Мои рассказы и приключения.

Обсуждение происходящих в мире событий, связанных с сексуальной жизнью. А также сюда сбрасываются темы раздела ИиС (в т. ч. темы г-на Armylover), потерявшие активность, но имеющие в себе полезную смысловую нагрузку.

Модераторы: FED, неисправимый

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2105
Откуда: Из за Урала
Благодарил (а): 1 раз
Поблагодарили: 55 раз

Мои рассказы и приключения.

Сообщение 18 дек 2015 09:23

Мой друг Димка.

То, о чём я хочу рассказать в своём рассказе, знают все и со многими это происходило в годы своей юности. Только признаться в этом не все хотят или просто стесняются и иногда в превратных беседах или на вечеринках выдают свои воспоминания как за чьи то и наблюдают, как на это прореагируют другие. А многие просто открыв рот, чтоб рассказать об этом, тут же закрывают его на полуслове и отходят в сторону, хотя это самая обыкновенная жизненная ситуация и с ней многие сталкиваются и живут вполне нормально и это их не тяготит и не стесняет в общении. А многие просто молчат, делая из этого великую тайну своей жизни.
Я хочу рассказать свою историю. Было мне тогда лет около десяти. Жили мы с родителями в небольшой деревне на берегу большого озера. Наш дом выходил огородом как раз на это озеро, и я часто прямо по дорожкам между грядок бегал купаться. Напротив, через улицу был широкий проулок и выход на МТМ. Куда каждое утро уходил на работу мои родители, отец и мама. Отец работал механизатором на тракторе, а мама работала на ферме, которая располагалась за МТМ. Домой они возвращались поздно под вечер, и я целыми днями был предоставлен сам себе. У одного мальчика из класса я выменял свой складешок на карты с полуобнажёнными девушками и в свободное время разглядывал их. Карты были старые и сильно потёртые, да и в колоде их было почти половина, но в те годы это было большой редкостью, и я был счастлив, что у меня есть хоть небольшая часть. Работы на день мне давали не так много и я находил всегда время, чтоб спрятаться в доме или на чердаке и раздевшись рассматривать карты с полуобнажёнными девушками и тискать в руках свои крошечные шарики и маленький, ещё лысый писюн. Он постоянно от моих тисканий возбуждался и торчал, и мне было приятно. Это было моё самое любимое развлечение, когда я был один и строго держал всё это в тайне, а карты перед приходом родителей складывал в железную коробку из-под леденцов, и зарывал в укромное место. Вечером приходили родители, и я докладывал о том, что сделал. Они хвалили меня и давали задание на следующий день, и я уже лёжа в кровати и засунув свои руки в трусы, думал, как и что буду делать завтра.
Единственный друг, который был у меня в то время, да и сейчас тоже мы с ним часто встречаемся, это Димка. Он был старше меня на два года, а жил он через дорогу в двух десятках метров от меня и наши отцы работали вместе и мы с ним часто относили им еду или воду в поле. Так и сдружились.
Произошло это в середине лета. Стояла жара, и единственное спасение от неё было на озере. Сделав часть дел, я решил пойти на озеро и прихватил с собой свою тайную баночку с картами. Озеро напротив нашего огорода и влево и вправо от него было всё в камышах, и только узкий проход по дощатому настилу (мосткам), соединял открытую воду с берегом. Идти по нему было всего метров двадцать. К мосткам были привязаны две лодки, на которых часто ловили рыбу и ставили сети по вечерам мой отец и Димкин отец. Я залез в лодку и оглядевшись, что кругом нет ни кого, разложил карты и стал рассматривать, при этом достав свой писюн и тискал его и перебирал свои яички, которые выскальзывали при сжатии и я снова пытался их удержать пальцами. Это было так приятно и такие чувства охватывали меня в те мгновения, что я совсем забыл про осторожность, лишь иногда бросал косой взгляд на пустые мостки.
Мой друг Димка, долго кричал и звал меня, чтоб идти купаться, но не докричавшись, пошёл на озеро и заметив меня сидящим в лодке и склонившим голову, решил незаметно подкрастись и напугать. Он, осторожно ступая по мосткам, подошёл так близко, что увидел, чем я занимался, и карты и на мгновение замер. Скрипнула доска и я встрепенулся и был ошарашен. Димка стоял в двух шагах от меня и широко открытыми глазами смотрел на мой торчащий писюн и руки, которые ещё продолжали медленно двигаться вдоль него.
- Ты что делаешь? – спросил он еле слышно.
- А ты чего меня напугал? – вопросом на вопрос ответил я.
- Я тебя звал, звал, а ты не отзывался и я подумал, что ты на озере вот и пришёл сюда – объяснил Димка.
Я не знал, что сказать и как объяснить, что я делал. Мне было стыдно, но больше всего я боялся, что он расскажет об этом всем и меня засмеют и в школе и на улице, а хуже всего, если донесётся до родителей.
- Дим, а ты никому не расскажешь – спросил я еле слышно.
- Ладно, не ссы, покажь что там у тебя – ответил он.
Я взял карты и протянул ему, а сам в это время как мог незаметно спрятал свой писюн в трусы. Димка спрыгнул в лодку и сел напротив меня и взяв мои карты стал их рассматривать. Минуты через три я увидел как в его трусах, что-то стало увеличиваться, и вскоре из одной штанины показалась набухшая головка. Димка посмотрел на меня, а потом на свои трусы и сказал.
- Пойдём, окунёмся, а то жарко - и первый, стянув свои трусы, голышом прыгнул с лодки прямо в воду. Я тоже последовал за ним. Так мы немного поплавали и снова вылезли на мостки и залезли в свою лодку. У Димки уже ничего не торчало, то же самое, и у меня.
- Дай посмотреть, а то я не все разглядел – снова спросил Димка.
Я подал ему карты и ждал, что он скажет дальше. Димка сел прямо голой попой на перекладину и стал разглядывать остальные карты с полуголыми девушками. Я сел напротив и тоже голый и стал ждать, что он ответит на мой вопрос. Мне не хотелось, чтоб об этом кто-то узнал. Когда Димка просмотрел все карты и протянул их мне, то я увидел, как его писюн снова встал и торчал вертикально головкой вверх. У меня тоже начал подниматься и я хотел снова лезть в воду, но тут Димка взял свой в руку и стал делать такие же движения, как и я сидя в лодке несколько минут назад. Я внимательно следил за его движениями и как его яички в такт движениям то подлетали вверх, то опускались вниз. Они просто болтались из стороны в сторону, и это было так смешно, что я рассмеялся.
- Ты чего – вдруг спросил Димка.
- Они у тебя так смешно болтаются, что мне показалось, что они сейчас оторвутся и упадут в лодку – сказал я Димке про его яйца.
- Он посмотрел на себя и на меня и опустив свой членик, схватился за мой и мы так вдвоём рухнули из качающейся лодки в воду.
После этого, когда мы вылезли на мостки, всё пошло как то само собой, и мы ещё около часа рассматривали карты и дёргали свои писюны. Когда я увидел, как у Димки писюн напрягся и стал содрогаться, а из него выплеснулась струйка белой жидкости похожей на сопли, я удивился и спросил.
- Что это?
- Это сперма и у тебя такая же будет, когда тебе будет столько же, сколько и мне – объяснил он.
- А это больно – спросил я.
- Нет, это очень приятно и офигенно – объяснил Димка.
Мы снова рассмеялись, и я сказал, что мне ещё воду нужно с озера на полевку таскать. Собрав карты и уложив их в коробочку, мы стали одеваться – одежды то было всего одни трусы и те мокрые. Димка посмотрел на меня и спросил.
- А тебе слабо вот так воду таскать?
- Если ты мне тоже поможешь, то нет – ответил я.
Мы прошли по огороду и взяли вёдра. Димка посмотрел на меня, и я снял трусы. В течении целого часа мы носили воду в бочку вёдрами, делая небольшие перерывы и я всё это время был голый и без трусов и мне это понравилось, что уже после нескольких таких походов с ведром до озера и обратно, мой член снова встал и уже покачивался в такт моим шагам. У Димки тоже вскоре встал и оттопырив одну штанину, пытался показаться наружу. Димка поставил ведро и поправив свой писюн, снова одел трусы и пошёл дальше. Только теперь у него довольно далеко вперёд оттопыривались трусы, и мне стало снова смешно. Димка обиделся и ушёл.
После этого случая я не спал всю ночь и думал о Димке и чтоб он не проболтался никому. Встретились мы с ним на другой день, и он попросил меня больше не смеяться над ним. Я пообещал и мы помирились. Дальше всё пошло как обычно. Я сделал часть дел и мне помог Димка при условии, что я буду голый. Я с радостью согласился. Один я всегда всё дома делал голым. Так было легче и необычно как то. А тут при друге было ещё необычнее. Потом мы смотрели карты и мучили свои писюны и яички. Потом купались, и снова я бегал голый за водой на озеро, а Димка помогал мне и смотрел по сторонам, чтоб нас никто не застукал. Так прошла неделя, другая и мы уже не могли друг без друга. Нам было так интересно вместе, и кто только оказывался свободен, сразу бежал к другому, и уже вместе мы скрывались обычно у меня дома или на озере. За это время я постоянно что-то придумывал и предлагал сделать вместе, но иногда Димка соглашался, а иногда только на условиях что я всё это буду делать голым, и помогал мне. Мы таскали воду, ходили в магазин, прибирались и помогали по хозяйству и я несколько раз помогал Димке в его доме и тоже был без одежды, хотя и дом был мне малознаком.
В лесу появились грибы, и родители нам наказали к вечеру набрать. Делать было нечего и мы, взяв корзины, побрели в лес. Грибов было хоть и не так много, но мы набрали по корзине, и проходя обратно по лесной дороге, Димка вдруг спросил меня.
- А тебе слабо до дома, голяком пройти?
Конечно, этот вопрос застал меня врасплох, и я не знал что ответить. По лесу пройти было не трудно, а вот как до дома по деревне, ведь было светло, и я даже ночью бы на это не решился. Видя мои сомнения, Димка сказал:
- Ладно, до дома не надо, но до края леса слабо.
Это вызвало облегчение, и я поставил корзину и стал раздеваться. Как только я снял всё и остался только в сандалях, то Димка добавил.
- Обувь можешь не снимать, а то ноги поранишь.
Я сложил одежду в корзину поверх грибов, и мы пошли в сторону дома. Кругом не было ни души и нам не составило особого труда пройти этот километр незамеченными. Перед выходом из леса, я оделся, и мы пошли, уже весело разговаривая и смеясь, дальше до дома. Это приключение отложило свой отпечаток на моё сознание, и мне захотелось попробовать ещё, и уже через два дня я сам позвал Димку в дальний лес за грибами. Идти туда было, около двух километров по полю и по мелким лескам. Старики туда не ходили, было далеко, а родители были целыми днями на работе, и если удавалось взять летом выходной, то успевали, хоть что-то поделать дома. Димка сначала сказал, что не хочется переться в такую даль, а потом как его током дёрнуло.
- Если ты туда пойдёшь, голяком, то я согласен.
Я видел, как его глаза светились, и он ждал моего согласия, и я не хотел его огорчать и тут же согласился. Мы взяли корзины, и пошли по деревне до первого лесочка. Там нашли небольшую ямку, и немного углубив её, спрятали мою одежду и сверху присыпали листвой и ветками, а потом ещё и потоптались. Это было моё первое такое серьёзное испытание, которое я сам хотел сделать больше, чем меня на это подбивал Димка. Взяв корзины, мы пошли по полевой дороге от одного лесочка до другого, постоянно оглядываясь назад и прислушиваясь, не едет ли кто. Кругом было тихо, и лишь где то далеко был слышен гул тракторов. Слева и справа от нас росла кукуруза, и в случае чего я мог вполне незаметно лечь в неё и меня никто бы не заметил, но это нам не понадобилось. По дороге мы разговаривали и я часто как то по привычке держал себя за свой писюн и когда вспоминал что со мной рядом Димка, и он не делает этого – тут же отпускал его и он продолжал торчать, покачиваясь при каждом шаге. Так мы добрались до леса и стали искать грибы. Мне приходилось ещё отмахиваться от назойливых комаров и оводов, и когда Димка набрал полную корзину, то у меня было чуть больше половины. Я думал, что он сядет и подождёт меня, но Димка поставил свою корзину и стал помогать мне и вскоре мы уже с полными корзинами устало плелись обратно. Я был благодарен ему что он помог мне и поступил как настоящий друг и с того момента был готов к тому, чтоб выполнить любую его прихоть – но сказать об этом как то не решился. Без труда мы дошли до того лесочка и откопав мою одежду, вернулись домой. Весь вечер и ночь я вспоминал это приключение и готов был повторить его снова и снова. Воспоминания свободы и острота ощущений переплелись воедино и не давали мне покоя. Это было так здорово и необычно, что я даже не помню как уснул и вообще спал ли я тогда после этого похода в лес голышом. Возобновить его мне предложил Димка через две недели, как раз после дождя. Дорога была непролазная грязь, и в лес вряд ли кто такую даль решился бы идти, да и следы на дороге было хорошо видно. Мы надели резиновые сапоги и отправились с корзинами за грибами. Я снова спрятал одежду в том же лесу и дальше шёл голый. Это было условие Димки, и я с радостью на него согласился. Ноги постепенно собирали на сапоги грязь, и приходилось останавливаться и соскабливать лишнее. Некоторая грязь отлетала сзади, и прилипала к ногам, забрызгивая их выше сапог чуть ли не до самых ягодиц. Ещё ко всему этому я поскользнулся и не устояв на ногах сел попой прямо в лужу. Дальше уже соблюдать чистоту и осторожность не было смысла, и я шел прямо, не разбирая дороги. Временами я осматривал себя и убеждался, что моя нижняя часть до пояса постепенно превращалась в сплошные ошмётки грязи. Но раз уж я не поберёгся один раз, то без отсутствия воды мне не отмыть, ни одно пятно, ни полностью все ноги. Немного стерев большую грязь, мы стали искать грибы и заходили всё глубже в лес. После дождя их было мало и приходилось обходить большую часть леса. Ощущение свежести и лёгкой прохлады обволакивающей моё обнажённое тело мешало мне сосредоточиться на поиске грибов. Уже ближе к обеду мы снова вышли из леса, и пошли до дома. Возле лесочка. Где была моя одежда, я остановился и посмотрел на себя.
- Чё смотришь, одевайся грязнуля. Или так пойдёшь – спросил Димка.
- А чего делать то – спросил я.
- Ну если оденешься, то придётся потом грязь отстирывать или объяснять почему у тебя трусы в грязи – сказал Димка.
Этого мне не хотелось, и я не знал, как поступить. Соблазн пройти до дома голым мне не давал покоя, но как тащиться с одеждой и корзиной грибов по всем кустам и канавам я не знал. Снова выручил Димка.
- Если так пойдёшь, то одежду сохранишь, но вот как домой попадёшь, я не знаю – сказал Димка.
Я достал одежду и не зная что с ней делать стоял и держал её в руках.
- Ты вдоль берега за огородами смог бы до своего дома пройти – спросил Димка.
- Думаю смог бы, но как корзина – ответил я.
- Ладно, я тебе помогу, давай свою корзину, и Димка взял корзину с моими грибами и одеждой и пошёл вперёд.
- Я тебя дома буду ждать – ответил он и стал удаляться.
Я остался один и совсем голый и весь в грязи. Собравшись с духом, я обдумал, где мне лучше пройти и поплёлся за Димкой. Он был уже далеко и шёл по открытой местности. Мне пришлось немного обойти поле и прижимаясь к зарослям бурьяна и прячась в небольших канавах, не спеша пробираться к озеру, а там в камышах было спрятаться гораздо проще. Так я постепенно добрался до своего огорода и вошёл во двор, где увидел сидящего на ступеньках крыльца Димку.
- Ну что, живой – спросил он, улыбаясь и разглядывая меня.
- Живой – весело ответил я и сел рядом.
Потом я отмылся и вечером получил массу слов благодарности от родителей за собранные грибы и пообещал, что если нужно будет, то схожу ещё.
Так до начала учебного года мы с Димкой ещё много раз ходили в лес и несколько раз я возвращался домой весь в грязи и без одежды. Мне это нравилось и Я иногда сам, специально падал, и марался. Димка, конечно, не догадывался и сердился – ведь на обратном пути ему приходилось почти с километр тащить две полных корзины грибов одному. Но потом, когда мы сидели и рассматривали карты, то я иногда выполнял его хоть и простые, но необычные просьбы и теребил свой писюн, и иногда его, и это ему нравилось, да и мне тоже. Особенно когда мне удавалось из его писюна выжать капли мутновато – белой жидкости.
Так закончились каникулы, и началась учёба. Год тянулся очень долго, и я никак не мог дождаться очередного лета и каникул, чтоб снова, что-то делать такое, ну вы меня понимаете.
Очередные каникулы начались и прошли почти так же, как и предыдущие, лишь с небольшим дополнением. Мы с Димкой иногда уходили уже в конце лета на кукурузное поле. Оно находилось за деревней и протянулось в одну сторону почти на три километра и до леса на два с хвостиком. Забравшись на середину поля возле одного из небольших лесочков, мы раздевшись, долго с ним бродили по нему голышом и рассматривая карты дрочили писюны себе и друг другу. Димке нравилось, когда я ему дрочил до выделения спермы, и он аж от удовольствия закрывал глаза. У меня же пока ничего не выплёскивалось, и я получал от этого лишь приятные ощущения. Мы дали клятву друг другу, что про нашу тайну никто не узнает, и не нарушили её и по сей день.
Так прошло ещё одно лето, и началась зима и каждый раз, когда я ложился спать, я вспоминал всё что было, и думал, что же такое сделать в следующие каникулы и как появлялась новая идея, я на другой же день об этом говорил Димке. У него тоже были разные идеи, но все они касались только меня. Сам Димка не очень-то любил рисковать, чтоб случайно быть кем-то замеченным, а мне это нравилось, и я не понимал всей опасности того, что я делал. Когда наступало лето, то некоторые из них сами устранялись по ряду причин, а новые появлялись, и это нас толкало на разные авантюры.
Очередные каникулы начались с новых похождений и приключений. Мы сразу стали искать причины для родителей и уходить в лес хоть зачем, но только подальше от дома. Там я снимал с себя всю одежду и дальше мы уже шли, совсем забыв про осторожность и предусмотрительность. Так однажды я чуть не остался без своих штанов и рубашки, которые оставил на опушке леса в кустах. А когда вернулись к ним, спустя несколько часов, то рядом с кустами всё поле было вспахано. Ещё бы с полметра и моя одежда была бы вся разорвана плугом и зарыта под землю – но мне повезло, и это было первое предупреждение об осторожности, но азарт был превыше всего, и я даже не подумал об этом.
Это произошло в августе. Мы с Димкой прошли через кукурузное поле и сняв с себя одежду, оставили её на опушке в кустах шиповника. Это колючий кустарник и туда без нужды никто не полезет, да и от края было далеко. Мы долго бродили с одного края поля на другой и уже по несколько раз дрочили друг другу. У меня тогда впервые вылетели капли спермы, и я был на седьмом небе от счастья. Димка звал меня вернуться, но мне хотелось пройти всё поле от края и до конца в другом направлении, и он согласился со мной. Вдалеке работали трактора, но это нас не насторожило и мы продолжали бродить, держась за свои торчащие писюны. Кукуруза была выше нас на полметра, и мы ходили по ней, как по джунглям, и это было необычно и своеобразно. Кроме кукурузного поля и у меня дома, Димка больше нигде не соглашался раздеваться. Теперь уже я его уговаривал сходить на поле и он как то соглашался – почему я даже и не знаю и не спрашивал. Просто тогда мы об этом как то не думали – нам это нравилось и всё. Вдруг впереди мы услышали шум трактора и лязганье бортов тракторной телеги и замерли. Трактор проехал совсем где то рядом и стал удаляться. Мы осторожно пошли на шум и вскоре увидели просвет, а когда подошли ближе, то впереди увидели полосу метров пятьдесят скошенной кукурузы и испугались. Мы осторожно стали осматриваться по сторонам и увидели справа от нас вдалеке шёл в нашу сторону комбайн и косил кукурузу. К нему подъезжали одна машина за другой и загрузившись силосом, уезжали а их место занимали другие машины и вся эта колонна приближалась к нам. Поле было огромное и за пять минут его не пробежать обратно к одежде и мы, переглянувшись, кинулись в обратный путь. Шум постепенно стал исчезать, а когда через час мы вышли на опушку поля, где в лесу была спрятана наша одежда, то испугались ещё больше. В двух десятках метрах от леса стояли на скошенном поле несколько тракторов, и среди них был мой и Димкин отцы. Они начали косить кукурузу и возить её на силосование. Нас от леса в этом месте разделяло не пятьдесят метров, а больше сотни. Трактора и машины ходили по этому краю вдоль леса туда и обратно, и каждый раз нас всё дальше и дальше оттесняя к середине поля. Нам приходилось скрываться в кукурузе, отходя назад, и мы не могли найти выхода и тут Димка окрикнул меня.
- Пойдём на тот угол.
- Зачем – спросил я.
- Там у нас будет больше возможности, чтоб пробежать до леса, когда трактора развернутся на углу и пойдут обратно – объяснил он.
Я подумал и согласился. Мы добрались до угла и стали выжидать, но у нас никак не получалось. Если одни трактора развернувшись, удалялись от нас, то другие с другой стороны наоборот приближались и всё дальше оттесняли нас от леса. Но нам повезло, и одна колонна остановилась, так как не было машин, чтоб вываливать кукурузу и мы, выждав момент, бросились как два загнанных зайца через открытое поле. Нас было хорошо видно, если бы кто-то в этот момент появился, хотя бы вдалеке, но этого не произошло. Когда мы вбежали в лес, то еле дышали, а сердце готово было выскочить наружу. О том, что там у нас твориться с писюнами мы и не думали, хотя там и смотреть то было не на что. От испуга всё сжалось и сморщилось и еле выглядывало из-за вздувающихся и сжимающихся животиков.
По лесу мы добрались до одежды и без проблем оделись и вернулись домой. После этого случая я не мог больше уговорить Димку раздеться в лесу и даже на озере или на поле в следующем году. Иногда он делал это и то только у меня дома или на сеновале.
Я же после того, как испытал сильный испуг, наоборот стал искать для себя более рискованных ситуаций и в следующие каникулы сам предлагал Димке где мне раздеться и он понял, что я от него не отстану и стал мне предлагать то там раздеться, то там, а иногда просто забирал мою одежду и уносил домой, бросив её в огород через забор. Я долго бродил и потом возвращался домой, уставший, но счастливый. Мне тогда шёл уже пятнадцатый год, а Димка перешёл в десятый класс и учился в соседней деревне. Осенью я иногда его ходил встречать, оставив одежду дома или в лесу, и мы вместе возвращались, хотя мне часто приходилось прятаться. Так как он иногда шёл со своими одноклассниками. Среди них из нашей деревни было трое парней и две девчонки. Видя меня издалека, он тайно мне махал мне, чтоб я сматывался.
Весной Димка окончил школу, и уехал поступать в город, в техникум. Он успешно сдал экзамены и вернулся, чтоб собраться и уже уехать до следующего лета. Я оставался один. Я пришёл к нему в гости и спросил:
- Дим, а когда ты приедешь?
Он посмотрел на меня и сказал.
- Ладно Серый, не унывай. К лету вернусь на каникулы.
Мы ещё несколько дней ходили вместе купаться и даже один раз за грибами, а потом он вдруг подошёл и говорит.
- Я несколько лет хотел тебе сказать, но боялся, что ты не согласишься.
- Почему ты так обо мне думаешь – ответил я.
- Ну тогда без обид. Договорились – спросил он.
Я пожал ему руку и сказал что договорились. Мы вышли во двор, и он мне тихо, чтоб нас не услышал никто из его домашних, стал рассказывать. Ему завтра нужно было уезжать, и все собирали его на учёбу, хотя до города было чуть больше ста километров и если что, то можно было в любое время приехать, и взять что забыл. Но зарплаты в селе были не очень-то большие, что кататься туда – сюда.
Мы отошли в сторону и Димка говорит:
- Ты лесное озеро знаешь?
- Да, ответил я. Это озеро от нас находилось в семи или десяти километрах, смотря какой дорогой идти.
- Ты бы смог оттуда вернуться голый – спросил он.
- И всё – улыбнувшись, ответил я.
- Ну да – смущённо ответил он.
- Это же просто ерунда – сказал я ему.
- Если ты скажешь, то я и больше смогу пройти – ответил я и понял, что наших приключений Димке не будет хватать и чтоб как то угодить другу, сам предложил ему проделать это прямо сегодня.
- А хочешь, я прямо сейчас это сделаю, ради нашей дружбы?
- Но мне завтра уезжать – растерялся Димка.
- Ну и что, успеем ещё – ответил я, а Димка забежал в дом и сказал, что мы отлучимся на недолго. Он выкатил свой велосипед, и мы выехали за деревню. Дорога была сухая, и мы легко катили по одной колее, удаляясь всё дальше и дальше. До озера мы доехали за час с небольшим и найдя укромное место, наверное, тогда в последний раз Димка согласился раздеться и мы долго дрочили друг другу и обрызгали я его, а он меня спермой. Потом купались в озере и снова дрочили. Спустя примерно час, Димка сказал, что ему пора возвращаться. Я отдал ему свою одежду и остался голый. Он сел и уехал. Я следом отправился в сторону дома и был просто счастлив, что между нами нет вообще никаких тайн, и мы можем про всё друг другу рассказывать. Вернулся я уже ближе к вечеру и прячась за камышом добрался до своего огорода, хотя чуть дважды меня не увидели из огорода соседи, которые жили ближе к окраине деревни. Одежда лежала, как и договорились, и я вернулся в дом, а потом сходил к другу. Он сделал удивлённое лицо и был рад, что я уже дома.
Утром он уехал, и я остался со своими проблемами один на один. Я часто пропадал в лесу и бродил там голышом, прячась от случайных грибников. В выходные, когда приезжал Димка, я с интересом ему рассказывал что делал и как прошли мои две или несколько недель. Потом он стал приезжать всё реже и реже и кода я окончил школу, то в то лето он даже ни приехал. Он уехал в строй отряд на всё лето и появился только в конце сентября. Я учился не важно, и пошёл работать на МТМ с отцом. Об этом я уже рассказывал в предыдущих рассказах.
Спасибо кто прочитал мой рассказ до конца и если возникли у кого вопросы – то рад буду ответить.

Аватара пользователя

Ежик в трусах

магистр
магистр
Сообщения: 989
Откуда: Сургут-Смоленск
Благодарил (а): 29 раз
Поблагодарили: 22 раза

Сообщение 18 дек 2015 09:51

Шо у ва там в деревне за трусы были мелкие, что писюн пацан 12-ти летнего вылазил из штанин? :D

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2105
Откуда: Из за Урала
Благодарил (а): 1 раз
Поблагодарили: 55 раз

Сообщение 18 дек 2015 10:06

Были такие по бокам с верёвочками

Аватара пользователя

Ежик в трусах

магистр
магистр
Сообщения: 989
Откуда: Сургут-Смоленск
Благодарил (а): 29 раз
Поблагодарили: 22 раза

Сообщение 18 дек 2015 10:15

Я таких даж не видел, как хоть выглядят?

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2105
Откуда: Из за Урала
Благодарил (а): 1 раз
Поблагодарили: 55 раз

Сообщение 18 дек 2015 10:17

Я свои фото кое где уже выкладывал, сейчас тут кину
У вас нет необходимых прав для просмотра вложений в этом сообщении. Получить доступ >>

Аватара пользователя

Ежик в трусах

магистр
магистр
Сообщения: 989
Откуда: Сургут-Смоленск
Благодарил (а): 29 раз
Поблагодарили: 22 раза

Сообщение 18 дек 2015 10:27

Я про трусы :D

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2105
Откуда: Из за Урала
Благодарил (а): 1 раз
Поблагодарили: 55 раз

Сообщение 18 дек 2015 10:29

Тех трусов в помине уже нет

Аватара пользователя

kamill

почётный профессор
почётный профессор
Сообщения: 11836
Откуда: Москва
Благодарил (а): 224 раза
Поблагодарили: 294 раза

Сообщение 18 дек 2015 10:33

sergei0083 писал(а):Мой друг Димка.

Таких рассказов полно на xgay.ru и bluesystem.ru

Аватара пользователя

Ежик в трусах

магистр
магистр
Сообщения: 989
Откуда: Сургут-Смоленск
Благодарил (а): 29 раз
Поблагодарили: 22 раза

Сообщение 18 дек 2015 10:35

Да там уже про все сто раз написано, что ж теперь, не писать новых? :))

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2105
Откуда: Из за Урала
Благодарил (а): 1 раз
Поблагодарили: 55 раз

Re:

Сообщение 18 дек 2015 10:45

kamill писал(а):
sergei0083 писал(а):Мой друг Димка.

Таких рассказов полно на xgay.ru и bluesystem.ru

Я не скрываю, у меня есть своя страничка на двух сайтах и там все мои рассказы выложены

Аватара пользователя

Shannimal

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2654
Откуда: Республика Крым
Благодарил (а): 90 раз
Поблагодарили: 123 раза

Re:

Сообщение 18 дек 2015 17:42

Ежик в трусах писал(а):Шо у ва там в деревне за трусы были мелкие, что писюн пацан 12-ти летнего вылазил из штанин? :D

Я бы задал вопрос не так. Что за мелкий писюн в 12 лет?!

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2105
Откуда: Из за Урала
Благодарил (а): 1 раз
Поблагодарили: 55 раз

Сообщение 21 дек 2015 08:24

У каждого своя конституция и своё телосложение - у кого то широкая кость и человек коренастый и всё прочее тоже прилично выглядит, а у кого то и в 40 лет меньше ем у 12ти летнего

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2105
Откуда: Из за Урала
Благодарил (а): 1 раз
Поблагодарили: 55 раз

Сообщение 21 дек 2015 13:39

Сейчас выложу продолжение рассказа о себе и друге Димоне.

Добавлено спустя 55 секунд:
Последнее лето.

В своём предыдущем рассказе «Мой друг Димка», я рассказал о своём друге Димке и наших с ним отношениях и дружбе, но он уехал учиться в техникум и мы не виделись почти год. В этом рассказе мне просто хотелось подробнее описать одно событие, которое во многом изменило моё мировоззрение и возможно всю последующую жизнь. Поэтому я немного повторяюсь и прошу на меня за это не сердиться.
Я закончил девять классов и не зная чем занять себя и слонялся по двору. Димка уже отучился год в технаре, и я ждал, когда он приедет. Родители как всегда с утра и до вечера пропадали на работе, и мне приходилось выполнять всю домашнюю работу.
Сидя у окна, я обедал и смотрел на улицу, как вдруг увидел парня с большой сумкой. Он подошёл к дому, в котором жил Димка и открыв дверь калитки, вошёл во внутрь.
Димка!!! Как током меня стукнуло. Я подскочил со стула и чуть без трусов не выбежал на улицу. Одевшись я пробежал несколько десятков метров и запыхавшись забежал к ним в дом. Это был действительно мой друг Димка и мы встретились и поздоровавшись, как будь то сто лет не виделись. Потом я немного посидел и пошёл домой, договорившись с Димкой о встрече через час.
Когда он ко мне пришёл, мы долго болтали и потом пошли купаться на озеро. Стояла жара и я по привычке, как обычно стянул шорты дома и собрался идти следом за ним голышом.
- Ты что так идёшь? – спросил он.
- Да, я всегда так купаюсь, а что? – ответил я.
- Я думал, что ты за этот год хоть немного изменился – сказал Димка и пошёл по дорожке через огород в сторону озера.
Я шёл следом и от радости даже подпрыгивал. Мы долго булькались в воде и плавали. Потом сидели в лодках и разговаривали, а потом снова купались. Потом Димка сказал, что ему нужно идти и что он ещё хочет сходить на работу к матери. Я тоже вызвался составить ему компанию, и мы вылезли на мостки. Я пошёл было в сторону дома, а Димка снял свои плавки и стал отжимать их. Я остановился и посмотрел на него. Его член заметно увеличился в размерах и оброс волосами, а у самого основания я заметил красную полоску, опоясывающую его по окружности.
- Дим, а это у тебя что? – спросил я из любопытства.
Димка замялся и как то увильнул от ответа. По дороге на ферму я всё же достал его своими расспросами, и он мне рассказал, что у него перед отъездом за два дня до этого был секс с одной девушкой, и она, чтоб не забеременеть, предложила ему перетянуть член и яйца так как ни у него ни у неё не было презерватива. Все эти слова для меня были новыми, и я не понимал, что они означают. Тогда мы остановились, и Димка стал мне на руках объяснять, что к чему. Мне стало так неудобно, что я почувствовал, как у меня загорели уши. Потом мы некоторое время шли молча, и я не решался что либо больше спрашивать, а Димка взял с меня клятву что я про это ни кому не расскажу.
Остаток дня прошёл так без всяких событий и вечером я не переставал думать о том, что мне рассказал Димка. Через два дня у нас выдалось много свободного времени, и мы пошли купаться на озеро и я снова из любопытства спросил.
- Дим, а это больно перевязывать?
- Что перевязывать? – переспросил он, открывая глаза.
- Ну как тебе та девчонка перевязала твой член и яйца – объяснил я.
Димка сел и рассмеялся. Он многое сам не знал и объяснил, как мог.
- А давай тоже попробуем – предложил я.
- Нет, я не хочу, а ты если хочешь, то валяй – ответил Димка.
-А как это, я ведь даже не видел ни разу, как перевязывают – спросил я.
Димка посмотрел на меня и немного выждав, спросил
- А ты потом не будешь об этом сожалеть?
- Нет, ты ведь не сожалеешь и это по тебе видно – ответил я тут же.
Димка усмехнулся, и хотел было броситься за мной, но я первый успел и прыгнул в воду и стал на него брызгаться. Мы купались а он так не сказал ни да ни нет. А когда вернулись к нам во двор, то Димка окинул меня взглядом и сказал.
- Да у тебя ещё перевязывать то нечего.
- Как это нечего - и я взяв в руки свой член стал его растягивать.
- Смотри, а то оторвёшь – усмехнулся он.
- Да ничего ему не будет – с ухмылкой ответил я.
Мы ещё перекинулись несколькими фразами, и он сдался.
- Давай какой-нибудь шнурок – сказал он.
Я стал осматривать всё вокруг и увидел под крышей старые ботинки. Выдернув из них один шнурок, я подал его Димке. Мой член от возбуждения уже начал вставать и я не знал что сказать. Димка посмотрел на меня и усмехнулся.
- Да ты и правда вижу, хочешь этого – сказал он.
Я промолчал и Димка, смочив шнурок в бочке с водой, подошёл ко мне.
- Ну, тогда держись и помогай мне – сказал он.
- А что делать? – спросил я.
- Держи руками свой член и яйца и оттягивай их от себя подальше – объяснил Димка.
Я сделал всё, как он говорил и стал наблюдать за его действиями. Димка взял шнурок и обернув его два раза вокруг основания члена, стал затягивать узел. Он тянул медленно, и всё время посматривал на меня. Я не знал, зачем и спросил его. Димка ответил, чтоб если, когда тебе будет больно, то я увижу это.
- А, из за этого – воскликнул я и рассмеялся.
- Ты чего – спросил Димка.
- Тогда можешь не смотреть, знай, тяни – ответил я.
Димка стал затягивать узел всё сильнее и сильнее и шнурок уже врезался в тело возбуждённого члена, а я всё молчал. Димка остановился и спросил.
- Тебе что действительно не больно?
- Так, чуть-чуть. – улыбаясь, ответил я.
Тогда Димка посмотрел на меня и сказал, чтоб я держался. Я не понял смысл его слов, но когда он стал сильнее затягивать узел, мне стало ясно – просто он решил проверить, будет мне больно или нет. Я вытерпел и лишь немного ойкнул и он остановился. Потом обмотнув остаток шнурка вокруг члена и мошонки, он ещё затянул пару узлов и спрятал кончики, чтоб не болтались.
- Вот примерно так это было – ответил он.
Я посмотрел на свой член и удивился. Он вроде стал как бы чуть толще, чем обычно и вены на его поверхности вздулись и выступали. Можно было проследить их от начала и до конца как по карте. Я чувствовал себя вполне нормально и даже попрыгал на месте. Мой член стал покачиваться и хлопать меня по животу. Было так смешно и я схохотнул.
- Ты чего – спросил Димка.
- Просто как то необычно себя чувствую – ответил я.
-А долго так можно ходить? – спросил я после небольшой паузы.
- Я не знаю, но я тогда так ходил пока мы ну это делали, - и отвёл глаза в сторону. Мы дружили давно и не употребляли в своём обращении тех слов, которые нам не нравились. Вот и чтоб называть вещи своими именами, нам приходилось что-то подходящее искать и заменять. Я не знал, что делать дальше и спросил у Димки.
- Куда пойдём?
Он посмотрел на меня и рассмеялся.
- С тобой сейчас никуда не пойти, твой член за километр из штанов выпячивается.
- Ну, можно и так сходить хоть на озеро, хоть в лес – пояснил я.
- Ну, если ты так хочешь, то пойдём, искупаемся. В лес мне сегодня некогда. Если завтра не передумаешь, то давай завтра – сказал Димка.
Мы побежали по огороду и открыв дверцу, прямо по мосткам и в воду. Я плавал, и было такое чувство, что что-то тяжёлое привязано к моему члену. Обычно во время купания, моя пиписька и яйца, съёживались от прохладной воды. Это ощущение я испытывал впервые, и оно мне начинало нравиться. Мы купались минут сорок, а может и больше и когда вышли из воды, Димка взглянул на мой член и яйца и сказал что они начали синеет и пора снимать шнурок. Я согласился, но желание походить так ещё, осталось по прежнему.
На другой день мы как и договорились, пошли в лес и прежде всего Димка снова перетянул мне член и яйца у самого основания и всю дорогу мне говорил что в таком случае после дрочки сперма не выльется наружу. Мне тоже это хотелось проверить и как только мы оказались на опушке леса, я стал тискать свой член и яйца. Хоть они и были перетянуты, но кожа легко двигалась, и я вскоре стал испытывать приятные ощущения. Как только внизу живота стало всё пульсировать и приятная истома охватила меня с головой, я почувствовал как что то стало прорываться внутри на ружу. Но ничего не получалось и кратковременные толчки вскоре стали стихать и всё успокоилось.
- Я, кажется, только что кончил – признался я Димке.
Он остановился и стал осматривать головку и мой член. Он был горячий, и ещё чувствовалась пульсация.
- Похоже на то, - ответил Димка.
- Я же говорил, что после этого сперма не вытекает – добавил он следом.
- А куда она девается? – спросил я.
-Я не знаю – пожал плечами Димка.
Тогда в 83 году мы ещё много чего не знали, и приходилось иногда подслушивать, а иногда узнавать из разговоров на улице. Мы ещё побродили по лесу, и Димка снова снял шнурок и велел мне размять член, чтоб он не затекал, и не было синяка, а потом снова перетянул и снова спрашивал больно мне или нет. Домой мы вернулись через час и сразу пошли купаться. Там на озере Димка и развязал шнурок на моём члене.
После этого мне так понравилось, что я стал каждый день просить Димку перетянуть мне член и яйца и он поначалу нехотя, а потом ему даже стало интересно – сколько я смогу проходить с перетянутым.
Шёл июль, и на поле кукуруза была ещё невысокой, и мы всё свободное время проводили или на озере, или у меня дома и изредка уходили в лес. Я уже знал каждую ямку и впоследствии, стал оставлять одежду дома, чтоб не прятать её и не возвращаться потом обратно, делая большой крюк. Мы ходили и в дальний лес и так вокруг нашей деревни. А после 15 числа начался покос. Мой и Димкин отцы скосили сено на поле и в лесу, и нам нужно было всё сгрести и обкосить уголки, куда не мог заехать трактор с косилкой.
Рано утром, мы взяли косу, грабли и вилы и отправились на покос. Воду и там ещё кое что привёз отец и спрятал в землянке, в которой мы иногда оставались ночевать. За два дня мы скосили всё, что было можно и вернулись домой. Родители были на работе и не проверяли нас и тут вдруг Димка мне и говорит.
- А ты бы смог идти на покос без одежды – голый?
- А что, смог бы – ответил я, хотя даже не представлял как могу это сделать. Так далеко я ещё не уходил голый из дома, а это было если по дороге, то почти семь километров. Конечно, для нас в том возрасте это был пустяк – и больше за день набегивали.
Мы знали, что к нам никто не придёт, и вечером приготовили еду дня на три и предупредили родителей. Они не возразили даже, ведь мне было 15 лет, а Димке 17. С утра, и работается веселее, и до жару можно было много успеть сделать. А то пока протащимся семь километров, и желание работать пропадёт.
Утром, как только родители ушли на работу, прибежал Димка со своим рюкзаком.
- Ну что, тебя отпустили – спросил он.
- Да, а тебя – ответил я.
- И меня тоже – сказал Димка.
Я взял свой рюкзак и стал закрывать дом.
- Ты же собирался голым идти – сказал Димка.
- Я сейчас дом закрою и сниму всё и спрячу в огороде – объяснил я.
- Так неинтересно, в огороде ты всегда можешь её взять, а вот в дом не попадёшь, если вдруг родители твои дома будут – сказал Димка.
Его слова меня зацепили за что-то живое, и я даже начал возбуждаться. Это действительно было рискованно и грозило мне в случае чего разоблачением и скандалом с родителями.
- Я согласен – ответил я и снова открыл дверь и войдя в дом, снял свою одежду и положил в шкаф на полочку, аккуратно свернув перед этим.
Мы вышли через огород и прошли по траве вдоль озера и по полю и как только оказались на кукурузном поле, то немного передохнули. Дальше идти было легче и Димка посмотрев на меня, сказал:
- А ты не хочешь себе кое-что перевязать?
- Хочу, конечно – ответил я.
Мы остановились, и Димка достал из кармана шёлковый обрезок бельевого шнура. Мой член уже давно покачивался от возбуждения, но в предвкушении чего-то нового, он встал моментально, пока Димка готовился. Он быстро перетянул член и яйца у самого основания и затянув узел довольно сильно, чтоб он развязался, поверх затянул второй. До самого покоса мы шли весело болтая, и мой член покачивался в так моим шагам. Член был сильно возбуждён и его венки просматривались по всей поверхности. Мне было очень хорошо, и необычное чувство охватывало меня. Сердечко так и стучало от перевозбуждения и я, не притрагиваясь к нему – кончил и наслаждался растекающейся по всему телу приятной истомы.
Три дня, мы, не вылезая с покоса, сушили и гребли сено, а потом складывали в небольшие копны. Я все эти дни ничего не одевал на себя, так как было нечего. Димка периодически помогал мне перетягивать член и яйца, и я был счастлив, что он показал мне новое и необычное развлечение и помогал мне осуществлять его.
Домой мы возвращались с пустыми рюкзаками и изрядно уставшие. Три дня мы не купались и даже не ополаскивались водой. Вода была во фляге только для питья, и приходилось её экономить. Родители были на работе, и я спокойно вернулся домой. Через неделю родители освободились, и мы вывезли всё сено домой.
Кукуруза на поле уже подросла, и вполне можно было бродить незамеченным, и я предложил это Димке. Он, как ни странно согласился и даже нашёл для своей одежды укромное место и всегда прятал её там. Я же раздевался дома и закрыв замок уходил в поле голым. Та просьба Димки оставить одежду в шкафу меня всегда возбуждала – ведь если что, то я не смог бы вернуться в дом при родителях.
Начался август и после покоса нам дали отдохнуть и мы практически целыми днями пропадали в поле и бродили голыми по кукурузе с края на край – ну в общем кто куда указывал – туда и шли. Димка всё чаще и сильнее стал перетягивать мне член и яйца и мы с каждым разом выдерживали время, постепенно добавляя по пять-десять минут. Вскоре я уже с перетянутыми гениталиями свободно мог ходить до полутора часов и наблюдать, как мой член постепенно синел и менял цвет. Это было необычное и завораживающее для меня зрелище. Димка тоже с интересом наблюдал за всем этим и часто придумывал разные места для перетягивания. Со временем вместо одного шнурка мы уже наматывали на мой член и яйца три и четыре и часто прибегали к шёлковому бельевому шнуру. Он был мягкий и легко скользил при затягивании узлов. Потом кому то пришла идея смочить шнурки в машинном масле – автоле и я взял у отца из гаража и отлил в банку. Мы опускали в неё шнурки и отжав потом, обматывали в интересующем нас месте мой член и затягивали узел. Шнурок легко скользил и сдавливал тело члена или мошонки и нам приходилось завязывать по два узла, чтоб они не расползались. Это было очень интересно, и мы так этим увлеклись, что стали рисковать и ходить по полю без часов и не знали пора снимать или нет. Однажды Димка так увлёкся, что не рассчитал свои силы и перетянул довольно сильно. Я даже ойкнул и он после этого стал постоянно спрашивать меня – больно мне или нет. Я поначалу отвечал что нет, но со временем мне это стало надоедать, и я тогда сказал ему.
- Дима, если мне будет больно, то я тебе сам скажу или дам сигнал. Так что можешь вязать узлы и не спрашивать меня.
Димка вроде как обиделся, но быстр всё забыл и стал просто затягивать шнурки и ничего у меня не спрашивать.
Так мы развлекались целую неделю, пока вечером за час или два до прихода родителей домой, я не забежал в свой огород, с туго перетянутым членом и мошонкой. У меня всё уже начало синеть, и я спешил по быстрее развязать всё. Димка тем временем шёл за мной сзади и немного отстал. Я успел сделать всего несколько шагов, как вдруг дверка туалета открылась и вышла мама. Я от испуга так и пал в картошку и замер. Такого я не ждал и теперь не знал, что мне делать. Одежда лежала в шкафу, а одеть больше было нечего. Как только мама вышла во двор и закрыла калитку, в это время вошёл Димка и увидел меня лежащим в рядках картошки.
- Ты чего? – спросил он.
- Мать уже с работы вернулась – ответил я.
- Ну и что – сказал Димка и тут же осёкся.
- А как ты теперь домой попадёшь – спросил он следом.
- Я не знаю, давай пока развяжем – попросил я.
Мы ушли по мосткам на озеро и стали распутывать мои перетянутые гениталии, и уже совсем было убрали всё, как вдруг услышали звук пустых вёдер. Мы спрятались в воде за камышом и стали ждать. Это была моя мама. Она подошла на край мостков и зачерпнула воду. Посмотрев по сторонам, она взяла вёдра и ушла.
- Наверное, нас искала – сказал я.
- Давай я тебе свои шорты принесу, а потом ты мне их отдашь – предложил Димка.
Я согласился, и он тут же убежал. Вернулся минут черед двадцать, и я облегчённо вздохнул. На ходу сочинив историю, что на время поменялся с Димкой, я зашёл в дом. Но мама даже ничего не стала спрашивать. Сказала, что заболела и мне нужно всё на поливать. Я быстро всё сделал и взяв свою одежду – уже без проблем обменялся с Димкой.
На другой день Димка пришёл чуть позже и когда мы сидели на озере, он сказал что видел странный сон. Но я тогда думал совсем о другом и даже не поинтересовался. Сделав всё по дому до жары, я отпросился у матери и мы с Димкой снова убежали на кукурузное поле. Димка снова мне всё перетянул и тут я вспомнил про сон.
- Дим, а что ты там во сне видел?
- Я не знаю с чем это связано, но я всю ночь перетягивал твои член и яйца и под конец они превратились в кукурузный початок. Ты так и бегал с ним. Он такой зелёный и длинный у тебя был – рассказал свой сон Димка.
- А ты что-нибудь про меня видел? – спросил он у меня.
Я немного замялся и он это заметил.
- Ладно, чего уж там, давай колись – сказал он.
Мне было неудобно, но как другу я стал рассказывать, как три дня назад во сне я брал его член в рот. Димка удивился и даже немного смутился. Мы немного помолчали, а потом я сделал резкое движение и взяв руками торчащий Димкин член и потащил к себе в рот. Как ни странно, он даже не стал сопротивляться и немного подался вперёд. Я понял это как его согласие и уже в следующий момент взял руками его яички и сам стал придвигаться к его паху. Димкин член медленно погружался в мой широко открытый рот. Я делал это впервые, хотя раньше часто об этом думал, и не знал как правильно. Димка похоже тоже эти чувства испытывал впервые и ощущая как я его притягиваю за яйца, положил свои руки мне на голову и стал прижимать к себе. Я тоже обхватил его за ягодицы и тоже стал притягивать к себе и в какой то момент почувствовал, как что-то большое закрывает мне рот и я еле-еле двигал языком. Пока я соображал, что к чему, Димка уже сильнее прижал меня к себе, и я стал задыхаться. Внутри появились рвотные ощущения, и я чтоб глотнуть хоть чуток воздуха, широко открыл рот. Димка понял это по своему и взял и прижал меня своими руками к своему паху, что кудрявые волосья на лобке стали щекотать мне нос. Его член продвинулся до самого конца и полностью перекрыл мне горло. Я не мог ничего сказать и как рыба на берегу открывает жабры и глотает воздух, так и я широко открывал рот, чтоб хоть чуток хватить свежего воздуха. Всё это так подействовало на Димку, что его член стал дёргаться и пульсировать и он стал кончать, не вынимая свой член из моего рта. Мне ничего не оставалось, как сделать глотательное движение и попытаться освободиться. Я стал мотать головой, и Димка ослабил свои давления руками, хотя я сам держался за его ягодицы и не отпускал его. Я стал захлёбываться и закашлял. Димка вытащил член, и я задышал быстро и тяжело.
- Ты что сдурел – сказал я отдышавшись.
- А что случилось – спросил Димка.
- Я чуть не задохнулся, а потом чуть не захлебнулся твоей спущёнкой – объяснил я.
- А я думал, что ты сам хотел, чтоб я тебя прижимал к себе. Ты так меня сильно прижимал за задницу, что я тоже стал тебя за голову прижимать. Взял бы и сказал что ль. – ответил он.
- Как я тебе мог сказать, я языком то пошевелить не мог – ответил я.
- Ладно, прости, я не знал, что делать, и думал, ты знаешь, раз прижимаешь меня.
- Как будь то, я каждый день члены в рот беру – ответил я.
- Но я тоже первый раз это пробовал – объяснил Димка.
Мы посидели ещё немного, и пошли бродить по полю. Мы не стали больше выяснять, кто прав, а кто виноват и перевели разговор на другую тему. Мой член только покачивался в такт моим шагам, и это было классное ощущение. Он мне казался перетянутым таким большим и тяжёлым и я в этом признался Димке. Прошло уже около часа и он предложил мне перетянуть снова. Я согласился. Мне было приятно ощущать как он трогал мой член и вертел его в руках. Получив первый, хоть и не такой удачный опыт, как брать член в рот, я всё равно был рад, что сделал это и лег на землю и сказал Димке.
- Можешь перетягивать, как тебе хочется, я не буду, против.
- В каком это смысле? – спросил Димка, сделав непонимающую физиономию.
Возможно, он хотел это услышать снова и тогда я повторил.
- Если тебе хочется перетянуть мой член и яйца как то по другому – то смелее, я не против, и с этого дня, мне всё равно как ты их будешь перетягивать. Ты мой друг, и вяжи как знаешь или как хочешь. – объяснил я уже более понятно.
Димка тоже следом за мной хотел что-то сказать, но запинаясь, стал спрашивать, что и как. Я объяснил ему, что он сам в праве это решать, а потом сам за него спросил.
- Дим, если ты согласен, тогда я тоже могу твой член в рот брать, когда тебе захочется.
Димка смутился и что-то буркнул. Я понял это по своему и тут же сел на попу и снова схватил его за яйца и приблизил к себе. Его член был мягкий и теперь легко помещался у меня во рту. Я играл с ним своим языком и пытался иногда протолкнуть дальше, делая при этом глотательные движения, но сразу начинал задыхаться и вытаскивал его обратно. Так я баловался минут десять, пока не появилось желание попробовать на вкус и его яйца. Я тут же открыл по шире рот и одним движением перевалил мошонку с яйцами через нижнюю губу и сжал зубы так не сильно, но чтоб они не выскользнули обратно. Член у Димки стал снова возбуждаться, и я решил набрать воздуха, пока не перехватило дыхание и пропустить его как можно дальше. Это было мне просто интересно, получится или нет, хотя особого желания испытывать рвотные позывы, мне не хотелось. Я сжал Димкины ягодицы и сильно прижался к его животу. Снова почувствовал щекотание носа от волос и чуть не чихнул. Немного пошевелив языком, мне удалось отодвинуть яйца чуть в сторону за одну из своих щёк и ещё сильнее прижать его к себе. Димка тоже держа меня за затылок прижимал к себе с силой и тут я приоткрыл рот и собрав все усилия, чтоб меня не вырвало, сделал одно глотательное движение кадыком. Головка члена проскочила в горло и я почувствовал как она задевает заднюю стенку. Димка ещё сильнее прижал мою голову и стал кончать. Я тоже его прижимал как мог за ягодицы и задержав дыхание старался не дышать. Так я мог продержаться с полминуты и этого хватило. Димка ослабил давление и немного вытащил свой член. Я проглотил всё, что он спустил мне в рот и прокашлялся. Мне было приятно и хорошо, а Димке наверное ещё лучше. Только тогда это мы плохо понимали и делали просто ради озорства.
Я лёг на спину и сказал.
- Теперь твоя очередь, перетягивай, как тебе хочется.
- А хочешь, я перетяну как в том сне – спросил Димка.
- Давай, интересно узнать, что тебе снится – ответил я.
Мы развернулись и пошли к лесочку, где у Димки была спрятана одежда. Там же и стояла банка с автолом(машинным маслом) и лежали остальные шнурки и обрезки от бельевых шнуров. Мы с Димкой собрали дома всё, что могло нам пригодиться для этого и спрятали в этом лесочке. Димка смочил несколько шнурков и чуть отжал их и попросил меня оттянуть подальше яйца и член. Сделав два оборота шнурком вокруг основания члена и мошонки с яйцами, он стал затягивать первый узел. Я лежал и наслаждался, как Димка перетягивает мне мои гениталии. Это было так приятно и хорошо. Когда он что то просил придержать, то я помогал ему и вскоре мой перенапряжённый член выглядел я даже не знаю как сказать – огромным что ли. Перетянув член, Димка стал обматывать и завязывать после каждого витка мою мошонку, оттесняя тем самым яички всё дальше от основания. Кожа на мошонке растягивалась, и становилась гладкой, и было видно все тоненькие жилки. Закончив с яичками, Димка нарвал несколько початков кукурузы и стал снимать с них оболочку и обкладывать этим мой член вокруг. Я помогал придерживать, а когда он обложим всё в два или три слоя, он снова у самого основания перетянул и тем самым закрепил Листья вокруг члена. После этого он посмотрел на меня и я понял что он хочет спросить и не дав ему сказать, ответил.
- Перетягивай, где хочешь и как хочешь и не мешай мне твой сон смотреть наяву – ответил я и усмехнулся.
Димка ничего не спросил и взяв небольшой обрывок шёлкового бельевого шнура, начал перетягивать посредине, чтоб закреплённые у основания листья не разваливались. Поначалу Димка затянул немного, а потом вдруг передумал, и стал сдавливать мой член, сколько было сил. Шнур врезался в листья и в тело и сжимал мой член. Я не обращал на это внимания и ни как не реагировал. Завязав несколько узлов, чтоб ничего не расползлось, он снова обложил листьями и слегка обмотал последним шнурком по всей длине.
- Всё, сказал он.
- Ты что вот так и видел мой член во сне – спросил я.
- Да, только он был чуть длиннее, чем сейчас – пояснил Димка.
Я встал и попрыгал немного. Было вполне удобно и смотрелось необычно.
- Ну что, пойдём, погуляем по полю – сказал я.
- А куда? – спросил Димка.
- Давай тут всё оставим и сходим до дороги, а потом вернёмся – предложил я.
- Я согласен – ответил Димка и мы пошли. До дороги от нашего лесочка было всех дальше идти и это возбуждало ещё больше. Мы с собой не взяли ничего, и даже ножницы, чтоб в случае чего разрезать узлы и убирать шнурки, чтоб освободиться от перетяжек. Я чувствовал себя вполне нормально и был рад, что Димка мне предложил попробовать эти перетяжки и что сам принимает в этом участие. Мы шли и разговаривали про всё что только кому взбредало в голову. Димка иногда поглядывал на торчащий вперёд мой член-початок и усмехался.
- А ничего получилось – даже походе. – говорил он.
Возле дороги мы посидели и немного отдохнули, по предложению Димки сосчитали, когда пройдёт столько машин, сколько нам тогда было лет и только тогда пойдём обратно. Мне это понравилось, и я согласился. Сидели мы не так долго и считая каждую машину иногда даже забывали что мы сидим голые и при том у меня перетянуты член и яйца. Когда прошла последняя машина, мы пошли обратно и уже возле нашего места, Димка стал развязывать и снимать все шнурки. Когда он стал убирать листья, он на мгновение замер, а потом и говорит мне
- Только не подглядывай. Я сейчас тебе по новому перевяжу.
Я обрадовался и закрыв глаза рукой, стал ждать. Димка быстро всё убрал и немного дав отдохнуть и чуть восстановиться кровообращению, стал снова обматывать и затягивать мой член и яйца. Мне было хорошо и ничего плохого после первого перетягивания и изготовления из моего члена початка, я не ощутил и сказал ему.
- Ты потуже тяни, а то вроде прошлый раз было слабо. Я даже не почувствовал ничего.
- Мне то что, член твой. Как скажешь, так и сделаю – ответил Димка и добавил.
- Только пока не перетяну, не подглядывай.
Димка спешил и тянул как мог сильнее, чтоб я мог ощутить то, чего не чувствовал до этого. Я лежал с закрытыми глазами и наслаждался. Я не знал тогда, что Димка увидел синяк на члене и испугался и решил подыграть мне и снова перетянуть уже как я скажу. Но тогда я просто думал, что Димка что-то задумал новое и не хочет мне показывать, пока не закончит. Минут через десять он стал и сказал.
- Всё, можешь открывать глаза.
Я встал и осмотрелся. Мой член был так же перетянут, как и тот раз, да и посредине он тоже затягивал узел и тянул сильнее потому что я просил. Потом обложил листьями от кукурузы и всё это обмотал, чтоб не рассыпалось. А привязанные поверх два длинных листа напоминали, что из меня растёт кукуруза с початком. Было смешно и выглядело как то необычно.
- А теперь куда пойдём – спросил я.
- Давай только не так далеко, а то мне через час нужно дома быть – ответил Димка.
Мы стали просто бродить по полю и я снова остановив Димку, схватил его за яйца и быстро присел. Я думал, что он не захочет, но он стоял спокойно и даже не отстранил меня. Я открыл рот и стал играть с его членом и яйцами. Потом взял его руками и направил внутрь и следом за членом последовали и его яйца. Как только они оказались у меня во рту, я обхватил Димку за ягодицы и сильно прижал к себе. Димка тоже отреагировал и уже сам стал прижимать меня к себе, как ему было нужно. Я не сопротивлялся, а только успевал ловить момент, чтоб вдохнуть воздуха. Его член был ещё мягкий и мне это легко удавалось. Но игра языком быстро возбудила его член, и он стал возбуждаться. Димка, сильно прижимал моё лицо к своему паху, как и я его пах к своему лицу. Член стал расправляться во рту и вытеснять яйца и я открыв рот выпустил их. В это время я немного пошевелил головой и глотнул воздуха, как Димкин член стал заполнять освободившееся пространство во рту и проникать дальше в горло. Я ещё раз открыл рот и сделал глоток, как его член следом проскочил дальше и перекрыл мне дыхание. Я закрыл рот чтоб хоть оставшийся в лёгких кислород не вышел, а сам не осознанно стал ещё сильнее прижимать Димку за ягодицы к себе, боясь чтоб он не вырвался и не ушёл. Димка же в свою очередь был сильно возбуждён и просто ни о чём, кроме как наслаждение приятными ощущениями, не думал. Он тоже сильно прижимал мою голову к своему паху и стоя с закрытыми глазами, томился в приятной истоме. Мне ничего не оставалось, как с силой втягивать воздух носом и он чуть-чуть просачивался в лёгкие. Димка проталкивал свой член всё глубже и глубже, и я был на грани. Порывы рвоты могли вот-вот вырваться наружу. Но этого не произошло. Димка кончил, и его спущёнка стала заполнять моё горло. Сделав глоток через силу, я поперхнулся и кашлянул. Димка отстранился и дал мне возможность выдохнуть и вдохнуть свежего воздуха. Мои руки, по прежнему тискали, и сжимали его ягодицы. Он попробовал высвободиться, но я не знаю почему, не захотел его отпускать и крепко стал снова прижимать к себе. Он ослабил напряг и опустил руки. Тогда я взял его яички и член руками и стал играть с ним языком и вспомнил новый год и новогодние подарки , в которых были длинные и разноцветные сосательные леденцы в бумажках. Игра с членом напомнила мне эти конфеты. Я оголил головку и стал сосать её, то засасывая её полностью, то облизывая сверху, и спросил у Димки.
- Помнишь, в подарках длинные леденцы выдавали.
- Помню – ответил Он.
- Ты, не против, я ещё поиграю? – спросил я.
- Сколько угодно, только я устал стоять – сказал Димка.
Мы быстро нарвали стеблей кукурузы и сделали зелёную лежанку. Дима лёг, а я встал рядом на колени и склонившись над его членом, стал лизать его, сосать. Так, я почти час не отпускал Димкины гениталии, и он сам иногда брал мою голову и прижимал её к себе. Как только мне удалось его довести до оргазма, он вспомнил, что ему нужно было домой, и мы стали собираться. Я посмотрел на свой кукурузный початок – творчество Димки и решил убрать всё дома. Одежду я как и раньше снова оставил в своём шкафу – думал что если что то Димка меня всегда прикроет. Но в этот раз он не пошёл со мной вдоль озера, а пошёл сразу по улице. Димкино творение качалось при каждом шаге и вдобавок ко всему ещё и шуршало листьями. Я был счастлив, что сегодня всё так получилось, и даже не думал, что мой член уже больше полутора часов перетянут. Я ничего не чувствовал и мне было просто хорошо.
Добравшись до своего огорода, я открыл калитку и вошёл во внутрь. Заглянув во двор, я увидел на двери замок и уже ничего не опасаясь, вошёл в ограду. Я сел на крыльцо и стал распутывать все шнурки. Так минуты через три, я уже стал снимать зелёные листья, и в некоторых местах уже виднелась тёмно синяя кожа моего члена. Как только я убрал всё, то сам испугался от увиденного. Мой член был почти весь синий. Такой огромный синяк и испуг перед тем, что его могут увидеть родители – меня тогда вывел из равновесия. Я быстро оделся и побежал к Димке. Отведя его в сторону, я показал свой синий член и спросил его
- Что делать?
- Ты же сам просил сильнее затягивать – ответил Димка.
- Это всё понятно, я и сейчас тебе, то же самое сказал бы – только бы родители не узнали – сказал я понурым голосом и побрёл домой.
Вечер прошёл нормально и никто ничего не узнал. Утром все ушли на работу, и я облегчённо выдохнул – один день пронесло. Сколько ещё надо вытерпеть, чтоб синяк сошёл – подумал я. В это время пришёл Димка.
- Серый, я через два дня уже уезжаю. Заселение в общагу будет – сказал он.
После этих слов мне вообще стало грустно. Я снова оставался один.
- Но ведь до занятий ещё больше недели – сказал я.
- Нас предупредили, что нужно ещё каждому кто будет жить в общаге – отработать до начала занятий по пять дней. Мы вчера с мамой в технарь звонили. Я и сам не знал – ответил Димка.
Мы сидели и не знали что делать. Всё так здорово складывалось, и нам вместе было весело и хорошо.
- Пойдём, что ли погуляем напоследок – предложил я.
- Пошли – ответил Димка.
Мы быстро сделали все дела, и я разделся в своей комнате и вышел уже голый во двор.
- Ты что так пойдёшь? – спросил Димка.
Я не знал тогда, что это простое на вид любопытство потом сыграет со мной злую шутку и ответил.
- Хочется что то, чтоб запомнилось, ведь мы целый год не увидимся.
Я достал из ящика все шнурки, которыми, были перетянуты мой член и яйца, и подал Димке.
- На, перетяни, как тебе хочется – сказал я.
- Но у тебя же, синяк огромный – ответил он.
- Одним больше, одним меньше, а так оба в раз пройдут – ответил я.
- И то, правда. Давай масло – сказал Димка.
Димка стал быстро и уже умело перетягивать мне член и яйца, а я в свою очередь только и подсказывал ему, чтоб затягивал посильнее. Минут через пятнадцать всё было готово и я с отяжелевшим и посиневшим членом и яйцами, и Димка рядом – шли в сторону поля. Там мы бродили и разговаривали. Димка ещё много что рассказал про город и как он жил в общаге. Мне всё было интересно, и я даже порой забывал, что я голый, а мой член синеет всё сильнее, да и яйца тоже теряли чувствительность. До вечера мы ещё несколько раз перетягивали мои гениталии, и я дважды играл его членом и сосал его как леденец. О том, что Димка перед отъездом мне устроит один сюрприз с синяком и потом второй со временем, я тогда даже не догадывался.
Пока мы гуляли, он успел отвести свои часы на два или три часа назад и уже ближе к вечеру, когда перетянул мне член и яйца снова и даже сильнее чем обычно. Выдержав немного, он вдруг заявил.
- Я совсем забыл, меня же отец сегодня будет ждать на МТМ – вдруг так спешно сказал он, и мы поспешили к его одежде. До конца рабочего дня оставалось ещё много времени по его часам, и я сказал, что ещё немного прогуляюсь и потом приду сам. Мне не хотелось развязывать так успешно и удобно перетянутые член и яйца, хотя они были все синими от синяков. Димка махнул рукой напоследок и ушёл. Он наверное обрадовался, что я не пошёл с ним и не смог его злую шутку раскусить тогда сразу. Всё складывалось в его пользу – ведь у меня не было часов, и я просто мог не рассчитать время.
Я увидел, как Димка скрылся за поворотом и пошёл через поле до леса – это не более полутора километров. Пройдя по опушке, я пошёл в сторону дома и выйдя на поле стал прячась за бурьяном, пробираться в сторону дома. Откуда-то на поле взялись несколько коров, и за ними приглядывал один дед. Мне пришлось спрятаться и пересидеть ну не больше получаса. Когда они отошли подальше, я успешно добрался до камыша, и уже прячась в его зарослях, оказался возле своего огорода. Калитка почему-то была открыта – я вроде закрывал её за собой всегда. Может и забыл в спешке – подумал я, и уже было собрался выходить, как вдруг увидел, что мой отец с вёдрами идёт за водой. Я был в полной растерянности и не знал, почему они дома. Я быстро забрался в самую гущу и стал ждать. Вскоре с вёдрами вышла и моя мать, и они оба носили воду на полевку. Но ведь я натаскивал – куда та вода делась. У меня было много вопросов и ни одного ответа.
Я сидел голый в камышах с перетянутыми членом и яйцами и не знал, как попасть домой – ведь одежда лежала в моём шкафу. Меня охватил испуг – ведь Димка не знал об этом и я был уверен, что он уже точно вечером ко мне не придёт. Если что, он всегда знал, где меня можно было найти. Мои родители меня тоже не пойдут искать, я часто ночевал у Димки или на сеновале, когда мы долго бегали на улице и чтоб потом не будить родителей – ведь им рано вставать и на работу. А по утрам они мне всегда писали записку – что нужно сделать. Конечно, я мог сказать, что когда купался, то одежда утонула, и что ветер её просто сдул с борта лодки, но как я мог объяснить, что мой член и яйца были синими и тут я вспомнил про них и стал быстро распутывать. Когда всё снял, то увидел, что член стал ещё синее – просто цвет был какой-то даже не синий, а тёмно-фиолетовый. За это отец бы меня точно тогда в кровь изодрал, и мне ничего не оставалось, как заночевать или в поле, или в сумерках зайти в огород и спрятаться в картошке – но там могли меня случайно увидеть, и я побрёл в поле к нашему леску посреди кукурузного поля. Там-то меня уж точно никто бы никогда не нашёл.
Я устроился на нашей лежанке сделанной из кукурузы и заснул голый и голодный. Правда съел пару початков и всё. Воды тоже не было, а бегать на озеро было не с руки. К колодцу я тоже не мог подойти. Кругом были дома и меня могли увидеть – даже ночью. Проснулся я уже утром, когда солнце было высоко, наверное, около девяти часов и сразу побежал домой. Прочитав записку, я набросился на еду, а потом оделся и вышел во двор. Время было даже больше – половина одиннадцатого. Раннее утро для меня оказалось почти обедом. Мне хотелось обо всём рассказать Димке, и я побежал к нему, но мне сказали, что заехал сосед и он уехал рано утром.
- Даже не попрощался, друг ещё называется – буркнул я и тут же осёкся. А где бы он искал меня – ведь я был в поле. Я хмыкнул и пошёл домой.
Мои синяки никто не заметил и уже через месяц они почти прошли.
После этого случая мы с Димкой не виделись почти три года, а потом ещё три с половиной. Он закончил технарь и уехал на отработку в другую область
Почему я решил подробно описать это лето и назвать его последним – потому что оно было действительно для нас последним, если считать наш юношеский возраст. Наша встреча состоялась, но уже когда мы были взрослыми, и нм было за двадцать.

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2105
Откуда: Из за Урала
Благодарил (а): 1 раз
Поблагодарили: 55 раз

Сообщение 26 янв 2016 14:51

Мои летние забавы

Мне очень нравится когда меня кусают насекомые и я хочу рассказать об этом: про паутов, слепней и оводов и конечно без мух ту не обходится. Хоть и увлекаюсь я этим давно, но проделываю не так часто – в силу своих возможностей и занятости.
Обычно пауты, слепни и оводы появляются и особо сильно кусаются в средине лета во время обеда в яркий солнечный день. Особенно много их в тех местах, где пасут крупнорогатый скот, коров и лошадей и в местах водопоев. Я приезжаю в деревню и одеваю свои специально приготовленные брюки, с вырезом в области гениталий, а сверху простое трико. На берегу я снимаю трико и остаюсь в брюках с дыркой, через которую мои член и яйца тут же вываливаются на свободу. Нахожу место возле воды и на солнце и накрываюсь полотенцем лицо и руки, чтоб тоже не покусали, а ноги сгибаю в коленях и широко развожу. Так и лежу ну не больше минут пять. Пауты и все остальные появляются быстро и вот первые укусы. Я даже вздрагиваю и руки тянутся чтоб их пришлёпнуть, но сдерживаю себя и лишь слегка приподнимаю полотенце и голову, чтоб выглянуть. Сидят уже судя по укусам несколько штук и пьют из меня дурную кровь. Потом следуют укусы один за другим, и я уже привыкаю к ним, и у меня появляется спортивный интерес – сколько я вытерплю. Лежу и иногда выглядываю. Насекомых просто кишит, такое лакомство не каждый день им достаётся. У животных попробуй прокуси толстую шкуру, а тут совсем почти без усилий. Вот они и слетаются, а мухи не могут прокусить и они собираются возле освободившихся прокусов, образуя собой круг и все пытаются высосать то что выступает через прокус – на это можно смотреть часами – так возбуждает и завораживает. Смотришь, как твой член и яйца на твоих глазах едят эти мелкие твари – насекомые, а они продолжают, суетятся, ищут свободное место. Весь член и яйца за час покрываются этими насекомыми, и член весь как бы шевелится. Укусы уже не чувствуются и становится безразлично, что там под слоем насекомых творится – просто интересно, скоро ли они напьются и улетят, но их много а член один и не выдержав, спустя часа полтора, я встаю и сгоняю всех, если меня раньше никто не спугнёт. На траве несколько красных капель – кровь накапала. Весь член зудит и в волдырях и прокусан, а из ранок разъеденных мухами проступает кровь. Всех больше всегда доставалось головке. Там кожа тонкая и они её просто как решето искусают за час с небольшим. Ну и конечно потом всё место после укусов становится одним огромным синяком и я заживляю это две-три недели и то не до конца. За лето я успеваю так развлечься максимум два раза, если ждать когда всё заживёт, а если не ждать, то можно каждый день – только боюсь, что от кожи на головке особенно, может ничего не остаться. И ещё одна опасность в таких моих экспериментах или развлечениях присутствует – летом жарко и разъеденная кожа на члене начинает преть и не исключено что может произойти загнивание – я однажды чуть не дотянул до такого, вовремя спохватился и стал более осторожен. Если бы мне было не так жалко свой член и яйца, то я позволил бы насекомым кусать его пока это возможно, пусть бы даже весь отгрызли, но столько времени я не смог бы пролежать под солнцем и чтоб меня никто не заметил, хотя если быть честным до конца, эта идея меня часто посещала и поэтому я тянул сколько мог, в смысле, на сколько сил хватало терпеть.
Комары тоже очень интересные насекомые – только они противно пищат. Я тоже во время летних дождей, когда сырости полно и в лес невозможно зайти без накомарника, люблю развлекаться с комарами. Для этого тоже использую брюки с распоротым швом между ног. Так зайду иногда рано утром в высокую траву и стану широко расставив ноги. Мои член и яйца вывалятся на свободу, а комары распуганные тут же из травы поднимаются и в момент облепят и ноги и оголённые части тела. Они все почти налетают враз, а не по одному, как пауты и оводы. Укусы моментально по всей площади оголённого члена и мошонки и это так больно, что через силу сдерживаюсь, чтоб не прихлопнуть их всех. Стою и смотрю через накомарник, как мой член встаёт покрытый весь комарами. Одни надуваются и становятся бордовыми, а другие тычут носом, где бы удобнее воткнуть свой хоботок. Это так интересно. Я несколько раз наблюдая за всем этим, кончал даже не прикасаясь к члену. Конечно после этого, когда выйдешь из леса, начинается страшный зуд и сидя на опушке, дрочишь свой член до покраснения, чтоб хоть как то его успокоить.
Вечерами тоже есть эти насекомые, но на берегу, Появляется мошка, которая больно кусается и после неё очень сильно всё чешется. Пробовал несколько раз и каждый раз готов был оторвать всё, чтоб избавиться от чесотки. С мошкой ещё проще. Лежишь на берегу и ждёшь, вытащив из ширинки своё хозяйство. Мошки быстро чуют и подлетают и садятся на оголённое место и стоит только нескольким прокусить и напиться крови из члена или мошонки – так сразу налетает их такое множество, что лежишь и терпишь сжав зубы, что скрежет слышится, как больно они кусают. Волдыри и опухоль появляется быстро, а потом страшный зуд. Мошки мелкие и легко пролезают между волос, а в волосах на лобке вообще трудно потом чесать. Я даже для этого специально брил свои гениталии, чтоб насекомым легко было кусать везде, а мне потом чесаться. Это вообще неописуемые ощущения и чувства.
Ещё я однажды решил попробовать укусы пчёл, вспомнил, как в детстве за руку одна тяпнула, так рука вся опухла. Ну и решил поймать и посадить на свой член. Поймать с помощью открытого коробка из под спичек мне удалось, а потом запустил пчелу в целлофановый кулёк и следом туда опустил своё хозяйство. Пчела жужжала в углу и мне пришлось её прижать немного к члену. Ну она и тяпнула. Я чуть не вскрикнул от боли. Вскоре всё утихло и стало даже как то необыкновенно хорошо. Я ещё поймал одну, а потом ещё и так штук шесть или семь. Кусали меня в разных местах и даже на головке – сильно больно было, но я вытерпел. Опухоль не появлялась и я начал уже сомневаться, что она появится. Ломота внизу живота и в области паха всё заглушила и я спокойно продолжил работать после обеда и когда захотел по маленькому, запустил руку в штаны, а там так тепло и что то большое. Вытащил всё наружу и сам испугался. Кожа на члене натянулась и всё разбарабанило, того и гляди лопнет. Член весь был горячий и с трудом пролез в ширинку. Тут мой мозг переключился на увиденное и я с трудом до конца дня отработал. Между ног чувствовал что что-то всегда мешает такое горячее и покрасневшее. Вечером дома лежал на кровати голый и разглядывал, то что разбухало кажется на глазах. На другой день даже на работу не пошёл, трудно было ноги передвигать, когда касался члена, то было больно. Опухоль держалась дня четыре и потом медленно начала спадать, после чего стал появляться зуд и я всё свободное время ёрзал рукой по длинне своего опухшего члена. А через две недели всё успокоилось и даже следов не осталось – только точки от жал, которые я не вытащил сразу, а только когда спала опухоль. Мне показалось это очень интересным и необычным и спустя ещё дней десять, я решил повторить. Нашёл цветущий кустарник и стал ловить с помощью спичечного коробка пчёл и запустив их в целлофановый кулёк, прижимал к члену и даже мошонке. Место где укусить не выбирал. Хотелось посадить побольше. За час с лишним мне удалось поймать около 18 пчёл и все укусили мои генеталии, оставив в них своё жало и только когда меня укусило ещё две или три – точно не помню, в голове что то закружилось и даже тошнота появилась. Я сразу же прекратил. К вечеру всё разбарабанило и покраснело, что я ходил как кавалерист, не мог сдвинуть ноги и стал специально хромать и всем объяснять, что ступил неловко и вывихнул ногу. Меня отпустили домой и я дома неделю провалялся не одеваясь. Опухло всё ещё больше и я когда ходил по комнате, то приподнимал всё руками и так держал навесу, чтоб не тёрлось. Об этом можно долго рассказывать, но всё одно и тоже. Я потом каждое лето так с пчёлами забавлялся и продолжаю сейчас. Только возникла одна проблема – привычка организма и опухает уже не так, как в первые разы. Зато пчёл уже присаживаю на член и яйца более тридцати.
Совсем недавно я искал новые возможности и новых насекомых и мне на глаза попались колорадские жуки. Они конечно противные и если их раздавить, то воняют. Но я подумал что они как то кусают и едят картофельную листву и не только они, но и другие жуки и стал собирать всех, какие только попадались и на заборе и в лесу и на траве. Видов много было, я не считал. Большие и маленькие, с усами и без и все они выглядели очень страшными. И вот я насобирав таких более трёх десятков, всех в один пакет и опустил туда свой член и яйца и чтоб жуки не выползли, завязал у основания. Воздух из пакета выпустил, чтоб брюки не оттопыривались и пошёл ходить по двору. Вскоре как кто то укусит больно, что я тут же сбросил штаны и стал разглядывать. Я не думал, что такое может произойти и вскоре сам убедился. У нескольких жуков маленькие клешни как рога, сжимали кожу на члене и практически прокусывали её и потом появлялась такая маленькая полоска мм. 2 и из неё выступала капелька крови и они её высасывали. Проделав в коже несколько таких прокусов они ползали возле них и пытались сделать новые и я испугался. Исстригут так всю кожу на члене и будет решето и выпустил всех. Сейчас экспериментирую только с одним или двумя жучками – по многу на свои гениталии не сажу. Трудно следить за всеми. А вот колорадские не так опасны – они просто большим количеством измусолят кожу, а прокусить не могут. После них кожа, особенно крайняя плоть становятся дряблыми и тонкими. Я даже иногда по пол сотне колорадских жуков насобираю, всех в мешок вместе с членом и яйцами и спать. Хорошо что их на картошке полно – всё лето собирать можно и экспериментировать. А после укусов разрядка становится приятной втройне.
Пробовал и других насекомых и жучков, но там описывать нечего, если что только дождевые черви очень легко проникают в уретру(мочевой канал) а потом когда иду писать – они вместе с мочой вылетают – интересно, но не так возбуждает.
Сейчас я живу в деревне рядом с лесом и часто, как только наступает весна и пробуждается всё живое, я брожу по лесу в поисках новых насекомых, чтоб испытать новые ощущения, но и не забываю старых, хоть и приходится повторяться. У нас рядом река и много кругом болот и водоёмов – так что возможностей что то найти очень велика и я надеюсь, что этим летом снова найду новые ощущения и может напишу о них.

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2105
Откуда: Из за Урала
Благодарил (а): 1 раз
Поблагодарили: 55 раз

Сообщение 28 янв 2016 11:23

Мои любимые развлечения
Часть 1

Мне было тогда лет 11 или 12, когда я впервые узнал что такое онанизм. Это слово для меня звучало противно, но когда я решил попробовать, так как в школе все наши деревенские мальчишки знали про него и эмитировали руками как это делается, подсмеиваясь над такими, как я. Вечером, лёжа в постели под одеялом, я запустил свою руку в трусы и нащупав там свой маленький писюн, начал им играть, дёргать его, как это показывали мальчишки и почувствовал, как он начал напрягаться и вскоре стал таким, каким я его привык видеть по утрам, когда очень хотел писать. Вскоре мне стало немного щёкотно и одновременно приятно. Я лежал закрыв глаза и игрался с ним и вскоре почувствовал приятную истому. Это было так приятно и необычно, что я просто растворился в наслаждении и так уснул.
Это был мой первый опыт и мне понравилось. Дальше я делал это при каждой возможности и каждом удобном случае. Вернувшись из школы. Я ложился на кровать и наслаждался, пока родители были на работе. Позже, когда закончилась зима и наступили тёплые дни, я этим стал заниматься и на улице, прячась от родителей, а когда они были на работе, то полностью раздевался и стоя перед зеркалом, яростно дёргал свой писюн, что маленькие яички в оттянутой мошонке просто болтались из стороны в сторону. Это было так смешно и забавно и в то же время очень приятно. Многое после этого изменилось в моей жизни. Я стал замкнут и меньше играл с друзьями, а больше уединялся и прятался от посторонних глаз, чтоб заняться игрой со своим писюном.
Спустя год с не большим, я впервые испытал настоящий выплеск белой густоватой жидкости. Это было так приятно и так сильно испугало меня, что я подумал тогда, что доигрался и чем-то заболел. Но вскоре, прислушиваясь к разговорам сверстников, я узнал, что это было не что иное как сперма и то, что мой организм уже стал взрослым и он вполне мог вырабатывать её и при занятии онанизмом, выплёскивать на свободу. Мне это очень понравилось и я стал с удвоенной силой играть со своим пенисом. Я онанировал при любом удобном случае, как только было удобно, и мой пенис начинал возбуждаться. Вечером, лёжа в постели я, прежде чем заснуть, обязательно доводил себя до того, чтоб выплеснуть порцию спермы. Была только одна проблема, боязнь, что могут заметить родители пятно на постели и мне приходилось выплёскивать иногда прямо себе на живот и растирать или прямо в трусы, которые я потом тайно застирывал, чтоб при стирке мать ничего не заметила. Позже у меня появилась идея и я стал выплёскивать всё в носки, которые одевал как презерватив на торчащий член. За два-три года, я так поднаторел в искусстве онанизма, что делал это даже во время прогулки по деревне прямо на ходу. Я засовывал руки в карманы и незаметно двигал крайнюю плоть вдоль по члену, а когда наступал пик и я должен был вот-вот кончить, я прятался за забор и поливал чей-нибудь огород или прясло палисадника.
Однажды случилось то, что и должно было случиться. Я в самый последний момент подошёл к забору и уже приготовился было кончить, вытащил при этом свой возбуждённый член и держа его одной рукой начал делать поступательные движения, как за спиной меня кто то окрикнул. Я чуть не наложил в штаны, и от испуга пропало всё желание, но мой член ещё был возбужден. Я обернулся и увидел своего друга, Димку, который мне приходился дальним родственником, и жил по соседству. Он был старше меня на год и увидев что я завернул за угол, подошёл ко мне и стоя сбоку пялился на мой торчащий член, который я всей своей ладонью держал и как окаменевший не знал что мне делать дальше. Моим словам, что я хотел пописать, он мне кажется не поверил, но и никому не растрепал о случившемся. Дальше я стал более осторожен и в последствии прятался так, чтоб меня не нашли.
Вскоре к моим увлечениям онанизмом ещё и добавились другие игры. Чтоб как то скрыт свой возбуждённый член в своих штанах, я подумал, а что если его приматывать бинтом прямо к ноге. Это было забавно и интересно. Ходить правда было не очень удобно и я всегда придумывал разные истории про больную ногу, а тем более бегать и купаться со всеми. Зимой это скрывать было проще и я так даже ходил в школу на занятия, туго примотав свой член и яйца к бедру одной ноги. Меня всегда это возбуждало, ведь никто даже не догадывался, что там с моей ногой и почему я прихрамываю. Тогда я учился уже в 9 классе и мой член оброс волосами и это добавляло некоторые неудобства. Я иногда прищемлял волосики и они больно дёргали кожу и я тогда впервые моясь в бане, просто сбрил все свои волосы вокруг члена и мошонки. Это меня так тогда возбудило, что в последствии. я это делал и делаю постоянно. Мама работала в сельской больнице, и проблем с освобождением от физкультуры не было и ещё, я очень здорово умел притворяться, что у меня болит нога. Так что переодеваться в раздевалке среди сверстников мне не приходилось и никто не мог заметить, что я брил свой член и привязывал его к ноге, да и с бинтами тоже не было проблем. Но однажды мама заметила, что бинты стали куда то исчезать и мне пришлось придумывать что то другое. Тут в ход пошло всё, что могло подойти. Я стал экспериментировать. Пробовал всё, от ниток и шнурков, до разных верёвок. Появились новые разнообразные возможности и я стал не просто привязывать член и яйца к ноге, а прежде чем привязать, я их перетягивал у самого основания. Что позволяло находиться моему члену да и мне самому в состоянии возбуждения довольно долго. Заканчивался учебный год и к концу подходил мой девятый класс. В стране в это время проходили олимпийские игры. Шёл 1980 год, а у меня были свои победы и достижения – своя олимпиада. Я мог подолгу ходить с перетянутым членом и яйцами и при этом не чувствовать боль. Я уже испробовал больше сотни разного рода и видя перетягиваний на своём члене и умел по разному привязывать их к ногам и даже к животу, что при этом никто ничего не мог заподозрить. Правда иногда увлёкшись своими играми, я забывал про осторожность и на коже оставались синяки, которые заставляли меня немного остановиться и дать зажить им.
Ближе к осени, когда родители были на работе, а я слонялся по дому, придумывая для себя очередное испытание, и совсем забыл про осторожность – ходил по дому голый с несколькими синяками на члене и мошонке, как вдруг дверь открылась и вошёл Димка. Увидев меня в таком виде, он растерялся и не знал – заходить ему или срочно выскакивать назад. Я тоже испугался и не знал что мне делать и что говорить, хотя по моему виду было и так понятно, чем я занимаюсь. Мой член торчал как Пизанская башня – немного наклонившись в сторону. Димка уже закончил школу и на днях уезжал в город учиться дальше. Мне ничего не оставалось, как признаться и убедительно попросить его не рассказывать об этом никому. Он мне дал клятву и пообещал и я ему благодарен. До этого момента, пока я сам не решился написать о этом в своём рассказе, об этом никто не знал.
Оставшиеся несколько дней мы провели вместе и как только мои родители уходили на работу, Димка прибегал ко мне и с интересом следил за всем, что я делал. Он даже советовал и предлагал свои идеи, как это сделать и некоторые мне понравились и я часто их применяю сейчас – спустя уже много лет.
Его идеи были очень просты и в своём исполнении напоминали обыкновенные стринги – тогда этого слова ещё даже не знали. А заключалось это вот в чём. Вокруг талии я одевал обыкновенный ремень или обматывал живот верёвкой. Затем перетянув член и яйца у самого основания, я перетягивал головку и завязав на два или три узла, чтоб шнурок не расползся, я пропускал шнурок между ног назад и сильно натянув его, завязывал за ремень со стороны спины. Мой член с перетянутыми яйцами устремлялся между ног назад и раздвинув ягодицы, удобно располагался между ними. Спереди лишь было видно пустое место, на котором когда то покачивался возбуждённый член. Яйца тёрлись между ног, а головка при приседании выдавала себя, образуя небольшую выпуклость на штанах. В таком виде мне было хоть и не очень удобно ходить, но я испытывал какую то эйфорию от наслаждения и мне это нравилось. Мы с Димкой после того, как я всё это привязывал и закреплял, одевались и шли гулять по селу и даже ходили в кино вечером. Только сидеть мне в таком виде приходилось на собственном члене, а яйца во время ходьбы часто тёрлись друг о друга и даже образовывались мозоли – ведь когда я так перетягивался, я каждое яйцо перетягивал порознь, а свой член заводил между ног оставляя яйца по разные стороны.
Когда Димка уехал, мне стало как то скучно и я стал придумывать для себя новые игры. Бритый и перетянутый член и яйца меня уже не так возбуждали. Да и сидеть на уроках в таком виде было не очень удобно – всё внимание рассеивалось и я ничего не запоминал, а впереди были выпускные экзамены. Я и так учился на тройки и лишь по некоторым предметам были четвёрки. Димка, приехавший на зимние каникулы при встрече мне подкинул несколько идей, хотя сам для их реализации не пришёл и своё равнодушие ко всему, что я делал он не объяснил. Правда однажды встретившись на улице, он спросил меня:
- Ну что Серый, твой член ещё не отвалился?
Я сначала не понял его иронии и даже удивился и не подозревая глубины его слов ответил просто и с юмором:
- Нет, всё на месте и как обычно.
- Ну когда попробуешь то, что я сказал, расскажешь – сказал он и скрылся во дворе своего дома.
Я немного расстроился и когда мои родители ушли на работу, принялся за дело. Я разделся и разгуливая голый по дому, искал подходящий материал для воплощения новой идеи Димки. Часто проходя возле окна, я выглядывал слегка отодвинув штору, чтоб меня не увидели, наблюдал за Димкиным домом. Он находился на противоположной стороне улицы, немного поодаль и его хорошо было видно. Димка появился только через час с лопатой в руках и старательно разгребал снег. К этому времени я уже сделал всё и думал, что бы мне одеть, чтоб выйти на улицу и если удастся, то рассказать Димке и если повезёт, то и показать что получилось. Я одел рубашку и свитер, а нижняя часть всё ещё была обнажена. Подойдя к окну, я ещё лишний раз хотел убедиться тому, что Димка ещё там, но тут же растерялся. Он воткнул лопату в сугроб и уже подходил к моему дому. Что делать и в каком виде его встретить – я не знал. Я метался по комнате. То пытаясь снять свитер, то снова его одевал. Когда Димка вошёл, то он застал меня в очень необычном виде. Я стоял в одной рубахе, держа свитер в руках, а низ был полностью обнажён. Из под рубахи выглядывало то, что я сотворил по совету друга.
Ещё не успев обернуться и закрывая за собой дверь, Димка спросил меня:
- Ну ты чего снег чистить не выходишь?
А когда он повернулся, то так и остался стоять с открытым ртом. Из под рубахи выглядывало какое-то чудовище, сотворённое мной из собственного члена и яиц. Член по всей длине, начиная от основания и до головки, был перетянут местах в двенадцати – почти через каждый сантиметр и шнурки так сильно врезались, а кончики узлов было обрезаны и запрятаны, что это всё напоминало большую гусеницу – только лысую, или дождевого червя фиолетового цвета. Яйца тоже были перетянуты у основания и каждое по отдельности, а потом обогнув член с обеих сторон ещё были стянуты вместе и образовывали тёмно-синюю бородавку поверх члена. Сам же член за головку был привязан шнурком, который в свою очередь пропущен между ног и кренился к поясному ремню. Я передвигался очень осторожно и неуклюже, что вызвало смех у Димки после его шока
- Ну и как ты в таком виде снег убирать будешь?
Я конечно этого делать не собирался, но слова Димки как то подействовали и я тут же одел свитер и натянув на ноги тёплые трикотажные спортивные штаны, на голое тело, за шагнул в валенки и подойдя к вешалке рядом с Димкой, одел телогрейку.
- Так нормально? – спросил я.
- Нормально то нормально, но ведь всё это и он показал на область моих гениталий, будет мешать.
- Увидим – ответил я одним словом и натянув шапку ушанку, вслед за Димкой, вышел в сени.
На долго меня не хватило, я всего успел очистить одну треть того, что было нужно, как сильное давление и жжение в области члена и яиц, заставило меня вернуться в дом. Димка пришёл следом и застал меня за тем, что я распутывал все свои верёвки за спиной, чтоб высвободить вначале член, а уж потом всё остальное. Он с интересом наблюдал и помог мне на спине развязать два узла. Я очень осторожно снимал один шнурок за другим, и когда всё было убрано, освободил шнурки и с яиц – они меньше всего болели и их я освободил в последнюю очередь. После всего этого на всей длине члена было много синяков, от вида которых Димка очень испугался и уходя снова мне напомнил, что я когда-нибудь доиграюсь. После этого я месяц ничего не делал, а потом снова начал. Димка приехал только летом. Я сдавал экзамены, а потом выпускной и лишь полностью освободился от школы уже во второй половине июля. Отдохнув с месяц, я усиленно играл со своими гениталиями и как не старался, чтоб пришёл Димка, у меня ничего не получалось. В августе меня отец устроил на работу в МТМ – учеником слесаря и я целыми днями копался в машинах и тракторах. Домой приходил грязным и по долгу отмывался. Ходить с перетянутым и привязанным на работу у меня не получалось, но однажды я решил попробовать. Для начала просто перетянул у основания туго-туго, что даже венки на члене вздулись и привязав бинтом к животу, потому что заправить между ног и спрятать между ягодиц, это было просто невозможно. Мой член так был напряжён, что не хотел гнуться. На МТМ, когда все разъехались, и нас осталось только три слесаря и я ученик, я захотел в туалет. Руки все были в мазуте, а отмывать не было времени. Я решил, что ничего страшного – дома отмоюсь и побежал за цех. Забежав в туалет, я стал судорожно разматывать бинт, а потом и развязывать шнурки, чтоб высвободить член. Конечно весь живот и член с яйцами я вывозил в мазуте, но обмочить штаны мне не удалось – справил нужду куда нужно. С облегчением я вышел на машдвор и пошёл на воё рабочее место. Внутри что-то такое происходило, но что я тогда не понял, хотя ощущения того, что у меня в штанах все мои гениталии выглядят грязнее половой тряпки, а об этом кроме меня никто и не догадывается, как то возбуждало и член начал медленно вставать. Оказаться в необычной ситуации перед мужиками мне не хотелось, да и они заметили, что я сбегал в туалет, снова присматриваюсь к нему.
- Ну что, живот скрутило? – спросил кто то.
Это было спасение и я сказал ДА.
- Это с непривычки, тяжелее х… ничего не поднимали, вот и крутит – посмеялся другой.
- Ладно, иди отдохни с часок, мы тут без тебя управимся – сказал первый.
Услышал это, я быстро отвернулся и скрылся за стенами цеха. Зайдя в туалет, я достал свой уже торчащий как кол, член и стал дрочить. Так я ещё никогда не дрочил. Мои яйца разлетались в разные стороны ударяя меня по ногам и руке, а мои грязные руки со скоростью двигались по всей длине члена. Мощная струя белой жидкости вырвалась на свободу и с плюханьем упала в яму. Следом упало ещё несколько но уже более слабых и меньших по объёму. Я тяжело дышал и совсем ослабев, навалился на стенку. Так я стоял несколько минут, а потом окинув взглядом своё хозяйство, улыбнулся и натянув штаны, вышел на улицу. Присев в тени, я расслабился, и мне было так хорошо, несмотря на то, что на всём члене и яйцах не осталось ни одного светлого пятнышка чистой кожи. Мне это очень понравилось, и в дальнейшем я уже не боялся, что грязными руками дотронусь до своего члена и яиц. Теперь я это делал даже специально и к вечеру мои гениталии были снова чернее ночи. Сознание того, как выглядят мои член и яйца и что об этом никто не догадывается, меня всегда возбуждало и я этим занимался последние несколько лет, правда после работы мне всегда подолгу приходилось всё отмывать.
Димка закончил учёбу и приехал на каникулы. В это время как раз шёл сенокос и я после работы всегда вместе с отцом на него уезжал. Погода начинала портиться и отец предложил Димке помочь грести уже сухое сено. Димка с радостью согласился. Болтаться одному ему было скучно и после работы, захватив его, мы поехали на поле. Я этого тогда не предполагал, что отец пригласит Димку и как обычно за рабочий день мой член и яйца выглядели как всегда – были чёрными и грязными. Отмыв руки в керосине, мы сели в трактор и поехали. Быстро скидав собранное сено в телегу, отец увёз сено домой, а мы стали сгребать остальное. Его оставалось не так много и мы делали это не спеша. У меня было огромное желание показать Димке, что я сделал сл своими гениталиями, но после долгого перерыва и того, что он к этому относился как то равнодушно и ему это было не интересно – я не решался. От выпитой воды, я захотел писать и это был повод. Я не стал отворачиваться, а приспустив штаны и вытащив свой грязный член прямо на глазах у Димки, стал поливать стоящее рядом дерево. Он сразу увидел необычный вид моих гениталий и спросил:
- Перешёл на грязи, не всё ещё смазал на него?
- До этого ещё далеко – взглянув на него, с улыбкой на лице, ответил я.
Наше объяснение прервал голос мальчишки. Он подъехал к нам на велосипеде и сказал, что мой отец не приедет и чтоб мы когда закончим, шли домой сами – у него трактор сломался. Отправив мальчишку обратно, мы принялись доделывать оставшееся. Через час всё было собрано и сложено в копны и придавлено ветками от берёз, чтоб не раздуло порывами ветра. Теперь я уже не стеснялся ни кого и не оглядывался, что вдруг приедет отец. Я при позыве пописать тут же спускал штаны – трусов я не носил, и выставив на показ свои грязные причендалы, поливал кусты, покачивая им в разные стороны. Димка всё это видел и после второго раза спросил
- А ты уже бросил перетягивать?
- Нет, а что – спросил я.
- Да так, просто подумал, из за грязи синяков не видно – ответил он.
Мне было интересно вести разговор на эту тему, и я продолжил.
- На работе неудобно работать, так что я только в выходной это делаю.
- Сегодня пятница, вы что завтра работаете? – спросил Дима.
- Да, но если тебе интересно, то я могу прямо сейчас, у меня всё с собой - и я вытащил из кармана кучу всякого рода шнурков и верёвок, даже резинки были.
- И ты это всё с собой таскаешь? – спросил Димка.
- Дома боюсь оставлять – приходится – ответил я.
После небольшой паузы и стояния со спущенными штанами и полувозбуждённым членом, я сказал, вышагивая из штанин.
- Я могу и сейчас, мне это не трудно.
- Ну давай, давай – окинув меня взглядом и с язвительностью улыбнулся и ответил Димка.
Я не стал долго себя уговаривать и тут же присел и разобрав шнурки и верёвочки, развесил их на ветку и начал перетягивать. Димка стоял в стороне и с непонятным выражением лица смотрел на всё происходящее. Перетянув член у основания я ещё несколько раз перетянул его по всей длине, а потом каждое яйцо и обернув их вокруг члена, стал одной рукой придерживать, а другой неуклюже обматывать. Яйца были в мазуте и выскальзывали и глядя на это, Димка предложил.
- Давай помогу.
Я с радостью согласился, ведь он это делал всего во второй раз и у меня из головы не вылетал тот первый случай, хотя он и был такой незначительный.
Димка взяв шнурок, обмотнул его вокруг обеих яиц, которые я держал, чтоб они не выскользнули. После он завязал узел и стал затягивать. По мазуту шнурок скользил легко и даже не тёр кожу мошонки. Я не останавливал его и ждал, когда будет больно. Как только яйца, т.есть кожа мошонки на них натянулась, он остановился сам и сделав ещё несколько витков, снова завязал несколько узлов, а потом отстригнул лишнее, чтоб не болталось. Я ничего не советовал и наблюдал за всем происходящим. Оставался ещё один шнурок и Дима спросил
- А этот куда?
- А куда хочешь – ответил я.
Я уже чувствовал всю тяжесть возбуждённого члена и как вальяжно он покачивался передо мной. Дима окинул всё взглядом и стал обматывать шнурок у самого основания, пытаясь тем самым вытянуть, как бы ещё чуток члена из моего живота, при каждом разе он затягивал узел и чем короче становился шнурок, тем сильнее он затягивал узлы. Оставшиеся концы он запрятал закрепив тройным простым узлом. Выглядело это довольно громоздко и спрятать в штанах не представляло возможности. Димка посмотрел на свои руки и я понял. Я молча подошёл к канистре с водой и набрав воды в банку, подошёл к нему и стал поливать на руки. Потом он полил мне. Убрав всё в яму и прикрыв ветками, мы пошли прятать вилы и грабли – смысла таскать их домой и обратно не было и мы всегда их прятали в густом кустарнике, где никогда никто не ходил. Я шёл в одной рубахе и кирзовых сапогах. Штаны остались висеть на ветке. Мой член качался из стороны в сторону, иногда ударяя меня по ноге или животу.
- Ты что так по покосу ходить будешь – спросил Дима.
- Я смысла не вижу одевать штаны – ответил я – всё равно всё выступает и любой увидит.
- Ну смотри – твоё дело – ответил Дима.
Спрятав инструмент, мы взяли сетку, в которой лежала недоеденная еда и мои штаны и пошли в сторону дома.
- Ты и домой так пойдёшь?
- Нет, только до опушки леса – ответил я.
Лес находился в полукилометре от нашего села, а от дома до покоса было больше пяти км. Так что четыре км. с лишним, я смело мог идти по лесу в таком виде. Я это делал впервые. Раньше боялся, да и одному было не очень интересно. Располагающий и понимающий разговор с Димкой сподвиг меня на подвиг. Я был очень возбуждён и мне хотелось подрочить и испытать неописуемое наслаждение, но ещё мне хотелось что то доказать самому себе, а может не только себе, но и показаться перед Димкой таким ничего не боящимся. Мы шли не спеша и при каждом шуме и треске оглядывались и если нам казалось что то подозрительное, то прятались и пережидали. За время пути по дороге проехали два мотоцикла Урала с накошенной травой и трактор и ещё один старенький Москвич. Мы всегда успевали спрятаться вовремя и нас никто не видел. В низу всё уже начинало ныть и при каждом покачивании члена сильно тянуло кожу. Я терпел и не подавал виду. Была пройдена уже половина пути и оставалось не больше получаса. Димка постоянно поглядывал на моё чёрный и грязный член и яйца, которые разбухли и были очень сильно перенапряжены от перетяжки, но он ничего не спрашивал и только когда мы вышли на опушку, он спросил
- Давай здесь уберём всё, или ты так домой пойдёшь?
Я согласился с ним и мы осторожно минут за пятнадцать освободили мой член и яйца из верёвочного плена. Ощущение было такое, как будь то я сбросил лишний килограмм. Одев штаны, мы пошли в деревню. В это лето мы вместе с Димкой ещё дважды ездили на наш покос и каждый раз возвращались, как и в этот раз, а перед своим отъездом, он сказал мне.
- Будь осторожнее, а то доиграешься и жена не нужна будет, да и с грязью поосторожнее, всякое попадается, или ты уже всё перепробовал.
- Нет, вариантов ещё много – возможности только нет – ответил я не так многословно.
После этой встречи мы с Димкой не виделись лет семь. Он женился в городе, да и его родители туда переехали. Приезжать к нам ему не было смысла. Шли 90-е. Кризис за кризисом, зарплату не давали и жили кто как мог. Всё разваливалось, и люди постепенно уезжали из села. Многие дома были заколочены, а когда умерла соседка баба Варя, её родственники попросили нас присматривать за её домиком (комната и кухня). Продать его было невозможно, а раскурочить всегда нашлось бы кому. Мы посоветовались, и я просто переехал в него и теперь жил один. Мне никто не мешал, и я всегда мог ходить, как хотел, и играть в свои игры со своими членом и яйцами. Держа подсобное хозяйство, я через три года постепенно выкупил этот домик, и однажды в городе покупая всё для ремонта после успешно сданного картофеля, я встретил Димку с его женой. Мы познакомились и я пригласил их в гости, поделившись своей новостью, что у меня теперь свой домик. Вместе они правда не приехали, а вот один Димка приехал через год. МТМ тогда уже было продано, и там никто не работал. Я жил только на свой огород и держал свиней, поэтому всегда был дома. Всегда помогал отцовский трактор, который ему достался после распада колхоза и ввиду его болезни он стоял у меня во дворе и я на нём иногда подрабатывал. Как только я стал жить один, я стал ещё больше придумывать всякие игры и развлечения и после частого нахождения моих гениталий в грязи и мазуте, я их просто не мыл по несколько недель и с каждым днём наматывал на них всё больше и разносторонний ассортимент. А чтоб ничего не замарать, я держал всё это в целлофановом кульке.
В таком виде с кульком на грязном и перетянутом всеми способами члене, меня и застал Димка. Он приехал один и поздно вечером.
- Я с женой поссорился, могу я у тебя несколько дней перекантоваться – спросил он.
- Да хоть всё лето живи – ответил я и тут сам себя одёрнул.
- Только на мой вид внимания не обращай, я стараюсь твой совет выполнить. – смекнул я и ответил.
Конечно обнажённый вид с кульком на торчавшем члене мог бы любого выбить из равновесия, но Димка знал меня и мой увлечения с детства и его этим удивит было уже невозможно.
- Какой совет? – спросил он.
- Помнишь мы шли с покоса и ты спрашивал у меня, всю ли я грязь уже собрал на него. Тогда было не всё, а вот теперь я уже и не знаю, что я ещё не пробовал. – ответил я.
Разговор располагал доверием и я не удержался. После ужина, когда мы выпили за встречу пива, привезённого Димкой с собой, хотя я вообще был не любитель спиртного, я немного расслабился и сам предложил.
- Если тебе хочется, чтоб я повторил наш последний поход с покоса, то я не против, если ты составишь мне компанию.
Димка тоже был на веселее и тут же согласился.
- Мы можем прямо сейчас отправится – сказал он.
-Пошли?
- Пошли. – ответил я
Я дал Димке свою одежду, чтоб он мог не опасаться и не запачкаться и оделся сам. Мы вышли за село и направились в сторону леса. Димка спросил меня.
- А у тебя эти с собой?
- Кто?
- Ну твои разные там верёвки.
- Вот они и я показал, достав из кармана целую пригоршню разных по цвету и толщине шнурков и верёвочек.
- Ну тогда порядок – весёлым голосом сказал Дима.
- А ты что прямо сейчас хочешь, чтоб я это сделал – спросил я.
- Ну если тебе так уж не в терпёж, то валяй – ответил он подвыпившим голосом.
На опушке леса мы остановились, и я начал распутывать шнурки и верёвочки. Димка стоял и смотрел на меня. Хмель после пива ещё был, но медленно выветривался. Была осень, но было не то что тепло, а не по осеннему жарко.
- Давай помогу – сказал Димка и взяв первый попавшийся шнурок, стал наматывать его на член у самого основания. Я посмотрел на него и вижу, что у него не получается, стал помогать ему. А помогал правильно уложить витки шнурка или верёвочки, а он сам затягивал и завязывал узлы. Шнурки скользили легко, так как я только утром ещё окунал свой член и яйца и банку с отработанным маслом, слитым из двигателя и менял другое. Димка тянул сильно и не пытался контролировать силу натяга. Я молчал и это его успокаивало. Минут через пятнадцать, а может и больше – часов с нами не было, все шнурки были намотаны и затянуты на члене по всей его длине и на яйцах. Оставив одежду прямо на опушке, дальше я пошёл голый, а мой перетянутый с помощью друга член и яйца, покачивались в такт моим шагам. Руки у нас были грязными и я предложил свернуть немного и отмыть их на пруду. Насекомых уже не было и Димка согласился и вскоре мы уже шли с отмытыми руками и на легке. На покосе, где вся трава уже была выкошена и вывезена, мы нашли приямок и достав канистру с немного застоявшейся водой, попили и я спросил.
- Ножницы у тебя, давай снимем часть - спросил я , что б расстричь некоторые шнурки, а то как то не очень приятно они давили.
Димка хлопнул себя по карманам и сказал.
- Я их наверное там оставил?!
Мы и так уже около часа путешествовали по лесу, а тут ещё и обратно идти. Это настораживало меня, хотя и не такое терпел. Хорошо, что хоть в лесу никого не было и мы пошли обратно. Было ещё светло, но начинало уже смеркаться и я спешил успеть до того, как стемнеет. Димка за эти семь лет, что мы не виделись, погрузнел и шёл за мной с одышкой и постоянно меня притормаживал. В результате обратный путь оказался по времени немного длиннее и когда мы вышли на опушку, уже ничего не было видно. Мы с трудом нашли мою одежду и ножницы и решили двигать домой, тут оставалось уж совсем немного – всего метров пятьсот. Ноющая боль постепенно за разговорами стихала и если я нечаянно рукой или перепрыгивая что-нибудь, сильно раскачивал при этом перетянутые член и яйца. Ощущения щемления и жжения усиливались. Я не смог идти в штанах, они причиняли неудобства и вскоре снял их и шёл только в одной рубашке. Димка уже придя в себя посмеивался надо мной и постоянно спрашивал
- Не потерял ещё?
- Там что то упало, не твой х…
Кроме это ещё было много усмешек и я не выдержал и ответил в том же смысле.
- Мой член и яйца прошли все испытания, что я мог придумать и им уже ничего не страшно. Ответ мне показался достойным, но Димка меня поймал на этом.
- Ну так уж и все?
- Ты что не согласен с этим – спросил я.
- Нет, ты ещё кое что не делал – сказал он и замолчал.
Я тогда не знал, что он имел ввиду, да и Димка тоже не хотел посвящать меня в это на улице.
- Дома расскажу – коротко обрубил он наш разговор и как раз вовремя.
По улице шли несколько человек и как раз в нашу сторону. Их было слышно по голосам. Я конечно знал их и поэтому встречаться и разглагольствовать с ними мне не хотелось, да и спешили мы. Внизу всё ныло, хотя уже не так сильно. Мы спрятались в бурьяне и стали пережидать. Ждать пришлось минут десять, может пятнадцать. Подвыпившие мужики и с ними две женщины шли и о чём то постоянно спорили, при этом останавливаясь. Когда они ушли на безопасное расстояние, я натянул штаны и бегом помчались до дому. Там мы быстро стали всё убирать. В некоторых местах я вообще не чувствовал прикосновение рук и подумал, что всё, кожа онемела и омертвела. Когда всё было снято и мой член и яйца освобождены, я облегчённо вздохнул. Я принёс немного керосина и растирая стал отмывать свой член. Кожу немного пощипывало и больно было прикасаться. Димка всё время следил за мной, и когда всё было чисто и напоследок отмыто с мылом, я облегчённо вздохнул. За всё это время я видно так тёр, что не выдержал и поток спермы вытек мне на руки и перемешался с пеной. Я думал, Димка этого не заметит, но он спросил
- Ты что кончил?
- Да – коротко ответил я, При нём я ещё ни разу не кончал и это было впервые.
- И часто ты так себя до этого доводишь?
- Всегда, когда что то делаю – ответил я, так как скрывать то что было уже нет смысла.
Конечно после такого о нормальном виде говорить нет смысла. Член и яйца были сине-фиолетового цвета со следами шнурков на коже и я знал, что это пройдёт не менее месяца, чтоб всё исчезло. Мы легли спать. Димка на диван, я на кровать и ещё долго болтали. Утром он уехал, не объяснив причину. Когда я проснулся, его уже не было.
Что он хотел мне предложить и почему не сказав уехал, меня ещё долго мучила. Всё выяснилось спустя шесть лет. Когда Дима вернулся домой, они помирились с женой и про меня снова забыл и даже не вспоминал. Я зная его отношение к тому чем увлекаюсь и моим играм даже и не расстроился, хотя последний пеший поход ещё долго вспоминал.
В 2005 году в августе месяце ко мне снова приезжает Дима. Мы долго болтаем и я забыв о том, что он хотел мне предложить – даже не вспоминаю. В тот день я как раз был в полном порядке, очухавшись и залечив синяки после очередной игры.
- Никак завязал – спросил он.
- В каком смысле – ответил я вопросом на вопрос.
- Ну как в каком, ты одет и я не вижу что что-то делал – пояснил Димка.
- А что есть предложение? Спросил я с интересом.
- Да нет, так просто – обычно в таком виде я тебя давно не видел.
- Ну если тебе непривычно, то могу и … - и тут я замолчал.
Я не знал что сказать. Мне всегда было трудно начинать разговор после долгого перерыва, а они исчислялись годами. После застолья, когда мы немного выпили и язык сам развязался, Димка подал мне лист бумаги и попросил прочитать. Я читал и от удивления о том, что там было написано, сильно возбудился. О таком я даже не мог подумать, что можно устраивать такое.
- Откуда это – спросил я.
- Кое что в интернете прочитал, что то сам придумал, а кое что жена посоветовала. – объяснил он.
Я испугался и даже в жар кинуло.
- Ты что, своей жене рассказал про меня?
- А что тут такого – сейчас этим никого не удивишь – ответил Димка, в интернете всего полно.
Я конечно слышал про интернет, но у нас в глуши ему неоткуда взяться.
- Если хочешь что-то посмотреть, приезжай ко мне, покажу всё, что сам видел.
Меня это сильно заинтересовало, и я пообещал. Димка остался у меня на несколько дней и перед отъездом спросил.
- Если надумаешь, то можешь приезжать как тебе захочется.
- В смысле – переспросил я.
- Ну можешь замотаться и приезжать, у нас потом можешь всё убрать. Ехать не долго всего минут сорок.
Это предложение меня заинтересовало и очень хотелось всё что рассказывал Димка, увидеть в ихнем интернете.
Договорившись с родителями, что они присмотрят за мои домом, я вечером сказал, что согласен ехать вместе с ним.
- Ну тогда утром и выезжаем, на первом – ответил Дима.
Встали мы рано и я думал как и что одеть. Дима сам внёс свои коррективы и предложил помочь мне. Я согласился и став с постели, даже не стал одеваться, а спал я всегда голым – кто меня видит в деревне.
Дальше всем процессом перетягивания уже руководил Дима. Он просил меня то приподнять, то придержать. Обматывал и затягивал и вскоре я в зеркало ничего не увидел от своего члена и яиц, а врезавшийся в живот ремень, туго стягивал мой живот. Это было то, что я делал постоянно идя на уроки в школу, чтоб ничего не выпирало и не выдавало моё возбуждение. Я сделал несколько шагов и понял, что чувствую себя вполне нормально, и мне ничего не мешает. Привезённые им шнуры были во много раз мягче и эластичнее и не резали кожу. Я быстро оделся и мы пошли на остановку. Ждать автобус пришлось минут десять, а по пути следования он останавливался у каждой деревни то высаживая кого-нибудь, то сал новых пассажиров. В город мы конечно приехали не за сорок минут, а почти за час и потом ещё шли минут двадцать дворами, чтоб не ждать маршрутный автобус.
Его жена Лена была дома и Дима нас познакомил. Мне было очень неудобно и получив от неё приглашение пройти к столу и выпить чай с дороги, я согласился. Не мог же я сказать, что у меня член и яйца перетянуты и мне их нужно развязать. Выручил Димка.
- Если захочешь, то туалет в коридоре вторая дверь.
- Я поблагодарил, не переставая чувствовать себя не в своей тарелке, и продолжил сидеть, а спустя минут двадцать я извинился и вышел.
Закрывшись, я быстро начал стягивать штаны и убирать всё, что напутал Димка. Разматывать пришлось долго и чтоб не вызвать подозрение я проделал это в два приёма с перерывом минут двадцать и как только я всё убрал, я облегчённо вздохнул. Потом мне Димка показал свой компьютер и что такое интернет. Я был в шоке от вида голых девушек и парней, а когда прочитал несколько коротких заметок о таких, как и я, которым нравится играть со своими гениталиями, то вообще не знал куда деваться от стыда. Его жена Лена всё это время была рядом и прекрасно видела мою реакцию, да и кто этого тогда не заметил – мои штаны просто вздыбились и если бы не замок на ширинке, а пуговки вместо него, то тогда точно бы все поотлетали. А когда Димка по совету Лены показал ещё один короткий сюжет, я не выдержал и кончил прямо в штаны. Моё лицо загорело от стыда и я не знал куда мне деться, а из пульсирующего члена вытекала тёплая сперма и расползалась по животу и между ног. Хорошо, что брюки у меня были такого темного цвета, что заметить это было сразу нельзя, да и я старался прикрывать руками. После всего этого я готов был провалиться сквозь пол и исчезнуть, но Димка снова вместе с Леной заставили меня сгорать от стыда. Ну ладно он, я его знал и он про меня знал, но его жену я видел впервые, и всё это раскрылось при ней. Димка спросил меня.
- Ты не будешь на нас сердиться?
- Нет конечно – не задумываясь ответил я.
- Ну тогда вот это ещё посмотри и он стал что то щёлкать мышкой и передо мной открылся эпизод фильма, в котором было видно как парень распутывает свой перетянутый член, который был весь синий и очень опухший. Я снова начал возбуждаться и только потом до меня дошло, что я смотрел на самого себя, когда в туалете развязывал и расстригал все шнурки и верёвочки на своём члене и яйцах. Меня снова бросило в жар и я не знал куда деваться и как им смотреть в глаза. Димка мне всё объяснил и по моей просьбе щёлкнул несколько раз и всё исчезло.
- Вот и всё, я удалил твою запись – объяснил Димка.
Я с большим трудом переборол себя и вскоре успокоился. Ощущений после увиденного мне хватило сполна, и я после небольшого отдыха снова возбудился и как только представлял то, что видел на компьютере. За вечер я ещё дважды полил свои ноги спермой и с трудом заснул. Что-то делать в туалете мне больше не хотелось.
Утром, когда Лена ушла в магазин, я стал собираться домой. Димка уговаривал меня остаться, но я не мог. Мне было стыдно перед его женой и то, что она всё видела, что я делал, и мне вообще было трудно скрывать своё возбуждение.
- А как ты поедешь? – увидев оттопыривающиеся штаны спросил Димка.
Я пожал плечами и ничего не ответил. Я и сам не знал. Зимой было проще – под верхней одеждой не видно. А сейчас моя лёгкая ветровка лишь самый верх скрывала оттопыренного бугра впереди.
- А ты сделай так же, как ехал сюда. Хочешь, я тебе помогу? – предложил Дима.
Я кивнул головой, и мы вошли на кухню, где я был уверен, что тут-то уж меня никто не будет снимать на камеру. Мои шнурки все были изстрижены и он принёс бельевой шнур. Он был мягкий и эластичный и расстригая его не небольшие по полтора-два метра, он помог мне перетянуть вначале член, а потом и яйца и всё это закрепить на ремне со стороны спины, просунув между ног. Теперь у меня ничего не выпирало и я одев штаны, прошёлся по комнате. Мы вышли на улицу и встретили там Лену. Она расстроилась, что я уезжаю и мне ничего не оставалось, как пригласить их к себе в гости. Лена ушла домой, а Димка проводил меня до вокзала и убедившись, что я уехал, вернулся домой.
Автобус оказался не очень новый и еле полз. Вместо сорока минут, я приехал домой спустя час с не большим. С трудом вытерпел боль от врезавшегося бельевого шнура, но всё обошлось лишь несколькими синяками.

Всё, что я описал в своём небольшом рассказе, происходило и происходит со мной и сейчас. Я так же балуюсь и играюсь, хотя мне уже под пятьдесят и это моё хобби, отказаться от которого я так и не смог.
продолжение следует.

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2105
Откуда: Из за Урала
Благодарил (а): 1 раз
Поблагодарили: 55 раз

Сообщение 05 фев 2016 07:59

Мои любимые развлечения
Часть 2

После того, как я побывал в гостях у Димы и познакомился с Леной, во мне что-то изменилось. Я пока сам не понимал что, но обычные игры меня интересовали, но не так как раньше. В последние дни осени я ещё успел немного развлечься и перетягивая член и яйца всевозможными способами, уходил далеко от дома за несколько км и как начинал чувствовать боль – возвращался обратно, при этом весь обратный путь приходилось терпеть щемящую и сдавливающую боль от шнурков и верёвок в местах перетягивания. В лесу было гораздо проще и я мог свободно снять штаны и мой перетянутый член и яйца свободно покачивались при каждом шаге. А вот когда я ходил в магазин или ещё куда в пределах села, мне приходилось так маскировать свой возбуждённый и перетянутый член, что нередно я притворялся то хромым, то спина болела, так как даже не мог согнутся из за врезавшихся верёвок.
После увиденного в интернете, я с наступлением зимы сделал себе такие же штаны. Про них я прочитал в одном из коротких рассказов, там у Димки. Я распорол брюки от опушки со стороны спины и до самой ширинки по всему шву и немного ушил их , а вдоль шва подрезал. Когда одел, то от самой опушки и до ширинки всё оголилось, а мои гениталии просто вывалились наружу. Это было необычно, и я очень возбудился. Я весь вечер ходил так по дому и даже во дворе. Как только наступили холода, я стал одевать их и заниматься во дворе и дома домашними делами, убирать, топить печи и носить дрова и кормить свинок. Правда со свинками возникала проблема. Когда я к ним зашёл в таком виде, они стали тыкаться в мои ноги пятаками и норовили достать до болтающихся между ног гениталий. Я знал, что свиньи больно кусаются и опасался этого и всегда отстранялся от них подальше, отгоняя их прутиком или лопатой, если убирал у них навоз. Мне действительно это очень нравилось и я старался всегда так одеваться на протяжении всей зимы – летом так не пойдёшь – могут увидеть, хотя кто дома то увидит. Когда приходилось идти за дровами и приседать, чтоб наложить беремя дров на руку, мне приходилось приседать и при этом мой член и яйца, а порой они были перетянуты и низко отвисали, то они покачиваясь касались земли или снега и это было так здорово и необычно. Я даже старался иногда уронить полено и потом присесть, чтоб окунуть гениталии в снег и поднять полено.
Обещавшие приехать в гости Дима и Лена не давали о себе знать, а когда наступило лето, и у меня было полно работы по дому и в огороде, я даже забыл о них. Они свалились как снег на голову в середине августа. Я конечно был рад гостям, да и в этот момент я не так сильно развлекался и играл со своими гениталиями. Поэтому чувствовал себя вполне нормальным. Мы долго болтали о всякой ерунде. Дима спрашивал, почему я к ним не приезжал, на что я отвечал, что много работы.
Увидев мои брюки, распоротые по шву и висевшие на спинке стула, Лена спросила.
- А это что? Порвал? Может помочь зашить? И уже было потянулась к ним.
Я стал протестовать и это вызвало ещё больший интерес. Лена взяла их и развернула. Там где должен быть шов, было продольная, овальной формы, дыра.
- Ты их так носишь? – спросил Димка.
Я промолчал, и они стали настаивать показать как это смотрится. Я долго сопротивлялся и потом нашёл причину и одев штаны, отправился кормить свинок. Мои гениталии, вывалились в распоротый шов. При хотьбе они болтались между ног. Член возбудился и гордо торчал впереди, покачиваясь при каждом шаге.
- Смотрится даже ничего – сказала Лена.
- А ты давно не покосе был? – спросил Дима.
- Нет, когда сено вывозил – ответил я.
- Да Лена всё интересуется, на покосе ни разу не была, посмотреть хочет – объяснил Дима
- Ну так что, можем и сходить завтра – ответил я.
- А сегодня нельзя – настаивал Дима.
- Я всё рассказал про то как мы с тобой собирали сено последние разы – добавил он следом.
Я снова смутился и чтоб не сидеть и не краснеет в доме перед Леной, ответил
- Ну что, можем и сегодня – сон потом крепче будет.
- А ты сможешь туда идти как мы тогда с тобой шли? – спросил Дима.
Я смутился и сказал что мне неудобно.
- Если вы меня стесняетесь, то мне лично без разницы, как вы там будете одеты и что делать. Просто мне хочется подышать свежим воздухом и проверить, не сочинял ли Димка, рассказывая всё про вас.
Я отозвал Димку и спросил
- Она ведь твоя жена и мне неудобно при ней.
- Не бери в голову, я не обижусь, мне и самому это хочется повторить.
- Ну тогда одевайтесь, а я сейчас.
- Ты куда – спросил Дима.
- Я же не могу при ней – и кивнул в сторону Лены.
Дима пожал плечами и велел Лене одеваться, а сам следом за мной вышел во двор.
- Давай я тебе помогу.
- Если хочешь, пошли.
Мы вошли в сарай и я достал охапку разных верёвочек. Спустив штаны, а мой член уже был в полу возбуждённом состоянии в предчувствии чего-то интересного. Меня тоже всего подтряхивало, ведь я это впервые делал при посторонних – Димку посторонним я не считал уже давно. Димка помог мне перетянуть член и мошонку у самого основания, а потом ещё в нескольких местах по всей длине. Последний перетяг он сделал у самой головки, отчего кожа на ней сильно растянулась и блестела и готова была в любой момент лопнуть. После этого он отрезал все торчавшие концы шнурков и верёвочек и отделив одно яйцо, перетянул его, а потом так же и второе. Получилось очень забавно. Чтоб всё это закрепить, Дима взял шнурок потолще, и смочив его в воде, обмотал им член и мошонку у самого основания, при этом затягивая всё сильнее, потом закрепил узлом и обмотнув ещё раза три, затянул потуже и завязал три узла, один на другой, а потом отстригнул торчащие кончики. От этого мой член ещё сильнее напрягся и вальяжно покачивался.
- Ну что, пойдём? – спросил он.
- Пошли – ответил я и выйдя из сарайки уже в брюках с выпуклым бугром впереди, накидывал на себя ветровку, чтоб не так было видно.
Лена была уже готова и взяв с собой пакет, мы вышли на улицу. Ни души и лишь в конце раздавался лай маленькой собачки. Пройдя несколько домов, мы свернули за угол и вышли в поле. Теперь уже никто не мог ничего увидеть и я задыхаясь от жары, снял ветровку и перекинул её через плечо. Бугор в штанах покачивался и шевелился и было похоже, что я прячу что то там живое. Пока мы шли по полю, я спросил у Лены, зачем она взяла с собой пакет.
- А там сюрприз – ответила она не скрывая своей улыбки.
Больше я не стал ничего расспрашивать и как только мы оказались на опушке леса, Дима объяснил Лене, что мы с покоса дошли вот до этого места.
- А туда ты сейчас тоже пойдёшь так, как тогда – спросила Лена.
Я пожал плечами и ответил.
- Ну если хотите, то мне всё равно – и не дожидаясь ответа, стал снимать рубашку. Потом стянул брюки и остался совсем голый и в одних колошах. В них было удобно ходить и они легко снимались. Свернув одежду, я хотел взять её с собой, но Дима сказал
- Зачем таскать лишнее, оставим здесь – и мы засунули всё подальше в кустарник и присыпали листвой.
В лесу никого не было и мы шли ничего не боясь. Уже смеркалось и нужно был о успеть вернутся, пока совсем не стало темно. Туда дошли довольно быстро не переставая болтать и это придавало нам настроение. Мой перетянутый член и яйца немного ныли и появлялась, а то исчезала лёгкая ломота и покалывание. Местность на покосе была просто прекрасной, а особенно в лучах заката, она смотрелась ещё лучше. Лена смотрела по сторонам и удивлялась – как тут красиво, постоянно говорила она. Практически обойдя покос со всех сторон, мы вышли на дорогу и я спросил.
- Ну что, идём обратно?
Лена и Дима окинули меня взглядом и переглянулись.
- А это правда, что ты часто был на покосе, когда твои гениталии были измазаны. Мне Дима говорил, что ты мазал на них всё, что тебе попадало – спросила Лена.
- Да, а что?
- А ты не хотел бы это повторить – спросила Лена.
- Но здесь нет ни тракторов ничего такого – ответил я.
- У нас есть и Дима поставил пакет на траву.
Я присел рядом и увидел дюжину разных пластиковых бутылок от 0,33, до 0,5 и все они были заполнены чем-то чёрным.
- Что это?
- А это то, что всегда тебе встречалось, когда ты работал на МТМ.
Я не знал что сказать, а Дима продолжил
- Докажи ей, а то она мне не верит – попросил он.
Я согласился и выбрав небольшую полянку с мягкой травой, сел на неё и спросил
- С чего начать?
- Выбирай сам, а я тебе помогу – ответил Дима.
Лена подала мне перчатки и объяснила, чтоб я не замарал руки. Я их одел, а Дима по указке Лены, достал первый бутылёк с маслом. Он стал выливать мне его на торчащий член и яйца, а я растирал его по всем местам. Затем пошли и другие и вскоре мой член и яйца были вымазаны я и сам не знаю в чём. Там была и нефть и мазут и салидол, два вида технической смазки и ещё чёрная и отработанная жидкость после ремонта моторов. А что ещё было в остальных бутылочках, я уже точно не помню. Когда всё было пусто и на мой член упали последние капли, Лена спросила
- А ты не пробовал посидеть в такой и не найдя слов, указала пальцем на образовавшуюся лужицу между моих ног.
Я приподнялся на руках и сдвинулся вперёд, а потом медленно опустился на вымазанную всякими маслами траву. Ощущение было необычное, ведь я это делал впервые.
- Он не только может сесть, но и лечь – поддакнул Димка.
- Это правда? – спросила удивлённая Лена.
Я молча перевернулся и опустился животом и своим членом в самую лужу, а когда поднялся, то весь живот, часть ног и всё вокруг торчащего и ноющего члена – было чёрным. Потом я покатался и когда весь вывозился, Лена сказала, что пора домой.
По лесу обратно мы шли уже в сумерках при свете луны, а когда вышли на опушку, то возник вопрос, чем перестригать верёвки и шнурки. Они пропитались мазутом и маслом и были скользкие, что возможность развязать их была равно нулю.
- А ножницы я оставила на скамейке во дворе – сказала Лена.
Нам пришлось прячась в темноте пробираться к дому. На подходе мы услышали голоса, и мне пришлось пережидать несколько минут, когда они пройдут мимо. Дома оказались позже обычного. Внизу всё ломило и ныло, и нестерпимо больно было прикасаться. В некоторых местах вообще ничего не чувствовалось. Включив лампочку под крышей и взяв ножницы, я стал медленно и осторожно перестригать одну верёвочку за другой и минут через пять полностью освободился. Чтоб привести свои гениталии в чувственное состояние, я стал растирать их и не заметил сам, как начал яростно дрочить. Дима и Лена сидели на крылечке, и не знаю, видели ли они это или нет. Но через минуту я уже поливал спермой из чёрного члена землю под крышей. Чувствительность медленно возвращалась и я выйдя во двор, сказал.
- Вы спите в доме, а я здесь. Куда я такой грязный.
Дима и Лена ушли, а я бросил под крышей несколько старых половичек и куртку – лёг спать.
Услышав шаги, я проснулся – было уже часов восемь утра. Передо мной стояла Лена.
- А где Димка?
- Он ещё спит – ответила она.
- А ты часто так вот себя доводишь до такого состояния – спросила она.
- Нет, всё от настроения и желания зависит – ответил я.
- Когда работал на МТМ, то каждый день так выглядело и показал рукой на область половых органов.
Лена немного помолчала, а потом и говорит
- А как ты отмываешься?
- Где керосином, где соляркой, а потом стиральным порошком и мылом – ответил я и продолжил.
- Потом правда всё пощипывает и дотронуться несколько дней не даёт.
- А сейчас что не моешься – спросила Лена.
- Вот управлюсь с поросятами, накормлю их и потом отмоюсь, чтоб запаха совсем не было.
- А как ты этот запах переносишь? - и Лена показала на кучу сложенного навоза, от которой действительно пахло.
- Привык наверное. – ответил я.
- А ты в навоз тоже своё это толкал – спросила Лена и показала на мой грязный член.
- Нет, а что?
- Да Димка говорил, что уже всю грязь на него собрал.
Я помнил эти его слова и даже год, когда он впервые на покосе увидел мой грязный член и пытался предостеречь. Сейчас об этом же спрашивала и его жена – Лена.
- Просто не было желания этого делать – ответил я.
- А если бы мы с Димой тебя об этом попросили, ты смог бы сделать для нас. Просто нам интересно на это посмотреть.
- На что посмотреть – вмешался в разговор Дима.
Лена быстро объяснила ему суть разговора и он произнёс.
- Да, такого я ещё не видел и не замечал за тобой, было бы интересно.
Я конечно этого не боялся. Было во время, когда убирал у свиней, и подскользнусь, упав на колено и даже садился раза два, но тогда это было случайно и я был в одежде. Да и сейчас я это бы спокойно сделал, только потом отмываться бы долго пришлось, а в бане даже воды горячей нет.
- Нужно баню протопить, чтоб потом отмыться можно было – ответил я.
- Это долго, мы уже через полчаса идём на остановку, ехать пора – объяснила Лена.
Мне очень хотелось удивить их и дать понять, что я уже ко всему привык и мне не страшно это сделать и вообще, это не просто пустая болтовня.
- А как же завтрак? – спросил я.
- Пока ты отмоешься, пока то да это сделаешь – уже обед будет, а нам до обеда надо в город попасть – дел много. – объяснил Димка.
Я молча встал и подошёл к навозной куче. Сняв колоши, я сделал шаг и провалился по колено. Потом повернулся и рухнул задницей прямо на удивлённых глазах у Лены и Димки. Они были в шоке, да и я сам не ожидал этого от себя. Я встал и снова сел, а потом просто лёг и перевернувшись, скатился рядом. Вид был конечно ужасный. С меня сваливалось всё, что не прилипло, а в сарае в это время хрюкали голодные свинки. Я взял ведро и насыпал им корма, а потом налил воды. На полу было много навоза и он был ещё свежий. От него поднимался лёгкий парок. Я вошёл в сарай и прямо без объявления просто лёг на пол и перевернулся несколько раз в одну сторону, а потом в другую – раздавив и раскатав по полу всё, что попало под меня, и часть собрал на себя. Выйдя из сарайки, я сел снова в навозную кучу и моё тело по самую грудь провалилось и скрылось в этом навозе. Подходить близко к Диме и Лене мне не хотелось, чтоб запах не перешёл на них.
- Ну тогда приезжайте ещё – сказал я на прощанье.
- Провожать не буду.
Дима и Лена ещё несколько минут стояли и смотрели на меня, потом взяли свои вещи и уехали. Провожать я их не стал, и как только закрылась калитка, я залез в бак с водой. Смыть навоз удалось быстро. Потом я целый час оттирал мазут и прочую грязь и одновременно протапливал баню. Отмылся я только к вечеру и привёл себя в человеческий вид. Впечатлений было уйма и я был всё ещё возбуждён. Я лёг в кровать и ещё полчаса дрочил свой член, пока не кончил. Потом уснул. Снова остался один и будничная жизнь и работа по дому загрузили меня и я изредка только вспоминал Димку и Лену. Они не давали о себе знать два года и однажды вот так же в начале осени – они приехали. Я чувствовал себя вполне свободно и встретил их как и ходил по дому – полностью голый. Единственное что было на мне – это куча намотанных и привязанных в области члена и яиц верёвок и разных резинок. Член был готов разорваться и лопнуть от перенапряжения.
- Я вижу ты по прежнему не перестаёшь играть в свои игры – сказал Дима.
- А что мне одному делать?
- Ну хоть как то разнообразил бы свою жизнь, к нам в гости приехал бы – сказала Лена.
- Нет, к вам ехать мне неудобно, да и на кого я всё оставлю.
Мы долго потом болтали и я терпел до самого последу, пытался не снимать верёвочки и уже ближе к вечеру не вытерпел. На коже снова осталось несколько синяков и местами онемевшая плоть, что мне пришлось растирать, чтоб привести всё в чувство. Легли спать. Дима и Лена на кровать, а я один на диване. Они долго шушукались, а потом я услышал скрип кровати. Я открыл глаза и стал наблюдать за ними. Они конечно этого не видели, в углу где я спал было темно. А мне было всё видно. Я видел, как Дима тычет своим возбуждённым членом Лене между ног и она помогает ему, прижимая его к себе каждый раз, когда он опускался на неё. Я никогда не видел этого вот так близко и сам не пробовал и очень сильно возбудился. Я стал незаметно дрочить свой член и вскоре полил себя и свой живот спермой и спустя несколько минут – уснул.
Было по осеннему прохладно и я наутро одев брюки с распоротым посредине швом, стал так ходить по дому и управляться по хозяйству. Болтающийся член забавлял своим видом Лену и она спросила
- А ты нового ничего не придумал?
- Нет.
- А у нас для тебя есть сюрприз – сказала Лена.
- Опять мазать чем-то будете?
- Нет, Дима придумал и сам сделал на заводе.
Мне хотелось посмотреть, но я решил не торопить события.
Лена и Дима прогостили у меня два дня и на третий собрались уезжать. Перед отъездом Дима достал небольшую коробочку, в которой лежали приспособления напоминающие плоские зажимы или хомуты(это две пластинки стянутые болтами по краям) Два зажима были квадратные со стороной около десяти см. А шесть имели форму обыкновенной полоски по краям которой было вкручены болты необычной формы. Затягивались они ключом в форме шестигранника.
- Для чего это – спросил я.
- Ты не хочешь попробовать зажать между пластинками свои гениталии? И Лена свободно открутила два болтика и положив между ними палец, продемонстрировала.
Я взял эти зажимы и покрутил в руках. Они были гладкие и даже лёгкие, хотя и сделаны из металла.
- А что, это интересно, только я не знаю, зачем столько много и одного хватит – ответил я.
- Автобус ещё не скоро и мы сейчас тебе покажем, и если хочешь, даже поможем тебе сыграть в новую игру.
- А это как?
Дима и Лена стали наперебой объяснять мне правила установки и закрепления зажимов и я согласился. Это было необычно и интересно. Перетянув гениталии у основания небольшим шнурком, чтоб яйца не ускользнули, Дима легонько зажал между квадратными пластинами вначале головку, а потом и яйца и слегка подтянул пластины ближе друг к другу с помощью четырёх болтов на каждой. Узкие пластины он стал закреплять по всей длине моего члена и вскоре они все равномерно через пару см. разместились на нём.
- Всё, для начала игры всё готово – объяснила Лена.
- А дальше что?
- Ну а дальше нужно придумать по каким критериям нужно будет затягивать поочерёдно каждый болт – их всего двадцать. Один оборот вот этого ключа сжимает пластины на 0,7мм. И Лена взяв ключ, поочерёдно сделала по одному обороту на каждом болту. Потом взял Дима и тоже сделал по одному обороту и пластины немного сжались сдавив яйца и головку. Узкие полоски сжимавшие член пока ещё не ощущались. Тогда я тоже взял и сделал на узких полосках по два оборота, а на квадратных по одному. Ощущения были необычными, но особого интереса просто крутить действительно не было.
- Ну что, как тебе? – спросила Лена.
- Интересно, но вы правы, надо найти как вы там сказали – критерии какие то.
- Ну например можно в течении часа делать по одному обороту на каждом винте в минуту и так за час ты все пластины сожмёшь на два мм. – объяснила Лена.
- Можно ещё где-нибудь сидеть и смотреть на прохожих и когда кто то пройдёт – делать оборот или два – как установишь правила, так и будешь делать – объяснил Дима.
- А можно вместо людей считать машины – у нас в деревне за день всего десяток другой на улицу показывается – так до утра можно считать и ничего не насчитать – спросил я, и это была моя ошибка. Узнал я об этом конечно через три года, а тогда мне это очень понравилось.
- Вот и хорошо – сейчас тогда это и опробуем – предложила Лена и я согласился.
- Только чур крутить буду я, а вы будете машины считать и по сторонам следить.
Мы с Димой согласились и стали собираться. Замаскировав всю эту конструкцию у себя в штанах, я одел плащ, так на случай дождя и чтоб ничего не было видно. Дима и Лена собирались уезжать, и это было самое подходящее место – ждать автобус на остановке и продолжать одновременно игру. До автобуса оставалось полчаса и для начала мне показалось этого хвати. Народу на остановке как всегда не было, да и никто к нам не ездил осенью и наши никуда не ездили – так только случайные гости, как Дима и Лена например. Заняв место возле боковой стенки, мне хорошо была видно дорога идущая в город. Дима сел напротив и следил за дорогой из города. Лена села рядом и достав ключик, стали все ждать первую машину. Движение было не очень, но и трасса не пустовала. За двадцать минут прошло 36 машин и Лена почти все болтики или винтики прокрутила по два раза. Я стал слегка чувствовать давление на яйца и на головку. Член тоже сжимался, но так как пластины были чуть больше см, то боль практически не чувствовалась. Прошло ещё десять минут, и 21 машина заставила Лену ещё сжать все болтики на один оборот. Дальше я стал считать каждую машину и следить за каждым оборотом. Яйца немного ломило и чуточку подташнивало. Расстояние уменьшилось между пластинами до сантиметра, а на некоторых даже чуть меньше. Единственное где было больше см, так это на яйцах – на них в самом начале было мм на три больше и сейчас уменьшалось равномерно. Уже прошло 35 минут, а автобуса всё не было. Я стал волноваться. Если он долго не придёт, а машины будут сновать туда-сюда, то Лена точно расплющит всё моё хозяйство. Прошло ещё несколько машин и при каждом витке, или обороте ключа, если я чувствовал боль, строил гримасу и ойкал. Отказаться от правил, значит струсить, я не хотел, хотя сам согласился, что пока Дима и Лена не сядут в автобус, мы будем считать машины и затягивать каждый винт на один оборот. Прошло ещё минут десять и я уже стал при каждом обороте стонать. Яйца сильно ломило и всё ныло, но автобуса всё ещё не было. Мы уже сидели сорок пять минут. Может сломался – подумал я. Вот не повезло. Автобус то отремонтируют, а яйца и член превратятся в лепёшку. Прошло ещё десять минут, и Лена почти на каждом винте сделала по одному – два оборота. У меня стала кружиться голова и увидев это, Лена что то шепнула Димке на ухо и он достал бутылочку и что-то побрызгал на носовой платок. Лена подала мне и велела поднести к носу, если буду плохо себя чувствовать – это нашатырь – пояснила она. Я тут же нюхнул и меня всего передёрнуло и даже голова просветлела. После нескольких витков я снова поднёс к носу платок и снова взбодрился. За последние пять минут, которые я помню, Лена ещё провернула все болты по разу и некоторые по два. Потом всё как в тумане и только когда Димка сказал, что автобус едет, Лена поднесла мне нашатырь к носу и я очухался. Они попрощались и на последок Лена поцеловала меня в щёчку.
- Ты молодец Серёжа, я не думала что ты так долго вытерпишь. Можно на последок покрутить на выбор, пока не подошёл автобус – спросила она.
Я машинально кивнул головой и навалился на стенку остановки. От поворота до остановки автобус идёт не больше двух минут и мне казалось что много за это время она затянуть винтов не сможет. Я не видел, какие болты она покрутила и на сколько – всё было как в тумане, а когда услышал скрежет тормозов и резкий запах возле носа, я очнулся и затуманенными глазами посмотрел им вслед. Они сели в автобус и помахали мне рукой. Дверь закрылась и они уехали.
Не выпуская платок из руки и держа его возле носа, я встал и потащился домой. Идти было не так далеко – минут десять, но для меня они показались несколькими километрами. Дома я сел на диван и стянув штаны, увидел, что там Лена накрутила на последние пятнадцать или двадцать минут, когда я впервые почувствовал тошноту и головокружение, я уже не следил за ней.
Мой член был перетянут узким зажимами в шести местах, и расстояние между пластинами было шесть – семь мм. Квадратная пластина на головке была тоже плотно сжата, и расстояние было семь-восемь мм. А вот между второй квадратной пластиной расстояние было девять, а может и десять мм. Яйца были просто сплющены, и в некоторых местах разбухшая мошонка вылезала за края пластин и была фиолетового цвета. По всей длине члена тоже были тёмно фиолетовые бугры, выдавленные между зажимами. Я стал раскручивать вначале на яйцах, а потом на головке и уж на члене снял все зажимы в последнюю очередь. Выглядело всё просто ужасно. Огромные синяки и волдыри. Плоские яйца и головка, которые медленно принимали свою форму. Я больше всего боялся, что могли лопнуть яйца, но вроде обошлось. Несколько дней я после этого не выходил из дома – мои гениталии сильно опухли и не влезали ни в одни брюки.
Всё благополучно зажило через несколько месяцев, и когда я после новогодних праздников поехал в город, я встретил там Диму. Он поинтересовался моим самочувствием и когда узнал, что всё нормально, рассказал мне.
Лена делала вместо одного оборота по полтора и по два, когда ты стал плохо себя чувствовать, и она тебе стала совать нашатырь. А когда ты потерял сознание, и автобуса ещё не было, она все болты прокрутила по два раза. Ей очень хотелось расплющить твою головку и яйца как можно больше, но спас автобус и напоследок она тебе закручивала только яйца. Крутить было уже тяжело и ей с трудом удалось сделать по полтора-два оборота. Потом она всю дорогу жалела о том, что ей не хватило всего нескольких минут.
Шёл уже 2009 год и я пригласил Димку в гости, но он так и не приехал ни в том году, ни в этом. Лену я больше не видел, но если быть честным – хотелось бы с ней поговорить и узнать, зачем она так сделала. Может это была своего рода такая месть за наши с Димкой совместные игры, а может…..???

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2105
Откуда: Из за Урала
Благодарил (а): 1 раз
Поблагодарили: 55 раз

Сообщение 05 фев 2016 09:36

Мои любимые развлечения
Часть 3

После последней встречи с Димкой и Леной прошло почти два года. Они ко мне так и не приехали, и я к ним тоже не насмелился заявиться. Больше полугода эти приспособления лежали в коробке на шкафу, и когда прошло лето, и началась зима, от нечего делать я достал их и снова вспомнил всё, что происходило на остановке. Я попробовал сам прикрепить их к своим гениталиям, но так сильно не смог затянуть, особенно на яйцах и мне пришлось свои шарики оставить в покое. После последнего развлечения они были сильно сдавлены и немного деформированы, и стали ещё более чувствительны. Оставался один член и головка, и у меня появилась идея, от которой я даже возбудился.
Смысла сидеть на остановке и затягивать винтики, чтоб пластины сжимались на один оборот при каждой проезжающей мимо машине, я не видел. Было очень много телепередач и фильмов, где тоже можно что то считать и я попробовал. Завёл будильник на полчаса и стал считать машины белого цвета в одном фильме и затягивать винты на оборот при виде каждой – получилось неплохо. За полчаса, как прозвенел будильник, я сдавил головку и член в нескольких местах почти до сантиметра и чувствовал себя вполне нормально. Это развлечение стало моим самым интересным. Оставив яйца в покое, я сжимал и разжимал свой член и головку. Так проходило время, и вот я снова оказался в городе, как раз накануне 2011года.
На привокзальном рынке я встретил Димку и конечно не смог не поделиться тем, как мне пригодились его приспособления в виде зажимов и свои развлечения. Рассказал, что если бы мне не было больно яйца, то и попробовал бы на них тоже. Потом пригласил его к себе в гости, но он мне ничего не пообещал. Единственное что он спросил, когда уходил, сержусь ли я на Лену. Я ответил, что давно уже не держу на её обиды.
После нового года в конце января кто-то постучал в окно. Я выглянул и был очень удивлён. Дима и Лена стояли возле калитки и махали мне рукой. Конечно, я был рад и пригласил их в дом. Несколько дней они гостили у меня, но к разговору про тот случай на остановке так никто не хотел заикаться. Может было неудобно или просто разговоры все были не к месту. За эти два с лишним года, пока мы не виделись, у нас в селе многое изменилось. Было несколько фермеров и протянули интернет и я собрав всё что было накоплено, купил себе недорогой компьютер и тоже подключился. Всё же веселее было коротать вечера, и мне было интересно изучить эту технику. Учёба поддавалась очень медленно, но что-то оставалось в моей голове. А тут с приездом Димы и Лены просто упустить такую возможность, чтоб не выяснить то, чего я не знал, было бы просто глупо.
Дима и Лена с радостью согласились мне помочь и рассказать и как то между прочим, Лена говорит.
- Серёжа, прости меня за тот случай.
- Я давно всё забыл и не держу на вас зла – ответил я.
Лена обрадовалась и тут же спросила.
- А ты те приспособления не выкинул?
- Нет, а что, хотите их взять? – спросил я.
- Нет, нет. Если они тебе нужны, то пусть остаются, а если нет, то тогда возьмём.- ответила Лена.
- Уж не на мне ли ты хотишь их пробовать? – вмешался Дима.
- Вон Серёге нравится, на нём и экспериментируй – продолжил он после небольшой паузы и снова уткнулся в компьютер, чтоб завершить какие-то настройки.
Я посмотрел на Димку и видя его отрешённый и задумчивый взгляд, потом посмотрел на Лену. В её глазах промелькнула какая то искорка и так как я жил один и был обделён женским вниманием, то тут же сам предложил, только с одной оговоркой – что мне не было больно. Лена от восторга вскрикнула напугав этим Димку и со всеми моими просьбами согласилась. Я спросил у Димы, не будет ли он сердиться на то, что я согласился, на что он ответил.
- Делайте что хотите, только дайте мне закончить.
- И часто с ним такое происходит – спросил я у Лены.
- Если не оторвать, может всю ночь за ним просидеть – пояснила Лена.
За два года Лена изменилась, но не сказать, чтобы сильно. Она так же выглядела симпатичной и очень очаровательной женщиной своего возраста. В следующем году у неё должен был быть юбилей – 50 лет. Она старше была Димы на три года, но это им не мешало вместе жить уже 26 лет. Она не была стройной, но лёгкая полнота наоборот её украшала, и в её взгляде что-то было такое, что я не могу объяснить это словами.
Подготовка у нас заняла около часа. Лена достала какую-то жидкость и просила меня опустить в неё свои гениталии. Я сделал это и вскоре почувствовал, как по ним пробежал холодок. Потом она достала разовый шприц и поставила мне укол. Я практически не чувствовал как она уколола, да и старался не смотреть. Я не привык к уколам и жутко их боялся. После этого она с моей помощью стала закреплять все пластинчатые зажимы из коробки на мой член, головку и в последнюю очередь на яйца, предварительно посмотрев на меня и улыбнувшись моргнула глазами, как бы спрашивая разрешения. Я в знак согласия кивнул головой. Когда всё было готово, и винты были затянуты на необходимое расстояние, чтоб зажимы могли держаться и не спадывать, Лена спросила
- Что считать будем?
Я включил телевизор и предложил выбрать ей. Минут пять мы переключали каналы, и вот Лена остановилась на фильме, посмотрев по программе, он только что начался.
- Думаю вот это самый раз – сказала она.
Посмотрев минут пять, мы пришли к единому мнению, что считать будем всех животных. Будильник поставили до конца фильма и устроившись поудобнее, начали просмотр. Димка сидел за компьютером и до нас ему в общем не было никакого дела.
Я считал всех животных и искоса поглядывая следил за действиями Лены. Она с лёгкостью затягивала винт за винтом, поворачивая их на один оборот после каждого моего слова, которое означало очередное животное, собака, кошка, свинки, коровы, овцы и др. домашние животные. Фильм как раз был про американского фермера, и там их было много. За полчаса просмотра мы сжали пластины мм на 3, а некоторые и больше. Ещё оставалось до конца фильма меньше часа. Время уже было около обеда, и я внёс предложение – пообедать. Лена поддержала меня и вызвалась сама что-нибудь приготовить, а мне велела считать животных. Она быстро сообразила бутерброды и чай и всем принесла и присев рядом, стала накручивать пропущенное. За это время я насчитал около двух десятков разных домашних животных и Лена кое где делала сразу по два оборота ключиком, стягивая пластины зажимов и тем самым расплющивая мой член, головку и осторожно сжимала яйца. Мне не было больно и меня даже не тошнило, хотя расстояние медленно, но сокращалось.
Вскоре Дима присоединился к нам и стал мне объяснять, что и как я должен делать в том или ином случае. Я внимательно слушал и Лене предоставил полную свободу считать и затягивать винты. Она то и дело вертела головой то на телевизор, то на мои гениталии. За полчаса она ещё сжала довольно сильно, и мне хоть и не было больно, но просвет между пластинами становился даже меньше чем тогда на остановке.
- Ну почему тогда нельзя было сделать так же, чтоб мне не было больно – подумал я.
Лена словно прочитала мою мысль и спросила меня.
- Если бы тебе не было больно тогда на остановке, то ты бы продолжил дальше или нет?
- Не знаю, страшновато что то. Вроде и так уж сильно сжали – ответил я.
- Осталось ещё минут пятнадцать до конца фильма – ответила Лена.
- Ну если ты против, то можно прекратить – вмешался Дима и тут же назвал три котёнка и телёнок.
Лена посмотрела на меня и на него и сделала по одному обороту на очередных винтах.
- Ну что? Продолжаем? – посмотрев и улыбнувшись, спросила она меня.
Я хоть и боялся, но желание дойти до звонка будильника было куда сильнее. Сам то я так бы не смог сделать – смелости бы не хватило и я посмотрев на Диму, который с небольшими паузами наживал животных, а потом на Лену, которая делала обороты ключом на винтах – смотрела то на меня, то вниз на мои гениталии, что переставить ключ на следующий винт. Я понял, что они ждут моего согласия и пока я его не дал и не отказался, успевают накручивать. Мне не было больно, а если и потом будет больно, то я привык и перетерплю, а там всё заживёт – подумал я, да и упускать такую возможность, когда такая женщина, хоть и жена моего друга, производит такие манипуляции с моими членом и яйцами. Мне это нравилось, и я сказал.
- Раз решили до звонка, то до звонка.
Димка сдержал улыбку, а Лена не стала её скрывать и что-то мне сказала. Я точно не разобрал, а переспрашивать не хотелось. Позже я уже проанализировав её фразу и каждый звук, понял, но было уже поздно Минут через семь или за семь минут до конца фильма – я уже не помню точно Лена сделала два оборота на винтах сжимающих мои яйца и что то глухо-глухо хлопнуло. Я почувствовал неприятное ощущение и закружилась голова, но я не понял где это хлопнуло и прислушался. Тут замяукал мой кот и я счёл, что это он. Лена же поняла, что переборщила и не рассчитала. Расстояние между пластинами на члене было около 4-5мм, да и на головке было такое же. А вот на яйцах оно сократилось по сравнению с тем что было тогда на остановке на несколько мм и было около 7-8мм. Она наклонилась к Димке и что ему шепнула. Он задумался и через минуту повернувшись ко мне сказал.
- Ну ты Серёга вообще не бережёшь свои причендалы. Так сдавить и даже не пожаловаться на боль не каждый сможет. Долго тренировался?
- Два года перед телевизором – ответил я с гордостью, считая их похвалу своим достижением.
За посторонней болтовнёй или специально они меня так отвлекали – сейчас хоть как можно думать, но тут прозвенел звонок.
- Ну вот и всё – ты выдержал – сказала Лена.
- Держи краба – сказал Димка и подал свою пятерню.
- Ты Серёга извини, но мы не хотели тебя расстраивать и говорить об этом заранее. Нам пора, автобус через полчаса.
- Да, мне ещё сегодня во вторую смену на работу – подтвердила Лена.
- Но я не смогу вас проводить и показал на затянутые на гениталиях зажимы, которые расплющили мой член, головку и яйца и мне не было больно, лишь лёгкое головокружение и тошнота.
- Мы понимаем и поэтому не сердимся – сказала Лена.
- Приезжайте ещё в гости, как время будет – пригласил я их и привстал, чтоб хоть как то попрощаться и проводить до двери. Одной рукой я придерживал своё хозяйство, а другой опирался на стену и дверной косяк.
Когда мы попрощались и они закрыли за собой дверь, я внимательно рассмотрел свои гениталии и удивился – какие они тонкие стали и взяв ключ, стал медленно расслаблять винты. Сняв все зажимы, я потрогал практически плоский член и головку и положил на ладонь плоский блинчик из двух яиц. На глазунью похоже – сравнив улыбнулся я. Потом стал медленно растирать чтоб вернуть всё в нормальное состояние. Синяки конечно будут ещё долго давать о себе знать, но не ходить же с плоским членом и яйцами. Из-за обезболивания я тогда ничего не почувствовал, а спустя час мне всё это аукнулось и я вспомнил про оставленный раствор, куда я вначале опускал свои гениталии и про таблетки забытые на столе. Они это оставили нарочно, чтоб как-то мне помочь. Они всё знали, что будет потом, и поэтому поспешили уехать.
Винить было не кого – сам согласился – успокоил я свой гнев и занялся собой. Когда боль утихла, я стал вспоминать все действия Лены и том, что она тогда сказала, но я не разобрал. Я лежал на кровати и вспоминал каждый звук и движения её губ. Её улыбка и искрящийся взгляд сбивали меня с мыслей. Наверное ей было очень приятно это делать – думалось мне и тут меня осенило – проанализировав разговор и её мимику, я понял то, что она сказала.
- Раз решили до звонка, то до звонка. Значит успею раздавить.
Эта фраза не вылетала у меня из головы. Особенно последние три слова, которые я не расслышал в прошлый раз. Неужели она мои яйца раздавила. Спустя час я уже не расстраивался и даже благодарил её, что она это сделала. Я и сам к этому шёл, но долго и медленно, всё чего-то боялся и не рисковал лишний раз. Лена поняла смысл моих игр и решила мне тайно помочь. Может они это решили вместе с Димкой. Ведь вначале ему не нравились мои увлечения, и только когда о них узнала Лена, он стал приезжать ко мне и потом вместе с Леной. Что-то придумывал и помогал перетягивать и делал это гораздо сильнее, чем я сам.
В конце концов я понял, что я сам этого хотел и даже не знал что хочу этого. Я успокоился и уснул. Утром всё распухло и разбарабанило и мне ничего не оставалось, как обратиться в больницу. Я не знаю, поверили ли в мою историю о том, что во время ремонта трактора я прижал своё хозяйство железом, я не знаю. Все были в шоке, но я по словам врачей больше не смогу иметь детей.
Сейчас я лечусь дома, и постоянно проверяю свой почтовый ящик, но писем от Димы и Лены нет, хотя они обещали написать и Дима сам мне завёл этот ящик и объяснил, как им пользоваться.
Я не хотел, чтоб мой первый рассказ был скучным и неинтересным и добавил 3 часть, которую я не хотел писать, почти сразу после того, как вернулся из больницы. Может что и преувеличил, но мне показалось что так должно было быть, хотя не всё так….???

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2105
Откуда: Из за Урала
Благодарил (а): 1 раз
Поблагодарили: 55 раз

Сообщение 08 фев 2016 09:05

Необычный будильник.

Посмотрев программу, я нашёл интересную передачу. Только она должна была быть поздно ночью и чтоб её посмотреть, я решил поспать немного. На электронный будильник я слабо надеялся но всё же завёл его на два часа ночи. В дополнение к электронному, я завёл ещё и природный будильник. В чём заключается его работа. Я перетягиваю или член или яйца или и то и другое и ложусь спать. Самое большее через час или полтора начинается ломота в низу живота и особенно в яйца и я просыпаюсь. В этот раз, чтоб уж проснуться наверняка, я перетянул одним шнурком сразу и член и мошонку и сдавил так сильно, сколько мог затянуть. Потом взглянул на часы и лёг. После предыдущей бессонной ночи я уснул почти сразу.
Мой сон так сказать был очень крепким и в тоже время волнительным. Сколько прошло и как долго он длился, я сказать не могу. Вижу как на кухне моя знакомая девушка практически голышом, в одном только переднике готовит нам завтрак. К столу прикреплена мясорубка и довольно необычного вида. Верхняя часть, куда закладывают продукт для перемалывания, отсутствует до самого шкива, который проталкивает его к ножам и решётке. Девушка закладывает небольшие кусочки мяса и крутит ручку. Тут всё заканчивается и она поворачивается ко мне. Я стою около неё рядом и слушаю её.
- Фаршу мало получилось, по две котлетки не получится – сказала она мне, а сам тянется рукой к моему члену. Взяв его в руку она начинает его сдавливать и рассматривать. Потом ложит на мясорубку и заправляет головку между лопастями шнека и начинает крутить. Шнек крутится и медленно затягивает мой член всё ближе к ножам и решётке. Она берёт мои яйца и следом за членом укладывает между ребрами шнека и продолжает крутить ручку, через каждые четверть оборота она смотрит на меня и на решётку и снова крутит. Мой член затягивает всё дальше и дальше, а вместе с ним и мои яйца. Одно уже скрылось между рёбрами шнека и как и член приближалось к решётке и ножам. Вот мы уже увидели, что головка члена упёрлась в отверстия решётки между ножей и моя знакомая стала крутить дальше. После полуоборота первые крошки фарша выпали на тарелку и она взглянув на меня, как бы получив моё молчаливое согласие, продолжила крутить ручку. Новые крошки стали падать на тарелку, а шнек затягивал мой член и яйца всё ближе к решётке и ножам, подталкивая их своими рёбрами. Я чувствовал как меня самого затягивает в мясорубку и оперевшись руками о стол, практически уже лёжа низом живота на самой мясорубке, стал всеми силами отталкиваться и вдруг меня как отбросило в сторону. Я стою и смотрю на свою девушку, которая продолжает крутить ручку мясорубки. В промежутках между рёбрами шнека уже ничего нет, а мой член и яйца превращённые в фарш, вываливаются на тарелку, образуя ровную конусообразную кучку.
Моя девушка взглянула на меня и мой член, вернее то место, где он только что был и сказала:
- Ну вот теперь нам хватит чтоб сделать по две котлетки - и улыбнувшись добавила следом, - хоть какой то прок от твоих висюлек.
Я вздрогнул и открыл глаза. Я лежал на кровати, весь в поту и крепко сжимал своими руками член и яйца. Они были к моей радости на месте, только их сильно ломило, и было больно. Яйца уже посинели, а член даже местами покрылся небольшими белыми и тёмными пятнами. Я взглянул на часы. Без десяти два. Быстро стал распутывать место перетяжки и массировать почти онемевшие гениталии. Тут натрыжно запищал будильник, и я даже вздрогнул от неожиданности. Включив телик, я ещё долго разминал свой член и тискал яйца. А когда передача закончилась, я ещё раз убедился, что у меня всё в полном порядке и крепко заснул.
После этого случая я больше не перетягивал свои гениталии перед сном. Счёл что этот сон был мне знаком или предупреждением и я решил не рисковать, но когда его вспоминаю, то мой член всегда возбуждается и приятная истома растекается по всему телу.

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2105
Откуда: Из за Урала
Благодарил (а): 1 раз
Поблагодарили: 55 раз

Сообщение 09 фев 2016 08:11

Мои голые приключения.
Глава первая.

Было мне тогда лет десять. Точно сейчас уже и не помню. Никаких тебе забот и проблем. С раннего утра и до позднего вечера бегали с соседскими ребятами на улице и играли в разные игры. Потом шли купаться на пруд и снова играть. Иногда с родителями или с бабушкой мы ходили в лес за грибами или ягодами, но это было не так часто и мы делали это с удовольствием. Все леса вокруг нашей деревни я знал очень хорошо и конечно же что и где на каком поле растёт. Особенно нам нравилось бегать с ребятами на гороховое поле, он нам таким вкусным тогда казался.
Начались каникулы, и лето стояло довольно жаркое. Мы уже в мае во всю купались и бегали в одних шортах или плавках. В тот год к нашим соседям приехал в гости один мальчик примерно того же возраста, что и я, ну если чуточку постарше. Он жил в городе и его родители привезли к деду с бабкой на каникулы, а сами уехали куда то на отдых. Как его точно звали, я уже и не помню, ну пусть будет Пашка. Так нас познакомили, а так как он ничего не знал о деревенской жизни, то я с радостью ему всё везде показывал и мы всегда вместе стали гулять и играть, а так же и купаться. Однажды после очередного купания Пашка стянул с себя плавки и стал отжимать их, поглядывая по сторонам. Раньше он это делал, но не так часто вертел головой, а тут словно его голова как на шарнирах крутилась в разные стороны. Мой взгляд скользнул по его фигуре и остановился на его торчащем писюне. У меня это бывало тоже, но только по утрам, когда я хотел после сна писать и я всегда бежал в туалет. Тут же после купания и средь бела дня и я не подозревая ничего, так как и не знал тогда от чего это у него, я сказал ему.
- Паш, кругом никого, что ты мелешься, вон иди и поссы там.
Пашка повернулся ко мне и ответил.
- Да я не хочу ссать, это он у меня сам не знаю почему стоит.
- Кто он – спросил я.
- Кто, кто – сказал Пашка и ткнул пальцем на свой писюн.
- Это же не он, она, пиписька – ответил ему я.
- Ну ты и деревня – засмеялся Пашка и стал мне всё популярно объяснять.
Тут только я понял, что много чего не знал и не понимал, хотя иногда слышал в разговорах от взрослых и среди старшеклассников. Мне было и неудобно и даже как то стыдно слушать такие подробности и я опустил глаза вниз и стал тупо смотреть перед собой в песок. А Пашка тем временем сел рядом и продолжая мне всё объяснять, взял свой писюн в руку и стал ей двигать, то оголяя головку, то снова закрывая её сморщенной кожицей. Мне стало это интересно и я чуть повернувшись в его сторону стал наблюдать за ним. Я ничего тогда не почувствовал и не испытал и даже желание что то повторить или попробовать у меня не появилось. Просто был какой то интерес и всё.
Через несколько дней всё повторилось снова и теперь Пашка уже не предупреждая и не стесняясь меня, огляделся по сторонам и сняв свои плавки, стал снова дёргать свой писюн.
- Чё ты его снова дёргаешь? – спросил я.
- Просто мне нравится. А ты что свой не дрочишь – спросил Пашка.
- Как это? – не понял я.
- Ну вот так - и он наглядно показал как он это делает и я снова стал смотреть на его как он этим занимается.
Во мне что то заиграло и стало даже как то необычно хорошо, что мой писюн тоже стал возбуждаться и вскоре встал как и у Пашки. Он это заметил сразу и рассмеялся.
- Ну вот видишь, и твой петушок тоже захотел чтоб ты его подрочил – ответил он.
Я смутился и покраснел даже, но Пашка не отставал. Он стянул мои плавки и выбросил их на открытое поле. Конечно если бы я встал и пошёл подбирать их, то меня бы никто не увидел, но сознание того, что я сидел на берегу пруда в кустарниках ивы совсем голый и мне нужно было пройти десяток метров чтоб взять мои плавки, сильно напугало. Пашка же стал хватать меня за торчащий писюн и показывать как надо его дрочить. Я всячески старался от него увернуться и волей или случайностью выбежал из кустов. Ветерок обдал меня своей прохладой и я опешил и не знал что мне делать. Толи бежать и подобрать плавки, толи вернуться назад в кусты. Испуг был сильнее и я вернулся быстро в кусты, где Пашка смеялся надо мной и со всей своей силы дёргал свой член. Я видел как его головка синего цвета то открывалась, то снова исчезала и моя рука невольно потянулась к моему писюну. Я прижал его к себе и сжал в кулак и стал как бы и прятать его и непроизвольно двигать рукой.
- Ну смелее, смелее – подзадоривал меня Пашка.
Вскоре его как то передёрнуло всего и он остановился и некоторое время стоял с закрытыми глазами, а потом сел на песок и выдохнул.
- Ну чё ты его там тискаешь, давай повеселее и пойдём купаться – сказал он.
- Как купаться, а мои плавки – ответил я.
- Ну сходи и возьми их – сказал Пашка.
- Я не могу, вдруг кто увидит – ответил я.
- Ну чего ты такой трус. Вот смотри – сказал Пашка и раздвинув кусты, вышел совершенно голым на поляну и пройдя по ней метров десять, поднял мои плавки и покрутив ими над головой, немного попрыгал и вернулся назад.
- Ну вот видишь, и никто меня там не увидел – ответил он и по проходу между кустов направился к воде прямо голым. Я был в шоке, но взяв свои плавки, натянул их и тоже пошёл за ним. Так мы впервые купались, он голым, а я в плавках.
Через несколько дней я уже не боялся и мы вместе на дальней заводи с Пашкой купались голыми. Я хоть иногда и стеснялся, но желание присоединиться к нему и сидя друг на против друг друга и дрочить свои писюны, усиливалось с каждым разом. Пашка мне больше ничего не предлагал, но и сам больше не стеснялся меня и поэтому вскоре мы дрочили уже вместе. Мы часами стали пропадать на пруду, а когда уходили в лес, то отделялись от всех и найдя молодую поросль березняка, прятались там и стянув свои штаны, весело наяривали свои писюны. Иной раз мы их так натирали д боли, что по несколько дней к ним было больно прикоснуться, но потом всё снова повторялось.
Прошло чуть больше месяца, и к соседям подъехала 21 волга. Вскоре прибежал Пашка и сказал мне.
- Всё, я уезжаю. Может, в следующем году увидимся.
- Ну давай, счастливо – помахал я ему в след.
В следующем году соседи продали свой дом и тоже переехали в город. С Пашкой мы так больше и не виделись никогда, и по сей день. Но история на этом не заканчивается, а только начинается.

Как только Пашка уехал, мне стало его почему то не хватать и я часто вспоминал его и скучал. Иногда я забывал о нём, когда мы с местными ребятами играли и купались, а когда оставался один, то снова вспоминал и машинально запускал свою руку себе в плавки и вначале медленно, а потом всё сильнее начинал дрочить свой возбуждённый писюн. Иногда я уходил на наше место и там оставшись один снимал свои плавки и дрочил, пока мне это не надоедало. Сперма у меня конечно тогда ещё не вырабатывалась, но приятные ощущения иногда охватывали меня полностью с ног до головы, и мне было приятно, и сам не зная от чего.
В августе месяце, вода уже стала прохладной и занятия должны были начаться в школе вот-вот и я стал уходить на опушку леса и там в молодых берёзках играть со своим неугомонным писюном, пока не замучивал его до тех пор, что он переставал стоять или мне самому это не надоедало.
Наступил учебный год, и на эти игры у меня совсем мало оставалось времени. Я с трудом выбирал час или два, чтоб где-то уединиться. И если мне приходилось уходить подальше от дома, то на всё про всё у меня меньше оставалось времени. Дома я знал все укромные места и у меня даже был свой угол на крыше бани, и я решил его переделать. Расстелив старые половички, и закрыв все дыры, через которые меня могли бы увидеть, я стал часто прятаться там, положив возле окна на ящик учебник или книгу и делая тем самым вид, что просто учу уроки, а сам спускал свои штаны и играл и тискал свой членик.
Наступила зима и я уже не мог прятаться на улице, и мне пришлось самому себе сказать нет, и только когда я мылся в бане, я наслаждался всеми прелестями онанизма. Я уже знал, что и как называется, и не стеснялся, ни своих слов, ни мыслей. Я с нетерпением ждал весну, а особенно лето, в надежде, что мой друг Пашка приедет ко мне, но разочарование наступило уже в мае, когда соседи продали дом и уехали и я понял, что Пашка больше не вернётся.
В лесу всё уже зазеленело, и я стал чаще пропадать на берегу пруда или в лесу не далеко от дома. Изучая в округе местность, я отыскал для себя больше десятка укромных местечек. Возле пруда у меня было четыре таких, где я прячась в кустарнике, мог спокойно лежать там голышом и проходящие мимо не могли меня видеть. Два места были на деревьях, одно в развилке огромной ивы и я там тоже мог наблюдать за всеми с высоты четырёх метров, а меня среди ветвей не было видно, а второе на раскидистой сосне, на опушке небольшого леса. С него вообще было всё поле как на ладони, и я там часто проводил всё свободное время. Ещё две лежанки я себе устроил среди молодых посадок, в самом густом месте и три места было у меня дома, это чердак на бане и на дома и сеновал. Так что я всегда, в зависимости от свободного времени, мог исчезнуть из поля зрения своего брата и сестры и заняться тем, что мне стало больше всего нравиться.
Где то в середине июня, когда стояла жара, и самое прохладное место было только на берегу пруда или где то в тени в лесу, я стал большую часть дня проводить в своём домике на ветвях раскидистой сосны. Там было удобно и тень хорошая и ветерок на дереве обдувал со всех сторон. Я прибегал туда, как только освобождался от домашних дел и забирался на верх. Сняв всю одежду, я вешал её на сучки и удобно устроившись, игрался со своими яйцами и писюном. Доигравшись до того, что я стёр его до мозоли, я расстроился и не знал чем себя занять и тут мне вспомнилось, как Пашка выбросил мои плавки на поляну и не боясь никого, сходил потом и забрал их. Мне тоже захотелось это проделать, и я сидел в раздумье, где бы лучше пробежать голышом. Оглядевшись по сторонам и убедившись, что небольшой лесок просматривался насквозь, и было ясно, что в нём нет никого, я насмелился и стал слазить с дерева, стараясь не соскользнуть и не зацепиться своим торчащим членом за сломанные сучки. Этот лесок хоть и являлся частью большого леса, но он как бы острым углом врезался в огромное поле и только лишь небольшая поляна, на которой был чей то покос, отделяла его от общей массы зелёных и вековых деревьев. Поле же было засеяно кукурузой, и она только начинала проклёвываться, хотя и в некоторых местах была уже сантиметров по двадцать. Когда я оказался на земле, я сразу присел и стал оглядываться по сторонам. Кругом никого и только было слышно, как пели птицы. Высунув голову из травы, я ещё раз осмотрелся и стал углубляться внутрь лесочка. Пройдя метров сто, я испугался.
- А вдруг в это время кто-то с другой стороны подходит к лесу и меня может увидеть и как загнанный зверёк, бросился в своё убежище.
Отлегло только тогда, когда я оказался в полной безопасности. Я сидел и вспоминал, как прошёл, эти первые сто метров и непонятные ощущения меня просто переполняли. Спустя час я снова повторил, и снова сердце от страха готово было выпрыгнуть. А через два дня я уже мог гулять по этому небольшому лесочку с одного его края и до другого, не боясь, что меня могут увидеть. Как это было здорово и легко чувствовать себя одним целым с природой. Лазить голым по деревьям и бегать по траве и тут я вспомнил мультфильм про Маугли и даже засмеялся – я был как он и мне это очень нравилось.
Прошёл месяц и уже подходил к концу июль. Хоть и небольшие дожди, прошедшие несколько раз за это время, сделали своё дело и кукуруза очень быстро поднялась и была почти с мой рост. Я стал чаще бродить по лесу голым и подумывал, как бы пройтись по кукурузе и не заблудиться и придумал. Отсчитав двадцать рядков от опушки лесочка, я не пересекая другие рядки пошёл в самую глубь огромного зелёного поля. Кукуруза в некоторых местах даже была выше меня, и кроме её я ничего не мог видеть. Отойдя метров двести или триста, я оглянулся назад и по телу пробежали мурашки. Кругом была только кукуруза, и лишь вдалеке было видно верхушки деревьев, и я не стал испытывать судьбу и вернулся назад. Меня всего переполняло от избытка чувств и ощущений. Я ещё дальше этого лесочка не уходил голым никуда, а тут преодолел расстояние, чуть ли не вдвое больше. Это было просто здорово, и уже через некоторое время я уже шёл в другую сторону и снова до тех пор, пока не исчезли из поля зрения верхушки деревьев. Мне это очень понравилось, и в последующие дни я практически жил голышом на этом поле и питался кукурузными початками, которые только что начинали завязываться и были очень маленькими и мягкими и тем более вкусными. Постепенно я научился ориентироваться в этом зелёном море и уже не боялся заблудиться и уходил чуть ли до самого его края. А тянулось оно на несколько километров, да и в ширину было не менее километра и только по краям было не очень ровным. Во многих местах в него врезались такие же небольшие лесочки и выглядели как полуострова на море. Я всё наблюдал и замечал и считал себя если можно сказать так, штурманом в этом море. А когда кукуруза уже была высотой под два метра, то это стали для меня по настоящему прекрасные и непредсказуемые джунгли. Я бегал по ним голый и резвился от радости, а когда не мог найти прямую дорогу до своего лесочка и домика на сосне, я выходил на любую опушку, и так огибая все попадающиеся на пути мысочки лесного массива, добирался до своего укрытия.
Наступила осень, начался новый учебный год, и всё стало исчезать. На поле убрали на силос кукурузу и на нём теперь пасли табуны коров. На лиственных деревьях стала опадать листва, и с поля в лесочке меня можно было легко увидеть, и я перестал там появляться. Большую часть я стал проводить дома на своих чердаках. Сестра всё время проводила со своими подругами, а брат готовился после этого учебного года поступать в техникум и много проводил времени за учебниками.

Я учился в пятом классе, и нам не так много всего задавали на дом, и быстро сделав домашние уроки, спешил улизнуть и затихариться на сеновале или чердаке, пока брат или сестра не перепоручили свои дела на меня. Они так часто поступали, и мне приходилось много чего делать за них. Закончился ещё один учебный год и брат уехал в город. Теперь, много его дел, перевалились на мои плечи. Отец, как и обещал, купил мне велосипед, правда без рамы. Мы называли их тогда дамские. Я хоть и был не большого роста, но уже мог кататься и на большом Урале с рамой. А на этом мне вообще было легко, и я очень обрадовался. Я в свободное время стал гонять на нём по деревне и даже на время стал забывать про свои увлечения онанизмом и больше времени катался и играл с ребятами, пока не проткнул колесо. Все были заняты и заклеить мне его было не кому, а сам я не умел тогда и я снова стал проводить всё свободное время где и прошлые годы. Я убегал в лес и раздевшись, прятал одежду на ветвях раскидистой сосны, а сам бродил голышом по лесочку и онанировал сколько было сил, а хотелось мне это делать практически всегда. И вот однажды, лёжа на сосне в своём домике, я дрочил свой писюн и вдруг почувствовал как очень что-то приятное пробежало по моему телу. Я сделал ещё несколько движений рукой, и вдруг из отверстия моего писюна вылетела небольшая струйка какой-то мутноватой молочного цвета жидкости и упала мне на живот. Я жутко испугался, хотя и мне было очень хорошо. Я не знал, что это такое и подумал тогда, что заболел и это вместо мочи выходит гной. Я не знал, что делать и как спросить у родителей об этом и поэтому молчал и ждал. Несколько дней я смотрел на свою мочу, какого она цвета и не будет ли вылетать такой же гной. Но было всё хорошо и мой член снова возбуждался, когда я только начинал думать о своих прогулках голышом и том, как я дрочил свой член и я не вытерпел и снова выбрал момент и убежал в своё укрытие. Я повторил всё снова и внимательно разглядывая, дрочил свой член, оголяя полностью головку и наблюдая, не выбегает ли что нибудь оттуда. А когда мне стало снова так хорошо и приятно, то сделав несколько движений рукой, я снова увидел, как из мочевого канала вылетела всё того же цвета небольшая струйка мутной жидкости. По всему телу пробежала такая приятная истома, и я весь расслабился. Тут я вспомнил слова Пашки и понял, что именно эту жидкость он и называл спермой.
- Я стал совсем взрослым, раз у меня стала появляться сперма – подумал я про себя и вспомнил слова Пашки.
В этот день я ещё раза два себя доводил до такого состояния и забрызгивал себе живот вылетающей из моего члена спермой. А потом лежал и наслаждался приятными ощущениями и эмоциями, которых было столько, что мне трудно просто всё это выразить словами.
На следующий день, забыв что мы собирались с отцом делать велосипед, убежал на пруд, а потом в свой лесок и там засел чуть ли не до вечера на своей сосне. Я весь день дрочил свой член, что уже под вечер испытывая приятные ощущения, я не мог дождаться, когда вылетит струйка и лишь жалкая капля спермы появлалась на краях мочевого канала. Я снова испугался и подумал что эта сперма у меня закончилась и больше никогда не будет её, но я ничего не знал тогда об этом и измучив свой член суходрочкой за день, что нужно было дать ему время на отдых. А когда через день всё снова возбудилось, и я снова с небольшим усилием облил спермой себе живот, я понял это и стал контролировать себя и свои чувства и желания, хотя получалось это очень слабо. Мне всегда хотелось теребить, дёргать и мять свой писюн и яички и часто, не добившись выплеска очередной порции спермы, я просто тискал его и дрочил чтоб хоть как то успокоить свои желания.
Лето пролетело довольно быстро, я даже не успел его заметить. Новый учебный год и отсутствие желания учиться. Осенняя слякоть и дожди не давали мне возможности хоть ещё несколько дней насладиться осенним теплом и побыть в лесу или ещё где-нибудь. Теперь было мне трудно утаить последствия своих игр и развлечений со своим членом. Любая игра завершалась дрочкой и выбросом спермы. Что сразу же можно было заметить на моих трусах или плавках и я боялся, что родители если увидят, то мне влетит по полной и тем более сестра язва такая, может растрепать своим подругам. Я стал выжидать удобных моментов и в основном онанировал только в бане, когда шёл туда один мыться. Дел по дому стало меньше, и родители устроили ремонт, там побелка и мытьё всех уголков, где за год скапливалась куча пыли. Мы с сестрой помогали им и перетаскивали вещи с одного места на другое, а потом обратно. Так продолжалось около недели. Всё что было ненужно, мы выносили в чулан и вот среди всего этого я увидел авоську, в которой было полно носков – правда старых, изношенных и рваных. Что меня заставило обратить на них внимание, я даже не знаю, но я вытащил один носок и положил его себе в карман. А вечером, когда мы все улеглись спать. Забыл сказать, что как только брат уехал в город, мы в комнате остались с сестрой вдвоём. В дальнем углу у неё была своя кровать, а возле двери наша с братом и теперь на ней я спал один. А между кроватями стоял шкаф – он и служил как бы неполной перегородкой. Ну вот, дождавшись, когда сестра уснёт, я достал носок и одел его на возбуждённый член и стал дрочить так тихо и осторожно, чтоб никто не мог услышать. Появились новые ощущения и я почувствовал, что скоро кончу и усилил движения рукой. Струя спермы вылетела прямо в одетый носок и стала впитываться в его ткань. Выдавив остатки из мочевого канала, я ещё несколько минут лежал и не дышал почти. Потом осторожно снял мокрый носок и спрятал под матрац. Всё получилось и я был доволен. Простынь и плавки были спасены и совсем сухие. Утром я встал чуть раньше обычного и одевшись, побежал в туалет, предварительно захватив мокрый носок. Там я его и выбросил на самое дно. Теперь хоть и не каждый день, но как только я заходил за чем то в чулан, я всегда брал и прятал в кармане один старый носок и ночью наслаждался приятными ощущениями, когда моя сестра спала за шкафом и видела наверное уже десятый сон. С этим моим новшеством зима мне показалась не такой долгой и скучной. Мне ну нужно было прятаться и таиться на холодном сеновале и тем более чердаке, а с наступлением весны я уже был как рыба в воде и как только просохли дороги, я уже колесил по ближайшим лесам и искал себе новые и необычные места. Мне уже было тринадцать лет и позади, осталось шесть классов школы. Сестра же перешла в восьмой и училась на год старше меня, хотя по возрасту нас разделяло всего одиннадцать месяцев. Я часто исчезал из дома во время каникул и мне всегда вечером попадало за то что я не сделал то или это. Я весь вечер пахал как белка и старался успеть всё, что на другой день мне снова улизнуть и уединиться. Но не всегда это получалось. Подходили к концу каникулы и мне уже купили все учебники за седьмой класс и сестре тоже за восьмой. Мы были полностью готовы к школе. Велик у меня снова сломался, и починить его было просто некогда. Отец был до темна на уборке, а мама успевала делать заготовки на зиму после работы. Мы с сестрой помогали, как могли, и когда моя помощь была не нужна, я прятался на чердаке бани и отдавался своему увлечению.
В этот день было всё, как и всегда. Родители на работе, а мы были отданы в распоряжение бабули и должны были делать всё, что она скажет. Улучшив момент, я спрятался на чердаке, и так как стояла жара, то стянул с себя шорты вместе с плавками и стал играть своим членом, который ещё с утра просился, чтоб его потискали. Время было около обеда. Во дворе кудахтали куры и крякали утки. В сарае хрюкали поросята. Ну в общем разных голосов было кругом полно. Меня позвала сестра, но из-за своего увлечения и множества голосов во дворе, я её не услышал. Она, да и все знали мой уголок на чердаке, и это не было тайной. Я даже сам спрашивал старые одеяла и половички, чтоб там поселить, и было мягко лежать и читать книги. На самом же деле никто даже не догадывался, чем я там занимался. Ну сестра и решила меня там поискать. А так как я ничего не слышал, то и не подумал о безопасности и даже не прикрылся и не взял рядом лежащую в руки книгу. Я просто лежал с закрытыми глазами и наслаждался, медленно подрачивая свой торчащий член. Когда сестра поднялась по лестнице и оглядела чердак, то в слабом свете пробивающемся между неплотно сколоченных досок, она увидела меня лежащим в углу и сразу не поняла, что я делаю. А когда пригляделась, то от удивления открыла рот и не могла сказать ни слова. И только спустя несколько секунд, она выдала.
- Ничего себе какой огромный – произнесла она удивлённым голосом.
Услышав её голос, у меня всё желание сразу исчезло, и я сам чуть дара речи не лишился. Я поспешил прикрыться как только смог и молча глянул на сестру. Она тут же спрыгнула вниз и сказала.
- Кончай фигнёй заниматься, тебя бабушка зовёт.
Я слез и вошёл в дом.
- Ты чего это мил друг убежал, и воды не натаскал – сказала она.
- Сейчас наношу. – ответил я и молча взглянул исподлобья на сеструху.
Она никак не отреагировала и просто скользнула своим взглядом по моей фигуре и чуть задержалась на ещё оттопыривающемся бугре между ног. Я, молча взял вёдра, и пошёл на колодец. Я всю дорогу думал, как ей всё объяснить, чтоб она никому не рассказала, но не мог придумать ничего. Сходив два раза, я уже был готов к разговору, но сестра опередила меня и встретившись мне на обратном пути, убежала к подругам.
- Теперь твоя очередь дома пахать – сказала она мне вслед и хихикнула.
Я понял, что бабуле она ничего не сказала, но теперь стал бояться, что она всё может разболтать своим подругам, ну а там включится сарафанное радио и разнесётся по всей деревне и надо мной будут все смеяться. Два дня я ходил как в воду опущенный и даже боялся все в глаза смотреть, но по разговорам с друзьями я понял, что сестра ничего не кому не сказала. Я даже приободрился немного. Желание онанировать вновь стало приобретать силу, и однажды утром я вышел во двор и мои шорты чуточку оттопыривались. Сестра уже была во дворе и окинув меня взглядом, усмехнулась и вдруг произнесла.
- А ты мне покажешь, что ты там со своей писькой делал?
Я как кол проглотил и не мог ничего ответить и только кивнул головой в знак согласия. Родители были на работе, а бабушка после обеда ушла к соседке и сестра подошла ко мне и говорит.
- Ну что, показывай.
- Что прямо тут что ль? – спросил я.
- Где хочешь – ответила она.
- Ну тогда я пошёл - и я во избежание того, что вдруг бабуля вернётся неожиданно, поднялся на свой чердак и растерялся. Я не мог решить, как начать и в каком виде быть, одетым или раздетым. Я впервые должен был показаться сам по собственной воле девчонке. В голове был такой каламбур, что я всё же решил стянуть с себя шорты и плавки и так лёг на расстеленное одеяло. Мой член уже торчал от предчувствия чего то нового и неизведанного. Я взял его в руку и стал подрачивать, то оголяя полностью головку, то закрывая её крайней плотью совсем. Скрипнула ступенька и вскоре показалась голова сестры. Она окинула чердак взглядом и остановила свой взор на мне, а вернее на том, что я делал со своим членом.
- Не смотри на меня – сказала сестра.
Я прищурил глаза и делая вид, что закрыл их, сквозь ресницы стал наблюдать за ней. Она внимательно следила за моими действиями и даже приоткрыла рот от того, что увидела что-то необычное. Я уже не мог терпеть, и мой член просто разрывался от перевозбуждения. Но как сказать ей об этом, что мне это делать не очень-то удобно при ней, но было уже поздно. Мой член сам решил за меня и выплеснул первую струю спермы вверх, и она шлёпнулась мне на живот. Потом вторую и третью и стал медленно опадать. В этот момент брякнули входные ворота. Это вернулась бабуля. Сестру как ветром сдуло, и она убежала. Я привёл себя в порядок, вытер живот и оделся. Спустившись вниз, я вошёл в дом и тут же спросил у бабушки.
- Баб, а что ещё делать нужно. А то скоро в школу, покататься хочется.
- Ну ладно, всё никак набегаться не можете. Иди, погуляй – сказала она и я убежал.
Переглядываться и разговаривать с сестрой мне что-то не хотелось, и я ушёл на свою раскидистую сосну и там просидел до вечера. Всё вроде успокоилось и сестра ко мне больше не приставала. Начались уже занятия и мы вставали рано утром, завтракали и убегали в школу. Домой приходили уже около обеда. Нас кормила бабушка и мы делали уроки, а потом или помогали, или бежали по своим делам. Всё вроде было хорошо, но вдруг в середине октября бабушка уехала к своей сестре погостить на несколько дней и мы остались одни. Ну не совсем одни. Родители нас кормили завтраком и ужином, а во время обеда мы ели что было приготовлено и выполняли то что нам было наказано сделать. Тут сестра ко мне подходит и говорит.
- А покажи ещё раз.
- Что показать – ответил я в растерянности.
- Ну как ты свою письку дёргаеш, и она потом у тебя плюётся. – сказала сестра.
Я понял, что она не отстанет и направился на свой чердак.
- Серёж, а ты куда – спросила она.
- На чердак – ответил я.
- Но ведь дома никого нет, и не будет до вечера. Покажи тут – настаивала она.
- А вдруг родители вернутся – ответил я.
- Что испугался. Трус, трус – тараторила она.
Мне не нравилось, когда меня трусом обзывают, и я тут же стянул свои штаны вместе с трусами. Мой член уже начал вставать и медленно поднимал свою головку. Вслед за штанами я скинул и рубашку и остался совсем голый. Взяв одной рукой свой член, я стал его дёргать то вперёд, то назад. Мои яички вслед за рукой болтались из стороны в сторону, и иногда ударяясь о ноги, издавали забавные шлепки. Сестра смотрела, не отрывая глаз. Дома было светло и всё хорошо видно. Я тоже сильно возбудился и ускорил свои движения и тут мой член не выдержал и выстрелил струёй спермы, которая отлетела почти на метр и ударилась о дверцу шкафа. Мои ноги подогнулись и я ещё сделав пару движений, затих, наблюдая вместе с сестрой, как из мочевого канала вытекают последние капли спермы и падают на пол. Когда всё закончилось, сестра, не сказав ничего, сразу же убежала, и я стал затирать пол и оттирать дверку. Потом она ещё дважды просила меня показать это, пока не приехала бабушка. Больше к этому вопросу мы не возвращались в течении всего учебного года. Даже зимой, я по тихому, продолжал дрочить в носок под одеялом, и кончать в него, а утром выкидывать в туалет. А сестра только иногда, когда замечала, что мои штаны оттопыриваются, хихикала и убегала к своим подругам. Однажды в разговоре я попросил её.
- Ты не рассказывай об этом никому. Пожалуйста.
- Я не совсем ещё дура, и мне не хочется, чтоб вместе с тобой и надо мной смеялись – ответила она и ушла.
Весной сестра начала готовиться к экзаменам , а я всю работу по дому тащил на своих плечах. Брат иногда приезжал на выходные, но там у него то стройотряд, то практика – ну в общем он дома вообще появлялся редко. Даже в такой суматохе, мне удавалось найти время и уехать в лес и насладиться там одиночеством и поиграть своими яйцами и членом. Когда я поднимался на чердак и сестра видела это, она просто хихикала мне в след и снова зубрила билеты. Ей было не до меня.

В этом году дожди шли часто и всё кругом не просто росло, а как говорится у нас в деревне – дурело. Уже в начале июля кукуруза, снова посаженная на огромном поле, поднялась выше метра, и даже вприсядку в ней можно было бегать и быть незамеченным, но это было очень неудобно, и я иногда позволял себе прогулки по полю, но уже поздно вечером в сумерках. А в середине июля кукуруза уже была с мой рост.
Как то вечером после работы отец вдруг подходит ко мне и говорит.
- Ну что Серёга. Ты как насчёт рыбалки? Дядя Ваня меня позвал. Поможешь нам сетку поставить – спросил он.
- Я согласен – с радостью ответил я.
Вечером мы взяли рюкзаки и пошли на дальний пруд. Он находился за кукурузным полем в полутора километрах от дома. Я переплыл через него и за шнур перетянул обе сети и вернулся обратно. Мы разожгли у воды костёр и мой отец и д.Ваня сели рядом и достав что то налитое в бутылку разливать. Я немного посидел около них и потом отец мне и говорит.
- Серёга, иди домой и поспи, а утром придёшь и поможешь снять сети.
- Хорошо – обрадовался я. Мне сидеть с ними не очень то хотелось, да и у воды комаров было полно.
Начинало уже смеркаться, и я встал и пошёл по полевой дороге в сторону дома. Отойдя метров сто, я оглянулся и увидел что отец и д.Ваня на меня не смотрят, а разливают брагульку и болтают. Тут-то у меня и появилась идея. Я быстро стянул свои шорты и трусы, а потом и рубашку и положил в третий ряд от края дороги. А на дороге бросил сорванный лист от кукурузного стебля. Оглядевшись по сторонам , я бодрый и радостный, что меня дома ночью не будут искать – ведь я на рыбалке с отцом, и отец не будет искать, ведь он меня отправил спать. У меня была целая ночь, и я отправился по полевой дороге на другой конец поля. Было легко и свободно чувствовать себя голышом без стягивающей тело одежды и я удалялся всё дальше и дальше. На небе было полно звёзд и светила луна, хотя и не совсем полная. Но можно было разглядеть и дорогу и всё в округе дальше десяти метров. Когда дорога повернула в деревню, я свернул и дальше пошёл уже по полю, выбрав себе самый широкий рядок. От счастья подвалившего мне я готов был петь и прыгать, но это было небезопасно. Сколько времени я шёл по полю, сказать я не могу, да я и не смотрел, так как часов у меня вообще не было. Но скажу так, что это наверное заняло у меня больше часа. Вскоре кукуруза стала чуть реже и я увидел перед собой сосновый бор.
- Я прошёл через всё поле – обрадовался я.
Оглядевшись по сторонам и держась одной рукой за член, а другой тиская и сжимая свои яички, я решил обратно идти по дороге, которая шла вокруг поля. Было конечно чуть дальше, но зато легче было идти и стебли не хлестали по голому телу. И ещё вдобавок к тому месяц скрылся за облаками, и стало гораздо темнее. Я мог видеть всего в нескольких метрах от себя. Кое где попадались лужи и старые колеи, и я обходил их и вскоре показалась окраина деревни. Тут меня что то передёрнуло и я стал озираться по сторонам. Я даже не заметил, что уже начало светать. Летом ночи короткие и как только я не подумал об этом. Вся деревня уже полностью виднелась с косогора, и я поспешил спрятаться в поле. До пруда было ещё полтора километра и остаток пути, так как все ещё спали, и стояла такая тишина, что можно было услышать первых петухов на другом краю деревни. В общем, когда я добрался до своей одежды и быстро её одел. Было уже совсем светло. Отец и д.Ваня уже поджидали меня и постоянно оглядывались в сторону дороги. Через полчаса, в одних плавках и с рюкзаком на спине я уже шёл домой. Просто не хотелось, чтоб мои штаны все промокли, да и кто меня мог видеть. Когда я вошёл во двор, мама уже была на ногах. Отец шли с д.Ваней сзади и изрядно отстали.
- Ну как дела рыбаки – спросила мама.
- Около ведра поймали, и на пироги и на уху хватит и даже немного подвялить останется – ответил я.
Было уже около шести утра. Услышав наш разговор выбежала сестрёнка. Я вываливал сеть из рюкзака, чтоб разобрать её и выбрать карася. Сеструха подошла ближе и подставила блюдо, и сразу же её взгляд остановился на моих голых ногах, по которым всё ещё текла вода из рюкзака.
- Ты что описался – спросила она.
- Ты что совсем тупая – огрызнулся я.
- Ну тогда хочешь писать, вон писька как оттопыривается – ответила она мне на мою язвительность.
Хорошо, что мамы рядом не было.
- Небось, всю ночь свою письку доил – снова вякнула сестра.
Я хотел было ей поддать, но вышла мама и сразу мы стихли. Она озадачила её работой, а меня послала мыться и спать. Впереди был выходной и я старался с ней больше не сталкиваться, чтоб она мало ли чего лишнего не вякнула при родителях. А когда через день они ушли на работу, то я не выдержал и взяв с неё слово, что она будет молчать, с огромной радостью поделился с ней своим ночным путешествием голышом.
- Ага, ври да я буду – не поверив ответила она.
А зачем мне врать, поехали и я покажу тебе где я шёл и где лежала моя одежда. Но сестра ничего не хотела слышать и ехать не согласилась, а ближе к вечеру сама подошла и попросила у меня велик покататься. Я ей всегда давал и дал в этот раз и она тут же уехала. Вернулась она часа через два.
- Ты где так долго каталась – спросил я.
Сестра, ничего не сказав, быстро забежала в дом и стала о чём-то шептаться с мамой. Вскоре она вышла с улыбкой на лице.
- Ты чего вся светишься – спросил я.
- Ты хочешь, чтоб я тебе поверила? – спросила она.
- Ну да, а что? – спросил я.
- Ну тогда докажи, что ты мне про свой ночной поход рассказывал – сказала она.
- Но как, скоро уже спать и - я не успел договорить, как сестра перебила меня.
- Я уже договорилась. Мама нас отпустила в ночное с ребятами. Так что у тебя вся ночь впереди.
Я был в шоке и не знал что ответить. Бывает везёт человеку, как мне во время рыбалки, но чтоб на одной неделе так подфортило дважды, мне до сих пор не верилось. Тут вышла мама и подала нам сетку.
- Это вам перекусить ночью, вдруг захотите. Организм молодой и голода не терпит – объяснила она.
Тут я понял, что сестра не врёт и как только мама вошла в дом, я спросил у неё.
- А как я докажу. Ты что со мной пойдёшь?
- Да я чё дурра что ли ночью с тобой голым по полю бегать – ответила она.
- Ты знаешь берёзу на краю поля, в которую молния ударила – спросила она спустя минуту.
- Знаю, - ответил я.
- Ну тогда пошли – позвала она и вышла за калитку. Я последовал за ней
Дойдя до проулка ведущему за огороды, она свернула туда и потом снова свернула в сторону нашего огорода. Что она задумала, не мог понять я. А когда она остановилась и велела мне раздеться, я стал понимать, но не до конца. Сестра взяла мои вещи и занесла в огород и спрятала возле забора в траве. Их можно было легко взять, но она тут же мне объяснила всю тщетность моего положения. Я стоял и прикрывал свой член и яйца обеими руками и слушал что она говорит.
- Возле той берёзы есть куст бузины. Так вот под ним лежит небольшой свёрток. Ты должен сейчас идти туда и принести мне его на поле, где мы с ребятами будем пасти лошадей. У нас в селе было около двух десятков лошадей и днём они работали, а ночью мы все деревенские иногда по очереди, а иногда просто собравшись ватагой, пасли и сидя у костра травили разные байки и страшилки.
- Я что голый к вам подойти должен – не понимая спросил я.
- Нет. Но как только начнёт светать, ты должен стоять вот там на краю поля и я к тебе подойду – объяснила она.
Трусом и вруном мне не хотелось казаться и тем более перед собственной сестрой и я отправился в путь. Конечно это было здорово ей всё придумано и я благодарил её за находчивость, но я боялся, как бы она не рассказала об этом там всем своим друзьям и подругам. Когда мы с ней подошли к этому полю, где уже паслись лошади, и у костра сидело несколько фигурок наших деревенских ребят и девчат, я ещё сильнее испугался.
- Когда вернёшься сюда, согни эту осинку и я сразу пойму – сказала мне сестра и проводив взглядом, как я исчез в высокой кукурузе, отправилась к костру.
Я шёл и думал о произошедшем. С одной стороны мне вроде и не стоило бы обижаться на сестру. Она была на моей стороне и ничего не кому не сказала. А с другой я чувствовал себя всегда на волосок от разоблачения. Я удалялся всё дальше и дальше. На небе мерцали звёзды, а луна уже почти полностью показывала свой жёлтый глаз, и было светло и тихо, и я радовался, что сейчас вот тут брожу совершенно голый и наслаждаюсь ночной тишиной, а не лежу в душной комнате в своей постели. Так за рассуждениями я даже не заметил, как впереди показался лес и окраина поля. Чуть в стороне я увидел разваленную пополам грозой высокую берёзу. Оглядевшись по сторонам, я вышел на опушку и по траве быстро добежал до дерева. Как сестра и говорила, под ветками у самого корня лежал небольшой свёрток. Я взял его и поспешил снова скрыться среди высоких кукурузных стеблей. Среди них я чувствовал себя в полной безопасности. По моим приметам времени ещё было предостаточно, и я не спеша побрёл обратно. Я уже был полностью спокоен и даже решил чуточку побаловаться и поиграть со своим членом и ухватив его рукой, стал слегка подергивать и трясти им. Просто было не очень то удобно перед сестрой снова показаться с торчащим и изнывающим от возбуждения членом. Начинало уже светать и вот она долгожданная опушка леса и окраина поля. А вот и тонкие осинки, про которые говорила сестра. Я подбежал к ним и спрятался и стал оглядываться по сторонам. Костёр ещё горел, а вокруг его сидело как минимум человек около десяти наших деревенский и парней и девчонок. Я снова, что-то испугался, и снова мысль о разоблачении меня стала донимать.
- А вдруг сестра не сдержит слово и приведёт с собой ещё кого-нибудь – думал я.
С каждой минутой становилось всё светлее и светлее и чтоб не остаться на весь день голым в поле. Я решился и подойдя к самой крайней осинке, качнул её дважды. Потом уставился в сторону костра и стал ждать. Но никто не отделился и не поспешил в мою сторону. Тогда я снова качнул осинку и снова стал всматриваться в полумрак и тут кто то меня сзади окрикнет.
- Хватит трясти осину. Я уже тут – донеслось до меня.
У меня от страха чуть сердце в пятки не провалилось. Я обернулся и увидел с улыбкой на лице свою сестру.
- Ну что, принёс – спросила она с ехидцей.
- Ага. Вот – и я протянул ей свёрток.
- Ну вот теперь я тебе верю. Только ты опоздал, и я не смогла принести твои штаны. Так что иди за ними сам. Они там же в огороде лежат – сказала она, и ошарашила меня своим ответом.
- А как же. Ведь уже светает – сказал я испуганным голосом.
- Поспешишь, успеешь – ответила она и пошла впереди.
Я поплёлся за ней, озираясь по сторонам. Вот уже и поле и лес позади и густой камыш вокруг пруда. Прячась за ним я весь перепуганный добрался до своего огорода и просунув руку между жердей прясла, вытянул свёрток с одеждой. Быстро одевшись, мы прошли по проулку и подойдя к калитке, осторожно её открыли. Думали что родители ещё спят. Но отец уже перед работой управлялся во дворе, а мама доила корову.
- Ну что, нагулялись – спросил он.
- Ага, особенно Серёжка – сказала сестра.
- Ну тогда марш завтракать и спать – скомандовал отец и мы быстро исчезли в доме.

(продолжение следует)

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2105
Откуда: Из за Урала
Благодарил (а): 1 раз
Поблагодарили: 55 раз

Сообщение 10 фев 2016 08:33

Мои голые приключения.
Глава вторая.

Остаток лета, был полон разных событий и приключений. Моя сестра и как бы подыгрывала мне, но и многое делала из своих корыстных побуждений. Я тогда не понимал, что ей нужно было от меня, и как маленький телёночек на поводке следовал её советам и требованиям. Она держала язык за зубами, и никому не раскрыла мою тайну, и мне приходилось за это отрабатывать. Я много что ей поручали родители, делал за неё по дому, а она в это время гуляла со своими подругами. Иногда она мне давала поручения и требовала их выполнить, чтоб я обязательно был голым. Мне даже однажды пришлось просидеть в кустах до самой темноты, пока я ждал, что сестра с подругами уйдут с брёвен. У нас на окраине деревни лежало несколько, очень сучковатых сосён и их даже на дрова никто не хотел брать – распилить то полбеды, а вот расколоть их было невозможно, и поэтому они валялись за околицей и мы часто сидели на них и обсуждали свои школьные и прочие проблемы. Вот я и сидел в кустах возле этих сосен и ждал. А сестра как будь то специально всё подстроила и сидела там со своими подругами, а потом и их одноклассники приехали на мопедах и там до темна тусовались. Сколько тогда я страху перетерпел, кто бы только мог знать. Закончилось всё конечно хорошо, но после этого я стал как-то сторониться сестры, и не попадаться ей лишний раз на глаза, и первое время это помогало, а потом началась осень и слякоть и волей неволей мы вместе просиживали в комнате, поглядывая друг на друга, и корча разные рожицы. Говорить об этом мы не могли, дома всегда была бабушка, а вечером родители. Я даже как то успокоился, и моим единственным развлечением было заполнять старые носки спермой ночью под одеялом, а утром незаметно выкидывать в туалет.
Весной у меня начались экзамены, и мне было не до развлечений. Я учил, чтоб сдать всё и не остаться на осень. Сестра мне конечно помогала и не приставала. А потом она часто стала с подругами исчезать, и я думал, что она вообще забыла о моём существовании. Остались позади восемь классов и сданные на три – четыре экзамены. Сестра же успевала набегаться, пока родители были на работе, и мне только перепадало лишь доделывать то, что она не успела или забыла сделать. В конце июля наша бабушка уехала в гости на пару недель, и я даже обрадовался этому. Сестры не было дома и родители на работе до темна. Так что я часто, как только сестра за ворота, я запирал их на засов и раздевшись бродил по всему дому голышом. Иногда, чтоб меня не могли увидеть соседи, я в присядку или на четвереньках проползал из ограды в огород и там ползал между грядками, а когда слышал разговор в проулке, то ложился на землю и замирал, пока проходившие мимо односельчане не пройдут мимо забора.
Это произошло на четвёртый день, как бабушка уехала в гости. Сестра ушла и я сняв свою одежду и положив её под подушку, вышел голым во двор и стал разгуливать постоянно подрачивая свой член. Стояла жара и я решил совершить уже не единожды опробованный рискованный поход по огороду голышом. Оглядевшись я присел и стал так вприсядку, как кролик подпрыгивая передвигаться всё глубже и дальше от двора. А когда я уже оказался в конце огорода и развернулся, чтоб ползти назад, я вдруг услышал смех и разговоры со стороны проулка. Но там никого не увидел и тут как снег на голову. Из за бани выходит моя сестра со своей подругой и весело смеются и что то обсуждают. Если бы они меня заметили, то наверняка бы смотрели в мою сторону – подумал я и замер. Они по очереди сходили в туалет и вернулись обратно в дом.
- И что теперь делать – задал я себе этот вопрос.
- Ждать как они уйдут – тут же сам себе и ответил.
Ничего не оставалось и я заполз в картошку и укрывшись среди высокой ботвы, лёг на землю и стал ждать. А чего ждать я и сам не знал. Я из огорода не мог видеть, дома они или ушли, и мне пришла в голову дурная идея. Я подполз ближе и выждав момент, перебежал через двор и спрятался под крышей, где у нас лежали сухие дрова. Мне хорошо был виден весь двор и даже угол двери в дом. Изнутри раздавался громкий смех и вскоре сестра вышла и оглядевшись по сторонам, снова вошла в дом. Так прошло ещё с полчаса и когда они снова вышли вместе с подругой и удалились в огород, я выскочил из под крыши и прямиком пробрался на свой спасительный чердак. Там хоть не так было жарко и можно было в случае чего укрыться старыми половичками. Какое чувство меня тогда охватывало, я просто не могу передать словами. Находиться во дворе и постоянно быть на грани разоблачения перед подругой моей сестры. Я такого никогда не испытывал даже когда на меня смотрела сестра и понимал, что такой стресс очень рискован и я мог бы себя не сдержать и сам открыться перед ними. Но этого не произошло и вскоре они ушли, оставив мне записку на столе.
- Серёга, если куда уходишь, закрывай дом.
Вечером мне сестра устроила небольшую взбучку и я молча её выслушал. Не мог же я сказать ей, что был дома и сидел под крышей голый. Это моё молчание показалось ей подозрительным, ведь раньше такого никогда не было и она посмотрев на меня, спросила.
- Ты дома был? Ты подслушивал нас? – напирала она.
Мне ничего не оставалось, хотя я отнекивался долго и упорно, признаться и я сказал.
- Я сидел в картошке.
- Как в картошке, а почему не дома – удивил сестру мой ответ.
- Ну так вот. Вы пришли неожиданно – объяснил я.
- Дак ты чё, голый что ли был??? – удивилась сестра.
- Ну да.
- Ты чё совсем придурок. А если соседи увидят – не переставала она возмущаться.
Хорошо, что родители в это время были во дворе и не слышали нашей перепалки, а так бы я точно тогда мог влететь, и мне попало бы ещё и от них. Потом она вылив на меня кучу оскорблений, немного успокоилась, а потом вдруг и говорит.
- Я тебе завтра такую прогулку устрою, что мало не покажется. Нудист долбанный – выпалила она выходя из комнаты.
Я был расстроен и не понимал её. Вроде она была не так плохо настроена к моим прогулкам голым и не выдала меня, а тут как с цепи сорвалась. Возможно, она испугалась, что её подруга Ленка меня могла бы увидеть, и тогда сплетни на всю деревню разлетелись бы за пару часов. Но догадки были догадками, а что меня ждало завтра, я даже не мог себе предположить.
Рано утром, как только родители ушли на работу, сестра разбудила меня и велела снять всю одежду. Я выполнил всё, как она просила, чтоб лишний раз не злить её, да и мне было приятно при ней разгуливать голышом, и я как то перестал этого стесняться. Мы вышли во двор и она велела мне составить доски к стене сарая. Я сделал как она просила. Потом она велела мне к другой стене тоже навалить лежащий и ещё не разобранный пролёт от забора и повесить на него одеяло и покрывало. Ну и ещё в двух местах она открыла двери в сарайки и на них тоже повесила старые половички. Обычно мы так делали во время генеральной уборки и развешивали всё постельное, чтоб оно проветрилось и облучилось на солнце и постиранные половички так развешивали, чтоб они просохли. Разговора про уборку дома не было, и она сама никогда бы её не затеяла, так же как и я – просто нам было лень прибираться и убираться. Я ломал голову и не знал, что задумала эта ехидна – иногда в порыве злости я так её обзывал. Светка подошла ко мне и говорит. Если я не представил свою сестру, то прошу прощения – её звали Света.
- Сегодня Лена ко мне снова придёт, и ты будешь ходить вот так – и она показала на меня всего голого и с торчащим членом.
- Не, ни за что – стал я отказываться.
- Ты не дослушал. Ты будешь ходить голым, но так чтоб она тебя не смогла увидеть и если тебе это удастся, то я больше тебе не скажу ни слова. Делай, что хочешь и сам отвечай за себя. Понял??? – выдала она мне всё одним залпом, что я даже не смог вставить ни слова.
- А где я буду от неё прятаться? - спросил я.
- Ну ты совсем тупой. А во дворе ты сейчас что делал? – спросила она меня.
Я огляделся по сторонам и понял, зачем она затеяла эту иллюзию уборки. Мне ничего не оставалось делать, и я согласился на все её условия. Через час сестра убежала, и я остался во дворе один. Я ещё раз проверил все возможные места и укрытия и зашёл в дом, чтоб ждать незваных гостей. Из окна было хорошо видно всю дорогу и даже угол Ленкиного дома. Вот они и вышли из калитки и направились в нашу сторону. Я растерялся и стал метаться из угла в угол. Было желание схватить одежду и натянуть её на себя. Член предательски торчал и постоянно шлёпался о низ живота. Но они приближались, и я выскочил во двор и шмыгнул за поставленные к стене доски. Сквозь небольшие щели было видно, что творится в ограде, а я находился за досками как в небольшом и тесном шалаше, и стоять в нём было не так удобно, и сидеть тоже. Вот скрипнула дверь и во двор вошли Светка и Ленка. Они прошлись по двору и вошли в дом.
- Вы что уборку затеяли – спросила так между слов Ленка.
- Да нет, так старые вещи подсушить вывесили, чтоб убрать их потом – ответила сестра.
- А Серёжка где – спросила Лена.
- Как всегда, носится где-нибудь – ответила Светка.
Пока они находились дома, я сменил место и перебежал за дверь. Там хоть и более опасно было находиться, но из-за половички меня не было видно совсем и сгибаться не приходилось. Через несколько минут Ленка, и сестра вышли во двор и сели на ступеньки крылечка. Они сидели и как ни в чём разговаривали. Светка иногда посматривала в разные стороны двора. Наверное, пыталась отгадать, где я сижу и дрожу от страха, как осиновый лист. Мне действительно было и страшновато и в то же время как то необычно приятно и хорошо. Мой член от возбуждения постоянно, то ткался в дверь, то в живот. Больше всего я боялся кашлянуть или чихнуть. Со мной иногда это случалось, и тем самым я мог себя выдать. Вскоре они ушли и не появлялись больше часа. Позже я узнал, что у Ленки сломался телик, и они приходили к нам смотреть фильм, который шёл в дневное время. Я был не очень в восторге от фильмов и многие просто пропускал и предпочитал прогулки на свежем воздухе и обязательно голышом.
Как фильм закончился, они вышли во двор и вдруг сестра что то шепнула Ленке на ухо и открыв калитку, ушла в огород. Я понял, что она пошла в туалет, и ещё пуще напрягся. Я уже успел кончить, и дверь передо мной была вся обрызгана в сперме. Ленка сама себе предоставленная вначале сидела на крылечке, а потом встала и так лениво попинывая ногами траву, слонялась по двору. Я был весь на взводе и ждал своей участи. Иногда она проходила мимо меня в двух шагах и я облегчённо вздыхал, что снова пронесло. Вот и появилась сестра.
- Ну что, пошли искупаемся – сказала она.
- Пошли – ответила Лена.
- Успеем за полчаса до следующей серии – спросила Лена.
- Конечно успеем, я даже дом не стану закрывать – и произнесла это так выразительно, что я сразу понял, что она имеет ввиду и так меня предупреждает, чтоб я не смел высовываться и ждал их. Перед этим она намекала, что будут долго у нас сидеть. Как только они ушли, я выдохнул и вышел, чтоб немного размяться и перевести дыхание. Потом забежал в дом и выпил аж два бокала холодного кваса и съел булочку с кусочком мяса и огурцом. Как только я вернулся во двор, то чуть ли не перед самым носом сестры и Ленки успел спрятаться. Они вошли все мокрые, видно купались рядом на ближнем пруду. Стали расчёсывать волосы и трясти подолами своих платьев, просушивая их от мокрых купальников. Ну в общем что то так тогда я подумал и наблюдал сквозь небольшую щёлочку за их действиями. Вскоре они зашли в дом и не выходили очень долго. Я снова успел перебежать за другую дверь, так как за этой стоять уже было жарко и она была вся освещена солнцем. Тут вдруг вышла сестра, и быстро проверив все укрытия, нашла меня за дверью и тихо сказала.
- Мы скоро уйдём, и я держу своё слово. Но чтоб ты мне больше в таком виде на глаза не попадался, а то всё расскажу родителям.
Я понял это как её последнее предупреждение и пообещал, что тоже не нарушу наш уговор. Лена с сестрой вскоре ушли и я ещё долго, всё обдумывая и вспоминая пикантные моменты их приближения к моему укрытию, возбуждался и вздрагивал от ужаса, если бы вдруг Лена заглянула и увидела меня. Неделю я был осторожен как никогда и хотя почти весь день во дворе и по дому ходил голым, но на глаза сестре не попадался. Иногда затекали ноги, и было желание плюнуть на всё и выйти и пусть что будет. Но сила страха была сильнее, чем все те неудобства, которые я испытывал сидя в укрытии. Потом приехала бабушка, и я больше дома не ходил голым. Всё свободное время проводил в поле или в лесу. А иногда забирался в овраги недалеко от пруда и бродил по ним, прячась в кустах и за его извилистыми склонами.
Всю зиму Светка учила и зубрила, и весной к ней вообще было невозможно подойти с какими-то бы там не было вопросами. Комок нервов и я вообще старался её не раздражать. А то, как выдаст в порыве нервного срыва, и сдаст меня по полной. Как только она сдала все экзамены и как бы успешно, она стала совсем другой. Весёлой и разговорчивой. А получив аттестат, стала собираться в город к старшему брату, чтоб поступить в техникум. Я ждал того дня, когда она уедет и не сможет помешать мне бегать голым, там где я хочу и когда хочу и вот этот день настал. Мы проводили сестру на остановку, и она вместе с мамой уехала подавать документы на поступление в технарь. Я остался на домах, а отец ушёл на работу. Бабушка что-то делала на кухне, и я спросил у неё.
- Баб, помогать что-то надо?
- Пока нет. Можешь погулять – ответила она.
Я так обрадовался, что быстро собравшись, убежал в лес и залез на свою ветвистую сосну. Я там уже много чего переделал, и она стала моим самым уютным и удобным укрытием на дереве, и я там много всегда проводил времени. Мне нравилось лёжа на уютном ложе, укрывшись ветвями дерева и обдуваемый лёгким ветерком, лежать голым и играться со своими яйками и членом.
Мама вернулась через два дня. Она устроила сестру на период сдачи экзаменом к родственникам и погостив денёк приехала домой. Отец ещё был на работе. Вечером они о чём-то поговорили и он ушёл. Вернулся минут через десять и сразу позвал меня.
- Сергей, собирайся. На рыбалку идём – сказал он.
Я конечно был рад, хотя сразу же подумал о прошлой рыбалке. В этом году мало было дождей, и ещё кукуруза не совсем выросла. Или я подрос. Ну в общем она была высотой всего мне до груди. Мы собрали всё и положили в рюкзак. Вскоре зашёл сосед, и мы все втроём отправились на дальний пруд. По дороге я вертелся по сторонам и присматривался. Как только сети были расставлены и отец развели костёр с дядей Ваней и стали что-то обсуждать. Мне это было не интересно, и я просто стоял у воды и бросал в неё камушки. Увидев, что я мучаюсь от безделия, отец отправил меня домой и велел утром на рассвете придти за ними. Я обрадовался и сразу же побежал через поле в сторону дома. Не успев отбежать и сотни метров, я огляделся по сторонам и убедившись, что кругом никого, зашёл в кукурузное поле и разделся до гола, оставшись только в одних кедах. Ночи стояли тёмные, и лишь только под утро становилось чуточку светлее, возможно из-за утреннего восхождения полумесяца. Я знал, что в такое позднее время уже никто не поедет в лес и был уверен, что меня не увидят, и поэтому смело удалялся от пруда в глубь поля прямо по дороге голышом подстраиваясь под шаг и подрачивая свой член. Ещё было светло, и впереди была целая ночь. Я удалялся всё дальше и дальше. Кукуруза была не так высока, чтоб скрывать меня, и поэтому по ней было легко идти. Я свернул с дороги и пошёл посредине поля. Когда поле закончилось, я нашёл еле заметную лесную дорогу и по ней отправился дальше и вскоре оказался на окраине соседней деревни. Сюда я ещё ни разу не забредал и жутко волновался и это меня снова возбудило. До одежды было несколько километров и кругом ночь. Шансов на быстрое спасение тоже не было ни единого, и я осторожно повернул назад. Обратный путь я решил пройти по наезженной дороге, так как видимось была очень плохая, и мне не хотелось пораниться. Я снова успел кончить и забрызгать спермой близлежащие кусты и обтерев свой член о бедро, я опустил его и подпрыгивая от радости, что я снова гуляю голый далеко от дома, направился в сторону пруда, где сидели у костра отец с дядей Ваней.
Вернулся я под самое утро и ещё около часа сидел на окраине поля и теребил свои яйца и член. Как только стало светло и был хорошо виден пруд, я оделся и вышел на берег потягиваясь и позевая.
- Ну что, не выспался – спросил д.Ваня.
- Неудобно было спать в поле – ответил я.
- Ты что дома не был – спросил отец.
- Неа, нога болит и бегать туда сюда не хочется, я и прилёг в кукурузе и вздремнул – объяснил я.
- Ну тогда пошли снимать сетки и домой.
Через час мы уже сидели все трое во дворе и выбирали карася. Улов был не очень, но мама сказала что хватит. Рыбу почистили и подвешали вялить, а потом мама её увезла родственникам за то что Светка будет жить пока у них.
Светка приехала за две недели до начала учебного года и сразу взглянула на меня, как будь-то, я её три рубля был должен.
- Тебе чего – спросил я.
- А это не тебя ли случайно парни из соседней деревни в ночном видели голым – спросила она.
- Ты чё, когда? Я всегда дома сплю – ответил я.
- А когда вы с папкой на рыбалку ходили. Мне Ленка сегодня сказала, что её брат видели голого парня в лесу ночью. – объяснила она.
- Нет, ты что – это кто-то другой был.
- Ну-ну, так я и поверила – усмехнулась сестра.
Отойдя в сторону, она повернулась ко мне и спросила.
- А может рассказать Ленке? А?
- Свет, не нужно ничего рассказывать. Пожалуйста – стал я упрашивать её.
- Ну ладно, так и быть. Я всё равно уезжаю, а они пусть тебя ловят, ну и там сам узнаешь, как ночью пугать своим видом людей – ответила она.
Я снова стал более осторожен и даже тогда, когда сестра уехала учиться. Мне казалось, что она и на расстоянии за мной подсматривает и следит. В комнате я теперь спал один, и мне ничего не стоило заниматься онанизмом, как только я ложился в постель. Я стал реже бегать по лесу и тем более по полю в ту сторону, где меня могли видеть.
Этой зимой я жил в доме один с родителями и бабушкой. Хоть и не так часто, но иногда выпадали дни, когда я после школы оставался дома один. Родители были на работе, а бабушка уходила к соседям. Если стояли тёплые дни, то я пробовал выбегать голым во двор и перебежав его по снегу в одних только валенках, возвращался обратно и весь дрожа от холода и возбуждение в бешеном ритме начинал дрочить свой член. Зимние ощущения были для меня ещё новые и очень сильно возбуждали и я ближе к весне проделывал их всё чаще и чаще и даже в конце марта, когда снег стал липким и светило и грело солнце, я однажды пробегая по двору нечаянно упал прямо в сугроб и чуть ли не сразу испытал такой стресс, что меня всего трясло как в лихорадке. Это было неописуемое ощущение.
Лёжа вечерами в постели, я стал думать, что такое необычное и возбуждающее можно придумать и весной и летом и осенью. Голова просто разрывалась от разных идей и придумок, и член постоянно стоял, поднимая одеяло. Я его успокаивал или прижимая к ноге старался придавить второй ногой. Но он, был не сгибаем и мне с трудом удавалось его хоть чуточку отвести назад между ног, и так удерживать. Почему я так стремился тогда сделать, я не знаю. Ведь можно было просто прижать к животу и нет проблемы – пусть стоит или лежит и упирается в пупок. Возможно, это как то на подсознании происходило и ощущение того, что я сгибаю несгибаемый член и как бы ломаю его сопротивление, отчего я чувствовал ломоту и боль в области паха, меня и сподвигло к тем действиям. Я даже сейчас не могу это объяснить, но мне жутко нравилось играть им и использовать как мнимый рычаг переключения передач на тракторе. Меня отец иногда учил на нём ездить и я лёжа под одеялом, держа свой член за головку, резкими движениями отгибал его в разные стороны, как бы эмитируя что включаю скорости и куда то еду. Всё было бы ничего, но однажды я доигрался и так напереключался скоростей с помощью своего возбуждённого члена, что не успел и обрызгал спермой весь пододеяльник изнутри и простынь тоже. Я так тогда испугался, что мать заметит и встал раньше обычного и сам заправил свою постель и позавтракав, убежал в школу. Весь день я думал как замыть незаметно все следы и к моему счастью, придя из школы, я прочитал записку, что бабушка уехали с отцом в город в больницу. Я быстро смочил все пятна и оттёр их и снова заправил уже немного мокрую, но чистую постель. К вечеру она была уже почти сухая, и я её досушил своим телом. Всё обошлось, и я был доволен собой. В следующий раз, я уже надевал на рычаг переключения передач старый носок, и крутил свой член в разные стороны, не опасаясь что-то замарать.
Наступила весна, выпускные экзамены и полное нежелание ехать куда-то учиться. Я так и сказал родителям. В аттестате у меня было много троек и как ни странно все почти по основным предметам. Родители не стали настаивать, и я пошёл работать на МТМ. Работа слесарем по ремонту тракторов и прочего была не из лёгких, но мне она понравилась. Я всегда любил копаться с техникой и с радостью помогал отцу ремонтировать его трактор. Тут же моими учителями стали наши деревенские мужики, у кого сломается трактор, тот и учит, что как делать и я помогаю всем и от каждого по немного получаю знания.

(продолжение следует)

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2105
Откуда: Из за Урала
Благодарил (а): 1 раз
Поблагодарили: 55 раз

Сообщение 11 фев 2016 07:49

Мои голые приключения.
Глава третья.

Первое время я очень уставал и даже забросил свои увлечения и пару месяцев вообще не бегал голым и не занимался онанизмом. Иногда приходил с МТМ и даже не ужиная, падал на кровать и засыпал. День ото дня я понемногу втягивался, даже иногда появлялось свободное время, и я снова стал думать и даже строит планы как бы мне снова что-то выкинуть необычное. Идея сама пришла и так неожиданно, что я сам поначалу этого не понял. Мы ремонтировали один трактор и увозились в масле и мазуте по самые локти. Было начало осени, и началась уборка, и нас торопили с ремонтом. Я часто пил воду от жары и конечно же пришлось вскоре искать место и возможность сбегать в туалет. Я видел, что д.Коля уже дважды отлучался и при этом не мыл свои руки. Я даже подумал, что как он достаёт свой член грязными руками и писает и так и не понял. А тут самого приспичило и я отойдя в сторону стал на ходу соображать, но мочевой мне не давал времени на раздумье и поджимал всё сильнее и сильнее и я стал перед выбором. Мне ничего не оставалось или член свой замарать и достав его грязной рукой наконец-то облегчиться, или напрудить себе в штаны и я выбрал первое. Расстегнув ширинку, я нащупал внутри свой член и быстро выдернул его наружу. Моча сразу под сильным напором стала разлетаться по сторонам, и я стал придерживать его, чтоб ещё и снаружи себя не обоссать. В результате стало так хорошо и легко, и только тогда я посмотрел на свой, весь в грязных отпечатках от руки, член и даже усмехнулся. Мне сразу вспомнилось, как я года два назад, проползая голый по земле, вывозился в пыли и ни капельки не расстроился. Вернувшись домой, я конечно же сразу отмылся и был удивлён, отмывать от грязи свой член и даже чуточку запачканные яйца мне было очень приятно, мой член даже возбудился и я стал дрочить его и скоро кончил, выплеснув мощную струю прямо себе на ноги.
Спустя несколько дней всё повторилось снова, и я снова испытал сильный оргазм. После этого я уже не думал и даже сам иногда старался лишний раз залезть в расстёгнутую ширинку грязными руками и вытащив свой член облегчить чуточку мочевой пузырь. Уборка подходила к концу и меня направили на учёбу. Чтоб я мог получить права тракториста и выучить материальную часть трактора. Работы уже было не так много, и я практически был не нужен. Я собрался и поехал в районный центр в автошколу. Там много было ребят из соседних сёл и двое из нашей деревни. Кто учился на водителя машин, а кто, так как и я, на трактор. Жили мы в общежитии, и вечером от нечего делать я читал книгу и строил планы на будущее. Со мной ещё жил один парень, но он постоянно исчезал и возвращался только под утро. У него была девушка, и он всё свободное время проводил с ней.
Наверное от одиночества или от того, что я не знал чем занять себя в свободное время, я часто вспоминал себя и сестру и её подругу Ленку. Мои игры в прятки голым во дворе и прогулки ночью по кукурузному полю. Возбуждение наступало практически моментально, и я уходил в туалет и заперевшись в кабинке, быстро онанировал и разряжался и несколько раз чуть не попался, но всё обходилось, и я благодарил судьбу. Мне вдруг почему то очень сильно захотелось увидеть сестру, а вернее чтоб она снова увидела меня голым. Я думал об этом постоянно и хотя знал, что дал ей обещание, что больше она меня в таком виде не увидит, но не терял надежды и представлял нашу необычную встречу и её агрессию на мой внешний вид и мне становилось почему то не стыдно, а наоборот очень хорошо.
Я часто стоял на третьем этаже возле окна и смотрел на улицу и на прохожих. А в выходной, когда мой напарник по комнате уезжал домой, я запирался и целый день мог ходить в пределах комнаты голым. Мне было приятно и необычно чувствовать себя в таком виде, когда рядом за дверью слышны были голоса, а за окном проходили люди. Может что то невидимое мной двигало или подсказывало мне тогда, но я см не знаю, как эта идея пришла мне в голову. Ведь я был трус и боялся разоблачения, а тут я не спал всю ночь и уже под утро, когда все спали и в окнах и ни у кого не горел свет, я тихо открыл дверь и голый, дрожа от страха, вышел в коридор. Я прошёлся вначале в одну сторону от комнаты несколько шагов, потом в другую. Меня охватил озноб и всего трясло. Я не знал что со мной происходит и вернувшись в комнату и успокоившись, я перестал дрожать. Мой член просто разрывался от перевозбуждения, и я стал яростно его массировать и вскоре кончил. Но мне этого хватило всего на полчаса, не больше и я снова стал думать о выходе в коридор и я сделал это. Выйдя и прислушавшись, убедившись, что все спят, я в этот раз решил не медлить и бегом в одних носках пробежал в самый конец и скрылся в туалете. Меня снова охватил озноб и страх, и член снова стоял как кол. Я стал дрочить и минут через десять кончил прямо на унитаз, после чего выглянув в коридор, и убедившись, что все спят, бегом вернулся в свою комнату.
Да, тогда мне это было жутко страшно, но только сейчас понимаю, а кого мне в общежитии было стесняться. Ведь в нём жили одни только парни и мужики, кто приехал учиться на водителя. Все были деревенские, и скрывать друг от друга тоже было нечего – выглядели все одинаково и в бане мылись вместе. Но я тогда может плохо, что понимал. Для меня был страх в том, что я по коридору этой общаги шёл полностью голый, и осознавая это я быстро возбуждался.
Я часто думал об этом и однажды я представил, как мне на встречу идёт сестра со своей подругой Ленкой. Я иду голый, и они смотрят на меня и смеются. Это стало казаться мне часто и как то поздно возвращаясь в общагу, я захотел пописать и встал возле угла дома. Кругом никого, уже было темно и вдруг из за угла выходит женщина лет сорок и увидев что я делаю, мне и говорит.
- Смотри, не подмочи дом, а то размоешь, и он рухнет – она всхохотнула и прошла мимо, лишь бросив на меня короткий взгляд. Я просто был в растерянности и продолжал стоять и поливать стену дома. Я и так долго терпел и не смог просто остановиться.
Эта встреча меня просто как то взбудоражила, и я как вспоминал её, мой член моментально вставал. Кругом уже лежал снег, хотя было не так холодно, и я как то снова возвращался в общагу и снова вспомнил тот случай и решил повторить, но уже в другом месте. Я остановился возле проулка и оглядевшись, что кругом нет никого, достал свой член и хотел было пописать, а он возбудился и я не смог даже капельку выдавить. Я стоял и тужился, и совсем забыл о прохожих и снова две женщины, проходя мимо со стороны спины, сделали мне замечание.
- Не отморозь – сказала одна.
- Мог бы и до дома дойти, все углы обоссали, срамота смотреть – сказала вторая.
Новая волна возбуждения, и я снова в общаге сидя в туалете кончин на унитазе вспоминая слова проходящих женщин. И тут мня что то как будь то кольнуло. А зачем мечтать и думать о том, что сестра когда-нибудь сжалится и посмотрит на меня голого. На другой же вечер я вышел на улицу и расстегнув ширинку, слегка прикрыв свои высунутые гениталии длинной курткой, пошёл по улице. Вдалеке я увидел двух женщин, которые шли с остановки в мою сторону. Я быстро выбрал место и расстегнув куртку, стал эмитировать как бы я стою и писаю. Видно ли было мой член со стороны или я уж так испугался и на придумывал себе, но подойдя поближе, женщины стали перешёптываться и глядя в мою сторону прошли мимо и ничего не сказали. Я быстро застегнулся и убежал. От перевозбуждения я готов был прямо на улице дрочить свой член, но страх гнал меня подальше от того места.
После этого я стал каждый вечер выходить на улицу и высунув свой член через ширинку, стал делать вид, что стою и писаю, когда ко мне приближались одна или две женщины. Я часто слышал разные слова и даже сопровождающиеся крепким матом.
- Оторвать бы тебе х…, чтоб не тряс им где ни попади – говорили одни.
- Смотри, не заморозь, скворечник свой закрой – что-то в этом роде говорили другие.
- Сейчас спущу собаку, отгрызёт тебе всё, будешь знать – сказала одна женщина прогуливающаяся с собакой на поводке. Я потом часто её слова вспоминал, когда видел кого-нибудь с собакой или просто бродячих голодных собак и старался побыстрее уйти, а то мало ли что собаки подумают, подбегут и клацк своими челюстями и нет ничего.
Так постепенно, шаг за шагом, я осваивал азы эксгибиционизма. Я тогда даже не знал этого слова и сейчас то его с трудом выговариваю, но никак по другому мои пристрастия, показаться перед женщинами в необычном виде, не назовёшь.
После нового года, я снова вернулся в общагу и привёз с собой ещё двое поношенных брюк. Куртка у меня была тёплая и закрывала ноги до середины бёдер, а то и ниже. А вот застёгивать пуговицы на ширинке и расстёгивать постоянно на холоде, иногда замерзали пальцы рук и я с трудом это делал. Сама идея, сделать такие брюки, у которых вообще не нужно было бы ничего застёгивать, появилась сама собой после того, когда у меня прихватило подушечки пальцев, и я стал думать об этом. Вечером, когда я снова остался в комнате один, я взял старые брюки и ножницами выстриг ширинку. В общем убрал её совсем. Потом померил брюки и мне показалось, что чего то не хватает. Во время наклона мой член и яйца сами ускользали и прятались в штанины. Тогда я оставив боковые шлицы, чтоб можно было держать брюки с помощью ремня, а всё что могло скрывать мой член и яйца, выстриг и в добавок ко всему, распорол штанины между ног почти до ягодиц. Получились брюки только без переда. Я их тут же одел и прошёлся по комнате. Несколько раз наклонился, присел и повернулся, но мой член и яйца всегда оставались поверх и были хорошо видны. Я тут же решил продемонстрировать свои брюки и одев куртку, вышел на улицу. По дороге шли машины, а по тротуарам возвращалось с работы множество людей. Я прошёл в одну сторону по улице, а потом вернулся обратно. Мой член болтался свободно на свежем морозном воздухе и даже слегка был возбуждён, не смотря на холод. Вот впереди мне на встречу шли девушка и женщина. Ни сзади, ни за ними никого не было. Только по противоположной стороне шли две пары, держа друг друга под руки. А по дороге изредка проезжали машины. Как только я приблизился на расстояние в несколько шагов от женщины и девушки, я расстегнул куртку и откинул в сторону полы. Они вначале не поняли, что я такое сделал, а когда увидели вырез на брюках и полу возбуждённый болтающийся член и яйца. Они в один голос рассмеялись и проходя мимо меня. Женщина сказала.
- Что, не стоит, отморозил наверное – и снова в один голос они рассмеялись, и ушли дальше. Я тоже растерялся и вернулся в свою комнату. Я долго думал о словах женщины, и почему она так сказала и потом сам на него же ответил. Когда в следующий раз пошёл демонстрировать свои брюки, а вернее что они не скрывали за счёт выреза, то я не дрочил перед этим и мой член просто ломило от возбуждения и я в свой адрес услышал немало отрицательного. Мне даже грозили всё отрезать, только если бы смогли поймать меня. После этого я ближе, чем на пять – десять метров, не приближался когда дефилировал и показывал свои причендалы, торчащие от возбуждения даже, при минус двадцати семи. При более низких температурах я не гулял и побаивался слов женщин. Которые пророчили мне, что мой член совсем отмёрзнет и скоро сам отвалится.
Учиться оставалось до конца апреля, ещё чуть больше трёх месяцев. Мой напарник по комнате практически не появлялся в общаге, а дневал и ночевал у своей подруги. Только его вещи лежали на кровати. Я уже привык жить один и не боялся, что придя в комнату, мне никто не будет мешать переодеваться или вообще ходить голым. Чем ближе приближалась весна, тем теплее становилось на улице. Желание открыть больше и показать свои гениталии более открытыми, росло с каждым днём. Я уже вырезал в брюках огромную дыру, и между ног и даже сзади ничего не закрывало мои ягодицы. Только две узкие полоски ткани со шлицами для ремня, по бокам служили для поддержки моих штанов, а вернее штанин. И вот я однажды решился. Я одел только куртку на голое тело и свои изрезанные с вырезами штаны. На улице было минус пять, и валил снег. Было так тихо и тепло, что я готов был спать и жить на улице.
Я вышел из общежития и побрёл по улице. Видимость была не очень большая, так в пределах сотни метров. Мне встречались прохожие, но подходящего случая пока не предвиделось. И вот мне повезло. По пустому тротуару шли не спеша две девушки примерно моего возраста – лет по восемнадцать или девятнадцать. Недалеко находился техникум, и они возможно там учились. Я расстегнул пуговицы и приготовился им продемонстрировать свой наряд и то, что наряд этот не скрывал совсем. Член уже торчал от возбуждения и просился, чтоб я его подрочил. Как только до девушек осталось метров пятнадцать, я распахнул полы куртки и остановился на обочине тротуара. Они поначалу опешили и приостановились. Потом видят, что я стою и не собираюсь идти в их сторону, а просто трясу своими яйцами и членом, и пошептавшись, отошли чуть правее и пошли в мою сторону. Они шли и поглядывали то на меня, то друг на друга и улыбались. Я весь был сосредоточен на себе и не слышал ничего по сторонам. До меня донеслась лишь одна фраза.
- Вот придурок – сказала одна из девушек.
Как только они прошли мимо, я застегнулся и быстро убежал на другую улицу. В этот вечер мне ещё дважды удалось продемонстрировать свои гениталии и получить не очень приятные высказывания в мой адрес. Потом я ушёл в общежитие и лёжа в постели дрочил свой член и вспоминал всё что произошло, все сказанные слова и реакцию и быстро кончил, залив свой живот спермой. После я успокоился и уснул.
Весенняя погода была переменчива, и я ловил каждый тёплый день и совершал вечерние прогулки. Особенно мне нравилось гулять во время снегопада. Снег сыплет прямо передо мной и меня не так хорошо видно, да и встречные прохожие тоже не очень далеко видят перед собой, и поэтому можно было просто идти по улице с расстёгнутой курткой и не обращать внимания на свой болтающийся член и яйца. Они, то выглядывали между полами, то снова скрывались, и эта непринуждённость всегда вызывала удивление у встречных и они с недоумением рассматривали меня и мой вид.
Как только стало совсем тепло и люди уже ходили без курток, то и мне пришлось прекратить свои показы прохожим. Я стал готовиться к экзаменам, и вскоре успешно сдав их и получив права, вернулся в деревню. Там, работая пока ещё слесарем, я часто вспоминал зимние приключения и мечтал повторить, но в городе мне делать было нечего, а в деревне все меня знали и первая же женщина, которой я смог бы показаться, тут же бы разнесла это по всей деревне. Я снова стал уединяться и свободное время проводить в лесу. Лес мне очень нравился и я знал там уже каждый кустик и каждую ямку, где можно было бы укрыться от случайных посетителей и переждать, пока они не уйдут от меня на безопасное расстояние.
Однажды меня вызвал к себе механик и сказал, что я поеду в город и там нам нужно получить по списку много запчастей. Я конечно обрадовался, хотя в этом ничего хорошего мне не предстояло, как только грузить и таскать тяжёлое железо. Пока мы собирались и ехали, на складе уже закончился рабочий день и мы не успели ничего получить. Ехать обратно пустыми – зря гонять машину и жечь бензин и водитель Славка позвонил с проходной и сказал об этом. Механик сказал.
- Если есть где переночевать, то оставайтесь.
- Есть – ответил Славка и подмигнул мне.
У него сестра жила в городе и мы поехали к ним. Поужинав и немного отдохнув меня как что то кольнуло в бок.
- Да, это был шанс и я не мог его не использовать – подумал я и сказал Славке.
- У меня тут недалеко знакомый живёт, учились вместе. Я к нему пойду. Завтра утром буду тут вовремя.
- Смотри не проспи, а то без тебя уеду – предупредил он.
- Ладно, - обрадовался я и вышел на улицу.
Было начало лета, и стояла уже жара. Я даже не представлял себе, зачем и куда я иду. Э то зимой под курткой можно было скрыть расстёгнутую ширинку, а сейчас светло и кроме брюк и рубашки на мне ничего не было. Я шёл и не находил ответа и решения для того чтоб снова испытать те чувства, когда на меня кто то смотрит и видит меня голым. Было часов десять вечера и я забрёл на окраину города. Кругом были какие то организации и длинные высокие заборы, возле которых росли кустарник и камыш и разная трава что то типа крапивы и лопухов. Мне показалось это необычным сочетанием высоких заборов и высокой травы. Если бы я увидел такую траву у себя в деревне, то там обязательно смог бы укрыться и полежать и подрочить свой член. Но в городе и такие заросли. Я прошёл ещё вдоль забора по тротуару и заметил еле заметную тропинку. Я тут же свернул на неё и стал пробираться всё глубже в эти заросли. Лопухи прилипали и к брюкам и цеплялись за рубашку. Крапива хоть и не так больно, но слегка жалила открытые части тела – в основном руки.
- Тут давно никто не ходил – подумал я и пройдя ещё пару сотен метров по еле заметной тропинке, остановился.
Справа от неё был густой куст ивы, и под ним можно было сидеть и если даже кто и пройдёт мимо, что было нереально, то вряд ли меня заметит. Ощущение того, что я сейчас разденусь и буду в паре сотне метров от тротуара сидеть голым, меня быстро возбудило, и я пролез сквозь ветви кустарника и быстро снял всё с себя, оставив только на ногах обувь. Встав на цыпочки, я пытался разглядеть всё кругом, но лишь вдали видел как мелькали головы прохожих, идущих по тротуару. Я играл своим членом и массировал яйца и всё время озирался по сторонам. Это было неописуемое чувство страха и наслаждения, и тут у меня появилась идея, как можно показаться голым случайным прохожим.
Я спрятал свою одежду получше, и прикрыл ветками ивы. Стоя рядом даже я не мог её заметить. Это меня успокоило и я пробравшись обратно через ветви ивняка, вышел на тропинку. Оглядевшись по сторонам, я двинулся в обратном направлении. Моя голова крутилась на сто восемьдесят градусов то в одну сторону, то в другую. Я постоянно останавливался и прислушивался к шелесту камыша и ветвей кустарника, возникающего из-за порывов ветра. Преодолев первые сто метров, я затаился и долго присев в траве, стал прислушиваться. Было тихо, и только шум проезжавших машин, доносился со стороны улицы. Я немного выждал и снова прошёл десятка два метров и снова присев стал вслушиваться в городской шум. Так я сделав несколько остановок оказался в десяти шагах от проходящего рядом тротуара, по которому сам недавно шёл и рассуждал. Сейчас же по нему шли с работы или откуда-то люди. Но их уже было не так много, и я с небольшими перерывами различал то мужские голоса, то женские. Начинало уже темнеться. Я отошёл в сторону от тропинки и сделал ещё четыре шага. Сквозь стебли травы были видны силуэты прохожих и я сделал ещё два или три шага. Теперь я сидел в траве и видел как мимо проходят люди и не спеша, а кто просто очень быстро, все идут по своим делам. Кто то домой с работы, а кто может и в гости. Тут шли две женщины и спокойно вели беседу. Их обогнал мужчина. Я сделал ещё шаг, а потом ещё и уже в сумерках, так как уже горели фонари освещения вдоль дороги, я мог, даже высунув головы из травы, смотреть по сторонам и оценивать обстановку. Но мимо проходили то пары, то сразу несколько человек, среди которых обязательно был один или двое мужчин. Я понимал, что это безумно было так рисковать и показываться на освещённой улице, где много машин и так же много людей. Пролежав около часа и провожая всех своим взглядом, я не переставал тискать свой член и яйца и чуть не кончил. Хорошо, что вовремя убрал руку и стал думать совершенно о другом, о завтрашнем дне и погрузке запчастей. Это немного помогло и отвлекло меня. Я уже решил, что пора уходить и стал понимать, что зимой проще показываться, чем летом, но что-то меня удерживало. Всё равно мне спать было негде, и поэтому спешить тоже было не куда. Я подождал ещё с полчаса и заметил, что прохожие стали появляться всё реже и реже. Вдруг вдали я заметил трёх женщин и все они были разного возраста. Самой старшей как мне показалось было около пятидесяти, а младшей около тридцати. Я сравнил просто их со своими родными и представил. Они шли не спеша и постоянно поглядывая друг на друга, что то обсуждали. С противоположной стороны вообще никого не было и лишь только вдалеке следом за женщинами шли ещё двое, но понять кто было невозможно и было уже темно. Оставалось метров тридцать, и я решил, что другого шанса показаться сразу трём женщинам голым, у меня не будет. Видела бы только меня сейчас сестра – она точно бы сочла меня дураком или идиотом. Сделав три шага на четвереньках, я оказался на обочине тротуара. Я лёг на траву вдоль бордюра ногами в сторону приближающихся женщин и приподняв голову стал яростно дрочить свой член. Мои яички постоянно подпрыгивали и издавали приглушённые, но слышимые шлепки. Как только женщины приблизились метров на пять до меня, они услышали, а потом увидели и меня и все трое как по команде остановились.
- Смотрите, вот он – сказала одна и показала на меня рукой.
- Он голый, бежим – сказала испуганно вторая.
- Ты чё, голого мужика испугалась – ответила первая и стала всматриваться, чтоб получше разглядеть меня.
- Ну вы чего уставились, дибила чтоль не видели – вступила в разговор третья.
- Пойдёмте девочки домой – сказала средняя по возрасту и они двинулись в мою сторону.
Я напрягся и стал думать, как и куда мне бежать в случае если они вдруг решат меня изловить. Они подошли почти напротив меня и посмотрев в мою сторону, одна из них сказала.
- Наверное, из психушки сбежал.
- Точно псих ненормальный, - добавила вторая.
- Айда уё…. Выругалась одна из женщин и добавила следом. Вон мужики идут, мы им скажем, и они тебя тут же поймают.
Я посмотрел в сторону, и увидел что в полутора сотнях метров вслед за женщинами шли двое парней. Я встал и показавшись напоследок женщинам и потискав свой член у них на глазах – скрылся в траве.
- Вот придурок долбанный – услышал я вслед за своей спиной.
- Он больной и к нему надо относиться как к больному – пояснила вторая.
- Ладно, пошли отсюда – сказала одна из женщин, и я услышал стук каблуков.
Я тоже раздвигая ветки и стебли руками удалялся всё дальше и дальше и только добравшись до спрятанной одежды, я перевёл дыхание и накидав веток, лёг на них чтоб отдышаться. Сил уже терпеть не было, и я стал дрочить и через пару минут повернувшись на бок, обильно кончил, обрызгав траву с правого бока. Потом я ещё долго лежал и тиская свой член и яйца, вспоминал каждый эпизод и каждое слово сказанное женщинами в мой адрес. Я даже не заметил, как мой член снова возбудился. Я огляделся по сторонам – было темно. Идти было некуда, и я решил пройтись по тропинке в противоположную сторону. Было темно, и я шёл очень осторожно. Возможно, мне просто так показалось или на самом деле так и было. Но я прошёл расстояние намного больше и как только раздвинул перед собой очередные ветки кустарника, то увидел впереди чистое пространство. Слабый свет от уличных фонарей позволил мне разглядеть, что это была простая грунтовая дорога. Она исчезала между двумя высокими бетонными заборами, и я не рискнул идти по ней. Она была открыта и первая машина могла меня осветить, что мне даже спрятаться бы не было куда. Я посмотрел вправо, и тут у меня закралось желание рискнуть и пройти вдоль зарослей, в которые я при любой возможности мог спрятаться. Оставив на дороге отметку в виде сломленной ветки, я вышел из кустов и прижимаясь к обочине, побрёл сам не зная куда и зачем. Желание изведать неизведанное как когда то в кукурузном поле двигало меня вперёд. Хорошо, что справой стороны рос высокий камыш, кустарник и разный бурьян и сделав лишь шаг в сторону, я легко мог скрыться.
Каждый шаг мне давался с большим трудом и всё дальше отдалял меня от сворота на ту еле заметную тропинку. Впереди показался поворот и я увидел, что эта грунтовая дорога выходит на асфальтированную улицу, по которой раз от раза проносились в ночном городе машины. Я стал пережидать, когда проедет очередная машина и делал следующие три – четыре шага и снова замирал присев в траве. Вот и улица и я стою в двух метрах от неё и рассуждаю, вернуться обратно или сделать эти два шага. Желание испытать стресс оказалось сильнее меня, и я присев стал на корточках делать мизерные шаги и вот он тот последний. Я высунул голову из бурьяна и повернув её влево, а потом вправо, осмотрелся по сторонам. В мою сторону неслась машина, и я прикрыл лицо листьями. На улице снова стало тихо, и я стал осматривать всё по сторонам. Меня всего трясло от возбуждения, а может от страха и волнения. На лбу даже появился пот и я вытер его обратной стороной руки. Вот снова показалась машина, и я снова скрылся в траве. Улица была безлюдной, так как, наверное, уже было около двух часов ночи. До рассвета ещё было время и я стал наблюдать и сам того не замечая стал дрочить и тискать свой член.
Вот вдалеке мне показалось, что кто-то идёт в мою сторону и к моей радости по моей стороне. Я весь напрягся и стал ждать. С каждой минутой или секундой силуэт становился всё яснее и вскоре я распознал его – это был мужчина сорока лет или чуть старше. Я отполз подальше и стал ждать, когда он пройдёт мимо. Вскоре мелькнула по верхушкам травы тень, и я заметил, как на мгновение стало темно, и снова свет от фонаря врезался в бурьян. Мужик прошёл мимо, слегка покряхтывая, и что бормоча себе под нос. Я снова выполз на самый край и стал наблюдать за проносившимися машинами. Вскоре я снова увидел двух слегка подвыпивших парней. Возможно, они откуда-то поздно возвращались домой и я снова спрятался. Так продолжалось несколько раз, пока я не увидел, как через проезжую часть стали перебегать две женщины средних лет. Я сидел и молча твердил сам про себя – хоть бы пошли в мою строну и перейдя дорогу, они повернули ко мне. До них оставалось чуть больше ста метров и я испугался. Я растерялся и не знал что делать и как быть и тут мне пришла в голову необычная идея. Я вышел на грунтовую дорогу и отошёл назад на несколько шагов. От тротуара меня отделяло не больше десяти метров и прижавшись к зарослям, стал ждать.
-Только бы не было машин – чуть ли не в слух бормотал я про себя.
Вот я уже слышал их голоса и смех. Они видно не очень-то спешили и я весь напрягся. Чем ближе они приближались, тем сильнее у меня дрожали ноги от волнения. Когда я уже видел их головы поверх бурьяна, и до отворота оставалось несколько шагов, я сделал эти трудные для себя три шага в сторону и оказался, чуть ли посредине грунтовой дороги. Одной рукой я держал свой член, и яростно стал дрочить его. А второй, тискал свои яйца, и как только женщины выглянули из за угла, я кашлянул и убрал руки в сторону. Мой торчащий от возбуждения член спружинил от руки и шлёпнул меня по животу. Женщины услышали звук и повернули головы в мою сторону. Минутная пауза и тишина, которую вскоре разорвал их весёлый смех
- Смотри, онанист стоит – сказала она.
Я даже не заметил, как взял свой член и стал двигать по нему рукой.
- Давай поймаем его – весело ответила вторая.
Я понял по голосу, что они были на веселее и возвращались, с какой то вечеринки. Меня эти слова сразу насторожили, и я сделал пару шагов назад.
- Эй, придурок, айда с нами – крикнули они мне вслед и я остановился и стал снова демонстрировать им свой член. Они ещё посмотрели на меня и одна из них сказала.
- Может оторвать ему всё, чтоб не мучился?
- Да ну его, <цензура>….й какой то, пошли отсюда – сказала вторая и они стали удаляться. Я тогда осмелел и подошёл на угол, где только что стояли эти незнакомые мне женщины и выйдя на тротуар, так как на улице не было к моему счастью ни одной машины и вообще никого и негромко свистнул. Они обернулись и увидев меня на дороге, помахали мне рукой и сделали вид что собираются бежать за мной. Я не стал ждать и сам быстрее их припустил по грунтовке подальше от улицы. Увидев лежащую ветку, я быстро нашёл тропинку и скрылся. Переведя дыхание, я прислушался. За мной конечно же никто не гнался и я осторожно пошёл к своей одежде. Нашёл я её не сразу, а когда оделся, то уже начало светать.
Минут через пять я уже шёл по пустынной улице, одетый и довольный тем, что мне удалось сделать то, о чём я даже и не мечтал. Через час я уже сидел на скамейке возле дома Славкиной сестры.
Вернулись мы домой без приключений и я ещё долго вспоминал эту поездку.

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2105
Откуда: Из за Урала
Благодарил (а): 1 раз
Поблагодарили: 55 раз

Сообщение 12 фев 2016 08:59

Посвящается Танюше.

Вернувшись после работы, я сидел в своём привычном прикиде – голышом, на своей кровати и ждал, когда закипит чайник. На улице было тепло, и я не спешил истопить печь. По телику показывали соревнования по биатлону, и я так увлёкся, что не услышал, как к дому подъехала машина, и ты вышла и направилась в дом в длинной шубке и шарфе, окутывающем твою пышную причёску. Я не услышал, как ты вошла, скрипнув дверью, и только когда ты поздоровалась, я встрепенулся и быстро повернулся в твою сторону. Я никого не ждал и был испуган. Возле двери стояла девушка, а я сидел голый и не мог пошевелиться. Прикрыв свои гениталии руками, я стал натягивать на себя покрывало. Дома я не носил одежду, и её просто рядом не оказалось – она лежала в шкафу.
И тут. Когда ты сняла шарф, я узнал тебя и растерялся. Как это, откуда – мелькало у меня в голове.
- Извини, что не предупредила – по делам мимо проезжала и вот решила навестить – сказала ты.
- Помоги раздеться, а то у тебя тут жарища – добавила следом и сделала несколько шагов в мою сторону.
Я встал с кровати и направился к тебе, одной рукой прикрывая свои интимные части, а другой хотел принять у тебя шубу. Ты расстегнула пуговицы и раскинув полы в разные стороны, предстала передо мной полностью обнажённой. Я был в шоке и растерялся. Шуба, которую я держал одной рукой, выскользнула и упала на пол. Я быстро присел и подняв шубу стал подниматься и перед моими глазами оказалась твоя красивая и чисто выбритая киска.
- Не суетись ты так – сказала ты и прижала мою голову к своему лобку.
Я дотянулся до кровати и положив шубу , обнял тебя за ягодицы и впился в твою истекающую киску. Несколько минут я не мог от неё оторваться и когда в очередной раз тяжело вздохнул, чтоб схватить глоток воздуха, ты отпустила меня, и я встал. Мой член уже торчал как никогда.
- А ты мне не соврал и я тебя легко нашла в твоей деревне – сказала ты.
- А ты почему так вот … - не найдя нужных слов, сказал я.
- Голая что ли – спросила ты.
- Да.
- Решила попробовать те ощущения, что и ты и сюрприз тебе хотела устроить. Погода на улице как раз твоя самая любимая – сказала ты.
Я взял тебя под мышки и прижал к себе. Ты ответила взаимно и мы стали целоваться и обниматься, как будь-то, не виделись много лет, и очень соскучились.
- А можно я ещё - и я показал на твой лобок.
- Да сколько угодно - и ты, опустив меня, разрешила мне целовать и ласкать твою киску. Я присел, а ты немного раздвинув ноги, открыла мне больший доступ к твоему сокровищу. Я жадно упивался твоими соками и готов был выпить всё, что вытекало из твоего источника. Ты стояла и стонала, и уже изнемогая от частых оргазмов, немного отстранила меня и села на кровать. Я снова хотел припасть губами к твоему лону, но ты позвала меня и я всё понял. Я встал и подошёл к тебе и опустившись на одно колено на край кровати, я перекинул через тебя ногу и прижимаемый тобой оказался лежать на твоём разгорячённом теле. Так было хорошо. Ты нащупав у меня мой возбуждённый член, направила его в истекающее влагалище и он стал медленно проникать внутрь. Я не хотел тебе причинять боль и двигался медленно. Тебя милая это не устраивало и ты положив свои ручки на мои ягодицы стала давить на них и тем самым давая мне сигнал к действию и я понял и приподнявшись на руках, стал вводить свой член до конца, сколько могла позволить его длинна. Ты прикусила губу и закрыла глаза и мы слились во едино. Мои движения всё убыстрялись и убыстрялись. Иногда ты придерживала меня и не давала даже пошевелиться, чтоб продлить наслаждение, а потом всё повторялось снова и вот ты застонала и сжав мои ягодицы, прижала к себе и я уже терпев из последних сил, тоже стал изливать в тебя струи горячей т нашей любви спермы.
Потом мы ещё долго лежали молча, наслаждаясь теплом наших разгорячённых тел и смотрели друг на друга. Я приподнялся и спустившись ниже стал целовать тебя и ласкать языком, допивая остатки твоего нектара смешанного с моей спермой.
Вечером ты уже собралась уезжать и даже не осталась погостить, сославшись на срочные дела. Одевшись в одну шубку на голое тело, ты окинула меня взглядом, и так улыбнувшись, как ты умеешь, спросила
- Хочешь, прокачу.
- Да – ответил я и бросился одеваться.
- Только так – озорно улыбнулась ты и посмотрела на меня.
- Я согласен и мы вышли во двор. На улице было тепло, и с потоков ещё капал растаявший снег. Хотя до весны ещё было далековато и на полях было бело, чувствовалось её приближение. По улице ещё кое где ходили местные жители и ты прокатив меня от начала и до конца деревни, повернула в сторону остановки и проехав её с километр, остановилась на обочине.
- Сам сможешь добраться или довезти? – спросила ты.
- Возвращаться примета нехорошая – сказал я.
Мы ещё посидели с часик и я успел насладиться твоей киской и испить твоего нектара, а потом выждав момент, когда на трасе не было машин, вышел из машины и поцеловав тебя на прощанье, спрыгнул с дороги в кювет и проваливаясь в снегу, где по колено, а где и по пояс, вышел на поле и помахал тебе. Мне не было холодно. Я был просто счастлив. А ты, убедившись, что со мной всё в порядке, посигналила мне и умчалась в ночь. Я стоял и смотрел, как огоньки задних фар быстро исчезали и вскоре совсем потухли.
Толи это был сон – подумал я и вдруг ощутил что я стою в поле, голый и весь в снегу, а ко мне приближается машина и вот-вот осветит меня светом фар. Я бросился бежать, и уже через час был дома, всё так находясь в состоянии эйфории и не веря своим глазам и чувствам, что это случилось.

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2105
Откуда: Из за Урала
Благодарил (а): 1 раз
Поблагодарили: 55 раз

Сообщение 15 фев 2016 08:45

Оленька

Весна раскрашивала красками природу, покрывая обнажённые после зимы деревья в ярко зелёный цвет, а на землю расстилала зелёное покрывало. Шёл май, и везде кипели весенние работы. Я тоже всё время копался в огороде и рассаживал новые семена, чтоб осенью получить хороший урожай и беззаботно жить всю зиму. Работать приходилось много, и когда я уставал, то позволял себе совершить свои любимые прогулки по весеннему лесу голышом и дышать всем телом и каждой его порой. Лес одевался, а я раздевался после холодной зимы.
- Как всё необычно и странно – подумал я, разгуливая по лесу и слушая птиц.
- Лес на зиму раздевается, а человек одевается и летом наоборот.
Я улыбнулся и пошёл по лесной дороге, ступая по песчаной дорожке в одних только кроссовках. Свою одежду я всегда оставлял дома и не беспокоился, что её могут найти и украсть или возле неё подкараулить меня и поэтому всегда чувствовал себя вполне уверенно. Лишь одна привычка мне всегда беспокоила – мне нравилось перетягивать свой член у самого основания, и он становился тяжелым и увесистым и я его всегда ощущал при каждом шаге, ну а если мне приходилось бежать или убегать от кого-то он со всей силы шлёпал меня по ногам и животу. Это было так весело и забавно.
В этот майский день я снова возвращался с очередной лесной прогулки как обычно и уже прошёл через весь огород и открыв калитку, вошёл во двор, как вдруг меня словно током ударило. На скамейке воле двери сидела молодая женщина лет тридцати пяти. Я был в шоке и не мог даже пошевелиться. Я стоял как вкопанный и смотрел на неё. Она услышав скрип калитки повернулась в мою сторону и я просто обомлел от шока. Я узнал её. Это была моя Оленька. Она встала и пошла в мою сторону. Я тоже хотел бежать, но ноги словно прилипли и я еле сделал один шаг, потом второй и вот уже лечу ей навстречу, моей любимой Оле. Подбежав, друг к другу мы обнялись и стояли, не шевелясь, прижимаясь, друг к другу. Я гладил Олю по спине и трепал её волосы. Оля гладила меня по обнажённой спине, крепко прижимая к себе.
- Ты как тут оказалась? – спросил я.
- Нашла по твоей карте тебя – ответила Оля.
- Написала бы и я встретил – сказал я.
- Я писала, но ты так и не ответил – ответила Оля продолжая гладить мена по спине, лопаткам и чуть-чуть касаясь верхушки ягодиц.
- Совсем запарился в огороде, посадки и нет времени – ответил я.
- Я так и поняла – сказала Оля и ещё сильнее прижала меня к себе.
Я тоже крепко обнимал и прижимал свою Олю к себе и совсем забыл, что я стою рядом с ней голый. После крепких объятий я поцеловал её, и она ответила взаимностью. Мы как сумасшедшие слились в поцелуе и не могли оторваться. Наши руки блуждали по нашим телам, изучая их, и мой возбуждённый и перетянутый член готов был проткнуть Оле живот, он так сильно упирался и давил на него, что даже я испытывал небольшое неудобство.
- Ты так проткнёшь меня – сказала Оля и улыбнулась.
Она убрала одну руку из-за моей спины и протиснув её между нашими животами, нащупала мой член и отвела его в сторону.
- Тебе так не больно Серёж – спросила она.
- Нет милая – ответил я.
Мы снова стали целоваться и обниматься, стоя посреди двора. Я был полностью голый, а Оля в лёгкой кофточке и платье и нас это ни капельки не смущало. Но терпение было не безгранично и я не выдержав Олиных поцелуев, сказал те заветные слова, которые я привык повторять в своих письмах.
- Я люблю тебя милая и очень хочу тебя!
- Я тоже милый мой Серёжа – ответила Оля.
Мы стали снимать вместе одежду. Вот кофточка уже висела на верёвке для сушки белья, а потом и платье оказалось рядом, и тут я открыл свои глаза от удивления. Больше на моей Оле ничего не было.
- Я ехала к тебе и подумала, что нижнее бельё, мне будут мешать, и просто забыла его дома.
Мы снова крепко обнялись и стали целоваться. Мои руки просто не стояли на месте и гладили Олино тело по всей спине, шее, плечам и спускались всё ниже и ниже. И вот я уже ласкал её красивую и пухленькую попку, и Оля была не против. Она тоже прижимала меня к себе, и крепко держа за ягодицы, шептала мне.
- Я хочу тебя милый. Я хочу тебя милый.
- Я тоже тебя сильно хочу – отвечал я.
Мы медленно не отрывая губ стали приседать и вот уже лежа на молодой зелёной травке посредине двора просто катались сгорая от любви. Потом я лёг на спину и сказал.
- Иди ко мне милая.
Ты повернулась набок и перекинув через меня одну ногу, села мне на грудь и распрямляя мои растрёпанные волосы, прошептала.
- Возьми меня милый.
- Я хочу поцеловать твою попку и киску – произнёс я
- Я так долго об этом мечтал. Милая.
Ты приподнялась, и я чуть продвинулся под тобой, а твоя попка и киска была над моим лицом. Я приподнял голову и стал нежно ласкать лепестки половых губ своим язычком, иногда углубляясь внутрь твоего полураскрытого и истекающего влагалища. Потом я ласкал и посасывал твой клитор и слизывал всю влагу с твоей писечки. Ты замерла и наслаждалась моими ласками и уже начинала постанывать. Мне было так хорошо, что я положив свои руки тебе на бёдра, стал гладить их и ласкать, продвигаясь всё ближе к заветной цели. Вот я уже тереблю пальчиками рук твои лепестки и посасываю клитор, а потом, сходя от сумасшествия, обняв тебя за бёдра, прижал к себе и ты села своей аппетитной попкой мне на лицо. Я как сошёл с ума, стал ласкать и лизать твою попку и киску и что-то мычать несуразное и даже самому не понятное. Ты пыталась приподняться, но я не давал тебе и крепко прижимал к своему лицу, продолжая пить твои соки из твоего источника.
- Серёж, я пи-пи хочу и не могу уже – стесняясь, тихо прошептала ты.
- Ну и что, я тебя не отпущу милая, я так хочу высосать из тебя всё – ответил я.
- Я тогда описаюсь – сказала ты.
- Ну и пусть - и я с новой силой стал ласкать языком твои половые губки и проникать внутрь, потом ухватил осторожно губами клитор, который сильно был возбуждён, и его легко можно было держать во рту и начал чуть слышно чмокая, сосать его и щекотать кончиком языка. Ты не сдержалась, и я почувствовал, как небольшая тёплая струйка золотистого цвета из твоего источника стала растекаться по моим щекам и лицу и я стал с жадностью пить этот нектар не пропуская ни единой капельки. Ты пыталась вырваться, но делала это еле заметно и с неохотным желанием и изнемогая стала расслабляться. Поток из твоего источника стал чуть сильнее и вскоре стал заливать мне лицо, грудь и я уже не успевал его весь испить. Ты уже даже не шевелилась, а нескончаемый поток всё лился и лился и я всё пил его и пил. Как только он иссяк и ты сказала
- Извини милый, просто я ещё в дороге хотела сходить и сейчас не удержалась.
- Милая, я так счастлив, что просто нет слов и обняв её с новой силой, стал ласкать и лизать её киску и попку. Слизывая последние чуточку солоноватые капельки золотистого напитка.
Испытав лёгкое облегчение, и возбуждение с новой силой накрыли сознание Оли. Она стала уже не такой, как в первые минуты нашей встречи, а более спокойной и менее стеснительной. Оля спокойно сидела на моём лице и позволяла мне ласкать её киску и попку, а сама разглядывала мой возбуждённый член, который был всё ещё, перетянут, и уже готов был лопнуть от возбуждения.
- Серёж, а тебе не больно и Оля, взяв мой член и яйца, стала чуть сдавливать его и покручивать.
- Нет милая, он весь твой – сказал я и снова уткнулся между Олиных ягодиц своим язычком
- Я не хочу расставаться с твоей киской и попкой и хочу дышать их ароматами и наслаждаться и пить из этого источника – ответил я.
- Я хочу тебя милый – сказала ты и я немного отпрянув, произнёс.
- Я тоже милая и ослабил свои руки, которыми держал Олю за бёдра и попку и прижимал к себе.
Оля привстала и развернувшись села мне на живот, но лицом уже ко мне. Медленно сдвигаясь вниз, она оставляла на моей груди и животе влажный след. Вот мой член уже коснулся её ягодиц и Оля приподнявшись. Взяла его в руку и направила в сою пещерку. Он хоть и был твёрд и несгибаем, но довольно легко стал входить во влагалище, погружаясь всё глубже и глубже. Оля закрыла глаза и медленно опускалась. Вот она уже коснулась своими ягодицами моих ног и её давление всё усиливалось. Я не спешил и просто ласкал руками её грудь и теребил сосочки, покручивая и сдавливая их. Оля приподнялась чуточку и снова опустилась и уже полностью сев на меня, а мой член полностью погрузился в её лоно. Дав немного ему привыкнуть и освоиться в своём домике, Оля стала то привставать немного, то пускаться вновь. Я как мог помогал ей, но она меня остановила и сказала что сама хочет наслаждаться моим дружком. Мои руки гладили и ласкали её тело и вот Оля вздрогнула и закрыв глаза, запрокинула голову назад. Она застонала и сделав последние движения вдоль моего члена, полностью опустилась на него и затихла. Я чувствовал как она вздрагивает и так продолжалось ещё минут пять . Потом она затихла и стала опускаться и легла мне на грудь, не вынимая мой член из влагалища.
- Хорошо-то как – прошептала она.
Мы лежали, не шевелясь несколько минут, и потом Оля стала слазить с меня. Я не хотел её отпускать и вновь ухватил за попку и бёдра и потянул к себе.
- Сядь ещё мне на лицо – прошептал я.
Оля, повернувшись лицом к моим ногам и моему члену, который весь мокрый всё ещё торчал, возвышаясь над животом, и присела над моим лицом. Я как сумасшедший, ухватился за попку, и стал притягивать её к себе, и как только её попка коснулась моего лица, сразу впился своими губами в её разгорячённое лоно нашей любви, где только что побывал мой дружок. Оля уже не сопротивлялась и полностью поддавалась моим просьбам и спустя несколько минут, как она снова захотела пи-пи, она даже не попросилась, а лишь предупредила меня и я снова пил из её источника. Оля сидела на моём лице и разглядывая мой уже посиневший член и яички, забавлялась ими, тиская и покручивая в руках.
- Серёж, ему же больно, давай развяжем – сказала она.
- Хорошо – ответил я и снова уткнулся в её влагалище своими губами.
Ещё с полчаса я наслаждался и пил из её источника и ласкал его своим язычком. Ола за это время испытала два оргазма и при каждом так сильно сжимала и сгибала мои гениталии, что я думал, она сейчас их просто оторвёт, или отломит. Но всё обошлось и после того как Оля освободила их от шнура, мы встали и посмотрев друг на друга, рассмеялись.
- Пошли на озеро мыться – предложила вдруг Оля.
- Пошли – согласился я.
Пробежав через огород между грядками, мы через минуту были уже возле воды. Кругом ещё был высокий и сухой камыш и нас никто не мог видеть. Мы стали плескаться и брызгаться, обмывая друг друга прохладной весенней водой. Оля захватила в пригоршню много воды и брызнула на меня и весело засмеялась. Я тоже зачерпнул пригоршню и хотел на её брызнуть, но она развернулась и побежала от меня вдоль берега. Я бежал за ней и любовался, как её пухленькая попка играет ягодицами при каждом её шаге. Я готов был остановиться и смотреть ей вслед, но она убегала всё дальше и дальше и оглядываясь махала мне рукой.
- Догоняй – весело кричала она.
Я бросился её догонять и смог только возле самого леса практически с другой стороны озера. Запыхавшись, я обхватил её возле самых берёз и прижал к себе. Мы снова стали целоваться и крепко обнимать друг друга. Её и мои руки бегали по нашим телам и ласкали их. Я не мог отойти от прекрасного зрелища, как играют Олины ягодицы во время бега и просто тискал и прижимал их к себе. Я был без ума от счастья, да и моя Оленька тоже была весела и счастлива. Мы упали на траву и снова стали ласкать друг друга и Оля, нащупав мой полу возбуждённый член, стала играть им, стараясь снова его привести в боевое состояние. Он медленно, но уверенно стал подниматься и твердеть и я сказал
- Если хочешь, то можем его снова перевязать.
- А можно? – спросила Оля.
- Сколько хочешь – ответил я.
- А можно я сама это сделаю – спросила Оля.
- Да. Только дай мне твою попку поесть – пошутил я и думал, что и думал, что Оля не согласится и захочет, чтоб я ей помог.
- С радостью, можешь хоть всю её съесть – сказала она усмехнувшись.
Я уже лежал на траве и Оля , развернувшись присела над моим лицом и как бы играя и балуясь, полностью пустилась, придавив меня к земле своей попкой и встала и проделала это раза два под громкий смех и хохот. Ей было хорошо и весело, а я просто был счастлив и ухватив её за бёдра, сам прижал её попку и киску к своему лицу. Я так увлёкся, что даже не ощущал, что там делала с мои членом и яйцами Оля. Хотя она вполне уверенно, что-то сжимала и стягивала и я тут вспомнил – ведь она работала в поликлинике и прекрасно знала как накладывать жгут и перевязывать. Я ещё не успел насладиться её источником, как она уже весело и звонко прокомментировала.
- Всё, вашему больному сделана перевязка – и тут же засмеялась над своими словами.
Она привстала и развернувшись легла на меня и мы стали снова целоваться.
- Ты такой весь мокрый – сказала она.
- Пил твои соки – ответил я.
- Ах ты какой, высосал все соки и бедной девушки – снова со смехом произнесла Оля.
Мы снова стали дурачиться и Оля, соскочив, вновь побежала, и тут она вдруг остановилась.
- А мы где сейчас? – спросила она.
- В лесу за озером – ответил я.
- А как мы сюда попали? Нас никто не видел – спросила она испуганно.
- Нет, нас точно никто не мог видеть – успокоил я её и показал, где находится мой дом.
- Так далеко? – удивилась она и посмотрев на себя и на меня, улыбнулась и сказала.
- Догоняй – и бросилась убегать по лесной дороге.
Я не спеша бежал за ней на небольшом расстоянии и любовался ею, её попкой и как она красиво бежала, вся такая необычная, весёлая и жизнерадостная и полностью голая, как и я, только вместо туфель у неё на ногах были резиновые галоши, которые я предложил, когда мы пошли мыться на озеро.
Запыхавшись и пробежав, что-то около километра вглубь леса по лесной дороге, мы вышли на поляну и рухнули на молодую и зелёную траву.
- Как тут хорошо – тяжело дыша, сказала Оля.
- Давно так не бегала.
- А ты раньше бегала голышом – съязвил я.
- Ты что, - чуть смутилась она и легонько шлёпнула меня по плечу.
Она лежала такая вся раскрасневшаяся и раскинув в стороны руки и ноги, а я сидел рядом и смотрел на неё и любовался.
- Я люблю тебя – сказал я.
- Я тоже тебя люблю. Иди ко мне – произнесла Оля.
Я накрыл её своим телом, и чуть снова не проткнув её живот своим членом, но Оля вовремя взяла его в руку и отогнула в сторону. Мы слились в нежном и долгом поцелуе и снова занялись сексом, доставляя друг другу массу приятных ощущений. Лаская друг друга, и без всякого стеснения, я снова попросил Олю после бурного и долгого секса, во время которого Оля испытала несколько оргазмов, сесть мне на лицо и я снова пил из её источника всё что вытекало. Оля, уже не спрашивая снова стала медленно писать мне на лицо, а потом расслабившись, как бы озорничая и смеясь, залила меня. Что даже её золотистые ручейки попали мне в нос и уши. Я не смог всё выпить, и снова был весь мокрый. Мы снова дурачились, и снова падали на траву, и мой член проникал в самую глубину её влагалища и доставлял немало приятных ощущений и мне и Оле. Я был счастлив, хотя уже дважды кончил, и моя сперма из-за перетянутого члена не вытекла наружу. Но мне это было не важно, главное Оле было очень хорошо, и она просто светилась вся.
Иногда устав, мы садились или рядом и обнявшись подолгу целовались, или друг напротив друг друга и я рассматривал Олю и гладил её ножки, которые лежали поверх моих и ласкал руками её грудь и соски – иногда опускаясь ниже и раздвинув лепестки половых губ, щекотил её сорванной травой. Она смеялась и говорила
- Серёж, ну перестань, щекотно же.
А потом ухватив мой член или яйца, наклонялась и открыв рот начинала их покусывать и приговаривать.
- Если не перестанешь щекотить меня, то я тебя укушу. – сказала Оля и ухватив своими зубками головку моего члена, стала сжимать их.
- Ты проголодалась, я же даже за стол тебя не пригласил с дороги – сказал я.
- Прости, просто забыл и не домыслил. Можешь съесть, не ходить же тебе голодной – добавил следом и стал наблюдать за её действиями.
Её зубки сжимались всё больше и больше и уже чуть ли не прокусывали кожу. Она вдруг остановилась и улыбаясь с такой хитростью во взгляде, опустила мой член и сказала.
- Он такой хороший и мне не хочется его откусывать, хотя звучит заманчиво - и тут же рассмеялась.
Мы встали и направились в сторону дома. Обняв Олю, я шёл слева от неё, а она левой рукой ухватила мой член. Который был всё ещё перетянут и очень твёрд, и сжимала его, и вертела в руке как будь-то от нечего делать играла им как простой веточкой, чтоб занять хоть чем-то свои руки. Так мы шли и болтали, и часто останавливаясь, подогу целовались и снова шли в сторону дома. Оля уже не боялась, что она голышом и её одежда там далеко висит во дворе на верёвке. Вот и опушка леса и вдалеке показалась машина, едущая в нашу сторону. Мы спрятались и переждали и не теряя время снова целовались и ласкали друг друга руками. Когда машина проехала, мы снова вышли на дорогу и уже вокруг озера без приключений добрались до дома. Одежда, вернее только кофточка, висела на бельевом шнуре, а платье было гораздо легче и его ветром сдуло и оно лежало в бочке с водой, частично погрузившись в неё.
Оля даже не обратила на это внимание и прошла мимо. Мы быстро сообразили небольшой перекус и хотя мы были сыты нашей любовью, желудок просил своей пищи. Перекусив и сев на диван, я снова обнял Олю и мы снова стали ласкать и целовать друг друга и уже не прекращали пока не стемнело в доме. Оля ещё дважды садилась своей попкой мне на лицо и я впившись в её лепестки губами, ласкал её и пил её нектар и если она хотела напоить меня из золотого источника – то я просто радовался как ребёнок конфетке.
- Хочешь прогуляться по деревне – спросил я.
- Да, но уже полвторого ночи и у меня платье - и тут она спохватилась.
Оля слезла с моего лица и вышла голышом во двор. Её кофточка так и висела и она сняв её взяла мокрое и немного замаранное платье.
- Мне завтра ехать, а платье грязное – сказала она, глядя на меня жалостливым взглядом.
Сейчас же мы согрели воду, и быстро постирав его в тазике, развесили сушиться.
- Я не хочу тебя отпускать – сказал я.
- Но мне на работу, а добираться очень далеко – объяснила Оля.
Я расстроился и понурив голову, сел на диван.
- А хочешь, я с тобой пройду по улице вот так - и она показала, проведя по своему обнажённому телу руками.
Мои глаза загорелись, и я сказал да.
- А ты не боишься?
- Ты ведь уже делал это и даже зимой и ничего. Мне с тобой не страшно – ответила Оля.
Мы вышли во двор и выглянули на улицу. Вся деревня спала и только далеко где то лаяли собаки. Немного боясь, Оля сделала первый шаг и вот мы уже шли с ней в обнимку по середине дроги, оба голые, но счастливые. Иногда мы останавливались и я прижав её к себе целовал и не мог оторваться. Оля время от времени тискала мой член и яички и постоянно интересовалась, не больно ли мне. Мы шли дальше, и вот уже минула середина деревни и мы даже не сговариваясь, продолжили наше довольно странное путешествие. Дойдя до конца деревни, мы повернули обратно, не упустив возможность посидеть на скамейке и не отдаться во власть поцелуев.
- Хочешь, я покажу, где работаю – вдруг предложил я.
- А там нет никого – поинтересовалась Оля.
- Нет милая, но если мы туда придём, то будут. – сказал я серьёзно.
- Кто?
- Мы с тобой – рассмеялся я, а немного перепуганная Оля, сжав свой кулачёк, слегка толкнула меня.
Мы подошли к зданию и обошли его. Я показал окна своего кабинета, и тут мне что-то жутко захотелось прямо здесь заняться сексом с моей Олей. Я спросил её и она просто как кошечка, обхватив меня за шею, и подняв и обняв ногами, тут же согласилась. Мы отошли немного в сторону газона и прямо на нём отдались во власти чувств и наслаждения. Я немного поласкал Олину киску языком, и она придавила меня несколько раз попкой. Потом сев сверху на мой возбуждённый член стала делать движения, и я помогла ей как мог, успевая при этом ласкать её грудь и сосочки. Когда она останавливалась, и я притягивал её к себе, и мы в такой необычной позе целовались и совсем потеряли счёт времени. Только когда я повалил Олю на траву и лёг сверху, а мой член продолжал двигаться и доставлять ей и мне наслаждение, я вдруг заметил, что до этого момента здание, окна которого было трудно разглядеть, было хорошо видно и даже траву и начинающиеся распускаться листья на деревьях. Уже давно светало, и в любой момент мог хоть кто проснуться и увидеть нас – хотя и было воскресенье. Я замер и прекратил все телодвижения, и Оля заметила это.
- Что случилось? – спросила она.
- Смотри. – сказал я.
- Как красиво, я впервые в жизни встречаю рассвет – произнесла она так сладко и тихо и прижавшись ко мне стала целовать меня и тут словно её кто то ущипнул.
- Ой, мамочки – испуганным голосом сказала Оля.
- А как мы теперь, куда нам деваться. Нас же могут увидеть – продолжала она в панике перебирать, что делать и как быть.
Встав я помог подняться Оле и сказал
- Побежали.
Держа её за руку, мы обогнули все строения и вышли в противоположную сторону от дома за околицу. Тут уже было не так опасно и можно было перевести дух. Мы присели возле кустарника и тяжело дыша, испуганные смотрели друг а друга.
- Вот бы нас с тобой заметили прямо возле твоей работы – сказала вдруг Оля.
- Да а а – протяжно произнёс я.
- Разговоров было бы на много лет – добавил я следом.
Оля посмотрела на меня и мы глядя друг на друга, как на загнанных зверьков, рассмеялись и давай фантазировать и строить всякие предположения, забыв совсем о том, что мы далеко от дома и нам ещё идти и идти. Оля тут же взяла меня за мой член и сказала.

- Я хочу тебя прямо тут и сейчас.
- Я тоже милая – и мы свалившись за кустами стали в бешеном ритме ласкать и целовать друг друга, а потом проникнув в Олино влагалище слились в экстазе наслаждений и долго занимались любовными утехами и наслаждались друг другом.
Оля испытала два сильных оргазма, и я тоже снова кончил, не выделив ни капли спермы. Потом Оля развязала всё и освободив мои гениталии и пут, спросила.
- Тебе хорошо милый.
- Да милая, ответил я.
Сколько мы бы просидели в этих кустах, не знаю ни я ни Оля. Проезжающая не так далеко машина заставила нас прийти в сознание реальности и мы, выглянув, увидели, как над лесом встаёт солнце и кругом уже светло. Сколько времени мы не знали, и нам было всё равно. Мы вышли из-за кустов и в обход деревни стали пробираться к моему дому, голые и беззащитные, но очень-очень счастливые. Добрались мы без приключений, и хоть идти было очень далеко, а когда вошли в дом и взглянули на часы – то ахнули. Было половина десятого.
Автобус, на котором собиралась ехать Оля, должен был проходить в двенадцать часов. Мы засуетились, и я помог Оле собраться и проводил её до остановки, чуть не выбежав за ней голышом – одел только трико и футболку. Автобуса ещё не было, и мы сидели одни и Оля, запустив руку мне в штаны, попрощалась с моим дружком и потискала его и мои яички. Я тоже не остался в долгу и улучшив момент прямо залез ей под платье и поцеловал её киску чуть ли не на виду у проезжающих мимо машин – но они ничего не видели, а уже через несколько минут Оля садясь в автобус, приподняла сзади своё платье как бы отряхивая и расправляя его и показала мне свою сладкую попку. Она была такая аппетитная, и мне так снова хотелось, чтоб она сидела ей на моём лице, но дверь закрылась и автобус тронулся. Оля помахала мне рукой в окно и я в ответ тоже. Я сел на скамейку и ещё долго смотрел вслед уже давно уехавшему и скрывшемуся за поворотом автобусу. Ещё чувствовалось тепло её руки и прикосновений и я находясь в возбуждённом состоянии около получаса не мог идти, чтоб не показать сельчанам свой оттопыренный бугор.

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2105
Откуда: Из за Урала
Благодарил (а): 1 раз
Поблагодарили: 55 раз

Сообщение 19 фев 2016 12:06

История давно минувших лет.


Это было много лет назад, но рассказать об этом по независящим от меня причинам я не мог раньше и только сейчас мой знакомый согласился. Имя его по его просьбе я конечно изменил, а всё остальное я старался описать, так как было, насколько помню.
Вернулся я в том году после армии, два года не был дома, за которые много чего изменилось. Идти снова работать на МТМ и ремонтировать трактора мне не хотелось и по совету друга Димки, я тоже поступил в техникум, только сельскохозяйственный – СХТ. Так как я учился в школе не очень то шансов попасть куда-то было мало. Сдав документы на факультет по землеустройству, где было мало желающих, я поступил и уехал учиться. Мне дали комнату в общаге на третьем этаже. Комната была на четверых, но нас жило в ней трое. В общем, у меня началась другая жизнь. Со мной ещё жили двое, но они поступили прямо со школы и как то у меня с ними контакт не клеился. Разница в возрасте, да и другие причины, о которых мне не хочется сейчас говорить.
Я много забыл и не понимал, и мне приходилось подтягивать свои знания. Им же всё давалось проще и они в основном, много времени проводили с друзьями и подругами в городе. Больше всего мне трудно было с расчётами, так как математика до меня долетала с большим трудом. Проучившись, первый год, окончив на тройки и четвёрки второй курс, я нашёл себе работу в городе и не поехал в деревню, где делать было нечего. Родители и так меня тянули всю зиму, и я должен был сам на себя зарабатывать. Жить, было есть где, и потом я не один такой был. Общежитие хоть и пустовало, но нас работающих студентов, оставшихся на летний период, было несколько человек и даже две девчонки. Работа мне нравилась да и платили неплохо. Большую часть откладывал, чтоб можно было жить первое время, когда начнутся занятия. Стояла жара, и вечерами было нечего делать. В комнате я находился один, и закрыв двери ходил вечерами и во время выходных голышом. В армии часто вспоминал юношеские дурачества с другом и конечно же скучал по этому. Хотелось нечто необычное сделать. Но увы, друг был далеко и женясь он больше не хотел этим заниматься, а одному было как то скучно.
Часто вечерами, когда уже темнело, я лежал на кровати и слышал, как в коридоре кто-то ходит то на кухню, то обратно. Я, как и оставшиеся на лето студенты, подолгу не ложились спать, студенческая привычка и поэтому я тоже лежа в постели вспоминал наши с Димкой приключения и представлял как было бы здорово если бы он приехал ко мне в гости. Машинально мастурбируя возбуждённый член, я порой даже не успевал отреагировать, как струйки спермы вылетали вверх и падали на меня и на постель. Я понимал, что это невозможно, но мечтать никто мне не мог запретить.
Заканчивался июнь и я почти месяц как работал, и тут вдруг меня осенила одна странная идея. Раньше я об этом даже не мог подумать, да и читать об этом тогда было просто негде. Всё приходило откуда-то из вне, и подталкивало меня, давало подсказки или попросту руководило моим сознанием. От одной мысли я сразу же возбуждался. Долго не мог решиться, ведь рядом в соседних комнатах или этажом выше или ниже находились такие же парни и девушки студентки нашего техникума. и в один прекрасный день я не выдержал.
Вернувшись с работы около шести вечера я всё тщательно продумал и поужинав стал ждать когда стемнеет. Время тянулось мучительно долго, и даже зашторенное окно не давало такого сумрака в комнате какого мне хотелось. И вот около полуночи как раз наступил тот момент. На нашем третьем этаже жили два парня в разных комнатах и в одной комнате две девчонки. Все были дома и ещё не спали. Я выглянул в коридор. Было тихо и музыка или звуки телика раздавались еле слышно из жилых комнат. Вскоре скрипнула дверь и один из парней вышел и спустившись вниз ушёл. Я сразу догадался, что он пошёл на свидание бродить с девушкой по ночному тихому городку. Тянуть был нельзя и я стянув с себя плавки лёг на свою кровать голым откинув простынь в сторону и сделал вид что сплю. Дверь при этом оставил открытой и окно, чтоб сквозняком проветрить комнату. Прошло так минут двадцать, как я услышал шаги шваркающихся тапочек.
Мимо открытой двери прошёл парень, неся в руке чайник. Он шёл на кухню и машинально заглянул в открытую дверь и даже не замедлил шагов. Я поначалу испугался, ведь я думал, что пройдут кто-то из девушек, живших тогда на этаже. Но парень, пройдя мимо, даже не посмотрел в открытую дверь и я понял, что он даже не успел ничего заметить, и сильно возбудился. Хотя куда было сильнее, от того что я делал мой член и так торчал колом. Вскоре он, неся парящий чайник в правой руке, прошёл назад и снова даже не повернул головы в сторону открытой двери и тёмную комнату. Я лежал на кровати и даже как вроде не дышал, чтоб не выдать себя. Как только он прошёл, и скрипнула дверь его комнаты, я встал и выглянул в коридор. Было тихо. Общежитие, пустовавшее в летнее время, словно вымерло. Таким образом, я несколько дней щекотал себе нервишки и сильно от этого возбуждался. Я перестал бояться, и слегка только косился, когда кто-то проходил мимо открытой двери моей комнаты. В дневное время или пока не стемнеет, я не решался на такие подвиги.
Спустя неделю, проходя мимо, стали заглядывать и девушки, то одна то вторая. Жара стояла под сорок, и я практически не закрывал входную дверь пока не ложился спать. Иногда даже ходил от стола до кровати по комнате голышом, прислушиваясь к шагам в коридоре, своевременно успевая спрятаться то за шкаф, то за оконную штору.
Третий парень, живший на нашем этаже, практически каждый вечер уходил и возвращался только под утро. Я слышал, что у него была девушка, и дело шло к свадьбе. Было понятно, что неприятностей с его стороны мне можно было не опасаться, а вот как могли бы повести себя девушки, в случае если бы они увидели и поняли, что я так себя веду не случайно, был бы огромный скандал и сплошные насмешки.
Я стал себя вести осторожнее но не прекращал своих рискованных экспериментов. Не могу утверждать видели хоть что-то в открывшую дверь девушки или нет. Но всегда проходя мимо, они машинально поворачивали голову и бросали короткий взгляд в темноту моей комнаты. Возможно, это срабатывал инстинкт женского любопытства.
Что касается парня, которого звали Иваном, узнал я об этом чуть позже, то он тоже проходя мимо, тоже стал иногда поглядывать в открытую дверь, пытаясь уловить что-то за доли секунд. Он учился на год старше меня и тоже работал, так как дома в деревне его никто не ждал. Был он немного худощав и невысокого роста. Я даже прозвал его про себя ботаником. Он носил такие невзрачные очки, сквозь стёкла которых, его глаза казались больше чем у других людей.
Как-то раз я вернулся вечером с работы и выложив в стол хлеб и пару батонов с консервами, поставил чайник и переодевшись решил поить чай. Потом смотрел телик чёрно-белый и изнывая от жары просто валялся на кровати. Когда стало смеркаться, я задёрнул шторы на окне и раскрыв дверь снова раздевшись валялся на постели как вдруг услышал стук в дверь. В проёме показался этот ботаник Иван. Дверь была распахнута настежь, и открывать её было не нужно.
- У тебя хлеба не найдётся, а то я в магазин не успел сходить – спросил он.
Я быстро лёг на живот, прикрыв, таким образом, свой полу возбуждённый член, и сказал.
- Возьми там в столе. Отрежь сколько тебе надо. Нож рядом.
- Спасибо – поблагодарил он и спросил.
- Что, от жары страдаешь?
- Ага – коротко ответил я.
- Искупаться бы где, да нет рядом ни речки, ни озера – сказал он, одновременно отрезая четвертинку от буханки белого хлеба.
Плавки как раз висели на верёвке и сохли. Я их постирал и просто уже два дня не снимал. В такую жару не хотелось лишнего напяливать на себя , да и как-то без них было легче и свободнее.
- Постирал, теперь жду, когда высохнут. А искупаться и вправду не помешало бы – ответил я, соврав, зная, что он не станет их проверять.
Иван ушёл, а я после этого случая даже как то стал себя вести смелее. Иногда вечером я стал выходить голышом в коридор, когда все уже спали, но всё равно боялся, что вдруг кто-то захочет ночью сходить в туалет. В одних носках, чтоб не шлёпать тапочками по бетонному полу я добегал сначала до кухни и там некоторое время переводил дух, а потом, оглядевшись, возвращался в комнату. До кухни было метров пятнадцать или двадцать и уходило на это несколько секунд. До туалета в другом конце коридора было метров пятьдесят, но я всё же чуть позднее, стал уже голышом ходить и туда, проходя мимо комнаты, где жил Иван и комнаты тех двух девушек. Двери всегда были прикрыты, и я спокойно пробегал туда и обратно.
Освоив эти преграды, и уже не боясь, я бегал то на кухню, то в туалет, когда все уже спали, но мне хотелось что-то ещё. Стояла жара, и тело было постоянно потным. Я обтирался мокрым полотенцем, но это не спасало, и тут я вспомнил слова Ивана про то, чтобы искупаться где-то, и пришла в голову дурная идея. Недалеко от общаги на окраине протекала небольшая речушка, походившая больше на ручей. В ней всегда днём купалась местная детвора. А вечером туда вряд ли кто решился бы идти. Рядом с общагой росла кленовая аллея, которая изгибаясь, тянулась практически до самой речушки.
Вечером как начало смеркаться, я вышел на улицу и пройдясь по аллее убедился, что на ней никого нет. Огороженные участки дачников, засаженные бахчами и картошкой, тоже пустовали. Я нашёл густой кустарник и оглядевшись по сторонам, снял с себя рубашку и спортивные брюки. Спрятав их под ветками и присыпав сухой листвой, я озираясь по сторонам отправился на речку. Было тихо, и только вдалеке был слышен лай собак. Я без особого труда прошёл по всей аллее, болтая в разные стороны полу возбуждённым членом и отвисшими яйцами. Иногда я придерживал член и яйца руками чтоб пробираясь по кустарнику не поцарапать их или просто онанировал. Вот и овраг по дну которого протекала извилистая и узенькая речушка.
Спустившись по склону обрыва, я оказался возле неё. Оставалось пройти вдоль берега метров триста. Через минут двадцать я уже наслаждался спасительной влагой небольшого омута, который прятался за стеной высоких деревьев и со стороны, незнающему человеку, был просто незаметен. Мне его раньше показали местные ребятишки, но я так и не решился тогда в нём искупаться, так как вода была мутной вперемешку с песком и илом от ребячьих ног. Сейчас было тихо и вода была наверное даже прозрачной но в ночи этого разглядеть было невозможно. Там было не глубоко, метра полтора, а то и меньше. С одной стороны был пологий спуск и открытая местность, а с другой высокий сосновый и берёзовый лес. Он как стеной закрывал днём эту речку от палящего солнца. Это был очень укромный и уютный уголок природы, который в данный момент пустовал, и я один наслаждался этой тишиной.
Полчаса я не мог вылезти из воды, но пока было ещё темно, и короткая ночь не подошла к концу, я решил вернуться назад, чтоб так же никем незамеченным, голышом вернуться к общежитию. Делать полукилометровую петлю для обхода домов стороной я не стал и поднявшись по склону миновав пару домов стороной на удалении десятка метров я вскоре уже был на аллее. Это был путь короче, но всё равно пара километров голышом представляла для меня некую опасность. Дальше было идти хоть и небезопасно, но я всё же проявлял некую осторожность и уже через минут двадцать был у себя в комнате и лежал на кровати.
После этого случая я ещё несколько раз, когда время опускалось за полночь, ходил купаться на этот омут и всегда благополучно возвращался. А потом сам не знаю как, но вырвалось у меня, и я ничего уже не мог с этим поделать, я проговорился Ивану, что каждый вечер хожу купаться. Он тут же навязался со мной и в первый же вечер я позвал его с собой. О прогулке голым не могло быть и речи, и мы пошли прямо по улице, дома на которой стояли по левую сторону дороги, а по правую находились те огороженные участки с картошкой и бахчами. Через полчаса мы были уже на месте.
Иван быстро разделся и зашёл в воду. Я тоже скинул рубашку и стянул трико и тут вспомнил, что я не надел плавки, но что-то менять было уже поздно. Иван заметил это и спросил.
- Ты что без плавок купаешься?
- Просто забыл одеть. В комнате как сушились, так и висят – ответил я.
Зайдя в тёплую как парное молоко воду я погрузился с головой и вынырнув прокричал негромко.
- Ух, как здорово!
- Ага, - ответил Иван.
Мы купались и болтали обо всё на свете, но больше, про технарь и общагу. Мой член успокоился и просто как кусок мокрой кожи болтался между ног. Я решил не зацикливаться на своём виде и вёл себя, словно мы с ним моемся в бане. Иван тоже вёл себя вполне естественно, и я понял, что он уже купался в таких компаниях, где кто-то купался голым. Он первый начал разговор.
- У нас в деревне дед один жил. Он постоянно купался в озере голым, и мы пацанами постоянно над ним подшучивали. – сказал он.
- И что вы делали – поинтересовался я.
- Ну когда он залазил в воду голым и плавал, мы с пацанами нарывали крапивы и раскладывали на деревянные мостки. Думали, что изжалится и сидели в камышах наблюдали. А дед просто вылезал из воды и не обращал на крапиву внимания. Потом нам и приходилось убирать, чтоб купаться самим и нырять с мостков – рассказал Иван.
- А на озеро он, что тоже голым приходил? – поинтересовался я ради любопытства.
- А он жил рядом и копался в огороде, а потом шёл купаться или мыться – объяснил Иван.
Мы немного помолчали и искупнувшись, пошли в общагу. Я подхватил трико и рубашку и засунув ноги в кроссовки стал подниматься по склону.
- Ты что так пойдёшь – спросил Иван, надев рубашку и пытаясь застегнуть пуговки на ходу.
- На мокрое тело не люблю одеваться – ответил я.
- Но ведь могут увидеть – сказал Иван.
- Кто, все спят уже давно. Время час ночи – ответил я и направился в сторону домов.
Иван вскоре догнал меня, и пошёл рядом, иногда бросая на меня косые взгляды.
- Расскажи ещё что-нибудь про деда – попросил я, чтоб как то поддержать разговор.
Пройдя мимо домов, мы свернули на аллею. Иван до самой общаги рассказывал разные истории про того деда а я молча слушал и лишь иногда спрашивал если чего не понимал. Перед общагой я оделся и обратился к Ивану.
- Только не говори никому про омут и речку, а то нам там больше не покупаться будет.
- Хорошо – ответил он, и мы разошлись по своим комнатам.
После этого раза мы каждый вечер стали ходить купаться, как начинало смеркаться. А на третий или четвёртый вечер я, когда мы вышли из общаги, сказал Ивану.
- Хочу так же как тот дед идти купаться – и посмотрел на Ивана.
- Что, голым пойдёшь что ль? – удивился он.
- А что, кто меня видит – ответил я.
- А одежду куда денешь? С собой понесёшь? – поинтересовался он.
- Зачем, тут спрячу и я как только мы зашли за кусты на аллее, стянул с себя шорты и рубашку и свернув их положил на траву под ветви кустарника, а сверху прикрыв их другими ветками словив их у соседних кустов. Ничего не было видно и я был уверен что её никто не найдёт, тем более было уже темно. Мы шли и тихо разговаривали. Иногда я прислушивался, чтоб убедиться, что нам никто не идёт навстречу. При каждом шаге мои полу возбуждённые гениталии покачивались и шлёпали меня, то по одной ноге, то по другой и это вызывало, вернее, привлекало внимание Ивана. Но он молча шёл со мной рядом и не реагировал на это никак. Придя на омут, мы сразу плюхнулись в воду и купались около часа, пока накопившаяся за день жара в наших телах не перешла в воду, а ночная прохлада не перешла в нас. Почувствовав облегчение и даже лёгкие мурашки, пробегающие по телу, мы вышли из воды и тут я заметил, что Иван тоже купался без плавок голышом. Конечно, я не стал на это заострять своё внимание, но не смог промолчат и сказал.
- Что тоже не захотелось плавки мочить?
- Ага, в мокрых, как-то неприятно ночью. Днём то они быстро высыхают, а ночью нет – пояснил он, вылезая по пологому берегу на песчаную отмель.
Я ничего не сказал ему на это и просто вылез за ним следом, и мы пошли в сторону общаги. Перед домами частного сектора, Иван надел плавки, так как немного обсох, а когда мы стали приближаться к нашему общежитию то оделся совсем, даже не решился идти в плавках. Я достал одежду, и мы вернулись по своим комнатам. Я долго не мог уснуть и анализировал то что было и то как мы ходили купаться и то как Иван смотрит на мои голые похождения, пускай даже по лесу и кустам но всё равно, ведь до домов всего пара сотен метров. За долгими размышлениями я не помню как уснул, а утром решил, что Иван не может быть болтуном и ему можно доверять и когда вечером мы снова пошли купаться и я как и прошлый раз снова запрятал свои вещи и пошёл голым на омут, я рассказал Ивану о своих непристойных развлечениях когда учился в школе. Его это заинтересовало, и он слушал мой рассказ, даже не перебивая, а когда я закончил, он не удержался и спросил меня.
- Серёга, а ты не боялся, что твой друг мог проговориться и в школе бы узнали про тебя?
- Нет конечно, так же и я мог рассказать про него – ответил я.
Вскоре мы пришли на наше место ночного купания и после того как вдоволь накупались, мы голышом пошли домой. Иван несколько сот метров, пока не приблизились к домам, шёл рядом со мной голым, оглядываясь по сторонам.
- Что ты всё вертишься, кругом ни души, а ты боишься кого-то – сказал я.
Иван промолчал и ничего не ответил мне. Я понимал, что трудно вот так быть полностью в себе уверенным да ещё тем более идя голым рядом с таким же голым парнем. Люди могли бы всякое подумать и реакция конечно, могла быть бы не однозначной. Хотя на самом деле мы просто возвращались с речки, и даже не было таких мыслей ни у меня и думаю у Ивана тоже.
На другой день и следующий я ходил купаться один. У Ивана была ночная смена, и он не смог составить мне компанию. Но спустя два дня, когда снова наступил вечер, он сам спросил меня, увидев в коридоре общаги.
- Купаться пойдёшь сегодня?
- Да как и всегда – ответил я.
Я увидел на его лице трудно скрываемую улыбку, но не спросил ничего, а только добавил.
- Около одиннадцати на спортплощадке встретимся.
- Договорились – ответил он и проследовал на кухню.
Вечером мы встретились и пошли купаться. Я снова, как и прошлые разы, зайдя в кустарник аллеи, разделся и спрятал свои вещи. А когда вылез из кустов и повернулся в сторону Ивана, то увидел что он тоже стоит на тропинке без ничего и его кривой двадцатисантиметровый член стоит как палка. У меня не было слов, и я не знал что сказать. Даже почувствовал, что у самого член стал возбуждаться и наливаться, увеличиваясь в размерах, а был он у меня не маленький около двадцати трёх сантиметров. Ну, иногда плюс то туда, то сюда полсантима. От возбуждения всё зависело, наверное.
- Не боишься что увидят – спросил я так как не мог придумать ничего другого.
- Ты же не боишься, вот и я решился тоже – ответил немного дрожащим голосом Иван.
Я понимал, почему он так говорит, так как сам иногда от сильного перевозбуждения заикался.
Мы отправились на омут купаться, и я понимал, что теперь мне нет смысла опасаться Ивана и что-то от него скрывать, но рассказать всё о себе я в этот раз не решился.
Мы долго купались и на обратном пути не спешили, а просто наслаждались тёплым ночным воздухом и смотрели на звёздное небо, медленно шагая по открытым участкам мимо аллеи. Нас всё равно от домов скрывали большие деревья, и если бы кто и появился на пути, то мы увидели бы его издалека.
Когда мы были уже в общежитии то я некоторое время не знал как же поступить и взяв чайник отправился голым на кухню. В окнах, когда мы подошли к нашей пятиэтажке, было уже темно, и я был уверен, что все спят. Пока чайник закипал я прошёлся по коридору и заглянул в туалет. Дверь в комнату Ивана тоже была открыта, но я не заметил даже шевелений и подумал, что он уже спит и прошёл мимо. Я практически до рассвета разгуливал по этажу голышом, а когда начало светать лёг и заснул.
После этого мы часто с Иваном стали голышом ходить купаться на омут. Иван уже не так опасался, что нас могут увидеть, и мы несколько раз пересиживали опасность, спрятавшись в кустах, когда мимо нас проходила компания местных парней в компании с девушками. Попасть им на глаза в таком виде сулило большие неприятности, но нас это не останавливало. Как бы между прочим, я стал иногда онанировать как бы не замечая взгляд Ивана. А чуть позже вывел его на откровенный разговор, но об этом чуть позже.
После нескольких раз совместных походов голышом на омут я как то спросил у Ивана.
- А что бы ты стал делать, если бы твою одежду кто-то нашёл?
Он задумался и так не смог мне ответить. Тогда я сказал то что хотел сказать давно.
- Давай проверим.
- Как проверим – не понял он.
- Ну давай сделаем так. Ты раньше меня вернёшься и одевшись заберёшь и мою одежду и уйдёшь в общагу – предложил я.
- А ты как? – не понимал Иван, чего я от него хочу.
- Вот и проверим, как я буду выкручиваться.
- А если ты не сможешь пробраться в общагу, что тогда.
- Ну тогда днём ты мне принесёшь мои штаны – ответил я.
Иван подумал и посмотрев на меня кивнул головой.
- Здоров, я знал, что ты меня поймёшь. А когда я проделаю так что, следующая очередь будет твоя – произнёс я.
- Нет, нет – с испугом в голосе и на лице ответил он.
- Что испугался?
- Если так тогда я вообще отказываюсь – добавил он и я понял, что моя задумка может рухнуть окончательно.
- Ладно, не буду настаивать. Не хочешь тогда, и разговаривать об этом не будем – сказал я и посмотрел на Ивана.
После небольшой паузы он окликнул меня и сказал.
- Если тебе хочется, то я помогу тебе, но меня не заставляй, я всё равно не соглашусь.
- Ладно, договорились – ответил я.
Вскоре мы подошли к общаге и стали одеваться. Уже в комнате я стал обдумывать план своих действий. Я понимал, что Ивану нравится ходить голышом и купаться, а тем более обсуждать и разговаривать на эту тему. Но он сильно боялся, что его могут увидеть и последствий скандала и всего что может из этого следовать. Я тоже его понимал и не хотел настаивать. А поняв его, просто стал предлагать разные провокационные сценарии, а решение всегда оставлял за ним.
Шло лето, и уже была середина июля. Жара так и не спадала и лишь изредка погода баловала нас короткими и небольшими дождичками. Мы продолжали ходить вечерами купаться с Иваном и на второй или третий день после нашего разговора он ускорился и стал удаляться. Я понял его и не спешил догонять. А когда пришёл на место, где лежала моя одежда, то её там не оказалось.
- Долго же он решался – подумал я и вышел из кустов, чтоб посмотреть на потухшие окна нашей общаги. В этот момент загорел свет в комнате Ивана.
- Значит ты уже там – подумал я и сев на траву стал думать. То ли пробираться по пожарной лестнице в общагу, то ли просто найти укромное место и остаться в кустарниках аллеи.
Я не был уверен, что лаз на чердак открыт с замка и решил не рисковать. До рассвета я бродил по аллее, а как стало светать, то спрятался в густых кленовых порослях. Они были настолько густыми, что даже днём пройдя мимо, меня вряд бы могли заметить. Так я просидел несколько часов. Много раз мимо проходили люди на свои огороды пропалывать картошку с утра пораньше пока не пекло солнышко. Иногда кто-то проезжал на велосипедах и даже на машинах. Я конечно боялся что вдруг кто то заглянет в кустарник но мне повезло, все проходили мимо. Вскоре я услышал или мне послышалось, что кто-то зовёт меня. Спустя пару минут я услышал голос Ивана. Он через каждые десять шагов негромко произносил моё имя, искал меня. Когда он подошёл ко мне совсем близко, я выглянул из кустов, высунув только голову.
- Я здесь – негромко произнёс я.
Он подошёл ко мне и протянул мне болоньевую сумку с моими штанами и футболкой. Я огляделся по сторонам. Было тихо и на тропинке ни души. В кустах одеваться было очень неудобно, и я вылез и быстро натянул спортивные трико, а потом и футболку.
- Ну, ты даёшь – удивился Иван.
- Зря не хочешь попробовать, ощущения неописуемые – ответил я.
- Нет-нет, даже не проси – стал отнекиваться он.
- Ладно, спасибо, что не подвёл. Пошли в общагу, а то я голодный – сказал я в адрес Ивана и мы пошли по аллее в сторону общежития.
Вечером мы снова пошли купаться, и я рассказал Ивану о своих страхах и ощущениях. Видно его мой рассказ заинтересовал или хотел узнать больше, он спросил у меня.
- А ты смог бы там просидеть больше времени?
- Конечно, смог бы, если было бы что пожрать – ответил я.
Иван ничего не сказал и мы некоторое время купались молча. Уже на обратном пути пока мы шли и болтали своими голыми писюнами в разные стороны в такт шагов, он спросил меня.
- Серёга, а ты когда в школе учился, как далеко уходил голым от дома?
- Я вообще мог одежду оставить дома и до вечера не показываться пока дома все не лягут спать – объяснил я.
- А сейчас бы смог?
- В смысле – не понял я.
- Ну, сейчас живя в общаге, ты смог бы день или два где-то голым ходить? – пояснил Иван отводя глаза в сторону.
Я понимал, что он неспроста меня об этом спросил, и не думая ответил.
- Если взять с собой еду то могу и больше, может и неделю так проходить смогу.
Наступила короткая пауза. Я знал, что в чём-то первым признаться Иван никогда не решится. А потом я не мог понять, к чему он клонит и для чего так подробно расспрашивает, заходя то с одной стороны, то с другой.
- Спросил бы прямо и дело с концом – рассуждал я про себя, идя с ним рядом и смотря в темноте под ноги.
Долго я не смог выдержать эту паузу молчания и первым произнёс то, что застало Ивана врасплох.
- Если компанию составишь, то вдвоём будет веселее.
- Какую компанию – не понял он.
- Ну, если согласишься со мной тоже идти голышом, то вдвоём будет веселее повторил я.
- Нет, я голым не смогу – возразил Иван.
- Если хочешь, то я могу на твоих условиях пойти? – предложил я.
- Это как? – не понял он.
- Ну, предположим мы вечером выйдем на аллею с рюкзачками и едой. Потом ты возьмёшь мою одежду и унесёшь в общагу, а сам вернёшься и тоже разденешься и спрячешь свою там, где захочешь – предложил я.
До общежития оставалось почти половина пути. Иван шёл и о чём-то раздумывал, и я не перебивал его мысли и не мешал принять то решение, которое выберет он сам. Где-то минут через пять он остановился и повернувшись ко мне произнёс.
- Я согласен, но хочу немного изменить условия, а то - и он замолчал, не решаясь произнести то что хотел или просто не мог правильно сформулировать предложение.
- И что дальше? Какие условия – переспросил я.
- Давай ты свою одежду и ключ т своей комнаты оставишь в моей комнате – произнёс он.
- Я согласен и могу прямо сейчас к тебе всё перетащить, чтобы ты не сомневался – ответил я.
- Как сейчас, ведь сегодня только четверг.
- А вдруг завтра будет некогда, и потом ты будешь уверен в том, что я ничего не припрятал – добавил я убедительно.
- Ладно. Идёт – ответил Иван.
Когда мы пришли в общагу, я вместе с Иваном быстро собрал немногочисленный свой гардероб, и отнёс к нему в комнату, оставив себе только спортивные брюки и рубашку, в которых ходил на работу.
- Ключи и это, показав на то, в чём я был одет, отдам завтра – сказал я.
- Тогда закупаем еду. Два дня выходных у нас есть – оживлённым голосом произнёс Иван.
- Только не набирай много, чтоб не таскаться. – подсказал я.
- Я понял. До завтра – ответил он, и мы разошлись.
Я ещё часа два не мог уснуть и несколько раз выходил голышом в коридор то в туалет, то на кухню. Все уже спали, и я привык и уже не боялся, что меня кто-то мог бы увидеть. А потом девчонки не раз проходя мимо моей комнаты, заглядывали в открытую дверь, когда я голым лежал на кровати, спасаясь, таким образом, от духоты, и думаю, могли видеть меня, но просто не заводили об этом разговор. Хотя не исключено что за закрытой дверью они тоже могли так же голышом валяться на своих кроватях. Но это не имеет значения. Я размышлял о многом и хотел ещё как-то удивить и открыться в своих увлечениях перед Иваном, но пока не мог понять его полностью и осторожничал. Думаю поход, если как мы задумали, может все точки расставить и понять, кто чего стоит. С этой мыслью я и заснул так как утром надо было ещё идти на работу а впереди ждали выходные и чего они нам сулили ни я ни Иван не могли знать.
Вечером в пятницу около семи часов ко мне заглянул Иван. Я сидел на кровати и укладывал продукты в небольшой рюкзачёк. Мне он нравился. С ним было удобно ходить, и руки всегда были свободными.
- Собираешься – спросил Иван.
- Ага, а ты что уже собрался – спросил я.
- Почти. Пришёл узнать, во сколько выходим. – сказал он.
- Ну давай ближе к девяти. Там и смеркаться уже начнёт вскоре – ответил я.
Время за сборами пролетело незаметно. Я ещё раз обдумал, всё ли собрал и закинув рюкзак за спину вышел из комнаты и закрыв её на ключ подошёл к комнате Ивана и толкнув дверь которая тут же открылась, сказал.
- Держи ключ.
Иван взял мой ключ и положил в верхний ящик его тумбочки. Взяв свой рюкзак мы вдвоём вышли на улицу и завернув за угол уже через два десятка метров оказались под кронами кленовой аллеи. Пройдя ещё метров сорок, я остановился и стал раздеваться. Сложив одежду, брюки и рубашку, в сумку я отдал её Ивану. Тот быстро скинув свой рюкзак и положив на землю у моих ног быстро убежал унося мою одежду и не оставляя ни малейшего шанса чтоб в случае чего одеться. Вернулся он так же быстро, как и ушёл.
- Всё, я под свою кровать забросил – сказал, он, чуть запыхавшись.
- Ну и ладненько – ответил я и мы, подхватив рюкзаки, стали удаляться всё дальше и дальше от общаги по узкой дорожке зелёной кленовой аллеи. На пути нам никто не попался, хотя было ещё не совсем темно. Дойдя до конца аллеи, мы вышли на поле, по краям заросшее молодыми деревьями среди которых были и берёзки и осинки и клёны. Они нас некоторое время хорошо скрывали от посторонних глаз, но как эта полоса зарослей стала редеть и вскоре закончилась, открыв перед нами небольшое, но открытое пространство заброшенного поля, мы остановились. Нужно было пробежать всего метров сто, но вероятности что в этот момент кто-то не появится, у нас не было.
- Что будем делать - спросил Иван.
- Можем подождать, а можем идти, если поможешь мне – ответил я.
- Как – спросил он.
- Ты иди впереди, ведь ты в одежде и перенеси через поле свой и мой рюкзак, а я потом следом перебегу – пояснил я.
Иван удивился, но согласился, даже не пытаясь как то остановить меня. Как только он пересёк поле, я осмотрелся по сторонам и налегке, путаясь по колено в зарослях бурьяна. Бежать было трудно и я высоко поднимая ноги преодолевал шаг за шагом где раздвигая голыми ногами траву по сторонам а где перепрыгивая старую и сухую чтоб не поцарапаться. Вскоре я уже был в безопасности. Нам оставалось пройти метров двадцать по таким же густым зарослям молодых деревцев, и я предложил Ивану тоже раздеться и спрятать свои вещи, где он захочет. Дальше были уже поля и небольшие лиственные и сосновые лесочки. Иван осмотрелся кругом, и нерешительно как бы боясь чего-то, стал снимать с себя всё. Потом он достал сумку из плащёвки и уложив в неё свои немногочисленные шмотки, затолкал их в небольшую канаву и сверху присыпал и сухой травой и землёй. Одним словом замаскировал и довольно удачно. Отойдя в сторону, мы оба посмотрели и практически ничего не обнаружили.
- Ну что, идём на поиски приключений – сказал я.
- Идём – ответил он, кивнув головой в знак согласия.
Мы пересекли лесок, а затем поле и вышли на небольшую полевую дорожку. Ночью по ней вряд бы кто поехал, так что мы шли и не боялись уже, что нам кто-то встретится. С каждым шагом мы удалялись всё дальше и дальше от городка, в котором учились и жили в общаге. Шли налегке, в одной только спортивной обуви и рюкзачками за спиной. Было легко и необычно когда лёгкие порывы или дуновения ветра освежали наши обнажённые тела. Мой член то возбуждался, то снова опадал, да и с Иваном происходило тоже самое. Иногда мы болтали на темы, которые даже были совсем не к месту, обсуждали то, кто куда уедет после техникума. Иногда я расспрашивал про того деда что у них в деревне любил голым купаться на озере при всех, но на вопрос, который мне хотелось задать Ивану и получить на него ответ у меня не хватало смелости. Так мы прошли довольно много, хотя и шли так себе, еле переставляли ноги. Впереди был день и я понимал, что днём его не сдвинуть с места. Он будет бояться каждого шороха, и поэтому предложил ему, пока ещё не рассвело пересечь пшеничное поле, за которым росла кукуруза. Она хоть и не совсем была высокой, но уже кое-какие стебли были с мой рост. Я проверил это накануне когда обдумывал это путешествие.
продолжение дальше

Аватара пользователя

rimin

студент
студент
Сообщения: 182
Благодарил (а): 23 раза
Поблагодарили: 5 раз

Сообщение 20 фев 2016 04:03

sergei0083, классный рассказ! очень понравился, тож заводит такая тема)

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2105
Откуда: Из за Урала
Благодарил (а): 1 раз
Поблагодарили: 55 раз

Сообщение 20 фев 2016 07:09

Благополучно добравшись до заведомо обозначенной цели, мы вошли в ровные рядки кукурузного поля и отойдя метров двадцать от края, решили устроить себе привал после долгого пути. Нарвав листьев, мы выложили каждый себе небольшой участок застеленный кукурузой и свалились на него. Ноги гудели от усталости, и не хотелось даже шевелиться. Иван лежал в соседнем рядке в метре т меня.
- Может, вздремнём чуток – предложил я.
- Я не против – ответил Иван.
Глотнув воды, мы закрыли глаза. Спал в это время Иван или нет, я не знаю, но я заснул быстро и даже что-то снилось. Разбудил нас трактор, который прошумел по дороге, пролегающей от нас в полутора сотнях метров. Громко брякали борта пустой телеги, и я сев огляделся по сторонам. Иван стоял на коленках чуть поодаль и смотрел в сторону удаляющегося трактора.
- Ты что там делаешь – спросил я его.
- За трактором слежу, боялся, что вдруг к нам свернёт – ответил он.
- А я уж подумал, что ты член свой дрочишь – всхохотнув добавил я.
Иван смутился, но ничего не ответил.
- А хочешь я тебе расскажу как мы с другом дурачились и дрочили гуляя голыми по такому же полю. Нам было тогда лет по пятнадцать, семнадцать.
- Расскажи – еле слышно ответил он.
Мы перекусили немного, и я больше часа рассказывал о себе, и о Димке и о наших приключениях периодически поглядывая на возбуждённый член Ивана. Мой тоже стоял и я нет-нет да рукой его пошевелю. Иван всё пытался, как то ужаться и скрыть свой стояк ногами, но у него это не получалось. Торчащий член всё равно было видно, как бы он не сгибал ноги в коленках и не прикрывался ими. Одно дело, когда мы шли ночью, и видимость была плохая, а сейчас было всё прекрасно видно и это его смущало. Я даже подумал тогда.
- Если смущаешься то зачем было соглашаться. – но, вслух я этого не произнёс.
После этих мыслей я решил что к чему между нами такие стеснения и взяв свой член в правую руку стал медленно поглаживать его. Потом встал и уставившись на дорогу по которой проезжала старенькая жигули, стал двигать рукой вдоль члена быстрее и быстрее ускоряя темп с каждым разом. Одним словом начал дрочить не стесняясь Ивана. Он так глянул на меня и на то, что я делаю, но я даже не повернул в его сторону голову, так как был занят более приятным действом. Вскоре я почувствовал, что вот-вот кончу, а Иван всё ещё не может решиться, но уже положил свою руку на член и тоже уставился на дорогу но не прекращал бросать косые взгляды в мою сторону. Я тогда замедлил свои движения рукой, пытаясь растянуть удовольствие, и мне это удалось всего лишь на несколько минут. Но этого было уже достаточно. Когда я увидел, что осторожно, как бы стесняясь Иван начал подрачивать свой член, я снова ускорил движения рукой и вскоре, резко оголив головку, направил его на стебли кукурузы и как раз вовремя. Первая струйка спермы вылетела и стала растекаться по листьям и стеблю и медленно капать на землю. Затем вторая третья и уже слабенькая последняя струйка упала перед ногами, чуть не попав мне на кроссовки. Я сдавил член у самого основания пальцами, и как бы выдавливая последние капельки, провёл рукой по всей его длине до самой головки, на которой появилась капелька белой молочного цвета жидкости. Оголив головку ещё полу возбуждённого члена, я взглянул на Ивана, который наяривал рукой свой член, так что его яйца болтались в разные стороны, словно маятник от часов. Я улыбнулся внутренне, но ничего не сказав сел на землю рядом с рюкзаком и достав воду, глотнул пару глотков. Тут подошёл Иван и тоже сел напротив. Его член всё ещё подрагивал, но он уже не держал его в руке и вряд ли выдавил из него всё до капельки. Мой член уже опал и влажной головкой лежал на земле, между ног запачкавшись и ёрзая по ней в зависимости от моих движений. Иван глянул на это и сказал.
- Ты же замараешься, грязь попадёт.
У нег член был меньше моего и когда он сидел то его член не доставал земли, и он не задумывался об этом даже, но увидев как моя колбаска, согнувшись, трётся о землю, смутила его или насторожила.
- Да ничего не будет, я постоянно голым на земле валяюсь и загораю – ответил я.
Иван промолчал, но тоже глотнул воды.
- Что будем дальше делать? – спросил я.
- Не знаю – пожал плечами он.
- Может по полю, на тот край сходим? – спросил я.
- Пошли – согласился Иван.
Я понимал что после того как испытываешь приятное ощущение после дрочки делать ничего не хочется, но интрига всегда приходит во время путешествия голышом и я это знал так как увлекался этим уже много лет. Подхватив рюкзаки, мы пошли по рядкам кукурузного поля. Иван шёл справа в соседнем рядке. Мы болтали и нет-нет да поворачивались в сторону друг к другу. Поле было большое, и мы достигли его края через пару часов. Устроив себе очередной привал, и ничего не боясь, так как рядом не было дороги даже лесной, мы пообедали и просто бегали по лесу, осматривая всё в округе. До вечера особых приключений у нас не было. Я рассказывал о себе и своём детстве, а Иван о себе и своей деревне. Ближе к вечеру мы стали собираться в обратный путь, и так как машин на лесных дорогах не было, мы в основном передвигались по ним. И только изредка когда где-то слышали шум мотора, мы прятались и осматривались по сторонам.
Когда мы подошли к окраине города, и до общежития оставалось пройти чуть больше километра, начинало уже светать, и за горизонтом было видно, что солнце вот-вот поднимется и осветит всё что сможет осветить. Мы стали поторапливаться, так как я был вообще без одежды, и её нужно было ещё принести мне из общаги, в которую нужно было пройти сначала. Ивану было проще, его шмотки лежали в паре сотне метров, и вскоре он их надел на себя, хотя признался, что не очень-то хочется. Привык за сутки голышом. Как только мы добрались до кленовой аллеи, я сказал Ивану.
- Иди вперёд, и принеси мне мои шмотки.
Иван быстро удалился а я стал пробираться прячась среди клёнов. По пути встретилось несколько человек, они с утра пораньше пока было не так жарко спешили на свои участки пропалывать то что ещё не успели наверное. Вскоре появился Иван и сунув мне в кусты пакет с моей одёжкой отошёл в сторону чтобы не привлекать внимания так как в это время по аллее шли мужчина и женщина с тяпками и так посмотрели на него. Наверное, подумали, что мусор в кусты выкинул, но ничего не сказали. Как только они свернули, я вышел, и мы спокойно вернулись в общагу.
Две недели в последующем мы вечерами ходили купаться на омут и вспоминали наше приключение – поход голышом, и всё было здорово, пока как-то Иван не спросил меня снова.
- Серёга, а ты смог бы решиться уйти ещё дальше, чем мы с тобой ходили тогда?
- Смог бы конечно, но как ты на это бы отреагировал – подумав и посмотрев на голубое небо, ответил я, словно на нём был написан мой ответ или подсказка на него.
- Я долго думал, и мне захотелось повторить наш поход – ответил Иван.
- Ну, тогда надо найти карту и посмотреть, куда можно нам отправиться, чтобы не заблудиться – сказал я.
- Карта есть у моего соседа в его тумбочке – ответил Иван, и потом на его лице радостная улыбка сменилась неким огорчением.
- Что-то не так – спросил я.
- Да нет, просто ты же работаешь и у меня тоже работа, хотя и график скользящий.
- Да, надо что-то придумать – сев на траву я стал чесать затылок, как бы ища там ответ.
- Я могу подмениться на два дня – вдруг произнёс Иван.
- А что молчал, это же выход – радостно ответил я и тут же спросил у него на какие именно дни он сможет подмениться.
Иван подумал и сказал что в ближайшие выходные он отдыхает три дня и плюс понедельник и вторник и того на пять дней.
- Здорово, я тогда завтра тебе скажу о себе что у меня выйдет, отпустят или нет.
День пролетел быстро и встретив своего начальника перед концом рабочего дня я спросил у него.
- Вы не могли бы меня отпустить на два-три дня. Мне в деревню нужно съездить? – пояснил я и придумал несколько причин по хозяйству и сенокос.
- Надо так надо, можешь ехать – ответил начальник и хлопнув меня по спине легонько добавил.
- Молодец что дома помогаешь.
Я радостный вернулся в общагу и увидев Ивана сообщил ему что у нас пять дней в ближайшие выходные. Можем идти в поход, как и тогда.
- Меня тоже отпустили – с весёлой ноткой в голосе ответил Иван.
- У нас есть ещё два дня, чтобы подготовиться – сказал я.
- А куда пойдём? Вот карта – сказал Иван и протянул мне только что достатую из тумбочки карту области.
На ней было всё и все дороги и деревни и зелёным цветом лес, а жёлтым поля нанесены. Много было озёр и рек. Мы быстро нашли наш городок и повернув карту верхом на север стали рассматривать. Иван достал линейку и стал что-то измерять. Я и так быстро понял, что к чему так как умел работать с картами. Сделав умное лицо и что то быстро подсчитав на листочке Иван сказал.
- Куда мы с тобой ходили почти одиннадцать километров.
- По прямой – поправил я.
- Да – согласился Иван.
- А то как мы с тобой шли все шестнадцать будет – быстро прикинув, ответил я.
Иван только кивнул головой и спросил.
- А ты, куда предлагаешь идти?
- Смотря на сколько километров согласен ты – ответил я.
Мы не могли решиться, куда нам идти. Направлений было несколько и все очень соблазнительные. Рядом не было ни дорог, ни деревень, и идти можно было хоть на юг вплоть до Казахстанской границы или на запад до первого водного препятствия в виде широкой реки. А на север можно было вообще идти сплошными лесами, что во многом облегчало передвижение.
- У нас не так много времени, чтоб далеко уходить, ведь потом назад ещё возвращаться придётся – одёрнув Ивана своими рассуждениями, я добавил следом. Мы немного задумались, и мне пришла в голову интересная идея. Масштаб карты был шесть километров в одном сантиметре.
- У тебя есть циркуль – спросил я Ивана.
Он тут же достал из тумбочки готовальню и протянул мне его. Раздвинув его сантиметров на десять или двенадцать, я подал его Ивану и сказал.
- Вот тут мы, ставь иголкой сюда, а карандашом делай пометки, где ты бы хотел побывать.
Иван выполнил всё в точности, описав еле заметный круг вокруг нашего городка и естественно общежития, в котором мы сидели и гадали, куда бы пойти. Потом он поставил четыре метки в тех местах, где окружность пересекала лесной массив и сказал.
- Думаю, что в любую из этих точек мы пройдём без проблем.
Я посмотрел и сразу два пункта убрал, так как там на пути, нам попадались болота, а обходить их по незнакомой местности было не безопасно. Можно было легко заблудиться.
- Осталось два Выбирай куда – предложил я ему.
Иван посмотрел на оба варианта и ткнул пальцем во второй. Там на пути было больше зелёного, а значит, идти было не так опасно.
- Ну всё, будем закупаться продуктами – сказал я и добавил.
- Придётся взять с собой что-нибудь, чтоб воду цедить от грязи, столько воды нам с собой не унести.
- Можно салфетки или бинты чистые – предложил Иван.
Я согласился, и мы два дня готовились тщательно, продумывая всё, что нам могло было бы пригодиться.
В пятницу вечером сразу после работы мы оговорили время выхода. Иван немного волновался что-то и хотел о чём-то спросить, но не мог решиться, и мне пришлось его подтолкнуть к этому.
- Ты что-то хочешь спросить?
- Серёга, а это правда то, что ты рассказывал про себя и своего друга?
- Да, я что сочинять буду что ль. – ответил я.
- Я о другом. Это правда, что ты ну это перетягивал себе при своём друге? – уточнил он.
- А что тут такого, что тоже хочешь попробовать?
- Нет – покраснев, ответил Иван и добавил.
- Просто представить не могу …. – и оборвал незаконченную фразу.
- Тебе что на это посмотреть хочется – спросил я уже прямо в лоб.
- Ага – ответил, кивнув два раза Иван.
- Ладно, я возьму с собой что нужно – сказал я и вернулся к себе.
У меня в сумке на самом дне под подкладкой лежали с десяток разных шнурков и верёвочек, которыми я иногда перетягивал себе и яйца и член оставаясь в комнате один, чтоб как то развлечь себя, и в последствии, бурно кончить. Потом осмотрелся по сторонам и вспомнил, что на кухне видел в мусорном баке выброшенные женские капроновые чулки. Я быстро сбегал и забрал их. Они хорошо растягивались и не так больно врезались в кожу. Добавив к ним ещё парк шнурков я сложил всё это в рюкзак и подумав ещё закрыл его. Всё было готово. До выхода оставался один час. Чтоб первое время не тратить продукты, которые мы вяли с собой, я решил хорошо поужинать. Время пролетело быстро и вот я уже слышу, как к комнате кто-то идёт. Стук и входит Иван.
- Я готов. Идём – сказал он.
- Я тоже готов – пошли – ответил я в тон.
Мы вышли на улицу и скрывшись в зарослях аллеи быстро стали удаляться к окраине городка. Вскоре мы были уже в молодых зарослях осинника и березняка, и там раздевшись, и спрятав свою одежду, дальше уже пошли голышом в одних кроссовках и с рюкзаками на спине. Приключение началось.
Отойдя от города на пару километров, мы устроили небольшой привал. Я незаметно взял пару шнурков и отошёл в кусты, мол, типа по нужде. Перетянув полу возбуждённый член и доведя его до полного и твёрдого стояка, я туго затянул шнурок и завязал его на два контрольных узла. Потом я перемотал мошонку, оттянув, таким образом яйца как можно дальше от основания. Закрепив концы шнурка, и спрятав их, я вскоре вернулся и сел рядом с Иваном. Он поначалу ничего не заметил, так как было темно. Отблески луны выскакивающей из-за облаков, на короткое время освещали покрытый ночным мраком небольшой лесок. Улучшив такой момент, я встал и стоя лицом к Ивану сказал.
- Ну что, хватит сидеть, надо уйти подальше пока темно.
Иван встал и закинув рюкзак за спину заметил мой перетянутый член и стоя полусогнутым замер как бы разглядывая то что увидел.
- Ты что там замер – сказал я ему в шутку.
В ответ была полная тишина, и я снова спросил его, сделав шаг в сторону. Он стоял в метре от меня, и я понял его заминку.
- Ты что-то спросить хочешь?
- Ты что перетянул его – полушёпотом спросил Иван как бы боясь говорить громче, потому что могли его услышать.
- Ты же сам интересовался – сказал я и добавил.
- Говори громче, а то прислушиваться приходится.
В это время луна полностью вышла из-за облака и осветила поляну, на которой мы стояли, собираясь отправиться в путь. Иван посмотрел на мой член и яйца и спросил.
- А тебе не больно?
- Нет, конечно – ответил я улыбаясь, хотя кто мог это заметить в ночном лесу.
Мы шли по краю поля и вскоре вышли на полевую дорогу. Идти стало гораздо легче. Я шёл слева, а Иван по правой колее. Мы разговаривали так ни о чём но каждый раз когда Иван что то рассказывал мне он постоянно бросал косые взгляды на мой тяжёлый и наверное посиневший от перетяжки член, который тяжело покачивался при каждом шаге ударяясь то о левую часть бедра то о правую. Иногда это сопровождалось лёгкими шлепками и это вызывало, некоторое внимание со стороны Ивана, к моим перетянутым гениталиям.
С каждым шагом и с каждым часом мы уходили всё дальше и дальше от города в котором учились и жили в общежитие. Спустя час с небольшим я остановился и развязав все шнурки освободил свои гениталии от тугой перетяжки.
- Что надоело уже – спросил Иван.
- Нет, просто жгут не стоит держать более двух часов. – ответил я, и добавил следом.
- Пусть немного отдохнут, и потом можно будет повторить.
Иван промолчал, и мы пошли дальше. Сколько мы прошли за ночь, я точно сказать не могу, но могу заверить точно, что более десяти километров, так как на рассвете нам пришлось стороной обойти деревню, попавшуюся нам на пути и пересечь трассу районного значения с асфальтовым покрытием. А вскоре за спиной стало светать и взошло солнце, показав небольшую часть над верхушками деревьев.
- Может устроим привал и перекусим. – предложил я.
- Я не против. – согласился Иван.
Мы устроились на опушке небольшого лесочка поодаль от дороги и достав из рюкзаков что у кого было, принялись за ранний завтрак на траве. Было так тихо и здорово, и полная свобода от всего просто кружила голову. Иван постоянно посматривал на мой член и яйца, которые были ещё час назад туго перетянуты, как бы пытаясь что-то разглядеть там. Но там ничего особенного не было видно, даже небольшого синяков, от которых, любая такая перетяжка не была застрахована. От его взгляда мой член стал возбуждаться и чтоб как то сгладить ситуацию я спросил.
- Хочешь, чтоб я ещё перетянул?
Иван промолчал, слегка кивнув головой. Я не стал уходить в лес. Достав шнурки, я снова стал медленно перематывать член у основания, давая возможность Ивану рассмотреть всё до мельчайших подробностей. Потом затянул узел туго-туго и спрятал концы, чтоб они не болтались. После этого проделал тоже самое с яйцами и мошонкой. Иван смотрел, не отрываясь, и меня это возбуждало. Мне нравилось, когда кто-то смотрит на мои гениталии, и я в это время что-то с ним делаю. Не знаю, почему мне это нравилось, но я почувствовал это, ещё когда мне было лет двенадцать или тринадцать. Закончив с перетяжкой я только тогда посмотрел на Ивана и улыбнувшись сказал что первое пришло в голову.
- Как то так вот – произнёс я всё равно чувствуя от того что делал небольшое неудобство.
- Тебе точно не больно – спросил он, произнося эти слова как то необычно.
Я окинул его взглядом и увидел, что его член стоит колом.
- А тебе – отшутился я, глядя на его вздыбленный пенис.
Иван улыбнулся и уже более свободным голосом ответил.
- Я просто не ожидал, что глядя на всё, что ты делал, так возбужусь.
Дальше мы говорили на другие темы и лишь иногда бросали косые взгляды Иван на мой член, а я на его. Отдохнув, мы отправились дальше в путь, уходя всё дальше и дальше. Когда прошло часа полтора я снова развязал всё и освободил свои гениталии, дав им немного свободы, а уже через час на следующем привале я взяв в руки шнурки вдруг взглянул на Ивана и сказал.
- Хочешь сам попробовать?
- Нет-нет – скоропалительно ответил Иван.
- Два раза не предлагаю – сказал я и взяв один из шнурков приготовился обматывать член у основания.
- Хочешь, помогу. – вдруг произнёс Иван.
Я опешил и посмотрел на него с удивлением. Ведь он только что наотрез отказался и тут вдруг сам спрашивает.
- Ты же сказал нет – ответил я.
- Я думал, что ты предлагаешь, чтобы я себе перетягивал? – стал оправдываться Иван или на самом деле он не понял мой вопрос.
Я не знал что сказать, и ничего не оставалось, как протянуть ему шнурки.
- На, если есть желание, учись.
Иван протянул руку и взял все шнурки. Потом он подсел рядом и я чтобы ему было удобнее лёг спиной на траву подставив ему уже полу возбудившийся член и яйца раздвинув при этом немного ноги для удобства. Взяв осторожно одной рукой мой член, Иван стал обматывать его шнурком у самого основания, виток к витку как это делал я. Потом он завязал узел и стал затягивать его, посматривая на меня. Я просто старался не обращать на него внимания и смотрел в небо, по которому редко проползали небольшие облака причудливой формы.
- тебе не больно – вдруг спросил он.
- Не а – коротко ответил я.
Иван продолжил затягивать узел сильнее и вскоре снова спросил, больно мне или нет, и я снова мотнул головой, что нет. А когда он спросил уже в третий раз, отвлекая меня от разных мыслей, я приподнял голову и окинув взглядом себя от груди до ног сказал.
- А ты можешь делать и не спрашивать меня?
- А вдруг тебе будет больно – парировал Иван.
- Если будет, то я сам скажу – ответил я.
Я снова опустил голову на траву предварительно взглянув на свой член и то что с ним делал в это время Иван. Ничего такого, чтоб волноваться, я не заметил, и снова уставился в небо. Конечно, я чувствовал, как он старается и изо всех сил затягивает узлы. Вот он опустил мой член, который лёг на мой живот и взял в руку яйца. Стал оттягивать их и мошонку обматывать новым шнурком. Вскоре я почувствовал, как он с силой затягивает узел, после чего взяв другой шнурок, стал дальше обкручивать им оставшееся нетронутым пространство на мошонке, оттягивая тем самым яйца всё дальше и дальше от основания члена.
- Как бы ни увлёкся, и не оторвал их мне – подумал я и предупредил его об этом.
Иван смутился, и вскоре завязав концы шнурка, затянув их не так туго, сел в сторонку. Я понял, что он закончил и сказал.
- Что, может, дальше пойдём?
- Пошли – согласился он.
В течении дня мы прошли довольно много и под вечер решили устроить себе ночлег так как подходящее место было и рядом ни одной дороги. За время пути Иван ещё дважды перетягивал мне член и яйца и я понял, что это ему понравилось. Мне тоже было приятно наслаждаться тем, когда он вертел всяко разно мой член, и яйца обматывая их шнурками и завязывая тугие узлы. Я не останавливал его, давая тем самым ему наиграться вдоволь, и он пользовался моей добротой на протяжении всего нашего путешествия. Когда мы вернулись обратно уже с пустыми рюкзаками, то мой перетянутый член уже имел несколько боевых травм в виде синяков. Конечно, Иван извинялся да извинялся, что так вышло и так получилось, но я его успокоил и сказал.
- Не обращай на это внимания. Синяки пройдут и рассосутся, а вот повторить такое стоит многого.
- А ты что ещё хочешь в поход сходить? – как то несвязно, но смысл был понятен, произнёс Иван.
- Если ты будешь не против то я только за – ответил я.
Было видно, что на лице Ивана засияла улыбка, но он промолчал и ничего не сказал. Мы уже подошли к общаге и сменили тему, а на этаже разошлись по своим комнатам. До конца каникул оставалось ещё три недели. Время тянулось, и я постоянно вспоминал наш поход. Было так здорово. В это время в общежитии стало людно. Приехали абитуриенты, и я уже не мог спать с открытой дверью, находясь в комнате голым. Как и я так и Иван продолжали работать и только в выходной могли себе позволить небольшую прогулку на омут чтобы искупаться если было хорошая погода и не шёл дождь.
И вот как то однажды, а до начала занятий оставалось всего девять дней, мы возвращались с омута и Иван сказал.
- Я вчера уволился и не знаю что делать, домой съездить или тут болтаться.
- Ты что-то насчёт похода заикался. Может, сходим – добавил он следом после небольшой паузы.
- Я только за, только отпрошусь завтра, и три дня наши – согласился я.
В этот раз мы решили так далеко не ходить и с собой много не брать. В трёх километрах от города было поле засаженное подсолнухами, и они были с нас ростом. Это было прекрасное место для укрытия. Подсолнухи были ещё неспелыми и в них вряд ли кто будет заходить. Обсудив это, мы решили, что это наилучший вариант, чтоб хорошо провести выходные. Подготовка заняла не так много времени и уже во второй половине дня, мы спрятав свою одежду на окраине в зарослях молодого осинника, перебегали голышом небольшое поле чтобы скрыться в лесу и продолжить свой путь при свете яркого солнышка и большого риска быть замеченными. Это своего роды вызвало даже возбуждение чем страх. За полтора или два час мы смогли добраться до безопасного места и забравшись поглубже в поле рухнули прямо на землю чтобы передохнуть. Было так тепло и тихо, что даже было слышно, как где-то рядом пролетел шмель или щебетали птички на окраине небольшого лесочка расположенного чуть поодаль от нас. Я стал доставать бутылку с водой , чтобы глотнуть пару глотков, так как горло пересохло от быстрого бега по открытому участку поляны. Шнурки, которые лежали на дне рюкзака прилипли к дну бутылки и вытащились следом, рассыпавшись по всей траектории по которой я подносил бутылку ко рту. Иван глянул на них, потом на меня, но ничего не сказал.
- Что хочешь поэкспериментировать? - Спросил я его.
- Если тебе не больно и ты не против. – ответил он.
- Я же прошлый раз тебе сказал – ответил я коротко и лёг прямо спиной на землю между рядками высоких подсолнухов.
Иван подсел рядом и взяв валявшиеся на земле шнурки стал обматывать мой полу возбуждённый член который в его руках в считанные секунду уже стоял колом. Я просто лежал и смотрел вверх. Следить за действиями Ивана было неудобно, и я просто наблюдал за склонившейся над головой большой шляпой ещё зелёного и цветущего подсолнуха. Иван что-то там копошился, вертел мой член в разные стороны, обматывая его шнурком. Потом затягивал узлы, делая небольшие паузы, ожидая моей реакции. Я старался не обращать на него внимания, и даже когда было чуточку больно, сжимал зубы посильнее и не подавал вида. Вскоре Иван освободил мой член из своих рук и положив его на мой живот принялся тискать и крутить мои яйца обматывая их шнурками и перетягивая по всей растянутой ли оттянутой мошонке оттесняя яйца всё дальше и дальше от основания члена.
- Вроде бы всё – вдруг произнёс Иван.
Я поднял голову и осмотрел его творение. Мой член был напряжён до предела. Головка была оголена и блестела на солнышке готовая вот-вот лопнуть от того что кожа на ней была слишком сильно натянута. Вены по всей длине сильно выступали, и при касании были твёрдыми, словно это были не венки и жилки, а натолканная в член проволока. Яйца тоже были оттянуты сантиметров на десять двенадцать от основания члена, а кожа на мошонке облегающая плотно вокруг оттянутых яичек, тоже была натянута до предела, что были видны все жилки.
- У тебя здорово получилось – похвалил я Ивана.
Он улыбнулся, но ничего не ответил.
- Может, в лес сходим. Вдруг там ягоды, какие есть. – предложил он.
- Пошли – сказал я и тут же встал с земли.
Член тяжело покачивался при каждом шаге и касался колючих стеблей подсолнухов и листьев. Я побоялся, что кожица может лопнуть и стал придерживать и закрывать своё хозяйство от случайного касания. Когда мы вышли на край поля, а впереди была поляна со скошенной травой, я поднял руки вверх и потянулся.
- Хорошо-то как!!!
Осмотревшись по сторонам и убедившись, что кругом нет ни души, мы пересекли поляну и вошли в лес. Бродили по нему довольно долго, и нашли несколько кустом вишни, но ягод на них было мало и мы их быстро оборвали и съели. Убедившись, что больше искать в лесочке нечего мы вернулись назад. Мне было уже неприятно, и я сказал Ивану.
- Время уже много прошло, надо развязать всё.
- Ага, сейчас – ответил он и тут же присев напротив меня быстро распутал и убрал все шнурки. Я взял член в руку и сделал несколько движений, чтобы размять его и восстановить кровообращение. Как только синева стала проходить, и цвет кожи на члене стал приобретать свой естественный цвет, я убрал руку и сел на землю. Мой член тоже опустился и уткнулся оголённой головкой в сухую землю. Иван посмотрел на это и улыбнулся, но ничего не сказал. Я тоже промолчал. Мы чуток отдохнули и решили поужинать, так как уже было поздно и солнышко стало садиться за дальний лес, хотя было ещё светло. Потом мы приготовили из травы себе место для ночлега каждый в своём междурядье, после чего Иван ещё раз поиграл с моим членом и яйцами. Потом мы легли и вскоре уснули и хоть мы были голышом, но нам не было прохладно.
В течении последующих трёх дней Иван по несколько раз в день игрался с моим членом и яйцами перетягивая их как ему этого хотелось. Я только посматривал на него из любопытства и удивлялся его фантазиям. Иван больше не спрашивал меня, больно мне или нет, а просто дела то, какая фантазия в данный момент приходила ему в голову. Он делал из моего члена то снеговика передавливая его в трёх местах, то перетягивал каждое яйцо по отдельности. Одним словом экспериментировал с ним по своему усмотрению. Даже синяки, которые стали появляться после каждого его перетягивания его уже не смущали и не волновали ни чуточку. Наоборот уже в следующий раз он затягивал узел ещё сильнее и не один или два, а несколько, чтобы потом при разматывании время на это уходило больше чем обычно.
Еды нам конечно же было мало, и мы устраивали каждый день во второй половине походы в общежитие за пополнением съестных запасов. Одевались в осиннике, поднимались в общагу и набрав еды которая была куплена накануне, возвращались назад. Это было рискованно по окраине города разгуливать голым, но такой риск нам нравился.
Подошли к концу последние выходные, и мы с некоторыми трудностями вернулись домой в общежитие. Впереди нас ждал очередной учебный год, а у Ивана он был последним. Он заканчивал обучение в техникуме, и немного забегая вперёд, скажу, ему было уже приготовлено место в районном управлении сельского хозяйства. Было грустно осознавать, что этот наш поход был последним, хотя я надеялся, что судьба ещё повернётся ко мне лицом и наши с Иваном пути пересекутся. Так и произошло, но об этом я расскажу чуть позже.

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2105
Откуда: Из за Урала
Благодарил (а): 1 раз
Поблагодарили: 55 раз

Сообщение 25 фев 2016 08:28

История давно минувших лет – двадцать лет спустя.

Это случилось много лет спустя, я уже успел поработать в городе на заводе, потом ещё в двух местах и сейчас живя в деревне и иногда выезжая в город по работе или что-то купить для дома, я и не вспоминал Ивана. Я выходил из магазина и чуть не столкнулся с мужичком, небольшого роста и вполне упитанного даже как сказать и небольшим брюшком. Не знаю что, на какие-то черты лица мне вдруг показались знакомыми. Я отошёл в сторону, держа в руке сумку с запчастями для трактора, и присев на скамейку рядом возле входа в магазин, стал думать.
- Где я этого мужика мог видеть? – но в голове был полный кавардак и я не мог сосредоточиться.
Вскоре мужик вышел из магазина. Окинул взглядом по сторонам и повернувшись ко мне, так как все куда-то спешили и лишь я один спокойно сидел на скамейке, обратился ко мне.
- Не подскажешь где можно найти запчасти для Шевроле? – спросил он.
Я не сразу сообразил что сказать и что этот вопрос относится именно ко мне и мотнул головой, что мол не знаю, и ту как током ударило. Я узнал его голос, который ничуть не изменился, но стал чуть грубее и мужественнее. Он так же немного не выговаривал букву Л.
- Ведь это же Ванька – обрадовался я.
- Иван. Ты что ль! – спросил я мужика обратившего на меня взгляд.
- Серёга ты! – тоже удивился он.
- Ты изменился, с трудом узнал чертяга. – с радостью в голосе произнёс Иван.
- А ты что не изменился? Если бы не спросил ничего, то я и не узнал бы тебя. Был то какой ходой, а сейчас – и я легонько хлопнул его по пузо.
Он сел рядом и с полчаса болтали, расспрашивая друг друга у кого, как, и что. Я рассказал о себе, где работаю и что живу в домике на берегу озера. Он рассказал, что у него двое дочь и сын и он приехал с ними узнавать насчёт поступления в ВУЗ. Я пригласил его в гости, но Иван спешил и пообещал что в другой раз.
Обменявшись с Иваном адресами и электронными почтами, мы разошлись в разные стороны. Я был, очень взволновал, и даже не мог предположить, что мы, когда то встретимся. Ведь прошло больше двадцати лет. Всю обратную дорогу я переваривал и осмысливал новость и нашу встречу спустя столько лет.
Вернувшись домой и погрузившись в суету домашних дел я стал забывать как вдруг в начале зимы получил письмо по электронке от Ивана. Он извинялся, что не смог ответить сразу и объяснял причину. Но я рад был, что он всё же написал и тут же сел писать ему ответ. Мы стали общаться и как то так получилось, что я стал ему рассказывать в письмах о том что делал все эти годы и самые сокровенные секреты, которые знал только я. А потом стал и фантазии свои выдавать как бы желая что при удобных случаях они превратились бы в реальность. Он тоже кое в чём стал более открыт и откровенен.
Прошла зима и закончилась весна. Шёл июнь. Жара стояла неимоверная. Я был на выходном и разгуливая голым во дворе занимался своими обычными домашними делами накрыв голову кепкой чтобы не напекло. Вдруг возле моего домика остановилась машина. Я немного испугался и быстро поспешил одеться. Открыв калитку, я увидел Ивана. Он весь потный стоял и вытирая пот вертел головой по сторонам ища глазами кого-то чтоб спросить.
- Кого-то ищем – спросил я у него с улыбкой.
- Да, Сергея – проговорил он и узнав меня тут же направился ко мне.
- Кое-как отыскал тебя – произнёс он. Ну и забрался же ты в глушь.
- Да, далековато от города, зато тишина и спокойствие – ответил я и тут же добавил.
- Может, машину с дороги то уберёшь, или тут пусть стоит?
- Ах да, у тебя есть где поставить. – спросил он.
- Загоняй во двор, я сейчас ворота отворю – произнёс я и вошёл во двор чтобы открыть створки ворот.
Иван загнал машину, и я закрыл за ним ворота и калитку.
- Ты надолго? – спросил я его.
- Что уже выгоняешь? – парировал он.
- Нет, конечно, гости сколько захочешь. Просто хотел спросить. Тебе после дороги баньку или на озеро сходим, искупаемся?
- Давай на озеро сходим, а то я весь потом провонял. А баньку на вечер – сказал Иван.
- Ладно, заходи, бросай свои вещи и пошли купаться – сказал я.
Иван вошёл в дом, осмотрелся и положив пакет на кресло, а рядом с ним сумку с вещами, сказал.
- Я готов.
Взяв полотенце их сумки, он вышел во двор.
- Ты что так пойдёшь, ведь запачкаешь брюки и рубашку – сказал я.
- А что там нет места, куда можно положить – спросил он.
- Положить то можно, но вот чисто ли там. Я на это никогда не обращаю внимания, так как оставляю всегда одежду дома – ответил я.
- Ты что по улице без одежды идёшь до озера – спросил Иван.
- А кто тебе сказал, что мы по улице пойдём. Вон тропинка. Прямо через огород идёт.- объяснил я.
- Так озеро вроде там находится – показал Иван в сторону второго озера, которое было на въезде в деревню с левой стороны.
- Нет, то маленькое и мелкое озеро. Скорее уже почти как болото стало – ответил я и добавил.
- Мы пойдём на это озеро, и я показал в сторону огорода, за которым на полтора километра в диаметре простиралось наше второе озеро.
- А я его и не увидел из-за домов. – сказал Иван.
Я тут же во дворе снял с себя спортивные штаны, в которых вышел встречать Ивана и остался голым стоя босыми ногами на траве. Иван когда снял рубашку и штаны и повернулся ко мне на мгновение замер.
- Ты что так пойдёшь? – спросил он.
- Я всегда так хожу на озеро – ответил я.
- А соседи?
- Слева нет никого, а справа старики подслеповатые живут, да и напротив нас никогда никто не купается. Камыш. – объяснил я.
Иван ничего не сказал, но своего мнения не изменил, и мы пошли купаться. Я шёл впереди голышом в резиновых галошах. Иван шёл в плавках и кроссовках следом за мной. Он всё время оглядывался по сторонам как тогда много лет назад боясь что его кто то может увидеть и не потому что он в плавках, а потому что идёт рядом со много совершенно голым.
- Да не бойся, никто тут за тобой наблюдать не станет – успокаивал я его.
Пройдя через огород и выйдя к забору, Иван осмотрелся по сторонам.
- А где тут купаться то. Камыш один – сказал он.
- Сейчас увидишь. – сказал я, и открыв калитку вышел смело на берег озера. Далеко были слышны крики и смех купающихся как взрослых, так и ребятишек. Пройдя по тропинке, мы свернули в просвет, и вышли на деревянные мостки, которые находились как раз напротив моего огорода. Пройдя по ним метров десять-двенадцать, мы оказались на небольшом открытом пространстве от зарослей камыша и ровной гладью воды.
- Вот тут я и купаюсь – сказал я и прыгнул в воду.
Глубина была чуть больше метра. Я встал по пояс и сказал Ивану.
- Ну что медлишь. Вода просто класс, тёплая.
Иван присел и потрогав воду тут же спрыгнул.
- Здорово то как. – тут же провозгласил он.
Мы немного побулькавшись проплыли метров сто в сторону чистой воды, а потом вернулись обратно. Вылезать в такую жару было ой как неохота.
- Ну как ты – спросил я.
- Нормально, можно и назад идти – ответил Иван.
Мы вылезли и вернулись в дом. Я не торопился одеваться но, чувствуя себя чуток неудобно, всё же натянул спортивные штаны. Иван тоже надел трико, которое я ему предложил и мы, накрыв стол, сели обедать. Время было хоть давно уже за полдень, но есть очень хотелось. Иван рассказал всё и цель своего приезда, а я рассказал, как тут живу и чем занимаюсь. За кружкой пива он стал более разговорчив и сам первый спросил меня.
- Серёга, а ты так и продолжаешь, голышом везде ходить?
- Да, тут мне никто не мешает и сам убедился, что могу прямо из дома идти куда захочу – ответил я ему.
- Я в этом уже убедился – сказал он и усмехнулся.
Через час или полтора мы снова отправились купаться, и я снова пошёл голышом, а Иван в плавках и только на мостках, прежде чем спрыгнуть в воду, он спросил меня.
- А тут щук у вас нет?
- Что боишься, что они у меня откусят. Не бойся, карась и окунь только – ответил я.
Иван тут же снял свои плавки и тоже прыгнул в воду голышом. Мы плавали, и заплыв метров пятьдесят по узкому просвету среди камышей я показал ему своё укромное место. Это был небольшой плёс открытого пространства среди зарослей камыша и выходом на воду. Место, было прежде всего похоже, или сравнимо с лысиной на голове. На двенадцати квадратных метрах чистый песок и полное отсутствие камыша. Я вылез и лёг на песок. Иван следом за мной.
- Вот тут я часто загораю, и бывает порой, даже засыпаю, и никто не мешает – объяснил я ему.
- А если кто с берега сюда проберётся – спросил Иван.
- Так такой кустарник и крапива что никто даже подумать не может, что тут есть такой пляж. Я сам его случайно обнаружил зимой.
- И часто ты ту загораешь? – с улыбкой спросил Иван, поглядывая на старую кастрюлю, в которой лежали хаотично шнурки и разные шпагаты и верёвки, которыми я пользовался при перетягивании яичек и члена когда тут загорал и проводил время.
- Всяко бывает. – ответил я.
Иван промолчал, не решаясь сказать, но я чувствовал, что он что-то хотел возразить или добавить. Мне ничего не оставалось, и я первым нарушил молчание.
- Если есть желание можем вспомнить студенческую общагу и наши походы. – предложил я.
Иван долго не стал ломаться и тут же согласился. Ведь при переписке мы часто с ним обсуждали это, и я рассказывал ему всё, что я делал и как вспоминал наши с ним приключения. Я тут же перевернулся на спину и подставил ему свои гениталии, которые были облеплены песком.
- Я готов, можешь действовать – произнёс я.
Мой член уже начал возбуждаться, да и у Ивана тоже вздрагивал и медленно поднимался, увеличиваясь в размерах. Иван взял рядом валявшуюся полторашку и набрав в неё воды полил на мой член и яйца чтобы смыть песок. Потом сел рядом и взяв мой член в руки, стал обматывать его у самого основания. Как давно я не ощущал посторонних рук, которые прикасались бы к нему, что от этих ощущений мой челне стал моментально расти в размерах. Иван не дал ему полностью напрячься и тут же перетянул, завязав двойной узел. А затем, обхватив член в месте перетяжки, сдвинул шнурок по члену как можно ближе к лобку. Вены на поверхности член, а вздулись от напряжения, а головка, оголившись, блестела в лучах солнца. Обмотав ещё пару раз, он с ещё большей силой затянул узел, сдавив мой член ещё сильнее. Я думал, что он его совсем передавит, но он, спрятав оставшиеся концы, принялся перетягивать яйца, оттянув их сантиметров на десять-двенадцать от основания и туго завязав шнур, отпустил их. Закончив он сел рядом и спросил меня.
- Ты писал, что как то случайно сломал свой член. Расскажи.
Я тоже сел рядом и рассказал ему ту короткую историю, которая в какой-то степени изменила мой взгляд на развлечения со своими половыми органами. Иван удивился, но больше ничего не спросил. Немного позагорав, мы поплыли обратно домой, и я весь обратный путь по воде чувствовал её сопротивление своим членом. Он как киль у лодки рассекал воду подо мной. Это было необычно и в тоже время возбуждало, так как сделал это мой друг со студенческой скамьи Иван.
В течении всего дня, а вернее остаток дня мы то пили пиво дома спрятавшись в теньке, то шли голышом купаться на озеро. Иван уже освоился и поняв что его чести и достоинству ничего не угрожает, тоже ходил голышом следуя за мной следом. Возможно, это лёгкий хмель от пива сказывался на его решительности и смелости. Но то, что это так я понимал по тому, как он ловко и умело разделывался с моими яйцами и членом каждый раз перетягивая его и их по разному.
Когда мы решили лечь спать, уже стемнело, и было далеко за полночь. Не знаю, что вдруг нашло на Ивана, но он вдруг вспомнил, как я ему рассказывал о своих приключениях и спросил меня.
- Серёга, а это правда, что ты голый по улице ходил?
- Да, а что ты сомневаешься – ответил я расслабленным хмельным голосом.
Минутная пауза и я опередив его сказал.
- Если хочешь, могу продемонстрировать – хотя слово это я так правильно и не выговорил, заикаясь, но всё же смысл был понятен.
- А что, давай. Только я тебе передавлю всё – сказал Иван.
- А давай – согласился я и сел на матрасе на полу, на котором я лежал.
Иван тут же подсел и стал перетягивать мне член, передавив его у основания и ещё в трёх местах по всей длине. После он оттянул яйца и попросил придержать их и обмотав шпагатом перетянул и их. Мы вышли во двор. Иван был в трико и футболке, а я голышом в одних только кроссовках. Открыв калитку, мы выглянули по очереди на улицу. Было тихо и сначала Иван, а затем и я вышли на нашу деревенскую улицу и отправились по ней на другой конец деревни, с каждым шагом удаляясь всё дальше и дальше. Шли молча, и только перешёптывались если кто то что-то хотел сказать или спросить. Чуть больше час нам понадобилось, чтобы в кромешной темноте преодолеть расстояние в два с половиной километра. На улице не было ни одного фонаря и это было нам на руку. Оказавшись на другом конце деревни, я сказал, что яйца сильно ломит и Иван стал развязывать то, что намотал на мой член и яйца. Назад шли уже налегке, в том смысле, что мои гениталии были свободны и болтались в разные стороны. Придя домой, я только тогда заметил, что на поверхности члена и мошонки образовались ещё несколько синяков. Иван тоже это заметил и сделал невинное лицо.
- Я не хотел, извини.
- Да ладно, брось и не обращай на это внимание. Пройдёт – ответил я
Мы легли спать и вскоре заснули. А на другой день уже около обеда Ивану кто-то позвонил, и он стал собираться и вскоре уехал. Так закончилась наша встреча, которая произошла так неожиданно спустя много лет. Мы снова стали переписываться и общаться и уже в конце лета перед началом учебного года Иван вновь заехал ко мне в гости на пару дней застав меня во дворе голышом. С перемотанными яйцами. Он не стучал в калитку, так как знал, как она открывается и вошёл во двор, и я даже не услышал, так как в это время чистил в сарае у поросят. Конечно, встреча была долгожданной и в тоже время неожиданной. Я был рад да Иван тоже был очень удивлён застав меня в таком виде.
- Всё развлекаешься? – спросил он с ухмылкой.
- А что делать то – ответил я.
- Пустишь на две-три ночки – спросил он.
- Не жаль, живи, сколько захочешь – ответил я.
Мы рассмеялись и вошли в дом. Слово за слово, интересные вопросы и мои ответы снова расслабили и раскрепостили нас и уже через пару часов после приезда Ивана, он мне снова перетягивал член и яйца, так как он этого хотел. А я сидел и смотрел на него и поддакивал.
- Хочешь, я тебе отдам и член и яйца, пока ты у меня гостить будешь? – предложил я ему.
- Это как – удивлённо спросил Иван.
- Очень просто. Пока ты у меня в гостях, они в твоём полном распоряжении. Можешь делать с ними что захочешь и когда – объяснил я.
- Это как тогда? Не спрашивать больно тебе или нет – переспросил он.
- Да так как тогда в общаге – согласился я.
- Я согласен, но и ты тоже тогда можешь играть моим, но без синяков, а то жена меня сразу выгонит, когда я вернусь.
- Понял – обещаю, что синяков не будет – согласился я.
В общем, выходные пошли в полный разнос. Иван наслаждался, играя и перетягивая мой член и яйца. Синяки, которые появлялись, его уже не смущали. Я боялся ему причинить боль и оставить отметину и решился только на то чтобы пососать его вставший член. Он не оттолкнул меня и даже придвинулся поближе. Тайное желание о котором я не мог ему сказать да и никому другому после того как в детстве у своего друга впервые пососал член, начало осуществляться. Если мы не шли на озеро и не делали ничего по дому, то я ложился на спину, а Иван зависал над моим лицом и повернувшись ко мне спиной развлекался с моим членом в то время как я сосал его. Было не очень удобно, но я наловчился, и мне нравилось, а как Ивану можно было только догадываться.
К вечеру второго дня Иван спросил меня снова.
- Серёга, а что будет если я вдруг случайно перетягивая тебе член сломаю его?
- Ну и что. Подумаешь. Опухнет а потом пройдёт – сказал я как бы между прочим и снова принялся ласкать его член своим языком и играть с его яйцами.
Иван некоторое время был в каком-то замешательстве, но потом развязал мой член, оставив лишь перетянутым его у самого основания. Взяв его двумя руками, он стал его гнуть в разные стороны, делая это очень осторожно. Я немного замер не выпуская его член изо рта и вслушивался в его действия и движения, а потом понял что он как и тогда был всегда нерешительным снова забылся и стал играть его членом забыв что он тоже самое проделывает и с моим но совсем по другому. Вдруг не очень сильно, но резкая боль пронзила область паха, и я услышал лёгкий хруст. Я вздрогнул от неожиданности и щёлкнул зубами. Если бы в это время член Ивана был бы у меня во рту, то я его точно бы прокусил.
- Тебе больно – вдруг спросил он.
Я к этому времени уже пересилил себя и перевёл дыхание немного успокоился и стиснув зубы ответил.
- Так немного, просто неожиданно как то.
- Извини, я думал, что так лучше будет – попытался оправдаться Иван.
- Ладно. Проехали. – сказал я и стал тискать его яйца.
Иван понял, что я не сержусь и снова стал играть моим членом, как вдруг снова согнул его и я снова услышал лёгкий хруст и понял что он снова сломал мой член но уже в другом месте.
- Ты так неожиданно это сделал что я чуть тебе член не откусил – сказал я пытаясь так напугать Ивана.
Иван понял и тут же развернувшись, сел рядом со мной убрав сой член и яйца подальше от моих зубов. Я положил руки под голову и стал наблюдать за ним, как он снова стал разминать и крутить член. Иван вдруг резко сгибает мой член снова и снова хруст и уже привычная боль, к которой я уже был почти готов, но всё равно вздрагивал немного. Он так был увлечён, что даже не смотрел в мою сторону и только когда запыхался и тяжело вздохнув, опустил руки и мой член плюхнулся мне на живот.
- Извини, увлёкся – сказал он.
- А я уже подумал, что ты его совсем отвернуть захотел – превознемогая боль, ответил я.
Мой член почти на глазах посинел и стал, не то что синим, а даже местами с тёмно-вишнёвыми пятнами. Это насторожило Ивана и он, развязав всё, что было на нём намотано, опустил его. Ни в этот день, ни на другое утро он больше не прикасался к нему и лишь только изредка перетягивал мне яйца и мы шли то в огород за огурчиками, то на озеро. А во второй половине он собрался и уехал. Я видел, что он был встревожен тем, что мой член сильно опух и выглядел удручающе. Видно его это беспокоили и он винил себя в том, что сделал.
Когда он уехал я стал делать разные примочки и спустя неделю или чуть больше опухоль стала спадать. А через месяц лишь небольшие синяки напоминали о том дне ну и кривизна моего члена, который возбуждался с трудом и выл не таким твёрдым как раньше. Одним словом на его полное восстановление у меня ушло почти три месяца.
Общение же с Иваном стало кратким и не очень откровенным. Он всё ещё считал себя виновным и не хотел об этом говорить. Я тоже особо не настаивал и отвечал только на те вопросы, которые он задавал мне.
Два года после того случая у нас с Иваном было только краткое общение по почте. Он не звонил мне и не обещал, что приедет в гости. Как то ко мне приехал мой друг детства Димка, от которого у меня не было секретов, и я с ним поделился тем, что стало с моим членом. Он заинтересовался и попросил показать. Я тут же стянул штаны и показал ему практически Г-образную форму члена с утолщением у основания и посредине.
- Ну у тебя и закорючка – выразился он.
- Прикольно смотрится – поинтересовался я.
- Да, удобно из-за угла ссать, высовываться не нужно – добавил Димка.
Мы посмеялись, и он попросил разрешения сфоткать мой кривой член. Я согласился и попросил его прислать мне потом фотки. Димка пообещал и уже через день после его отъезда эти фото были у меня, и я решил показать их Ивану. Я тут же их переслал по указанному адресу и уже вечером получил ответ. Иван спрашивал.
- Как я себя чувствую и как мой член. Функционирует нормально или нет.
Я тут же написал ему письмо, так как был немного возбуждён.
« Член функционирует нормально – правда стоит как сгорбленная старушка и ждёт когда ты его распрямишь снова.»
Возможно, такое моё оптимистическое настроение и отношение к собственному члену как то подействовало, и Иван стал в общении более откровенен снова и стал расспрашивать то, что его интересовало. Я всё подробно рассказывал ему. Так незаметно закончилась зима и наступила весна. Огородные работы полностью занимали всё свободное время, и мы стали общаться реже. Но в один день уже в конце июня я увидел, как к моему дому подъехала знакомая машина, из которой вышел Иван с двумя полными пакетами.
- Что он там привёз – подумал я и вышел встречать его.
- Привет! – сказал я Ивану и пожал руку.
- Привет! – ответил он взаимностью.
- Пустишь на несколько дней? – спросил он следом.
И тут на меня что-то нашло такое, что я сам себе удивился, что я так сказал.
- Пущу если исправишь то, что сделал – и показал пальцем на область своего члена.
Иван смутился и не знал что ответить.
- Ладно, я пошутил. Проходи, конечно, и живи сколько надо. Только я работаю, и днём будешь один – объяснил я всё сразу на месте.
- Меня вполне устраивает. Может, что помочь надо будет. Ты говори – сказал Иван.
Мы хлопнули друг друга по рукам и сказали, чуть ли не в голос.
- Замётано.
Иван приехал забрать на каникулы своих детей из города. Они там учились уже четвёртый год. Что-то там не заладилось и ему пришлось ждать, когда они освободятся и позвонят ему, а так как он был уже в городе и решил. Не мотаться же ему четыреста километров до дома и потом снова сюда и поэтому решил перекантоваться у меня. Я был даже рад. В общем, всё было здорово. Мы прекрасно посидели и вспомнили прошлое, и Иван несколько раз извинился за то, что она в последний раз сделал с моим членом. Мне это изрядно надоело, и я сказал ему так.
- Я сам виноват. Ведь я тебе, так как ты мой гость, сам предложил и велел не спрашивать у меня. Так что не вини себя.
- Всё равно как то неудобно получилось – возразил он.
- Ну, ведь всё же нормально. Хочешь я снова тебе дам полную свободу в действиях – и произнеся эту фразу я пристально посмотрел на Ивана. Было видно, как его глаза заблестели, и он не решался что-то ответить.
- Ладно, я вижу, что ты этого хочешь. Твои глаза врать не умеют.
- Ну что. По рукам – сказал я и подняв руку стал ждать что он ответит.
- Хорошо. По рукам. Только без обид – и мы хлопнули друг друга по ладоням и рассмеялись.
продолжение дальше...

Аватара пользователя

sergei0083

Аспирант
Аспирант
Сообщения: 2105
Откуда: Из за Урала
Благодарил (а): 1 раз
Поблагодарили: 55 раз

Сообщение 29 фев 2016 08:29

Утром я ушёл на работу, а когда вернулся, то застал Ивана лежащим на траве в углу двора на солнышке совершенно голого. Он даже не отреагировал на мои шаги а просто раскинув руки загорал.
- Не сгоришь – спросил я его.
- Нет, у меня кожа смуглая – ответил он.
-Ну тогда я сейчас перекушу и тоже выйду – ответил я и вошёл в дом.
Ужин уже был разогрет и я быстро перекусив раздеваясь на ходу и минут черед десять был уже во дворе полностью голый и с торчащим кривым членом. Услышав мои шаги Иван открыл глаза и сдерживая усмешку, спросил.
- Купаться пойдёшь?
- Я это же и хотел тебе предложить – ответил я.
Мы пошли на озеро оба голышом. Рядом никого не было и мы без проблем добежали до воды и плюхнулись в неё с мостков. Доплыв до нашего места, небольшой песчаной отмели среди камышей, улеглись на песок. Какое то время, мы лежали молча, пока не обсохнув под палящим солнцем и от волнения мой член снова стал возбуждаться. Иван, молча, достал из тайника кулёк с разными шнурками, и посмотрел на меня.
- Я только за – ответил я и усмехнулся.
- Будут какие-нибудь пожелания – спросил Иван.
- Какие?! Ты мой член и яйца знаешь лучше меня. Так что всё на твоё усмотрение – ответил я.
- Но без обид? – спросил Иван.
- Какие могут быть обиды – ответил я и лёг на песок, закрыв глаза рукой.
Иван сел рядом и взяв мой член, стал перетягивать его, так как он был уже возбуждён. Я даже задремал от приятных ощущений и прикосновений и ни капельки не чувствовал боль, ну если только чуток. А когда открыл глаза, так как Иван лёг рядом и переведя дыхание тяжело выдохнул. Я заметил, что его часто мучила одышка, и поэтому даже не предлагал ему дальние прогулки голышом, да и он сам не напрашивался.
- Ну что, закончил – спросил я его.
- Сейчас передохну и начну править – ответил Иван.
И действительно минут через десять Иван сел и стал руками изгибать мой член в противоположную сторону изгибу. Я снова услышал лёгкий хруст, но никак не отреагировал. Это мне было знакомо, и я был спокоен. Вдруг набежали облака и солнышко скрылось за ними.
- Наверное, дождик будет – сказал Иван.
- Да пора бы уж и помочить – ответил я. И добавил следом.
- Может, домой вернёмся?
- Поплыли. – сказал он.
Вскоре мы оба голышом и мокрые от воды шли уже по тропинке к дому. Мой перетянутый и как бы правленый Иваном член покачивался в разные стороны. Он так же был кривой и вроде как ничуть не исправился.
- Что-то у тебя исправить мой член не получилось – спросил я у Ивана.
- Надо его изогнуть и в таком положении зафиксировать – ответил он.
- Э нет – я так тогда ходить не смогу. А другого варианта нет – спросил я.
- Ну, можно под каток его положить, и проехать, раскатает и выпрямит что надо – посмеялся Иван.
- Это уж крайняя мера, а попроще, нельзя? – не отставал я.
- Можно, но ты вряд ли согласишься – сказал Иван.
- Говори, а я подумаю – ответил я.
- Ну каток тут не найти, а вот на машине колёсами по нему можно прокатиться – предложил Иван.
- Ну, машины иногда ездят тут, да и весят не так много. Вариант, хотя боязно. – ответил я.
- Ну, решать тебе, я же только предложил – сказал Иван и сев рядом во дворе стал разматывать мой посиневший член и яйца.
В это время начал моросить дождик, а потом как пошёл, словно кто-то с неба на нас из ведра поливал. Всё вокруг, все ямки и неровности заполнились водой, а на дороге образовалась грязь. Куда-то идти или что-то делать в такую погоду не очень-то хотелось. Вечер прошёл скучно и без особого энтузиазма на подвиги. Я долго думал о предложении Ивана, чтобы выпрямить член под колёсами машины и вечером, когда дождь перестал, я сказал ему.
- А что я согласен. Идея хорошая.
- Ты о чём, - не понял или забыл он и задал ответный вопрос.
- Ну как о чём, сам же вчера то про каток, то про машины разговор заводил – напомнил я.
- А, вон ты про что. И на что ты согласен? – уже с улыбкой на глазах спросил Иван.
- Ну не про каток же, чтоб от моего члена и яичек мокрое место осталось. Конечно про машину. Тем более что каток у нас в такой грязи и метра не проедет – ответил я.
- А не боишься – спросил Иван.
- Конечно, боюсь, но пока не придумал, как это обустроить – ответил я.
- Я тоже думал, просто завело это, как представил себе, что по твоему члену машина едет и вспомнил что, подъезжая к тебе, видел небольшую канаву, накрытую дощатым щитом. Для чего она – спросил Иван.
- Чтобы вода с одной стороны дороги перетекала на другую и сбегала в озеро – ответил я.
- Место удобное, только там после дождя грязюка наверное – сказал Иван.
- Пошли, глянем – позвал я его и начал натягивать штаны.
Иван тоже оделся, и мы вышли на улицу и направились в сторону магазина, где на дороге и находилась данная канава. У нас в деревне было всего два направления: налево и направо, так как улица была всего одна и располагалась полукругом вокруг озера. Подойдя к канаве мы увидели что по её низу ручьём текла вода, кругом было грязно и на щите закрывающем её было полно грязи и следы от недавно проехавшего жигулёнка. Между досок были видны небольшие щели сантиметра по два.
- Тебе этого хватит, чтобы просунуть свой член – спросил Иван.
- Вполне, когда он не возбуждён – ответил я.
- А яйца пролезут – снова задал вопрос Иван.
- Пролезут – ответил я а потом опомнился и взглянув на Ивана спросил его.
- Ты что хочешь не только член, но и яйца мои раскатать?
- Не хочу, просто спросил и всё – как то даже с обидой попытался оправдаться Иван.
Мы сходили в магазин и вернулись домой. Весь вечер эта мысль не покидала нас. Даже уснуть не могли, и Иван даже помучил мой член, перетянув его, снова гнул в разные стороны и мы оба слышали хруст, как он его ломал в разных местах. Всё пытался выправить кривизну. Мне было не больно, и я смотрел, как он усердно перетягивает его, чуть ли не передавливая совсем, а потом гнёт и сворачивает пополам. Иногда он, закончив перетягивать и ломать член, брался за яйца и сдавливал их, что в глазах искры сверкали. Было больно и их ломило сильно. Но постепенно я привык и боялся только одного, как бы он мне не раздавил яйца совсем. Ближе к утру, у меня уже ныла вся паховая область от его игр и когда только начало светать, Иван спросил у меня.
- Ну что надумал?
- В смысле – переспросил я.
- Ну, решился в канаву прятаться или нет – уточнил Иван.
Я был на взводе , и сам не зная, почему ответил тогда так.
- Решился конечно.
- Ну тогда нам пора, а скоро совсем светло станет – сказал Иван.
Мы быстро оделись и вышли на улицу. Грязь чуток подсохла, но ноги вязли и разъезжались в разные стороны. Дойдя до канавы, я заглянул под щит. Вода по дну неглубокой канавы уже не текла, но там было сыро и скользко. Я лёг на живот и стал на пузе заползать под щит. Когда мои ноги скрылись, и меня не было видно, Иван остановил меня, и я в тесной канаве с большим трудом развернулся и лёг на спину. Мой член и яйца, так как я их заранее вытащил из ширинки, волочились за мной, пока я полз по грязи, и были все чернее ночи. Взяв их одной рукой, я стал проталкивать их между досок и как только они протиснулись, Иван перехватил их, и потянул вверх.
- Смотри не оторви, а то не по чему ездить будет – немного съюморил я.
- Всё нормально, вылезло больше, чем я думал – ответил он.
Я устроился удобнее, и плотнее прижался к щиту, хотя и прижиматься то было не нужно. Щит сам плотно придавливал меня, и мне оставалось время от времени только напрягать ягодичные мышцы, чтобы член и яйца как можно больше выталкивать наружу. Было ещё рано и Иван немного затоптав мой член и яйца грязью, чтобы они если что не так сильно выделялись на фоне чуточку подсыхающей на ветру грязи и ушёл домой. Я остался ждать, когда проснутся хоть кто-то и начнётся движение по улице. К моему счастью или сожалению мне пришлось ждать до обеда, а вернее до четырнадцати часов. Никто не хотел выезжать из дома в такую грязь, и лишь редкие прохожие, проходили мимо, сторонясь от грязи и ступая на подсохшую кромку дороги. Иван уже сам подумывал, чтобы выехать на своей машине и прокатиться до магазина и назад, но я его отговорил, и он со мной согласился. Его иномарка была потяжелее местных жилулей да и марать даже ради этого её не стоило. Иван всегда останавливаясь около меня делал вид что у него развязался шнурок и он приседая копался с ним и разговаривал со мной, а потом уходил. О том что он тоже наступал на мой член и яйца переодев дома туфли и надев мои сапоги я не знал и узнал спустя несколько месяцев и то по переписке.
В начале третьего, я услышал звук мотора. Это возможно возвращался сосед, который рано утром, куда-то уезжал и оказался прав. Иван как раз стоял возле калитки и наблюдал, так как подойти ко мне он не решался, чтобы не выдать ни меня, ни то, что он тут уже несколько раз маячит на глазах у многих соседей. Жигуль приближался всё ближе и ближе и вот его передние колёса наехали на настил и проехав по члену переехали на другую сторону канавы свернув чуть в сторону. Естественно, задние колёса, проехали совсем рядом, лишь по касательной задев головку или даже проехав по ней. Я был в шоке от этих ощущений, что член от возбуждения сразу начал возбуждаться и медленно преодолевая сопротивление грязи, развернулся головкой в другую сторону, оголив яички, на которых он лежал поверх и закрывал их.
- Ну как ты – спросил Иван, медленно проходя мимо.
- Всё нормально, даже здорово. Он проехал по члену – ответил я.
Иван замедлил шаги и пытался разглядеть мой член смешанный с липкой грязью и увидев только небольшую часть сказал.
- А твой член почти и не видно, пока ты не пошевелил им я бы и не заметил.
Через час сосед снова поехал назад и снова прокатил передними колёсами по моему члену, а задними коснулся мошонки или проехал по ней, но яйца ускользнули в сторону и он на них не наехал. Мне даже стало нравиться, что Иван придумал это и я с большим трудом, но согласился. Сосед съездил в магазин и вернулся назад, снова проехав по члену. Видно ему было виднее колею, по которой его колёса легко преодолевали грязь, и машина легко продвигалась вперёд, даже не буксуя. Вскоре со стороны магазина я услышал звук приближающейся машины. Звук был знакомый, старая копейка. Это был друг соседа, и они видно куда-то собирались. А спустя полчаса, они друг за другом, проехав по моему члену и мошонке оттеснив яички в сторону, даже по касательной не придавив их хоть чуток. После я часа два лежал в полной тишине, и лишь кто-то своими ногами наступил на мой член и яйца, меся сапогами грязь. Я конечно не понял кто это был так как не видел ничего а голоса я не слышал так как он прошёл один. Ближе к вечеру, когда в канаве было уже темно, но наверху ещё не наступила ночь, я вновь услышал звук машины, которая приближалась всё ближе и ближе. В этот раз удача от меня отвернулась. Мой член не стоял и особо не смягчил давление на яйца. Резкая боль хоть и смягченная уколом пронзила них живота, а через пару секунд снова колёса прокатились по моим яйцам и члену. Я понял, что это был не жигулёнок а что то потяжелее. В голове закружилось и потемнело в глазах, и я потерял сознание. Я не знал сколько времени я так пролежал и проезжал ли кто ещё по моим яйцам и члену. Мне было всё равно, так как я был в полной отключке и пришёл в себя, когда кто-то тянул меня за ноги пытаясь вытащить наружу из-под щита. Когда меня посадили, навалив спиной к столбу, я разглядел в этом человеке Ивана.
- Как хорошо, что ты меня вытащил, а то я уснул – сказал я и повалился набок.
Иван с большим трудом, весь вывозившись об меня в грязи, дотащил меня до дома и сразу протащил в баню, которую он вытопил, зная, что я буду весь в грязи, чтобы отмыть меня. Осторожно стянув с меня брюки и ветровку, в которых я был одет, он стал помогать мне, отмываться, поливая воду и оттирая грязь.
- Ну как ты – спросил он. Сильно больно?
- Терпимо – ответил я. Уже почти ничего не ломит – добавил я следом.
Отмыв член и яйца, Иван внимательно рассмотрел всё и ощупал каждый сантиметр и сказал.
- Тебе нужно срочно в больницу, а то вдруг заражение может быть. Есть несколько ранок, хотя они и не очень большие.
- А что я им скажу то – возразил я.
- Надо придумать – ответил он и добавил.
- Рано утром выезжаем, а то мало ли что.
Я спорить не стал и положившись на его домыслы согласился сказав что придумывай сам что и как а то у меня голова не соображает и подташнивает. Поставив мне обезболивающий укол, мы легли спать, а утром, как только забрезжил рассвет, выехали в город.
- Ну как ты? – спросил Иван, ускоряясь, чтобы быстрее доставить меня в больницу.
- Вроде ничего – ответил я.
В больнице Иван что-то долго объяснял врачу, после чего меня завели в кабинет и велели спустить штаны. Врач женщина моего возраста или даже старше чуток внимательно осмотрела мой член и яйца и сказала.
- Нужно срочно оперировать, а там будет видно, что я могу сделать.
Я согласился, хотя и сильно было боязно.
Когда я пришёл в себя после операции, то между ног и низ живота были забинтованы, а вдоль ноги свисала, прозрачна трубочка. Я ничего не видел и спросил медсестру, молоденькую и симпатичную девушку лет двадцати пяти, когда она пришла ставить мне укол.
- Операция прошла уже? Всё нормально?
- Жить будете – улыбаясь, ответила она.
Я облегчённо вздохнул, словно тяжёлая ноша с плеч свалилась.
- Только вот – немного смутившись и покраснев – вашему другу не повезло – сказала медсестра .
- Ивану, где он? Что с ним случилось – разволновался я.
- Я не знаю как вы его называете, вашего друга, но после операции его забрал ваш товарищ, который вас сюда привёз и уехал. – объяснила медсестра.
- Что-то я ничего не могу понять? Кто кого забрал? И где Иван? Сколько я уже тут? – уже разволновавшись, я попросил медсестричку мне понятно объяснить, что и как.
- Не волнуйтесь, я сейчас вам ещё укольчик поставлю, и вы успокоитесь.
После второго укола меня потянуло в сон, и я проспал, чуть ли не сутки, а как пришёл в себя-то рядом увидел ту женщину доктора, которая делала мне операцию. Я спросил её, и она мне всё объяснила, прямо и понятно, а не разными намёками. Конечно, я немного расстроился, но прекрасно понимал, что сам согласился и только я сам виноват в том, что произошло. Я даже рад был, что Иван забрал с собой мои раздавленные под колёсами в лепёшку яйца и член, который тоже был в таком состоянии, что уже восстановлению не подлежал.
Через неделю я уже был дома. Бинты были сняты и швы медленно зарастали. Между ног зияла одна маленькая дырочка обозначающая отверстие мочевого канала. В остальном низ живота был ровный и гладкий, и лишь небольшая щетинка покрывала лобок. Иван уехал домой и после случившегося я его больше не видел. Мы изредка общались с ним только по почте, и то он кратко отвечал на мои письма, а сам ничего не спрашивал и не рассказывал.

Вот так закончилась моя история и дружба с Иваном. Жалею я об этом или нет, сказать не могу. Во многом было здорово и необычно наше общение и то, что мы с ним проделывали, а то что так оно закончилось или могло закончиться, всё зависело от меня и от наших отношений. Хотя сказать, что мы поссорились, я не могу – просто мы живём далеко друг от друга и не можем часто общаться.


Вернуться в «События и статьи»

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 1 гость