из термоса горячего чаю, и сделав несколько глотков, почувствовала, как тепло пробежало внутри меня. Я сразу успокоилась, и видя, что никто не хочет отдавать мне мои плавки, перешла в наступление:
— «Я не знала, что в нашем классе есть голубые и они охотятся за женским бельём. Сами то стесняются купить в магазине.» — выдала я на всеуслышание.
Мои слова видно попали в точку и девчонки рассмеялись и стали оглядывать парней всех по очереди. Я поняла, что моя взяла и осмелев, свернула ноги калачиком перед собой и сев поудобнее налила себе немного пива. Я совсем забыла на мгновение, что на мне нет плавок, и все мои прелести в полу раскрытом виде предстали перед всем классом. У парней сразу стали набухать плавки, и это их вогнало перед девчонками в краску. Некоторые вообще вышли из-за стола и скрылись в лесу. Спокойно на меня смотреть было нельзя, а мне это наоборот придало смелости, и я почувствовала, что всем праздником теперь руковожу я. Я смеялась и бросала оскорбительные фразы, в адрес неизвестного шутника, стянувшего с меня, плавки, и это было моей второй большой ошибкой.
Посмеявшись над парнями, которые постепенно разбрелись, кто куда, они обвинили меня, что я испортила весь отдых и вчетвером взяли меня под руки и отвели в лес, и связав руки и ноги, добавили:
— «Полежи и подумай о том, что ты сделала.»
Меня это конечно сильно обидело, но уйти я не могла, руки и ноги связаны, да и одеться было не во что. Всё было в машине. Меня стали донимать надоедливые мухи и комары. Я даже не могла от них отмахиваться. Вскоре на теле появилось много укусов и хотелось содрать с себя кожу, чтобы успокоить зуд.
Вдруг хлопнули дверки машин, и я услышала удаляющийся шум моторов. Неужели они меня бросили и уехали все — пронеслось в моей голове. Я позвала кого-нибудь из девчонок, но никто не откликнулся. Я испугалась и стала пытаться расслабить узлы и освободить руки, но у меня ничего не получалось. Сколько времени я провозилась, не помню, но злосчастная верёвка всё же немного вытянулась и я смогла освободить одну руку. Потом я сняла верёвку с другой руки и освободив ноги, встала держась за дерево. Ноги сильно затекли и не слушались меня. Я стала их растирать и вскоре появилось лёгкое покалывание, как будь то меня кололи тысячи иголок. Минут через пять я смогла сделать первый шаг и увидев, что на поляне нет никого и моих вещей в том числе, сильно перепугалась.
Из за спины я услышала спокойный голос и даже вздрогнула от неожиданности:
— «Далеко ли собралась?»- спросили меня парни из нашего класса.
— «Мы ещё не закончили.»- снова кто-то вставил фразу в разговор.
Я поняла, что сейчас что-то произойдёт и попросила их отпустить меня. Обещав, что никому не расскажу, я даже слезу пустила, но они не стали слушать моё нытьё и отвели меня по глубже в лес и приказали лечь рядом с берёзой. Потом они обвили мои руки вокруг берёзы и связали. Берёза была небольшой, но чтобы теперь освободиться, мне нужно было бы сломать её. После этого самый смелый из одноклассников снял с себя штаны и я увидела у него уже торчащий член. Все остальные отошли в сторону. Раздвинув мои ноги в стороны, он лёг на меня и почти без всякой подготовки стал толкать свой член в мою киску. Мне было немного больно, пока он не сделал несколько движений и его небольшой член начал легко скользить по всей глубине моего влагалища. Вскоре мне даже стало приятно, но я не могла кончить, так как испытывала обиду и мои руки были связаны. Не прошло и трёх минут, как он кончил прямо в меня и его место занял другой. Всего в нашем классе было семь парней, и они все, один за другим трахнули меня. Только у одного из них член был довольно солидного размера, как у моего парня. Наверное, сантиметров двадцать с небольшим. Просто я не могла тогда его ладом рассмотреть и оценить, но после него я сразу кончила и от наслаждения закрыла глаза. Траханье оставшихся двоих для меня было сравнимо с укусом комара. Потом они меня снова связали, и куда-то исчезли. Как только я услышала за лесом шум машин, я поняла, что они уехали тоже.
Уже вечерело, и скоро будет темнеть. Значит близко полночь. Я снова стала высвобождать свои руки и вскоре мне это удалось. Я знала, что бабушка меня искать не будет. Она знала, что мы ушли в поход, и я до этого часто у подруг ночевала. Об этом знал почти весь класс. И все были уверены, что меня долго не будут искать, а что у меня был парень и что я не девочка об этом знали тоже многие. Я не держала ни на кого зла и даже была рада тому, что случилось. У меня уже давно не было секса, а самой кому-то вешаться на шею мне было стыдно.
С трудом развязав верёвку и освободив ноги, я поспешила уйти с этого места и выйдя на опушку леса близ дороги, чтобы не заблудиться, я совсем голая и босиком стала не спеша пробираться к дому. Я ещё не знала, как попаду домой, но сейчас это было не главное. Я боялась поранить ноги в темноте и улучшив момент, когда не было на дороге машин, решила идти по ней. Увидев вдалеке свет, я пряталась в кустах и потом снова выходила на дорогу. Всю ночь я шла в сторону дома и только под утро свернула снова в лес. Передвигаться по лесу, было очень плохо, и кололо ноги шишками и иголками. Со стороны, я была наверное, похожа на пьяную, неуклюже переступающую с ноги на ногу. Это меня снова сгубило. Не найдя меня на месте, одноклассники поехали искать и с дороги увидели, как я неуклюже ковыляю, прячась за соснами. Они снова меня настигли и привязав к дереву в сидячем положении, стали толкать по очереди в рот свои пропахшие мочой члены. Мне пришлось отсосать у всех, а у двоих даже по два раза. Перед отъездом они просто меня привязанную обописали с ног до головы. Во рту стоял пряный вкус спермы, а по лицу стекали солоноватые капли мочи. Развязывать они меня не стали, так как руки мои не были в этот раз связаны, и я ими массировала у всех яйца и немного подрачивала их члены. Теперь я поняла, что они меня в покое не оставят и решила уйти подальше в лес. Это позволило весь день и ночь провести спокойно. Я была сильно голодна и за последние сутки у меня во рту была только сперма и моча вместо воды. Найдя водоём, я вымылась и утолила свою жажду.
Впереди предстояла ещё одна, очень огромная проблема. От леса до деревни, нужно было идти по полю, и даже ночью меня при свете луны, можно было увидеть. Но мне не хотелось встречаться со своими одноклассниками ещё раз, и я пошла в обход. Там была ещё одна проблема. Между двумя озёрами была небольшая сухая перемычка. Весной, когда озёра разливались, то заливали её, и было одно огромное озеро, похожее на восьмёрку, а летом по этой узкой полоске все ездили, чтобы не делать объезд больше трёх километров. Мне нужно было незаметно проскочить по этой узкой полоске суши, и чтобы меня никто не заметил. С наступлением ночи я вышла из леса к озеру. Кругом было тихо и слышен только редкий лай собак в деревне. Мне казалось, что я сделала всё, чтобы меня не заметили, но как только я зашла на эту узкую полоску между двух озёр, меня встретили мои одноклассники. Бежать было некуда, да и не могла я бегать по полю босиком. Они увели меня в сторону и повалив прямо на землю, снова начали трахать. Только теперь было всё не так как в лесу. Меня не связывали и не держали за руки и за ноги, чтобы не брыкалась, а просто по одному кто за кем, толкали свой член в мою киску и гонял его там, пока не кончал. Я и не сопротивлялась, а получала то, чего мне долгое время не хватало. Иногда его член вываливался и упирался в землю. Он поправлял его и снова загонял в мою киску. В темноте не было видно ничего, и только сквозь камыш пробивался свет луны. Иногда по полю проезжала какая-то машина и они меня можно сказать волоком оттащили ближе к воде. Подо мной было сыро и грязно. От резких движений всё подо мной хлюпало и вываливающиеся по неопытности одноклассников их члены из моего влагалища, зарывались в грязь, а потом снова устремлялись во внутрь моей истёртой за два дня киски. Почти до самого рассвета меня трахали в грязи возле озера. Я уже стала сомневаться, что это были только мои одноклассники. Они трахали меня молча, и без единого слова, а когда кончали, то подхватив свою одежду уходили на озеро отмываться. На рассвете мне сказали, что мои вещи лежат под старой лодкой и предупредили, чтобы я об этом никому не говорила, а то такую славу по деревне пустят, что сладко мне не покажется. Я и сама не хотела об этом думать. Мне хотелось самой отмыться и отоспаться и быстрее всё это забыть и уехать в город к родителям.
Осмотрев себя, я ужаснулась. При слабом свете утренней зари, я выглядела ужасно. Всё моё тело было в грязи и даже в коровьем навозе. Они часто приходят на озеро пить, вот и закатали меня прямо в эти лепёшки. Моя киска тоже была ни на что не похожа. В каждой её складке было полно грязи и раздвинув влагалище пальцами, я поняла, что во внутрь тоже натолкали достаточно.
Добравшись до лодки, я взяла свои вещи и поспешила до рассвета забраться по глубже в камыши. Там я нашла небольшой плёс и стала отмываться. Мне пришлось тщательно промыть все свои складочки и прополоскать водой свою киску. Домой я шла без плавок и боялась, что кто-нибудь меня встретит в таком виде, но мне удалось пройти незамеченной. Когда бабушка ушла в магазин, я ещё раз тщательно вымылась и плотно позавтракав, легла спать. Через два дня я уехала в город и в деревне не была почти пять лет, пока училась в институте. Сейчас я приезжаю помогать бабушке по огороду и дому, но ни кого не встречала и не горю желанием снова кого-нибудь встретить.

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2729
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои фантазии. Частный клуб свингеров

Сообщение 02 июл 2019 07:23

Мои фантазии. Частный клуб свингеров.
.

После олимпийских игр 1980 года, мы с мужем уехали жить в Америку. Нам предложили очень выгодный контракт на один год и после его окончания мы решили там остаться на постоянное жительство. У нас появилось много друзей и знакомых. Английский мы знали довольно хорошо, поэтому проблем в общении не возникало. В то время нас считали тёмными в сексуальном отношении и действительно, столкнувшись с этим в Америке, мы сами поняли это. Значение слова свингеры мы не знали вообще, и как это всё происходит, у нас не укладывалось в голове. Наши друзья этим занимались уже третий год и предложили вступить в их компанию. У них было три пары, а мы должны были стать четвёртой. Подумав, и всё тщательно взвесив, как обычно умеют рассуждать русские, мы решили попробовать.
Все четыре пары жили в разных районах города, и постоянно приходилось мотаться от одного дома к другому. Нам, женщинам, тогда было чуть больше двадцати лет, пришла в голову одна идея и собрав всех вместе на уикенд, мы предложили её на рассмотрение мужской половине. Наши мужья не стали принимать быстрого решения и думали почти месяц, но потом согласились.
Присмотрев в пригороде приличный дом с большим земельным участком, мы купили его в складчину, взяв под это кредит. Через неделю мы уже переехали все туда. Сделав небольшую перестановку и ремонт, получилось приличное жилище. Вскоре мы оформили документы и продав своё жильё в городе начали строить рядом придорожный ресторан на пятьдесят посадочных мест. Всё шло хорошо, но мы как то вели себя ещё очень стеснённо. Однажды утром, сговорившись с другими женщинами нашей компании, мы, встав с постели, не стали на себя ничего одевать и спустились со второго этажа на кухню, в чём мать родила — голышом. Когда мужья встали, и не обнаружив нас рядом, оделись и стали спускаться, чтобы позавтракать, они увидели нас всех голыми и пьющими утренний кофе. Они были немного в шоке, но тут же присоединились к нам. С этого дня всё у нас изменилось.
По дому все ходили, кто как хотел, а так же занимались сексом тоже кто где хотел и кто как хотел и с кем хотел. Шла полная удовольствия и наслаждения жизнь. Вскоре ресторан был построен, и состоялось его открытие. Мы все стали работать в этом бизнесе и дела пошли хорошо. Проезжающих всегда было много, и мы успевали только пополнять запасы продовольствия. Даже самый раздражительный и ревнивый раньше Билл, стал более спокойный. Наши мужья не искали ни кого на стороне, потому что дома всегда было не что новое. На это нам всем хватало выдумки.
Где то года через два, мы подумали о детях и решили, чтобы не было путаницы, пока все не забеременеют, не меняться мужьями и жёнами. Все были согласны. Подходил к концу 1984 год и весной следующего года у нас всех родились девочки с разницей в месяц, полтора. Рядом построили небольшой детский дом чтобы они там спокойно росли и не видели нас чем мы тут занимаемся. Было на общем собрании постановлено, пока семеро работают, одна из матерей следит за детьми. Каждую неделю няньками становилась, следующая по очереди. Шло всё хорошо. Через год наша пара и ещё одна захотели родить по второму ребёнку, и мы опять заключили перемирие в сексе для двух пар. Остальное шло, как и прежде. Вскоре родились ещё две дочки, и мы снова вошли в общий ритм жизни. Когда у кого-то наступали критические дни, то приходилось ходить в нижнем белье. В такие моменты свободный муж присоединялся к любой паре и уже занимались сексом втроём. Это тоже было одно из достижений нашего крепкого сообщества свингеров.
Когда старшим девочкам исполнилось по два года, перед нами стал выбор — как быть дальше, и мы долго обсуждали этот вопрос. Практически взвесив все за и против мы решили единогласно. Дочери наши не должны о нас знать всё и видеть нас такими, какие мы есть, лишь теперь в присутствии детей сексом решили не заниматься, да и голыми не ходить. Шли годы, и наши девочки тоже росли. И с каждым разом скрывать наши игры приходилось сложнее и труднее. Единственное, что мы могли себе позволить, когда у одного из мужей вставал член, то желающая жена, хотевшая в данный момент заполучить его, брала его рукой за член и вела в спальню на глазах у других пар. В это время к ним мог присоединиться любой желающий и все к этому относились спокойно. Дети наши росли, вместе играли и продолжали вместе жить в отдельном доме, где у каждого была своя комната. Там у каждой из них была своя кровать и всё необходимое. Мы покупали им всё, что они пожелают. Наши дочери никогда у нас не спрашивали, а если кто и задавал вопрос то мы всегда отвечали что у нас много работы и днём и ночью что люди ездят и путешествуют и им нужно где то отдохнуть и поесть.
До восемнадцати у нас вопрос не стоял, чем занимаются в своих комнатах девочки, но однажды я случайно заметила в проём неплотно закрытой двери. Среди ночи, при свете ночника было хорошо видно, как девочки занимались друг с другом оральным сексом. Подросли наши дочки- подумала я тогда и когда они были на занятиях, мы решили это обсудить. Посоветовавшись, мы решили не вмешиваться и не смущать их тем, что мы об этом знаем. Иногда случайными советами, мы просто помогали им понять до селе незнакомые им вещи. Наши мужья, вообще не вмешивались, и воспитание девочек полностью легло на нас — женщин, в смысле сексуального плана.
В ресторане шло всё просто замечательно. Иногда девчонки нам очень помогали и заменяли нас, давая нам время или пару часиков на отдых, а мы в это время успевали трахнуть друг друга, где попадётся. Вечером, когда закрывали ресторан оставляя только дежурных для ночных путников, мы всей компанией сели ужинать, случался и небольшой казус. Дочерям надоела жизнь в удалении от города и постепенно они стали разъезжаться. Мы знали, что рано или поздно так случится и были готовы к этому. Старшие вышли замуж, а кто ещё не выбрал себе пару, жили в общежитиях при колледжах. Нам с одной стороны было скучно без них, но с другой стороны мы снова стали вытворять нечто неординарное от чего сами удивлялись, что как мы могли додуматься до такого. Мы стали делайте всё, что считали нужным в любое время и где хотели, и не было смысла скрывать свои чувства и эмоции.
Дальше всё пошло совсем по иному. Все по дому, как и раньше, ходили голышом, а кто хотел, тот трахался прямо под ногами у остальных, хоть на полу хоть на кровати. Проходившие мимо, могли дать совет или помочь, если в том была необходимость. Дочери приезжали редко и при встречах мы прекращали наш разврат что после давало особый заряд и множество эмоций после воздержания.
Однажды мы, то есть женщины решили устроить сюрприз для мужской половины. Подговорив всех, пока наши дети были в городе, мы попросили их кое-что сделать на кухне, и ничего не подозревая, они выполнили нашу просьбу. Вместо вентиляционной решётки, на пол положили толстую фанеру, проделав в ней четыре отверстия в диаметре три-четыре сантиметра. Под фанерой установили помост из досок, и получился зазор между фанерой и помостом, около двадцати пяти сантиметров.
Рано утром, после завтрака, мы подняли лист фанеры и попросили наших мужчин лечь спиной на помост, а свои гениталии просунуть в эти круглые дырки. Через десять минут упорной борьбы со стоячими членами, нам удалось сначала просунуть яйца, а потом и члены всех четверых. Когда фанеру положили на место, то их члены начали потихоньку вставать и вскоре на полу были видны четыре торчащих пениса и рядом лежащие яйца. Мы ходили по кухне босиком, и каждый, кто проходил мимо, легонько наступал на торчащие гениталии наших мужей. Всем это очень понравилось. Не прошло и полчаса, как один из членов выбросил наружу порцию спермы, а позднее и остальные. Весь день мы ходили по кухне босиком, и постоянно наступая на гениталии, играли с ними. К вечеру мужья попросили есть, и мы просили их потерпеть ещё с часик, до закрытия. За всё это время они успели по два — три, а кто и по четыре раза кончить. Испражнялись они тоже на пол под наши ноги, и вся эта смесь спермы и мочи постепенно растаскивалась ногами или стекала в щель на ноги и живот наших мужей. Им это нравилось лежать и получать удовольствие и ничего не делать. Выглядело очень забавно. Когда мы освободили мужчин, пришлось долго отмывать засаленные и замаранные грязью, гениталии, но они были очень довольны. Таким образом, мы устроили себе день отдыха и нас никто в эту ночь не трахал.
Когда наши дочери приехали к нам на уикенд, мы не стали нарушать нашу традицию и не позволили мужьям увильнуть от повинности поваляться на полу, а предложили накрыть эту конструкцию под полом. Все согласились и сказав дочкам и их мужьям кто с ними приехали, что их отцы уехали по делам и помогать нам в ресторане не подозревая по чему они ходят и на что наступают. Это всем очень понравилось, и мы повторяли эти игры, с торчащими из под пола членами, каждую субботу. Было очень интересно всем, кто конечно знал. А когда дочки и их мужья уезжали, мы открывали конструкцию и выпускали на волю всех четверых наших мужичков стонущих но довольных и вели их отмываться. Мы так же продолжаем чудить и трахаться, где попало, но держим это втайне между собой. Ведь наши дети не должны повторять то что делали их развратные родители, пусть сами решают что им нравится и мы их поймём и не будем осуждать.

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2729
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои фантазии. На пляже

Сообщение 02 июл 2019 07:24

Мои фантазии. На пляже.
.

В этом году, я окончил школу, и после сдачи экзаменов бродил вдоль реки. Июнь стоял очень жаркий и все, кто был свободен от дел, купались в реке. Отойдя довольно далеко от пляжа, я увидел за поворотом стояли две большие, раскидистые, плакучие ивы. Их ветви склонялись, чуть ли не до самой земли. Рядом с ними был небольшой плёс, как бы слева и справа ограждённый камышом и мелким кустарником. Место было удалённое, и я решил здесь искупаться, так как на мне не было плавок. Подойдя ближе, я услышал смех и девичий визг. Подкравшись незаметно, я увидел несколько девчонок, лет четырнадцати — пятнадцати булькались в воде. Некоторые из них загорали на небольшом участке речного песка. Что их занесло в такую даль от пляжа, я не знал, да и мне тогда было без разницы. Я сел в тень на небольшом косогоре у реки и стал наблюдать за ними и ждать, когда они уйдут, чтобы потом в этом очень уютном уголке искупаться. Место было очень красивое и скрыто от посторонних глаз. Рельеф местности не позволял подъезжать к нему на машинах, а пешком было очень далеко от посёлка, где то километра два с гаком. Поэтому девчонки чувствовали себя здесь как дома.
Где то через час, они скрылись в тени деревьев и ещё минут через двадцать вышли из-за деревьев и пошли в сторону посёлка. Я спустился вниз и укрывшись в тени деревьев, разделся и голый плюхнулся в воду. Было так здорово и свежо, хоть и вода была тёплая, как парное молоко. Купание голышом для меня было нечто такое, как окунуться в другой мир. Я всегда возбуждался и укрывшись в камышах занимался онанизмом. Это было последнее лето перед армией, и я решил его провести так, что бы было что вспоминать два года. Зимой мне исполнялось восемнадцать и весной должны были забрать в танковые, но из за школы перенесли мой призыв на осень.
Я ходил на это место каждый день, и каждый день встречал там этих девчонок. Мне приходилось всегда ждать, когда они уйдут, что бы снова голышом окунуться в воду, а потом в камышах подрочить свой член.
Прошла неделя и началась вторая, как я начал следить за этой компанией из шести юных созданий выглядевших по разному. Я заметил, что только у двоих из них проглядываются небольшие бугорки в области грудей, да и были они чуть меньше ростом чем их подруги. А вот у остальных по моим наблюдениям грудь уже сформировалась и была приличных размеров, хотя их фигурки выглядели как у мальчишки, и верхняя часть купальника издалека отличала их от них. Это было так наивно и забавно, что у меня созрел один очень интересный план, как спугнуть их с этого места.
Рано утром, примерно за час до прихода девчонок, я вырыл в песке длинной в свой рост яму и раздевшись до гола, спрятал одежду в камышах. Заготовленную заранее записку я закрепил на дереве, где они переодевались. Там говорилось следующее:
«Девчонки! Пожалуйста, не бойтесь меня! Купайтесь и ведите себя так, как будь-то, ничего не случилось. Не обращайте на меня внимания! Только очень вас прошу, не пытайтесь рассмотреть моё лицо и выкопать меня. Самое главное не пускайте и не приводите с собой собак!!! Я вам ничего плохого не сделаю.»
Надев лыжную шапочку с вырезом для глаз, чтобы в случае чего они не узнали моё лицо, я лёг и стал зарывать сначала ноги, а потом и всё остальное. Оставив лишь снаружи, возвышающийся над уровнем песка, член и яйца. Голова лежала в камышах, рядом со старой корягой, выброшенной на берег весенним паводком. Взяв наломанные мелкие прутики, я воткнул их вокруг своего лица в песок, тем самым создав некую маскировку. Со стороны, наверное, выглядело довольно интересно, как среди небольшого пустынного участка берега на песке валялись чьи-то причендалы.
Минут через двадцать, послышались голоса известной мне компании, и вскоре из-за деревьев друг за другом вышла сначала одна, а потом и все остальные подружки. Сегодня их было пятеро. Не сразу, но заметив некоторые изменения и увидев лежащий на песке член, они остановились. От напряга и возбуждения мой член начал вставать, и они увидели эти шевеления. Одна из девчонок заметила мою записку и показав в её сторону рукой, осторожно пошла за ней. Встав в круг, они стали читать. Через несколько секунд, я услышал негромкие смешки и увидел косые взгляды в мою сторону. Когда они прочитали моё послание, то повернувшись в мою сторону, стали посмеиваться, пытаясь внимательно разглядеть всё издалека. От всего этого мой член стоял, как кол, а яйца ломило от перевозбуждения. Пошептавшись, они сторонясь пошли в тень деревьев. На несколько минут они пропали из поля зрения, но вскоре смеясь и веселясь, немного сторонкой от меня, они пробежали на речку. Всё это время они держались вместе и искоса поглядывали в мою сторону. За два часа мой член несколько раз вставал и снова падал, изнывая от жары. Девчонки постоянно хихикали и усмехались, поглядывая в сторону камыша где я был зарыт в песок. Когда они ушли, я вылез из песка и бегом бросился в воду. От песка и жары всё тело испытывало небольшой зуд и дискомфорт.
На другой день я всё повторил снова и так до конца недели. Девчонки постепенно привыкли ко мне и менять место не собирались. С каждым днём они проходили около меня всё ближе и ближе. Наконец они совсем осмелели и перешагивали через меня, не пытаясь поймать или уличить, кто я такой. Мой член при виде девчонок стоял теперь почти всегда и они перепрыгивая через него иногда специально или случайно задевали его пальцами ног. От этих прикосновений я один раз кончил, и одна из девчонок заметила это. Когда они стали возвращаться с реки, она просто наступила на мои гениталии мокрой, замаранной в песке ногой, Я от неожиданности чуть не ойкнул, но сдержался. Её примеру последовали другие. Хоть они и были стройняшками, но ощущения были не очень приятные, когда ступая ногой, девчонки всем своим весом давили на тазобедренную кость.
Дома я придумал нехитрое приспособление. Взяв толстую фанеру, полку от шифоньера, я просверлил в ней дыру около четырёх сантиметров и отшлифовал её наждачной бумагой. Зайдя в сарай, стал примерять её на свой член. Когда он был просунут в отверстие, я попытался протолкнуть яйца, но у меня ничего не получилось. Поменявшись, я сперва, протолкнул яйца, а после, изогнув член, стал его медленно втискивать в дыру. С небольшим натягом вскоре мои гениталии были на другой стороне фанеры. Я был рад, что всё получилось. Вытащить было гораздо труднее и пришлось подрочить, чтобы кончить и мой член на время стал мягким и податливым.
На другой день, я ещё раньше встал, и потащился со своим приспособлением на реку. Приготовившись и замаскировав своё тело и доску, засыпав песком вокруг члена, я стал ждать. Вскоре девчонки показались из-за поворота, и о чём-то весело говорили. Ветер дул в мою сторону, и отрывки фраз долетали до меня. Трудно было понять весь разговор, но я понял, что они говорили про мальчишек и их гениталии, и высказывали предположения, кто бы мог там прятаться в песке на их пляже, а может и они обсуждали мой член. Когда они переоделись и прямиком, перепрыгивая через мой член, а кто то и даже наступил, побежали купаться. Одна из девчонок, которая наступила, что то сказала другим, и они вышли на берег и подошли ко мне. Она поставила одну ногу мне на член, а другой стала ощупывать песок вокруг, и всем сразу стало понятно. Разрыв ногой песок, они увидели лежащую на мне небольшую фанеру, закрывающую область таза и лишь мой член и яйца были просунуты через отверстие и одиноко лежали на поверхности. Я понял по их лицам, что моя идея им понравилась, и они стали ещё чаще ходить туда, сюда и теперь не пропускали возможности, чтобы наступить лишний раз на мой член. Девчонки поняли, что я не хочу им причинить вреда, а лишь в тайне хочу немного развлечься и развлечь их. Мне стало гораздо легче терпеть, когда кто-то наступал на мои яйца и член. Я часто возбуждался и по несколько раз кончал, пока девчонки купались. Они всё это видели и засыпали капли спермы свежим песком, что бы не наступать на них
Спустя несколько дней, я увидел, что девчонки перестали меня стесняться и сначала одна, а потом и другие, стали бегать купаться голышом. Тогда я действительно заметил, что только у одной из них не было волосиков, а у остальных были густые кудряшки. Они часто шушукались в стороне и поглядывали на меня. Меня это очень возбуждало. Лето прошло незаметно и мой член и яйца загорели так сильно, что по цвету были темнее моего тела раза в два, а то и в три. Девчонки не нарушили моей просьбы, и всё время купались и загорали на песке. Во время передвижений они ходили по моим органам, как по песку и не обращали на них внимания, но я видел их интерес ко всему происходящему. Я в свою очередь ни разу не показался перед ними голым и ни разу не пугал их.
С наступлением осени, жара стала спадать, и купаться становилось уже холодно. Замаравшись в песке, я лишь слегка обтирался водой, чтобы смыть грязь. Вскоре все эти игры мы прекратили, а на прощание девчонки мне написали записку из трёх слов:
— «До следующего лета!»
В осенний призыв я не попал и устроился на работу, а весной меня забрали в армию. Спустя два месяца мне пришло письмо от неизвестной девчонки. Когда я прочитал его, то сначала ничего не понял, но потом мне стало понятно, что его написали те самые девчонки. Позже я узнал, что не дождавшись меня в начале лета, они узнали у моих соседей что я в армии, а где я живу и как меня звать, они выследили и узнали после второй нашей встречи на берегу. Адрес воинской части, сказала им знакомая, почтальон, и они все вместе сочинили первое письмо. Теперь я понимал, что девчонки давно знают про меня всё, что я так тщетно скрывал от них. Спасибо им хоть никому не проболтались.
От имени всех девчонок писала Олеся. Она попросила некоторые слова касающиеся моих гениталий и всего, что с ними было связано, заменять на другие и привела пару примеров. Мне очень понравилась этот так сказать шифр и мы стали переписываться. В письмах мой член называли — друг Колька, а словами вспотел — значит кончил. Словами- игра на бильярде, означало яйца топтать или другие действия в отношении их и т. д....
Небольшие отрывки из переписки с девчонками из интереса я просто приведу ниже в своём рассказе:
Здравствуй Дима! , так зовут меня.
...мы часто вспоминаем, как вместе купались на реке и как загорали вместе с твоим другом Колькой. Кстати, как он себя чувствует? Всё такой же загорелый? Вы с ним полная противоположность. Почаще пусть Колька стирает носки,( дрочит,) (не в пересказ ему), а то запах от ног у него неприятный, когда потеет. (кончает)... Олеся и все мои подруги

Здравствуйте Олеся! Привет всем твоим подругам!
...у друга Кольки всё нормально. Загорать здесь некогда. Я ему передал ваши слова. Теперь он стал чаще стирать носки и портянки, что бы потом не пахли. Какая у вас погода стоит весной. Набухли почки на деревьях, (груди у девчонок). У нас уже тепло....Дима

Здравствуй Дима!
...весна у нас была нынче ранняя. Почки на деревьях набухли рано и уже появились листья, зеленеет везде трава, (волосы на лобке), у Маринки в саду, промежность, уже зацвели яблони, (месячные).
Как твои дела на службе, как Колька служит. Пусть зимой одевается тепло или он по прежнему продолжает закаливаться. Играете ли в армии в бильярд. У нас никто хорошо играть не умеет, скукота да и только....Олеся и все мои подруги.

Здравствуйте Олеся! Привет всем твоим подругам!
...когда ездили на ученья в соседнюю часть, была возможность сыграть несколько раз. С непривычки два дня руки болели. Дома хорошо, когда постоянно тренируешься, даже усталости не чувствуешь. Какая у вас летом стоит погода. Наверное, все в делах. В лес, на покос, (брить волосы на лобке), ездите или нет. Как ивы на нашем месте, как речка... Дима.

Здравствуй Дима!
...паводком затянуло наш плёс грязью и корягами. Мы нашли новое место, чуть дальше за болотиной, десять минут ходьбы. Посадили новые ивы. Прижились хорошо. Маринка с нами не ходила три дня на реку. На покос ездила. Меня и Ленку на покос не берут, ещё рано говорят. Дома помогайте. Когда Маринка съездила, то рассказала нам, что в лесу на покосе сильно здорово и Светка, Нинка и Танька собрались тоже ехать...
...как дела у тебя и Кольки. Вас на уборку не гоняют. Помогать косить в колхозах сено... Олеся...

Здравствуйте Олеся! Привет всем твоим подругам!
...спасибо за письма, что не забываете меня и Кольку. Нам осталось служить ещё год. Когда вернусь, обязательно на покос поеду, сильно по лесу соскучился. У нас здесь степь и песок. Летом сильная жара. Кольке не даю загорать по долгу, а то в негра превратится. Он и так всё ещё смуглый после тех купаний перед армией.
...есть ли песок на новом месте, что бы загорать. Какая там речка и дорога, что бы добраться... Дима.

Здравствуй Дима!
...место там очень хорошее, непроезжее. Рядом болото. Песка хватает. Речкой намыло много. Когда поедешь на покос, то девчонки решили помочь грести, ну и косить, если ты не будешь против. Маринка и Нинка обещали выиграть у тебя в бильярд. Ленка ждёт Кольку и крепко обнимает его. Я Танька и Светка тоже ждём тебя и Кольку, без вас как то скучно....Олеся и все подруги... до встречи.

Вот примерно в таком стиле мы писали друг другу письма в течении двух лет. Я девчонок не видел два года и восемь месяцев и не знал какими они стали, наверное повзрослели. Олесе скоро будет семнадцать, а Марине уже исполнилось, — совсем стали взрослыми. За месяц до дембеля, я написал, что бы пока не писали, а то письма могут потеряться.
В родную деревню я прибыл уже в начале июня. Стояла жара, и я на следующий день пошёл искать новое место, где купаются девчонки. На старом месте был сплошной камышовый бурьян, и валялись коряги. Я прошёл вдоль реки минут с десяток и увидел около болотины несколько молодых ивовых деревьев. Они были по четыре метра, но ещё тонкие и качались на ветру. Девчонки в этом году видать ещё не появлялись здесь, так как не было следов на песке. Дома я снова приготовил новую доску с отверстием сантиметра четыре-пять. Несколько дней я следил за тропинкой на реку и вот увидел, как, три девушки, идут по ней. Я проследил за ними и стал слушать их разговор. Я не знал, как их звать, но понял, что одну зовут Лена, а других двух Таня и Олеся. Кто есть кто, я не знал. Девчонки были действительно очень симпатичными и стройненькими. Казалось, что когда они идут, то их ветер слегка качает.
На другой день я зарылся в песок и просунув через отверстие свой член и яйца, стал ждать девчонок. Они пришли минут через тридцать. На этот раз с ними ещё была, как я понял Марина. Она была на голову выше их и уже не выглядела, как та с небольшими припухлостями, это можно было сказать вполне зрелая и прекрасная девушка. Они сразу увидели торчащий из песка мой член и яйца и с трудом сдержали свою радость. Первым, что они сделали, это прошли друг за другом в знак приветствия по моим гениталиям, а потом, скинув свои шмотки около ив на травку, наступая на мой член и яйца, побежали купаться. Иногда мы перекидывались несколькими фразами, но придерживались принятого ранее правила. К концу дня с непривычки у меня ломило яйца, и болел член. Девчонки повзрослели, и их вес было с непривычки переносить тяжело, но я терпел. За этот день я кончил два раза и в третий мне помогла Марина- решила состирнуть носки и я разрешил.
На другой день вся компания пришла в полном составе. По моему согласию они принесли станок и побрили мой член и яйца, а потом снова зарыли в песок, но уже по своему. За этот день они все дрочили мой член до появления спермы, а когда он был мягким, топтали его и играли в бильярд. К вечеру у меня уже не было сил и я домой тащился как после марафона в армии. Девчонки были просто на высоте. Они так соскучились, что не давали мне покоя. Каждый день мы развлекались на берегу реки до самой осени. Каждую неделю они брили меня, а по песку не могли передвигаться, что бы, не наступить на член или яйца. У Марины была очень красивая фигура, и это сильно возбуждало меня. Её чисто выбритый лобок и всё остальное не давало мне покоя. Я всегда ждал, когда она прикоснётся ко мне рукой и будет дрочить мой член до остервенения. Остальные девчонки были тоже симпатичные и наивные по своему возрасту. Это тоже давало свои положительные эмоции и мне нравилось им объяснять, если что-то было не понятно.
Так прошло всё лето, и наступила осень. Компания разбежалась на зимние квартиры, и снова встретились все в начале лета. Мы развлекались так каждое лето, пока кто-то не предложил попробовать это проделать зимой.
Они долго меня уговаривали и я сдался. Выбрав тёплый день, что бы не было ветра, мы ушли за реку, где был густой кустарник. Выбрав небольшую полянку, я одел на свой член и яйца доску и лёг на снег во всей одежде. Лишь мои гениталии были на свободе и дышали свежим воздухом. Девчонки засыпали меня снегом и притоптали его. На поверхности торчал мой член и моя голова, чтобы всё видеть. Первой согласилась идти Марина. Она сняла с себя всю одежду и босиком, вся голая пробежала по моему члену туда и обратно пару раз. Её примеру последовали остальные. Они не переставали раздеваться и одеваться. От всего этого я уже кончил два раза и Марина, которая разделась уже в третий раз, встав ко мне задом, вся голая и босиком, стала дрочить мой член. У меня быстро от этой картины наступил оргазм, и я кончил сильной струёй спермы, которая поднявшись вверх, упала на снег. Девчонкам стало уже холодно и мы, собрав всё, пошли домой.
На другой день мы всё повторили снова. Теперь взяли с собой чай для согрева и два покрывала, что бы не ходить много по снегу босиком. Погода была тёплой, около ноля градусов, и сыпал небольшой снег, падая на обнажённые плечи и волосы. Девчонки смеялись и веселились, бегая по моему достоинству. До конца зимы мы ещё несколько раз делали вылазки и купались в снегу. Всем было весело, а мне приходилось терпеть, как по медленно замерзающему члену бегают разогретые в снегу босые ножки моих подружек. Было очень приятно смотреть на их обнажённые тела, среди зимнего леса и иногда как они проваливались почти по пояс в рыхлые сугробы. Всё это меня очень возбуждало.
Через несколько лет девчонки начали разъезжаться по другим городам, и вскоре я остался один. Новую компанию я искать не стал, а лишь довольствовался тем, когда кто-нибудь приезжал и мы устраивали небольшую развлекательную вечеринку, вспоминая детство и школу. У двоих уже были свои маленькие дети, но они всё равно не упускали такую возможность — расслабиться и просто отвлечься от семейной жизни и прочих проблем.

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2729
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои фантазии. Необычная привязанность

Сообщение 02 июл 2019 07:26

Мои фантазии. Необычная привязанность.
.

Я хочу вам рассказать одну историю. Было ли это на самом деле или нет, решать конечно вам, но в жизни чего только не происходит и на что способны влюблённые ради своих любимых могут даже не знать они сами. Как это назвать, любовь, привязанность или невозможность жить без другого человека — решайте сами, но каждый сам выбирает свой путь, чтоб доказать это.

Лена родилась и росла в деревне, на самом краю возле озера. Её родители работали в совхозе, а потом фермерствовали, и постоянно их не было дома. Росла Лена одна без братьев и сестёр и поддержать её было некому в трудную минуту. Сродная сестра жила в городе и приезжала редко. Поэтому Лене приходилось всё делать самой, помогать по дому, готовить и учить уроки и ещё ей часто приходилось отстаивать своё я среди сверстников. Она росла очень отчаянной девчонкой и многие её побаивались и просто не связывались с ней. Это произошло когда Лене было уже четырнадцать лет и в дни летних каникул она как обычно закончив свои дела — отправилась искупаться на озеро. Пройдя через огород, она уже хотела открывать калитку, как увидела сверстника на год младше, Дениску. Он жил рядом и часто купался на этом месте. Лена остановилась и решила понаблюдать за ним. Она часто это делала при удобном случае и видела своих сверстников в разных пикантных ситуациях. Вот и сейчас она ждала чего то необычного.

Денис вышел из воды и оглядевшись по сторонам, не нашёл ничего подозрительного. Он взял свою одежду и зашёл на дощатые мостки, чтоб ополоснуть ноги и одеться. Перед этим он решил отжать мокрые плавочки и ещё раз проверил, нет ли кого рядом. Было всё тихо и он быстро стянул свои плавки и прополоскав в воде с мостика, стал отжимать. Лена всё это прекрасно видела, его сморщенную мошонку с яичками и съёжившийся писюн, который прятаясь, болтался между ног. Расстояние было не так уж и большое, и Лена всё прекрасно видела. Это её возбуждало и она вся напряглась в ожидании ещё чего-нибудь интересного. Отжав плавки, Денис положил их рядом и ещё раз оглядевшись, присел и зачерпнув в ладонь воды, оголил головку и стал её промывать, а потом встал и оглядевшись стал одеваться. Его писюн по прежнему висел между ног и покачивался в разные стороны. Он был не по годам очень большой или может это показалось Лене и вызвало особый интерес. Лена из любопытства подалась вперёд и потеряв всю осторожность случайно задела торчащие травины возле забора. Одна травина проскользила по лицу и пощекотала возле носа. Лена не смогла удержаться и чихнула. Денис вздрогнул и присел. Оглядевшись по сторонам он никого не увидел и стал шарить глазами по кустам и вдоль забора. Лена конечно испугалась, что выдала себя своим чихом и встрепенулась, хотела было уже бежать, но Денис увидел её и окрикнул.
— Не стыдно подглядывать — спросил он.
— Мне нет, а вот тебе не стыдно играть со своей писькой — ответила Лена.
— А если я всем расскажу, что ты подглядываешь за пацанами — сказал Денис.
— Ну и рассказывай, тебе же будет потом стыдно — ответила Лена
— Это почему мне будет стыдно, ты ведь подглядываешь — ответил Денис.
— А потому, что я тогда всем расскажу, как ты играешь со своей писькой и тогда над тобой все девчонки смеяться будут — уже не стесняясь и перелезая через забор ответила Лена.
Денис задумался и медленно продолжая одевать футболку, вдруг произнёс.
— Хорошо, давай сделаем так, я ни кому не расскажу и ты тоже не будешь. Согласна.
— Ладно, я согласна — ответила Лена и пройдя мимо Дениса зашла в воду. Она была тёплая и Лена бродила по мелководью выжидая, когда Денис уйдёт. Лена всегда купалась одна и не любила, когда на неё пялятся мальчишки. В свои 14 лет она уже сформировалась и у неё была хоть и не большая грудь, всего второго размера, но она чуть ли не выпадала из тесного купальника, а на новый просто не было денег, да и в деревне купить что то приличное просто было невозможно.
Денис всё ещё был красный от неудобной ситуации, что его застукала девчонка и копошась медленно оделся и не спеша удалился. Искупавшись, Лена вернулась домой.
Спустя несколько дней, Лена увидела Дениса с двумя пацанами — они направлялись к озеру и она поспешила домой. Ей снова хотелось подглядеть, что они там будут делать. Вскоре она уже сидела в своём укромном месте и раздвинув стебли крапивы и бурьяна, следила за мальчишками. Накупавшись пацаны быстро ушли, а Денис продолжал булькаться и плавать поодаль от берега. Минут через двадцать и он подплыл к мелководью и вышел на берег. Ситуация повторилась в точности как и в первый раз и снова Лена увидела его болтающийся писюн и теперь он ей показался уж не таким маленьким. Хоть он и висел между ног, но немного оттопыривался в сторону и был похож на носик у перевёрнутого чайника. Лена даже негромко схохотнула от такого сравнения. А когда Денис уже стал одеваться, Лена снова выглянула из за забора и съязвила.
— А ты всё продолжаешь играть со своей пиписькой. Смотри, а то какая нибудь собака прибежит и его у тебя откусит и тогда нечему будет болтаться — сказав это, Лена засмеялась и ушла домой.
Несколько дней они не встречались и вот однажды входя в магазин, Лена столкнулась с Денисом нос к носу.
— Ты чего под ноги не смотришь — сказала она.
— А ты чего толкаешься, не видишь, что я иду. — ответил он.
Перекинувшись ещё несколькими фразами и обменявшись любезностями, Лена и Денис разошлись. На обратном пути Денис подкараулил Лену и пригласил купаться.
— Чего я с тобой не ходила. Ты там своим писюном будешь болтать налево и направо, а я что любоваться на это должна — ответила Лена.
Денис опустил голову. Ему стало неудобно и он удалился к себе во двор. Лена вернулась с продуктами домой и села пить чай. В окно было всё прекрасно видно и минут через тридцать, она увидела, как Денис пошёл на озеро. Лена быстро допила чай и приседая, чтоб её не заметили, прокралась по огороду к своему укромному месту, чтоб снова наблюдать.
Ничего интересного не происходило и Лена собралась уже уходить, как вдруг её окрикнул Денис.
— Хватит прятаться, я тебя уже давно заметил — сказал он выходя из воды.
Лена встала и подошла к забору.
— Айда купаться — позвал он.
Лена подумала и глядя куда то в небо, ответила.
— Если ты будешь купаться голым — то я выйду, а так мне неинтересно.
Подождав минуту, Лена повернулась и собралась уходить. Денис окрикнул её.
— Ладно, я согласен.
Это была её победа над его самолюбием и его желанием. Она поняла это уже давно и хотела добиться чтоб он тоже понял её превосходство. Всё так и вышло. Повернувшись она пошла к калитке и на ходу снова скомандовала как то не так громко, но убедительно.
— Ну чего ждём, или мне назад возвращаться.
Денис медленно, оглядываясь по сторонам стал стягивать с себя плавки. От возбуждения его пиписька стояла как памятник, упираясь головкой в пупок и даже закрывала его.
— Какой она у тебя огромная — сказала Лена.
— Кто она, — краснея спросил Денис.
— Кто, кто, как будь то сам не знаешь, пиписька твоя.
— Это у вас пиписька, а у нас пенис — ответил Денис и его лицо залилось румянцем.
— Ладно, это неважно — ответила Лена и подойдя ближе, села на деревянные мостки.
Денис огляделся по сторонам и как бы машинально прикрывая свою торчащую пипиську пошёл глубже в воду.
— А ты чего не купаешься? — спросил он.
— Я хочу немного посидеть и на тебя посмотреть — ответила она.
Лена села на самый край и разувшись спустила свои ноги в воду. Она глядела на удаляющуюся фигуру Дениса и булькала ногами. Потом оглянувшись по сторонам, она увидела его одежду и у неё проскочила озорная мысль. Она соскочила и собрав его одежду, подбежала к своему огороду и перебросила её через забор. Денис ещё купался и плавал минут десять, а потом поплыл к берегу. Выйдя на отмель, он не увидел своих шмоток и спросил:
— Отдай мою одежду.
— Если тебе нужна одежда — то возьми её — улыбнулась Лена и показала в сторону огорода.
Денис рассердился и пошёл к Лене. Предчувствуя его негативную реакцию, Лена опередила его.
— Если подойдёшь ко мне, я закричу.
Денис опешил и сел в воду. Он не мог решиться придти по берегу двадцать метров и перелезть через забор голышом и забрать свою одежду. Он боялся, что его могут увидеть. Лена же сидела на мостках и ехидно улыбалась. Вот и ещё одна победа и снова она руководила действиями Дениса. Теперь она понимала, что он у неё в руках и уже никуда не денется. Она встала и посмотрев в его сторону, пошла прочь. Денис что то кричал и просил принести его шмотки, но Лена ничего не хотела слышать — она думала совсем о другом, и то другое произошло спустя несколько дней.
Как то утром, она шла на работу к матери, которая работала в магазине. Ленина мама собиралась ехать в райцентр в больницу и попросила дочь поработать за неё пару часиков. Лена часто подменяла мать и тем самым помогала ей, когда та уезжала за товаром или по другим делам в район. По дороге она встретила Дениса и тот при виде Лены состроил сердитую и обидную гримасу. Он всё ещё не мог простить ей, что она так поступила на берегу с его одеждой и когда она ушла, его чуть не застукали, когда он перелезал через забор. Денис вовремя заметил соседей и свалился в бурьян и конечно немного из жалился крапивой.
— Денис, прости меня — сказала Лена.
Её голос был такой тонкий и ласковый, что он сразу растаял и улыбнулся.
— Ладно, проехали — ответил он уже более веселее, чем минуту назад.
— Хочешь, чтоб я пошла с тобой купаться — спросила Лена.
— Да — ответил он.
— Тогда помоги мне пока мама в город ездит — предложила Лена
— Ладно, уже радостным голосом ответил Денис.
Лена ему нравилась, хоть и была старше почти на год, но учились они в одном классе и он всегда рад был ей помочь. Лене же не нравился ни один парень в её классе и она сама не знала, чего она хотела. Она всегда что искала и о чём то мечтала, но об этом знала только она одна.
Ленина мама уже ждала её возле магазина и передав ей ключ и наказав что и как, она села и уехала.
В магазине было немного прохладнее, чем на улице, но помещение плохо проветривалось и дышать было трудно, поэтому Лена сразу открыла дверь и окно, чтоб создать хоть какой то сквозняк.
— Проходи — предложила она Денису и подняла крышку прохода у прилавка. Денис прошёл и Лена следом за ним. В подсобке Лена переоделась в халат, а Денису предложила раздеться.
— Это ещё зачем — возмутился Денис.
— Ну если тебе не жарко, то сиди и парься — сказала Лена.
Денис промолчал.
— Чего молчишь, как будь-то воды в рот набрал, или испугался? — спросила Лена.
— Ничего я не испугался — ответил он.
— Ну тогда раздевайся, тебе же нравится голым на озере скакать, а то я всё девчонкам расскажу — с издевкой сказала Лена.
— Но меня ведь здесь могут увидеть — пытался сопротивляться Денис.
— Кто тебя увидит под прилавков, сюда ни кто не заглядывает, а мама приедет через два, а то и три часа — пояснила Лена и продолжала настаивать на своём. Она уже поняла, что Денис готов раздеться, но ещё боялся, что его могут увидеть. Ему нравилось выполнять все просьбы Лены, да и сама Лена ему тоже очень нравилась. Его мысленные рассуждения прервал голос Лены.
— Если сейчас не разденешься, то я Таньке всё сейчас расскажу. Она вон к магазину направляется.
Денис выглянул из-за прилавка, и увидел вдалеке Таню, Ленину подругу. Он понял, что Лена шутить не будет и стал спешно скидывать с себя одежду. За полминуты на пол упали вначале футболка, потом шорты, а с небольшой задержкой и плавки. Денис стоял посреди прохода совсем голый и не знал что делать. Лена смотрела на него и улыбалась.
— Вот теперь другое дело.
Она выдвинула из под прилавка две пустые коробки и отопнув ногой его одежду к двери в подсобку, скомандовала.
— Садись сюда и тихо тут.
Денис быстро залез под прилавок и подогнув колени устроился поудобнее. Его пиписька уже торчала как кол и упиралась в пупок, закрывая его оголённой головкой. Мошонка с яичками отвисла и когда Денис сел, то она коснувшись пола практически полностью легла на него и была лишь чуточку видна между плотно сжатыми ногами. Лена наклонилась и в последний момент успела собрать все шмотки Дениса и закинуть в подсобку. Куда они улетели она уже не видела, как в дверь вошла Танюшка.
— Привет! — сказала она.
— Привет, привет, что надобно — ответила Лена.
Таня стала покупать и складывать в пакет всё, что ей заказали дома. Лена ей всё подавала и взвешивала и между делом поглядывала на сидевшего под прилавком голого Дениса, покрасневшего от испуга как рак. Потом они ещё поболтали, перегнувшись через прилавок и как только пришёл новый покупатель, Таня ушла. Отпустив последнего покупателя, Лена взглянула на Дениса, как ему неудобно было сидеть и предложила развернуться. Он сделал как просила Лена и сал под прилавком теперь спиной к покупателям. Пока никого не было, Денис распрямлял задеревеневшие ноги и растирал их от онемения. Как только кто то вновь приходил, Денис снова поджимал их и его не было видно из-под прилавка. Только Лена бегая по проходу, постоянно бросала на него косые взгляды и между дел рассматривала лежащие на полу его яички. Член по прежнему стоял как статуя.
Вдруг в магазин заскочили две Лениных подруги, Ира и Валя. От нечего делать они просто забежали поболтать и немного спрятаться от палящего солнца. Навалившись на прилавок как раз напротив Дениса, они стали трепаться про мальчишек и рассказывать, где что произошло. Лена стояла как раз напротив Дениса с другой стороны прилавка и как бы собой закрывала его от случайных глаз. Полы халата немного приоткрылись и изредка Денис мог лицезреть цветные плавочки на теле Лены. Лена так увлеклась беседой с подругами, что по привычке стала шаркать ногой по полу и наткнулась на согнутые ноги Дениса, а потом и на его свисающую мошонку с яичками. Ей показалось что то необычное под её ногой и она начала ощупывать. Пальцы натыкались то на ноги, но на область паха и зачастую прижимали его яички к полу. Иногда Лена делала это неосторожно и грубо, что Денис сжимая зубы терпел изо всех сил, чтоб не взвыть или не застонать. Лена не знала, как и с какой силой нужно сжимать мужские яички и поэтому делала это неосознанно и как получится и вскоре доведя Дениса до искупления. Его член начал пульсировать и выстрелил мощной струёй спермы прямо ему на грудь и живот. Ещё несколько более меньших потоков спермы разлились по его телу и начали стекать на область паха, а потом и на мошонку с яичками. Оттуда и попала сперма на ногу Лены. Она от неожиданности вздрогнула, почувствовав что то тёплое и влажное и неосторожно наступила на его яйца пальцами свое ножки. Денис даже ойкнул, но из-за смеха девчонок его не услышали. Беседу прервал дедушка и девчонки ушли. Лена взглянула на свои ноги и на Дениса и была в шоке. Рядом с его мошонкой была лужа жидкости молочного цвета. Это же было и на её ноге. Она взяла тряпку и бросила ему и в добавок под прилавком показала кулак. Как только дедуля ушёл, она взглянула на Дениса и рассмеялась. Она знала, что такое бывает с парнями, но видела всё в первый раз и это для неё было необычно и интересно. Лена присела и стала рассматривать, а Денис тем временем приводил себя в порядок и стирал всё с живота и груди. Эту идиллию нарушил очередной покупатель и Денис снова спрятался. Соседка купив продукты просто из любопытства решила перекинуться парой фраз и поболтать с Леной так ни о чём. Лена тоже была не прочь послушать сплетни и навалившись на прилавок, снова стала тискать пальцами ног Яички и уже опавший и тоже лежавшийна полу писюн Дениса. Это было так прикольно и необычно, что Лена сама стала возбуждаться, и уже делала это ради достижения своего оргазма, не обращая внимания на соседку, что она говорит и что при этом будет чувствовать Денис. Баба Нюра поняла, что её не слушают и ушла. Но Лена продолжила играть своей ногой с Денискиными причендалами, и вскоре испытала небольшой оргазм. Она часто такое испытывала в постели, играя со своей киской под одеялом. Сейчас всё это произошло за прилавком, и она даже не коснулась своей промежности, а ощущения были гораздо приятнее и необычнее. Когда Лена опомнилась, что она делает, она убрала ногу и присела рядом.
— Ну что, я тебя не сильно придавила — спросила она.
— Так, терпимо — ответил он
— Ну тогда я ещё тебя потопчу немного — улыбнувшись сказала Лена и собралась вставать.
— Может не надо — взмолился Денис.
— Надо Федя, надо — ответила она фразой из фильма, и снова навалившись на прилавок в ожидании покупателей, она стала смотреть в распахнутую дверь и шаркать ногой по полу и прижимать и катать мошонку с яичками. Пока пиписька была мягкая и тоже лежала на полу рядом с яичками — она играла с ней и так не очень сильно прижимала к полу. Вскоре член стал снова напрягаться и выскользнув из под ноги, с силой шлёпнул Дениса по животу. Лена вздрогнула, но поняв в чём дело, превратила это в очередную забаву. Она стала прижимать возбуждённый член к полу, а потом отводить ногу в сторону и он с силой шлёпал Дениса по животу. Игру прервала мать Дениса.
— Ты не видела моего оболтуса — спросила она у Лены.
— Нет — ответила она.
— Если увидишь, пусть домой срочно идёт, на покос поедем.
— Ладно, передам — ответила Лена.
Как только мать Дениса ушла, он попросил свою одежду и Лена сказала
— Иди и бери её в подсобке сам.
Денис голышом перебежал через проход перед открытым окном и скрылся за дверью. Вскоре он вышел уже одетый и убежал домой. Эта игра и развлечение в магазине понравилось Лене и через день на озере, когда они вместе купались, Лена снова пригласила Дениса помочь ей в магазине — мама собиралась за товаром на базу и у них было полдня времени, чтоб устроить себе развлечение в сочетании с полезной работой.
Так, до конца каникул Лена постоянно затаскивала Дениса под прилавок, обещая рассказать подругам про него всё, и он соглашался. Она тискала его причендалы своей ногой, одновременно разговаривая с подругами и даже родителями Дениса, а он терпел и зачастую выплёскивал потоки своей спермы себе на живот и на ноги Лены.
С началом учебного года времени на игры не было и Лена с Денисом практически не общались. Денис старался избегать встреч наедине, но зачастую вечерами у него не выходили те события, что приключились с ним летом. Он стал интересоваться разного рода экспериментами в интернете и много чего открыл для себя. Ему снова хотелось встретиться с Леной и он представлял то, как он расскажет ей о своих желаниях и новых познаниях. Когда же они случайно встречались на улице, он терялся и молча проходил мимо.
Лена тоже скучала по лету и по тем приключениям и не могла дождаться удобного случая, чтоб пригрозить разоблачением, и затащить куда-нибудь Дениса, но в деревне ничего подходящего просто придумать зимой было невозможно.
С наступлением весны навалились ещё экзамены и после их сдачи Денис вдруг уехал в город учиться в колледж. Лена совсем загрустила. Сколько она не подглядывала за деревенскими пацанами, но под предлогом разоблачения не смогла никого найти для своих развлечений. Через год её родители купили дом в пригороде и она тоже уехала в город доучиваться. Потом поступила в институт и уже на втором курсе она случайно столкнулась в книжном магазине с Денисом. Все эмоции и радость от встречи с обеих сторон описать просто невозможно и они договорились встретиться. Денис жил на съёмной квартире и проблем с тем, чтоб остаться наедине у них не было.
В назначенное время Лена пришла по указанному адресу. Денис открыл дверь и впустил её. Комнатка была не очень большая, 14квадратных метров, но всё было уютно и скромно. Стол у окна и два стула, кровать и шкаф — больше ничего.
— А у тебя здесь неплохо — сказала Лена.
— Тебе нравится — спросил Денис.
— Да.
— Можешь приходить когда у тебя будет время, я буду всегда рад — сделал он Лене предложение, чтоб она не забывала его и приходила почаще.
— Я не против, а что мы будем делать — спросила она.
— Давай чай пить, у меня и конфеты есть.
— Давай — согласилась Лена.
Они сели напротив друг друга и налив чай, стали рассказывать кто как жил и чем занимался. Лена не выдержала и не дождавшись того, что Денис первый начнёт разговор, спросила сама.
— А ты наше озеро вспоминаешь?
— Да — коротко ответил он
— А магазин и прилавок не забыл ещё — уже делая прямые намёки спросила Лена.
— Нет, я часто их вспоминаю.
Услышав эти слова Лена сняла с ноги обувь и выпрямив её под столом стала ощупывать стул и ноги Дениса, пытаясь найти её любимые шарики, чтоб после долгого времени прикоснуться к ним и снова потискать.
Денис вздрогнул и отстранился. Он уже отвык и даже не ожидал такого поворота событий.
— Ты что, испугался? — спросила Лена.
— Нет, просто не ожидал — краснея ответил Денис.
Он по прежнему был всё такой же скромный и краснел при взгляде Лены и отводил свои глаза в сторону.
— Ладно, не напрягайся, я пошутила — ответила Лена.
Денис молча пожал плечами и ничего не ответил.
— Чё молчишь, или ты не хочешь, чтоб я больше так делала — спросила Лена.
— Нет — краснея ответил он.
— Что нет, объясни понятнее, чё мямлишь — уже возмущённым голосом повторила она.
Денис посмотрел на Лену и опустив взгляд, сказал.
— Мне нравится, когда ты так делаешь.
— Ну а чё тогда говоришь нет — спросила Лена.
Опять тишина.
— Ну раз молчишь, значит согласен, тогда снимай штаны — сказала Лена уверенным голосом.
Денис расстегнул пуговицы и привстав со стула, стянул штаны вместе с плавками. Они тут же сползли по ногам и упали на пол. Денис сел голой попой на стул и ещё сильнее покраснел. Лена приподняв ногу, провела ей под столом по ногам Дениса и остановившись на его одежде, сказала.
— Подними ноги, а то сидишь как красна девица.
Денис приподнял ноги, и Лена пододвинула к себе его штаны. Затем провела ногой по его ноге и остановилась на области паха. Она почувствовала мягкие и скользкие шарики, которые она так давно не тискала и сильно напряжённый писюн. Лене стало интересно, изменилось ли что за три с небольшим года, после их последней встречи, или нет. Она наклонилась и заглянула под стол. Член Дениса стоял как свечка. Он был просто великолепен и гораздо больше того, который она тискала ногами ещё в школе. Его яички отвисли и лежали на стуле между ног. Выпрямившись, Лена отшвырнула одежду в сторону и глядя в глаза Денису, сказала.
— Пододвинься на край стула, а то мне не достать.
Денис привстал и подвинулся. Лена тоже придвинулась ближе и выпрямив ногу стала шарить ей под столом, продвигаясь вдоль по ноге к заветной цели. Вот и мягкие шарики свисают и она без подготовки сразу поставила на них ногу и прижала к стулу. Денис ойкнул и скривил гримасу.
— Что, больно.
— Ну-у-у-у-у, нет, да так — мямлил он что то непонятное и неопределённое.
Лена ещё раз нажала чуть посильнее и её пальцы ног заскользили по гладким шарикам.
Денис громче ойкнул и Лена убрала ногу.
— Извини, я не хотела.
— Да ничего, я так — ответил Денис.
Тогда Лена снова поставила ногу на стул и начала тискать ей его торчащий член и между дел нажимала на его яички. Она делала это так просто и непроизвольно, что иногда причиняла некую боль и Денис ойкал и корчил гримасы.
— Как тебя всего коробит — сказала Лена.
Денис промолчал и она продолжила свои исследования. Вскоре она почувствовала, как его член под ногой стал ещё сильнее напрягаться и запульсировал. Лена поняла, что сейчас что то произойдёт, но ничего предпринимать не стала. Ещё несколько движений пальцами ног и Денис выплеснул первую струю. Она ударила о стол снизу и упала на ногу Лены, растекаясь по ней и сползая вниз. Следом ударила вторая струя, третья и вскоре вся нога была вымазана спермой Дениса. Проведя ногой по его животу и придавив напоследок его мошонку с яичками к стулу, Лена опустила ногу на пол.
— Ты замарал всю мою ногу своей спермой, давай отмывай.
Денис встал и набрав воды стал стирать следы своего недавнего оргазма. Лена не подавала виду, хотя она уже испытала один оргазм и к ней подступал уже второй, более сильный и она еле сдерживала себя. Она не хотела чтоб это видел Денис и знал, что она тоже без ума от этих игр. Пусть думает, что она всё делает ради его удовольствия, хоть приставать не будет. Денис был не очень завидным парнем и не пользовался спросом у девчонок в школе и похоже сейчас в общении с ними у него были проблемы.
Придя в себя, Лена встала из-за стола и сказала
— Всё, мне пора.
Денис стоял посреди комнаты с опавшим, но по прежнему большим членом и низко свисающими яичками. На плечах была одета только рубашка. Лене так хотелось схватить его за этот кожаный кошелёк и дёрнуть несколько раз, а потом сильно сжать, сколько хватит сил, но она сдержалась и поспешила уйти, чтоб не поддаваться соблазну.
Прошло несколько дней и Лена с Денисом снова встретились на улице. Моросил дождь и было так неуютно, что даже разговор не клеился. Лена так продрогла и не знала что сказать, а Денис растерялся и мямля слог за слогом, сказал:
— Пойдём ко мне, погреемся? — спросил он дрожащим голосом.
— Я не против — тоже немного дрожа ответила Лена.
Они вошли в подъезд и стали медленно подниматься вверх. Вот заветная дверь и Денис дрожащей рукой едва повернул ключ в замке. Дверь открылась и Лена вошла. Всё было так же, как и неделю назад. Не зная что сказать, Лена выдала что первое пришло в голову.
— А у тебя ничего не изменилось.
— Всё так же — ответил Денис брякая чайником на кухне.
Лена подошла к нему и спросила.
— А погорячее у тебя нет ничего?
Денис не любил выпивать спиртного, но так на всякий случай у него стояла в холодильнике бутылка креплёного вина. Лена обрадовалась и не чокаясь медленно стала потягивать из бокала, разгуливая при этом по комнате и осматривая все уголки жилья холостяка и её друга детства. Если конечно разобраться, то Денис для неё и не был никогда другом, просто ей нравилось с ним развлекаться и баловаться с его причиндалами, которые были не так уж и маленькие. Больше она ничего к нему не испытывала. Опустошив бокал Лена поставила его на стол и Денис суетясь вокруг гостьи, которую он очень сильно любил и ему больше никто не был нужен, налил ей ещё и немного для компании нали в свой бокал. Они снова молча бродили по комнате и пили вино, пока с кухни не раздался пронзительный свист вскипевшего чайника. Денис засуетился и убежал. Вскоре на столике стояли две чашки с налитым чаем и рядом в коробке лежали шоколадные конфеты. Вскоре Лена и Денис согрелись и развалившись на спинку дивана, Лена спросила:
— А чем хозяин будет развлекать свою гостью?
Денис растерялся и не знал что ответить немного захмелевшей гостье, т. е. Лене
— Чего молчишь — настаивала Лена.
Денис пожал плечами и предложил включить музыку. Он недавно купил новый диск и сам его ещё весь не прослушал.
— Да музыка будет кстати — засмеялась Лена и окинула его взглядом.
— А ещё что или мне из тебя клещами слова вытягивать.
Денис не знал, что хочет Лена и не сдержавшись спросил.
— Лена, ну хватит смеяться надо мной, говори что тебе нужно и сам покраснел от своих слов.
Лена услышав это рассмеялась на самом деле и подойдя к Денису, прижала его к себе и приподняв колено, надавила им на область яичек и уже начинавшего возбуждаться члена Дениса.
— Да твой член больше тебя знает, что нужно ему и опустив руку вниз, крепко сжала его мошонку прямо через ткань брюк. Денис ойкнул.
— Ладно, хочешь? А? — спросила она и расслабив руку снова сжала её но чуть слабее.
Денис краснея кивнул головой в знак согласия.
Ну тогда садись за стол и Лена снова повторила то, что уже проделывала с Денисом неделю назад. Поставив ногу на его член и мошонку, Лена начала ими играть и сжимать. Иногда придавливала яички к стулу и наблюдала за взглядом Дениса, как он терпит изо всех сил ради неё.
Денису действительно очень нравилось как Лена играет с его половыми органами используя для этого свою ножку или обе и даже он готов был терпеть от неё всё, только бы эти приятные моменты никогда не заканчивались. Лена понимала это, но не знала, что она сможет ему ещё предложить. Ломая голову и ища нужные слова, она спросила у Дениса.
— А что ты ещё готов ради меня сделать?
— Если ты будешь рядом со мной, то я согласен на всё — ответил он.
— Хм!? — произнесла Лена
Ответ был действительно очень обещающим и многозначительным.
— Да, ответ не мальчика, но мужа — сказала она и добавила.
— Я подумаю.
Через час Лена уже сидела у себя дома и разговаривая с подругой всё возвращалась к ответу Дениса. Не выдержав, она спросила у своей подруги
— А что можно попросить у парня, если он согласен для тебя на всё?
— Подруга посмотрела с удивлением на Лену и спросила:
— А ты это чего?
— Да так, мне тут один признался, что готов для меня сделать всё, если я буду рядом с ним, а что мне от него нужно, я и сама не знаю.
С этими словами Лена и легла спать. Потом она ещё долго думала про Дениса и раз пять или шесть встречалась с ним, пока к ней в голову не пришла одна сумасшедшая идея.
Лена решила попробовать и задать Денису этот вопрос. При очередной встрече прямо на улице, чтоб не ходить вокруг да около, Лена спросила:
— А ты мог бы мне подарить свои шарики?
— Какие шарики? Переспросил Денис
— Если ты такой непонятливый, то скажу прямо — яйца.
Проходящие мимо прохожие услышав эти слова стали оглядываться на них и Денис от смущения покраснел. Он растерялся и не знал что ответить. Проходя мимо его дома, Лена сказала
— Ну ты подумай, а я домой, у меня сегодня дел много.
Так они разошлись в разные стороны. Денис всю ночь не мог уснуть, да и Лена тоже не спала — они думали об одном и том же. Лена — что смогла прямо спросить об этом у Дениса и что из этого получится, согласится он или нет, а Денис — как ему поступить. Кроме Лены ему никто не был нужен, а если не будет Лены, то и зачем ему его яйца.
Утром Денис решился подарить свои шарики своей любимой Лене, но вот как об этом ей сказать — он даже не знал. Вопрос решился сама. Лена шла по улице по другой стороне и увидев Дениса, остановилась. Перейти улицу не было возможности и Лена подняв руку, помахала ему и увидев, что он её заметил, она сделала два незамысловатых движения пальцами руки, как будь то это стригут ножницы. Денис хоть и был очень стеснительным и неразговорчивым, но всё понял и облегчённо кивнул головой в знак согласия. Лена обрадовалась и в знак приветствия и одобрения решения Дениса, замахала обеими руками и запрыгала на тротуаре, выражая тем самым своё восхищение. Денис тоже заулыбался, глядя на Лену. Он никогда не видел её такой весёлой и улыбчивой. Она была такой красивой и жизнерадостной, что теперь он был уверен в своём правильном решении. Подарить своей любимой девушке, такой драгоценный подарок, было и для него счастливым событием. Вечером они встретились, чтоб всё обсудить и первый же вопрос, кто отрежет Денису яйца, заставил их задуматься. Лена наотрез отказалась это делать, да и Денис тоже не мог сам себе отрезать яйца. Нужен был кто то третий и тут Лена вспомнила про одноклассницу Аню. Она мечтала после школы поступить на ветеринара, но где она и что сейчас делает, Лена не знала. Услышав про Аню, Денис замотал головой, что не согласен, но Лена его убедила и что лучшего им и не придумать. Тогда Денис сознался, что Лена работала на ферме после училища, а недавно её видел в городе. Утром Лена и Денис уже бегали по всем ветеринарным больницам, а в городе их было всего три. На удачу сразу во второй больнице они чуть ли не столкнулись нос к носу с Аней на пороге.
— Привет, какими судьбами — выпалила она своим тоненьким и звонким голоском.
В школе все её дразнили за её голос колокольчиком из уважения, а кто сердился на ней — обзывали сиреной.
— Аня, нам нужно с тобой поговорить — начала Лена.
— Ну тогда заходите — приоткрыв дверь сказала Аня, чтоб впустить нас. Там сидели ещё две девушки чуть постарше и один мужчина лет сорока.
— Нет, нам нужно с тобой наедине поговорить — повторила Лена.
— Ну тогда подождите, я сейчас — ответила Аня и убежала.
Минут через пять она уже стояла на улице рядом с Леной и Денисом.
— Ну что, какие проблемы — весело спросила она. Было видно по её весёлой улыбке и звонкому голоску, что у неё всё нормально и она всем довольна.
Лена взглянула на Дениса, а потом на Аню и запинаясь начала
— Денис решил сделать мне подарок, и нам нужна твоя помощь — сказала Лена
— Чем могу, помогу — ответила Аня. Потом как бы ойкнула и спросила:
— А что я могу сделать, я только ветеринар и единственное могу лечить животных и если нужно, то кастрировать — вы это хотели у меня спросить и кто, кот или кобелёк — закончила расспрос Аня.
Лена взглянула на Дениса и выдала,
— Кобелёк молодой — и сама от своих слов расхохоталась. Денис насупился и отвернулся.
— А где он? — спросила Аня.
— Да вот — и Лена показала на Дениса.
Аня расхохоталась и говорит
— Ну и шуточки у вас. Ты как в школе обижала Деньку, то так и продолжаешь. Вы вместе или нет? — снова задала Аня нам кучу вопросов. Мы медленно шли, и Лена не обращая внимания на молчание Дениса, отвечала за себя и за него. Когда Аня всё узнала, то удивилась и стала отнекиваться. Лена стала её уговаривать и подключила к этому Дениса. После фразы, которую выдавил из себя Денис, Аня согласилась.
— Ну хорошо, только раньше субботы я не смогу — ответила она.
До субботы оставалось три дня, и Лена радостно обняла Анютку и воскликнула
— А я думала на это потребуется месяц или больше.
Аня попрощалась с нами и пообещав об этом никому не рассказывать, скрылась за поворотом. Денис и Лена стояли и смотрели друг на друга. Они не знали что сказать друг другу и с чего начать разговор. Принятое ими решение внесло свои коррективы в их сознание. Первой спросила Лена.
— Ты сейчас куда?
— Я не знаю, наверное домой — ответил Денис.
— Я тогда тоже пойду домой — проговорила Лена.
Они разошлись в разные стороны и никто не остановил друг друга и не пригласил к себе. Встретились только накануне, в пятницу. Денис спросил.
— А ты Ане сказала куда приходить?
— Нет, — ответила Лена.
— Надо её найти и всё объяснить — предложил Денис.
— Пошли — коротко согласилась Лена и они взявшись за руки побрели уже к знакомой ветеринарной больнице. Идти было не так далеко — всего две остановки и они решили просто прогуляться. Разговор как то не клеился и они шли молча, постоянно переглядываясь и улыбаясь друг другу. Им и так было всё понятно без слов и радостно на душе. Денису от того, что он снова встретил после долгого времени Лену и они с ней снова вместе и она делает то, что ему нравилось с детства. Лене от того, что Денис, парень которого она знала с детства согласился ей подарить в знак своей любви самое драгоценное и она была счастлива. Она знала, что ни один мужчина ради своей девушки не согласится сделать такой подарок.
Увидев Лену и Дениса идущих прямо к ней и взявших друг друга за руки, Аня выбежала к ним навстречу, даже не одевая пальто, хотя на улице уже по осеннему было прохладно.
— Я вижу у вас всё хорошо и вы передумали и решили мне об этом сказать? — выпалила на ходу Аня.
— Нет, просто мы не сказали где завтра встретимся — ответила Лена.
Аня сразу сникла.
— Значит не отменяется — пробурчала она.
— Нет, Денис ждёт с нетерпением того момента, когда он мне подарит свои драгоценные шарики — радостно, ещё не успев отдышаться, проговорила Лена.
— Ну а ты что скажешь Денис — обратилась к нему Аня.
— Я тоже этого хочу — улыбнувшись ответил Денис.
За два дня раздумий он решил это сделать окончательно, ведь Лена обещала быть с ним вместе.
— Ну вы и чокнутые оба — сердясь на них сказала Аня.
— Давайте завтра возле кинотеатра — предложила Аня.
— Я согласна — ответила Лена. Она жила там неподалёку, да и идти до Дениса было совсем рядом.
Наступила долгожданная суббота и Лена уже стояла возле афиши и поджидала Аню. Остановилась маршрутка и из неё выскочила какая то девчонка. Это была Анютка. Она была одета в спортивную курточку и её было просто не узнать.
— Привет!
— Привет!
— Ну что, не передумали — спросила Аня.
— Я не знаю, нужно у Дениса спросить — ответила Лена.
Они шли и болтали ни о чём, как вдруг незаметно подошли к дому Дениса. Поднявшись на третий этаж, Лена позвонила в дверь. Замок тут же щёлкнул и она открылась.
— Ты что у двери сидел — спросила Лена.
— Нет, просто вас в окно увидел — ответил он.
Аня и Лена прошли, сняли пальто и курточку и по приглашению Дениса прошли на кухню, чтоб согреться. Все сидели пили чай, как будь то ничего сверх естественного не должно было произойти. Когда девчонки согрелись и все прошли в комнату, Аня спросила у Дениса
— Ты не передумал, пока ещё не поздно, потом обратно не пришьёшь?
Денис взглянул на Лену и уверенно ответил.
— Нет.
— Ну тогда давай готовиться — сказала Аня и принесла из коридорчика свой небольшой саквояжик.
— А что нужно делать — спросила Лена.
— На диван послать клеёнку, подставить два стула и горячей воды руки помыть — протараторила Аня.
Всё было готово за несколько минут.
— Раздевайся — скомандовала Аня Денису.
— Как — непонятно спросил он.
— Как, как, до гола — пояснила Аня.
— Я же не буду там у тебя шариться в штанах, мне нужно всё видеть да и чтоб ничего не запачкать.
Денис покраснел. Он ещё никогда ни перед кем не раздевался, кроме Лены. Отвернувшись он снял рубашку и стянул штаны, оставшись в одних плавках. Потом зацепив пальцами за резинку, стал медленно стягивать и их. Вскоре он стоял совсем голый спиной к девушкам и не знал, повернуться или ждать, что они скажут.
— Ну что стоишь, как статуя, садись — прикрикнула Аня. Это решение её совсем не устраивало, но Денис и Лена настаивали и отказать в помощи своим знакомым Аня просто не могла. Денис подошёл к дивану и сел. Его член стоял как свечка в подсвечнике. Оголённая голова поблёскивала в лучах осеннего солнца.
— Ближе — поправила его Аня
Денис сел на самый край и его яйца стали свисать.
— Навались на спинку и подними ноги — снова скомандовала Аня.
Когда Денис выполнил всё, что его просили, Аня пододвинула стулья и попросила его положить свои ноги на спинки. Между стульями образовалось порядочное пространство и всё было видно, как на ладони.
— Ну что, начнём — глядя в глаза Дениса, спросила Аня.
Денис кивнул в знак согласия головой.
Аня набрав в шприц что то из бутылочки, выпустила воздух и приготовилась. Один укол, второй и так она в нескольких местах обколола вокруг его гениталий, выпустив при этом всю прозрачную жидкость из шприца.
— Теперь подождём минут двадцать, а ты пока думай, ещё есть время — коротко объяснила она.
Время пролетело незаметно, болтали о чём то непонятном и не относящемся к происходящему. Как только время вышло, Аня вымыла руки и ещё раз переспросила, но Денис стоял на своём. Аня взяла его яички в руку и крепко сжала.
— Больно — спросила она.
— Нет, ответил Денис.
— А можно мне — спросила Лена.
-Можно — ответила Аня и отошла в сторону.
— Подержись последний раз — добавила она уже взявшейся за мошонку Лене.
Лена сжав что было сил яйца Дениса, смотрела прямо в его глаза. Денис был спокоен и даже улыбался следя за действиями своей девушки. Хоть он и ничего не чувствовал, но ему было приятно.
— А можно я на них наступлю, — спросила Лена.
— Так и хочется их раздавить.
— Если ты их раздавишь, то тогда не получишь подарка — объяснила Аня.
Лена нехотя разжала пальцы руки и опустила яйца. Отойдя в сторону, она уступила место, и Аня взяв в руки скальпель, сделала у самого основания мошонки небольшой разрез. Промокнув, она вытянула канатик и взяв из баночки шпагат, перетянула его. Затем она проделала тоже самое и со вторым канатиком, а потом ещё для пущей верности, чтоб предотвратить неисправимое, спросила у Дениса
— Ну что? Не передумал, а то потом поздно будет.
— Нет, — коротко ответил Денис.
Аня взяла ножницы и зацепив один канатик, сжала их — раздался лёгкий щелчок, затем второй и после минутной тишины Аня сказала:
— Ну вот и всё, а ты боялся — и глядя в глаза Дениса, улыбнулась.
— Вот и ты стал кастрирован — добавила она следом.
Вытащив из мошонки оба яичка, она показала их Денису и Лене.
— Куда их положить — спросила она.
Лена протянула руки и приняла драгоценные шарики.
— А мешочек — перекладывая из руки в руку яички, спросила Лена.
— Ты имеешь ввиду мошонку — поправила Аня.
— Да, её самую — ответила Лена.
Аня взглянула на Дениса и спросила
— А ты что скажешь.
— А зачем она мне пустая то — ответил он.
— Ну тогда режем — и Аня наклонилась и щёлкнув два раза ножницами, протянула Лене пустую мошонку.
— Иди промой под холодной водой, пока не испачкалась — обратилась Аня к Лене.
Лена убежала на кухню и уже через минуту вошла с радостной улыбкой на лице и держа на вытянутой руке мошонку, в которой лежали два ей подаренных яичка.
Аня наложила несколько швов и обработав, заклеила пластырем ранку. Шов получился аккуратный и не очень большой.
— Ну вот и всё, мои дорогие (добавив веское словечко) — закончила фразу Аня.
— Я пошла, если ещё что захотите у себя отрезать, то я больше не смогу вам помочь, прошу не обижаться.
Она улыбнулась и взяв из рук Лены её подарок, рассмотрела и вернула новой хозяйке. Потом она рассказала, что и как делать и что нельзя делать, чтоб шов сросся ровно и не попала грязь и посоветовала дня три не вставать с постели — так на всякий случай. Лена проводила её и вернулась минут через сорок. По дороге она купила продуктов и кое что, чтоб отметить великое событие. Это было действительно нечто, что случается очень и очень редко.
Несколько дней она ухаживала за Денисом и вот настало время снимать швы. Снова позвали Аню. Она пришла вскоре и удивилась. Всё было просто чудесно. Удалив нитки и обработав розовый шовчик, Аня сказала
— Зажило как на собаке!
Затем одумалась, что она сказала и попросив прощения у Дениса. Потом весело расхохоталась вместе с Леной. Денис был счастлив. Лена уже вторую неделю жила с ним вместе, ухаживала за ним и осматривала его рану. Они сидели и весело разговаривали. Уже стало темнеть, а трём школьным друзьям на всё это было..... ! Они были счастливы, а это самое главное. Живут же люди без рук, без ног, а шарики это такая мелочь по сравнению с огромным миром. Можно жить без секса и быть счастливым, но можно и наоборот — получать сексуальное удовольствие и маяться всю жизнь.
Если я не прав — прошу извинить. Это всего лишь мои рассуждения о жизни и взаимоотношении людей и их странностях и желаниях, которые иногда ставят в тупик самих главных героев происходящего.

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2729
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои фантазии. Как Костя потерял свой хвостик

Сообщение 02 июл 2019 07:27

Мои фантазии. Как Костя потерял свой хвостик.
.

Со школы я дружила с одним парнем. Его звали Костя. До восьмого ласса мы учились вместе, а потом я поступила в техникум и уехала в город. Через два года я встретила одного парня после армии и он мне очень понравился. Вскоре я от него забеременела и вышла за него замуж. Костя очень этому расстроился и остался в деревне. Работал на тракторе, механизатором. Костя был очень стеснительный и с внешностью у него была проблемма, поэтому ему было трудно найти спутницу жизни. Мы с ним жили рядом в детстве и всегда доверяли друг другу свои тайны. Эта привычка осталась по сей день. Я ему рассказывала о себе и своей семейной жизни, а он в свою очередь о себе. Когда Костя стеснялся или затруднялся что то рассказать, то я настаивала и он делился всем, даже и тем, сколько раз в день занимался онанизмом. От этих откровений ему становилось легче, а я просто заводилась. Однажды, когда я отдыхала в деревне, то он рассказал, что с ним случилось за последние три года. Я так долго не приезжала из-за маленького ребёнка и о том что с ним случилось меня просто ввело в шок.

Костя как-то вечером сидел и смотрел диски DVD, которые ему дал один парень, у которого иногда сносило крышу, т. е. он был больной на голову. Посмотрев диски Костя стал часто думать об увиденном. В голове летали разные мысли и идеи, но в деревне многое не сделаешь. Все друг друга знают и видят, кто чем занимается. Тогда Косте пришла одна очень заманчивая идея, он немного видел про это, как одна девушка встаёт ногами в сапогах на член парню, у которого связаны руки и закрыты глаза. Косте захотелось это попробовать, но пригласить кого нибудь и попросить встать сапогами на его член он конечно не мог.

Обойдя всю деревню в поисках места, где это можно сделать скрытно, Костя нашёл очень хороший уголок. Между двумя озерками был проход. Там всегда было грязно и что бы не ходить вокруг озера, мужики положили брёвна и настелили на них доски, между которыми были щели от сантиметра до пяти. Между землёй и досками было приличное расстояние, где мог свободно пролезти человек. Вокруг, почти в плотную рос камыш, а ближе к берегам росли раскидистые ивы. По этому настилу, держась за перила, жители, которые жили за озером, ходили на работу и в клуб-на танцы или в кино.

Найдя самое удобное место, где щели между досками были около двух сантиметров и камыш рос почти рядом с настилом, Костя ночью попробовал, как он там будет лежать- удобно ли будет и не увидит ли его кто случайно. Получилось всё очень здорово. Дождавшись пятницы, когда после работы все идут в клуб, Костя с наступлением темноты пришёл туда и залез под настил. Успокоившись и собравшись с мыслями, он решил-отступать некуда и расстегнув брюки, вытащил свой член и просунул сквозь щель в досках. Поправив лежащий на настиле член, Костя стал ждать первого ночного прохожего. Ждать пришлось не так долго. Настил был длинной метров сто пятдесят и шаги были слышны, когда кто то на него заходил. Плотно прижав живот снизу к доскам, Костя стал ждать. Шаги всё приближались и уже можно было по шагам различить, кто идёт. Были слышны тяжёлые шаги, а другие отстукивали стук каблуков, разной тональности. Можно было понять, что идут трое. Костя весь напрягся и его трясло от волнения и возбуждения. Шаги становились всё ближе и ближе и вот чья то нога сильно нажала на его член, вдавливая его в доски. Следом за ним последовало ещё два сильных нажима, потому что это были женские каблуки с острыми углами. От них Костя ощютил сильную боль в области головки и посредине члена, но при этом ещё сильнее возбудился. Шаги постепенно удалились и Костя хотел уже идти домой, как вдруг услышал смех девчёнок и ребят. По голосам он даже кое кого узнал и он не смог пересилить себя, что бы лишиться такой возможности. Ему очень хотелось, чтобы на его член наступили его хорошо знакомые ребята и девчёнки. Костя весь вжался в эти доски и поправил лежащий на них член. С приближением шагов и звонкого смеха волнение нарастало. Было слышно, как качаются перила, за которые все держатся в темноте, чтобы не упасть и медленно идут по настилу. Костя задумался и незаметил, как чья то нога наступила на головку его члена. Следом наступила ещё одна и ещё и так пока не прошла вся компания из семи человек, Костя терпел каблуки девчёнок и рефлёные подощвы ребят. Ему очень хотелось посмотреть на всё происходящее и на лица знакомых ему девчат, как они удивляются и всё равно наступают на лежащий под ногами член. Когда все прошли и стук каблуков постепенно стал затихать, Костя медленно вытащил свой член из щели и убрал в брюки. Руки были в чём то липком и Костя вытер их о свой старый плащ, который он одел специально, чтобы не замарать свитер и брюки. Прийдя домой и включив свет, Костя увидел, что его руки замараны кровью и он быстро разделся и стал осматривать свой член. На нём были видны несколько небольших ранок, оставленных острыми углами каблуков, а весь член был синего цвета. Это был огромный синяк, напоминающий баклажан. После того, как Костя всё отмыл и ещё раз внимательно осмотрел свой член, он успокоился. Бывало после драки гораздо хуже, да всё заживало, а это просто ерунда.

Пока Костя лежал под настилом и в предвкушении ожидаемого результата он сильно возбудился и кончил прямо на доски, а второй раз кончил, когда почувствовал чей то острый каблук на своей головке. Костя сидел на краю кровати, а его член болтался, как синяя кишка. До начала октября Костя лечил нанесённые ему повреждения и не мог дождаться, что бы снова повторить.

В первые выходные октября привезли три новых фильма и пятницу, субботу и воскресенье гоняли каждый по два раза, с 19:00 до 21:00, а второи до 23:30. Это был самый подходящий случай и Костя решил его не упускать. Воспоминания прошлого раза его по прежнему сильно возбуждали и он иногда не произвольно кончал прямо в штаны. Теперь он приготовил дома всякие мед препараты для обработки ранок и дождавшись темноты в субботу вечером пошёл к настилу на своё место. Заняв место, Костя просунул свой член сквозь щель в досках и стал ждать. Хорошо, что ещё было довольно тепло. Услышав первые шаги, Костя поправил член на досках и плотно прижался снизу животом. Прошедшие трое мужиков крепко прижали его член к доскам и прошли дальше. Это ещё пуще завело Костю и он решил рискнуть. Протолкнув между досками свои яйца, а второй рукой сверху немного их подтянув, он плотно прижал живот снизу настила. Подложив под задницу лежащие рядом доски, можно было немного расслабиться. Тело Кости было плотно зажато между настилом и досками подложенными под задницу. Его, уже придавленный несколько раз член и яйца лежали сверху на досках. Чтобы не закричать от боли, если такая будет, Костя взял в зубы ивовую ветку, как он видел в фильмах о войне, когда не хвотало для раненых наркоза. Через несколько минут послышались голоса и стук каблуков по настилу. Шло несколько человек и о чём то спорили. Костя ощутил обувь первого на головке своего члена, а затем ему чья то мужская обувь плотно прижала яйца к доскам. Костя со всей силы сжал ивовый прут в зубах и стал ждать очередную ногу, но она как то прошла мимо. Когда шаги стихли, он перевёл дыхание и резко выдохнул. Яйца сильно ломило, но можно было ещё терпеть и Костя остался. Время шло медленно и сельские жители тоже не очень торопились. Вскоре опять прошла группа молодёжи и их каблуки и подошва попали в цель. Получив ещё несколько раз по яйцам, Костя смирился с болью и решил терпеть до конца фильма. Этот час, когда одни шли в клуд на девять часов, а следом за ними обратно возвращались посмотревшие фильм, был для Кости очень тяжёлым, но ничего не оставалось, как всё терпеть и он терпел. Внизу живота всё ломило от боли и выждав момент Костя осторожно убрал свой член и яйца с настила. Опустив всё своё растоптанное хозяйство в целофановый кулёк, Костя всал и побрёл домой, как побитая собака. Всё болело. Дома осмотрев и промыв тщательно своё хозяйство, Костя насчитал около десятка открытых небольших ран, из которых проступала кровь. На мошонке, острым углом каблука была рассечена кожа. До яий нельзя было дотронуться, ощущалась сильная боль. На головке члена было тоже две открытые ранки и всё это хозяйство представляло собой один сплошной синяк, внушительных размеров. До самой зимы Костя залечивал свои раны, но шрамы всё же остались.

На другой год, дождавшись осени, когда темнялось рано, а вечером не видно было ничего и лишь кое где горели фонари, Костя повторил свои эксперементы, но уже более продолжительное время. Ему опять пришлось очень долго залечивать свой член и яйца. После лечения снова осталось полно шрамов. В начале сентября я прехала в деревню, чтобы немного отдохнуть от города и зашла к Косте. Он мне обрадовался. После долгой беседы я всё у него выведала и даже уговорила его показать мне свой член. Он долго отнекивался и под конец сдался. То что я увидела это было действительно очень необычно. Множество шрамов на ввсех частях генеталий и какието припухлости, как мне объяснил Костя-образовались неболььшие хрящи. Сама же форма члена была не ровная и немного изогнутая, т. е. деформировалась после наступлений. Видя моё удивление Костя как то немного осмелел и предложил мне через неделю поучавствовать в эксперементе этого года. Меня это очень возбудило и я не долго думая согласилась. Шестнадцатого сентября в клубе должен был состояться вечер с просмотром фильма и Костя всё мне объяснил и успел подробно показать где и что будет лежать. Дождавшись назначенного дня с наступлением темноты Костя ушёл и лёг по настил. За два года место было очень удобно оборудовано и Костя высунул своё израненное хозяйство поверх досок. Я долго думала что одеть на ноги, а так как мне было его немного жалко, то оставалось одно, туфли на сплошной платформе. Долго ждать я не стала и держась за перила пошла между озёрами по настилу. На указанном мне месте я присела и пригляделась. На досках лежал ещё не пораненый член и яйца, значит я буду первая. Я выпрямилась и сделала шаг по направлению к Косте. Вторым шагом я наступила на что то мягкое и нажав на него перешагнула дальше. Пройдя подальше я немного постояла и вернулась. Неостанавливаясь я стала там где должны лежать яйца и наступив на них прошла вперёд. Я прошла туда сюда около десятка раз и мне много попадались навстречу идущих в клуб. Они шутили и звали меня с собой, говоря мне, что я не туда иду. Я обещала им переобуться и прийти. Я слышала как стучат их каблуки и скрипят прогибаясь доски. Неужели всё это Костя терпит и ему это нравится, подумала я тогда. Почему другие не зная того на что они наступают ходят в любой обуви, а я одеваю какую то безопасную. Быстро вернувшись домой, я одела осенние сапоги на высоком каблуке и вернулась на мост. Пройдя туда сюда раза четыре, я всегда чувствовала что встаю на его член или яйца и это меня так сильно возбудило, что я готова была кончить и переобув новую обувь, я кончила прямо в тот момент, когда моя нога стояла на его яйцах. Костя лежал молча и не произносил не звука. Я поняла что ему это очень нравится и он получает такие же оргазмы как и я. После я ещё раза три меняла обувь и топталась на его члене и тоже всё это делала молча, как он мне говорил, чтобы ни кто не услышал. Когда я в очередной раз прошла и специально наступила на его яйца, то мне послышался какой то звук, но я не стала вслушиваться и переждав на берегу компанию молодёжи, у которых каблуки стучали по доскам, как будьто бьют чечётку, я вернулась обратно, в надежде наступить ещё несколько раз, но мне удалось сделать это всего один раз и то на его член, а затем Костя тихо исчез и я пошла к нему домой.

Мне пришлось ждать минут десять. Когда загорел в доме свет, я постучала в окно и увидев меня, Костя открыл дверь. Он ещё был в одежде, но на лице было всё написано. Ему было сильно больно и он всё это терпел. Я помогла ему раздеться и чуть сама не пала в обморок. Его член и яйца были все в крови и кое где свисала рассечённая кожа. Было страшно смотреть. Когда я стала помогать ему отмывать кровь и грязь, то мне показалось, что яйца сильно сплющены. Позже я в этом убедилась сама и предложила обратиться в больницу. Но Костя мне сказал, что его там засмеют и в психушку отправят. Тогда я решила ему помочь, чем смогу. Когда я собралась уходить домой, Костя спросил у меня, проходила ли я сама по этому настилу и посмотрел мне в глаза. Я засмущалась и отвела взгляд в сторону. Костя осмотрел меня сверху вниз и задержал свой взгляд на моих ногах. На каблуках сапог была не стёрта кровь и её хорошо было видно. «Да сапоги не обманывают.»-ответил Костя и опять взглянул на меня. Я призналась, что прошла больше десяти раз туда и обратно и что мне очень понравилось, только твой член и яйца очень жалко. Костя поблагодарил меня и сказал, что ему очень приятно и его теперь этот мой поступок его будет возбуждать всю зиму. Где то через полтора часа я ушла домой. Каждый день я приходила и помогала делать перевязки и осматривала его травмы, но вроде бы всё обошлось и через неделю я уехала в город. Когда я прощалась с Костей, то он пригласил меня в гости на следующий год и я вся такая радостная, спросила его: «А можно? Ты не передумаешь?» и Костя ответил —"Буду очень ждать." На радости я обняла его и поцеловала. Мне очень понравилось, я несколько раз достигала очень сильного оргазма, даже не касаясь своего влагалища руками.

Год тянулся очень медленно. Я с нетерпением ждала следущей осени и возможности вновь приехать в деревню. Что было с Костей я не знала. Позвонить было ему нельзя, он жил на квартире, а письма писать было очень опасно-деревня есть деревня.

На следующий год в средине сентября я пошла в отпуск и приехала в деревню. Костя сильно обрадовался, что я не обманула его ожидания. Я была единственным человеком, а тем более девушкой, знавшей о его извращённом увлечении и это мне самой очень нравилось. Костя себя ни сколько не жалел, ведь всё равно с ним никто не согласился бы связать свою судьбу, а каждый раз выпрашивать у какой нибудь женщины переспать с ним ночь, для него было очень обидно. С одной стороны он не стал на путь насилия а решил эту проблемму сам, как смог и ему это нравилось. Поэтому я считаю его своим самым лучшим другом и его уважаю за этот шаг.

У Кости всё было уже готово к моему приезду, да и в деревне добавилось много молодёжи. Группа студентов из Пединститута приехала на уборку свеклы и моркови. Девчёнки очень модно одевались и наши парни приободрились и решили за ними приударить. Многие уже ходили парами и даже Петруха тракторист со своей комплекцией и весом в сто двадцать килограм нашёл себе подружку.

Всё началось как обычно, под выходной. С наступлением сумерек, молодёж стала подтягиваться к клубу и Костя тоже пошёл на своё место под настил. Я тоже одела туфли на высоком каблуке и последовала за ним. Как только стемнело, я сразу направилась к дощатому переходу между озёр. Навстречу мне уже шли парень с девушкой и мирно болтали. Многих я уже не знала, хоть и жила в городе всего шесть лет. Подойдя поближе к заветному месту я по привычке ступила ногой, где должен лежать член Кости и не ошиблась. Из за ивы на досках не было ни чего видно, но я угадала и довольно точно. Прижав его всем своим весом и на секунду задержала вторую ногу в воздухе, чтобы давление на член было ещё сильнее, и пошла дальше. По переходу молодёж шла на дискотеку, а кто вертался уже обратно. Я тоже ходила, как маятник туда сюда и каждый раз наступала то на член, то на яйца. По доскам постоянно был слышен стук женских каблучков. Это наверняка приезжая молодёж принарядилась, подумала я. Зайдя в клуб я увидела, что многие приезжие девчёнки и некоторые наши местные, были одеты в мини юбочки и туфельки на шпильке. У некоторых каблучёк был такой острый, что я подумала — если попадёт на член, то может и проткнуть, но это решение Кости и Я тоше пошла переобула другие туфли. За вечер я сменила шест пар разной лбуви и успела проитись раз около двадцати, если не больше. За это время я успела получить мссу наслаждения и несколько сильных оргазмов, что мои плавки были мокрыми, хоть выжимай, а по ногам медленно текли струйки влаги моего наслаждения. Я видела, как прошол по настилу Петруха со своей подругой и через двадцать минуть они вернулись обратно. Как молоденикие студентки держась за перила гуляли между озёрами, глядя на гладь воды, отражающуюся в слабом лунном свете, а их каблучки приглушонно стучали по доскам. Позже мне Костя рассказал, как он почувствовал сильное давление на член и яйца, когда первый раз проходил Петруха, а затем острую боль после его подружки. Она была довольно стройная, но из всех студенток самая крупная. Костя тогда хотел сразу идти домой, но что то его удержало и он ещё целых сорок минут лежал под настилом. За это время по его члену и яйцам Петруха прошёл второй раз и завершил своё дело, о котором тогда ещё никто не догадывался. Я тоже внесла свою лепту и успела после этого слона проити раз пять и возможно отпечаток моей шпильки остался на члене, но теперь это не важно.

Когда Костя пришёл домой, я вошла почти следом за ним. Его брюки в области ширинки были влажными от выступившей крови из ран. Когда Костя снял брюки, я чуть снова не пала в обморок. Мои глаза стали округляться и я медленно села на диван. То что я увидела это было ужасно. На его хозяйство нельзя было смотреть. На члене и мошонке не было видно живого места. Яйца были как лепёшки, совершенно плоские и в одном из них была почти сквозная дырка от каблука —шпильки. На мошонке тоже было две или три продавленных каблуком кровоточащих раны, наверное тоже насквозь-подумала я. Член Кости тоже был в двух местах в области мочевого канала проткнут каблуком, а также несколько ранок были оставленны возможно также острыми каблуками ближе к головке. Я думала, тогда, что одна из этих дырок оставлена мной и мне было неудобно смотреть в глаза Косте, но он меня успокоил и сказал,-«Ничего, прорвёмся, в войну не с такими ранами выжывали, а тут подумаешь хозяйство растоптали, заживёт.» Потом Костя посмотрел на мои туфли и каблуки. Они были замараны кровью его члена, а также и яиц. Мой сильный испуг вызвал у меня при виде такой картины очень сильный оргазм и я изнемогая простанала едва слышно, как поток возбуждения захлеснул меня в очередной раз. Я встала и покраснела. На кровати осталось влажное пятно, в том месте где я сидела, а по внутренней стороне беда потекла тёплая влага. Мне было так стыдно и я не знала куда деть свои глаза.

Чтобы разрядить обстановку, я спросила Костю, что будем делать, нам своими силами не справиться, может начаться заражение. На улице стоит жаркая погода, надо ехать в больницу. Костя согласился, но только при одном условии, что я ничего незнала и зашла просто в гости. Пока Костя собирался, я сбегала переоделась и сменила обувь, а замаранную быстро вымыла. Завела свои жигули и посадив Костю отвезла его в городскую больницу. Там все врачи были в шоке. До такого состояния терпеть и позволять издеваться над собой нормальный человек не может. Косте после полной ампутации его половых органов (Костя попросил их отдать ему на память и позже мне показал их) назначили психологическую экспертизу, но ничего не обнаружили. Когда Он рассказал, что после первой боли испытывает некий шок и плохо чувствует боль, поэтому и мог спокойно терпеть всё это. После обследования у невропатолога выяснилась его скрытая потология. Оказалось, что ещё с детства Костя спокойно мог переносить боль и не ощющать её так как все ощущают.

В деревне, конечно после посещения её милицией, стало всем известно и ползли всякие слухи. Многие девчёнки были шокированы от того, что они в полной темноте топтали член и яйца Кости, которые лежали поверх настила и не подозревали об этом. Многие, узнав, что хозяйство Кости было в нескольких местах проткнуто каблуками-шпилькой, стали проверять свою обувь и найдя следы крови старались отмыть её.

Костя после выписки больше не вернулся в деревню. Он оформил на меня доверенность и я привезла все его вещи и расчёт, позже также забрали его мебель, которую он успел когда то купить. Когда я передавала ему последние вещи и документы, Костя показал своё ампутированное хозяйство. После заморозки, он его оттаял в тёплой воде. Я держала всё это в руке и внимательно рассматривала. Его яйца действительно лопнули и были раздавлены в лепёшку. Кожа на головке тоже была лопнута. На самом члене были видны следы двух острых каблуков, которые тогда разорвали мочевой канал и воткнулись в пещеристую ткань члена. Один из этих следов был мой и мне было сейчас стыдно за свой безрассудный поступок. Я успокоила себя лишь тем, что без моей дырки оставленной в члене, его всё равно было бы уже не спасти. Продолжая перебирать мягкие и ещё тёплые генеталии Кости, я ощутила в себе какую то непонятную возбудимость и вскоре она переросла в мощьный оргазм. Костя смотрел на меня и не сразу понял, что со мной произошло. Я сжимала его генеталии в руках и некоторые их части выскальзывали между пальцами. Костя спросил меня, — «Тебе плохо?», но я не слышала его голос и когда кончила, только потом стала приходить всебя. Я покраснела и разжав пальцы рук подала ему его ампутированное хозяйство. Тихим голосом я сказала, — «Я пожалуй пойду домой.» и встав с дивана, я почувствовала, что мои плавки и брюки, в области влагалища мокрые от выделений. На улице это будет сразу заметно, да и на диване осталось мокрое пятно. Мне было очень стыдно из за своей несдержанности, но я тогда ничего не могла с собой поделать, ведь не каждый день в руках можно держать отрезанное мужское достоинство. Костя понял всё и предложил мне пройти в ванную. Ничего больше не оставалось и я последовала за ним.

Сняв и застирав пятна, я обмотала себя полотенцем и пошла проглаживать. Пока я сушила брюки утюгом, мы болтали с Костей и не удержавшись я спросила его, — «А что если тогда нам бы удалось спасти твои половые органы, ты бы пошёл ещё подставлять свой член и яйца под ноги прохожим?» Костя ответи, что ходил бы столько, сколько бы позволило его состояние. После небольшой паузы он задал мне ответный вопрос, — «Юля, только ответь честно, если бы ты знала, что после всего, что случилось, у меня отнимут мои генеталии, ты бы пошла ходить по настилу и топтаться на моих яйцах и члене?» Я ждала этот вопрос, но он прозвучал так неожиданно для меня, что я ненадолго замолчала. После небольшой паузы я ответила, — «За два раза, которые ты мне позволил ходить и наступать, как ты говоришь, на мужское достоинство, со мной произошло что то непонятное. Я испытала такое сильное возбуждение, которое не испытывала никогда и теперь наверное неиспытаю. У меня просто от возбуждения помутнился разум и я не отказалась бы и сейчас, если бы мне кто нибудь попросил. Костя поблагодарил меня за честный ответ и пошёл ставить чайник. Просушив брюки и плавки, я решила переодеться, но ко мне подошёл Костя и попосил разрешения поцеловать меня. Я покраснела и кивнула в знак согласия. Он обнял меня за плечи и крепко поцеловал в губы, а потом в носик, щёки, глаза. Мой напряг немного спал и я чуть чуть расслабилась. Узел на полотенце расползся и оно упало под ноги. Я впервые стояла перед Костей на половину обнажённая. Костины руки придерживали меня за спину и я не могла присесть и поднять полотенце, чтобы скрыть свою наготу. Наступившую на мгновение тишину разорвал еле слышный вопрос Кости. Он спросил меня,-«Хочешь посмотреть, что стало со мной после операции?» Мне это было очень интересно, но чтобы не причинять лишьний раз боль, я не решалась его задать. Костя решил всё за меня и я скрывя радость ответила — «Да!»

Костя снял трико и перед моими глазами открылась очень интересная картинка. Две мужские волосатые ноги и чисто выбритый низ живота. На месте, где раньше был член, виднелось небольшое отверстие мочевого канала, а вместо мошонки с яйцами были видны ещё не совсем зарубцевавшиеся продольнык швы по три сантиметра. Издалека можно подумать, что это девушка. Костя окинув меня взглядом, сказал,-«Теперь мы с тобой как сёстры.» и засмеялся. Я не знала что сказать и продолжала стоять перед ним все ещё наполовину обнажённой. Я от увиденного, была снова сильно возбуждена и мне хотелось побыстрее кончить, что бы не замочить снова свои брюки, но я не знала что делать. И решение пришло само собой. Костя подошёл ко мне и снова обнял меня. Затем неторопясь стал растёгивать пуговки на блузке. Я молчала и следила за ним и его руками. Через минуту мы стояли друг перед другом без одежды и смотрели в глаза. Костя стал целовать мои груди и постепенно спукался всё ниже и ниже. Я гладила его волосы и тихо стонала. Когда его губы коснулись моей промежности, по всему телу пробежала какая то дрожь. Меня никто не целовал в это место и я легла на пол, где и стояла. Костя продолжал играть своим языком с моей прмежностью, целовал бёдра и вскоре кончик его языка коснулся клитора. Я вся изнемогала от наслаждения и начала кончать. Костя не останавливался и продолжал доводить меня до сумашествия, орудуя своим языков вокруг влагалища и даже погружая его во внутрь, насколько это было возможно. После первого сильного оргазма наступил второй, а за ним ещё два с небольшим перерывом. Я уже плохо соображала, что со мной происходит и не помню что я сказала Косте. Когда я стала немного приходить в себя, а Костя уже сидел на стуле, рядом со мной, я увидела, что у меня во рту его ампутированный член. Я его насасывала, как леденец. Костя протянул руку и взял его у меня, — «Я думал ты его совсем проглотишь.» — сказал он и положил обратно в контейнер, где он до этого хранился. Такого со мной ещё никогда не происходило и я чувствовала себя очень неудобно. Приведя себя в нормальный вид, я поспешила уйти, предварительно попрощавшись с Костей.

Подходил к концу декабрь и через несколько дней должен наступить новый год. В моей голове происходило что то непонятное. Я не могла забыть всё, что произошло у Кости дома и что случилось в деревне. Всё это меня сильно заводило и вожбуждало и не давало мне покоя. Как прошёл Новый год я плохо помню. Числа пятого января, я хотела поздравить Костю и навестить его, но у меня получилось это сделать только после Рождества. Когда я к нему приехала, то квартиру открыли другие люди и сказали, что Костя переехал в другую область, а адрес не оставил, сказал, что нет смысла.
Прошло уже почти семь лет, как я не видела Костю и что с ним случилось дальше я не знаю. Я не перестаю вспоминать те счастливые мгновения, которые он подарил мне, и очень сожалею, что всё так трагично закончилось для него.

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2729
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои фантазии. Моя сестра меня описала

Сообщение 02 июл 2019 07:28

Мои фантазии. Моя сестра меня описала.
.

Я не могу точно сказать с чего всё началось, но родители говорили, что я очень долгое время ночью ссал под себя. Может по этой причине и тех ощущениях, которые я получал, когда спал на тёплой и мокрой простыне. Точно я сказать не могу, но просто расскажу, что мне сейчас нравится делать.

Мне сейчас двадцать три года, а сестре моей Нинке, четырнадцать. Однажды летом, когда дома не было никого, а у меня был свободный день, я решил использовать эту возможность и стал пить всё, что попадёт под руки. Когда живот был полный и как говорится, моча чуть ли из ушей не льётся, я разделся догола и зашёл в сарайку. Там стояла широкая скамейка и я лёг на неё. Взяв в руки свой член и оголив головку, я направил вырвавшуюся струю мочи себе на лицо и грудь. Я смотрел, как тёплый фонтанчик, вылетал из мочевого канала и поднявшись на небольшую высоту, рассыпался на брызги и падал мне на лицо, попадая в глаза, уши, нос и рот. Я качал рукой свой член и при этом струйки мочи рассыпались везде, куда я их направлял. Когда я немного приподнял голову и струя направленная прямо в лицо, ударила мне в нос. Моча попала внутрь и я начал кашлять и сморкать, чтобы прочистить нос.

В это время во двор вошла моя сестра, которая уходила на озеро с подругами купаться и услышав звуки, раздававшиеся в сарайке, заглянула туда. Она увидела меня за этим занятием и быстро убежала. Я сильно перепугался и быстро умывшись водой из ведра, надел спортивные штаны и вышел во двор. Нинки нигде не было. Я вошёл в дом и увидел её за столом. Она пила молоко с булочками. На её лице была ехидная улыбка и она молчала. Я тоже не знал с чего начать разговор. После небольшой паузы, я выпалил первое, что пришло в голову, «Нин ты никому не скажешь о том что видела?»

Она хитро улыбнулась и ответила, «Если купишь мне шоколадку, то буду молчать, как рыба.»

Я знал, что Нинка слово держит и много раз в этом убеждался раньше. Поэтому нераздумывая согласился на её условия и пошёл смотреть телевизор и пить чай. Минут через пять Нинка подошла и спросила, «А зачем ты лежал на скамейке голый и писал на себя?» Я быстро придумал, что соврать и сказал, «У меня на лице есть несколько угрин, вот я их и промывал свежей мочёй.» Нину немного от этого передёрнуло и она спросила, «А тебе не противно?» и я ответил, что нет.

Через два часа от выпитой воды я снова захотел ссать и пошёл в сарайку, не боясь, что Нинка увидит. Раздевшись, я лёг на скамейку и приготовился. В это время вошла Нина и спросила, «Что, опять будешь писать на себя?» затем добавила, «Можно мне посмотреть?».

Я у неё ещё раз спросил и ответил, «Если ты не кому не скажешь, то смотри сколько хочешь». Терпения уже не было, а моча должна вот вот вырваться на ружу. Нина всё продолжала меня распрашивать и от её взгляда и любопытства мой член стал напрягаться и скоро встал. Он торчал и его оголённая головка блестела в лучах солнца, проникающего в сарай сквозь щели. Увидев это Нина сильно удивилась, «Ого какой большой писюн у тебя вырос. А почему он так быстро растёт?» Я сам засмущался от этих глупых восхищений и вопросов и ответил как мог, "Я очень сильно хочу писать и сейчас будет много мочи, целая лужа."

Нина подошла ближе и стала пристально смотреть. Глаза её блестели, ведь она впервые видит стоячий член, да ещё такой огромный. В возбуждённом состоянии он был у меня двадцать сантиметров и толстый как огурец. От частого занятия онанизмом, так как я был левша, мой член был ещё и изогнут дугой и поэтому при хотьбе постоянно попадал в правую штанину. Я приподнял голову и взяв в руки член, направил его себе на лицо. Первая струя попала в подбородок и я немного подкорректировал поток мочи. У Нинки глаза горели и она невыдержав сказала, «Можно я помогу тебе?» и не дожидаясь ответа взяла в руки мой член и стала направлять струю мне на угринки. Нина вертела член в разные стороны и вскоре моё лицо и голова были мокрые от мочи. Я не хотел пропускать ни одного мгновения и не моргал глазами, поэтому вокруг век и в ямках блестели лужици мочи. Я начинал моргать и моча заливала зрачки и растекалась в разные стороны. Когда запасы мочи у меня в мочевом пузыре иссякли, Нина сказала, «Я тоже хочу писать, чтобы твои угри быстрее зажили». Я слез со скамейки и лёг на пол. Нина встала рядом с моей головой и перекинула ногу. Отодвинув плавки в сторону она начала поливать меня. Её струя с высоты сильным потоком ударяла в моё лицо и заливала все возможные неровности. Часть попала в глаза и нос. Я начал кашлять и в открытый рот полился поток тёплой девичьей мочи. Мне ничего не оставалось, как глотать её. Когда Нина закончила, она убрала ногу и отошла в сторону, «Ну вот теперь всё будет заживать в два раза быстрее.» проговорив эти слова, она засмеялась и добавила, «За тобой две шоколадки.» и убежала во двор. Там её уже звали подруги и они опять ушли купаться.

Теперь у меня был союзник, но его нужно было кормить шоколадом. Это меня не смущало и заранее брал в магазине по несколько штук, про запас. Когда нам никто не мешал, мы часто это делали. Нине нравилось писать на моё лицо, а также направлять струю из моего члена в разные части: глаза, уши, нос, рот, как из шланга.

Сегодня наверное был последний раз и больше Нина не сможет составлять мне компанию, так как завтра она выходит замуж и эти пять лет и четыре месяца будут моими самыми прекрасными воспоминаниями. Я опять остался один и теперь мне никто не будет мешать делать...

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2729
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои фантазии. Перевоплощение

Сообщение 03 июл 2019 06:43

Мои фантазии. Перевоплощение.
Часть 1. Эксгибиционистка...
.

Вечером я возвращалась домой от подруги. Уже смеркалось, но ещё было светло. Стояла слегка прохладная осенняя погода, ведь уже подходил к концу сентябрь. Свернув за угол дома, я попала во двор, где находился мой дом. Я не спеша шла по тротуару вдоль подъездов и смотрела по сторонам. Было тихо и на улице почти никого не было видно. Даже в гаражах никто не ковырял свои машины. Наверное, смотрят свои сериалы или непогода загнала всех по домам, подумала я тогда и рассмеялась. Справа от меня находились гаражи, а слева подъезды соседнего дома и я решила пересечь прямо детскую площадку, чтобы срезать угол.

Вдалеке показался идущий мне навстречу парень в халате. Руки были скрещены на груди и придерживали ворот и полы халата. Я по прежнему продолжала вертеть головой и не заметила, как незнакомец в халате оказался в двадцати метрах передо мной. Мне тогда и в голову не могло прийти, что такое произойдёт, ведь было уже не по летнему прохладно. Этот парень, откинув полы халата, встал передо мной во всей наготе. Я от неожиданности была просто шокирована и с полуоткрытым ртом, вытаращив глаза, смотрела на него сверху вниз. У него была стройная фигура. Ноги и грудь были покрыты лёгкой волосатостью. Его член был чисто выбрит и торчал, как пизанская башня. Увидев, что я разглядываю его, он сбросил халат и взяв в левую руку свой член, начал дрочить. От этого зрелища я была в шоке и продолжала на него пялиться. Мои ноги были как столбы и не слушались меня. Я стояла, как вкопанная. Жители что-то орали и кричали с балконов в адрес незнакомца, но я этого не слышала. Вскоре незнакомец замедлил свои движения левой рукой и немного выгнулся назад. Его рука крепко сжимала член и полностью оголила головку. Через мгновение вылетела первая струя спермы, а за ней вторая и третья. В завершение стали вытекать последние капли жидкости молочного цвета. В глазах у незнакомца было какое-то непонятное блаженство, которое он испытывал в эти секунды. Мне показалось, что прошло много времени, пока я наблюдала за всем происходящим, но меня привели в чувство ругань, доносившаяся из подъезда и соседних балконов. Увидев, как в сторону парня лёгкой трусцой бегут две женщины и мужчина, я полностью пришла в себя и тоже поспешила в сторону своего подъезда. Открыв дверь, я быстро поднялась по лестнице на третий этаж. Вбежав в комнату, не разуваясь, я пролетела в спальню через зал и подбежала к окну. С другой стороны за гаражами было видно, как убегал незнакомец. Он быстрыми шагами спешил покинуть этот двор и подойдя к машине, открыл дверку, сел в неё и уехал.

Только после этого, я услышала слова мужа. Мы жили с ним в гражданском браке уже два года. Миша спрашивал меня, что случилось и почему я не отвечаю на его вопросы. Тогда я ему всё рассказала и Миша, обозвав этого незнакомца козлом, рассмеялся. Поужинав и немного придя в себя от случившегося, я не дожидаясь ночи потащила Мишу в спальню и мы стали заниматься сексом. У меня из головы не выходила эта картина, когда незнакомец дрочил посреди двора свой член и кончил на моих глазах прямо на песок припорошенный снегом. В предвкушении этих воспоминаний я быстро кончила, но мне хотелось ещё, и мы продолжали этим заниматься, пока не иссякли силы...
В последующие время, когда я проходила около места, где встретила незнакомца, на меня накатывало какое-то непонятное и в то же время очень приятное чувство. Дома я переодевалась, моё нижнее бельё было мокрое от выделяющейся влаги из моего влагалища. Я не понимала, что со мной происходило, и посоветоваться было не с кем. Мама умерла семь лет назад, когда мне было пятнадцать, и моей опекуншей до восемнадцати лет была мамина подруга. Об этом я стеснялась с ней говорить, да и от посещения гинеколога у меня осталось неприятное ощущение. Когда в семнадцать лет нас девчонок впервые осматривали, от прикосновения руки врача я задрожала и почувствовала какое-то приятное чувство. Увидев влажные перчатки и моё состояние, врач сказала:

— У этой девочки повышено чувство возбудимости, возможно проявление бешенства матки.

Я вся покраснела и выбежала из кабинета. После этого я обходила гинекологов стороной.

Шла зима, но я не могла забыть эту встречу с голым незнакомцем и постоянно думала о том, что он делает сейчас, когда холодно и падает снег. От этих мыслей мне становилось ещё приятнее. Я даже иногда пыталась представить себя на его месте и однажды кончила прямо во время ходьбы по улице. От наступившей слабости я чуть не упала в снег на обочине тротуара. Мне хотелось попробовать сомой побывать в такой ситуации и однажды, когда Миша был в командировке, у меня был свободный целый вечер и утро следующего дня.

Вспомнив как выглядел голый незнакомец и учитывая, что на улице был месяц март, я стала обдумывать, как мне одеться. Перебрав кучу вещей, мне в голову пришёл только один вариант. Надев на ноги сапоги, голенища у которых были до колен, а сверху на голое тело лёгкую дублёнку из искусственного меха, которая закрывала бёдра лишь до половины, я подошла к зеркалу. Осмотрев себя со всех сторон, я не заметила ничего подозрительного. Тогда я, повернувшись к зеркалу, расстегнула пуговицы и откинула полы дублёнки в стороны. В отражении передо мной стояла совершенно голая девушка, т. е. мой двойник. Грудь четвёртого размера среди мехового воротника выглядела очень сексуально. Мне показалось, что это будет смотреться в дополнении с оголённым животом, промежностью и бёдрами, среди ночи в зимнее время, сногсшибательно.
На часах было около пяти часов вечера и мне нужно было сходить до магазина, что-нибудь купить на ужин. Я жила по ул. Карпенко в четырёхэтажном доме на третьем этаже. Выйдя из подъезда, я ощутила лёгкий холодок, поднимающийся по оголённым ногам снизу. Это было так необычно и ещё сильнее, меня возбуждало. Дублёнка была свободного покроя и создавала пространство между телом и подкладом. При ходьбе, мех тёрся о моё, постепенно остывающее тело и это было очень здорово. Пройдя через двор, я вышла на улицу Котина. Это была по моим мерка тихая улочка и пройдя по ней до ул. Горького я свернула налево и не спеша пошла в сторону магазина. На улице было полно машин, а по тротуарам шли с работы люди. Кто то шёл молча, а кто то весело беседовал со своим попутчиком. Оголённые колени и бёдра вызывали у прохожих мужчин соответствующую реакцию, и они оглядывали меня с низу вверх. Женщины тоже не оставляли мою персону внимания. Некоторые поворачивались и смотрели мне вслед. Все эти взгляды я чувствовала на себе, и от этих мыслей мне было очень хорошо. От возбуждения я не чувствовала весенний холодок, который охватывал моё тело и на душе у меня было радостно. Я была на седьмом небе от счастья, что наконец-то я решила это сделать.

Дойдя до магазина, я передумала покупать продукты и решила ещё прогуляться. Я повернула налево, и через пару кварталов, вышла на соседнюю улицу. Проходя по чужому двору, чтобы сократить путь, я увидела девушку, которая хлопушкой выбивала пыль из небольших ковриков, наверное, из прихожей. У меня моментально созрел план, и я направилась в её сторону. На подходе, метров за десять, я расстегнула пуговицы и взяв полу дублёнки в руки, откинула их в разные стороны. Лёгкий ветерок обдал мой живот, грудь и бёдра, холодком. Во всём теле появилась приятная дрожь. Увидев меня, девушка, как и я когда-то, перестала хлопать и замерла, разглядывая моё оголённое тело. От волнения у меня не попадал зуб на зуб и я решила не останавливаться около неё. Я медленно проходила мимо и молодая девушка лет двадцати смотрела мне вслед, провожая меня взглядом. Всё моё тело колотило, как в лихорадке. Мне было очень приятно. По ногам текла влага из моего, уже достигшего нескольких раз оргазмов, влагалища. Я не чувствовала холода и была очень счастлива, что всё произошло, как я хотела. Девушка ещё долго смотрела мне вслед, и я пару раз повернулась к ней лицом и откидывала полы дублёнки в сторону, чтобы ещё раз показать свою наготу. Затем я помахала ей рукой и свернула за угол дома. Было уже по вечернему, хмуро и начинало темнеться.

Больше я уже ничего не хотела и прижав полы плотно к телу медленно пошла в сторону своего дома. Лёгкий холодок пробегал по моему телу, и мне было очень приятно от этого. Я медленно передвигая ноги, добрела до своей квартиры и войдя в прихожую, чуть не рухнула от усталости. С непривычки пройдя за несколько часов очень большое расстояние и ещё при этом кончить несколько раз, для меня это было тяжело с непривычки и не удивительно, что я так вымоталась. Кое-как стянув сапоги и скинув на пол дублёнку и шапку, я вошла в ванную и открыла воду. Пока вода набиралась, я поставила чай. Налив большую кружку горячего чая с малиной, завалилась в горячую ванну и пролежала в ней около часа. Мне не хотелось вылезать, было так здорово, принять ванну с горячим чаем и расслабиться. Почувствовав, что мне стало легче, вылезла и рухнула на диван. Я не помню, как уснула, но разбудил меня скрежет ключа в замочной скважине. Было уже позднее утро, скорее всего обед. Я проспала всю ночь и ещё прихватила немного дня. Миша уже вернулся из командировки. Я быстро накинула халат и побежала его встречать. Мышцы ног с непривычки ещё ломило, но я не прочь была повторить. Разогрев обед мы плотно перекусили и Миша, заметив, что я в одном халате, потащил меня на кровать. Мы стали заниматься сексом и я, осторожно, не торопясь, рассказала мужу о своей вылазке. Он был сильно удивлён. Мы всегда старались рассказывать всё друг другу, может, поэтому, и понимали всё с полуслова, и нам всегда было хорошо вместе.

Немного отдохнув, мы снова решили попить чай, но оказалось, что нет ничего вкусного. Я предложила Мише сходить в магазин. Он согласился с одним условием, что я буду одета так, как вчера. Я с радостью согласилась, да я и сама хотела так одеться.

Надев сапоги, вязаную шапочку и дублёнку на голое тело, я продемонстрировала свой наряд Мише. Он, конечно, обалдел, и я в этом убедилась, потрогав через брюки его возбуждённый член. Мы вышли на улицу и я, взяв Мишу под локоток, направились в бакалейную лавку. Идти, нужно было, квартала четыре, и когда прохожих почти не было, я забегала немного вперёд и расстегнув пуговицы, распахивала полы дублёнки перед Мишей, тем самым показывая ему на улице, своё обнажённое тело. Миша, сперва, немного смущался, но потом привык и даже сам говорил, где мне расстегнуть и показаться нагишом.

Бакалейная лавка была не очень большая, и вся продукция размещалась на нескольких витринах, расставленных в два ряда. Улучшив момент, я смогла показать своё обнажённое тело и там. Миша был сильно перепуган. Во время обратного пути я смогла улучшить момент и показать себя двум женщинам лет пятидесяти, прямо на глазах у Миши. Женщины за возмущались, а я просто расхохоталась. Когда пришли домой, Миша засунул свою руку прямо мне между ног. Там было, всё очень влажно. Я сделала то же самое, и была сильно удивлена. Я не знала, что мои выходки на улице так сильно подействуют на мужа. Все трусы и член были мокрые от спермы. Мой муж кончил прямо на улице себе в трусы. Миша немного смутился, но я его успокоила, сказав, что тоже кончила, раза два, или три, точно не помню.

На улице начало уже темнеть, и мы сели пить чай. Я опять сильно проголодалась. Мы пили чай и болтали обо всём. Миша подробно расспросил меня о вчерашнем дне и я поняв, что он хочет услышать от меня, сама предложила ему повторить. Он с радостью согласился. Я надела сапоги, шапочку и дублёнку, а Мише пришлось одеться как обычно, сменив трусы и брюки, которые я только что застирала.

Мы вышли во двор. На улице было уже темно, и мы отправились на остановку. Сев в маршрутку, проехали остановки четыре и вышли. На улице ещё было полно народу, да и во дворе было видно движение. Кто-то шёл с работы, кто в магазин и наоборот. Только в третьем дворе нам повезло. По дорожке шли медленно две женщины лет пятидесяти и о чём-то разговаривали. Я расстегнув пуговицы пошла в их сторону. Женщины от удивления, выставились на меня, и стали, молча рассматривать, с ног до головы. Тогда я сняла дублёнку и перекинула её через плечо. Проходя мимо, они стали обзывать, и всяко, оскорблять меня. Тогда я специально прошла около них голышом, туда и обратно и вернулась к Мише. Смеясь, мы ушли искать любопытных в другой двор. Там нам попались две девушки лет семнадцати. Они сидели на детской качели и о чем-то мирно беседовали. Увидев меня в таком виде, одна из девчонок стала что-то говорить второй, которая сидела ко мне спиной и показывать в мою сторону рукой. Её подруга тоже повернулась, и они вдвоём стали смотреть на моё оголённое тело. Тогда я совсем сняла дублёнку и перекинув её через плечо, пошла как бы мимо их. Снег падал на мои плечи, грудь и живот. Когда он таял, то капли воды стекали по спине и груди. От возбуждения, пульсация в промежности стала сильнее и я кончила. Мои бёдра постепенно стали мокрыми, а сладостная истома пробежала по всему телу. Медленно пройдя мимо, я развернулась и пошла обратно. Шаги были очень маленькие, и мне хотелось насладиться этим моментом ещё сильнее. Когда я проходила мимо девчонок, то отчётливо видела в глазах их удивление и восхищение тем, что я сейчас делала. Подойдя к мужу, я задела рукой его брюки в области ширинки. Они были влажными, а его член был уже вялым. Мой Миша опять кончил прямо в штаны.

Немного побродив под падающим снегом, и заглянув ещё в несколько дворов, мы вернулись домой. Было уже за полночь и приняв горячую ванну и немного перекусив мы легли спать. Утром Миша ушёл на работу, и я весь день была одна. У меня ещё было впереди три недели отпуска, и я стала перебирать вещи, чтобы подобрать что-то для него. Я поняла по его состоянию, что ему тоже хотелось присоединиться ко мне, но он был неподходяще одет. Перебрав кучу вещей я кроме осеннего плаща, который он надевал в дождливую погоду, не нашла ничего. Плащ был длинной до колен и вполне мог бы подойти для таких прогулок, но у него не было утеплённой подкладки, и мне пришлось перешить его от куртки, которую Миша уже не носил.

Тут скрипнула входная дверь, и в комнату вошёл Миша. Он был чем-то расстроен и рассказал, что ему придётся уехать в командировку на сутки, двое, где он толь что был и правильно оформить все документы. Я его успокоила и поужинав мы легли спать. Рано утром Миша уехал, и я продолжила колдовать над его будущей одеждой. Мне в руки попались старые штаны с протёртой задницей, и разорванные по шву в районе промежности. В голову пришла сразу отличная идея. Обрезав всё лишнее, кое-где подшив и вставив тугие резинки, у меня получились, две отдельные прекрасные брючины. Примерив их на себя и представив в них мужа, я сильно возбудилась. Это было то, что надо. Штанины одевались каждая отдельно и держались на ноге чуть выше колен за счёт вставленных резинок.
Миша вернулся на другой день довольный, что всё успел сделать очень быстро. На улице медленно сыпал снег, хоть и была уже середина марта. Просто, наверное, зима, решила отдать весь снег, который не успел выпасть в своё время. Пообедав, я с радостью показала мужу приготовленный сюрприз. Пока Миша одевался, я дрожала от нетерпения. Мне очень хотелось увидеть его. Через несколько минут Миша вошёл в комнату и раскрыв полы плаща я увидела обнажённое тело с торчащим членом. Это было так здорово, и я предложила без промедления, опробовать новый прикид. Взяв деньги и сумку, мы пошли по магазинам. Миша побоялся заходить в магазины и ждал меня на улице. Его член торчал и поэтому плащ сильно выпирал. Зайдя в несколько магазинов мы вернулись домой. С трудом дождавшись вечера, мы отправились искать приключения. Сев на остановке в автобус, мы проехали несколько остановок, и вышли в районе железнодорожного переезда по проспекту Победы. Войдя в первый же двор, нам повезло. Женщина лет сорока выносила мусорное ведро. Я подтолкнула мужа и сказала:

— Давай, действуй.

Миша направился в сторону подъезда, откуда вышла эта женщина, и на ходу откинул в сторону полы плаща. Я не спеша шла сзади метрах в пятнадцати и в какой-то мере находилась ближе к ней. Женщина, увидев такое, испугалась и поспешила подойти ближе ко мне. На ходу, она всяко, ругала моего мужа, а он в свою очередь старался повернуться к ней оголённым телом. Его член стоял как башня, что даже я это хорошо видела. Женщина посоветовала мне переждать, но я отказалась и пошла прямо на мужа. Миша сделал вид, что убегает, и мы вместе покинули этот двор.

Следующая очередь была моя. Увидев двух женщин и девушку, я не раздумывая откинула полы пальто, а так как во дворе было мало освещения, то я совсем сняла его и закинув через плечо за спину совершенно голая в одних сапогах пошла в их сторону. Женщины были сильно удивлены и ошарашены такой встречей. Они не знали, что Миша мой муж, и увидев его, идущим за мной метрах в двадцати, испугались и сказали:

— Ты чего девка делаешь, кругом мужики ходят, вон сзади один крадётся, как бы чего не вышло.

На это я им ответила:

— Пусть только попробует. Я ему яйца быстро оторву, — и рассмеявшись повернулась лицом в сторону мужа.

Увидев меня, Миша сделал вид, что опешил и сильно удивился и отвернул в сторону, а я спокойно пошла дальше мимо этих женщин. Дойдя до угла, под пристальным взглядом, я повернула и быстро оделась. Здесь меня уже ждал Миша, и мы пошли в следующий двор. Время летело незаметно. В каждом дворе мы получали кучу комплиментов в прямом и переносном смысле. Нас материли, как только могли. Мише много раз обещали отрезать его хозяйство и отдать собакам. Несмотря на всё это нам было весело и это нас сильно возбуждало. У меня от всего этого уже было несколько оргазмов, да и Миша кончил два раза. Но мне всё равно нужно было что-то ещё, а что я сама не знала.

Снег усилился, и видимость стала не больше десяти метров. Мы вышли из очередного двора, где я успешно продемонстрировала своё обнажённое тело. По тротуару шла семейная пара лет пятидесяти. Они очень поздно, откуда-то возвращались, и при такой видимости шли медленно. Я быстро сняла пальто и отдала мужу, а затем, ускорив шаги, решила обогнать их. Миша не успел опомниться, как я исчезла среди падающего снега. Догнав супругов, я стала обгонять с той стороны, где шла женщина и сделав несколько шагов вперёд я услышала такой шквал оскорблений и ругательств в свой адрес, что мне стало обидно за себя и я не сдержалась. Повернувшись к ним передом и представив для обзора все свои прелести, я резким тоном сказала, как отрезала,

— «Я иду домой, потому, что есть такое г.. но, которое может себе позволить выгнать голую девушку в такую погоду на улицу среди ночи. Мне ещё тащиться две остановки, а я должна выслушивать ваши оскорбления.»

Затем я поклонилась перед ними, сказав при этом с такой язвительностью,

— «Прошу покорно извинить, если чем оскорбила вашу честь?» — и повернувшись, поскользнулась у них на глазах, специально упала в снег.

Для меня это был самый настоящий стресс, который я испытала за последние две недели. И закончилось всё это мощным оргазмом, когда ко мне подошёл Миша и похвалив меня, крепко обнял. Я почувствовала его твёрдый член и взяв его в руку стала делать лёгкие движения. Мне понадобилась всего одна минута, как сперма брызнула и упала в пушистый снег. Я сидела на снегу и мои волосы, плечи и грудь были запорошены снегом. Отряхнув и надев пальто, мы пошли в сторону дома. Мы шли медленно и просто болтали. Я держала Мишу под руки и размышляя в слух, мы не знали, что можно ещё придумать.

Увидев через дорогу полуразрушенное здание, мне пришла в голову дурная идея. Я тогда ещё не знала, что из этого может получиться, но сейчас она меня просто задела за живое. Меня даже начало от возбуждения лихорадить. Миша спросил,

— «Ты что замёрзла что ли?»

Я попросила его подождать меня минуту и перебежав через дорогу подошла к развалинам. Сняв пальто и положив в пакет, я засунула его под гнилые доски. Присыпав всё снегом, я перешла дорогу и подошла к Мише. Увидев меня голышом, и без пальто, он спросил,

— «Где твоя одежда?».

Я расстегнув пуговицы на его плаще сказала,

— «Вот моя одежда. Я так хочу идти домой. Если мы кого увидим, то я спрячусь под твой плащ.»

На все мои доводы Миша очень удивился и сказал,

— «Ну ты даёшь, а как мы в подъезд войдём?».

Я не хотела ничего слушать и потянув Мишу за руку мы пошли вдоль домов, прислушиваясь к постороннему шуму. Заслышав чьи-то шаги, я пряталась под плащ Миши, и мы целовались, пока прохожий не проходил мимо. Из-за плохой погоды нам не составило труда пересечь проспект Победы, где всегда было много машин. В виду снегопада и плохой видимости на наше счастье движения почти не было. Всю дорогу Миша ворчал на меня, что я оставила своё пальто в развалинах. Он боялся, что нас кто-нибудь заметит, и нам трудно будет убегать, ведь я совсем голая.

От дома к дому мы постепенно добрались до своего двора. Кое-где ещё горели огни в окнах. Я спряталась за мусорными контейнерами, а Миша пошёл проверить подъезд. Несколько минут без движения мне показались вечностью. Тут я услышала скрип снега и чьи-то шаги. Я хотела высунуть голову, но что-то меня остановило и не зря. Кому то ночью захотелось вынести мусор. Вскоре пришёл Миша, и мы быстро побежали к нашему подъезду. Миша уже приоткрыл дверь, и я бегом забежала прямо в квартиру. Приведя себя в более или менее приличное состояние, мы сели пить чай и что-нибудь перекусить. После такой прогулки разыгрался сильный аппетит. Мише нужно было утром идти на работу, и мы легли спать.

В расштореное окно было видно падающий снег, как будь-то, он собрался завалить нас по самые крыши. Я не могла уснуть и постоянно ворочалась, вспоминая наш поход, особенно обратный путь. Муж уже спал и наверное видел десятый сон. Оставленное пальто мне не давало покоя. Взглянув на часы, было уже половина третьего, я решила сходить за ним. От этой идеи меня всю колотило, как в лихорадке. Я испытала сильный оргазм, и вся промежность была влажная, но я всё равно не могла успокоиться. Тихонько встав с постели, я взглянула в окно. Из-за снегопада, не было видно соседнего дома, а свет от фонарей еле доходил до земли. Преодолев свой страх и то, что не сказала об этом Мише, я на цыпочках вышла в коридор, и тихонько в темноте, нащупав бежевые сапоги, на сплошной подошве, одела их. Перед тем как открыть дверь, взглянула в глазок. Свет опять на площадке не горел, и лишь слабая подсветка была со второго этажа. Тихонько открыв входную дверь, я вышла на площадку и закрыв её за собой пулей выбежала во двор.

Хлопья снега падали мне на голову, плечи, грудь и садились на все оголённые места. Развевающиеся волосы стали быстро покрываться шапкой из снега и не дожидаясь, я побежала за угол дома. Стояла абсолютная тишина и лишь где то вдалеке были слышны гудки паровоза. Я сначала нерешительно, а потом всё увереннее в своём решении, что смогу пройти этот путь до развалин голышом, стала продвигаться вдоль домов. Позади, остались, один, затем второй дом. Вот уже квартал прошла, а за ним и второй. Вдалеке, сквозь пелену падающего снега показался мигающий жёлтым цветом светофор. Подойдя поближе, я увидела на углу перекрёстка, стояли две девушки пышно одетые, на высоких каблуках и коротеньких юбочках. Они постоянно вертелись, как будь-то, кого-то ждали. Обходить их дворами, у меня не было времени, а пережидать их я не собиралась. Набравшись смелости, я шагнула в их сторону. Заметили они меня не сразу, и лишь только когда я подошла к ним почти вплотную, испугались от неожиданности. Из-за сильного снега, мои бежевые сапоги были почти незаметны и мой вид их шокировал. Они, сперва подумали, что я босиком и совершенно голая, откуда-то сбежала. Я не стала опровергать их мнение, и смело заявила,

— «Меня муж застукал с парнем и выгнал на улицу, я успела на ходу сапоги схватить и чуть кубарем с лестницы не слетела, когда убегала.»
Одна из подруг спросила,

— «И куда ты теперь в таком виде пойдёшь?»

Я вспомнила адрес бабушки, где она раньше жила и с твёрдостью сказала,

— «Тут недалеко, около сорок четвёртой школы.»

— «Это же далеко ещё!»-удивлённым и ещё более возмущённым голосом сказала вторая из подруг.

— «Ты же можешь замёрзнуть или вообще не успеешь до рассвета туда добраться.»-добавила первая из девушек.

— «А что ты скажешь бабушке, когда до неё доберёшься?» — спросила меня вторая.

Они задавали много вопросов, и мне нравилось отвечать на них. Эта дискуссия так меня завела, что я испытав сильный оргазм, поплыла. Я чувствовала, как что-то течёт по бёдрам с внутренней стороны, но не подавала виду, с трудом сдерживая свои эмоции. Я согласна была с ними болтать целые сутки или двое, рассказывать о своих похождениях и отвечать на все заданные вопросы.
Проведённые в обществе двух случайных девушек десять минут, чуть не сыграли со мной злую шутку. Я извинилась и сказав, что очень тороплюсь, чтобы успеть, поспешила перейти на другую сторону дороги. На последок, девушка, у которой была пышная шевелюра, оставили мне свой телефон и просили позвонить. Номер был простой, почти из парных цифр и запомнился легко. Когда я сделала первые шаги, чтобы перейти дорогу, я услышала фразу, которую сказала одна из подруг другой,

— «Вот сумасшедшая, я бы на её месте ни за какие деньги не пошла по улице голая, зимой да ещё в такой снегопад. Пусть бы он лучше меня отколотил, чем так мучиться.».

Дальше что они говорили, я уже не слышала, но я очень хотела об этом узнать. Пробежав ещё пару кварталов, без каких либо приключений, я увидела развалины. Вздохнув с облегчением, я перелезла, погружаясь почти по пояс в снег, через какие-то кучи и достав пакет, в котором лежало моё пальто, отправилась в обратный путь. Я решила не одеваться и вернуться домой как в первый раз, голышом. Пакет просто несла в руке и всю дорогу думала о том, что ещё можно сделать. Девушек на перекрёстке уже не было. Вдалеке виднелись фары приближающихся машин, но я не стала ждать и просто быстро перебежала. Через какие-то секунды я услышала сзади сигнал машины. Наверное, он заметил меня и подумал, что нужна помощь, подумала я тогда и побежала дальше. В своём дворе я осмотрелась и набравшись смелости, не одеваясь, поднялась на третий этаж. Открыв квартиру, я поставила пакет в угол и сняв сапоги зашла в ванную. Там стоял в термосе приготовленный заранее чай, а в ванной была налита вода. Она ещё не совсем остыла, и я легла, полностью расслабившись.

Прозвенел звонок и муж встал на работу. Не обнаружив меня в кровати, он зашёл в ванную и увидев меня в таком виде, спросил,

— «Ты чё в такую рань решила ванну принять, дня что ли мало?».

Я просто промолчала. Когда Миша вышел в коридор и увидел мокрые сапоги и пакет с пальто, которое сверху было присыпано снегом. Миша ругнулся, обозвав меня маленькой дрянью и вернулся в ванную. Он устроил мне головомойку, приводя кучу устрашающих примеров, чего со мной могло случиться. Терпеливо выслушав его, я сказала спокойно, потому что так сильно расслабилась в воде, что спорить просто не было сил:

— «Не смотря, на все твои доводы, я всё равно бы это сделала. Мне это очень было нужно и ты всё равно бы меня не смог удержать ни в этот день, ни в другой. Я просто без этого не могу жить и если ты меня понимаешь, то давай не будем спорить.»

Затем после небольшой паузы, добавила,

— «Миша не сердись, иди на работу, а то опоздаешь. Вечером поговорим.»
Когда муж ушёл, я завалилась спать, и проснулась от скрипа входной двери. День уже прошёл, и Миша вернулся домой. Встав с кровати, я побежала ставить чайник и разогревать еду. Миша подошёл сзади и обняв меня и сказал,

— «Прости! Я просто за тебя сильно испугался.»

Я повернулась к нему и поцеловала его.

После ужина я подробно рассказала ему о своём путешествии, и мы стали заниматься любовью. Покувыркавшись в кровати весь вечер, мы снова легли спать. На другой день, когда Миша был на работе, я позвонила ночным незнакомкам. Трубку взяла вторая из девушек, я узнала её по голосу. Она не узнала меня, и только после напоминания, про голую девушку, на перекрёстке, я услышала в её голосе восхищение и радость:

— «Ну наконец то позвонила! Жива? Всё у тебя нормально, а то мы тут уже волноваться начали за тебя.»

Я рассмеялась в трубку и ответила;

— «Добралась без приключений, кое-как успела. Бабушка была в шоке, но я постаралась её успокоить. Сейчас отоспалась и вот решила вам позвонить.»
Тут трубку взяла первая из подруг. Её звали Юля, и она тоже поинтересовалась моим самочувствием. Тут я набралась смелости и спросила у неё, что они про меня ещё говорили, когда я ушла. После небольшой паузы, трубку взяла её сестра Олеся. Она сказала,

— «Мы просто ругали нашего знакомого, который нас должен был забрать, так как у нас сломалась машина.»

Оказалось, что они были сёстры и работали в ночном клубе танцовщицами.

— «Это же здорово!» — чтобы поддержать разговор, сказала я,

— «Вы на публике раздеваетесь и ещё при этом зарабатываете, а я вот в ущерб своему здоровью бегаю по городу голышом по вине мужа и бесплатно, да ещё мне все нотации читают, учат как надо жить.»

Потом после нескольких наводящих вопросов у нас завязался разговор. Я болтала и с Юлей и с Олесей и очень много всего узнала. Они мне рассказали, что в городе бегают двое и всем показывают своё обнажённое тело. Разговоры об этом часто у нас в ночном клубе слышали. Затем Юля сказала, что они думали, что я сумасшедшая, а потом им стало жалко меня, что не предложили подвести. За ними через десять минут знакомый из ночного клуба приехал, и им было как раз по пути. Когда трубку взяла Олеся, она сказала,

— «Мы просто были шокированы твоим видом и растерялись. Мы не смогли бы всё правильно объяснить знакомому и это могло бы стать гласностью всего клуба, ведь мы о тебе совсем ничего не знали.»

После этого я пошла в наступление:

— «Олеся скажи пожалуйста, только честно, без сожаления ко мне, если бы вы меня увидели в таком виде ещё раз или после того, как вы обо мне узнали, то что сейчас знаете, что бы вы подумали тогда?»

Юля тоже слышала вопрос. Она подключила параллельный телефон, и они вели беседу вместе. Опередив Олесю, Юля сказала,

— «Я просто бы предложила тебя проводить и по дороге спросила, специально ты разделась или ты стала жертвой обстоятельств.»

Я не давая продолжить мысль спросила,

— «А как бы ты об этом догадалась?»

На что Юля сказала, что она окончила институт, факультет психологии и после двух, трёх наводящих вопросов стало бы всё ясно.
Я продолжала настаивать на своём и извинившись о том, что перебила, спросила,

— «Извини Юля, что не дала договорить, просто мне нужно это знать, т. есть ваше мнение.»

Олеся, уклоняясь от ответа, задала встречный вопрос,

— «А зачем тебе нужно наше мнение, то, что мы об этом думаем?»

Теперь мне ничего не оставалось, как сдать свои позиции и что-то им пообещать. Я сказала,

— «То что я вам потом расскажу, вас это может заинтересовать.»

После небольшой паузы Юля сказала,

— «Если бы мы с тобой пообщались тогда на перекрёстке достаточно времени, то смогли бы понять тебя.»

Продолжая донимать Юлю и Олесю своими тупыми вопросами, я спросила,

— «А как бы вы это сделали?»

Тогда Юля начала излагать свои мысли вслух

— «Во первых, если бы мы догадались, что нас водят за нос, то мы просто вываляли тебя в снегу, пока ты не попросила у нас прощения.»

— «Во вторых мы просто могли тебя отвезти подальше и выбросить из машины, а там добирайся как сможешь, если тебе это нравится.»

Тут вступила в разговор Олеся,

— «А в третьих мы стали бы ходить за тобой, чтобы выследить, где ты живёшь, а там придумали что-нибудь по обстановке.»

Все эти косвенные угрозы и разговоры сильно возбудили меня. Я мысленно на мгновение представила себя вываливающейся из машины и падающей в снег. Совершенно голая я лежу в сугробе, и две сестры смеются надо мной. Я встаю и проваливаясь в снег по пояс бреду по направлению к городу, одна в степи. А они сев в машину скрываются за поворотом. После этих мыслей волна оргазма захлестнула мои мысли, и я кончила. По постели, где я сидела, стало расползаться мокрое пятно. Юля и Олеся наперебой алёкали и звали меня, и когда я откликнулась, они спросили меня,

— «Ты где потерялась?»

Сославшись на то, что закипел чайник, я разрядила напряжение в разговоре. После этого Юля стала настаивать на том, что я им хотела сообщить. Я не хотела терять хороших собеседниц и решила частично исказить факты и кое-что рассказать. От моего рассказа они были ещё больше шокированы моим поступком. Олеся для достоверности ещё раз переспросила меня,

— «Ты это говоришь правду, что оставила спящим своего мужа и голышом в одних сапогах в такой снегопад отправилась бродить по пустынным улицам ночного города.»

Я с какой то неимоверной радостью ответила,

— «Да!»

Моё признание не оставило их равнодушными и они на перебой стали задавать мне вопросы. Я с радостью на них отвечала. Кое-что утаивала, кое-что приукрашивала с той целью и уверенностью, что если придётся когда-нибудь сделать это, то я смогу. На тот вопрос,

-Зачем я это делаю? Я ответила, что много слышала о той паре, про которую вы говорили, и мне захотелось попробовать самой.

Олеся смеялась над моим рассказом, утверждая, что я просто решила как-то оправдать мужа, а затем спросила,

— «Тогда почему ты от нас убежала и не осталась разговаривать дальше. Мы тогда бы все вопросы и выяснили, а потом посадили тебя голой задницей в сугроб.» — и я услышала, как они вместе засмеялись.

Тогда я сама предложила им встретиться где-нибудь. Это было не в моих планах, но отступать я уже не хотела. Мы болтали уже почти два часа и девчонки мне понравились. Они смело одевались и не скрывали своих намерений, если что не так, а предложение выбросить меня голую за городом, стало моей навязчивой, новой идеей.

Они предложили встречу на том же месте, но я внесла небольшую поправку метров на сто и они согласились. Развилка улицы Горького и проспекта Победы было шумным местом. Дождавшись очередного снегопада и решив для себя, что если Миша будет дома, то всё равно усыплю его и договорюсь о времени встречи.
К моему счастью через три дня Миша уехал в командировку на четыре дня. Я позвонила Юле с Олесей и сказала им об этом. Они предложили мне встретиться после работы в три часа утра. От счастья я просто запрыгала на месте, не успев положить трубку, хотя там были слышны короткие гудки. В ожидании этого момента время просто ползло или почти стояло. Немного успокоившись, я вспомнила о запасном варианте, если придётся сматываться и перерыв старые вещи, нашла осеннее пальто. Дождавшись вечера и положив его в пакет, я отнесла и спрятала его на стройке. Недалеко строили дом, и там было полно укромных мест.

В этот вечер я не спала. Выходить из квартиры голышом было моим окончательным решением. Нужно было найти место для запасного ключа, и я нашла его. Во дворе стояла скамейка, и в ней было много трещин, образовавшихся от старости дерева. Я спустилась вниз и присев на скамейку, аккуратно засунула ключ в одну из них. Место было идеальное, лучше не придумаешь.

Дождавшись полночи и предварительно посмотрев, спят ли соседи, и есть ли кто во дворе, я собралась с духом и выбежала во двор. Снег продолжал сыпать, и я стала просить зиму, чтобы она помогла мне, чтобы снег летел до утра и у меня всё получилось. Идти было не так далеко, всего два квартала. На углу у торгового павильона было очень удобное место и добравшись до него я стала ждать. Время шло незаметно, и я успела передумать обо всём. Мои мысли прервал шум машины. При плохой видимости она еле ползла. Снег залеплял все стёкла, и дворники не переставали работать. За рулём была Юля. Она всматривалась в дорогу, а Олеся смотрела на тротуар и что-то говорила. Вот они остановились и открыли окно. Снег летел прямо, и не попадал вовнутрь машины. Погода была как по заказу, и я поблагодарила зиму.

Выйдя из укрытия, я подошла к ним. Они опешили, не ожидая меня увидеть так скоро. Юля заглушила машину и я села на заднее сиденье, оставив дверку приоткрытой. Мы сидели и болтали. В основном девчонки спрашивали, а мне приходилось отвечать. Я тоже задала несколько вопросов и обращаясь к Олесе спросила,

— «Вы правда смогли бы увезти меня за город и выбросить в степи совершенно голую?» Юля рассмеялась и сказала,

— «Это мы так просто пошутили, и валять тебя в снегу тоже не будем.»

Моя новая идея рушилась, и ничего не оставалось, как смириться с этим, знать не судьба и я не совершу такой рискованный поход по неизвестности. Всё же мизерная надежда была, что я смогу их хоть когда-нибудь уговорить сделать это для меня, и я ответила,

— «А я уж думала, что вы сделаете это и собралась покорять целину, даже мужу записку оставила, если не успею вернуться через три дня. Олеся удивлённая моим ответом спросила меня,

— «Ты что серьёзно это? И ты бы смогла, ты бы согласилась идти невесть откуда голая по снегу?»

Я поняла, что это удача и решительно ответила,

— «Да.»

Тут Юля и Олеся почти в один голос сказали,

— «Ну ты точно сумасшедшая!» От этих слов, произнесённых в мой адрес, с таким удивлением и восторгом, я была просто счастлива. Они попытались отговорить меня, что я могу замёрзнуть, что меня могут поймать и куда-нибудь упрятать, а хуже всего поймают и....

Я настаивала на своём и доказывая Юле и Олесе, что уже три недели бегаю голая и не боюсь холода и снега, а в степи меня ни кто не тронет. Не выдержав моего натиска, Олеся сказала,

— «Давай её увезём до той деревни, где мы в том году отдыхали, ну помнишь по дороге на Екатеринбург?»

Юля сказала,

— «Да помню, где то около д. Сычёво.»- и они дали согласие, спросив меня,

— «Когда едем, сейчас?»

Я очень обрадовалась и сказала сегодня, только мне нужно надеть дублёнку, чтобы дорогой никто не остановил. Когда приедем, я вам дублёнку отдам, и вы её мне вернёте по возвращению.
— «А куда везти то тебя и где высадить?» — почти в голос спросили Юля и Олеся.
Я в полном недоумении спросила,

— «Но вы только что сказали, что около какой то деревни, где вы отдыхали в том году.»

Девчонки не понимая меня, шучу я или серьёзно говорю, сказали,

— «Это же очень далеко. Мы не можем так рисковать, а что если и в самом деле с тобой что случится.»

Тут я не выдержала и с возмущением ответила,

— «Если вы собираетесь идти со мной, то далеко, а если нет, то близко!?» — и вылезла из машины, закрыв за собой дверку.
Олеся высунула голову в окно и сказала,

— «Ладно, брось дуться, позвонишь, когда будешь готова, и мы подъедем, только скажи куда подъехать.»

Я с радости запнулась правой ногой за кучу снега, лежащую на обочине дороги, ещё не убранную и подумала, хорошо, что правой, значит должно повезти. Барахтаясь в свежем снегу, я перевалилась через кучу на тротуар. Встав на ноги и отряхнувшись, я ответила,

— «Давайте здесь. Мне идти совсем рядом, два квартала.»

Олеся засмеялась, глядя на моё голое тело, кувыркающееся в снегу, и ответила,

— «Теперь мы видим, что у тебя крышу снесло и если ты вбила себе в голову, то тебя никто и ни что не остановит.»

Я медленно удалялась от девчонок и чувствовала ещё некоторое время их взгляд. Мне тогда показалось или я на самом деле услышала, что Юля и Олеся разговаривая между собой сказали:

— «Девка точно чокнутая.»

Испарившись в снегопаде и медленно продолжая свой путь домой, я услышала, как заработал мотор и машина с пробуксовкой тронулась с места и уехала. Вскоре шум её мотора совсем исчез. Я осталась на улице совсем одна. Плавно летели снежинки и кружили в полёте, делая фигуры высшего пилотажа. Погода как по заказу, просто прелесть. Стояла полная тишина и лишь гудок тепловоза нарушал её. Незаметно я дошла до перекрёстка, за которым должен вот, вот показаться мой дом. В голове крутились всякие мысли, и я не помню, как вошла в квартиру. В сознание привёл резкий свет от лампочки в коридоре, который я сама же и включила. На будильнике было ещё без десяти шесть. Не снимая сапог, я села на кресло и погрузившись в размышления, задремала. Проснулась от резкого шума над головой. Это соседи что-то железное уронили на пол, то ли ведро, то ли кастрюлю. Испугавшись, что проспала, я взглянула на часы. Шёл одиннадцатый час дня. Позавтракав и пообедав за один раз, я посмотрела в окно. Снег по прежнему продолжал идти. Я набрала номер телефона и позвонила Юле с Олесей.

— «Ну что не передумала?» — услышала я в трубке голос Олеси,

— «Тогда мы выезжаем.» не давая мне ответить, закончила разговор и положила трубку.

Расправив волосы и накинув дублёнку на голое тело, я вышла из дома и отправилась к месту встречи. Машина уже стояла на обочине и девчонки ждали меня. Я увидела её по горевшим фонарям и ускорила шаг. Снег попадал в расстёгнутый ворот и ложился прямо на грудь. Растаявшие снежинки, превратившись в капли, стекали между грудей и дальше по животу вниз. Это было так здорово и одновременно щёкотно. Мои ощущения прервал голос Олеси.

— «А мы думали, что ты уже не придёшь.»- съёрничала она. Я села в машину и мы поехали. В разговор вступила Юля,

-«Не боишься, что об этом могут узнать твои соседи, или тебя случайно кто-то на улице узнает?»

Выдержав небольшую паузу, я ответила, нет.

Проехав метров сто, машина повернула направо и понеслась по проспекту. Я смотрела в окно, примерно замечая маршрут. Видимость была очень плохой, кое где были пробки, но мы всё равно не стояли на месте. Вот позади, остался шумный город, и мы выехали на окраину. Что бы, не было скучно, мы всю дорогу болтали с Олесей, стараясь не отвлекать Юлю от дороги. Иногда в вопросах и разговоре с Олесей проявлялась ирония, насмешка, но я старалась не обострять отношения и переводила всё в шутку. В этом мне помогло моё образование и работа психолога в «Центре по...„.Олесю в основном интересовало, что я чувствую, когда падаю и моя пи... оказывается в снегу, когда меня видят прохожие и когда рискую оказаться замеченной или пойманной. Юлю же интересовало, что я буду делать одна в степи, а так же если не успею до утра вернуться домой. У меня не было другого ответа, потому что я не знала сама. Я надеялась на лучший вариант, и просто мне не хотелось отступать, показав тем самым, что струсила. Тогда Олеся отстала от моей пи... и переключилась на грудь, которая ей казалась не четвёртого размера, пятого или даже шестого. На самом деле у меня был обыкновенный четвёртый номер, просто из-за её упругости вполне мог возникнуть обман зрения. Я в институте занималась спортом: лыжи, биатлон, зимнее многоборье и свою фигуру всегда поддерживала в форме.

Мы ехали рядом с железной дорогой и вскоре нырнули под мост. Вынырнув с другой стороны, и проехав немного, оказались в лесу. Я подумала, вот и приехали, но первая не спрашивала. Машина продолжала двигаться вперёд, всё дальше и дальше унося меня от дома.

На кольцевой развилке мы свернули вправо и помчались дальше. Юля сказала,

— „Справа начинаются озёра и у второго озера мы повернём налево.“

Я согласилась с ней и пыталась всмотреться вдаль, но ничего не было видно. Снегопад лишил меня этой возможности. Проехав ещё минут десять, машина медленно повернула налево. Дальше мы ехали, почти молча, и только минут через пятнадцать, двадцать Юля сказала,

— “ Прямо дорога в Сычёво, а на лево на Екатеринбург. Примерно через километр будет ещё один поворот на Сычёво. Вот на той дороге мы и отдыхали. Там есть очень тихое безлюдное место, но нам к нему не подъехать и мы высадим тебя почти напротив его.»

У меня от волнения по всему телу пробежала дрожь, хоть я уже почти целый час сижу на заднем сидении голая в одних сапогах. Свою дублёнку я отдала Олесе, и она укрыла ей свой ноги. Юля и Олеся были одеты довольно смело по сравнению с основной массой населения нашего города. Легкие полусапожки, чёрные колготки, примерно такая же дублёнка, но гораздо лучше чем моя, и распущенные волосы на голове. Вот и весь прикид моих спутниц, а что у них под дублёнкой я не знала, да и зачем мне это было нужно. Проехав примерно с километр, машина свернула с трассы направо и проехав ещё метров пятьсот остановилась.

— «Ну всё приехали!»- с восторгом и улыбкой сказала Олеся. Юля повернулась ко мне и ещё раз переспросила,

— «Может передумаешь. Мы обижаться не будем?»

Я не хотела менять своего решения и взглянув на часы поблагодарила Юлю и Олесю.

Я спросила Юлю,

— «Сколько мы проехали километров от дома?»

Юля взглянула на спидометр и без особого волнения ответила,

— «Всего двадцать четыре километра.»

Затем я открыла дверку и вышла на улицу. Снег даже в степи плавно падал и ласкал моё обнажённое тело. Мне показалось, что на улице даже теплее, чем в машине. Следом за мной вышла Юля. Осмотрев меня с ног до головы, она покачала головой и сказала,

— «Ну ты точно сумасшедшая или чокнутая, в общем это одно и то же. Так, слушай внимательно и запоминай, если пойдёшь прямо и за лесом свернёшь налево, то выйдешь на дорогу, где проезжали первый свёрток у кольца. Затем повернёшь налево, тем самым сократишь путь километров на два, и весь оставшийся день будешь идти по полю. Второй путь следом за нами, по той же дороге.»

В это время Олеся высунув голову в окно, тоже сказала своё напутственное слово,

— «Смотри, титьки свои и пи.. береги, а то отморозишь.»

Я спокойно ответила на эту колкость,

— «Спасибо на добром слове. Если отморожу, то подарю как экспонат, когда вернусь.» и обойдя машину спереди, пошла по краю дороги.

Я слышала, как Юля смеялась, а Олеся обзывала меня дурой, чокнутой, и другими словами, не подлежащими описанию. Затем я услышала, как заработал мотор, и они уехали. Проезжая мимо меня Юля посигналила и добавив газу скрылась в снегопаде.

Чтобы не заблудиться, я решила идти известной мне дорогой. В этих местах я никогда не была и поэтому искать новый путь, был не сезон. Когда пересекла трассу на Екатеринбург, то сразу спустилась вниз и отойдя от дороги метров двадцать, пошла вдоль по полю. Перед снегопадом снег сильно подтаял, и поэтому я изредка проваливалась чуть выше колен. Несколько раз падала, поскользнувшись или оступившись, кубарем скатывалась с небольшого пригорка, барахтаясь в свежем и пушистом снегу. Мне не было холодно, а даже наоборот, я чувствовала жар и теплое дыхание весны. Я проходила метр за метром, а за тем уже и километры пройденные мной по заснеженному полю и опушкам леса делали своё дело. Появилась небольшая усталость. Я старалась не отходить далеко от дороги и не очень часто, но слышала шум проезжающих машин. На часах уже было два часа дня.

Упав спиной на пушистый снег, я подняла вверх ноги. Так нас учили на тренировке, чтобы расслабиться и снять усталость с ног. Лежать было некогда, и через пять минут я была уже в пути. Охватившие разного рода мысли и сомнения возбуждали меня и мне это стало нравиться. Я наоборот стала рисовать в мыслях самые плохие картины своего пути. Ведь я была совсем одна, посреди полей и дорог, на которых я не могла попросить помощи или хотя бы узнать куда идти. Я была совершенно голая, если не считать сапог на ногах. От этих мыслей внизу живота стало как-то тепло, и нежданно меня накрыла волна оргазма. Я пала на снег и извивалась от наслаждения. Навязчивые мысли возбуждали меня ещё сильнее. Когда я успокоилась и опустив руки вниз по животу, прямо между ног, то почувствовала тепло. В районе клитора и половых губ чувствовалась ещё слабая пульсация. Мне было так хорошо, что я валяясь по снегу не чувствовала его. В этот момент я просто забыла, где я и что ещё предстоит мне впереди испытать, но всему приходит конец. Шум мотора какой-то огромной машины привёл меня в чувство. Встав со снега, вся мокрая, от слабости качало из стороны в сторону, я пошла дальше.

Я дошла до дороги и уткнулась в неё. Осторожно осмотревшись, я поняла, что это развилка второго поворота. Я перешла на другую сторону и повернула направо. Через два часа я дошла до кольца и обойдя его стороной стала приближаться к городу. Впереди ещё должен был быть переезд под мостом, а там как судьбе будет угодно. За время этого пути я неоднократно падала в снег и каталась от наслаждения. Моё влагалище просто истекало от переполненных впечатлений и новых ощущений. Из-за большого движения под мостом, мне пришлось, перебираться через железнодорожное полотно. Я несколько раз падала и скатывалась вниз. Выбившись из сил, мне с трудом удалось перебраться на другую сторону.

Я пала за кустами в снег и решила немного отдохнуть. Меня быстро запорошило снегом и лишь глаза моргали при каждой попадающей в них снежинке. Я положила свою руку на растущие волосы внизу живота и медленно пальцы стали протискиваться всё ниже и ниже. Я была на пределе, и только коснувшись клитора, моментально кончила. От счастья, я была на седьмом небе и мне не хотелось никуда идти, а просто наслаждаться тем что я получила от этого мощного оргазма. Время шло, а прятаться было негде, да и не лето, сидеть где-то в подвале или кустах голой весь день, если не успею вернуться до рассвета. Отлежавшись, минут десять, я стряхнула с себя снег и двинулась дальше.

Я шла по полю рядом с дорогой и слышала шум проезжающих машин. Они меня не видели и не знали о моём присутствии, а я следила за ними. В голове проносились недавние оргазмы, которые я испытала за семь часов пути. Я не знала, что со мной происходило в эти минуты. На меня находило что-то такое, что я не могла себе объяснить. Я была как сумасшедшая, каталась по снегу, извивалась вся, как змея, стонала, не скрывая своих чувств, что соседи могут услышать. Ползая и катаясь по снегу, я не могла себя контролировать, поэтому в такие моменты приходилось отходить от дороги дальше в поле. Если бы меня в это время меня могли видеть Миша и мои новые знакомые Юля и Олеся, то они бы точно сочли, что со мной случился приступ, бешенства или какой-то болезни.

Шёл уже девятый час, и было совсем темно. Даже белый снег не мог бороться с темнотой. Близилась ночь. Сколько пройдено и сколько мне ещё осталось идти, я не знала. В нормальных условиях во время тренировок мы пробегали за несколько часов по двадцать-тридцать километров. Даже если идти пешком, то можно его преодолеть за шесть семь часов. Я взглянула ещё раз на часы и с трудом рассмотрела стрелки, но понять, сколько время, не смогла. Оставалось только догадываться. Снег валил и валил, и я боялась, что он может перестать в любой момент. Я ускорила шаги и стала поторапливать себя, но у меня это плохо получалось. За ночь и день выпало много снегу, и идти становилось всё труднее и труднее. Я шла и шла, измеряя глубину снега. Ноги с каждым шагом двигались всё труднее, но вот моё хмурое настроение изменил силуэт здания, показавшийся в ночи. Слабый свет в окнах, это был сигнал, «Дошла до окраины города.»

Упав от усталости в снег, я лежала и прислушивалась к шуму города. Отдохнув и оглядевшись, сколько, позволяла возможность, я медленно стала продвигаться внутрь города. Обходя опасные места мне примерно за двадцать минут удалось пройти всего три дома. В частном секторе дома располагались не так далеко друг от друга. Если так пойдёт, то мне нужно будет три дня на всё про всё, чтобы оказаться дома. Прячась, где только возможно, я медленно продвигалась вперёд. Вот показался перекрёсток, где мы повернули налево, там ещё заправили машину на АЗС. Было хорошо видно как горели эти буквы, но переходить там было опасно и сместившись в сторону метров на двести, я перешла с трудом улицу Бажова и свернув во дворы, стала двигаться вдоль её. Эта улица проходила рядом с домом, всего один квартал и я туда часто ходила в магазин, а по дворам, прилегающим к ней, мы ходили с Мишей и показывали своё обнажённое тело прохожим. У меня немного отлегло на душе. Мой путь близился к завершению. Путаясь во дворах и между домами я немного отклонилась в сторону и оказалась рядом с Никольской рощей, где мы летом сидели с Мишей на скамейке и ели мороженное. Время не было ещё трёх часов ночи, и я вполне могла позволить заглянуть туда. В такую погоду и так поздно ночью в роще наверняка ни кого не было, а если бы кто и был, можно легко спрятаться за деревьями.

Эта ностальгия по мороженному, совсем расклеила меня. Тут же до кучи нахлынули и другие воспоминания и те, которые были несколько часов назад. Я почувствовала тепло внизу живота и пульсацию внутри влагалища. Сердце так колотило, что готово было выскочить наружу. У меня закружилась голова, и я едва успела ухватиться за дерево. Волна чего-то приятного надвигалась всё ближе и ближе. Опустив дерево, я медленно сползла и пала спиной в пушистый и мягкий снег. В роще он был такой девственный и ещё не тронутый солнцем. Его свежесть и мягкость обняла моё тело и у меня всё поплыло. Мне казалось, что земля пошла кругом и в это время наступил первый оргазм. Он был такой сильный и мощный, какой я не испытывала ещё никогда. Я не понимала, что это со мной происходит. Я ползала по снегу и зарывалась в него с головой. Стонать я не могла и сжав зубы просто издавала какие то звуки, уткнувшись лицом в снег.

Мои руки беспорядочно бегали по моему телу, гладили грудь, живот и промежность. Пальцы углубляясь между половыми губами, теребили клитор и жерло моего вулкана. Вход во влагалище был сильно влажный и мокрый, частично от снега, а в основном из за обильных извержений моего вулкана. Из него готова была вырваться вторая волна подступающего оргазма, потому что я чувствовала нарастающую пульсацию и сердце готово было выскочить. Я продолжала ползать и кататься по снегу. Мои руки загребали эти пушистые снежинки в сугроб и закидывали их на грудь, растирая по животу и промежности, пытаясь тем самым погасить пожар, пылающий внизу живота. Снег попадая во влагалище, не только не гасил, а наоборот разжигал меня ещё сильнее. Я уже потеряла счёт большим и маленьким извержениям, так как была почти без чувств и не могла пошевелить ни рукой не ногой. Левая рука, лежавшая на груди, и теребившая сосок, медленно сползла и утонула в снегу. Мои ноги так же раскинувшись в разные стороны, лежали без движения- погружённые в снег. Сердце стучало, как молот по наковальне и мне казалось, что этот стук могут услышать случайные прохожие.

Живот ещё дёргался от частых импульсов моего тела, как бы качаясь на волнах. Я смотрела на кроны деревьев и не понимала, что лежу уже так минут десять или пятнадцать. Снег меня хорошо припорошил, что случайные прохожие, две женщины вышедшие прогуляться по роще после снегопада, не заметили меня. Они прошли мимо в нескольких шагах и мирно о чём-то говорили. Я смотрела вверх и не понимала, где я и что со мной. Когда до меня донёсся их удаляющийся голос, я очнулась, как от дико звенящего будильника. Кругом стояло полная тишина, и снег уже перестал идти. Оглядев себя, я попыталась встать, и меня сразу бросило в сторону. Упав и зарывшись в снег, я снова повторила попытку и только на третий раз, держась за дерево, мне удалось подняться на ноги. Меня всю качало, и ноги не слушались. Пытаясь передвигаться, я сделала с трудом несколько шагов вокруг дерева и перешла ко второму, чуть не упав. Так от дерева к дереву я продвигалась вперёд к дому.

Когда я вышла на окраину рощи, на часах уже было семь минут пятого. Скоро все службы выйдут на очистку города. Эти слова, мысленно произнесённые в голове, привели меня в чувство. Оглядываясь по сторонам, я перешла улицу и не обращая внимания на вышедшего из подъезда дворника, пробежала мимо. Обойдя несколько домов, показался мой двор. Спрятавшись за мусорным баком, я огляделась по сторонам. В нашем подъезде со стороны двора все окна были тёмными. Значит, все ещё спали. Сделав последнее усилие, я подбежала к скамейке и достав ключ из расщелины, вошла в подъезд. Было тихо. Сняв сапоги, босиком поднялась на третий этаж, и открыв дверь, влетела в коридор. Закрыв за собой входную дверь и бросив сапоги на пол, я сползла по стене на пол и тяжело дыша, уселась на коврике в прихожей.

Осознав, что уже дома, я расслабилась и закрыв глаза просто пала на пол. В чувство меня привёл стук ведра на лестничной площадке, наверное, сосед выносил мусор, и уронил ведро на бетонные ступеньки. На часах, было около одиннадцати часов дня. Получается, что я отключилась и проспала, скорчившись в прихожей, целых пять часов. У меня затекли ноги, и я кое-как встала, держась за стенку. Войдя в ванную и включив свет, я перекинула ногу через край ванны и чуть не упала. Сил почти не осталось. С трудом держась за края ванны, перекинув вторую ногу, я свалилась в воду. Она уже остыла, но мне показалась она горячей. Открыв горячую воду и налив из термоса горячий чай, я удобнее устроилась. Воды становилось всё больше, и вот я уже вся лежала погружённая в ней, по самую шею. Выпив несколько кружек горячего чаю и прогревшись поистине в горячей воде, я через пару часов вылезла из ванны и пошла на кровать. Я, хотела есть, но не было сил, и я рухнула на кровать. Моё раскрасневшееся тело то ли от недавней прогулки и купания в снегу, то ли от горячей воды, лежало совершенно голое на белой простыне. Мне было жарко, и не укрываясь, я быстро уснула.
Продолжение дальше...

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2729
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои фантазии. Перевоплощение

Сообщение 03 июл 2019 06:47

Мои фантазии. Перевоплощение.
Часть 2. Эксгибиционистка...
.

Проснулась уже под вечер от телефонного звонка. Звонил Миша и спрашивал, где я была вчера. Сославшись на новых подруг, я в трёх словах попыталась его успокоить, что у меня всё нормально. Миша в свою очередь меня предупредил, что задержится ещё на день или два, возникли какие-то проблемы. Я сказала ему,

— «За меня не волнуйся, делай все свои дела и приезжай. У меня много новостей и я их потом тебе расскажу.»

После разговора по телефону я встала и качаясь, пошла на кухню. В животе всё урчало, и я сильно хотела есть. Не давая разогреться, я ела котлету холодной и запивала водой из-под крана. Наконец-то набив свой желудок, чем попало, я снова рухнула на кровать. Спать я уже не хотела. Время было двадцать минут двенадцатого, и я решила позвонить Юле и Олесе.

Мой звонок их очень обрадовал и удивил. Они не думали, что я смогу добраться за один день и мне придётся кантоваться где-то с утра до вечера, пока не стемнеет. Мне очень повезло и в виду того, что они торопились в клуб, мы договорились встретиться завтра утром у меня дома.

Я лежала на кровати и вспоминала некоторые эпизоды моего путешествия. Время шло незаметно и я не помню, как уснула. Разбудил меня звонок в дверь. Соскочив с кровати, не одеваясь, я пошла открывать. На площадке стояли Юля и Олеся. Они так же были одеты, как и три дня назад. Я открыла дверь и впустила их. Впервые, когда они сняли дублёнки и прошли в комнату, я увидела их полупрозрачные блузки. Сквозь их просвечивали пышные и красивые груди второго, а может третьего размера. Они были такие же упругие, как и у меня, поэтому девчонки не носили бюстгальтер. На бёдрах висела короткая мини юбка из дорогой джинсовой ткани. Это было видно по её качеству. Я стояла перед ними совершенно голая и сама об этом забыла. Это, наверное, желание ходить голой, перерастало в привычку. Опомнившись, я сказала:

— «Извините за мой вид. Только что встала. Сейчас я накину халат.» — и уже собралась идти в спальню.

Меня остановила Олеся,

— «Если тебе удобно так ходить, то пожалуйста. Ты нас нисколько не смущаешь своим видом.»

Девчонки сели на диван, а я пошла ставить чайник, что бы попить чай с тортом, который они купили по дороге ко мне.

Мы долго болтали, и я им рассказывала о своём путешествии. Они в шутку или у них было своё мнение на этот счёт, называли меня чудачкой, сумасшедшей и ещё многими разными словами. Мне с ними было хорошо, и я на них не обижалась, поэтому сочла их высказывания в мой адрес, как комплимент. Когда уходили, на последок Юля спросила,

— «Ну что теперь больше не захочется так рисковать и испытывать судьбу?»

Я не долго думая, без зазрения совести решительно ответила,

— «А почему бы и не повторить, пока есть возможность и силы, да и Миша вернётся только через пять дней. Он сегодня звонил и предупредил меня.»

Юля и Олеся открыли рот, и молча, смотрели на меня таким взглядом, как будь-то я луну с неба достала, а затем Олеся выдала,

«Ну ты совсем без тормозов, ведь один раз получилось, так радуйся, второго может и не быть.»

Я не стала с ними спорить, а пригласила их завтра утром, обсудить эту новую мою идею, второго путешествия голой по окраинам и просторам родного города. Когда я закрывала за ними дверь, я Юле сказала,

— «Подумайте, если у вас есть время, про южную окраину города. Я там была лет восемь назад, когда ещё в школе училась и мама была жива.»


Юля пообещала и они ушли. На улице было тепло, и яркое солнце делало свою работу. В основном выпавший недавно снег почти растаял, и я решила подумать о запасном варианте. Сходив на стройку, я взяла там своё спрятанное пальто, и положив его в пакет, решила увезти и спрятать где-нибудь на окраине, или там где мне его будет легче взять, если другого пути не будет. Сев в автобус, я отправилась на юг города. Проехав железнодорожный вокзал, мне в глаза бросились гаражи, расположенные справа от дороги. Доехав до остановки кафе «Меридиан», я вышла. Осмотревшись, я увидела нагромождение разных конструкций и всякого хлама. Это было самое подходящее место. Незаметно я затолкнула пакет под кусок бетона и вышла на дорогу. Дождавшись автобуса, я вернулась домой, по пути купив чего-нибудь перекусить.

Остаток дня и всю ночь я отдыхала. Рано утром я предварительно приготовила ванну и горячий чай в термосе и поставила его в ванной комнате. Вскоре пришли Юля и Олеся. Мы решили вместе позавтракать и обсудить детали. Они меня начали отговаривать, ссылаясь на погоду, но я стояла на своём. Наконец они сдались. Свои упорством, я вывела из себя даже Юлю, которая казалась мне гораздо спокойнее, чем Олеся. Юля в резкой форме ответила мне,

-«Если хочешь на юг, увезём тебя хоть до Казахстана.»

Я отшутилась,

«В Казахстан не надо, у меня нет загран паспорта, если можно, то где-нибудь поближе.»

Тут Олеся что-то вспомнила и с радостью на лице сказала,

— «А поехали на нашу старую дачу, которую мы забросили лет пять назад. Там и природа отличная и рыбалка, ну в общем как тебе нравится.»

— «Далековато будет оттуда пешком идти, но зато может это её успокоит.»- и переглянулись между собой.

Не понимая, о чём они говорят, я сказала,

— «На дачу, так на дачу, хоть и бывшую. Я согласна.»

— «Остальное пусть вас не беспокоит»

Я встала из-за стола и вышла в коридор. Надев сапоги и дублёнку, я вернулась и с радостью заявила,

— «Я готова!»
Юля и Олеся вообще обалдели, но поняв, что спорить со мной бесполезно,

— «Что, прямо сейчас поедем. Может подождём когда снег снова пойдёт?» — вставая из- за стола, сказали они, в один голос.

— «Это может, был последний снег этой зимы и до следующей не будет, а ждать столько времени я теперь уже не хочу.» — сказала я в ответ и застегнув пуговицы, пошла к двери.

В машине Олеся спросила меня об одной услуге,

— «Можно снять начало моего похода на камеру, а так же когда я буду купаться и ползать по снегу голая?»

Я с радостью согласилась,

— «Только мне нужна карнавальная маска, чтобы закрыть глаза. И ещё чтобы об этом знали только мы втроём.»

Они завернули домой и взяв маску и камеру мы двинулись в путь. Позади, остался вокзал, и то кафе, где я была ещё вчера. Погода была отличная, и машина ехала очень быстро. Мелькали дома, высокие заборы разных заводов и прочие строения. Дорога была хорошая и я не успевала читать указатели, что бы хоть как то ориентироваться. Проехав станцию Исаковский, мы повернули на юг. Доехав до развилки, Юля сказала,

— «Раз ты не хочешь ехать в Казахстан, то повернём направо и поедем на дачи.»

Мы ещё долго петляли по лесным и полевым дорогам. Чтобы не забуксовать, Юля выбирала только хорошую дорогу, хоть и было ехать дальше. Проехав три или четыре населённых пункта, название двух я успела прочитать, Старокамышинск и Бажово, а два других пролетели как то незаметно. В районе Луговой, мы повернули направо и через пару километров остановились. Виднелось, что-то непонятное, оставшееся от бывших строений. Мы вышли из машины. Я была уже давно без дублёнки и при встречных машинах просто ложилась на заднее сиденье. Время было десять минут второго. Юля взглянув на спидометр, решила меня напугать,

— «Ничего мы намотали, сорок четыре километра!» «Может найдём поближе место?» -ещё раз спросила Юля. Я сказала, что меня это вполне устраивает. Солнышко пригревало хорошо, даже крыша у машины была тёплой.

— «Ну давай ныряй в снег, мы тебя сейчас будем снимать!» — с чувством какой то радости и насмешки сказала Олеся.

Я, надев очки, спустилась с дороги и направилась в поле. Кое-где ещё было прилично снега, и я начала валяться. Перекатываясь с боку на бок и кувыркаясь, я обтирала себя снегом и не забывала про грудь и промежность. Это меня начинало возбуждать и я немного успокоила себя. Мне не хотелось это делать при дёвчонках. Юля сама предложила мне сделать это и тогда я приложила все усилия, чтобы всё произошло очень бурно и запомнилось им надолго. Через несколько минут, от того, что за мной с пристрастием наблюдают Юля и Олеся, я сильно возбудилась. Обтирая себя снегом и толкая его в промежность и насыпая между грудей, я превзошла саму себя. Волна оргазма захлестнула мой разум, и я бурно кончила. Лёжа на снегу, я смотрела на небо. Плыли лёгкие облака и светило солнце. Полежав несколько минут, я встала и подошла к Юле и Олесе и спросила,

— «Ну что, впечатляет?»

Юля спросила,

— «И как часто у тебя это происходит во время пути?»

— «В первый раз было что-то около девяти или десяти раз, а что будет во второй, не знаю. Один уже есть!»- ответила я и перевела разговор на другую тему.

Я спросила у Юли, как примерно идти и где лучше обойти людные места и сократить путь. Юля как могла, так и объяснила. Попрощавшись с девчонками, я пошла через поле по направлению к лесу. Юля развернула машину, и они уехали. Теперь я была предоставлена самой себе.

Отойдя подальше от дороги, я повторила и возбудившись до изнеможения я стонала, каталась по снегу и так бурно кончила, что сама не ожидала. Ведь после первого раза прошло всего полчаса. Немного отдохнув, я продолжила свой путь.
До вечера я шла по полям и небольшим лесным массивам. Если попадала на пути дорога, то я старалась узнать по указателям, куда она идёт, что бы хоть примерно ориентироваться. Не обошлось и без проколов. Чтобы узнать название населённого пункта, мне пришлось пройти километра полтора, а затем вернуться назад. К ночи мне очень повезло, и я узнала дорогу, по которой мы ехали. Всю ночь я шла почти без остановок. К утру, пройдя через большой лесной массив за ночь, в котором я дважды изнемогала от возбуждения и прячась за деревьями, как сумасшедшая каталась по снегу.

Утром я вышла к развилке на Казахстан и оставив перекрёсток слева, отошла от дороги на безопасное расстояние, чтобы меня не смогли видеть с дороги. Весь день я крадучись шла вперёд к цели. Станцию Исаковская мне пришлось обходить чуть ли не за километр. Дальше я двигаться не могла и отойдя в сторону занялась собой. Я не жалела себя и своё тело. Возбудившись до предела и изнемогая, я сама не зная, что творила с собой. Чувства и ощущения, которые я испытывала, я просто не могу объяснить. Обессилев и упав без чувств, я провалялась на опушке леса в снегу неизвестно сколько времени. Конечно, я могла простыть и потерять сознание, а впоследствии, замёрзнуть ночью, но то, что я делала с собой, это было выше моих сил.

С наступлением темноты, я пошла дальше. Теперь мне нужно было собрать все силы, а иначе придётся проводить день на окраине города в каких-нибудь развалинах и сидеть тише воды, что бы не выдать себя. Я пересекла развилку железнодорожных путей и приблизилась как можно ближе к дороге. Прячась за всякими предметами и всем, что может укрыть меня от проезжающих машин я уверенно шла вперёд. Две небольшие задержки случились на кольце. Мне пришлось долго пережидать поток машин, но чем становилось темнее, тем машин проезжало всё меньше и улучшив момент, мне удалось преодолеть этот сложный участок.

После второго кольца у развилки Троицкого тракта, я облегчённо вздохнула, выйдя почти на финишную прямую. Осталось несколько километров по прямой, вдоль железной дороги. Пропуская локомотивы и случайных прохожих, а так же рядом проходящие машины, я устремилась вперёд. Силы были на исходе. Приходилось пережидать лёжа в снегу, а затем короткими перебежками преодолевать открытые участки пути. Время поджимало, а рисковать было нельзя, слева железная дорога, а справа гаражи и если бы кто меня заметил, то ему не составило бы труда сделать со мной, что он хотел, а тем более я сама пришла голая и готовая, раздевать не надо. Пока я преодолевала этот участок, я сильно перетрусила. Но всё же судьба была на моей стороне. Добравшись до кафе, я ползком, так как там было много свету, нашла пакет с пальто и скатившись в кювет со снегом немного расслабилась. Пересилив себя, и сжав зубы, я собрала всю себя в единое целое и молча, без стонов и ползаний по снегу испытала сильный оргазм. Кончив, я ещё долго лежала, зарывшись в снег, и смотрела в небо. Были слышны разговоры мужиков и смех девушек. Отъезжали и приезжали к кафе машины. Шла полноценная ночная жизнь.

Я встала и спрятавшись одела пальто. Отряхнувшись от снега, я вышла на остановку и сев в первый попавшийся автобус поехала ближе к дому. Через несколько остановок автобус повернул и я вышла. Дальше я добиралась пешком. Домой пришла уже в восьмом часу. Измученная и уставшая, я не раздеваясь зашла в ванну и там сняла сапоги и пальто, а затем залезла в воду. Я не чувствовала, что она была холодной, но открыв горячую воду, легла на дно ванны. Пока вода набиралась, я немного отлежавшись, принесла хлеб и колбасу, налив чай стала с жадностью кусать наскоро сделанный бутерброд и запивать. Двое суток у меня не было во рту ни крошки, если не считать снег. Это была и вода и еда. Немного придя в себя, я пошла спать. После двух суток на ногах у меня просто не было сил.

После этого приключения, я проспала весь день и ночь, лишь вставая по нужде и по пути закинуть в желудок небольшой бутерброд. Утром, половина шестого меня разбудил телефонный звонок. Девчонки потеряли меня и пытались дозвониться, а я отключила его, когда пришла домой и только включила под утро надеялась, что вдруг Миша позвонит. Но он спохватился только вечером. Через час раздался звонок в дверь, приехали Юля и Олеся. Впустив девчонок, я шатаясь пошла на кухню. Видя моё состояние, они увели меня на кровать и сами решили приготовить, чего-нибудь пожрать. Через час мы сидели за столом, и я впервые за трое суток ела горячую пищу. Потом мы пили чай и доедали торт, оставшийся с первого раза. Юля мне посоветовала, для восстановления сил, нужно есть шоколад, и я достала вазу с конфетами и почти половину уничтожила одна.

Постепенно я рассказала Юле и Олесе всё о своём путешествии. Они очень восхищались и одновременно ругали меня. Я была полностью довольна своим решением и то, что всё получилось. Я сидела в кресле совершенно голая и зная, что Юле и Олесе на это наплевать, не собиралась даже накинуть халат. На кухню и в ванную, я проходя мимо них, замечала их взгляды на себе. При каждом шаге мои груди покачивались, как бы подпрыгивая в такт. Постепенно я стала приходить в норму, но круги под глазами ещё говорили о бессонных ночах.

Тут я вспомнила о том, что перед началом моего похода, они снимали на камеру. Мне было очень интересно. Я никогда не видела себя со стороны, а тем более в таком ракурсе. Я как то невзначай напомнила Олесе об этом и она сжав голову, ойкнула,

— «Ой дура, совсем забыла. Диск у меня лежит в сумочке.»

Олеся встала с кресла и пошла в прихожую. Я смотрела ей вслед и глядя на её фигуру и походку, восхищалась ей. Сумочка лежала на полочке и Олеся стала наклоняться, чтобы взять её. Во время наклона, юбка и без того короткая, приподнялась вверх и я увидела, что под ней не было нижнего белья. Чтобы убедиться окончательно, я нечаянно уронила чайную ложечку и наклонилась поднять её. Рука шарила по полу, а мой взгляд был устремлён в прихожую. Я пыталась рассеять свои сомнения и оказалась права. У Олеси действительно не было плавок, а капрон держался на поясе для чулок. Юля уловила мой взгляд и следила за мной и моим поведением в возникшей ситуации. Поняв моё любопытство, они стали под разными предлогами, что-то у меня спрашивать и вскоре я поняла, что они обе одеты одинаково. Во время просмотра двадцати минутной записи я изнемогая от возбуждения незаметно опустила руку к низу живота и стала незаметно продвигать пальцы дальше. Я сидела голая, и это нельзя было не заметить. Ближе всех ко мне сидела Олеся. Она положила свою руку мне на бедро и так же медленно стала поглаживать, продвигать её мне между ног. Поняв, что она хочет, да и я не скрывала этого своим поведением, я навалилась на спинку кресла и расслабилась. Юля вышедшая в это время на кухню подошла ко мне сзади и положив руки на плечи, стала гладить их и постепенно опускаться к груди. Моя грудь и промежность оказались во власти двух моих новых подруг. Мне было хорошо, и я слегка постанывала, наслаждаясь лёгкостью прикосновений и нежностью рук Юли и Олеси.

Олеся присев передо мной как бы случайно раздвинула ноги, и я увидела чисто выбритый лобок и всё остальное. Её рука коснулась моих половых губ и раздвигая их пальчиками проникла внутрь. Затем она встала и отошла в сторону, оставив своё занятие. Юля, гладившая мои груди и плечи, вышла из-за спинки кресла совсем голая. Её низ живота был так же, чисто выбрит, и это было так необычно и возбуждающе. Юля заняла на полу передо мной место Олеси, а Олеся стала снимать блузку и короткую юбочку и подошла ко мне сзади, заняв Юлино место.

Через несколько минут мы были уже в спальне и наслаждались, доставляя друг другу массу удовольствия. Когда желания Юли и Олеси были полностью удовлетворены, они взялись за меня. Я не знала, что со мной происходит, кружилась голова, перед глазами всё плыло, как в тумане. Сердце готово было вот-вот выскочить, а что происходило с моим влагалищем, и внутри него, невозможно было описать. Волны оргазма, одна за другой, накрывали меня, и я не помню, как провалилась в небытие. Я лежала без сознания; раскинуты руки и ноги в разные стороны говорили о том, что меня только что изнасиловали две прекрасные мои подруги. Я, потом вспоминая, даже представить себе не могла, что две девушки это сделали в сто раз лучше, чем десяток мужиков.

Когда я пришла в себя, всё повторилось снова, и я опять потеряла сознание. До вечера я ещё дважды, возбуждённая до предела своими подругами падала на кровать без чувств.

С наступлением темноты они уехали. Им нужно было идти на работу в клуб. Я обессилевшая сползла с кровати и на четвереньках доползла до стола. Сев в кресло, я налила ещё тёплый чай и доела оставшиеся бутерброды. Немного отдохнув я разогрела кашу и поджарив колбаску с яйцом подкрепилась. Выпив крепкого кофе, я доела остатки шоколадных конфет и легла спать. Я слышала, что звонил телефон, но не было сил встать и подойти. От всего этого я так крепко спала, что даже не слышала, как звонят в дверь. Предполагая, что я в отрубе, они сходили в магазин и купив продуктов, позвонили мне из магазина, а потом снова вернулись. Во второй раз я их услышала и впустила. Сообразив что-нибудь на стол, мы повторили вчерашний день, а так же и следующий. От сильных оргазмов я теряла сознание, а Юля и Олеся все наши кувыркания в постели снимали на камеру.

Три дня подряд Юля и Олеся меня насиловали и трахали как хотели. Я отдыхала только ночью, а всё остальное время находилась в полуобморочном и бессознательном состоянии. Я не выходила из квартиры и ела только то, что они приносили с собой или готовили на скорую руку. Вечером третьего дня я сказала,

«Девчонки, завтра приезжает Миша и мне всё надо привести в порядок, а у меня уже нет сил, даже дойти до ванной. Я обмочила уже всю кровать. Давайте, продолжив всё при следующем удобном случае.»

Я не думала, что они поймут меня и так отнесутся к моим словам. Они решили, что если я молчу, то можно делать со мной всё. Юля и Олеся быстро помогли мне навести порядок и почистить постель, что бы, не было всяких запахов, а Я потом весь вечер её сушила феном. Прибрав на кухне, и приготовив лёгкий ужин, мы посидели ещё часик, и они уехали, пожелав мне не пуха не пера.

Миша приехал в одиннадцатом часу. По моему виду он сразу всё понял, что я не отдыхала, а где то бегала голая и трясла своими грудями целую неделю. Накрыв на стол и покормив Мишу, я начала свой подробный рассказ, упустив контакты с Юлей и Олесей. Миша быстро возбудился и потащил меня в постель. В течении остатка дня и ещё прихватив немного ночь, Миша периодически возбуждался после моего рассказа и трахал меня, изливая во влагалище своё семя и заставляя изнемогать от оргазма моё тело.

Так закончилась суббота, и наступило воскресенье. Проснулся Миша в возбуждённом состоянии, и мы с ним продолжили вчерашний разговор. Мише было интересно всё, что я чувствовала во время своих походов, и периодически продолжал меня трахать. Весь день мы только этим и занимались. Пока он ходил в магазин, я успела немного отдохнуть. После обеда всё продолжилось снова. К вечеру я уснула, даже не поужинав. Я так устала и была измотана, что ничего не хотела.

Утром Миша ушёл на работу и не заставив себя долго ждать, приехали Юля и Олеся. Первым делом они спросили меня,

— «Ты рассказала своему мужу про нас?» — и услышав ответ нет, обрадовались.

— «Правильно, пусть об этом он не знает. Это наше женское дело.»-добавила Юля.

Выслушав мой рассказ, и то чем мы занимались, мы позавтракали и так ненавязчиво, Олеся спросила,

— «Ну что, ты к подвигу готова сегодня, или после встречи мужа ты совсем шевелиться не можешь?»

Я не хотела показать свою слабость, да и обижать подруг не охота было, что они зря что ли ехали ко мне и я сказала,

— «Я ведь не мужик и мне не нужно, что бы у меня стояло. Надо чтобы входило в меня то, что у кого есть.»

— «Ну ты и сказала!»-ответила рассмеявшись Юля.

Девчонки скинув с себя по паре тряпок оказались совершенно голые и не смотря на июльскую жару, мы стали заниматься любовью, доводя друг друга до оргазма. Дальше они переключились на меня, и я опять стала терять сознание. Юля и Олеся притащили с собой разные игрушки из секс-шопа и пробовали их на мне. Так как я была в полусознании и часто совсем теряла его, то мне было всё равно.

Ближе к пяти часам они закончили и быстро собравшись, ушли. Вечерами, Миша слушая мои рассказы, не давал мне покоя, трахая меня по несколько раз за вечер.

Такой кошмар продолжался всю неделю. В течении дня, когда я теряла сознание и не понимала, что со мной происходит, Юля и Олеся трахали моё безчуственное тело, применяя свои игрушки, разной длинны и размеров, многие они мне даже не показывали. Вечером продолжал Миша. Я не могла возразить и попросить отдыха, потому что пришлось бы всё объяснить ему. А Юля и Олеся, поняв, что мне это нравится и я, после сделанных записей на диске, буду молчать, пользовались этим и пробовали на мне все свои фантазии. Эти съёмки они делали специально, чтобы сильнее привязать меня к себе, а в свободное время получать удовольствие от просмотра.
Продолжение дальше...

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2729
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои фантазии. Перевоплощение

Сообщение 03 июл 2019 06:48

Мои фантазии. Перевоплощение.
Часть 3. Побег мужа, и моё необычное состояние...
.

Прошла неделя. Измотанная до предела, я в субботу не смогла подняться с постели, подкашивались ноги и тогда я сказала Мише,

— «Делай что хочешь, но я очень устала и хочу спать.»

Все выходные я провалялась в постели и лишь иногда вставала выпить кофе и перекусить. Настроение было на нуле. Вечером позвонила Юля и спросила про моё самочувствие. Затем узнала, иду я на работу завтра или нет. Услышав ответ, что иду, попрощалась и положила трубку.

На работе меня не узнали. Мой вид, даже после косметики, не скрывал моей усталости и изнеможенности. Я похудела на три с половиной килограмма, хотя и не была полной. Сослуживцы, это в основном женский коллектив, сперва не узнали меня, а потом подумали, что я заболела. Я призналась, что плохо себя чувствую, и ушла к себе в кабинет.

Так прошла неделя, и силы постепенно начали восстанавливаться.. Миша стал задерживаться на работе и однажды после очередного отказа заняться любовью в третий раз за вечер, устроил мне скандал. После второго такого скандала, он собрал вещи и ушёл. Я сначала расстроилась, но потом плюнула на всё и успокоилась.

Юле и Олесе я ничего не стала говорить, просто хотела немного со всем разобраться и поправить здоровье. Они иногда звонили и интересовались, не собирается ли мой муж в командировку. Я спокойно отвечала,

— «Вон на диване лежит, газету читает. Сейчас пойдём за продуктами.» На этом мы прекращали разговор до следующего раза.

Так прошёл месяц, и целый месяц я не встречались с Юлей и Олесей. Я всегда вечерами вспоминала их, когда просматривала оставленные ими два диска, где были наши первые встречи у меня дома. Однажды я увидела на улице знакомую машину и вечером решила позвонить. Миша не появлялся, и оставленные им запасные ключи, я убрала подальше с глаз. Соврав, что Миша уехал на сутки, я пригласила девчонок в гости.

Они привезли мне ещё с десяток дисков с записями и накрыв на стол, мы сели пить чай и включили первый попавший диск. На экране я была без сознания и не могла всё это помнить и видеть раньше, поэтому смотрела с большим интересом.. Юля и Олеся следили за мной и не выдержав, через полчаса предложили мне вспомнить то, что происходило на экране.

Теперь у меня в этом городе остались только они, и работа, и я не хотела после мужа потерять ещё и подруг. Я согласилась и выключив компьютер мы продолжили делать всё в живую. Когда всё закончилось и девчонки уехали, я почувствовала, что-то новое в наших отношениях, а также появилась масса новых ощущений. Хотя я и теряла дважды сознание, я всё равно чувствовала себя потрясно после месячного перерыва.

Прошёл ещё день, и я опять позвонила Юле с Олесей, сказав, что муж задерживается ещё на два-три дня. После работы, вечером они были у меня. В девять они должны были быть в клубе и два дня по три часа мы делали всё, что могли успеть, но нам этого времени не хватало. Три дня я готовила почву для выходных и решила отправить мужа, которого у меня не было уже полтора месяца в гости к родителям на выходные. Легенда, придуманная мной, прошла и подруги очень обрадовались.

Двое суток, за исключением времени, когда Юля и Олеся работали в клубе, мы провели в постели у меня дома. Я решила отпустить тормоза и просто съехала с катушек. Позволив делать, что они хотят, я наслаждалась. Таких мощных оргазмов я не испытывала уже давно. Юля и Олеся не обращали внимания на то, что я теряла сознание и была сама не своя, они навёрстывали упущенное время и очень соскучились по тем экспериментам, которые они проделывали со мной когда я была в отключке, да и я скучала по общению с ними.

Короткие встречи меня не устраивали, а из-за работы я не могла позволить себе несколько лишних выходных и договорившись с начальницей, Верой Фёдоровной, я стала подрабатывать в свободное время и на подмене своих сотрудниц. Так за два месяца у меня накопилось целая неделя и я написав заявление, ушла на продолжительный отдых. Мой отдых совпал с днём рождения Юли, и я ломала голову, что ей подарить.

Накануне купив цветы и набор косметики, который ей нравится, я ещё подписала поздравительную открытку.

Дорогая Юля!!!
Поздравляю тебя с днём твоего рождения!
Хочу пожелать, чтобы все твои мечты и желания сбылись и всё что ты хочешь достичь в своей жизни у тебя, пусть сбудется. Марина.

Далее написав на листке бумаги небольшое дополнение к своему поздравлению, и приклеила его ниже.

Разреши в знак любви и уважения, в дополнение вручить тебе тело, обладателем которого является девушка, вручившая сей подарок, сроком на пять дней. В течении данного срока именинница может делать с этим телом всё, что угодно, для исполнения своих желаний и фантазий. По истечении пяти дней, тело должно быть возвращено её владелице в целости и сохранности.

Эта идея мне очень понравилась и я даже как-то возбудилась. Я позвонила девчонкам и спросила, кто ещё будет на вечеринке. Олеся мне ответила,

— «Посторонних не будет никого. Родители уже поздравили и не приедут. Кроме нас ещё будут сродные сёстры, ты их уже раньше видела и они про тебя тоже знают. В общем, будут все свои люди. Можешь не комплексовать.»

Услышав эту новость, я обрадовалась.

Вечеринка началась очень весело. В доме было очень тепло и поэтому одеты были все более свободно, так как мужского населения не было и даже не предвиделось. Все поздравляли Юлю и вручали ей подарки. Поднимали тосты, и пили лёгкое красное вино. Дошла очередь и до меня. Вручив цветы и набор косметики, я стала зачитывать поздравление. Первая часть была воспринята весело, когда я начала читать вторую, то это было что-то такое, чего я даже сама не ожидала. Я услышала в свой адрес столько комплиментов и восхищений моей смелостью, что даже покраснела. Юля подбежала ко мне и расцеловала меня прямо при всех в губы. В их семье это было нормой поведения и все знали о увлечениях друг друга, но такого подарка ни кто не мог себе позволить.

Когда закончилась вечеринка, Юля показала мне комнату, которая стала моей на пять дней. Так, как все были в подпитии, то, не стесняясь, устроили небольшую женскую оргию, на шесть персон. Через несколько часов, я уже была в отключке, а затем и вообще потеряла сознание. Видя, как со мной обращаются Юля и Олеся, сёстрам тоже захотелось попробовать и прикоснуться ко мне. Мне было всё равно. Я очень соскучилась по сексу и отдалась в их руки полностью с головой.

Лена, родная сестра Юли и Олеси, проявила ко мне чувства жалости и когда я оставалась одна, она с помощью нашатыря приводила меня в чувство и давала чего-нибудь поесть и уталить жажду. У Лены была стройная фигурка и красивое тело. Её низ живота тоже был чисто выбрит, и сбоку была небольшая татуировка, в виде цветка. Грудь была примерно третьего размера, но очень упругая, а соски торчали, как у шестнадцатилетней девочки, хотя ей и было то всего двадцать один год. Её пышные обесцвеченные волосы были распущены и лежали на плечах. Лена была самая младшая из трёх сестёр и самая застенчивая, хоть и не в чём, не уступала Юле и Олесе.

Пять дней я провела в доме у сестёр и за это время они испытали на мне весь свой арсенал секс игрушек. Такого количества я не видела даже в магазине, когда однажды зашла туда вместе с Юлей и Олесей. Всё, что было собрано за несколько лет, сейчас использовалось на мне за пять дней. От такого новшества и разнообразия, я испытывала сильные оргазмы и просто истекала лёжа на кровати. Часто теряя сознание, я не чувствовала, что со мной делают и узнала об этом лишь по записям, сделанным на видеокамеру.

Когда всё закончилось, и Лена помогла мне прийти в себя, я чувствовала себя, как загнанная лошадь. Ноги еле передвигались и я с трудом сидела. Когда приехали Юля и Олеся, они помогли мне одеться и добраться до дома. Лена изъявила желание остаться со мной. Я очень была рада такой компании и полу лёжа, полу сидя на кровати, мы с ней весь вечер болтали. Лена отдала мне семь дисков с записью, что со мной делали её родные и сродные сёстры. И когда я осталась одна я не спеша просматривала их и была просто в ужасе от увиденного. Так же меня охватывала радость и гордость за себя, что я всё это вынесла и получила массу наслаждения и удовольствия, чего я до этого не испытывала больше двух месяцев.

Всё ещё испытывая неудобство при ходьбе, через три дня я вышла на работу и услышала лесные слова в свой адрес от Веры Фёдоровны,

— «Мариночка ты не будешь против, если дадим тебе дополнительную работу? Когда надо будет возьмёшь отгулы.»

Я с радостью согласилась. До весны было не так уж много времени, а я хотела повторить свой первый поход, предельно усложнив себе задачу. Оставшуюся часть зимы я закаливала свой организм, и своё тело, как только могла. В любой мороз и ветер на мне всегда были только сапоги и дублёнка на голое тело. На голову иногда одевала шапку. В сильный мороз моё тело выглядело как варёный рак, но меня это не останавливало не перед чем. Мои прогулки продолжались несколько часов, а в выходной я почти весь день бродила по улицам и лишь из любопытства заглядывала в магазин. Своё увлечение показывать голое тело прохожим я не оставляла и использовала для этого любой удобный случай. В сильный мороз и ветер, это вызывало шок у тех, кто глядел на меня и моё обнажённое тело. Для остроты ощущений, я иногда перед прохожими, в зависимости от того, что они мне говорили, садилась голой задницей в снег и видела, как им от этого становилось самим холодно.

В середине марта, когда весна стала брать всю свою власть в свои руки, я написала заявление на отгулы. К тому времени у меня накопилось две недели. Уговорив Юлю и Олесю и положив в пакет десятка два бутербродов, я уговорила их увезти меня по трассе на Уфу туда, куда они сочтут нужным. Погода стояла просто удивительная, тепло, яркое солнце, с крыш не просто капал таявший снег, а бежали ручьи. Брызги от проезжающих машин летели в разные стороны и люди шарахались от них.

Выехав за пределы города, я сняла с себя пальто и смотрела по сторонам, через полчаса машина повернула направо и ещё через несколько километров остановилась на обочине.

— «Всё приехали.»- сказала Юля.

Было уже половина десятого утра, но на дороге было довольно тихо. Метрах в ста от дороги виднелся небольшой лес. Переждав, когда проедет очередная машина, я попрощавшись с подругами, побежала через поле в лес. Юля и Олеся смотрели мне в след и не переставали повторять,

— «Вот сумасшедшая!»

А Олеся в ответ,

— «Нарвётся на кого-нибудь, так будет знать, как голой по дорогам бегать.»

Вскоре, Юля и Олеся, немного проехав вперёд, развернулась и поехала обратно. Через несколько минут вообще исчезла за поворотом. Я осталась одна, на опушке небольшого лесочка. Снег был не очень глубокий, и я лишь изредка проваливалась по колено. Падать, конечно, приходилось очень много, так как земля под снегом была неровная, и я часто спотыкалась.

За двое суток я прошла довольно много, но окраин города ещё не было видно. Впереди шла лесополоса. Держась на небольшом расстоянии от дороги, я совершенно выбившаяся из сил шла вперёд, измеряя своими ногами глубину снега. Выйдя на лужайку, залитую весенним солнцем, я пала на снег, широко раскинув руки и ноги. Всё моё тело изнемогало от возбуждения, а конечности от усталости. Мне стоило только прикоснуться рукой к моему влагалищу, как сильная волна оргазма обожгла мне низ живота. Я стонала и извиваясь ползала по снегу. Ради такого удовольствия можно и потерпеть. Я лежала вся в снегу и глядя на голубое небо, думала,

— «Как хорошо и как прекрасна жизнь.» — и я готова была отдать всё за такое, хоть и короткое наслаждение.

Сколько я пролежала с закрытыми глазами я не помню. Мне казалось, что я парю над лесом и смотрю на своё тело, лежащее посреди поляны. Оно было погружено в девственный снег, сверкающий своими снежинками на солнце. На моей груди, животе и бёдрах, тоже лежал белый снег и серебрился в лучах весеннего солнца. Капли растаявшего снега стекали по моему телу вниз. Было очень красиво наблюдать за собой со стороны, и я тогда подумала,

Вот замёрзну здесь, и найдут меня какие-нибудь мужики и будут глядеть на моё красивое, окоченевшее тело и говорить,

— «Какая красивая была девушка, какие у неё груди, какая фигура и....»

От этих мыслей, пролетевших в моей голове, что то кольнуло в бок и я испуганно открыла глаза. Ощупав себя с ног до головы и убедившись, что всё на месте, я встала и отряхнулась от снега.

— «Не надо расслабляться, если хочешь жить и наслаждаться всеми её радостями.», сказала я себе тогда и пошла дальше.

Пока я шла до окраины леса, это, что произошло со мной на поляне, не вылетало у меня из головы и только когда впереди открылось чистое поле, я переключилась на другое. Передо мной стояла теперь другая задача, как днём пройти через поле и продвинуться до наступления темноты, как можно дальше в город. Где перекатываясь, где переползая, я за два часа смогла преодолеть только половину. Тут стало темнеть и солнце спряталось. Я тогда подумала,

— Хоть бы дождя не было. К моему счастью пошёл снег, хоть и не такой густой. Это позволило мне пройти приличное расстояние и обойти несколько строений на окраине. Но счастье было недолгим и я опять прячась, где можно и как придётся, поползла дальше. Ближе к вечеру снег вновь повалил и я уже не скрываясь, смогла вдоль берега реки продвинуться вглубь города. С наступлением темноты, я уже почти достигла окраин центрального парка и не обращая на голоса, раздававшиеся где то недалеко, ползла вперёд, как учил военрук в школе. Моя грудь разгребала впереди меня снег, и остальное тело ползло по неглубокой канаве. Сверху сыпал небольшой снег, а на прогулочных тропинках, где стояли фонари, включили освещение. Когда я подползала к тропинке, преграждающей мне дальнейший путь, я вставала и оглядевшись, перебегала на другую сторону.

С каждым часом становилось всё темнее и темнее. Людей становилось на улице меньше, да и какой дурак в такую слякоть пойдёт гулять. Только я. Наконец парк закончился, и показались дома. Это была та улица, по которой мне нужно было двигаться дальше. Я тогда обрадовалась, что так удачно выползла. Раньше мы в парке часто бывали, и я знала почти каждый его уголок. Может это мне и помогло тогда правильно выбрать направление.

Осмотревшись, я забежала в первый двор и прячась стала продвигаться ближе к дому. Не обращая внимания на снег и лужи, я теперь шла напролом. Отступать было некуда. Если я до утра не дойду, то меня точно заметят и упекут в психушку. Это придавало мне сил. Добравшись дворами до тролейбусного парка я свернула налево и прячась за гаражами, я оказалась во дворе, где стояла моя родная 62я школа. Осталось совсем немного и сделав последний рывок и не обращая внимания на прохожих, наверное, идущих на работу, я бежала не чуя под собой ног. Вскоре показалась моя улица и двор, где я переведя дыхание и оглядевшись по сторонам вошла в подъезд, предварительно взяв ключ по скамейкой. Войдя в подъезд и забежав на третий этаж, я не встретила никого. Наш дом ещё спал.

Открыв дверь и войдя, я села на пол, просто от усталости подкосились ноги, и не было сил встать. Переведя дух, я на четвереньках доползла до кровати и упала на мягкое одеяло. Как уснула, я не помню. Проснулась поздно вечером. Вся постель была мокрая и грязная от сапог. Да и я была не чище своих сапог, потому что много раз падала и в лужи и в снег. Меня шатало из стороны в сторону. Стянув сапоги, я пошла первым делом на кухню. Сильно хотелось есть и в живот уже почти прилип к позвоночнику. Немного перекусив, я привела в порядок себя, приняв ванну, а затем, сменив постель снова увалилась спать. Проснулась от звонка в дверь. Пришли меня навестить Юля и Олеся, а с ними приехала в гости и Лена. Я очень обрадовалась её приезду и пригласила в дом. Мы сидели, пили чай, и я всё им рассказала о своём путешествии. Лена была очень удивлена. Юле и Олесе это было не впервой и поэтому они отнеслись более спокойно.

Отлежавшись несколько дней, мы встретились, и я заговорила об отдыхе, где-нибудь в лесу или на даче. Тут Юля и говорит,

— «У нашего деда есть домик в лесу. Он там летом живёт.»

— «А сейчас, где ваш дедушка?»- спросила я.

— «Он сейчас в военном госпитале, раны с войны подлечивает. Он каждую весну ложится на месяц или два.»- добавила Лена и продолжив:

— «Мы часто ездим к нему в госпиталь, чтобы не скучно было.»

Утром рано все вчетвером мы поехали к этому домику. Он был расположен в пригороде, километрах в тридцати. Дорога проходила далеко от него и там всю зиму никто не ездил. На внедорожнике, мы не спеша, почти по целине доехали и я увидела уютный уголок на опушке леса.

Небольшой, срубленный из брёвен, домик, примерно шесть на четыре, стоял у самого леса. Вокруг был небольшой забор, сделанный из жердей. Рядом с домиком тянулась метров на десять крыша, у которой была всего одна задняя стена. Рядом с домом был колодец. Вода здесь была рядом и я заглянув туда, видела чётко своё отражение. Мне эта тишина и уют в лесном краю очень понравился и скинув с себя пальто и сапоги, я стала бегать по снегу босиком совершенно голая. Сёстры смотрели на меня и кричали мне в след,

— «Сапоги хоть одень сумасшедшая!»

Мне было всё равно. Такая тишина и присутствие моих лучших подруг так расслабило меня, что я упав в снег стала кататься и кричать,

— «Как хорошо то здесь! Спасибо вам, что привезли меня сюда!»

Затем встав, вся в снегу, я подошла к сёстрам и стараясь задеть их за живое сказала,

— «А вы что такие грустные, боитесь простыть или смелости не хватает?»

Олеся, сославшись на то, что ей нужно растопить печь, ушла в дом, и вскоре над крышей поднялся лёгкий дымок. Юле и Лене не хотелось быль трусихами, и они зашли в дом и через пять минут уже в одних полусапожках бегали за мной, пытаясь вывалять в снегу. Минут через двадцать к нам присоединилась и Олеся. День был очень тёплый. Градусник висел у окна на солнечной стороне и показывал семнадцать градусов тепла. На снег невозможно было спокойно смотреть. От яркого блеска слезились глаза.. Одной убегать от троих было трудно и вскоре они меня поймали и свалив в сугроб, стали визжа и смеясь катать и закидывать снегом. Я, поддавшись им, раскинув руки, лежала, тяжело дыша от такой пробежки. Сердце колотилось, и готово было выпрыгнуть. Закидав меня всю снегом, они ушли в домик греться. Я немного полежав, тоже встала и стряхнув с себя весь снег, пошла в домик.

Мы пили горячий чай и слабое красное вино, веселились и разговаривали. Нам было хорошо и ничего нас не беспокоило. Через час мы устроившись на кровати занялись сексом, удовлетворяя друг друга. Я была очень возбуждена и начала стонать. Услышав мой стон и издаваемые мной звуки, сёстры все втроём переключились на меня. Каждый делал, что хотел, и подступившая волна оргазма накрыла меня. В голове всё пошло кругом и я отключилась.

Не заметив этого, девчонки продолжали доводить меня до сумасшествия. Я всё это наблюдала сверху, как будь то поднялась и парила над ними и видела как моё тело елозят по кровати и толкая пальцы и руки, куда только можно возбуждают меня, то есть моё тело. Я была где-то далеко от них, и мне нравилось за всем наблюдать со стороны, словно я смотрела запись на видео. Когда они поняли, что я отключилась, решили немного меня охладить и привести в чувство. Взяв меня под руки и за ноги, они вынесли меня на улицу и положили на снег. Растирая мне лицо и грудь, они не смогли ничего добиться, даже делали искусственное дыхание. Затем проверив аптечку и не найдя там ничего, они ушли в домик и вышли через пять минут уже одетыми. Дальше я уже ничего не видела, наверное, была далеко от них. Очнулась я от резкого запаха и открыв глаза, увидела испуганную Лену и Олесю. Они держали перед моим носом ватку и тёрли чем-то мне виски. От неприятного запаха, я закашляла и стала чихать. Оглядев всё по сторонам, я спросила,

— «Что со мной случилось, и как я попала домой?»

Девчонки пожимали плечами и не могли ничего сказать. Они стали меня расспрашивать, помню ли я что и я рассказала, что видела их и себя сверху, и что они со мной делали. Как добрались до дому, ни помню совсем. Юля спросила,

— «Не где ничего у тебя не болит?» и я ответила,

— «Нет.»

После этого Лена мне сказала,

— «Когда мы тебя одевали и садили в машину, то стукнули тебя, а потом ещё раз, когда вытаскивали из машины уже во дворе.»

Я ощупав себя в указанных местах не ощутила ни какой боли. Лена сказала,

— «После такого удара точно шишка вскочила бы и синяк огромный был бы на руке.» Но мы ничего этого не нашли и даже спустя несколько дней, тоже ничего не появилось.

На другой и третий день мы всё повторили снова, и я опять видела себя сверху, что с моим телом делают девчонки, и как я валяюсь на снегу. Затем всё исчезало и только вечером, когда меня привозили домой, и давали мне понюхать нашатырь, я приходила в чувство, но ничего не помнила. Я даже не чувствовала, что со мной происходило, пока я была без сознания или как говорят в трансе. Это новое, что я не могла объяснить, для меня стало таинственной загадкой и мне хотелось её разгадать. Я просила девчонок повторять это каждый день и снимать всё на камеру, когда я буду без сознания, и они так и делали.
Продолжение дальше...

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2729
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои фантазии. Перевоплощение

Сообщение 03 июл 2019 06:49

Мои фантазии. Перевоплощение.
Часть 4. Раскрытие тайны...
.

За две недели накопилось около сотни отснятых дисков, но посмотреть их пока у меня не оставалось времени. Юля Олеся и Лена каждое утро привозили меня к дедовскому домику и после чаепития, когда они доводили меня до состояния оргазма, я теряла сознание и падала без чувств. После этого я как бы взлетала над собой, и какое-то время видела себя и своих голых подруг со стороны. Затем проваливалась в бездну и ни чего не помнила и не чувствовала. Девчонки делали со мной что хотели в течении всего дня. Как бы случайно выбрасывали моё тело на свалку и бомжи, увидевшие его, были шокированы. Пока они очухивались, моё тело перевозили на другую свалку, или в какие-нибудь развалины, где на меня тоже натыкались бомжи.

Один раз, бомжи, потрогав мои руки и поняв, что я не труп, а нахожусь в отключке, просто изнасиловали меня и позвали ещё своих друзей, которые тоже были не прочь трахнуть девушку с такой фигуркой и грудями четвёртого размера. Они меня трахали, сколько хотели и всё это на глазах моих подруг. Юля и её сестры побоялись оказаться на моём месте и не стали меня выручать, пока не появился удобный момент. Лена успевала только снимать. Бомжи сами были грязные и меня весь вечер елозили по грязи. Когда меня привезли домой поздно вечером, то кое-как отмыли мои волосы и моё тело, всё испачканное в глине и земле.

Через три дня после этого со мной произошёл странный случай. Когда я была без сознания, со мной ясно и чётко заговорила мама, а потом я её увидела так ясно, как будь то она жива и стоит передо мной. Рядом с ней стояла какая-то бабушка, и мама мне говорит,

— «Вот познакомься Мариночка, это твоя бабушка. Наконец то я её нашла.»

Я была в шоке и не знала что ответить. Я впервые видела свою мать после похорон во сне. Прошло уже двенадцать лет, как я осталась одна. Тут заговорила бабушка,

— «В 1942году, я встретила молодого офицера. Его звали Степан. Через день он уезжал на фронт, и я пообещала его дождаться. У нас была всего одна ночь, после которой родилась твоя мама. Я назвала её Верочкой. Мне хотелось верить, чтобы Стёпа вернётся. Наш завод эвакуировали на Урал, и мы со Степаном потеряли друг друга. Когда стали набирать добровольцев на фронт, я пошла медсестрой, в надежде увидеть Степана и быть ближе к нему. Твою маму, т. е. Верочку, я оставила со своей сестрой. Сестра через полгода умерла и Верочку отдали в приют. После войны мы искали вместе со Степаном её, но никто не знал, куда уехал приют, кто говорил, что дальше в Сибирь, а кто на юг в Узбекистан. Вскоре у нас родилась ещё одна девочка, а через год третья. Верочку мы не переставали искать, но все следы были утеряны.»

Тут мама мне сказала,

— «Сегодня мы больше не можем говорить, если сможешь, то продолжим завтра.»

После этого я стала приходить в чувство. Вокруг меня стояли мои подруги и спрашивали меня,

— «Марина ты, что-то говорила, когда была без сознания?»

Я ничего не помнила и не могла понять, о чём идёт речь. У меня в голове всё ещё стоял разговор с моей мамой и бабушкой, которую я вообще никогда не видела. Я старалась вспомнить каждое слово и понять их смысл. Мне необходимо было продолжить разговор завтра и я сразу сказала Юле, Олесе и Лене,

— «Пожалуйста, помогите мне. Завтра я должна быть без сознания, что бы кое что понять и разобраться в своём прошлом.»

Девчонки согласились без проблем. Я снова встретила маму и бабушку. Они уже ждали моего прихода в их мир. Бабушка стала рассказывать,

— «Девочек назвали Нина и Таня, это твои родные тетки. Они сейчас живут с тобой совсем рядом, в пригороде. И ещё, Нина Степановна, это мама Юли, Олеси и Лены. А Татьяна Степановна — мама Ани, Яны и Светы.

Тут я не вытерпела и спросила,

— «Значит мои новые подруги, это мои сродные сёстры, о которых я даже не подозревала, что они есть!.»

В разговор вступила мама,

— «Да, это на самом деле так и есть. Теперь у тебя есть шесть сестёр, две тёти, дядя и дедушка.»

А где мой папа, спросила я у мамы,

— «Он погиб от пули бандитов в шестьдесят девятом году, когда увёз меня в роддом и возвращался обратно поздно ночью. Его похоронили без меня и только сказали мне об этом через неделю, когда я выписалась из больницы.»

Тут вступила в разговор бабушка,

— «У нас к тебе есть одна очень большая просьба. Ты должна помочь своим сёстрам и самой себе, как когда то поступила твоя мать.»

— «А что случилось?» — спросила я у бабушки и она мне рассказала,

— «Твоя мама, моя старшая дочь, тяжело заболела и ей нужна была операция очень сложная. Выжить был один шанс из тысячи. Тебе тогда было три года. Врачи ей говорили, что проживёт ещё лет десять, это максимум, если без операции и она отказалась. Она полностью посвятила себя твоему воспитанию и протянула до пятнадцати лет. Сейчас это простая операция, а тогда их только начинали делать и шансы выжить были невелики.»

Дальше бабушка замолчала и продолжила мама,

— «Теперь ты должна спасти своих сестёр и себя. Есть одно условие, если вы все согласитесь и ты в первую очередь, согласна пожертвовать своим телом.»

— «Если ни кто не будет лукавить и обманывать других, то возможно ты ещё и увидишь всех, но уже другим взглядом на это будешь смотреть.»

— «О том, что нужно будет сделать мы тебе расскажем завтра, а сейчас тебе пора.» — и мама с бабушкой исчезли.

Я почувствовав резкий запах, стала приходить в чувство. Всё что я только что узнала, для меня был шок и счастье. Оказалось, что я не одна и у меня много близких родственников. Я знала их и не могла даже подумать об этом. Но как об этом всё рассказать моим подругам, то есть сёстрам, они могут не понять меня и посчитают, что я сошла сума. Но мне ничего не оставалось делать, и когда я полностью пришла в нормальное состояние, я решилась. Мне было тогда без разницы, что с моим телом сделали сёстры за весь день развлечений. Я даже не смотрела на себя, а старалась лучше разглядеть Юлю, Олесю и Лену. Они для меня были такими родными, и я так радовалась этому, что они заметили, что со мной что-то происходит.
Лена спросила меня,

— «Что случилось?» и я всё подробно им рассказала.

Пока я рассказывала, они молчали и не могли сказать ни слова. Потом Юля сказала,

— «Многое, что ты сейчас нам рассказала, мы слышали от нашей бабушки и ты этого действительно не могла знать. Так же мы знали, что у нашей мамы была старшая сестра, но она никогда её не видела и мы её все искали, но безрезультатно.»

Тут Ленка не выдержала и закричала,
— «Вот как хорошо, что ты нашлась, теперь у нас есть ещё одна сестра, седьмая!»

А затем добавила,

— «А говорят, что никакой связи с потусторонним миром нет. Неправда это!» — и крепко обняла меня.

Мы весь вечер обсуждали это событие и ломали голову над тем, что хотят сказать бабушка и моя мама, от чего хотят нас защитить. Радости не было конца...

Утром всем не хотелось делать то, что они привыкли делать с моим телом каждый день, и мне пришлось их уговаривать. Мы приехали в дедушкин домик и всё начали делать с неохотой, как и раньше. Где то через час с небольшим, у меня закружилась голова и я упала без сознания.

Тут же передо мной встал образ мамы и бабушки. Бабушка спросила меня,

— «Ну что не передумала или у тебя есть что то другое в замен.»

Я ответила,

— «Согласна, и хочу узнать всё подробно, что мне нужно сделать.»

Тогда бабушка сказала, что мама тебе объяснит лучше. Мама, посмотрев на меня, сказала,

— «Ты не виновата в своей болезни, о которой тебе говорил врач. Это тебе передалось по наследству от твоей прабабушки. У неё было бешенство матки, и она творила невесть что. Возможно, и у сестёр тоже есть небольшие отклонения. Чтобы помочь вам всем, вы все должны искупить свои грехи и расстаться с ними, через твоё тело и только ты обладая такими способностями сможешь помочь и себе и твоим сёстрам. Мы со своей стороны постараемся очистить твоё тело и снять с него порчу, а затем вернём его тебе. Только вы должны успеть, это сделать, до двадцать первого апреля. Если опоздаете или постараетесь слукавить и тем самым обмануть свою судьбу, то тогда ты навсегда можешь остаться с нами.»

После небольшой паузы бабушка сказала,

— «Это проклятие лежит на нашем роду уже два века и появилась возможность снять его, так как ты обладаешь редкой возможностью, быть посредником. Ты вправе отказаться и вернувшись назад, всё останется по прежнему, тогда ни вы и ни кто не может предсказать что с вами случится, так как вами руководят чувства и эмоции, а не разум.»

Я спросила у бабушки,

— «А почему до двадцать первого апреля нужно успеть?» — и бабушка ответила,

— «Это годовщина смерти твоей матери. В следующий раз контакт может произойти только через двенадцать лет. Это очень большой срок и может многое за это время случиться.»

Услышав эти слова я не раздумывая согласилась. Увидев на лице мамы и бабушки улыбку, я услышала слова одобрения.

— «Молодец внучка, я знала, что ты согласишься. Мы поможем тебе, только не жалей своё тело, это просто оболочка, в которой на земле находится сознание человека.» — сказала мне бабушка на прощание и их образ исчез.

Когда я пришла в себя, я всё подробно рассказала своим сёстрам и просила сообщить Ане, Яне и Свете, чтобы они тоже приехали.

Сегодня было седьмое апреля и у нас оставалось две недели. Узнав новость, после обеда приехали Аня, Яна и Света. Мы долго всё обсуждали и обговаривали. Когда между собой сёстры разобрались, они обратились ко мне.

— «Марина!- нам тебя очень жалко, и мы не хотим тебя потерять, не успев найти. Мы пока не понимаем, что нам нужно будет делать и какие после этого будут последствия.»

Я сама не знала и вспоминая разговор с мамой и бабушкой почему то решила так,

— «Вам подскажет ваш внутренний голос, если вы будете честны перед ним.» и дальше,-
«Вы должны, насколько я понимаю, повторить всё плохое, что совершили в жизни и для этого использовать моё тело, но при этом контролировать себя и во время остановиться, чтобы не нанести моему телу открытых травм.»

— «Мне придётся находиться в этом необычном состоянии довольно долго, пока всё не кончится, но не позже двадцать первого апреля. Получается, что я ваша старшая сестра и прошу не подвести меня, а значит не жалеть моё тело, и тогда мы сможем обо всём поговорить с вами.»

— «Всё это время я не смогу с вами общаться и подсказать вам, что делать. Полностью полагайтесь на своё чутьё и инстинкт. Это поможет вам. Я если смогу, то как-нибудь дам вам знак или ещё что-нибудь, ну я не знаю сама, что меня ждёт.»

Уже поздно вечером, мы легли спать. Я ещё долго ворочалась и думала о завтрашнем дне и не помню, как уснула.
Продолжение дальше...

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2729
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои фантазии. Перевоплощение

Сообщение 03 июл 2019 06:50

Мои фантазии. Перевоплощение.
Часть 5. Искупление...
.

Утром, взяв с собой камеру и упаковку дисков, мы сели в машины и поехали за город. Из еды взяли, у кого что было, с надеждой докупить позже. Было тепло, но пролетал небольшой снежок. Я подумала, что это знак посланный мамой и бабушкой и успокоилась.

Дорога к домику была сильно грязная и вся в слякоти (мокрый не растаявший снег, лежащий в лужах), а на полях и в лесу ещё много было снегу. Весна была в этом году тёплая, но поздняя и снег долго не таял. Истопив печь и накрыв на стол, мы сели перекусить и немного согреть душу горячим чаем. Аня и её родные сёстры немного стеснялись нашей наготы, но всё же разделись, как и все. Стульев на всех не хватало, и сидели кто где смог. Лена стояла у меня за спиной и когда она наклонялась, чтобы взять что-то со стола, её грудь ложилась мне на голову. Настроение у всех, было ни какое, в преддверии грядущих испытаний.

Началось всё как обычно, но я никак не могла сильно возбудиться. Девчонки, меняя друг друга, пытались изо всех сил, и только когда Света стала своей худенькой ручкой водить и гладить вокруг клитора, а затем медленно её рука стала проникать вглубь влагалища, у меня участилось сердцебиение, и закружилась голова.

Вскоре, я начала куда-то проваливаться и потеряла сознание. Голова свалилась на бок, а руки и ноги, как плети лежали на кровати. Последние три раза и в этот раз, когда теряла сознание, я не видела себя сверху, или со стороны. Поэтому, рассказать, что со мной происходило дальше, я не могу, так как ничего не помню.

Всё то, что со мной делали мои сёстры, я описываю со слов Лены и что увидела на записанных дисках. Кое-что было мной импровизировано, чтобы не было пробелов во времени. Если вы готовы об этом узнать, то читайте дальше:

Когда я упала без сознания на кровать, девчонки взяли меня и вынесли на улицу, положив недалеко от машины на снег. Мои волосы, раскинувшись веером, лежали в воде и мокром снегу. Все ходили вокруг меня и не обращая внимания на них просто наступали сапогами, втаптывая в снег. Юля достала коробку с игрушками из секс магазина и все по очереди начали трахать меня сначала во влагалище, а потом и в задний проход. Чтобы было безопасно, игрушки, имеющие причудливую форму, чем-то смазывали, а затем медленно вводили их во влагалище и попку. С каждым разом диаметр этих синтетических и резиновых штук становился всё больше. Мой организм и ткани моего тела, находящегося в бесчувственном состоянии, не оказывали никакого сопротивления и поэтому были расслаблены, позволяя тем самым растягиваться. Кожа и слизистая оболочка внутренних органов была очень эластичная, и даже самые большие игрушки в виде огромных членов, входили почти без проблем.

За несколько часов такой растяжки моё влагалище и задний проход были похожи на две огромные дыры, внутри которых были видны мои внутренние органы. При виде этой картины девчонки сильно завелись и после небольшого перерыва, стали заталкивать туда свои руки. Сначала по одной, а позже уже и две вместе и даже три руки. Так что можно представить, на что стало похоже моё влагалище. Позже стали проделывать то же самое и с задним проходом. В ход пошло всё, что можно было засунуть внутрь моего тела, бутылки разных калибров, разные ёмкости.

Самая младшая из сестёр и маленькая, Света предложила очень интересный вариант. Она легла на пол и согнув левую ногу, прижав пятку к ягодице, выставила вперёд своё острое колено. Смазав его, Юля и Аня взяв меня под руки, а Яна и Олеся за ноги, стали опускать меня тем самым насаживая на колено влагалищем, как на член. Моё тело медленно скользило вниз по колену и через несколько минут уже мои ягодицы коснулись живота Светы. Длинна колена была чуть больше тридцати сантиметров и в диаметре, как литровая банка, ну может чуть толще. Девчонки проделали эту процедуру со мной ещё несколько раз и придерживая оставили сидеть, как будь то насадили на кол. Придерживая голову, они по очереди сфотографировались со мной в таком ракурсе и сняв, положили опять на снег.

Моё тело лежало во дворе с раскинутыми в разные стороны ногами. Лена проходя мимо, нечаянно запнулась и зацепив носком сапога снег, пнула его по направлению моей промежности. Часть снега попала во внутрь влагалища и заметив это, девчонки просто стали забрасывать туда снежки. Вскоре всё влагалище было забито снегом и задний проход тоже. Всем это понравилось и вытряхнув всё они повторили снова. Теперь моё тело стало служить ёмкостью для снега, воды и других предметов. У кого что-то появлялось новое, то сразу примеряли, как это будет смотреться внутри влагалища или заднего прохода. Вскоре не осталось ничего, что не побывало бы там. Чтобы не мочить свои руки лишний раз в снегу, иногда просто брали любую ёмкость: ведро, ковш и т. д., зачерпнув снег, высыпали его мне во влагалище или прямую кишку.

Немного подустав, все пошли немного перекусить и попить чай. Моё тело оставили лежать в луже. Лене стало немного жалко меня, но она одна не могла перенести на более сухое место. Взяв за ноги, Лена волоком стала тащить моё тело по мокрому снегу и по талой воде. Света увидев это, стала снимать на камеру, а остальные просто наблюдали. Мои волосы, и без того уже мокрые, волочились следом за мной. Оттащив меня в сторону, Лена присоединилась к своим сёстрам.

Пообедав, они по очереди, а то и вдвоём, взяв моё тело за ноги стали таскать его по снегу и лужам, а за тем и вовсе приподняв его, бросили в сугроб. Тело провалилось полностью, и лишь торчали босые ноги. Вытащив меня, они повторяли снова и снова, пока не устали. Несколько раз меня спускали с небольшого косогора и моё туловище кубарем, как придётся, скатывалось вниз. Проваливаясь по колено, а в ямках и того глубже, Юля и Яна вытаскивали меня и злясь, что им самим пришлось посидеть голой задницей в сугробе, они снова скидывали меня вниз и теперь другие лезли доставать моё тело.

До конца этого дня меня таскали за ноги по снегу и лужам, бросали моё тело в сугроб и толкали в задний проход и влагалище, разные предметы. Вечером, Юля и Олеся уехали на работу, а вместе с ними и Аня с Яной. Лена и Света остались в домике. Моё тело хотели положить на пол, но потом передумали и оставили на крыльце около дверей.

Утром Света и Лена оттащили моё туловище и бросили на снег около колодца. Умывшись, они решили вымыть и меня. Зачерпнув воды из колодца, Лена вылила её мне на ноги и между ними, а затем облила мои груди и живот. Растопив печь и приготовив чего-нибудь пожрать, Света и Лена сели за стол. Вскоре приехали остальные. Увидев моё тело, лежащее у колодца, они вошли в домик и спросили,

— «Почему у вас Маринкино туловище валяется без присмотра, вдруг бродячие собаки съедят.»

— «Мы её толь ко что умывали из колодца.»- ответила Света.

Девчонки разделись и все вышли на улицу. Было тепло. Ночью температура не опускалась ниже нуля, а днём поднималась до плюса пятнадцати. Кругом всё таяло и уже появились кое-где проталины. На дороге появилась грязь. В течении дня очень сильно подтаяло и даже во дворе и около домика было много грязи. Весь второй день моё тело таскали по двору и продолжали растягивать и до того растянутое влагалище и задний проход. Юля привезла много новых и более крупных резиновых игрушек. Иногда вместо одной, толкали по две и даже по три, только разного диаметра. На ночь эти игрушки оставляли внутри моего тела, чтобы не сжимались ткани. Теперь моё тело было не только всё мокрое, но и вымазано в грязи, чёрное как земля. В конце дня, перед отъездом, Аня что-то сказала Юле и они, надев на ноги сапоги, прицепили моё тело широкой стропой к машине и одевшись, сели в машину и поехали в город. Ехали медленно, так что бы Лена и Света с камерой успевали идти сзади. Моё тело тащилось по колее, как раз в самой грязи. При пробуксовке грязь летела сверху на меня. Руки и волосы волочились сзади, бороздя липкую весеннюю глину вперемешку с землёй. Проехав метров триста, они отцепили моё тело и поехали на работу. Лена и Света, взяв по одной верёвке в руки, потащили меня обратно. Сильно устав они бросили меня в грязи, где недавно стояла машина и сняв верёвку и сапоги с моих ног, ушли в дом. Моё тело весь вечер лежало посреди двора и не раз Лена и Света, выходя на улицу, проходили мимо, втаптывая мои волосы в землю. Позже они перетащили моё туловище рядом с крыльцом и укрыли старыми половичками.

Третий день начался с разминки. Девчонки приехали уже раздетыми, так как была сильная грязь, и они сняли всё с себя на повороте. Света сняла их приезд и то, как они босиком шли к домику, утопая по щиколотку в весенней каше, состоящей из снега и грязи. Насобирав в вёдра грязь и заполнив ей небольшую ямку, глубиной сантиметров двадцать пять, Юля и Олеся, взяв моё тело за ноги протащили по ней несколько раз туда и обратно, предварительно заткнув уши и нос ваткой. Моё туловище почти полностью погружалось в эту вязкую жижу, а освобождённое влагалище и задний проход черпали эту грязь и в итоге были полностью ей забиты. Положив меня рядом с колодцем, Аня вымыла моё лицо и убрала ватку из носа. Яна и Лена приступили делать массаж моей груди, используя для скольжения грязь. Мои груди ходили из стороны в сторону, и от этого моё тело всё елозило по грязи. Девчонки, проходя мимо, обязательно ставали на мои волосы и втаптывали их в грязь, делая вращательные движения ногами, словно танцевали твист. Иногда, кто-нибудь смелый, вычищал из влагалища и заднего прохода грязь, а затем промывал водой из колодца. Впоследствии, всё забивалось снова и так без конца. Юля как я раньше догадывалась, завидовала моей груди, и она вместе с Леной принимали самое активное участие в массаже. Затем подтащив тело к крылечку, они положили его на бок, а грудь на ступеньку и придерживая со сторону спины ногой, а все остальные в это время ходили, перешагивая через меня и наступая на грудь. Потом положили на другой бок и ходили по другой груди и так весь день. Тут Света предложила сделать ещё одну ступеньку и это всем понравилось. Принесли небольшое бревно и две доски. Прибив одну доску к бревну и крылечку, положили на неё обе груди. Затем второй доской прижали груди к первой и тоже прибили. Расстояние между двумя досками было всего сантиметров пять, зато обе груди полностью лежали на новой ступеньке. Теперь можно было ходить сразу по обеим грудям и топтать их. Все так увлеклись этим, что не заметили, как подкатил вечер. Волосы были втоптаны полностью в грязь, и их почти не было видно, а груди лежали на досках, как две лепёшки. Иногда Света вставала на них и устраивала танец, не отрывая ног от грудей. Они ходуном расползались под ногами в разные стороны. К вечеру две торчащие и упругие груди четвёртого размера частично лежали на досках, а какая-то часть свисала вниз. За три дня достигнув такого, сёстры были в азарте. На ночь моё тело оставили у крыльца и прикрыли половичками, что бы, не отрывать доски.

Этой ночью Лене приснился сон. Утром она всем рассказала его, посчитав это за знак от меня. Она видела, что я её просила не жалеть моё тело и освободить свои души от грехов, зависти и злобы. Все должны закончить свои дела, которые не доделали в детстве или юности, и помочь тем, кому не смогли помочь. На этом разговор со мной во сне закончился.

Сёстры задумались, и каждый перелистывал страницы своей жизни в голове. Тишину нарушила Лена.

— «Сестрёнки? Давайте честно глянем в глаза друг другу и не стесняясь разоблачения выплеснем всё наружу. Пусть всё уйдёт прочь через тело Марины. Ведь не зря же она жертвует им ради нас всех. Ни мы не она не знаем, что будет с ней, но назад дороги нет!»-выпалила она одним залпом и напоследок добавил,

— «Я всегда смеялась над бабушкиными грудями и завидовала Марине и я всё это выплесну сейчас на эти груди лежащие на досках.»

Лена встала и подошла к крыльцу. Встав на мои груди, она начала их топтать и растирать, как половой тряпкой по полу. Затем взяв одну грудь в руки, он стала её выкручивать, как бы выжимая тряпку. За ней последовала вторая грудь и опять топтание. На помощь ей пришла Юля. За несколько часов груди были так измочалены и чем-то напоминали ласты дельфина. Аня, Яна и Олеся нашли в сарае какой-то мазут и ведро с сажей. Высыпав всё это на землю, и сверху полив мазутом они закидали это грязью и глиной. Освободив моё тело из-под досок, и вставив ватку в нос, за ноги затащили его на средину этой кучи грязи. Катая и переворачивая, тело было так вымазано, что самый чёрный цвет, был гораздо светлее. После этого, положив моё тело лицом вниз, они раскинули в разные стороны руки. Юля достала из под живота мои груди, и оттянув их в разные стороны, положила по бокам. Раскинутые ноги позволили Ане и Яне лазить руками во влагалище и заднем проходе. Со стороны это было похоже, что они роются в грязи и что то ищут. Остальные втаптывали в грязь из мазута и сажи мои волосы и вставая на груди скользили на них по грязи, как на льду. Войдя в раж, Лена встав на колени и взяв в руки левую грудь. стала делать имитацию мытья пола, выжимая и выкручивая грудь она снова брала её в руки и возёкала ей из стороны в сторону. К ней присоединилась Юля. Вместе они с такой силой это делали, что всё тело шевелилось из стороны в сторону. Олеся вылила остатки мазута на голову и закидав грязью делала такие движения, как будь то моет мне голову. В конце голова была похожа на сплошную липкую лепёшку. Сёстры Аня и Яна упорно запихивали и вычищали всё в заднем проходе и влагалище. Когда все устали и отошли от моего тела, его не было видно. Оно всё было втоптано в грязь и почти перемешано с ней. Взяв за ноги, они перевернули его и поливая водой отмыли лицо, но оно всё равно от мазута было чёрное. Убрав ватку, они оставили меня в этой грязи, а сами пошли отмываться. Согрев воды и налив ванну, помогая друг другу они смыли всю грязь и используя керосин и соду, стиральный порошок смыли мазут на руках и ногах. В этот вечер к моему телу больше никто не подходил.

Утром четвёртого дня все продолжили своё дело и стали втаптывать в грязь. Юля привезла ещё мазута и сажи из кочегарки, а так же в овраге набрали синей глины. Она подтаяла и была сильно липучая. До обеда все вместе продолжали возёкать моё тело, в этой смеси, иногда сверху добавляя вязкого мазута. Юля привезла целую коробку всяких моющих средств и отмывшись, сестрёнки сели обедать.

После обеда, когда температура на градуснике показала двадцать три градуса, Аня подошла к Юле и что то ей сказала. Подцепив моё тело на стропы к машине, предварительно обмотав старыми тряпками ноги, чтобы не содрать кожу, Юля, Олеся, Аня и Яна сели в машину, взяв с собой камеру. Света и Лена остались у домика собирать в кучу всю грязь. Протащив моё тело волоком по грязной дороге метров пятьсот, они свернули на лесную дорогу и проехав ещё метров триста остановились рядом с закрытой свалкой. Сейчас здесь никто не ездил. Основной въезд был перекопан. Совсем недавно здесь ещё сливали из септиков фекалии осенизаторские машины, и было полно ям заполненных этой кашей. Ямы были на солнечной стороне и сверху почти все растаяли. Некоторые прогрелись на полуметровую глубину, и от них шёл пар. Юля взяла камеру и стала снимать. Аня и Яна, рассказывая, стали бросать моё тело в эту кашу и затем вытаскивать. После каждого раза они отмывали мне лицо и меняли ватку в носу. В детстве Юля и Олеся не давали играть Ане и Яне с котятами, которых принесла кошка, жившая у деда и бабушки в этом домике. Когда Юля и Олеся уехали, бабушка унесла котят и выбросила, а всем сказала, что они убежали. Причиной этого была наша детская ссора и жадность, а пострадали невинные котята. Чтобы искупить свой грех Аня и Яна четыре раза, по количеству котят, бросали моё тело в яму с фекалиями, а затем вытаскивали. Было очень тяжело. Стропы были скользкие, и приходилось через силу их удерживать в руках. В третий раз стропа выскользнула и вместе с моим телом улетела в эту яму. Я вся медленно погружалась в эту кашу. Яма была небольшая, метра четыре в диаметре и оттаяла в среднем на полметра. Девчонки все втроём, залезли в эту кашу и пока они делали эти тяжёлые два шага по фекальной каше, моё тело уже полностью погрузилось и легло на дно. Наклонившись и нащупав на дне на туловище, они ухватили, кто за что успел и стали тянуть на берег. Вытащив и отмыв лицо, заменив ватки в носу, они втроём забросили тело в последний раз и вытянув его на сухое место облегчённо вздохнули. У всех стало как-то легко на душе, и было безразлично, чем от кого несёт. Прицепив моё туловище к машине. Олеся, Аня и Яна, чтобы не обходить все ямы кругом, залезли обратно в эту же яму с фекалиями и перейдя её, погружая ноги в кашу чуть выше колен стали вылезать на другой стороне, помогая друг другу. Юля снимала этот интригующий момент из жизни фотомоделей и танцовщицы. Внизу лёд был скользкий, и Яна поскользнулась, и упала в эту кашу, погрузив своё тело по самые груди. Олеся и Аня помогли ей выбраться и все трое пошли напрямую к домику, а Юля поехала обратно и на буксире за ноги тащила моё тело. Эти места сёстрам были хорошо знакомы, ведь они выросли здесь и ходили в леса по грибы и ягоды. По пути оттирали своё тело, ещё не растаявшим снегом и водой из лужиц. Когда пришли, Юля была уже там, а моё тело валялось в двадцати метрах от домика. Лена и Света носили воду из колодца и поливали на меня, чтобы смыть основную какушную кашу. Согрев воду, стали отмывать с себя все запахи Аня, Яна и Олеся. Юля Лена и Света оттащили меня в грязь, которую они собрали в кучу и заменив ватки в носу, что бы туда не попало, стали закидывать всё моё тело и без того грязное. Лена и Юля топтали мои груди, стараясь глубже втоптать в грязь. Света между делом снимала на камеру. Чтобы освободить ёмкость, Юля вылила остатки мазута прямо в незаполненное грязью влагалище, а затем заткнула эту дыру грязью. Моё тело лежало на спине, а вместо волос, лежал пучок грязи. Юля присела и прямо на лоб из её задницы, стала вываливаться жёлтая кашица, а затем по моему лицу побежала моча. Закончив, Юля сделала шаг в сторону и согнувшись, взяла мои грязные волосы и накрыв ими свои испражнения, стала всё перемешивать. После Юля и Лена ещё долго топтали мои груди и втаптывали моё тело в грязь. Когда ванна освободилась, Юля пошла отмываться, и вскоре они уехали. Лена и Света оставшись наедине с моим телом, тоже сходили на него в туалет. Потом подобрав растоптанную грязь, закидали его полностью, оставив лишь лицо, предварительно отмыв и убрав ватку. Помогая друг другу, они отмылись и пошли ужинать. На улице было уже темно. Перед сном, Лена проверила моё тело и укрыв лицо старыми тряпками, ушла спать.

Под утро Лена опять разговаривала со мной во сне. Когда приехали сестрёнки, Лена всё рассказала. Завтра был у всех выходной, и сегодня под вечер никому никуда не надо было спешить. Во сне я просила сестёр через Лену, чтобы они не жалели моё тело и выплеснули оставшиеся эмоции и два не сделанных в юности дела.

Сёстры уже не знали, на что подумать. Они перебрали вроде всё по дням. Перед сном вспоминали и по дороге, когда ездили, туда, сюда, всю неделю. Приложив немало усилий, Юля и Аня всё же вспомнили кое что и рассказав об этом, дали возможность вспомнить и остальным сёстрам.

Вытащив моё тело из кучи грязи, они приступили дальше его возёкать, вылив на него остаток мазута, а Яна со Светой оправились мне на лицо. Юля, взяв канистры, с Олесей уехали. Вернувшись через час, они привезли две канистры мазута и угольной пыли из кочегарки. Затем Юля прицепила моё тело к машине, и они со Светой волоком потащили его по раскисшей дороге. Моё тело скользило по глинистой почве и перекатываясь из колеи в колею, собирало много грязи. Через лужи, туловище пролетало как торпеда и выныривало только на другой стороне. Протащив меня до поворота и развернувшись, поехали обратно. Около домика отцеплять не стали, а поехали на свалку, где моё тело уже купали в фекальной яме. Лена с остальными сёстрами пошли пешком. Напрямую было гораздо ближе, чем по дороге и когда Юля притащила моё тело на буксире, сёстры уже были там. Взяв в руки палку, они нашли не очень глубокую ямы, около полуметра, но края были глинистые и не очень пологие. Вода впиталась в землю и осталась лишь одна каша, от которой, по словам Лены, шёл неприятный запах. Отвязав с моих ног стропы, сёстры все вместе стали бросать моё тело в эту яму, а затем спускались в неё сами и шаря по дну руками искали его и вытаскивали на берег Было скользко и первая упала, погрузив своё тело почти по грудь, Олеся. Следом за ней упали Аня и Яна. Лишь Лена каким-то чудом села только на задницу, и была всех меньше замарана. Таким образом, сёстры искупили свой грех перед бабушкой, когда в детстве обмакнув палочку в фекалии или коровьи лепёшки, измазали все дверные ручки дома и на улице. Бабушка сильно на них тогда обиделась. Теперь сёстры окунулись в это дерьмо. Вытащив меня в последний раз и отмыв лицо, Юля прицепила моё тело к машине и поехала со Светой к домику. Сёстры все грязные пошли своим ходом по лесу и не пропуская ни одной лесной лужи, старались смыть хоть основную грязь.

Передохнув немного, Юля рассказала, как чуть не сбила женщину на переходе ночью, а лишь порвала ей платье и наверное поцарапала грудь. Испугавшись, Юля тогда уехала и вот сейчас она попросила Сестер помочь ей. Положив моё тело на бок, а грудь, расправив по колее, Лена и Олеся держали мои руки и ноги. Юля медленно проехала по груди левой стороной и сделав круг повторила снова. Таким образом Юля проехала раз тридцать по одной груди и столько же раз по другой, втаптывая и раскатывая мои и без того растянутые груди, висевшие как лепёшки. Лена прекрасно видела, как мои груди вдавливаются колёсами в глину и ещё больше расплющиваются. Когда меня оттащили в сторону и рассмотрев, что стало с моими пышными до этого грудями, то все только ойкнули. Они были похожи, на что-то среднее между плавниками дельфина и теннисной ракеткой, но гораздо большего размера. От этого вида или ещё от чего, у Лены закружилась голова и она вспомнила, как хлопала руками и держала бабушку за отвисшие груди, когда с ней мылась в детстве в бане. После этого бабушка не стала водить, с собой мыться, Лену и остальных внучек. Лена встала и взяв меня за одну грудь, как за верёвку, а за другую взяла Юля и приподняв, понесли моё тело ближе к колодцу. Груди выскальзывали и растягивались, как резиновые. Бросив моё тело в грязь, сёстры сели передохнуть и Лене стало плохо. Она медленно сползла по стенка на крыльцо. Через несколько минут Лена пришла в себя и сказала всем,

— «Девки! Марина мне сейчас сказала спасибо и просила закончить задуманное Юлей и на всю ночь её тело выбросить на свалке, в самой противной и грязной канаве.»

Время уже было около трёх часов дня. Сёстры обрадовались, что они всё выполнили и с радостью приступили к завершению всей этой процедуры. Собрав по двору всю разведённую ими грязь, что бы дедушка об этом ничего не подумал, они стаскали её в яму, недалеко от домика. Затем вывалив туда из пакета угольную пыль и вылив канистру мазута, а вторую убрали на место, где брали у дедушки, подтащили к этой яме моё тело. Взяв за руки и за ноги, они положили его на самый край и встав рядом с ним, поставили на него каждый свою ногу. Затем коротким движением, тело столкнули в яму и переворачиваясь оно упало на чёрное зеркало разлившегося мазута. Медленно проваливаясь, моё тело стало постепенно оседать и вскоре скрылось в этой каше, состоящей из мазута фекалий и глины, разведённой водой из колодца. Достав меня из ямы, сёстры ещё несколько раз бросали моё тело, пока мазут не перемешался с глиной и грязью. Вытащив тело, они прицепили его к машине и потащили на свалку. Там нашли в середине, чтобы ни кто не мог туда добраться, хорошую канаву. Отмыв мне лицо и убрав из носа ватку, девчонки положили моё тело в эту грязную канаву. Голова осталась лежать погружённая в дерьмо и лишь лицо возвышалось над всей этой парашей на несколько сантиметров. Положив мне под голову что то, чтобы голова не повернулась случайно, Юля и Света уехали на машине, а остальные, понурив голову, побрели обратно пешком. Идти было всего метров пятьсот, по пути смыв немного основную грязь они вернулись все к домику. Весь оставшийся вечер сёстры отмывались, помогая друг другу, а затем сели ужинать.

На улице уже темнелось, но спать ни кто не хотел. Лена предложила прогуляться, и первая вышла на улицу. За ней последовали остальные. Только Света осталась в домике. Она устала сильнее всех, ведь ей было всего восемнадцать. Со слов Лены, сёстры босиком и голышом в сумерках отправились по дороге. Шли медленно, чтобы не свалиться в канаву. Небо было чистое и всё усеяно звёздами. Из-за леса выглядывала луна. Через полчаса было довольно светло и можно спокойно разглядеть дорогу. Кто-то предложил прогуляться до трассы, это километра четыре и все согласились. Было очень тихо, лес спал, и лишь изредка дальний шум проходящего поезда нарушал эту тишину. Дойдя до трассы, сёстры молча, постояли несколько минут, провожая из темноты проходящие машины, и отправились в обратный путь. Лёгкий ветерок обдувал обнажённое тело девчонок, лаская их бёдра, грудь и остальные оголённые части тела. Запах помойки постепенно рассеялся, и чувствовалось дыхание весны.

— «Как здорово!»-сказала Лена,

-«И всем этим наслаждалась одна Марина, а мы просто не понимали её.»-продолжила она и раскинув руки в стороны закружилась перед сёстрами.

Часа через три все вернулись в домик. Света уже спала и тихонько, чтобы не разбудить её, все легли, кто где, нашёл место.

Проснувшись рано утром, отправились за моим телом. Я лежала там, где меня и положили, утопленная вся в дерьме. Лишь часть лица, измазанная в мазуте с открытым носом, торчала наружу. Вытащив моё тело и привязав к машине, отправились в обратный путь. К домику подъезжать не стали, что бы, не притащить туда кучу дерьма. Оставив моё тело на дороге, сёстры стали таскать воду из колодца и плескать на меня, чтобы смыть основную грязь.

Затем решили отмывать меня дома и завернув плотно в целлофан, положили в багажник. Отмыв ноги и руки все сели в машины и поехали к Юле и Олесе домой. У них был частный дом, но полностью благоустроен. Там было всё, и сауна, и душ, и ванна.

Заехав во двор и вытащив меня из багажника, девчонки перенесли моё тело в душ. Затем Юля и Олеся, отмыв с себя все запахи, уехали в магазин и привезли полную коробку всяких моющих средств. Как только им удалось отмыть моё лицо и голову, что стоило им больших усилий, ведь что только не было затёрто в волосах, Юля принесла нашатырь и смочив ватку стала тереть мне виски и давать нюхать. От резкого запаха, я зачихала и стала кашлять. Юле и сёстрам понадобилось больше часа, чтобы я хоть немного пришла в себя и сама держала свою голову. После этого все упорно взялись отмывать моё туловище ниже шеи. Вечером Юля и Олеся уехали на работу и Лена с Аней, Яной и Светой до утра отмывали мою нижнюю часть. Тяжело было отмывать влагалище и задний проход с прямой кишкой. Оттуда выскребли кучу грязи, сажи и мазута, который и затруднил отмывание слизистой оболочки. Приходилось использовать не едучие и не раздражающие средства. С большим трудом закончив мытьё моего тела, они привели меня в сауну. Я, получая сухой пар, постоянно потела и вместе с ним выходили неприятные запахи, которыми я пропиталась почти насквозь. Ополоснувшись после сауны под душем, сёстры отвели меня под руки в комнату, и усадили в кресло. Юля принесла немного поесть и попить соку.

Три дня девчонки кормили меня и отмывали в душе и ванной остаточные запахи, но тело моё было по прежнему в таком виде, в каком оно было в лесном домике. Груди, как лепёшки свисали до бёдер, что их можно было завязать на спине. Прямая кишка просто не держалась внутри и постоянно вываливалась наружу, свисая до колен, на что было страшно смотреть. Такое бывает у старых и больных после тяжёлого физического труда. Влагалище тоже было по прежнему растянуто и под воздействием того, что туда только не толкали, матка опустилась и тоже выпадала наружу. Я передвигалась, как кавалерист, а все эти внутренние органы болтались между ног.

С каждым днём самочувствие становилось всё лучше и лучше. Со мной почти постоянно находилась Лена. Аня и Яна уехали на работу, а Света на сборы. Юля и Олеся периодически помогали Лене, но часто были заняты на работе. Никто не думал, что со мной будет такое, но они не выгоняли меня и не бросали одну. Я очень уставала и просила их не будить меня, пока сама не встану.

В ночь с двадцатого апреля на двадцать первое, годовщина смерти моей мамы, я уснула как обычно. По словам Лены, я во сне что-то бормотала и постоянно ворочалась и успокоилась только под утро. Проспав весь день и следующую ночь, я проснулась рано утром двадцать второго апреля. Встав с постели, сходила в туалет и пошла на кухню попить воды. В дверях я столкнулась с Леной. У неё глаза были по пять копеек и рот открыт, как будь то, она что-то кричала. Но было совершенно тихо. Лена смотрела на меня и не могла сказать ни слова. Я, то же не могла ничего понять. Я чувствовала себя, как будь то, ничего не случилось и я просто нахожусь в гостях. На свою наготу я даже не обратила внимания. Лена молча, подвела меня к зеркалу, и я увидела себя совершенно голую.

— «Ой! Извини. Забыла одеться.»-сказала я.

Лена не могла ничего понять. Ей показалось, что у меня отшибло память. Она попыталась мне объяснить и я напрягая мозги начала кое что припоминать, как я выглядела два дня назад. Подойдя к зеркалу, я ещё раз, посмотрела на своё обнажённое тело и убедившись, что мне не мерещится, закричала. На крик прибежали Юля и Олеся. Увидев меня видоизменённой, а мою фигуру красивой как прежде, они все трое подбежали ко мне и обняв, чуть не уронили на пол. Они обнимали меня, а потом отходили в сторону и убедившись, что им не мерещится, подбегали снова и обнимали ещё сильнее. Мы все радовались и веселились. Я вернулась в своём теле, и мне казалось, что оно стало ещё красивее. Тонкая талия, округлые, красивые бёдра и грудь всё того же четвёртого размера, такая же упругая и сексуальная. Волосы, отмытые сёстрами, лежали на моих плечах. Я тут же предложила отпраздновать это событие и поблагодарив маму и бабушку, побежала собираться.

Через пять минут. Я была готова и мы все поехали в магазин. Целый месяц я не была в городе и не ходила по магазинам. Я радовалась этому и сходила с ума. Настроение было отличное, а рядом со мной ехали мои сродные сёстры, такие же симпатичные и красивые. До поздней ночи мы праздновали счастливый исход нашего дела, в результате которого мы приобрели то, что нельзя приобрести ни за какие деньги.

Через неделю выписывали из госпиталя дедушку, и мы все вместе поехали навестить его и увезти домой, а заодно и я мечтала быстрее с ним познакомиться. Всё прошло как нельзя лучше. Дедушка Степан очень обрадовался и рассказал мне, как он познакомился с моей бабушкой. Я же представила всё, что случилось как сон, и рассказала, как всё узнала. Мне помогли мои подруги, которые впоследствии, оказались моими сродными сёстрами. Ещё я показала дедушке мамины фотографии, ведь он её совсем ни разу не видел. Поздно ночью Юля и Олеся вернулись домой, а я с Леной осталась на ночь в домике с дедушкой. Мы с Леной ещё раз обошли всё вокруг в поисках случайных следов, оставленных нами полмесяца назад. Всё было нормально. Болтали всю ночь и не заметили, как дедушка уснул. Мы с Леной вышли на улицу, и она мне сказала,

— «Сегодня так же тепло, как и в тот день, когда мы уезжали отсюда. Так же тихо и светло от луны. Мы тогда, Юля, Олеся, Аня, Яна и я бродили по этой дороге голышом и думали о тебе и о том, что нас ждёт завтра. Было так здорово.»

Я быстро предложила Лене,

— «Давай прогуляемся, как вы тогда, пока дедушка спит.» и Лена согласилась.

Отойдя от домика, мы скинули не большое количество тряпок, висевшее на нас, и пошли по дороге до трассы. Мы шли не спеша и ветерок обдувал наши обнажённые тела. Нам было так хорошо, что мы совсем забыли о том, что мы совсем голые. Мы чуть не вышли на трассу и не попали в поле зрения ночных водителей. Вовремя опомнившись, мы повернули обратно. К домику пришли на рассвете. Дедушка ещё спал и мы, тихо болтая, сидели до рассвета на ступеньках крыльца у домика, где совсем недавно лежали мои груди и по ним ступали ножки моих сестёр.

Вскоре приехали Юля и Олеся, и попрощавшись с дедушкой, мы вернулись в город. Шло время. У всех всё стало налаживаться в лучшую сторону. Юле и Олесе вскоре предложили работу в ансамбле танца, и они с радостью согласились. Ездили много по разным городам и за границу. Лена часто приезжала ко мне в гости, и мы с ней иногда вместе просматривали записанные диски, и она мне многое поясняла. Было много ужасного и страшно было смотреть на своё тело со стороны, как над ним издеваются, но это того стоило. Мы с Леной часто навещали дедушку и чем могли, помогали ему. Аня и Яна вышли замуж и снимались для журнала очень редко, а когда у них родились первые девочки с разницей в два месяца, занялись полностью их воспитанием и домашними делами. Света стала мастером спорта и перешла на тренерскую работу в спортивную школу. Жила в гражданском браке несколько лет, пока не родился мальчик, а после расписались и уехали к нему на родину, в Хабаровск.

Осенью Лена пригласила меня в гости к их родителям, и я узнала от неё, что у Лены с Юлей и Олесей одна мать, а отец разный. За Лениного отца её мама вышла во второй раз и сейчас они живут в пригороде. Когда мы приехали к ним, нам очень обрадовались. Мои тётя и дядя были хорошими и добрыми людьми, и мы долго обо всё беседовали. В разговоре выяснилось несколько совпадений. Оказалось, что мой отец и старший брат Лениного отца были убиты бандитами в один и тот же день и звали их одинаково. Получилось, что отец Лены был родным братом моему отцу и стал мне дорог вдвойне. Лена очень обрадовалась этому совпадению. Прогостив у меня два дня, Лена открыла мне один свой секрет. Она сказала, что начинается вторая зима, как она одевает на себя только пальто на голое тело, как и я. Эта общая черта нас ещё сильней сплотила и объединила. У нас была одна кровь по линии отца и матери. Поэтому нам передалось по наследству, ходить голышом.

Теперь мы не шокировали прохожих и не рисковали зря, а вели скромный образ жизни. Только для своей души и закаливания тела мы вместе с Леной делали небольшие вылазки весной или в тёплую зимнюю погоду. Вот уже несколько лет мы убрали из списка своей одежды всё нижнее бельё. Зимой, надевали на себя минимум, и бродили по магазинам. Я довольно часто ходила на работу голышом и переодевалась у себя в кабинете. Там у меня всегда висел комплект одежды, а затем снимала её и уходила домой. Иногда мы с Леной брали с собой две видеокамеры, очень компактные, уезжали за пределы города и пряча свою одежду, где-нибудь, проходили по несколько километров, снимая друг друга во время пути. Это были прикольные и интересные кадры, которые мы впоследствии, собрали в кучу и записали на несколько дисков. Они вместе с остальными сейчас хранятся в моём архиве, в специальном тайнике.

Через шесть лет Лена встретила парня, который ей понравился, и вышла за него замуж. Теперь мы встречались раз или два в год и то не долго. Я осталась одна, согласившись на встречу с одним сослуживцем, он мне раньше нравился, но он был женат, забеременела от него. После этого я с ним рассталась. Сейчас моей дочке уже четыре года и когда она спит, я решила написать обо всём, что со мной случилось. В силу своего состояния я многие эпизоды своей истории описывала со слов своих сестёр.
Эти события я начал писать основываясь
на реальной истории одной своей знако-
мой из г. Челябинска. А там, как всегда,
меня понесло на фантазии и ужастики,
которые, я сам не могу понять, откуда
берутся в моей голове.

Продолжение дальше...

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2729
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои фантазии. Перевоплощение

Сообщение 03 июл 2019 06:51

Мои фантазии. Перевоплощение.
Часть 6. На заводе...
.

Время летело не заметно, и моя дочка уже подросла. Ей было почти четыре года и я вышла на работу на завод. Работа была не тяжёлой, хоть и контролёры в цехах получали чуть больше, чем в библиотеке или больнице. Мне нравилось. Со мной работали две моих подруги, и мы всегда вместе ходили по цеху и проверяли качество изделий. Вместе ходили в заводскую столовую на обед. За два года работы с ними я сдружилась, и мы болтали на разные темы, не скрывая друг от друга ничего, хоть я и была их постарше, но мне кажется восемь лет не такая уж и большая разница. Мне тогда было почти тридцать.

Вдруг не зная чего, повода я не давала, но на меня стал посматривать один молодой человек, уступал мне место в столовой, и когда я обедала одна, подсаживался ко мне. Приставать вроде и не приставал, но начать разговор как то не решался. Мне вначале показалось, что он смотрит на меня, как я одеваюсь, а одевалась я действительно просто и даже очень просто. Я больше десяти лет, не могла носить нижнее бельё, мне оно всегда мешало и стягивало моё тело. Грудь моя после родов увеличилась с четвёртого на пятый, но она была по прежнему упругой и очень красиво смотрелась без бюстгальтера. Многие в цехе засматривались на меня и знали, что я не замужем и одна воспитываю маленькую дочку. И ещё для полной ясности моей картины. Я была человеком закалённым, и пока маленькая дочь ничего не понимала, я почти всегда ходила голышом дома, а на работу одевала только пальто или шубку на голое тело. Летом и того проще, юбочка и блузка. Мои напарницы вначале отнеслись к этому с настороженностью, а потом всё пришло в норму, и я уже могла переодеваться в кабинке при них и не стесняться, что одеваюсь так легко.

Вернёмся к моему тайному поклоннику, которому я не знала, что от меня нужно, и он продолжал играть в молчанку.

Однажды после обеда ко мне подошли две девушки, лет двадцати пяти и отозвав меня в сторону, предупредили, чтоб я не вешалась на Димку. Я вначале ничего не поняла и уж потом, когда они подошли ко мне во второй раз, мне стало ясно, что Димка, это и есть мой молчаливый поклонник.

Я постаралась им всё объяснить и заверить, что Димка мне вовсе не нужен и что я не собираюсь за него замуж. В довесок перед уходом они ещё раз меня предупредили и пообещали, что мои фото в худшем случае могут увидеть все в цехе. Меня это смутило и в свою очередь насторожило. Я ни кому не давала свои фото и тем более компрометирующие меня. Это мне не давало покоя, и я даже перестала несколько дней ходить на обед, а просто пила чай в своём кабинете.

И вот однажды на остановке ко мне снова подошли две девушки и сказали:

— Молодец. Поняла, что с нами шутить не стоит. На вот держи на память. — и они сунули мне в руки пару моих фото, где я была совсем голая и стояла на опушке леса по колено в снегу. Я вспомнила, это были мои первые фото, когда меня снимали мои сестрёнки, но как они попали к ним — это было вообще непонятно.

Далее всё обстояло гораздо хуже. Через несколько дней они снова подошли ко мне и спросили:

— Ты что на самом деле зимой бегала по лесу голой или это монтаж?

— Почему монтаж. Спросите у того, кто вам их дал. — ответила я.

— Спросим, спросим. — весело засмеялись они.

— А ты доказать сможешь, что это правда?

— Зачем я должна кому то, что-то доказывать — ответила я замысловато и посмотрела им в глаза. Меня так учили в институте, чтоб можно было понять, что хочет сказать этим твой собеседник.

— Значит струсила. — окинув меня взглядом добавила вторая, которая до этого времени вообще не вступала в разговор.

Несколько минут продолжалась наша перебранка и чтоб доказать, что я не трусиха, я согласилась.

— Где и когда? — коротко спросила я девушек.

— Завтра пятница, после работы возле столовой и встретимся.

— Хорошо, я согласна. До завтра. — и прыгнув в подошедшую маршрутку, я поехала домой.

Всю ночь я практически не спала. Из головы не выходили те фотки и вообще что они про меня знают и как я им буду доказывать, что я не трусиха и что я когда то гуляла голышом.

Во время обеда ко мне снова подошли девушки и спросили меня:

— Ну что? Не передумала?

— Когда возьмёте свои слова про трусиху, обратно, тогда и передумаю — ответила я и села обедать.

В конце рабочего дня я попрощалась со Светкой и Леной до понедельника и пошла в сторону столовой, сославшись на дела. Девчонки хихикнули и пошли к проходной. У столовой меня уже ждали.

— Таня. —одна из них, протянула мне руку и представилась

— Вера. — то же самое повторила вторая.

Я ответила взаимностью и протянув им свою руку тоже представилась.

— Марина.

— Ну что, пойдём подруга. — сказала Таня и направилась в цех.

Мы с Верой последовали за ней. В цехе не было ни кого и горело несколько дежурных фонарей. Поднявшись в душ, Таня открыла свой шкафчик и сказала:

— Раздевайся и вешай свою одежду. Потом отдадим, не бойся. Нам она ни к чему.

— Я и не боюсь — ответила я и подойдя поближе, расстегнула пуговки на халате и сняв его повесила на крючок.

Оставшись в одной блузке и без плавок, я вызвала в глазах девушек некое замешательство и наступила пауза.

— Ты что, так и на работу ходишь? — нарушив тишину, спросила Вера.

— И не только. Я вообще всегда так хожу — ответила я.

В моей руке уже висела блузка и чтоб не измять, я аккуратно её развешивала на свободные плечики.

— Ну ты даёшь — удивлённым голосом добавила Таня.

Я улыбнулась в ответ и тихо спросила

— Что мне дальше делать?

По всему телу уже пробежали мурашки, и меня начинало от возбуждения потряхивать. Я давно ни перед кем незнакомым не раздевалась, и это сейчас вызвало бурю эмоций и новых ощущений.

— Пойдём. Прогуляешься голой по цеху, а как стемнеет, то по всему заводу и если ты это сделаешь, то тогда мы тебе поверим.

— Хорошо — спокойно ответила я и спустилась вниз.

Я гуляла голышом по рядам между станков и искоса поглядывала на Таню и Веру. Мне было интересно их поведение и как они реагируют, а сама я начала снова испытывать возбуждение, нахлынувшее на меня из прошлого, когда я гуляла по улицам зимой. Это было чем-то похоже, и мне не терпелось побыстрее выйти на улицу. Погуляв пару часов и убедившись, что можно выйти, я приоткрыла дверь и огляделась по сторонам. Кругом было тихо, и я уверенно шагнула вперёд. Таня и Вера пошли следом, держась на небольшом расстоянии, и сверлили своими взглядами мою спину и попку. Я специально делала лёгкие движения и при каждом шаге немного виляла ей, чтоб доказать, что я не трусиха и это мне просто наслаждение, а не испытание.

За полтора часа я прошла всю двухкилометровую дистанцию и вернулась обратно. Спор был исчерпан, и мне вернули одежду, а рано утром мы вышли с завода и разъехались по домам.

Больше они меня в течении апреля не беспокоили и только перед самыми майскими праздниками ко мне подошла Вера и предложила:

— Не хочешь три дня погулять по заводу голой?

— Что опять на трусость проверять будете? — задала я вопрос на вопрос.

— Да нет. Просто тебе это нравится и мы это знаем и у нас есть ещё твои фото. — и тут Вера выложила передо мной три фотографии, где я голая лежала возле дедовского домика в лесу и была вся в грязи.

Это был для меня действительно шок. Такие фотки были только у меня в тайнике и моих сестёр. В них я была уверена, что они ни за что их ни кому не покажут.

— Если скажешь, где взяла фотки, тогда я буду хоть все три дня бегать по заводу голой и выполнять ваши просьбы.

— А ты не шутишь? — переспросила Вера.

— Нет. Могу даже расписку написать. — ответила я.

— Ладно. Договорились. — сказала Вера и назначила встречу после работы в её цехе.

Несколько дней пролетели незаметно, и вот наступило 30 апреля. День был короткий и многие уже после обеда стали потихоньку отпрашиваться и уезжать по домам. Света тоже с Леной ушли, не дожидаясь четырёх, и я осталась одна.

В цехе меня уже ждали Таня и Вера, и с ними было ещё две незнакомых мне девушки, но отступать было уже поздно и уговору не было, что будут ещё желающие на меня посмотреть.

В цехе я как обычно разделась, и Таня закрыла свой шкафчик. Я спустилась вниз голышом, где меня уже ждали зрители, и тут же напомнила Вере про уговор.

— Я живу по ул. К... и однажды случайно обнаружила на лестничной площадке в разных местах два диска. Они валялись без конвертиков, и я подумала, что кто-то выбросил или обронил, когда выносил мусор. Но моё любопытство было выше моих сил и я взяв их решила посмотреть дома. Вот так и попали, твои фотки ко мне. А когда я увидела тебя в столовой, то сразу подумала, «Как же мир тесен» и у меня созрела идея, как тебя на них поймать.

Я знала, кто жил в этом доме и сейчас переехал, это моя сестрёнка растеряша. Они как раз в то время переезжали на другую квартиру.

Дальше всё пошло по плану, который задумала Вера и её подруга Таня. Двух других девушек они просто пригласили для компании и чтоб развлечься. От стольких глаз и то, что мне предстояло таскать разные детали от станков и штампов и складывать их возле склада на стеллаже, я возбудилась окончательно. Моя промежность была уже мокрой, и не хватало самой малости, чуточку помочь и немного по мастурбировать. При всех я этого делать не хотела и продолжала упорно перетаскивать детали. Вскоре весь мой живот и лобок были грязные от масла и мазута. Даже низ груди был тоже замаран. Наступало время обеда и меня позвали перекусить. Вымыв руки, я села голой попой на скамейку и чтоб как то себе помочь, я стала перекладывать ногу с одной на другую, тем самым сжимать и разжимать половые губы. Это немного ускорило процесс возбуждения, но Вера заметила и опустив свою руку мне на живот, стала опускать её ниже и ниже. Сидевшие рядом девушки, взяв мои ноги за колени, развели их в стороны и Вера сразу, не давая мне опомниться, погрузила два своих пальца мне во влагалище. У меня было всё мокро, и они без труда проскочили на всю длину.

— Да ты подруга уже готова. А я гляжу, чего это ты всё жмёшься.

Я не могла в ответ ничего возразить, и только лёгкий стон вырвался из моих уст.

Вера сделала ещё несколько роковых движения, и моё тело распласталось в объятьях девушек. Руки стали ватными и уже не слушались меня. Я испытала сильный оргазм, такой, который я уже не испытывала больше десяти лет. Теперь мне уже было всё равно, что будут делать со мной и как. Видя моё состояние, девушки подхватили меня под руки, и повели в сторонку, уложив прямо на грязный пол. Я лежала и не подавала признаков жизни, и лишь слегка заметное дыхание выдавало меня.

— Да она отключилась от оргазма.- сказала Таня.

— Ну девка даёт. Я такого ещё не слышала, чтоб от первого же оргазма падать в обморок.- добавила Вера с удивлённым видом на лице.

— Давайте её унесём к нам в цех — сказала одна из новеньких, и они, подхватив меня, потащили в соседний цех.

Там было темно, и слабый огонь нескольких фонарей, не мог даже осветить проход. Девушки пробирались на ощупь и свернув за угол, положили меня на песок. Вначале все перепугались, но потом решили, что обморок не опасен, и можно заняться моим гримом. Одна из девушек принесла ведро и все сразу стали растирать по моему телу скользкую графитовую смазку. Через полчаса я уже была похожа на негретянку. Они вымазали каждый сантиметр моего тела и даже не пропустили мои половые органы. Закончив, они вернулись обратно в цех и отмыв руки, стали разговаривать и обсуждать меня. Я пришла в сознание только часа полтора и сразу не поняла, где я и что со мной произошло. Проведя руками по своему телу, я почувствовала свою кожу приятной и бархатистой на ощупь. Такой она не была у меня никогда. Я не понимала, что со мной случилось, и поспешила выйти на свет. При слабых лучах я разглядела, что моё тело и даже самые интимные места были чёрного и слегка серебристого цвета. Тут до меня дошло, что меня чем то вымазали и я качаясь и держась за что попало, стала продвигаться к выходу. Войдя в душевую, я увидела зевающую компанию. От моего вида их глаза стали округляться. Я попросила мочалку и мыло, чтоб отмыться, но когда открыла кран, то поняла — душа не будет. В трубе послышалось урчание, и маленькая капелька упала на пол.

— Не расстраивайся подруга. Завтра к вечеру вода будет, а пока присаживайся и подстели под задницу чего-нибудь, а то вывозишь всё тут.

Мне налили чай и подали бутерброд и я осторожничая немного перекусила. Было уже далеко за полночь, и мы снова спустились в цех. Я вышла на улицу, и пошла бродить по заводу. В таком гриме меня в темноте разглядеть было просто невозможно, да и упускать такую возможность, раз уж до этого дошло и о моих увлечениях узнали эти четыре девушки. Мне приходилось просто ловить момент и наслаждаться.

Остаток ночи я просто бродила по территории и наслаждалась своей наготой и тем, что об этом знают четверо девушек, сидящих в душевой и ждущих моего возвращения. В течении дня меня ещё несколько раз обмазывали графитовой смазкой и от этого я снова и снова испытывала сильные оргазмы и без сознания проваливалась в забытье на полтора-два часика. Потом мы долго отмывались и мои новые знакомые мне в этом помогли. На работу я вышла из соседнего цеха. На лице светилась довольная улыбка, а во всём теле чувствовалась усталость от недосыпания.

В течении всего мая и лета меня часто приглашали то Вера, то Таня, провести насколько выходных дней на заводе и побродить голой выполняя их просьбы и небольшие задания.

Я всё чаще стала вспоминать наши прошлые проделки с сёстрами и то, что в апреле следующего года наступит очередная двенадцатая годовщина с того дня, когда я последний раз общалась со свое мамой и бабушкой находясь в полном трансе или как сказать коматозном состоянии. С каждым днём мне всё сильнее и сильнее хотелось снова встретиться с ними и рассказать все свои новости. Передать от всех привет и поделиться своей радостью, о маленькой дочурке.

Каждый раз, когда я по просьбе девчонок что-то исполняла для них, а потом они меня обмазывали и массировали моё тело, растирая по нему продукты нефтепереработок, на меня всегда накатывала сильная волна наслаждения и возбуждения. Я получала такой мощный оргазм, что сразу после него проваливалась куда-то и теряла сознание. В это время Таня и Вера и их подруги, а их было четверо, делали с моим телом всё, что хотели, и я не чувствовала ничего. Мне было приятно сознавать, что они помогают мне испытать то чувство, которое просто невозможно описать словами, а я в свою очередь удовлетворяю их потребность в исполнении их заветных и может даже распутных желаний.

Во время летнего отпуска я практически не вылезала с завода и целыми днями и ночами бродила по нему голышом и пряталась от глаз в рабочее время, в какой-нибудь яме или укромном и всеми забытом месте. Дочурка моя жила у тёти, так как с садиком были большие трудности, и поэтому свободного времени было хоть отбавляй.

Больше всего мне нравилось прятаться в цехе, где работали Вера и Таня и тот молодой парень, который оказывал мне признаки внимания. В цехе стояло очень много станков и вытекающее масло, и мазут создавали грязь. Тогда была сделана неглубокая канава в полу и закрыта решётками. Теперь все отходы и отработанные масла стекали по этой канаве в приготовленную тару. Меня часто туда прятали, и я лежала в этой чёрной и блестящей, переливающейся всеми цветами радуги, жиже. Надо мной ходили рабочие и мастера, начальники и контролёры и даже не догадывались о моём существовании, а девчонки просто черпали иногда скопившуюся жижу и выливали на меня сквозь решётки. Из-за проблем с передвижением Таня и Вера привлекли ещё в компанию и Диму, а он в свою очередь пригласил Виталика. Они подписались, что не разгласят нашу тайну и дружно включились в нашу необычную компанию. С их появлением меня грязную и чёрную — всю в мазуте и земле, увозили в багажнике ночью в какой-нибудь глухой уголок города, где были лужи и развалины, давали не сказав мне ни слова таблетку снотворного, и я после очередного оргазма теряла сознание, а потом сразу засыпала. В таком состоянии я могла больше суток лежать в таком положении, в каком меня положат, и это было основным развлечением всей нашей компании.

Моё бесчувственное тело привозили ночью и бросали в какую-нибудь грязную лужу или канаву. Кто-нибудь из ребят залезал и придавал моему телу неординарный вид, дополнив композицию камнями и сухими корягами, которых везде было полно в канавах. В такую грязь или лужу сто процентов ни кто из водителей не заезжал, и можно было целый день лежать. Прохожие бросали косые взгляды на такой бардак и даже среди этого нагромождения грязных камней и коряг и красиво изогнутого между ними моего обнажённого и испачканного в той же грязи тела, они не могли признать во мне обнажённое человеческое тело. Я сама это видеть не могла, но когда мне об этом рассказывал кто-нибудь из девчонок, то она от восторга просто захлёбывалась своими словами и обрезала фразы, что мне приходилось снова переспрашивать. Когда я валялась без чувств, то моё тело было гибким и пластичным. Ему, можно было придавать разные и необычные формы. Оно не оказывало ни какого сопротивления. Все мышцы были расслаблены и легко позволяли посадить меня на шпагат или того пуще, завернуть мои ноги за голову и замаскировав её представить всеобщему обзору мою попку и раскрытое влагалище. Среди таких композиций всегда присутствовали огромные булыжники, и меня трудно было просто различить на фоне серой массы.

С наступлением осени и небольших холодов, развлечения в грязи и воде пришлось прекратить, и на меня снова навалилась тоска по общению с мамой и бабушкой. Дальше мы в основном развлекались в цехе и то по выходным. После лета это было скучно и не интересно. Я понимала, что кроме моей новой компании мне ни кто больше не сможет помочь и я пропустив апрель следующего года, не смогу пообщаться. Я стала думать, как сказать об этом всем и как сделать, чтоб они поняли меня и помогли мне.

Дома я подготовила свою сестру Лену и попросила её присмотреть за моей дочуркой, пока я весной буду в отъезде. Дочка была шустрая, и уже везде лезла, и тёте было с ней трудно справляться. Я не стала посвящать её в свои планы, ведь они уже позабыли про то, что с нами произошло двенадцать лет назад и мне не хотелось напоминать об этом.

Зимой, когда на улице шёл снег, и было почти ноль, мы часто дурачились, и я по просьбе всех девчонок и ребят кувыркалась голышом в сугробах и каталась кубарем с горок. Это было весело и забавно. В более тёплые дни мы всей компанией выезжали за город, разводили костёр, жарили шашлыки, а для меня был лишний повод доказать и побродить голышом по нетронутой снежной целине. Все смотрели мне вслед с интересом или завистью, я сказать всего им не могла, но я от этого всегда сильно возбуждалась и когда грелась у костра, по моему телу стекали струйки растаявшего снега. Это было чудесное время.
Продолжение дальше...

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2729
Благодарил (а): 6 раз
Поблагодарили: 192 раза

Мои фантазии. Перевоплощение

Сообщение 03 июл 2019 06:52

Мои фантазии. Перевоплощение.
Часть 7. Решение...
.

После нового года я решилась и подумав, вначале переговорила с Верой. Она выслушала меня и была не против того, чтоб помочь мне и пообещала убедить в этом всю компанию.

Состояние транса, которое мне было нужно, чтоб перейти в другой мир и пообщаться с бабушкой и мамой, я объяснять не стала, а то тогда бы меня точно сочли за сумасшедшую и перестали бы со мной общаться.

Когда Вера переговорила с Таней, то мне пришлось ещё раз объяснить, что это состояние транса мне нужно для того, чтоб вы смогли развлечься и если не против, снять всё на камеру, чтоб я тоже могла посмотреть потом. Такое моё объяснение устроило всех, и вся компания согласилась немного отступить от правил и снять свой ролик.

Чтобы пообщаться с мамой и бабушкой, мне нужно было много времени, чтоб найти их до назначенного дня и поэтому я решила начать всё с наступлением весны, то есть с первого марта. Кое-кого моя идея немного напрягла, и они засомневались, и тогда я предложила взять всю ответственность на себя. Для этого я написала небольшое письмо:

В том, что со мной произошло, прошу никого не винить. Я сама так решила, и если бы мне никто не помог, то я всё равно бы это сделала одна.
Марина.

В конце записки я поставила свою подпись и дату и подала её Вере.

— Так пойдёт. — спросила я её.

Все, прочитав её, облегчённо вздохнули.

— Вот теперь совсем другое дело — сказала Таня.

— А что мы будем делать с тобой, когда ты будешь такая, ведь ты не сможешь ходить, есть и пить и где мы тебя будем прятать — спросил Дима.

— Да делайте что хотите. — ответила я.

— Моё тело я вам отдаю на этот период в полное ваше распоряжение. — ещё добавила я, и окинула всех собравшихся взглядом. У многих было недоразумение, и какие-то непонятки.

— Ты подробно можешь нам объяснить, что мы должны и можем делать — спросила Таня и стала смотреть на меня удивлёнными глазами.

— Всё что хотите. — снова ответила я.

— Как это всё? — переспросила Таня.

Я тогда поняла к чему они клонят и взяв со стола новый лист бумаги — написала.

В то время, пока я буду находиться в трансе, а моё тело будет лежать как бесчувственное бревно, я разрешаю делать с ним всё, кому что нравится и кто что захочет. Единственное, что делать не нужно, это выводить меня из транса и причинять моему телу, какие бы ни было повреждения и травмы.
Марина

Я подала эту записку Тане и спросила:

— Надеюсь, так будет правильно и понятно.

— Да. Вполне. — коротко ответила она и зачитала всем мою писанину.

Я сидела и ждала вопросов, но их не последовало и только когда мы с Верой и Таней остались наедине, она переспросила меня.

— Ты что, серьёзно что ли, или просто решила поразвлечься.

— Неужели я похожа на клоуна — ответила я.

— Ну тогда поясни мне суть второго письма — переспросила Таня.

— Там всё написано и довольно понятно — ответила я.

Таня взяла бумажку и начала читать вслух. После того как она прочитала всё от начала до конца, она спросила меня снова

— Ты же этой бумажкой подписала, так сказать себе, сама не знаешь что.

— Ну почему же не знаю. Даже очень хорошо знаю.- ответила я и тут же продолжила.

— Я в состоянии транса могу находиться от нескольких дней и до нескольких недель. Больший период я ещё не пробовала и я не хочу, чтоб моё тело просто где то лежало и его нашли и закопали. Оно же ведь не будет ничего чувствовать и все подумают, что я просто умерла. Начнут разбираться выяснять причины и любая травма меня сразу убьёт. Под вашим присмотром я думаю, оно будет в безопасности и я уверена, что вы найдёте ему применение по назначению. Для меня польза и для вас развлечение. Вот я и разрешаю вам делать с ним всё, оно ваше. Развлекайтесь.

— Вот теперь стало более или менее понятно — ответила Вера.

— Только мы ещё пока не придумали, что будем делать — добавила Таня и окинув моё обнажённое тело с ног до головы, прищёлкнула пальцами и улыбнулась.

— Ну, раз так, то держись Маринка. Пока ты там где-то витаешь в облаках, мы такое устроим, что ты просто не узнаешь сама своё тело и уж попомни меня, твоим грудям точно не позавидует тогда никто. Она обхватила меня сзади и сжав руками мои груди, сказала:

— Вот это мячики?!

Мы все рассмеялись и пошли в душ.

Оставалось всего три дня, и мне было нужно ещё доделать всё дома и написать заявление на бессрочный отпуск по семейным обстоятельствам.

Закружившись с делами, я даже не заметила, как пролетело время и вот я закрыв свою комнату в общежитии на замок, иду на работу. Что ждёт меня сегодня вечером, я пока даже не могла представить.

После смены мы все собрались в душе у Верки, и Таньки, и стали обсуждать, с чего начать. Никто не хотел быть первым, и тогда Вера попросила Виталика и Диму выйти, пока мы тут решаем женские вопросы. Они не стали спорить и мирно спустились вниз. Но после этого все по прежнему, чего-то ждали и тогда, раз я всё это затеяла, я стала раздеваться и подала все свои вещи на хранение Тане — сказала:

— Пусть полежат, пока я не вернусь.

Таня не поняла и переспросила:

— А куда ты собралась идти? — и потом поняла, что сморозила глупость, засмеялась.

Её настрой сразу же передался другим, и напряг как то сам по себе разрядился. На улице уже было темно, и мы отправились в литейный цех. Там я первый раз потеряла сознание после наступившего оргазма, значит оттуда и должна я начать своё путешествие.

В цехе уже было темно и пробираясь в сумерках к заветному месту, формовочному участку, я случайно запнулась и упала на песок. Девчонки поняли, что это я сделала специально и это сигнал к действию. Они тут же накинулись на меня и схватив за руки и за ноги стали тянуть во все стороны. Подруги Тани и Веры стояли уже с вёдрами графитовой смазки и начали натирать моё тело, грудь и спускались всё ниже и ниже. Вот уже я перестала сопротивляться и полностью расслабилась. Их руки полные графитовой смазки уже массировали лобок и половые губы, и я застонала. К ним присоединились другие и вскоре я полностью поплыла. Я стонала, изгибалась и изворачивалась, как уж на сковородке и вот он тот момент. Волна оргазма захлестнула меня и мой мозг отключился. Мои руки и ноги ослабли, а тело обмякло и не подавая признаков жизни, спокойно лежало на песке.

Вдруг я всё эту увидела сверху, как девчонки стоят вокруг меня и спрашивают друг у друга:

— Что с ней? И тут же другая, пожимает плечами.

Таня наклонилась и взяв мою руку — подняла ей вверх. Рука выскользнула и как плеть упала на песок. Рядом склонилась Вера и они стали тормошить меня, но куда бы они, не поворачивали мою голову, и не уложили руки и ноги, они там в таком же положении и оставались.

— Она снова отключилась — сказала Таня.

— Надо подождать, это с ней часто бывает и она через час—полтора снова приходит в себя — добавила Вера.

— Давайте её хоть положим в сторонку — сказали подруги Тани и Веры, а то мало ли что, вдруг кто появится.

Они оттащили меня на формовочный участок, и положили между какими-то баками, прикрыв старыми тряпками, а потом все ушли в душ, чтоб выждать время и немного перекусить.

Для меня тоже ничего уже интересного не предвиделось и я вылетев из цеха, оставив своё тело на полном доверии своих новых подруг, улетела в неизвестность на поиск своих мамы и бабушки. Я знала, что могу положиться на девчонок, но я не предполагала тогда, что всё это затянется надолго, и причиной тому, будет их нерешительность и боязнь сознаться в своих прошлых поступках, но не буду забегать вперёд.

Просидев около трёх часов и не дождавшись меня, как обычно это было раньше, вся компания вместе с ребятами, пошла, проверить меня. Моё тело, то есть я, лежала там, где меня и положили, и даже не было признаков, что я хоть немного бы шевельнулась за эти три с лишним часа. Вытащив меня и положив на свет, Таня и Вера попытались снова привести меня в чувство, но мои руки и ноги были как ватные и не оказывали не какого сопротивления.

— Надо прочитать её письмо — сказала одна из подруг.

— Точно — повторила Таня и достала из кармана свёрнутый вчетверо листок бумаги.

Отойдя ближе к свету, она стала медленно читать, чтоб было всем слышно и понятно:

В то время, пока я буду находиться в трансе, а моё тело будет лежать как бесчувственное бревно, я разрешаю делать с ним всё, кому что нравится и кто что захочет. Единственное, что делать не нужно, это выводить меня из транса и причинять моему телу, какие бы ни было повреждения и травмы.
Марина

— Значит, у неё всё получилось — радостно вскрикнула одна из подруг Тани и Веры

— Да. Наверное, ты права — сказала Вера.

— Ну и что нам теперь делать с её телом? — так многозначительно добавила Таня.

— Раньше она сама его таскала, куда мы ей скажем или куда она захочет, а теперь нам придётся таскать его и прятать, пока она там где-то летает — уже более сердито и с возмущением сказала Вера.

Тут в разговор вступили, перебивая друг друга две девушки, работающие в литейном цехе.

— Если что, то можно у нас спрятать, есть такие места, где неделями никто не появляется.

— У вас сильно пыльно и грязно — сказал Димка, молчавший до этого.

— Надо её к нам перетащить и у нас спрятать — сказала Вера.

— У нас она долго не может находиться, её могут найти или электрики или механики, они везде лазят — возразила Таня.

— Я знаю одно место. Там её никто не найдёт — внёс в разговор свою лепту Виталька.

— Где это — почти в голос спросили Димка и Вера.

— В каждом ряду между станками в полу есть канал закрытый решётками. Он используется для слива отходов: Масла, мазута и всякого такого. Туда никто никогда не заглядывает — объяснил Виталик.

— Точно, там её никто не увидит. Пусть пока полежит, а потом перевезём куда-нибудь — сказал Димка.

— А кто её потом отмывать то будет — возразила Таня.

— Да никто. Вернётся и сама отмоется — продолжал настаивать на своём Виталик.

— И ты хочешь, чтоб наша подруга несколько дней лежала в этой мазуте — заступилась за меня и Таню — Вера.

— Ну ведь Таня же сейчас сама прочитала: Марина разрешает делать со своим телом всё, что мы захотим, чтоб оно не лежало как бесчувственное бревно. И поэтому мы должны его постоянно разминать и массажировать, чтоб Маринка не залежалась.

— Ты это про Марину сказал или про её тело — спросила Вера.

— И про то и про другое. Я не знаю, как в данный момент про неё говорить. Ведь её рядом с нами нет, и тут же она есть — сумбурно объяснил Виталик.

— А ведь он прав. Марина сама нам сказала, что мы можем делать, кто что захочет — сказала одна из подруг Веры и ей поддакнули ещё до этого молчавшие две подруги.
(я специально не называю имён четырёх девушек, чтоб не запутаться в героях и в дальнейшем я их буду просто называть подругами)

— А что, у вас есть предложения — спросила Таня.

— Нет. Но давайте пока её намажем графитовой смазкой и спрячем в этот канал. Пусть до выходного полежит, а там что-нибудь придумаем. Может, у кого что-то появится, а то утро скоро и рабочий день начнётся — сказала одна из подруг.

— Да, действительно. Она права — согласилась Вера и Таня.

После этого Ребята ушли в цех, чтобы открыть решётки, а девчонки начали мазать моё тело графитовой смазкой. Потом они положили меня, т. е. моё тело, на какую-то тряпку и отнесли в свой цех. Канал был довольно глубокий, сантиметров сорок и я т. е. моё тело, легло в нём вполне свободно, даже немного осталось места, чтоб мимо протекала сливаемая жижа. Рядом находились пресс Веры и Тани. Накрав лицо чистой тряпкой, чтоб на него ни что не попало, Дима и Виталька закрыли обратно решётки и затёрли следы, оставшиеся после открытия. Смотрелось вполне правдоподобно, но для уверенности немного помахали метлой.

Посмотрев на часы, все разошлись по своим цехам, чтоб немного отдохнуть перед сменой и новой рабочей неделей.

В течении дня Вера и Таня постоянно посматривали на канал в ожидании что-нибудь услышать, но было тихо и кругом раздавался только грохот маленьких и больших штампов и прессов. Несколько раз подъезжал Димка и Виталька, а в обед проверили как у нас дела — подруги.

После обеда случилось небольшое ЧП. Сломался пресс напротив